Парад победителей пятьдесят пятого года (fb2)

Парад победителей пятьдесят пятого года [СИ]   (скачать) - Евгений Александрович Белогорский


К огромному сожалению москвичей и многочисленных гостей столицы, что заполонили все подступы к Красной площади, объявленный накануне прогноз синоптиков полностью оправдался. И хотя в отличие от июньского парада десятилетней давности небо над столицей было чистым и ясным, присутствие обещанного холода было весьма чувствительным. Неожиданно прорвавшийся с севера к Москве поток морозного воздуха, заставил участников торжества спешно достать из шкафов пальто и шапки, с которыми они радостно расстались всего две недели назад.

Пришедшие на Красную площадь зрители с сочувствием смотрели парадные коробки военных, переведенных согласно приказу министра обороны на летнюю форму одежды. Одетые в мундиры, фуражки и каски, они мужественно боролись с невидимым врагом, пытавшимся испортить их самый важный в жизни праздник — День Победы.

Ровно десять лет назад, срывающимся от волнения голосом, Левитан объявил по радио на всю страну о завершения самой ужасной и кровопролитной в истории человечества войны. Сколько точно миллионов людей погибло в той бойне, что развязал Гитлер против советского народа, никто не знал. Не знали не из-за секретности этих данных, а по вполне объективным причинам.

Если число солдат, павших на полях сражений, умерших от ран в госпиталях и замученных в фашистском плену было точно известно и равнялось восьми миллионам, то количество мирного населения уничтоженного немцами и их пособниками за время оккупации было невозможно выяснить. Все знали только одно — цена за победу была заплачена очень высокая, но она не была напрасной. Страна рабочих и крестьян победила гитлеровскую Германию и под мудрым руководством своего вождя уверенно шла курсом к своей заветной мечте — построению коммунизма в отдельно взятой стране.

Медленно и неторопливо проходили члены правительства Советского Союза мимо застывшего часового, охранявшего специальный проход из Кремля на трибуны Мавзолея. С крепко примкнутой к ноге винтовкой, он заворожено наблюдал за проходившими мимо него людьми, за плечами которых стояла седая, былинная история.

Именно былинная история, так как было чрезвычайно трудно поверить в то, сколько важных и значимых дел сделали эти люди за столь короткий временной период. Они свергли царя и одержали верх в кровопролитной гражданской войне с белыми и ещё четырнадцатью иностранными государствами. Победили разруху и извечный голод, превратили отсталую аграрную страну в индустриальную державу и отстояли её в смертельной схватке с фашизмом — злобным порождением западного капитала. Затем вновь подняли страну из руин и теперь завершали начатое дело, несмотря на ожесточенное сопротивление американского империализма. Такова была хроника деяний людей, идущих на гранитные трибуны Мавзолея.

Первым в этой процессии, как и положено многолетнему ритуалу, шел Председатель Совета Министров СССР Иосиф Сталин. Он был одет в свой привычный военного покроя плащ и фуражку, известную всему миру по многочисленным фотографиям и документальным хроникам. Сколько раз в этом одеянии советский вождь появлялся перед своим народом, но сегодня, в честь столь важного торжества в его привычном облике произошли некоторые изменения.

Ставшие уже всем привычные маршальские погоны были заменены погонами генералиссимуса Советского Союза, а на груди советского руководителя появилась вторая звезда Героя Социалистического Труда.

Уговорить Сталина произвести подобные изменения членам правительства стоило большого труда. Только благодаря настойчивым призывам маршала Рокоссовского, единственного среди военных кого Сталин называл по имени отчеству, удалось убедить вождя привести изменения его формы. Теперь на его погонах вместо белых маршальских звезд красовались золотые звезды генералиссимуса, обвитые миртовым венком.

— В честь столь знаменательной даты, военная форма должна соответствовать званию, товарищ Сталин. А иначе непорядок получается, — твердо заявил вождю его любимец.

— Ну, какой из меня генералиссимус? Я ведь не Суворов, с меня за мои деяния и маршала достаточно, — не соглашался с ним Сталин, но Рокоссовский был неумолим.

— Вы же поляками командовали, чехами, югославами, монголами и даже румынами. Значит, статус генералиссимуса полностью соблюден. А что касается Суворова, то он только с одними французами сражался, а мы почти со всей Европой и Японией бились. — Парировал седеющий красавец, и Сталин согласился с ним.

Готовя наградные документы на вторую звезду Героя Соцтруда, его соратники очень опасались повторения неприятного конфуза, который случился с ними десять лет назад. Тогда по случаю окончания войны советское правительство присвоило Сталину звание Героя Советского Союза, чем вызвало у него сильный гнев. Вождь категорически отказался принимать эту награду, заявив, что недостоин её из-за неудачи начального периода войны с Германией. За все это время, золотая звезда так и осталась лежать невостребованной в наградном отделе.

Однако на этот раз известие о награждении вызвало сдержанную усмешку главы правительства. Новая оценка его труда мало беспокоила Сталина. Свое награждение второй звездой он оценил исключительно с политической точки зрения. Свою первую звезду Героя Соцтруда он принял в далекие тридцатые годы как наглядное подтверждение успехов строительства основ социализма. Тогда очень многие как внутри страны, так и за границей кричали о провале первой пятилетки, и награждение главы государства был правильный политический шаг.

Теперь же, было бы правильным сделать своеобразную аналогию и тем самым подкрепить утверждение, что в Советском Союзе успешно завершено построение основ коммунизма. И это были не просто пропагандистский лозунг в ответ заокеанским крикунам. Успехи действительно были весьма впечатляющие. Страна полностью оправилась от ран нанесенных ей войной и теперь могла обеспечивать себя всем необходимым.

— Я принимаю эту награду как аванс, который мне нужно успеть отработать, — коротко сказал вождь, услышав о решении правительства.

Думая о чем-то своем, Сталин прошел мимо застывшего часового, непроизвольно расправив плечи и развернув грудь. Сейчас ему предстояло предстать перед многими тысячами людей собравшихся на площади, которые желают видеть перед собой не усталого и старого человека, а победоносного вождя, уверенно ведущего свой народ от одной победе к другой по дороге в светлое будущее. Таковы были законы политической жизни, и перешагнуть через них не мог ни один человек, даже Сталин.

Вслед за Предсовмином шли два его заместителя, Берия и Маленков. Грудь первого почетного гражданина СССР также украшала вторая звезда Героя Соцтруда, так высоко оценила страна его заслуги в создании атомной и водородной бомбы. Следуя примеру расчетливых янки, Берия настоял на выпуске миллионным тиражом книги, которая подробно рассказывала о создании атомного оружия в советской стране. Отбросив в сторону завесы секретности, простому народу было показано, на что пошли его кровные миллионы рублей и были поименно названы герои, свершившие этот важный подвиг. Благодаря этому, все население СССР от мала до велика, знало и гордилось создателями ядерного щита, который не позволил американским империалистам диктовать им свою волю.

Одетый в военную форму по случаю парада, Берия постоянно кутал шею в неуставной, теплый шарф. Первому заместителю Предсовмина вновь нездоровилось. После посещения шесть лет назад атомного полигона под Семипалатинском, он получил серьезную дозу облучения, и теперь любая простуда приводила к воспалению лимфоузлов шеи. Кремлевские врачи прикладывали огромные усилия в борьбе за здоровье первого заместителя Предсовмина но, выигрывая отдельные сражения, они проигрывали в целом войну.

Подобно легендарному броненосцу, получившему в сражении с врагом смертельную пробоину, он продолжал идти выбранным курсом, стремясь успеть сделать за отведенное ему время как можно больше. Сейчас Берия курировал создание баллистических ракет, способных донести ядерный заряд до территории Америки. Этот новый вид вооружения ставил жирную точку на главной ударной силе американцев — стратегических бомбардировщиках. Скоро, очень скоро всю воздушную армаду, что по заверению западных политологов выиграла войну с Германией и Японией, а также являлась главным сдерживающим фактором против экспансии русских, можно будет смело ставить на прикол. В этом Лаврентия Павловича в один голос заверяли ракетчики во главе с Королевым.

Мундир заместителя Предсовмина не был украшен новыми наградами, несмотря на приближение праздничной даты, но это не сильно огорчало Маленкова. Курируемые им направления — электроника и танкостроение — в скором времени должны были порадовать страну достижениями в виде нового среднего танка Т-55 и станций ПВО.

Члены Правительства Первухин, Ворошилов, Шепилов, Сабуров, проходя мимо часового, не удостоили его особого внимания. Он был для них одним из рядовых винтиков огромной машины государства, однако министр обороны Василевский и министр внутренних дел Меркулов, скрупулезно оценили внешний вид и выправку часового. Первый отвечал за проведение парада Победы, к ведомству второго относился этот страж Мавзолея.

Вместе с членами правительства, на трибуну Мавзолея прошли представители руководства коммунистической партии Советского Союза, товарищи Суслов и Брежнев. После разделения в 1953 году организационных функций партии и правительства, Суслов был избран Генеральным секретарем КПСС, в ведение которого было идеологическое развитие партии, тогда, как его первый зам Брежнев отвечал за кадровые вопросы.

Среди тех, кто поднялся на праздничную трибуну Мавзолея, не было видно старого партийного работника Вячеслава Молотова. За те многочисленные нарушения в его деятельности, что были выявлены министром народного контроля товарищем Абакумовым, год назад он был снят со своих постов и отправлен послом в Монголию.

В праздничном окружении Сталина также отсутствовали два знаменитых участников войны, маршалы Тимошенко и Жуков. После прошлогоднего закрытого военного процесса, на котором были названы причины неудач Красной армии в 1941 году, появление этих лиц на Мавзолее было не вполне уместно. Осужденные за допущенные перед войной ошибки и недочеты, они не подверглись репрессиям, как впрочем, и многие другие участники процесса. Сохранив все свои звания и награды, они продолжили нести службу в рядах вооруженных сил Советского Союза на постах командующих военных округов. Этот праздник, бывший нарком обороны и начальник Генерального штаба встречали на трибунах почетных гостей.

Когда в Москве было объявлено о начале процесса, все западные газеты в один голос стали сравнивать его с судом над маршалом Тухачевским и его подельниками. Лондон и Вашингтон открыто прочил новые кровавые репрессии среди советских военных, но к огромному разочарованию Запада их не последовало. Показав всему миру, что и победителей судят, Сталин ограничился лишь публичной поркой, пошедшей на пользу как овеянному лаврами побед генералитету, так и подрастающему поколению командиров.

Появление на гранитной трибуне Мавзолея Сталина и членов правительства, вызвало восторг и ликование среди заполнивших Красную площадь людей. Под громкие крики и шумные овации, глава советского правительства неторопливо прошелся до конца трибуны и встал справа от микрофонов установленных по её центру.

Сказать, что площадь встретила советского лидера рукоплесканием, значит, ничего не сказать. Громкие крики слились в один огромный радостный гул, которым советские люди приветствовали руководителя, чье имя было Сталин. В одном дружном порыве они славили своего кумира, олицетворяя его не с тем семидесятилетнем стариком, что стоял на трибуне Мавзолея, а с тем образом мудрого и справедливого правителя, который сотворили себе сами, в течение нескольких десятилетий.

Именно этот человек, чей образ был искусно запечатлен на многочисленных портретах, вел советский народ от победы к победе, вместе с ним разделяя все успехи и радости, трудности и печали. Именно его так беззаветно любил и верил простой трудовой народ и так люто ненавидели враги и их прихвостни.

Сталин терпеливо дождался, когда его соратники разместятся справа и слева от него, и только тогда поднял руку в привычном для всех жесте. Это вызвало ещё большие крики радости, и собравшиеся на площади люди стала скандировать «Слава, слава, слава!».



Стоя перед огромной толпой народа и получая от неё мощный импульс радости и восторга, советский вождь на минуту почувствовал себя моложе. Его плечи распрямились, и та печаль, что тяжелым грузом давили на них все эти долгие годы незримо ушли.

Сегодня ему не было так горько, как было десять лет назад. Когда простой народ праздновал выстраданную им, столь долгожданную Победу, сердце вождя было полно горести и обиды от осознания того, что разрешенной и обескровленной войной России вновь выпала незавидная доля догоняющей. Снова как двадцать лет назад, стране предстояло подтянуть живот солдатским ремнем и начать восстанавливать военные руины, чтобы попытаться догнать разжиревшую от европейского золота Америку. Трудными и непростыми были эти десять послевоенных лет, но зато сегодня же за спиной вождя стояли трудовые и политические победы, и он мог смело сказать, что жить стало лучше, жить стало хорошо. И потому, вождь с легкостью вздымал свою руку в приветствии к ликующему народу.

Площадь ещё долго бы ликовала, но на Спасской башне начали бить куранты и как по мановению волшебной палочки, она затихла. В возникшей тишине раздался торжественный перезвон старинных курантов и из распахнутых ворот Кремля, под звуки встречного марша, величаво выехал открытый лимузин. Он был специально изготовлен к этому торжеству и должен был символизировать переход советской армии на новый уровень развития, от конной тяги к машинным моторам.

В плавно скользящем автомобиле, опершись на специальную стойку, стоял Константин Рокоссовский, которому было поручено принимать этот праздничный парад. Лимузин маршала ещё не успел выкатиться на брусчатку Красной площади, а навстречу ему уже устремился автомобиль командующего парадом маршала Родиона Малиновского.

Утверждая кандидатуры этих двух полководцев на проведение парада победы, Сталин не просто проявил справедливость в отношении Рокоссовского, обойденного в конце войны из-за «пятой графы» или выказал любезность Малиновскому, единственному маршалу кто дважды принимал участие в парадах победы над Германией, в 1918 и 1945 годах.

Выдвигая маршалов из общей плеяды советских военачальников, Сталин оценивал не их былые заслуги перед страной, а нынешнюю деятельность. Оба полководца находились на переднем крае борьбы с американским империализмом и успешно противостояли ему.

Так, находившийся в Берлине Рокоссовский командовал объединенными силами стран Варшавского договора и был готов в любую минуту бросить свою громадную армаду на Запад. Мощным катком должны были пройти союзные войска от устья Эльбы через Рейн к берегам Ла-Манша. Здесь она должна была остановиться в ожидании приказа Москвы о дальнейшем действии; десантировании на английское побережье или повороту на юг по маршруту Париж — Мадрид — Гибралтар.

Ставка Малиновского находилась на противоположном конце Советского Союза во Владивостоке. Оттуда он руководил всеми вооруженными силами неспокойного дальневосточного рубежа необъятной Родины. В подчинения маршала находились не только советские войска, дислоцированные в Приморье и Забайкалье, на Сахалине, Камчатке и Чукотке. Малиновскому напрямую подчинялись войска Северной Кореи и части китайских добровольцев, оказывавших интернациональную помощь свободолюбивому корейскому народу. Маршал зорко следил за развитием событий вдоль 37 параллели, и если бы американцы решили бы расширить зону военных действий, то получили бы жесткий и молниеносный отпор. Стальные клинья советских войск незамедлительно ударили бы по находившимся на Корейском полуострове «войскам ООН», а в случаи необходимости вторглись бы на японские острова Хоккайдо и Кюсю, а также высадились бы на Аляске.

Встреча, рапорт, торжественный объезд маршалами парадных коробок не заняло много времени. Все было расписано по минутам и не прошло и получаса, как Рокоссовский уже стоял на трибуне Мавзолея и зачитывал торжественное обращение советского правительства к армии, флоту и всему трудовому народу.

Торжественно заиграли трубы и фанфары парадного оркестра, и вновь как десять лет назад, по легендарной брусчатке двинулись все десять фронтов. Первым шла колонна Карельского фронта, самого длинного из всех фронтов Великой Отечественной. Вслед за ним двигался Ленинградский и Прибалтийский фронт, вместе Белорусскими и Украинскими фронтами. Отдельно от коробок пехоты прошли конные соединения казаков, а также колонны суворовцев и нахимовцев.

Вслед за советскими войсками в торжественном марше прошли представители Войска Польского, чехословацкой, румынской, болгарской, албанской армии, а также народной армии Югославии. После того как два года назад, во время посещения театра маршал Тито пал от руки религиозного фанатика, в Югославии произошли серьезные перемены. Наследники легендарного маршала вернули страну в лагерь социализма и присоединились к боевому содружеству Варшавского договора.

Все это выглядело как торжество разума и исторической справедливости, и только узкий круг лиц, знал истинную причину югославских перемен. За ними стоял начальник 9-го отдела МВД СССР Павел Судоплатов, получивший согласно секретному указу советского правительства, золотую медаль Героя. Именно он, тайный ликвидатор Троцкого и украинского националиста Коновальца, сумел устранить югославского бунтовщика руками его хорошего знакомого.

Тайная комбинация была выполнена с таким блеском что, несмотря на все утверждения Запада, ничто не указывало на «русский след» в этом вопросе. Авторитет Сталина как политического деятеля борющегося за мир, в глазах, как членов компартии, так и простых жителей Европы по-прежнему оставался на недосягаемой высоте, для всяких там Плевенов и Черчиллей.

Знаковым отражением этого факта стали заявления руководителей французской и итальянской коммунистических партий сделанные ими в адрес правительства своих стран. В них коммунисты открыто декларировали, что если правительства Франции и Италии выступят войной против СССР и стран советского блока, то члены компартии и сочувствующие им люди уйдут в подполье и начнут партизанскую войну, как это во времена гитлеровской оккупации.

Подобное заявления были очень важны для Советского Союза, но не столько в плане военной помощи в грядущих боях, сколько в качестве сдерживающего фактора для Запада, что продолжал оголтело бряцать оружием. Сумев в 1949 году лишить США его ядерного козыря, Сталин не торопился вступить в военное противостояние с Вашингтоном. Воспользовавшись тем, что у американцев не было нового Гитлера готового напасть на Россию, он торопился максимально использовать эту мирную передышку.

Главной своей задачей, советский вождь видел в дальнейшем развитии страны, которое должно было привести к улучшению благосостояния её населения. На это был направлен пятый пятилетний план, за успешное выполнение которого в четыре года советский вождь и получил вторую звезду Соцтруда. С неослабеваемой энергией следил председатель правительства за реализацией своих замыслов, но неспокойное положение в мире заставляло его тратить значительную часть бюджетных денег на оборону.

Новый американский президент Эйзенхауэр, хотя и не был столько резок и бескомпромиссен как его предшественник, что одним росчерком пера отправил в атомную печь почти триста тысяч мирных японцев, но и он послушно выполняет волю финансовых кругов своей страны. Вашингтон упрямо делал ставку на втягивание СССР в гонку вооружений и локальных военных конфликтов, видя в этом верный способ, победить своего противника. Однако каждая палка имеет два конца.

Корейский конфликт, в который Америка с такой легкостью вошла пять лет назад, оказался опасным силком для американского орла. Легкая прогулка американской военной машины на север Кореи обернулась для Вашингтона кровавой трясиной, из которой он с каждым годом все труднее и труднее вытягивал ноги.

Убоявшись, возможности начала новой мировой войны, президент Трумэн отказал генералу Маккартуру в просьбе применить атомной бомбы против СССР и Китая, воюющих на стороне Ким Ир Сена. Это был мудрый шаг. Американские города и веси были спасены от страшных ужасов войны, однако из-за огромных потерь в американском экспедиционном корпусе, сам Трумэн, лишился президентского кресла. Простые избиратели не желали, чтобы в мирное время гибли их сыновья ради торжества демократии в Богом забытой стране. Нет, они не были против победы американских ценностей во всем мире, но жизнь их детей ценилась дороже.

Сменивший неудачника Трумэна генерал Эйзенхауэр попытался разрешить конфликт, предложив противнику прекратить огонь и вернуться к границам на 38 параллели, но Сталин отверг это предложение. Опытный политик, узрев в корейской войне рычаг воздействия на Америку, он не позволил её огню погаснуть, в нужный момент, подбрасывая в него, свежую охапку дров.

Глядя на торжественно марширующие по Красной площади полки, Сталин радовался удачному завершению многоходовой операции, что началась по его приказу в Корее. Ловко усыпив бдительность американцев вялостью боевых действий и видом общей усталости, Сталин тайно оттачивал свой корейский клинок. С соблюдением строжайшей тайны, шло ускоренное перевооружение китайских добровольцев Пен Дехуайя, расположенных на китайско-корейской границе. По приказу советского лидера, им были переданы танки, крупнокалиберные пушки, реактивная и зенитная артиллерия, большое количество автоматов.

Выполняя волю Сталина, хорошо вооруженный и подготовленный, в конце марта 55 года «2-ой особый корпус» добровольцев, совершил скрытый марш-бросок к линии фронта и без долгой задержки обрушился на врага. Целью его наступления был Сеул.

При мощной поддержке дивизионной и корпусной артиллерии, а также знаменитых «Катюш», «2-ой особый» сумел взломать глубоко эшелонированную оборону врага на всем её протяжении. В образовавшийся прорыв устремился бронированный клин тяжелых танков «ИС-2» вместе со знаменитыми «зверобоями».

Понеся незначительные потери по пути к Сеулу, танкисты сумели не только захватить древнюю столицу Кореи, но и удержать её до подхода пехотных соединений. В ожесточенном бою китайские добровольцы сумели не только отразить все контратаки американцев, но даже продвинуться к порту Чемульпо.

Оставив дымящиеся руины корейской столицы красным, американцы развернули отчаянную борьбу за её морские ворота. В Чемульпо были в срочном порядке переброшены свежие подразделения, в том числе знаменитая первая бригада — элитное соединение морской пехоты. Благодаря всем этим усилиям наступление «2-го особого корпуса» было остановлено. Чемульпо оказался разделен на две половины, но напуганные столь стремительным броском врага, прагматичные американцы с ужасом и тревогой пытались угадать, где начнет свое наступление «1-й особый корпус», который существовал только на бумаге.

Но не только ради обладания Сеулом Сталин предпринял это наступление. Его главная цель заключалась в ином. Создав у западных границ СССР защитный пояс из дружественных стран народной демократии, он стремился создать ещё один пояс защиты, теперь уже из нейтральных стран, что было заложено в решениях Потсдамской конференции.

Благодаря миролюбивым усилиям Советского Союза в мае 1954 года Австрия, ранее разделенная на оккупационные зоны, обрела статус независимого государства с нейтральным статусом. С австрийской территории были выведены все оккупационные войска, и власть в Вене перешла к избранному народом канцлеру.

Однако нейтральная Австрия была лишь прелюдией. Главная цель Сталина заключалась в создание единой и нейтральной Германии. Это навсегда бы устранило возникновение новой военной угрозы на немецкой земле, что со вступлением страны в НАТО стало вполне реальной возможностью. Ради воплощения этого плана, советский лидер был готов на ликвидацию коммунистической власти в восточной Германии, однако это не устраивало Америку. Западная Германия являлась главным плацдармом американской политики в Европе, и уходить оттуда Вашингтон не собирался ни за какие коврижки.

Все призывы Москвы о проведении международной конференции по Германии методично торпедировались, объясняя это тем, что немецкий народ уже сделал свой выбор, проголосовав за создание ФРГ. Для более прочного удержания в своем подчинении стран Европы и в первую очередь Германию, США организовали экономическую помощь в виде пресловутого «плана Маршалла». На его поддержание, ушло все трофейное золото «Третьего рейха», но разбогатевшая на войне Америка могла позволить себе такие траты.

Положение с единой Германией, казалось, было безвыходным, но Сталин сумел найти лазейку в частоколе американской политики. Возобновление военного конфликта в Корее, дало новый поток гробов и раненых за океан, что в свою очередь вызвало в Штатах серьезную бурю недовольства. В ряде штатов начались демонстрации против войны в Корее, грозящие перерасти в массовые беспорядки. Все это было крайне нежелательным для президента Эйзенхауэра в канун очередных президентских выборов. Требовалось срочно переломить ситуацию в свою пользу, но без нового массового кровопролития на Корейском полуострове это было невозможным. И тут, через нейтральную Швецию, Москва передала весьма заманчивое предложение. Сталин предлагал остановить начатое наступление и подписать мораторий на военные действия до конца года. Взамен Кремль требовал незамедлительного начала проведения переговоров по созданию объединенной Германии.

Желая прочнее связать руки Эйзенхауэра, советский лидер намекнул на возможность полного прекращения военного конфликта в Корее, если конференция состоится. Искус для американского президента был очень большим, но не было твердой гарантии в том, что Вашингтон пойдет на подобный размен интересов.

Сделав предложение, Сталин взял паузу в ожидании ответного хода Эйзенхауэра. Одновременно с этим, госбезопасность запустила по своим каналам мощную дезинформацию, о готовности «1-й особой бригады» нанести удар, который был должен полностью развалить весь фронт на 38 параллели. Эйзенхауэр прекрасно понимал примитивный шантаж русских. Случись это в начале его президентства, и ответ был бы коротким и категоричным. Но дядя Джо очень удачно выбрал момент для торгов. Президент находился в цейтноте, а лозунг Трумэна о том, что американские парни гибнут в Корее для того, чтобы война не постучала в Чикаго или Сан-Франциско был хорош для 1951 года, но совершенно не годился для 1955. Американская нация хорошо дралась в борьбе с агрессором, но крайне плохо держала удар в затяжных конфликтах, чье окончание было покрыто туманом. К тому же, враг предлагал неплохой размен, от которого всегда можно будет откреститься после окончания выборов, ведь обещать, не значит жениться.

Перед самым праздником, электронный жучок установленный в кабинете американского посла проворно донес, что лед в германском вопросе, тронулся. Американский посол получил согласие президента на предложенный русскими размен, и оно будет объявлено Сталину со дня на день.

Это, конечно, была не окончательная победа, но являлось большим прорывом в столь важном для Москвы вопросе. Теперь все дело зависело от мастерства дипломатии — министра иностранных дел Вышинского, у которого были свои козыри. Главным из которых, как это не парадоксально звучало — возможный союз с Аденауэром. Мастер неожиданных ходов Вышинский, сумел установить тайный контакт с немецким канцлером, который подобно хитрому теленку не прочь был сосать двух маток. Кроме этого, Сталин не исключал возможность прямого обращения к немецкому народу, который согласно специальным данным в подавляющем большинстве желал жить в независимом государстве. Главное было начать переговоры.

Тем временем на Красную площадь стали выезжать колонны боевой техники. С гулом и лязгом проползли мимо Мавзолея танки, самоходки и бронетранспортеры. Появление последних вызвало особый ажиотаж на гостевой трибуне, где располагались западные военные атташе. Они активно принялись фотографировать сидящих в них солдат, вооруженных автоматами Калашникова. Американцы давно охотились за этим видом советского оружия, но безрезультатно. Это секретное оружие применялось только на учениях, все остальное время автомат находился в чехле, полностью скрывавшим его контуры. Теперь же автоматы были открыты, но выставлены так, что были видны одни дула, с примкнутыми к ним штыками.

Также особым вниманием военных шпионов, пользовались советские зенитные ракеты С-25. Установленные на специальные машины, грозно блестя стальными боками, они отбивали желание у любого агрессора попробовать их действие на себе. Недавно принятые на вооружение, ракетные установки были специально показаны на параде Победы, в качестве наглядной демонстрации нарастающей силы Советской Армии, врагам страны Советов, коих у неё было предостаточно.



Но не только на Корейском полуострове советское оружие и советники вели скрытую борьбу с американским империализмом и их пособниками. Фронт этой борьбы охватывал весь земной шар, ибо было много стран и народов желавших сбросить с себя ярмо цивилизованных колонизаторов и обрести долгожданную свободу.

Именно советская военная помощь помогала героическому вьетнамскому народу успешно бороться с французскими войсками на просторах Индокитая. Как бы не был силен и опытен враг, но вьетнамские коммунисты уже добились освобождения половины своей страны. И не далек был день, когда солнце свободы взойдет над всем истерзанным длительной войной Вьетнамом.

Не менее успешно расшатывали французскую колониальную систему алжирские повстанцы. При помощи денег и оружия поступившего с далекого севера они совершили немыслимое, подняли восстание в стране, которую Париж давно считал неотъемлемой частью своей территории. Выступление свободолюбивых алжирцев вызвало подлинный шок в правительстве Четвертой республики. Они попытались подавить восстание при помощи силы, но это привело только к разрастанию конфликта и пополнению рядов митингующих, требующих независимости от Парижа. Казавшаяся единой, страна с легкостью раскололась на две непримиримые половины, готовые сражаться за свои идеалы до конца.

И пусть официальный Париж заявляет, что ситуация в мятежной провинции находится под его полным контролем, вереницы беженцев прибывающих на пароходах в Марсель из Алжира, упрямо говорили об обратном. Ушедшие в подполье силы сопротивления, медленно и верно перетирали железный остов французского колониализма.

Любой пример заразителен и вслед за Алжиром, забурлила вся остальная французская Африка. Волнения начались среди сахарских туарегов, мавританских племен и даже на берегах Чада и в Камеруне. Единственными островками спокойствия среди африканских владений Парижа были Джибути и Сенегал, но они не играли большой роли. Мятежная Африка уверенно вставала с колен, неотвратимо подрывая могущество Франции, полностью зиждившееся на эксплуатации заморских колоний.

Ничуть не лучше обстояли дела и у другой колониальной владычицы — Англии. Благодаря усилиям товарища Сталина она потеряла главную жемчужину своей имперской короны — Индию, что было для Лондона смертельным ударом. С упорством обреченного на смерть фанатика, цеплялась Британия за свои заморские владения Малайзию и Сингапур, но вовремя оказанная повстанцам помощь, заставила британского льва разомкнуть свои могучие челюсти.

Вскоре настал черед и британских владений в Африке. Почувствовав поддержку далекого севера, в движение пришли зулусы, бушмены и прочие племена, населявшие бескрайние просторы Южной Африки. Забурлила Нигерия, снабжавшая метрополию нефтью, заволновалась обильная золотом Гана. После военного переворота, предпринятого молодыми офицерами во главе с Абдель Насером, из английской короны выпал и её второй бриллиант, Египет вместе с Суэцким каналом. Заговорила о своей независимости Мальта, и даже каудильо Франко напомнил Лондону о Гибралтарском вопросе. Это была лебединая песня британской империи. Оставаясь главой стран Британского содружества, имея право вето в Совете Безопасности ООН и обладая ядерным оружием, из былого столпа мировой политики Англия превращалась в рядовую европейскую страну.

Для Сталина было особо приятно, что это происходило во времена правления Уинстона Черчилля. Наполовину парализованный, упрямо не желающий оставлять кресло премьер-министра, старый враг Советской России мог только посылать проклятье на голову Москвы и лично премьера Сталина. Жадно выпивая очередной стакан бренди, английский джентльмен торопился надиктовать свои мемуары, горько сожалея, что так и не смог развязать новую мировую войну, чтобы своими глазами увидеть падение ненавистной страны.

Однако не только расшатыванием и разрушением колониальных империй ограничивалась тайная война советской державы. Расправляясь со старыми недругами, Кремль вел скрытое наступление и против своего главного противника. В ответ на создание Америкой цепи военных баз вокруг Советского Союза и стран народной демократии, Сталин вторгся в святую святых Вашингтона, его «задний двор», Южную Америку.

С начала 19 века эта часть света была объявлена запретной для интересов европейской дипломатии. Здесь всегда царил диктат «северного соседа», а кто пытался ему противостоять был жестоко наказан, и судьба Парагвая было тому свидетельством. Все острова Карибского моря находились под прямым управлением США, которое поддерживалось штыками американской пехоты, беззастенчиво вторгавшуюся в любую страну для защиты демократии и интересов Америки и жизни её граждан.

Так продолжалось до средины сороковых годов, когда плененные идеалом левых идей, на путь революционных преобразований выступили жители Венесуэлы и Колумбии. Верные диктату Америки, власти этих стран ответили репрессиями, которые в свою очередь породили партизанские движения. Но не только революционные идеи страна советов импортировала на далекий континент. С 1945 года началась активная дипломатическая работа по выведению из-под влияния США, главных гигантов Южной Америки Аргентины и Бразилии. Не сразу был сломан барьер разногласий и противоречий между этими странами, возведенный руками американцев и англичан, но процесс пошел.

Самого большого успеха достигли советские дипломаты в диалоге с аргентинским президентом Хуаном Пероном. К всеобщему удивлению Москвы бывший генерал легко пошел на переговоры с советским лидером. Не требуя присоединения к советскому блоку или каких-либо привилегий для местных коммунистов, Сталин предложил Перону равноправное взаимовыгодное партнерство. Закреплением успехов московской дипломатии, стал визит в Аргентину Вячеслава Молотова, особо уполномоченного посланника советского лидера. Итогом его визита в Буэнос-Айрес, стало подписание торгово-экономического договора, открывающего широкую межгосударственную дорогу товарам двух стран. Особым пунктом, прочно скрепившим отношения двух стран, стало решение СССР о признании Мальвинских островов неотъемлемой частью Аргентины.

Вслед за серебряной страной, Молотов посетил Соединенные Штаты Бразилии, где встретился с президентом Кубичеком. Здесь успехи сталинского посланника были куда более скромными. Было подписано соглашение об открытии консульств в Ленинграде и Сан-Паулу, но даже это, вызвало сильный зубной скрежет в Вашингтоне.

Однако не только военные и дипломатические успехи были в перечне успехов советского правительства к торжественной дате. Хорошо помня, что в лапах американского орла не только пучок стрел, но и мешок долларов, товарищ Сталин уделил особое внимание мировой экономике. Ведь именно в деньгах была главная сила Америки, позволявшая ей диктовать свою волю всему миру.

Была проведена большая кропотливая работа, итогом которой стало образование новой экономической структуры во главе с Советским Союзом. К маю 1955 года многие страны мира признали советский рубль конвертируемой валютой. Не только страны народной демократии входящие в советский блок пошли на этот шаг. В Азии как полноправную валюту рубль признала Индия, Индонезия, Малайзия, Цейлон. В Европе за него проголосовала Финляндия, Дания, Бельгия, Люксембург и Исландия, а в западном полушарии Аргентина, Бразилия, Никарагуа, Гватемала и Мексика. Так советский рубль стал достойным соперником американскому доллару на мировой экономической арене, после британского фунта, французского и швейцарского франка. Золотовалютные запасы Советского Союза позволяли сделать подобный шаг.

Все это было только лицевой частью парадной медали. Как любой фронт крепок своим тылом, так и внешние успехи СССР были обусловлены его внутренними успехами. Выполняя заявленные в 1952 году обязательства, советское правительство стремительно улучшала благосостояние своего народа.

Пользуясь тем, что после окончания четвертой пятилетки Советский Союз мог полностью обеспечить себя любой продукцией, правительство стало насыщать внутренний рынок товарами собственного производства. Массовое производство товаров позволило постоянно снижать цены на различные их виды и сделать этот процесс постоянным. Каждый советский человек знал, что в марте месяце произойдет понижение цен на тот или иной вид товаров и с нетерпением ждал этого момента. Дешевели не только продукты питания и предметы первой необходимости. Цены снижались на обувь и одежду, инструменты, швейные машинки, кастрюли, чайники, радиоприемники, радиолы, фотоаппараты и холодильники. Не так быстро как хотелось, дешевели гарнитуры, сервизы, телевизоры, мотоциклы и автомобили, продолжавшие числиться в предметах роскоши, но число трудящихся ставших их владельцами неуклонно росло.

Одновременно со снижением цен неуклонно росли зарплаты колхозников, рабочих и трудовой интеллигенции. Желая стимулировать покупную способность населения, был введен беспроцентный кредит в виде продажи товара в рассрочку. При этом, покупая ту или иную вещь, человек платил только четвертую часть её стоимости, а всю остальную стоимость выплачивал в течение нескольких лет.

Другим заметным шагом по улучшению благосостояния населения стало строительство многоквартирных панельных домов. Благодаря особенностям своей конструкции эти дома росли буквально как грибы после дождя, позволяя массово переселить людей из бараков и обветшалых строений. Конечно, панельные конструкции имели свои недостатки, но возможность быстрого получения благоустроенной квартиры, с водой, светом, канализацией и отоплением, полностью перевешивала чашу весов в их пользу. Города и сельские центры стали стремительно расширяться, прирастая кварталами и улицами новостроек.

Третьим выполнением планов пятой пятилетки стало сокращение рабочего времени. Все прекрасно понимали, что за один момент вся огромная страна не сможет перейти на пятичасовой рабочий день, как это было заявлено декларативных задачах пятилетки. До полного коммунизма советской стране было еще далеко, однако подтверждением реальности этих планов стало постановление правительства вышедшее в канун 1 мая. В нем объявлялось о сокращении до пяти часов рабочего времени в субботу и переходе части трудовых коллективов страны на шестичасовой рабочий день.

Это постановление вызвало массовый поток телеграмм и писем от трудящихся в адрес правительства и лично его председателя товарища Сталина. Рабочие и колхозники горячо заверяли, что приложат все усилия, чтобы оправдать оказанное им доверие и с честью выполнить поставленные перед ними задачи правительством и партией. И это были не пустые слова.

Получив массовое денежное вливание, российское черноземье стояло на пути скорейшего исполнения главной задачи пятилетки, полного обеспечения страны молоком и мясом. Не отставали от них хлеборобы Украины, Краснодара, Оренбуржья, Казахстана и Алтая. Выполняя план преобразования природы, они с каждым годом увеличивали объем хлебопоставок государству, что отодвигало далеко за горизонт угрозу новой засухи и голода.

Не покладая рук, на благо всей страны работали трудовые коллективы фабрик и заводов. Материальная стимуляция предложений, которые снижали себестоимость товаров и улучшали их качества, заставляли коллективы искать и выдвигать из своей среды талантливых людей.

Подобные результаты были самой лучшей агитацией, что наглядно демонстрировала всему свету преимущество советского строя перед загнивающим капитализмом Запада. Улучшение материального благополучия страны, едва-едва оправившейся от ужасного испытания войной, лучше всех лозунгов и призывов, бряцания оружием и устрашения доходило до сердец простых жителей Земли. Могучие успехи советского строя помогали Москве быстро и прочно утвердиться в странах Восточной Европы, и побуждали трудящихся Запада отстаивать свои интересы всеми доступными средствами.

Именно осознание успехов по строительству основ крепкого и могучего государства под названием Россия, заставляло Сталина радостно взмахивать рукой, когда после окончания парада на Красную площадь вышли колонны демонстрантов. Представители всех шестнадцати республик радостно приветствовали советское правительство, неся перед собой символические доказательства своего успешного труда. Мирное шествие москвичей и гостей столицы было подобно огромной реке, которое плавно и величественно проплывало у стен легендарного Мавзолея.

Однако не все гладко и просто было внутри ближайшего окружения Сталина. Неудачное покушение на жизнь вождя в марте 1953 года, было тому наглядным подтверждением. Стоящие во главе заговора член Политбюро Хрущев и министр безопасности Игнатьев, посредством специального яда пытались отравить Сталина и представить это как инсульт. Во время вечеринки на даче, Хрущев намеревался раздавить ампулу с ядом над бокалом вождя, а проинструктированная Игнатьевым охрана должна была сделать все, чтобы медицинская помощь больному была оказана как можно позднее.

Все было тщательно продуманно, но заговорщиков погубила простая случайность. Желая выказать свою любовь и преданность Сталину, член Политбюро Булганин захотел выпить с вождем на брудершафт и при этом случайно поменялся бокалами. Через два часа Булганину стало плохо и прибывшие к больному врачи, диагностировали отравление.

Узнав это, состоящий в заговоре начальник охраны дачи Сталина застрелился, чем окончательно выдал заговорщиков. Вычислить неудачного отравителя не представляло большого труда. Хрущев успел застрелиться, но арестованный Игнатьев пел как курский соловей, выдав всех, кого только знал и о ком лишь догадывался.

Разоблаченный заговор позволил Сталину не только провести целенаправленную чистку государственных и партийных верхов, но и без оглядки на номенклатуру разделить полномочия государства и партии, отдав ей контроль над кадрами и идеологию.

Неудачное покушение ещё раз подтвердило правоту тезиса о том, что по мере построения коммунизма будет обостряться внутриклассовая борьба. При этом главной ареной этой борьбы оказалась партия коммунистов, полностью изжившая себя в качестве главной власти в государстве.

Все это заставило Сталина незамедлительно принимать самые действенные меры, которые бы позволили обезопасить себя и страну от новых вылазок переродившейся номенклатуры. Прекрасно понимая, что одними репрессиями бюрократическую гидру одолеть невозможно, он сделал основную ставку на простой народ.

С июля 1953 года по всей стране, в школах, институтах, на производстве был введен обязательный к изучению курс основ коммунизма. В нем по специально разработанным и утвержденным учебникам, простым и доступным языком объяснялись основы экономики, политики и юриспруденции.

Так как в большинстве своем советские люди не были юридически грамотными, они не знали всех своих многочисленных прав, закрепленных законодательством. Преподаватели курса доходчиво объясняли трудящимся, что они могут обращаться с жалобами по тем или иным жизненным вопросам в те или иные инстанции, с приведением примеров и разборкой их на практике для лучшего закрепления материала. Таким образом, знание законов позволяло устранить вечную зависимость простого населения от начальственного произвола и чиновничьей волокиты.

Также на конкретных примерах проводилось разъяснение принципов экономических основ политики государства. Курсантам в доходчивой разъясняли, почему и с какой целью советское правительство принимает тот или иной шаг, и какую выгоду он принесет не только государству, но и простому труженику. Теперь любой рабочий и колхозник, мастер и инженер, мог отчетливо представлять каком образом будет создано новое общество, где каждый будет получать по потребности и что для этого каждый должен сделать.

Обладая правовой защитой, имея материальную заинтересованность в своем труде и являясь политически грамотными, советские люди должны были стать огромным монолитом, который мог самостоятельно, без оглядки на верха завершить воплощение замысла товарища Сталина. Но для того, чтобы этот процесс стал необратимым, нужно было время, время и ещё раз время. И снова, уже в который раз за весь тот период, что он находился у власти, Сталин задумался о преемнике.

Тяжелые думы легли на его чело и продолжали тревожить даже когда члены правительства стали покидать праздничную трибуну.

Проблема наследника всегда была самой острой и важной проблемой любого правителя, и Сталин не был исключением. Если говорить напрямую в этом вопросе ему особенно не везло. В тридцатых годах, когда началась борьба со старыми партийцами, самым первым кандидатом на этот пост был Киров. Однако вражеская пуля разорвала этот удачный тандем двух государственных деятелей.

Затем на роль приемника выдвинулся энергичный Жданов, хорошо показавший себя как на партийной, так и государственной работе. После войны его открыто называли преемником генсека, но халатность и безответственность лечащих врачей привели к скоропостижной смерти будущего властителя Кремля.

Третьим и самым способным из всех остальных окруженцев вождя являлся Лаврентий Берия. Блестящий талант он отлично совмещал в себе и грамотного партработника и умелого технократа. Именно его трудами была создана атомная и водородная бомба Советского Союза. Все знали, что в случае смерти вождя, он займет освободившееся место, но коварный рок продолжал преследовать Сталина. После посещения атомного полигона здоровье Берии серьезно ухудшилось. Лаврентий продолжал играть активную роль в жизни государства, но Сталин прекрасно понимал, что на те двадцать лет, что он отвел на построение коммунизма в отдельной взятой стране, Берии не хватит.

Таковы были тайные мысли вождя, но они нисколько не испортили торжественный банкет, данный Сталиным в Кремле в честь десятилетия победы.

Согласно заведенной традиции, приглашенные пили за успехи и здоровье того или иного члена правительства или почетного гостя. Свой праздничный тост вождь обычно говорил последним, и все ждали этого момента.

— Господа иностранные представители сегодня очень много желали мне здоровья и многих лет жизни, и потому я просто обязан дожить до восьмидесяти лет, — хитро начал Сталин, чем вызвал оживление за столом иностранных дипломатов.

— Наверняка их сильно интересует состояние моего здоровья. Потому я хочу открыть им маленький секрет. Здоровье мое конечно не то, каким было десять лет назад. Но я чувствую себя достаточно бодрым, чтобы в случае необходимости нанести дружеский визит в Соединенные Штаты Америки. Об этом неоднократно говорил президент Трумэн, о том же упоминал в своих письмах и президент Эйзенхауэр.

Это заявление вызвало сильный ажиотаж среди дипломатов и приглашенных на торжество корреспондентов. Бравые борзописцы тут же уткнулись в свои блокноты и ожесточенно застрочили ручками и карандашами. Все ждали, что вождь разовьет свою мысль, но Сталин умел держать интригу.

— Это торжество наша страна встречает большими успехами, можно сказать грандиозными. Благодаря самоотверженному труду нашего народа, у нас успешно заложены главные основы коммунизма. Его так сказать предпосылки и в следующей пятилетке, мы должны приложить максимум усилий, чтобы сделать этот процесс необратимым. Для этого нам нужны только две вещи, желание советского народа завершить начатое строительство и мирное небо над нашей головой. — Сталин сделал маленькую паузу и зал разразился громкими овациями, но стоило вождю поднять руку, как наступила тишина.

— Мы не хотим войны. Нам очень хочется жить в мире и дружбе с Америкой и Европой, но это не означает, что мы готовы поступиться интересами нашего народа. Мы за равноправный и конструктивный диалог с западным миром, в котором каждый уважает интересы и ценности своего соседа. Да, мы по-разному смотрим на обустройство мира, но это не должно нам мешать жить в согласии. Нам каждому есть чему поучиться друг у друга. Я должен честно признать, что многим нашим управленцам не хватает американской хватки и деловитости, но надеюсь, мы скоро научимся этим достойным качествам. Русские люди очень способны к любому учению, у любых учителей. Было бы только желание.

Русский народ, только сейчас начал осознавать всю свою могучую силу, которой его наделила наша суровая природа, и стал расправлять плечи. Впереди у него длинная дорога, на которой ему предстоят большие свершения и начинания. Я хочу выпить за русский народ, за его скорые успехи в столь трудном, но очень важном деле! Ура, товарища! — произнес вождь и, поднеся фужер, тихо произнес: — как говорится, с Богом.