Авиация и космонавтика 2014 04 (fb2)

Авиация и космонавтика 2014 04   (скачать) - Журнал «Авиация и космонавтика»

Авиация и космонавтика 2014 04


Авиациям и к осмонавтика вчера, сегодня, завтра

Апрель 2014 г.

Научно-популярный журнал

На первой стр. обложки фото И. Вукадинова



Интервью с командующим ВВС и ПВО Сербии генерал-майором Ранко Живаком

13 марта корреспондент журнала «Авиация и космонавтика» Михаил Никольский взял интервью у командующего ВВС и ПВО Республики Сербия

Господин генерал, спасибо, что Вы согласились дать интервью ведущему авиационному журналу России. Военная авиация Сербии имеет давние традиции, а не так давно была проведена реформа ВВС и ПВО, в чем она заключается|?

В течение нескольких предшествующих лет ВВС и ПВО прошли через этап реорганизации и частичной модернизации. По примеру ВВС ведущих стран мира объединены летные и обеспечивающие подразделения, а основными критериями являлись рациональность, экономичность и эффективность. Цель заключалась в сохранении существующих перспективных систем вооружения, освобождении ВВС и ПВО от излишних и устаревших систем, в сокращении расходов, повышении эффективности при выполнении задач по предназначению и созданию условий для их глубокой модернизации.

Насколько численность авиационного парка ВВС и ПВО отвечает потребностям ближайшего будущего?

В настоящее время ВВС и ПВО Сербии за счет регулярного технического обслуживания и надлежащей эксплуатации имеющейся в наличии боевой техники и благодаря исключительной преданности, высокому профессионализму и мотивации личного состава, успешно выполняют задачи, несмотря на проблемы, связанные с многолетней стагнацией в части принятия на вооружение новой техники. Сегодня в любой стране мира вооруженные силы могут считаться современными только при наличии современной и хорошо оснащенной авиации, а желание модернизировать свои ВВС в соответствии с научно-техническими достижениями и, прежде всего, экономическими возможностями, присуще практически всем странам мира. Невзирая на определенные проблемы текущего периода, ВВС и ПВО способны выполнять поставленные задачи, главными из которых является контроль, защита и обеспечение суверенитета воздушного пространства страны в мирное время.


Перехват воздушных целей отрабатывается по наведению с земли или самостоятельно?

Наведение истребителей при выполнении задачи по контролю и защите воздушного пространства Республики Сербия выполняется по командам с земли как классическим способом (голосом), так и в автоматическом режиме. Вместе с тем, летчики обучены выполнять перехваты самостоятельно, методом так называемой «свободной охоты».

Каким образом в настоящее время организован процесс обучения и тренировки летчиков? Сербия готовит летные кадры самостоятельно. В какой степени такой подход, с учетом небольшого количества курсантов, отражается на стоимости летной подготовки?

Сербия — одно из немногих государств региона, где летные кадры полностью самостоятельно и, вопреки многому, успешно готовятся на собственных самолетах и вертолетах в полном объеме. Количества имеющихся в наличии летательных аппаратов достаточно для обеспечения процесса подготовки летчиков. Обучение начинается с полетов на поршневых самолетах, а завершается полетами на том типе, на котором курсанту предстоит летать в строевой части. На каждом этапе обучения закрепляются и улучшаются знания и навыки, полученные на предыдущих этапах и необходимые для выполнения всех поставленных в будущем задач. Снижению стоимости обучения летчиков во многом способствовало начало эксплуатации самолета «Ласта». Это современный самолет для первоначального и основного обучения летчиков. Он оснащен современным навигационным и связным оборудованием, узлами подвески вооружения. Освоение самолета «Ласта» знаменует собой качественный скачок в обучении летчиков всех профилей: от первоначального обучения до высшего пилотажа, штурманской подготовки, полетов строем, ночью и в СМУ, обучению применению вооружения. При этом достигнута комплексная экономия средств. Помимо экономического аспекта, который в данном случае более чем очевиден, огромное значение имеет повышение безопасности полетов. Что касается вертолетчиков, то их и далее планируется готовить на вертолетах «Газель», зарекомендовавших себя надежной, рациональной и эффективной машиной для первоначального и основного обучения летчиков, которым впоследствии предстоит осваивать боевые или средние транспортные вертолеты. Большое внимание в процессе подготовки летчиков уделяется и тренажерам.

На каком этапе обучения принимается решение о дальнейшей специализации курсанта — станет ли он вертолетчиком, пилотом транспортного или боевого самолета?

Обучение летчиков для Вооруженных сил Сербии начинается с отборочных полетов на поршневых самолетах Утва-75 (В-53). Кандидаты, успешно прошедшие отборочный курс, направляются для дальнейшего усовершенствования летных навыков на самолете данного типа вкупе с изучением теоретических дисциплин в течение трех первых курсов Военной академии. За этот период кадеты завершают основной курс летной подготовки. На основе результатов, продемонстрированных кадетами в ходе летной подготовки и, в первую очередь, отзывах инструкторов, в конце третьего курса Военной академии, кадетов распределяют по типам ЛА, на которых им предстоит дальнейшее обучение и совершенствование.

В ходе антитеррористической операции в Косово сербские летчики приобрели значительный боевой опыт. Как Вы, будучи летчиком истребителя- бомбардировщика "Орао», оцениваете использование этого самолета в той войне и возможные перспективы применения его для борьбы с терроризмом в будущем?

Самолет «Орао» является классическим истребителем-бомбардировщиком, предназначенным для авиационной поддержки сухопутных войск в зоне боевых действий или для нанесения ударов по важным объектам инфраструктуры и другим целям в глубине занятой противником территории. Вооружение самолета оптмизировано для выполнения данных задач, а потому для борьбы с терроризмом самолет может быть использован лишь ограниченно.

Насколько нам известно, в Сербии разработан турбовинтовой антитеррористический самолет «Кобац». Планирует ли ВВС Сербии принятие на вооружение таких самолетов?

«Кобац» разработан на основе самолета «Ласта» и предназначен для повышенной учебно-боевой подготовки летчиков, а также для непосредственной авиационной поддержки в ходе проведения противопартизанских и антитреррористических операций. Программа самолета «Кобец» весьма важна для национальной авиапромышленности и является одним из перспективных направлений индустрии Республики Сербия. Рассмотрение вопроса закупки любого образца техники, также как и данного самолета, имеет смысл только после успешного завершения этапов проектирования и испытаний, конечно с учетом приоритетов строительства вооруженных сил и финансовыми возможностями.


УТС «Ласта-95»


Сербию и Россию связывают традиционнодружественные отношения, а как вы сегодня оцениваете сотрудничество ВВС Сербии и России, каковы планы на будущее?

Сотрудничество с ВВС Российской Федерации значительно возросло после моей первой встречи в 2011 г. с тогдашним Главком ВВС РФ генералом Зелиным и продолжается после разговора в прошлом году с командующим ВВС РФ генералом Бондаревым. Мы определили несколько областей сотрудничества в части обеспечения безопасности полетов, обучения и технического обслуживания авиационной техники. В этих областях реализовали и планируем продолжать визиты групп экспертов, обмен штабными офицерами, проведение совместного обучения в Сербии и Российской Федерации, а также различные другие виды деятельности, сотрудничество в которых является реалистичным и возможным.

Когда-то сербские летчики и расчеты ЗРК использовали советские объекты боевой подготовки, в частности полигон Ашулук. Крайний раз представители Сербии стреляли на Ашулуке очень давно — в 1989 г. Что думают в Сербии по поводу возобновления такого сотрудничества в ближайшем будущем?

Для начала мы планируем обменяться делегациями экспертов ПВО и направить несколько наших офицеров на практические стрельбы подразделений ПВО РФ на российских полигонах. Какой облик примет сотрудничество в данной области, станет видно в ближайшем будущем. Многое зависит от готовности обеих стран, общих интересов, финансирования и т. д. Ведется очень сложный организационный процесс со многими рисками, которые необходимо держать под контролем.

Каковы планы в отношении модернизации ВВС и ПВО?

Процесс модернизации боевой техники органичен и периодичен. Логично, что имеющаяся техника в установленный период подлежит замене. Начиная с определенного момента, перед ВВС и ПВО поставлена задача контроля и защиты воздушного пространства Сербии собственными силами. Процесс обновления ВВС и ПВО начался в конце 2006 — начале 2007 гг. с анализа состояния и перепективности имеющейся боевой техники. К настоящему времени подготовлены концептуальные документы: проведены соответствующие тактические исследования, в которых определена потребность ВВС и ПВО Сербии в современных боевых системах, на основе более ранних анализов рассмотрены все возможные варианты — типы боевой техники и ожидаемый эффект от оснащения тем или иным типом. Все проведенные исследования и анализы преобразованы в долгосрочные планы развития вплоть до 2020 г.

Конечно, процесс постановки на вооружения любого образца техники длителен и сложен, а в случае, когда речь идет о самой современной и дорогостоящей технике (самолеты, РЛС, системы ПВО), усложняется многократно. Прежде всего, требуется обеспечить соответствующие ассигнования и найти модель финансирования, которая в долгосрочном плане была бы приемлима для экономики Республики Сербия. Также необходимо обеспечить непрерывность работоспособности систем на протяжении всего периода эксплуатации, что подразумевает стабильное техническое обслуживание, периодическое продление ресурса, стабильность поставок запасных частей и т. д. Основной подход к модернизации — системный: все системы и средства, от датчиков первичной информации до боевых комплексов ПВО, должны работать в едином командно-информационном поле в составе интегральной автоматизированной системы.

Недавно вы выполнили полет на российском многоцелевом истребителе МиГ-35. Как вы оцениваете этот самолет и есть ли шанс увидеть эти истребители с опознавательными знаками ВВС Сербии?

Международный авиационно-космический салон МАКС-2013 входит в число крупнейших авиационных смотров мира и традиционно раз в два года проходит на аэродроме ЛИИ в подмосковном Жуковском. Это возможность для всех авиаторов познакомиться с актуальными современными достижениями авиации, — радиолокации, средств ПВО, авиационного вооружения и оборудования, как с точки зрения перспектив развития, так и с точки зрения эксплуатации. Кроме того, МАКС дает возможность обменяться опытом и взглядами на пути развития мировой авиации, способы использования авиации в современных условиях.

Во время пребывания на авиасалоне МАКС-2013 делегации Сербии, главой которой я являлся, я получил возможность детально ознакомиться с тактико-техническими характеристиками большого количества военной техники авиации, ракетных комплексов ПВО, РЛС, другого авиационного оборудования и вооружения. Очень важно, что были установлены нужные контакты и созданы условия для сотрудничества с производителями техники и ремонтными заводами. Для нас это особенно важно как с точки зрения поддержания в исправном состоянии и продления ресурса состоящих на вооружении систем, так и в отношении сотрудничества по развитию нашего авиационного завода «Мома Станойлович».

На МАКСе я получил возможность выполнить полет на многоцелевом боевом самолете МиГ-35. Тот полет, с одной стороны, стал следствием долголетнего плодотворного сотрудничества с компанией «РСК МиГ», а с другой стороны — знак взаимного доверия и уважения, шанс ознакомиться на практике с летными данными самолета, возможностями бортового оборудования и вооружения применительно к процессу выбора для ВВС и ПВО нашей страны современного многоцелевого боевого самолета.


МиГ-35 на авиасалоне МАКС-2013. В кабине — Командующий ВВС и ПВО Сербии Ранко Живак


Каким образом Сербия планирует закупать новую технику? Возможно ли двустороннее сотрудничество с «обратными» поставками?

Как я говорил выше, речь идет о больших финансовых средствах, необходимых для запланированной модернизации, объем которых невозможно обеспечить обычными бюджетными ассигнованиями. Поддержка на самом верху руководства Республики Сербия безусловно необходима, когда говорим о сроках реализации закупок военной техники. Напомню, речь идет не просто о закупке — необходимо найти такой вариант, в границах наших возможностей, который обеспечил бы трансфер технологий в Республику Сербия и совместное сотрудничество иностранного партнера с предприятиями оборонной промышленности и другими секторами экономики Сербии. В этой области сделано уже много, но предстоит сделать еще больше.

Могут ли российские фирмы рассчитывать на участие в модернизации учебно-боевых самолетов «Супергалеб»?

Модернизация самолета Г-4 в вариант Г-4МД (МД — «модернизировани дигитализировани», модернизированный цифровой) имеет первостепенное значение для вооруженных сил Сербии и не обусловлен никакими обстоятельствами. Предварительный анализ модернизации выполнен в 2008 г., определены тактико-технические требования, которым должен удовлетворять Г-4МД, определено содержание модернизации и уровень глубины модернизации оборудования, также проведен анализ рынка на предмет оценки реальности выполнения поставленных задач и способности иностранных партнеров выполнить требуемые работы. Целью является на существующую платформу, которая в плане аэродинамики доказала свое качество, установить новое оборудование, способное повысить эффективность самолета, улучшить процесс обучение боевому применению и облегчить переучивание на какой-нибудь современный многоцелевой боевой самолет. Естественно, оптимальным считается приблизить кабину Г-4МД по техническим решениям и эргономике к кабине многоцелевого боевого самолета, на котором в дальнейшем будут переучиваться летчики. Иностранный партнер еще не выбран, а его выбор не будет определен или связан с выбором других систем вооружения. Поэтому все разработчики и производители авиационного оборудования могут принять участие в конкурсе на равных правах. Основными критериями станут качество и цена. Я уверен, что российские фирмы, в свете критерия цена-качество, в этом проекте смогут найти свое место.

Учебный самолет «Ласта-95» выпускается серийно. Может ли этот самолет стать частью возможного будущего трансфера технологий между Сербией и Россией?

Во время посещения авиасалона МАКС-2013 встречался с командующим ВВС РФ генералом Бондаревым. По моему приглашению генерал Бондарев для ознакомления с самолетом «Ласта» посетил стенд сербской авиационной и оборонной промышленности, которую представляла фирма «Jугоимпорт СДПР». Генералу представили основные характеристики самолета и рассказали о значительной рационализации обучения летчиков, связанной с использованием в процессе обучения самолета «Ласта». Генерал Бондарев приглашен в 2014 г. посетить Сербию, ожидаем, что в ходе ответного визита мы проанализируем состояние сотрудничества ВВС двух наших стран и наметим пути его расширения в будущем. Обязательно будем говорить об опыте подготовки летчиков и оптимизации системы обучения, а в этом процессе самолет «Ласта», если к нему проявит интерес российская сторона, может занять важное место.

У летчиков пилотажной группы «Стрижи» остались очень теплые воспоминания о сербском гостеприимстве на авиашоу «Батайница 2012», Проходившем по случаю 100-летия военной авиации Сербии. Может ли состояться новый визит пилотажной группы «Стрижи» в Сербию?

«100 година српског вojнor ваздухопловства» — очень важная для нас дата. Когда какое-нибудь дело выполняется на протяжении более чем 100 лет, можно сделать один единственный вывод: работа идет в верном направлении. Поэтому празднованию юбилея уделялось особое внимание, а главным событием стало международное авиашоу «Батайница 2012». То, что наши старания не были напрасными, подтверждает реакция летчиков пилотажной группы «Стрижи», В атмосфере праздника нам очень хотелось показать себя гостеприимными хозяевами. Ответом на наше гостеприимство стала впечатляющая летная программа вашей пилотажной группы, которой бурно аплодировала взыскательная и искушенная в авиации публика. Обоюдные позитивные впечатления служат гарантом новой встречи.

Несколько личных вопросов:

Когда Вы выполнили свой первый полет?

Первый самостоятельный полет я выполнил в 1981 г. в аэроклубе на планере «Бланик». Во время обучения в авиационной гимназии выполнил два прыжка с парашютом и прошел отборочный курс на поршневом самолете Утва-75.

На самолетах каких типов Вы летали, и какой имеете налет?

За свою карьеру летчика я освоил десяток типов самолетов, главным образом в период своей десятилетней службы в Летно-испытательном центре. Ранее десть лет был инструктором и обучал молодых летчиков полетам на самолетах Г-4 «Супергалеб» и J-22 «Орао».


Какой самолет больше всего цените? Какой полет вам запомнился больше всего?

Ценю и уважаю все, что летает. Из всех полетов с общим налетом около 3000 ч больше всего запомнился полет 12 сентября 1990 г., когда при выполнении учебного задания по выполнению стрельбы по воздушной цели из-за технической неисправности при заходе на посадку мне пришлось катапультироваться. После инцидента оправился очень быстро и нормально, без всяких последствий, летаю до сегодняшнего дня.

Вы бывали в России несколько раз. Каковы ваши впечатления о нашей стране и нашей авиации?

Посещал Россию многократно и не раз встречался с российскими летчиками и инженерами на аэрошоу в разных странах мира. В основном бывал в Москве и Подмосковье. К сожалению, случая ближе познакомиться со страной не представилось. Все мои впечатления очень позитивны. Когда я это говорю, то имею в виду исключительно корректные и приятельские отношения как со стороны российских авиаторов, так и простых людей, с которым имел возможность общаться. Со многими установились товарищеские отношения, особо отмечу сотрудников «РСК МиГ» и, конечно, представителей командования ВВС РФ, с которыми встречался чаще всего. Очевидно, что авиация в России развивается, а возросшие профессионализм и компетентность российских летчиков мог оценить сам как на аэрошоу, так и непосредственно в кабине самолета МиГ-35.

ВВС России желаю больших успехов и безопасных полетов.


М. Никольский


Один день на авиабазе Батайница

Заместитель командира 101-й истребительной эскадрильи майор Деян Беда (справа) и летчик МиГ-29 майор Александр Маринкович


Столицей российской авиации, как известно, является город Жуковский. Столица военной авиации Сербии — аэродром Батайница, что совсем рядом с Белградом.

На Батайнице дислоцированы авиационные части ВВС и ПВО Сербии, а также находятся авиаремонтный завод «Мома Станойлович», сектор летных испытаний (ранее Авиационный испытательный центр), авиационное отделение Военномедицинской академии, учебный центр ВВС и ПВО. После очередной реорганизации вооруженных сил все дислоцированные на Батайнице части ВВС и ПВО сведены в 204-ю авиационную бригаду.

На авиабазе можно увидеть практически все самолеты и вертолеты сербских ВВС: МиГ-21бис, МиГ-29, Г-4 «Супергалеб», J-22 «Орао», «Ласта-95”, Ми-8, «Газель». Исторически на Батайнице всегда базировались истребители, выполнявшие задачи ПВО Белграда. Именно на Батайницу еще во времена СФРЮ поступили первые МиГ-21 и МиГ-29. В 1999 г. Батайницу бомбила авиация НАТО, следы налетов сохранились до сих пор, а разминирование закончили только в 2012 г. в преддверии авиашоу в честь 100-летия военной авиации Сербии.

Желание попасть на Батайницу у автора этих строк возникло не вчера. Собственно, на Батайнице один раз я уже был — на авиашоу в 2012 г. Но всегда хотелось увидеть авиабазу в обычный день. Мечта осуществилась с помощью военного атташе Республики Сербия в Москве полковника Зорана Стойковича и майора Николы Ковачича из штаба ВВС и ПВО Сербии. Дело не обошлось, конечно, и без поддержки со стороны Командующего ВВС и ПВО генерал-майора Ранко Живака. Сербия — страна нейтральная, к тому же почти окруженная странами НАТО, а потому отношение военных к русским формально нейтральное.

Ясный мартовский день — небо без облачка, прозрачный воздух, на дворе +20 °C. Идеальная погода для съемки. Увы, серьезных полетов не предвиделось, хотя вообще в сербских ВВС летают довольно активно: три-четыре смены в неделю. Налет у летчиков, тем не менее, небольшой. Страна находится в сложной экономической ситуации, да и пригодных к полетам самолетов не так много. Под фотосъемку выставили спарку МиГ-21УМ и два «9-12». Все сербские МиГ-29 прошли ремонт и модернизацию. Самолеты получили новые навигационные системы, сопряженные с гражданскими системами управления воздушным движением.


Г-4 Супергалеб


Точная навигация для сербских летчиков имеет огромное значение, поскольку полеты приходится выполнять в зонах, насыщенных гражданскими бортами — над Белградом проходит несколько воздушных трасс, а совсем рядом с Батайницей находится международный аэропорт «Никола Тесла». Вариант модернизации сербских «9-12» близок словацкому, но, характерный момент, — на МиГи ВВС Сербии в ходе ремонта установили радиосвязное оборудование российского, а не западного производства!

Без сомнения, символом ВВС Сербии сегодня является МиГ-29. Возобновление полетов этих истребителей после долгого перерыва стало событием для всей страны, все местные СМИ в прошлом году освещали первые полеты на МиГ-29 молодых летчиков.

Боевое дежурство на Батайнице, однако, несут МиГ-21. Время реакции на угрозу у 21-го меньше, так как меньше времени уходит на прогрев двигателей. Для страны, где время полета от одной границы до другой исчисляется минутами, время взлета по тревоге является важнейшим параметром. Весной 2013 г. взлетевший с Батайницы дежурный МиГ-21 перехватил и принудил к посадке нарушителя воздушного пространства Сербии — небольшой частный самолет. Ранее сей нарушитель буквально пронзил воздушное пространство соседней Хорватии, где в теории боевое дежурство несли тоже МиГ-21.

В пакете с ремонтом и модернизацией МиГ-29, РСК «МиГ» поставила ВВС Сербии комплексный тренажер истребителя. Остается только жалеть, что подобных тренажеров нет в строевых частях ВВС РФ. Пожалуй, с точки зрения «цена — качество» такой тренажер оптимален. Кабина самолета установлена стационарно, изображение местности проецируется на огромный полусферический экран. Тренажер позволяет отрабатывать все задачи по курсу боевой подготовки и даже работу в паре, правда, вторым истребителем в этом случае управляют джойстиком, как в известной игре LockOn. Местность на экране вполне конкретная — окрестности авиабазы Батайница. Великолепная возможность полюбоваться устьем Савы и Дуная с воздуха! В принципе, такую «картинку» можно увидеть и в иллюминатор лайнера авиакомпании «Аэрофлот», но — высота другая и нет свободы действий. На тренажере летчики «налетывают» по 30 ч ежегодно.

Военная авиация Сербии постепенно приходит в себя после длительного застоя. Самым ярким примером грядущих перемен к лучшему является учебный самолет «Ласта-95». Неказистый издали, вблизи он поражает качеством отделки внешних поверхностей, а в его кабине установлено современное приборное оборудование на основе многофункциональных цифровых индикаторов. Машина во многом универсальна: позволяет отрабатывать очень широкий спектр заданий: от простейших полетов курсантов по кругу до высшего пилотажа и боевого применения. При этом «Ласта» очень экономична — эксплуатация самолета обходится намного дешевле, чем эксплуатация самолетов с ТВД, на которые в качестве самолета первоначального обучения летчиков сделали ставку ВВС многих стран мира. Для Сербии экономичность выходит на первый план, поскольку летчиков для сербских ВВС готовят дома, а не за рубежом.



Практически вся авиационная медицина Сербии так же сосредоточена в Батайнице. Здесь проходят ВЛК строевые летчики, производится медицинский отбор кандидатов в кадеты. В отдельном задании имеется центрифуга. В отличие от тренажера МиГ-29, опробовать центрифугу мне почему-то не захотелось: наверное, нанесенный на кабину центрифуги рисунок обалдевшего от перегрузок кота не вдохновлял… Оборудование старое, еще времен СФРЮ, тем не менее, вполне работоспособное.

В беседах летчики отмечали схожесть системы подготовки и повседневной деятельности ВВС Сербии с советской и российской. Отличия, конечно, имеются. К примеру, офицеры по безопасности полетов в эскадрильях ВВС Сербии выполняют несколько иные функции, нежели в отечественных ВВС.

Впечатления от Батайницы в свое время хорошо выразил один из летчиков пилотажной группы «Стрижи»: «Летели за границу, а попали домой». Иностранная военная авиабаза очень похожа на российскую. Классы предполетной подготовки, кабинет командира части — все как у нас. Есть и Комната боевой славы, «Спомен соба» — комната Памяти. Внешне Батайница выглядит много чище отечественных аэродромов. Рулежки и ВПП находятся в прекрасном состоянии Возможно, причина отменного состояния кроется в том, что летают сербы много меньше наших летчиков, а воздействие на полосу МиГ-29 или Ан-26 гораздо более скромное, чем, к примеру, у МиГ-31, не говоря уж о Ту-160.

При желании, наверное, сходство можно отыскать в аэродромах любых стран мира. Дело в другом — нет в мире страны, более близкой России, чем Сербия. Передать эту близость словами или картинками невозможно, ее можно лишь прочувствовать «собственной шкурой». На определенном этапе воспринимать Сербию как заграницу не получается.


Автор выражает огромную благодарность за помощь в организации поездки на Батайницу и подготовке материала для статьи майору Деяну Беда, другим офицерам ВВС и ПВО Сербии, Зорану Радуловичу и Зорице Повренович.



Фото Михаила Никольского


Е.С. Черников


Самолеты-штурмовики ОКБ С.В. Ильюшина. Увидевшие небо и оставшиеся в чертежах

К 120-летию С.В. Ильюшина

Еще во время Первой мировой войны мнение военных теоретиков о роли авиации в период боевых действий было далеко не однозначным. Предметом споров являлись две расхожие точки зрения на наиболее эффективное ее применение. Согласно одной из них, получившей название «военная», считалось обязательным непосредственное участие авиации в боевых операциях. Ей отводилась роль равноправного партнера наземных подразделений. Приверженцы этого мнения считали, что действуя в тесном контакте с боевыми порядками войск на земле и используя свои возможности с воздуха, летательные аппараты в состоянии оказывать неоценимую помощь наземным частям в успешном решении поставленных командованием задач. Сторонники другой точки зрения, известной как «воздушная», не отказываясь от возможности частичного использования самолетов над полем боя, отдавали предпочтение тяжелой бомбардировочной авиации, способной наносить мощные бомбовые удары по глубоким тылам противника, уничтожая его промышленность, коммуникации, административно-промышленные центры и население, эешая тем самым исход военной кампании.

Однако эти споры на протяжении почти всего периода военных действий оставаясь безрезультатными из-за технических трудностей их практического осуществления. Летные качества существующего парка летательных аппаратов не оставляли шансов на победу ни одной из этих доктрин. Лишь к концу войны пришло понимание, что только опыт проведения боевых операций создает условия для появления неизвестных ранее тактических приемов, в свою очередь требующих разработки и внедрения в войска новых видов военной техники, позволяющих успешно применять эти приемы на практике. Началом одной из таких «цепочек взаимодействия» стало использование английским командованием в конце 1916 г. своих самолетов-разведчиков для полетов на малой высоте над расположением сил противника с целью их подавления и, одновременно, нанесения урона всеми видами имеющегося на борту оружия. По этому поводу командующий объединенной авиацией стран центральной оси генерал Э. фон Гепнер писал: «Неприятельские самолеты с самых малых высот расстреливали из пулеметов нашу пехоту в окопах и нашу артиллерию на ее позициях. При этом наши численные потери были ничтожны, но моральное воздействие на солдат было крайне угнетающим».

Явное несоответствие имеющихся самолетов и возлагавшихся на них надежд привело к многочисленным потерям машин в результате ружейно-пулеметного огня с земли. Первым решить возникшую проблему попыталось германское Управление военной авиации, разработавшее тактикотехнические требования на специальный бронированный тип самолета, получивший название «пехотный». Документ предусматривал создание машин для непосредственной поддержки действий наземных войск на поле боя. Все их жизненно важные места должны были защищаться стальной броней от воздействия огня с земли. Оборонительный турельный пулемет, фотокамера и приемо-передающая радиостанция входили в обязательный перечень их вооружения и оборудования. В перегрузочном варианте допускалась возможность иметь на борту до 50 кг мелких противопехотных бомб. Сразу три германских фирмы «А.E.G.», «Альбатрос» и «Юнкере» получили задание на проектирование подобной машины. Две первые из них ограничились установкой брони на своих уже существующих разведчиках, что увеличило их полетную массу на 400–500 кг. А вот третий самолет J-4, разработанный Г. Юнкерсом в 1918 г., представлял собой особый интерес.

В отличие от двух первых «боевиков», бронирование которых осуществлялось путем накладки стальных листов на существующую авиационную конструкцию, что привело к ее значительному утяжелению, конструктор предложил принципиально новую схему защиты. Двигатель, топливный бак и экипаж размещались в броневой коробке из хромоникелевой стали, составляющей переднюю часть фюзеляжа и воспринимающей все нагрузки от двигателя, крыла, оперения и шасси. Отдельные панели этой коробки, связанные между собой болтовыми соединениями, могли откидываться, обеспечивая удобный доступ к элементам двигателя «Бенц» мощностью 200 л.с. Конструкция крыла, хвостовой части фюзеляжа и оперения была выполнена в виде рам из дюралевых труб с приклепанной к ним несущей обшивкой из гофрированного дюраля, в дальнейшем замененной на полотно. В задней кабине размещался стрелок-радист, вооруженный пулеметом на турельной установке. К концу 1917 г. почти все германские «боевики» получили и наступательное стрелковое вооружение в виде двух спаренных пулеметов, установленных на полу кабины летчика. Их стволы, направленные вперед-вниз под углом 45° позволяли экипажу вести неприцельный огонь по наземным целям с низколетящего самолета. В виде экспериментов на этих машинах иногда использовались скорострельные 20-мм пушки, устанавливаемые на кронштейнах за бортом кабины стрелка. Только теперь, имея наступательное вооружен ие, «боевики» получили возможность называться «штурмовыми» летательными аппаратами.

Родившаяся в британских ВВС и быстро реализованная в Германии идея штурмового самолета получила развитие и на своей «родине». Наиболее известным английским штурмовым самолетом в Первой мировой войне стал Сопвич T.F.2 «Саламандра», появившийся в 1918 г. Его бронекоробка массой 274 кг защищала летчика и топливный бак. Наступательное вооружение составляли два синхронных пулемета перед пилотом и до 50 кг мелких бомб. Подобные машины появились и на других английских фирмах. Однако вопреки тому, что боевые действия убедительно свидетельствовали о необходимости такой машины над полем боя, возникший было к ним интерес стал быстро угасать. Ни один из созданных в тот период штурмовиков не смог найти широкого распространения из-за слишком тяжелой конструкции и, как следствие, низких летных и боевых качеств. Броня оказалась слишком серьезным довеском к собственной массе самолетов, и работы по проектированию бронированных штурмовиков были повсеместно прекращены. Единственном напоминанием об их существовании остались патенты конструктора г. Юнкерса в Германии (1917 г.) и в СССР (1926 г.).

Только в самом конце 1920-х — начале 1930-х гг., у военных специалистов СССР возник интерес к штурмовому самолету. Но появившиеся «штурмовики» Н.Н. Поликарпова, обладая достаточно мощным на то время пулеметным вооружением, не имели броневой защиты и поэтому не могли успешно решать ту главную задачу, во имя которой они создавались. В 1932 г. в стране появились тактико-технические требования, официально узаконившие статус бронированного самолета-штурмовика. Руководствуясь этим документом, советские конструкторы А.Н. Туполев, Д.П. Григорович, С.А. Кочеригин и др. предложили военным целый ряд новых машин, отличавшихся от своих предшественников частичным включением брони в силовую схему самолета. Эта мера опять привела к возрастанию полетной массы и ограничению используемого вооружения. А плоские, угловатые и плохо обтекаемые бронелисты опять не позволили этим машинам показать высокие летные данные.


J-4


T.F.2 «Саламандра»


ЦКБ-55


Среди западных военных и авиационных специалистов в этот период получила развитие идея многоцелевого самолета, совмещающего функции разведчика, штурмовика и легкого бомбардировщика. Утверждалось, что большая угловая скорость перемещения самолета на малой высоте станет непреодолимой преградой для ведения по нему прицельного огня с земли, что, в свою очередь, позволит ослабить его броневую защиту и за счет этого повысить огневую мощь вооружения, скорость или дальность полета. Авиапром Англии и США сделал упор на создание именно таких машин. Эта идея оказала влияние и на взгляды военных теоретиков в СССР.

Исследования по разработке специализированного бронированного штурмовика С.В. Ильюшин в инициативном порядке начал в тот период, когда казалось, что идея создания подобного самолета зашла в тупик и была неразрешима. Его все более захватывало желание дать стране самолет-штурмовик, обладающий надежной броневой защитой и живучестью, имеющий достаточное вооружение и способный развивать большую скорость на малых высотах. Крепла уверенность, что только глубокое изучение условий и особенностей боевого применения такого самолета может привести к созданию конструкции, соответствующей своему назначению. Позднее конструктор вспоминал: «Не сразу я приступил к проектированию штурмовика. Готовился примерно три. года. До деталей проанализировал уже созданные самолеты и пришел к глубокому убеждению: главное сочетать вес, броню, оружие и скорость. Конечно, кого не прельстит сделать надежнейшую броню, например в 20 мм? Или почему бы не поставить 50-мм пушку? Но подобный самолет никогда не взлетит. Значит нужно искать самое эффективное сочетание его боевых качеств». Эта мысль конструктора стала определяющей и наметила дальнейшие пути творческого поиска.

Научные разработки и новые технологии, появившиеся в стране к середине 1930-х гг., позволили по-новому подойти к решению этой проблемы. На долю конструктора оставалось главное и самое трудное: творчески использовать эти возможности, объединив их в предполагаемой конструкции будущего штурмовика. Коллектив единомышленников под руководством С.В. Ильюшина сумел преодолеть это препятствие, найдя простое и, вместе с тем, изящное решение проблемы. В броневом корпусе, полностью включенном в силовую схему конструкции, особое внимание было обращено на эффективность брони, которая зависит не столько от ее толщины, сколько от величины вероятных углов соударения пуль и осколков снарядов с ее поверхностью. Чем меньше этот угол, чем больше кривизна поверхности и скорость самолета, тем тоньше может быть броня. На основании этого вывода в конструкторском бюро разрабатывалась методика определения оптимальной дифференцированной толщины стенок неоднородной (гетерогенной), уже поддающейся штамповке брони, позволившая заметно уменьшить ее массу, увеличить ударопрочность и придать бронекорпусу обтекаемую форму двойной кривизны, улучшив его аэродинамику.

Многочисленные новые идеи, нашедшие свое воплощение в конструкции машины, позволил и решить целый ряд труднейших задач и, в конечном итоге, создать жизнеспособный бронированный самолет. Уже 2 октября 1939 г. опытный двухместный штурмовик ЦКБ-55 с двигателем АМ-35 мощностью 1350 л.с. впервые поднялся в воздух, а в апреле 1940 г. завершил заводские и государственные испытания, получив военное обозначение БШ-2.

Первые же полеты любого опытного самолета выявляют достаточное количество мелких, а иногда и весьма крупных дефектов, требующих устранения в период доводки машины. Не стал исключением и новый штурмовик, в конструкции которого были заложены принципиально новые идеи, требующие всесторонней проверки и изучения. Испытания обнаружили целый ряд недостатков, среди которых были перегрев двигателя и его недостаточная мощность, а значения скорости и дальности полета, полученные на испытаниях, оказались ниже заданных Постановлением КО СССР. Отмечалась неудовлетворительная продольная устойчивость и плохой обзор вперед из кабины летчика. Одновременно заказчик предложил установить на самолете более мощный мотор, дополнительный топливный бак, усилить вооружение и бронирование кабины.

Сложности при испытаниях новых двигателей АМ-38, предназначенных для ЦКБ-55, задержали окончание работ по устранению выявленных на самолете недостатков до осени 1940 г. Только 12 декабря в воздух поднялся полностью доработанный, но уже одноместный вариант штурмовика, получивший обозначение ЦКБ-57. У автора этой статьи сохранилась фонограмма беседы с маршалом авиации И.И. Пстыго, в которой он заявил: «Предложение о переделке двухместного штурмовика в одноместный было ошибочным. Причиной этого явилась недооценка вероятного противника, его возможностей и ошибочное понимание тактики ведения боевых действий в надвигавшейся войне. Уверенность в неуязвимости советской военной доктрины, количественном и качественном превосходстве советской авиации обернулась впоследствии тяжелейшей трагедией». По сей день не утихают споры об авторстве и причинах принятого в то время решения. До сих пор не найдены в архивах документы, проливающие свет на его появление. Пока некого обвинять в том, что почти до середины 1942 г. борьбу с бронетехникой и живой силой противника пришлось вести одноместным штурмовикам, несшим при этом большие потери.


ЦКБ-60


ТВШ-2


Заводские испытания новой машины уже с двигателем АМ-38 мощностью 1550 л.с., успешно проведенные в течение десяти дней, продемонстрировали высокие летные характеристики ЦКБ-57. В полете у земли была достигнута скорость 423 км/ч, а на высоте 2880 м — 437 км/ч. Дальность полета с нормальной бомбовой нагрузкой в 400 кг составила 850 км. В заключительном Акте появилась фраза: «…самолет со ответствует заданным тактико-техническим требованиям». Однако главному конструктору потребовались огромная настойчивость и усилия, чтобы убедить заказчика в необходимости немедленного начала его производства. В итоге только после вмешательства Правительства, не дожидаясь окончания государственных испытаний, 30 декабря 1940 г. начался серийный выпуск машин на воронежском заводе № 18, которому предписывалось в 1941 г. построить 1200 штурмовиков. Этим же приказом московскому заводу № 24 предлагалось срочно освоить серийное производство моторов АМ-38 и за тот же период изготовить 2000 штук. В эталонный экземпляр самолета внесли все замечания заказчика вплоть до изменения обводов бронекорпуса для улучшения обзора из кабины летчика. Стрелково-пушечное вооружение штурмовика, получившего к тому моменту обозначение Ил-2, составляли две 20-мм пушки ШВАК, вскоре замененные на пушки ВЯ-23, и два пулемета LUKAC, установленные в крыле. Восемь ракетных снарядов РС-82 размещались снизу крыла на пусковых устройствах. Максимальная масса бомбового вооружения, размещавшегося во внутренних отсеках и на наружных подвесках, составляла 600 кг.

Устаревшая к концу 1930-х гг. советская концепция испол ьзования авиации в военных конфликтах и тактика ее боевого применения стали причиной недопонимания многими военными специалистами основных задач, возлагаемых на воздушные силы, в том числе и на штурмовую авиацию. Отсутствовало единство взглядов на тактико-технические требования к современному самолету-штурмовику. Достаточно сказать, что в СССР практически до 1940 г. продолжались работы по многоцелевым слабобронированным штурмовикам-бомбардировщикам, имеющим весьма скромное вооружение и плохо защищенным от наземного огня. В то же время, предлагаемые КБ Н.Н. Поликарпова проекты самолетов для борьбы с танками не находили поддержки у заказчика. Это приводило к распылению усилий конструкторского потенциала и отвлекало производство на постройку малоперспективных или вовсе ненужных объектов. Только после начала мировой войны в Европе пришло понимание, что основным критерием достижения успеха в современном бою будет не храбрость или количественный перевес, а техническое превосходство над противником. Что основными целями штурмовиков в приближающейся войне будут не кавалерийские части или пехота в окопах, а бронетанковые и механизированные соединения. А для успешной борьбы с ними стране нужен бронированный самолет с мощным вооружением, способный поражать подобные цели.


Ил-2-М-82


Ил-2 с двигателем АШ-82


Ил-2И


В марте 1941 г. С.В. Ильюшин направил заказчику предложение о создании такого нового самолета, а затем и эскизный проект с предварительной проработкой его конструкции, который вскоре был утвержден. Представленный одноместный бронированный штурмовик с двумя двигателями АМ-38 имел заводское обозначение ЦКБ-60. Установленное на нем вооружение было достаточно мощным и ясно указывало на основное назначение этой машины.

Компактно расположенное в носовой части фюзеляжа стрелково-пушечное вооружение предусматривалось в нескольких вариантах и позволяло добиться высокой степени точности стрельбы за счет уменьшения рассеивания пуль и снарядов в зоне поражения. Основной вариант включал в себя пушку Ш-37 калибра 37 мм, две пушки ВЯ-23 калибра 23 мм и четыре пулемета УБ калибра 12,7 мм. Бомбардировочное вооружение общей массой до 600 кг располагалось в отсеках крыла и наружных подвесках.

Проведенные расчеты показали, что с полетной массой около 8500 кг, самолет может в полете у земли показать скорость до 490 км/ч, а на высоте 2000 м около 550 км/ч. Расчетная дальность полета составляла 800 км. Бронекорпус, защищавший кабину летчика, бензо- и маслобаки, а также элементы частичного бронирования двигателей и радиаторов систем охлаждения двигателей и масла имели общую массу около 800 кг. Протестированные топливные баки были оборудованы защитной системой нейтрального газа. Впервые на самолетах конструкторского бюро С.В. Ильюшина применялось крыло, имеющее предкрылок. На нем использовались зависающие элероны, выполняющие роль закрылков, и тормозной щиток. Рассматривались и другие варианты конструкции этой машины, в частности — двухместный, с двумя двигателями воздушного охлаждения М-82. Представленный эскизный проект получил положительное заключение, макет штурмовика за месяц до начала войны был утвержден заказчиком. Однако, постройка этого самолета, включенная в план опытного самолетостроения на 1942 г., так и не была осуществлена.

Между тем, на воронежском заводе все шире разворачивался выпуск одноместных штурмовиков Ил-2. Простота и технологическая продуманность его конструкции таили в себе огромный потенциал для ее совершенствования. Коллектив конструкторского бюро постоянно трудился над улучшением летных характеристик, установкой более мощных двигателей, использованием новейших образцов вооружения и созданием новых модификаций. К сожалению, до начала войны воронежский завод успел выпустить всего 249 штурмовиков, из которых ВВС Западного Особого военного округа сумели получить всего восемь машин. Очень немного известно о первых боях этих самолетов, остались лишь скупые строчки воспоминаний участников тех далеких событий как с той, так и с другой стороны. Бывший немецкий летчик О. Греффрат писал: «Большой неожиданностью для нас было появление у русских самолета-штурмовика Ил-2. Эта машина обладала хорошей броневой защитой и была трудно уязвима». Генерал Люфтваффе В. Швабедиссен так оценил действия советских штурмовиков: — Начиная с лета 1941 г. советские ВВС стали получать во все больших количествах самолеты Ил-2, которые технически и тактически хорошо подходили для выполнения штурмовых заданий, как над полем боя, так и в ближнем тылу. А командующий Западным фронтом генерал А.А. Еременко в своем докладе в Ставку отметил, что:«…самолеты Ил-2 недавно прибыли в распоряжение фронта, но уже успели отлично себя зарекомендовать».

Первые же дни войны выявили неподготовленность основной массы советской авиации противостоять действиям люфтваффе, быстро завоевавших полное господство в воздухе. Малочисленным штурмовикам Ил-2 приходилось выполнять свои задачи в условиях мощного противодействия сил ПВО и истребителей противника. Создавшаяся на фронтах обстановка заставила главного конструктора уже в июле 1941 г. вновь обратиться в наркомат авиапрома с предложением срочно организовать производство своего тяжелого бронированного штурмовика ТВШ-2, способного в какой-то мере противостоять движению танковых колонн противника. Имелся в виду уже разработанный ранее двухместный вариант самолета ЦКБ-60 с двумя двигателями М-82. Состав его стрелково-пушечного вооружения, расположенный в носовой части фюзеляжа, полностью повторял ранее предложенный на штурмовике ЦКБ-60 за одним исключением, вместо четырех пулеметов УБ устанавливались пулеметы ШКАС калибра 7,62 мм. Бомбовое вооружение массой 400 кг размещалось во внутренних отсеках, максимальная загрузка составляла 1000 кг. Вместо бомб допускалась подвеска восьми снарядов РС-132. Тяжелейшая обстановка первых месяцев войны не позволила осуществить и этот проект.


Ил-6 (МШ), схема № 3


Ил-6 (МШ-2)


Ил-1


Быстрое продвижение немецких войск на Восток создало серьезную угрозу для производства серийных штурмовиков в Воронеже, а начавшаяся эвакуация промышленности, в результате которой значительно сократился выпуск авиационных моторов АМ-38, грозила его окончательным прекращением. Именно в этот период на воронежский завод пришла телеграмма Сталина: «Самолеты Ил-2 нужны нашей Красной Армии теперь как воздух, как хлеб». Поэтому уже в августе 1941 г. в ОКБ С.В. Ильюшина началась проработка возможности установки на серийных штурмовиках другого двигателя АШ-82 уже с воздушным охлаждением, производство которого было налажено в глубоком тылу. При этом было принято во внимание распространенное в то время мнение о большей живучести такого типа двигателей в боевых условиях. Учитывая тяжелый опыт первых недель войны, на новой модификации предусмотрели вторую кабину стрелка с установленным крупнокалиберным пулеметом БТ. Первый полет состоялся 8 сентября. Начавшаяся эвакуация ОКБ задержала его испытания до весны следующего года, однако к этому моменту в Куйбышеве уже разворачивалось массовое производство штурмовиков Ил-2 и моторов АМ-38 для них.

В феврале 1942 г. в Москве состоялась конференция летчиков-штурмовиков, конструкторов и производственников для обмена опытом боевого применения штурмовиков и их дальнейшего совершенствования. Было высказано три основных пожелания: сделать самолет двухместным, установив оборонительный пулемет; повысить мощность двигателя АМ-38 и усилить плотность огня пушечного вооружения. В связи с этим конструкторскому бюро С.В. Ильюшина было предложено й кратчайший срок, не останавливая конвейера, выпустить чертежи двухместного варианта штурмовика и внедрить его в производство. Сравнение нескольких предложенных вариантов позволило выбрать наименее трудоемкий, и уже весной 1942 г. двухместный штурмовик успешно прошел государственные испытания, в акте которых появилась фраза: "…двухместный самолет Ил-2 с задней стрелковой установкой под пулемет У ВТ может быть эффективно использован в штурмовых частях ВВС и выполнять боевые задачи без сопровождения истребителей-. Упоминавшийся ранее генерал Люфтваффе В. Швабедиссен вспоминал: «Уже в конце 1941 г. мы обнаружили, что советская штурмовая авиация становится все сильнее. Эта тенденция обозначилась более четко и в последующие годы, так как русское командование превратило ее использование в задачу первостепенной важности».


Штурмовики Ил-2 в одноместном и двухместном вариантах


После окончания работы конференции С.В. Ильюшин предпринял еще одну попытку развернуть производство тяжелого бронированного штурмовика ТБШ-2, предложив заказчику доработанный эскизный проект. Конструкция и летные характеристики этой машины были аналогичны указанным в предыдущем варианте, а вот ее вооружение было несколько другим и больше подходило для действий по транспортным колоннам, железнодорожным составам и моторизованным частям пехоты. Предусматривалась установка двух пушек ВЯ-23 с запасом снарядов по 200 штук на каждую, восьми пулеметов ШКАС с общим боекомплектом 6000 патронов, восьми снарядов РС-82 и бомб массой до 1000 кг. Эта попытка, как и предыдущие, оказалась неудачной, Но, несмотря на это главной задачей конструкторского коллектива неуклонно оставалось повышение боевых возможностей своих штурмовиков. Все более совершенные образцы бомб, ракетных снарядов и пушек постоянно обновляли состав их вооружения. Уже в мае, воспользовавшись результатами закончившихся испытаний серийного Ил-2 с установленными на нем пушками LU-37 калибра 37 мм, главный конструктор принимает решение начать разработку нового, еще более совершенного штурмовика, обладающего этим оружием.

Эскизный проект одноместного модернизированного штурмовика Ил-6 (рабочее название МШ) был направлен в НКАП и УВВС в июле 1942 г. Основной особенностью новой машины стало размещение двигателя АМ-38 в средней части фюзеляжа. Посредством длинного вала он соединялся с втулкой воздушного винта. Расположенная над валом и сильно сдвинутая вперед кабина летчика обеспечивала, по сравнению с Ил-2, прекрасный обзор вперед-вниз. Между кабиной и двигателем размещались баки с топливом и маслом. Радиаторы систем охлаждения и смазки двигателя, находящиеся в подфюзеляжной части центроплана, продувались воздухом, поступающим из заборников в носке центроплана. Самолет имел обычной схемы двухколесное шасси с убирающимся хвостовым колесом. При этом основные опоры обладали особенностью, впервые встретившейся на самолетах С.В. Ильюшина. Уборка их осуществлялась назад с поворотом колес на 90". Бронекорпус, как и на всех штурмовиках ОКБ, защищал наиболее уязвимые для поражения места и имел более плоские стенки.

Самолет рассматривался с двумя различными вариантами установки вооружения: как противотанковый и как бомбардировочный. В первом использовалась пушка LU-37, стреляющая через втулку воздушного винта, две синхронные пушки ШВАК и два синхронных пулемета ШКАС, стреляющие через плоскость, ометаемую воздушным винтом. Под крылом допускалась установка восьми реактивных снарядов РС-82. Номенклатура стрелково-пушечного вооружения второго варианта отличалась от первого отсутствием пушки Ш-37. Зато 400 кг бомб можно было разместить во внутренних отсеках крыла, а при перегрузке с использованием наружных подвесок — 600 кг. Особенности конструкции, мощное вооружение и установленное оборудование оказались слишком тяжелыми для двигателя AM-38, мощность которого не была беспредельной. К тому же при стендовых испытаниях двигателя возникли колебания передаточного вала, требующие длительной доводки. Несмотря на положительное заключение заказчика, основное направление работ ОКБ сосредоточилось на проектировании второго, уже двухмоторного варианта Ил-6(МШ-2).

Необычная конструкция этой машины имела двухбалочную схему. В коротком центральном фюзеляже находилась кабина летчика и два двигателя АМ-38 с тянущим и толкающим воздушными винтами. Водо- и маслорадиаторы, установленные также в подфюзеляжной части центроплана, охлаждались воздухом, поступающим из заборников в носке крыла и выбрасываемым вниз под крыло. Бензо- и маслобаки размещались между двигателями. И опять впервые на этом самолете С.В. Ильюшин решил применить трехколесное шасси с ассиметричной передней опорой, убирающейся в центральную часть фюзеляжа. Основные опоры, конструкция которых была полностью заимствована с самолета Ил-2, убирались в боковые балки. Стрелковопушечное вооружение самолета, целиком размещенное в боковых балках, состояло из двух пушек ВЯ-23 и четырех пулеметов ШКАС. Нормальная бомбовая нагрузка, размещенная в отсеках центроплана, составляла 400 кг, а в перегрузочном варианте — 600 кг с использованием наружных подвесок. Допускалась подвеска восьми снарядов РС-82 под крылом. К сожалению, не сохранились сведения о бронировании этой машины и расчетные значения ее летных данных. Известно только, что в июне 1942 г. аэродинамическая модель, фрагменты которой сохранились до сих пор, была направлена в ЦАГИ для проведения продувок.

Дальнейшая судьба этого проекта осталась неизвестной. В то сложное время непозволительно было отвлекать производственные мощности авиапрома на освоение новых самолетов. Развернувшиеся бои под Сталинградом заставили по-новому проанализировать боевые возможности штурмовиков, заложенные в их конструкции. В директиве командующего ВВС от 22 августа 1942 г., выпущенной по этому поводу, говорилось: — Мы располагаем штурмовиками Ил-2, которые являются лучшими дневными бомбардировщиками против танков и живой силы противника… Мы можем и должны значительно увеличить наши бомбардировочные удары по противнику, но для этого надо немедленно покончить с вредной практикой недооценки самолетов Ил-2 как дневных бомбардировщиков и добиться того, чтобы ни один самолет Ил-2 не вылетал в бой без полной боевой нагрузки». Положительные результаты использования штурмовиков Ил-2 в качестве фронтовых бомбардировщиков подсказали главному конструктору мысль о создании их новой модификации с большой грузоподъемностью.


Динамика производства серийных штурмовиков семейства «Ил» в 1941–1947 гг.
Номер завода Тип самолета Годы Всего
1941 1942 1943 1944 1945 1946 1947
1 Ил-2 (2У) 5 2991 4257 3710 957 - - 11920
Ил-10/10У - - - - 893/228 2/41 - 695/269
18 Ил-2 (2У) 1510 3942 4702 4014 931 - - 15099
Ил-10/10У - - - 73 1362 1006/11 859 3300/11
30 Ил-2 (2У) - 1053 2234 3377 2201 - - 8865
381 Ил-2 27 243 - - - - - 270
64 Ил-10 - - - - 12 12
Итого Ил-2 (2У) 1542 8229 11193 11101 4089 - - 36154
Ил-10/10У - - - 73 2255/228.1008/52 859 4007/280

Ил-8


Летом 1942 г. начинается проектирование тяжелого бронированного штурмовика-бомбардировщика с новым двигателем AM-42мощностью 2000 л.с. Стрелковопушечное и ракетное вооружение на новом самолете не менялось, зато существенной доработке подверглось бомбардировочное. Увеличенные размеры крыльевых отсеков уже вмещали 600 кг бомб при нормальной загрузке и 1000 кг при перегрузке. Первый полет новая машина с обозначением Ил-АМ-42 выполнила 10 мая 1943 г., однако серьезные дефекты, проявившиеся в работе новых и пока еще «сырых» двигателей, надолго задержали испытания самолета. Эта задержка была с успехом использована для создания новых Илов. Однако необходимо отметить, что неприятности, связанные с плохой работой двигателя АМ-42, привели к попытке использовать для этой машины опытный двигатель воздушного охлаждения М-71, имеющий с АМ-42 одинаковую мощность. Правда, из-за проблем, связанных с запуском М-71 в серию, от этой идеи пришлось отказаться. Такие же проблемы преследовали большинство советских опытных авиадвигателей, а заложниками этих проблем становились самолеты, на которых они должны были устанавливаться. Только в начале 1944 г. конструкторскому бюро удалось продолжить работу по тяжелому штурмовику.

Новаторские идеи, заложенные в конструкции штурмовика Ил-2, позволили в период 1943–1945 гг. не только разработать на его основе целый ряд различных по своему назначению вариантов и модификаций, но и создать принципиально новые самолеты. Для тренировки и обучения молодых летчиков-штурмовиков создается учебнотренировочный вариант самолета УИл-2, в котором на месте воздушного стрелка оборудуется кабина летчика-инструктора, имеющая дублированное управление самолетом. Необходимость постоянной воздушной разведки территории соприкосновения с противником и слежения за точностью артиллерийского огня по удаленным целям потребовала создания специального, хорошо бронированного разведчика и корректировщика Ил-2КР.


Штурмовик Ил-10 Дважды Героя Советского Союза В.А. Алексеенко


Ил-16


Воздушные сражения продемонстрировали еще одну боевую возможность применения штурмовика Ил-2. Еще в первые недели войны майор А.Н. Витрук на своем одноместном Иле сбил немецкий бомбардировщик Хейнкель Не-111, а через несколько дней огнем пушек его штурмовика был уничтожен истребитель Мессершмитт Bf 109. Этот успех открыл счет самолетам врага, сбитых огнем советских штурмовиков. Многочисленные повторения подобных эпизодов в дальнейшем подсказали возможность создания на базе штурмовика одноместного бронированного истребителя-бомбардировщика, обладающего мощным огневым залпом из своего пушечного вооружения.

Проведенные испытания переоборудованного самолета, получившего обозначение Ил-2И, подтвердили эффективность его атак по бомбардировщикам и транспортным самолетам. Однако была отмечена и его низкая скорость и недостаточная маневренность. Конструкторскому бюро было предложено спроектировать новый, но уже специализированный бронированный истребитель Ил-1, способный вести борьбу не только с бомбардировщиками, но и с новейшими модификациями немецких истребителей. Значительные изменения в системах и конструкции базовой машины Ил-2И позволили создать принципиально новый самолет, по своим скоростным характеристикам значительно превосходящий немецкий Фокке-Вульф-190А-4. Заводские испытания весной 1944 г. подтвердили высокие летные данные истребителя, однако время, когда такой самолет был крайне необходим, уже закончилось. К этому моменту советская авиация обладала полным превосходством в воздухе. Но идеи и конструкторские решения, заложенные в этот самолет, не пропали даром. Параллельно с его созданием С.В. Ильюшин в инициативном порядке вел проектирование его двухместного варианта, поставив перед собой задачу создания нового скоростного и маневренного штурмовика, обладающего по сравнению с Ил-2 более мощным вооружением и броней.

Дальнейшее совершенствование штурмовика Ил-2 представлялось С.В. Ильюшину нецелесообразным. Его творческая мысль уже ясно представляла очертания будущего, еще более совершенного самолета, которому было суждено заканчивать войну рядом со своим легендарным предшественником. Новый штурмовик, получивший обозначение Ил-10, совершил первый полет 18 апреля 1944 г. Его летные характеристики оказались настолько впечатляющими, что уже в августе этого же года началось его серийное производство сразу на двух заводах. Установленный на самолете мотор АМ-42, год назад так испортивший «карьеру» тяжелому штурмовику Ил-АМ-42, теперь работал удовлетворительно. По составу стрелково-пушечного вооружения новый опытный самолет первоначально не отличался от серийных самолетов Ил-2. Бомбовая нагрузка, так же как на Ил-2, составляла 400–600 кг. В кабине стрелка был установлен крупнокалиберный пулемет УБ калибра 12,7 мм, впоследствии замененный на пушку УБ-20. Кассета с парашютными авиационными гранатами АГ-2 устанавливалась в хвостовой части фюзеляжа.

Развернувшееся серийное производство новых штурмовиков осложнялось продолжавшимся внесением изменений, не предусмотренных на этапах проектирования и доводки опытного самолета. Изменения касались установки нового оборудования, вооружения и даже двигателя, изредка продолжавшего проявлять свой «неуживчивый» характер. Много хлопот доставила попытка установки новых турбореактивных снарядов ТРС-82 и ТРС- 132, обладавших повышенной точностью попаданий за счет вращения в полете вокруг своей продольной оси. Еще в феврале 1945 г. в ОКБ разработали учебно-тренировочный вариант нового штурмовика УИл-10, который сразу же был запущен в серийное производство. Боевая эффективность Ил- 10 особенно ярко проявилась на последнем этапе военных действий, позволив ему не только принимать активное участие в штурмовых операциях советской авиации, но и при необходимости на равных вести бои с самолетами врага. Последние серийные штурмовики Ил-10 вышли из цехов заводов в самом конце 1948 г. За четырехлетний период военно-воздушные силы получили 4600 боевых и 280 учебно-тренировочных машин, по праву ставших основным оружием штурмовой авиации страны.

Как же сложилась дальнейшая судьба тяжелого бронированного штурмовика Ил-АМ-42, испытания которого были прерваны в 1943 г.? После длительных доработок и испытаний двигателей АМ-42, в феврале 1944 г., наконец, закончились государственные испытания этого самолета с рекомендацией о его запуске в серию. У конструкторского коллектива появилась возможность до начала серийного производства значительно улучшить летные и боевые возможности этой машины. Опираясь на новые технические решения уже примененные в конструкции самолета Ил-10 и появившиеся к тому моменту результаты его летных испытаний, С.В. Ильюшин предложил существенно изменить конструкцию нового тяжелого штурмовика, заложив в нее все технические новинки, появившиеся за это время на Ил-10.



Три проекции и компоновочная схема штурмовика Ил-20 (ранний вариант проекта)


Ил-20 в окончательном варианте


В результате проведенной модернизации полностью изменился облик самолета: появились новый бронекорпус, новое крыло, хвостовое оперение и шасси. На двигатель установили новый воздушный винт. Вместо пушек ВЯ-23 в крыле появились более мощные пушки НС-23, а в кабине воздушного стрелка — пушка УБ-20. В четырех отсеках нового крыла теперь могли размещаться авиабомбы общей массой до 1000 кг. На наружных держателях обеспечивалась подвеска двух авиабомб с массой по 500 кг каждая. Нормальная бомбовая нагрузка штурмовика составляла 1000 кг. Первый полет нового опытного самолета, получившего обозначение Ил-8, состоялся только в октябре 1944 г. Проявившаяся в воздухе сильнейшая тряска нового четырехлопастного винта, установленного на самолете, прервала начавшиеся полеты. Подбор и испытания новых винтов других типов снова отодвинули проведение госиспытаний до мая 1945 г. В связи с закончившимися к этому моменту военными действиями, дальнейшие работы по этому самолету были прекращены.

Последним бронированным штурмовиком конструкторского бюро С.В. Ильюшина, из числа спроектированных и построенных в период войны, стал легкий маневренный самолет Ил-16 с двигателем АМ-43НВ мощностью 2300 л.с. Для достижения высоких летных качеств конструкция новой машины была максимально облегчена за счет некоторого снижения массы бронекорпуса и уменьшения геометрических размеров планера. Проектирование самолета, завершенное к началу 1945 г., позволило уже в феврале этого же года начать постройку опытного экземпляра. В первом же полете 10 июня испытатели столкнулись с неприятным и достаточно заметно проявившим себя реактивным моментом воздушного винта, стремившимся уже на взлете самолета развернуть его вокруг продольной оси. Причиной этого явления были уменьшенные геометрические размеры и установка мощного двигателя, в свою очередь доставившего испытателям немало неприятностей. Все это привело к необходимости длительных доработок, в результате которых удалось избавиться от сваливания на крыло увеличением длины хвостовой части фюзеляжа и площади вертикального оперения. Более трудоемкой оказалась доводка двигателя АМ-43НВ, в конечном итоге и решившая дальнейшую судьбу самолета.


Ил-10М


Ил-44


Установленное на этом штурмовике вооружение было представлено двумя пушками НС-23 и двумя пулеметами ШКАС, установленными в консолях крыла. Для обороны предназначались пушка УБ-20 в кабине стрелка, и гранаты АГ-2 в хвосте фюзеляжа. Нормальная бомбовая нагрузка массой 200 кг размещалась в отсеках крыла, а при перегрузке массой 400 кг и на наружных подвесках. Проводившиеся во время испытаний доработки позволили в дальнейшем увеличить эти значения до 400 и 500 кг соответственно. На летных испытаниях, из-за плохой работы двигателей закончившихся с большими сложностями, самолет в полете у земли достиг скорости 525 км/ч, а на высоте 3000 м — 575 км/ч. Дальность полета составила 700 км. Все дальнейшие работы по этому штурмовику были прекращены в 1946 г.

Работы по созданию бронированных штурмовиков в конструкторском бюро С.В. Ильюшина продолжались и после окончания войны. Полученный опыт применения штурмовой авиации позволил не только оценить эффективность их действий над полем боя, но и обратить особое внимание на присущие им недостатки. Причиной одного из них был слишком маленький угол обзора летчиком земли перед горизонтально летящим самолетом. Это заметно снижало вероятность поражения цели при использовании стрелково-пушечного вооружения и реактивных снарядов. В беседе с автором, маршал авиации И.И. Пстыго вспоминал: "Все разговоры о штурмовой авиации сводились к бреющему полету — полету на сверхмалой высоте. Но ведь что такое штурм? Это прицельный удар для достижения какой-то цели, это атака со стрельбой вперед. Но для того чтобы стрелять с воздуха по наземной цели, нужна хоть какая-то высота, какой-то угол пикирования. Этого наука не предусматривала».

Попытка исправить этот недостаток была предпринята С.В. Ильюшиным еще в 1942 г. в конструкции модифицированного штурмовика МШ. Не найдя понимания в тот период, идея создания принципиально нового типа штурмового самолета получила свое дальнейшее развитие уже в послевоенные годы. Весной 1947 г. в соответствии с постановлением правительства конструкторское бюро приступило к проектированию нового двухместного бронированного штурмовика, который должен был обладать не использованными ранее боевыми возможностями, Свой первый полет штурмовик-бомбардировщик Ил-20 выполнил 5 декабря 1948 г. В его конструкции в полном объеме нашла свое воплощение идея, так и не реализованная в самом начале войны. Кабина летчика, расположенная на самом носу фюзеляжа, в горизонтальном полете обеспечивала ему обзор впереди лежащей поверхности земли на 37‘ ниже линии горизонта. А при пикировании под углом 45° летчик имел возможность видеть предметы, находящиеся на земле непосредственно под самолетом. Такая компоновка давала возможность существенно расширить перечень решаемых тактических задач.

Вся передняя часть фюзеляжа представляла собой бронекорпус, толщина стенок которого была подобрана исходя из опыта войны. На машине был установлен новый двигатель М-47Ш мощностью 3000 л.с. Вооружение опытной машины включало четыре пушки Ш-3 калибра 23 мм, стволы которых имели возможность опускаться вниз на 22'. Верхняя турельная установка Ил-В11, установленная в кабине стрелка, была оборудована такой же пушкой. Обеспечивалась возможность подвески четырех снарядов PC-132. Надо отметить, что состав вооружения и его компоновка, представленные в эскизном проекте, несколько отличались от установленного на опытном самолете. Проект предполагал установку неподвижных пушек НС-23, две из которых устанавливались в крыле, а две в хвостовой части фюзеляжа со стволами направленными вниз под углом 22'. Рассматривался и вариант с кормовой кабиной стрелка, оборудованной пушкой НС-23. Возникающие в кабине летчика при работе двигателя сильный шум и вибрации, частые отказы примененной опытной силовой установки и, наконец, потеря у заказчика интереса к самолетам с поршневыми двигателями послужили причинами сворачивания в 1949 г. всех работ по этому необычному самолету.

Несмотря на уже закончившийся серийный выпуск, Ил-10 к концу сороковых годов продолжал оставаться основным самолетом, находившимся на вооружении советской штурмовой авиации. Заканчивалось время поршневых самолетов, началось проектирование нового поколения уже реактивных штурмовиков, когда вспыхнувшая война в Корее заставила не только вспомнить о достоинствах этих машин, но и возобновить их производство. Осенью 1950 г. маршал авиации П.Ф. Жигарев обратился в МАП и С.В. Ильюшину с письмом, в котором просил рассмотреть вопрос о возможности возобновления серийного производства штурмовиков Ил-10, успешно применяемых в Корее. Было бы необдуманным шагом возобновлять выпуск этого самолета, не воспользовавшись представившейся возможностью осуществить его глубокую модернизацию. В конструкторском бюро развернулись работы по определению облика нового самолета и проведению необходимых расчетов. Для ускоренного окончания работ опытному заводу были переданы два серийных штурмовика Ил-10 для использования их для увязки и отработки всех предлагаемых нововведений.


Ил-40


Ил-40П


Первая из этих машин, после проведенных на ней доработок, весной 1951 г. уже поднялась в воздух. На ней проверялось вновь установленное вооружение, состоящее из четырех крыльевых пушек НС-23 и оборонительной установки ВУ-9М с пушкой Б-20ЭН. Под крылом размещались четыре ракетных снаряда PC-132. Бомбовое вооружение не менялось. Проведенные испытания закончились с положительными результатами. Уже полностью модернизированный второй самолет, получивший обозначение Ил-10М, поднялся в воздух 2 июля того же года. Его конструкция и состав оборудования после проведенных доработок существенно повысили боевые и эксплуатационные возможности машины.

Успешно закончив заводские испытания, самолет был передан в НИИ ВВС для последующих государственных испытаний, которые два раза прерывались из-за возникавшей необходимости срочных доработок. Только осенью 1952 г. началось серийное производство Ил-10М, организованное на двух заводах в Ростове на Дону и в Оренбурге, которые до конца 1953 г. сумели выпустить 146 машин. Самолеты Ил-10 и Ил-10М оставались на вооружении штурмовой авиации ВВС СССР вплоть до ее ликвидации в 1956 г.

Не прекращающиеся усилия конструкторских коллективов создавать все более рациональные схемы бронированных штурмовиков, и высказываемые при этом замечания и требования заказчика к их техническим и боевым возможностям нашли свое отражение в разработанных в МАП планах опытно-конструкторских работ на 1949–1951 гг. Предполагалось разработать два типа штурмовика с ТРД в ОКБ П.О. Сухого и с ТВД в ОКБ С.В. Ильюшина. Наряду с указанными вариантами, заказчик дополнительно предложил рассмотреть возможность создания ударного самолета с новым мощным поршневым двигателем B.А. Добрынина. Опираясь на высокий творческий потенциал своего немногочисленного конструкторского коллектива, C.В. Ильюшин начал разработку двухместного бронированного штурмовика Ил-44 в вариантах как с поршневым, так и с турбовинтовым двигателем, в которых предполагалось избавиться от всех недостатков, имевших место на самолете Ил-20. Неожиданное расформирование ОКБ П.О. Сухого, оставившего в наследство несколько незавершенных проектов и неуверенная политика заказчика привели к тому, что ни один из этих проектов не был реализован.

На стыке сороковых и пятидесятых годов быстро развивающаяся реактивная авиация все увереннее завоевывала свои права, постепенно оттесняя самолеты с поршневыми двигателями. Находящиеся в эксплуатации штурмовики Ил-10 и Ил-ЮМ уже не соответствовали требованиям появившихся новых доктрин. Их низкая скорость и недостаточное вооружение были не в состоянии удовлетворить возрастающие требования военных. Понимая создавшуюся ситуацию, С.В. Ильюшин в инициативном порядке начинает работы по исследованию возможности создания более совершенного бронированного штурмовика-бомбардировщика с турбореактивными двигателями, которые завершились к концу 1951 г. выпуском технического предложения о разработке подобного самолета. Постановление Совета Министров СССР от 1 февраля 1952 г. положило начало проектно-конструкторским, а затем и производственным работам, уже через год закончившихся постройкой опытного самолета. Свой первый полет новый двухместный штурмовик Ил-40 с двумя турбореактивными двигателями АМ-5Ф выполнил 7 марта 1953 г.

Основным силовым элементом конструкции являлся бронекорпус, к которому крепились передняя и задняя части фюзеляжа, двигатели и центроплан. Внутри бронекорпуса размещались изолированные друг от друга кабины летчика и стрелка-радиста с установленными в них катапультными креслами. Топливные баки занимали объем бронекорпуса между кабинами экипажа. В передней части фюзеляжа находилась батарея из шести пушек НР-23 и стойка передней опоры шасси. А в задней части фюзеляжа была смонтирована дистанционная стрелковая установка Ил-К10стакой же пушкой для защиты задней полусферы самолета. Крыло самолета с профилем большой относительной толщины позволило разместить внутри колеса основных опор шасси в убранном положении и предусмотреть четыре отсека для загрузки бомб общей массой до 400 кг, составляющих нормальную загрузку. На нижней части крыла имелись четыре балочных держателя для подвески бомб, пусковых установок с турбореактивными снарядами ТРС-132 или ТРС-82. Обеспечивалась возможность подвески двух топливных баков общей емкостью 1100 л. В перегрузочном варианте самолет мог взять на борт 10ОО кг различных боеприпасов. Одновременно в конструкторском бюро изучалась возможность применения этого самолета в качестве торпедоносца и корректировщика огня артиллерии. Был предусмотрен и учебно-тренировочный вариант.


Ил-58


Испытания пушечного вооружения летом 1953 г. выявили невозможность ведения залпового огня, которое немедленно приводило к помпажу двигателей и ослеплению летчика вырывающимся из стволов пушек пламенем. Принятые для устранения этого явления меры успеха не принесли. Было принято решение вместо шести пушек НС-23 установить четыре новых пушки ТКБ-495А, имевших большую скорострельность. Это позволило значительно уменьшить неприятности. Аналогичная пушка была установлена и в задней кормовой установке. В таком виде в январе 1954 г. самолет был передан на государственные испытания, которые закончились с положительными результатами: ’…преимущества Ил-40 по максимальной скорости, скороподъемности, бомбовой нагрузке и мощности артиллерийского вооружения обеспечивают ему значительное превосходство перед Ил-10М». Дополнительно было высказано пожелание построить второй экземпляр самолета с новым двигателем АМ-9 с увеличенной бомбовой нагрузкой до 1400 кг. Одновременно предлагалось запустить штурмовик в серийное производство, что и было осуществлено постановлением правительства от 16 октября 1954 г. На опытном производстве конструкторского бюро началась постройка второго экземпляра опытного самолета, получившего обозначение Ил-40П. На этой машине уже были учтены все высказанные заказчиком замечания и пожелания.

Чтобы исключить в дальнейшем появление помпажа двигателей, на самолете была доработана носовая часть фюзеляжа, удлиненные воздухозаборники вынесены далеко вперед. Находящиеся в носовой части четыре пушки установили на нижней поверхности фюзеляжа. Была осуществлена замена двигателей на АМ-9, имеющих большую тягу, и увеличена бомбовая нагрузка, которая теперь в нормальном варианте составляла 1000 кг, а в перегрузочном — 1400 кг. Первый полет опытный штурмовик Ил-40П выполнил 14 февраля 1955 г., а в октябре уже начались его государственные испытания, подтвердившие прежнее решение о запуске штурмовика, теперь уже Ил-40П, в серийное производство и принятии его на вооружение. А в это время на заводе в Ростове, в соответствии с постановлением правительства еще от 16 октября 1954 г., уже развернувшееся производство успело выпустить пять штурмовиков Ил-40. Необходимость выпуска модифицированного самолета привела к значительной перестройке уже налаженного технологического процесса, в процессе которого и появилось постановление правительства о прекращении всех дальнейших работ по этой теме. А уже 20 апреля 1956 г. вышел приказ министра обороны о ликвидации штурмовой авиации в составе ВВС СССР.

Новые представления военных о задачах фронтовой авиации, в какой-то мере, навеянные уже появившейся за рубежом концепцией, предрекавшей победу в современном сражении путем нанесения силами фронтовой авиации ядерных ударов по объектам противника, находящимся на значительном расстоянии от линии соприкосновения, изменили взгляды военных. Наносить подобные удары могли только истребители-бомбардировщики, обладающие большими скоростями полета. При этом необходимость использования самолетов-штурмовиков, действующих в зоне переднего края, посчитали не нужной. История имеет свойство повторяться. Недаром говорят, что для правильного понимания будущего надо хорошо изучить прошлое. Потребовалось не одно десятилетие, чтобы череда локальных военных конфликтов, произошедших в мире, заставила заказчика снова признать необходимость наличия над полем боя самолета-штурмовика.

Еще в 1909 г., когда самолеты, с трудом оторвавшись от земли, могли пролетать лишь несколько десятков километров, известный французский авиатор и изобретатель К. Адер в своей книге «Военная авиация» писал: — Для действий аэропланов над океанами совершенно необходим авианесущий корабль. Такие корабли будут построены, палуба их будет свободна от любых препятствий… хранилища аэропланов обязательно будут устроены на нижних палубах, сообщение между которыми будет осуществляться грузовыми лифтами, достаточно широкими и длинными, чтобы принять аэроплан со сложенными крыльями. Взлетать аэропланы будут с передней палубы, а возвращаться на борт — с задней». Во время Первой мировой войны прообразы таких авианесущих судов появились как на Западе, так и в России. И если на Западе они совершенствовались, постепенно увеличиваясь в размерах, то на Востоке о них надолго забыли. Только к началу пятидесятых годов при разработке новой военной доктрины особое внимание было уделено созданию современного военно-морского флота, имеющего в своем составе авианесущие суда, способные действовать на обширных акваториях мирового океана.

Для вооружения этих кораблей понадобились палубные самолеты различного назначения, в первую очередь истребители- бомбардировщики. Основные технические требования к их эксплуатации, связанные с условиями базирования на авианосцах, были определены в задании заказчика, которое, в частности, предусматривало необходимость обеспечить взлет и посадку самолета на палубу корабля при скорости его хода до 20 узлов (37 км/ч). Конструкторские коллективы А.С. Яковлева и А.Н. Туполева начали проработку возможностей создания подобных машин. С.В. Ильюшин в инициативном порядке предложил спроектировать и построить двухместный палубный бронированный ударный самолет Ил-58 с двумя ТРД. Проектные работы по этой машине закончились так же неожиданно, как и начались. Весной 1953 г. в связи со смертью Сталина и последующего за ней пересмотра военной доктрины, интерес заказчика к постройке авианесущих кораблей, а вместе с ними и самолетов для их вооружения, исчез.

Разгоревшееся весной 1969 г. советско-китайское столкновение в районе о. Даманский поставило военных перед фактом отсутствия в их распоряжении самолета, способного с малых высот, с высокой степенью точности уничтожать живую силу и технику противника. Срочно составленные требования предусматривали модернизацию существующих бомбардировщиков Ил-28 с целью их использования в качестве штурмовиков. Радиус боевого применения этих машин мало отличался от аналогичного показателя существующих истребителей-бомбардировщиков, зато масса поднимаемого в воздух вооружения в 2–3 раза превышала их возможности. Для проведения испытаний были срочно переоборудованы два самолета Ил-28, под крылом которых установили двенадцать узлов для подвески различного авиационного вооружения, в том числе блоков УБ-16 с ракетами С-5, более тяжелых неуправляемых ракет С-24, универсальных пушечных контейнеров с пушками ГШ-23 и др. Штатное бомбардировочное вооружение Ил-28 при этом не изменялось. Проведенные испытания подтвердили эффективность установленного оружия и отметили нормальную работу двигателей при залповом пуске ракет. К недостаткам отнесли недостаточное бронирование экипажа и наиболее уязвимых мест конструкции и оборудования, устранение которых требовало более серьезной и длительной модернизации самолета.


Ил-28Ш


В годы Великой Отечественной войны штурмовая авиация стала неотъемлемым спутником боевых порядков наземных войск. Тесно взаимодействуя с пехотой, танками и артиллерией, штурмовая авиация осуществляла их непосредственную авиационную поддержку на поле боя, ведя борьбу с живой силой и техникой противника. Штурмовая авиация привлекалась для уничтожения самолетов противника на аэродромах, нарушения железнодорожных, автомобильных и водных перевозок врага.

Штурмовик Ил-2 называют главным самолетом второй мировой войны. Несмотря на то, что с окончанием боевых действий прекратился выпуск этих машин, созданных самоотверженным трудом конструкторов, технологов, техников, рабочих и боевым мастерством летчиков, самолет Ил-2 обессмертил имя своего создателя, став основным творением его жизни. Он был единственным в своем роде. Ни один самолет в мире не строился в таком количестве. За годы войны было выпущено 36163 бронированных штурмовиков Ил-2. Это явилось огромным вкладом в достижение победы над фашизмом. Только благодаря исключительной дальновидности, вдумчивого творческого поиска, настойчивости и убежденности в своей правоте С.В. Ильюшину удалось решить сложнейшую задачу и создать принципиально новый тип бронекорпуса, обеспечивший штурмовику Ил-2 высокую надежность и жизнеспособность, а в дальнейшем, ставший основой для проектирования и постройки новых модификаций и самолетов.


Олег Растренин


Противотанковые «харрикейны»

«А эти их «харрикейны» — дрянь!

Наши летчики не любят эту машину!»


Как известно, весной 1943 г. английская сторона в рамках программы ленд-лиза предложила поставить в СССР партию самолетов «Харрикейн» в штурмовом варианте, вооруженных 40-мм пушками Виккерс S.

Премьер-министр Великобритании У. Черчиль в письме к И. В. Сталину от 10 апреля указывал: «Во время недавних боев в Тунисе эти самолеты с успехом действовали против танков Роммеля. Одна эскадрилья в составе 16 самолетов уничтожила 19 танков в течение четырех дней. Самолет известен под названием «Харрикейн» IID. Он вооружен двумя 40-мм пушками с 16 снарядами на пушку и двумя пулеметами калибра 0,303 дюйма с 303 патронами на пулемет. В других отношениях он не отличается от "Харрикейнов» IIС, за исключением того, что он тяжелее на 430 фунтов и скорость его приблизительно меньше на 20 миль/ч. Я мог бы послать Вам максимум 60 самолетов этого типа. Сообщите мне, желаете ли Вы их получить».

В ответном письме 12 апреля Сталин вежливо поблагодарил и согласился: «Намечаемые Вами поставки самолетов- истребителей, снимаемых с отмененных конвоев, для нас весьма ценны. Я также признателен Вам за предложение послать нам 60 самолетов «Харрикейн» IID с пушкой 40 мм. Такие самолеты очень нужны, особенно против тяжелых танков».

В результате к концу года в Советский Союз прибыли 28 самолетов «Харрикейн» IID, а в начале следующего — еще 20 машин этого типа и несколько десятков «Харрикейнов» IV со сменным составом вооружения, включавшим пушки калибра 40 мм по типу варианта Mk.llD.

На противотанковые «Харрикейны» IID и IV с осени 1943 г. начали переучиваться 441 — й иап ПВО страны и 246-й иап фронтовой авиации ВВС КА.


«Харрикейн» IID на испытаниях в НИИ ВВС КА. Декабрь 1943 г.


Почти одновременно с освоением противотанковых «англичан» в частях ВВС КА, два самолета «Харрикейн» IID зав. №№ КХ-171 и КХ-305 поступили в НИИ ВВС и затем в НИИ АВ ВВС, где провели всесторонние исследования их летно-боевых качеств и вооружения.

Оба самолета прибыли в НИИ ВВС на аэродром Чкаловское 26 августа 1943 г. Однако из-за задержки правых пушек и боезапаса, испытания были начаты только 13 ноября и закончены 23 декабря. Акт по испытаниям утвержден главным инженером ВВС КА генерал-полковником А.К. Репиным 11 января 1944 г.

По завершению полетов в НИИ ВВС самолет зав. № КХ-305 в феврале 1944 г. поступил в НИИ АВ ВВС для производства контрольных испытаний вооружения. Отчет по испытаниям утвержден начальником НИИ АВ генерал-майором М.В. Гуревичем 17 марта.

Испытания в НИИ ВВС проводились объединенной бригадой специалистов 3-го и 4-го отделов института. Ведущим инженером по испытаниям был назначен инженер-капитан Рабкин (3-й отдел), его помощником — инженер-капитан Колосов (4-й отдел). На самолетах летали: летчик- испытатель 3-го отдела майор Голофастов и летчик-испытатель 4-го отдела старший лейтенант Поминальный.

В НИИ АВ к испытаниям привлекались специалисты 7-го отдела института: майор B.C. Полубиченко — ответственный по испытаниям, старший техник-лейтенант Ф.Ф. Сивцов, летчик-испытатель капитан А.В. Кусакин и механик по вооружению старший сержант Ф.Я. Анохин.

Всего в НИИ ВВС было выполнено 27 полетов с суммарным налетом 18 ч 40 мин, в том числе: на самолете зав. № КХ-305 -16 полетов (12 ч 10 мин), на самолете зав. № КХ-171 — 11 полетов (6 ч 30 мин). С начала эксплуатации мотор «Мерлин» XX № 87591 на самолете зав. № КХ-305 наработал 52 ч 14 мин, а мотор № 87437 на самолете зав. № КХ-171 — 71 ч 11 мин.

В НИИ АВ ВВС на самолете зав. № КХ- 305 выполнили еще 9 контрольных полетов на отстрел вооружения в воздухе по воздушным и наземным целям.

Судя по песчаному камуфляжу, самолеты применялись в Северной Африке.


«Харрикейн» IID на испытаниях в НИИ ВВС КА. Декабрь 1943 г.




Авиационная пушка «Виккерс» S калибра 40 мм


Снаряд калибра 40 мм к авиационной пушке «Виккерс» S


Магазин к пушке «Виккерс» S


Истребители оснащались пылефильтром, установленным на всасывающем патрубке мотора.

Штурмовой вариант самолета «Харрикейн» IID представлял собой серийный самолет «Харрикейн» IIС с усиленным бронированием, доработанный под установку крупнокалиберных пушек.

На самолете устанавливался деревянный трехлопастный воздушный винт изменяемого в полете шага фирмы Ротол RS-5/3 диаметром 3,43 м. Система разжижения масла бензином, невыключаемый воздушный фильтр и другие агрегаты системы винтомоторной группы такие же, как у Mk.llC. Вместо двух кислородных баллонов оставлен один.

Под крылом Mk.llD размещались две пушки Виккерс S калибра 40 мм с суммарным боекомплектом 30 снарядов и в крыле два пулемета Кольт-Браунинг калибра 7,69 мм с боекомплектом 1300 патронов. Вместо пушек допускалась подвеска дополнительных бензобаков.

В правом крыле предусматривалась установка фотокинопулемета для учебных целей и для контроля результатов стрельб, но на поступивших в НИИ ВВС самолетах фотокинопулеметы отсутствовали.

Управление огнем пушек и пулеметов раздельное, электропневматическое. Стрельба из пулеметов велась с помощью электрокнопки, смонтированной на ручке управления, а из пушек, также электрокнопкой, но смонтированной на секторе газа.

Для прицеливания при стрельбе использовался коллиматорный прицел Рефлектор Сайт Mk.IIS с электрической подсветкой.

Установка пулеметов Кольт-Баунинг ничем не отличалась от установки на серийном самолете типа Мк. IIС, за исключением увеличенного боезапаса (лента в патронном ящике).

Пушки помещались в специальном обтекателе под крылом и крепились на двух узлах, из которых передний являлся силовым, а задний — регулировочным. При этом стволы пушек на 1080 мм выступали за переднюю кромку крыла.

Автоматика пушек Виккерс S работала на принципе отдачи с длинным ходом ствола, запирание клиновое. Сила отдачи при стрельбе поглощалась работой автоматики, возвратной и буферной пружинами и гидравлическим тормозом. В гидротормоз заливалось веретенное масло или смесь веретенного масла с техническим керосином (в соотношении 60/40).

Питание пушек — магазинное. Магазин на 15 снарядов жестко крепился к пушке болтами. Зарядка магазина производилась непосредственно на самолете.

Перезарядка пушек осуществлялась вручную с помощью специальной рукоятки с цепной передачей. Перезаряжать пушку можно было только на земле. В воздухе летчик имел возможность лишь повторно взвести ударник. Для этого на левом борту располагалась гашетка пневмовзвода ударников пушек. С ее помощью летчик в полете мог повторно взвести ударники пушек и продолжить стрельбу.

Длина пушки достигала 2970 мм, при высоте с магазином 533 мм (без магазина 278 мм) и ширине 210 мм. Общий вес пушки с магазином и 15 бронебойными снарядами составлял 180,2 кг, в том числе: сама пушка — 141,7 кг, магазин без патронов — 16,0 кг, боекомплект — 22,5 кг.

Броней на самолете защищались: летчик, мотор, водо- и маслорадиаторы. Общий вес брони достигал 185 кг.


Пушка «Виккерс» S в обтекателе под крылом самолета «Харрикейн» IID


Перезарядка пушки «Виккерс» S на самолете «Харрикейн» IID


Ручка для перезарядки пушки «Виккерс» S на самолете «Харрикейн» IID


Бронекозырек кабины летчика состоял из трех плит пулестойкого стекла. Средняя плита имела толщину 35 мм, а боковые — по 32 мм. Спереди сверху летчик защищался двумя бронеплитами толщиной по 4.75 мм, одна из которых устанавливалась перед расширительным бачком, а вторая — перед резервным бензобаком. Снизу спереди летчика прикрывали две бронеплиты по 4,75 мм под боковыми капотами мотора, по одной с каждой стороны. Под сиденьем располагалась бронеплита толщиной 7,5 мм. Со стороны задней полусферы летчик защищался бронеспинкой, состоящей из четырех 4,75-мм бронеплит и бронезаголовника толщиной 10,25 мм.

Водо- и маслорадиаторы защищались снизу пятью 4,5-мм бронеплитами. Бронирование мотора включало четыре бронеплиты с левой стороны толщиной 4,25 и 4,75 мм, три плиты с правой стороны толщиной 4,75, 5,25 и 6,75 мм и три бронеплиты снизу толщиной 7,5 мм, 5,25 и 4.75 мм. Все плиты крепились к подкосам моторной рамы и закрывались капотами мотора.

Масса пустого самолета составлял 2763 кг. Нормальный полетный вес — 3650 кг.

На номинальном режиме работы мотора максимальная скорость самолета «Харрикейн» IID зав. № КХ-305 достигала 398 км/ч — у земли, 460 км/ч — на 1-й границе высотности (3400 м), 478 км/ч — на 2-й границе высотности (5300 м). На боевом режиме работы мотора, который можно было использовать в течение не более 5 мин, скорость самолета на высоте возрастала на 6–8 км/ч. При этом границы высотности несколько смещались вверх на 300–350 м. Практический потолок — 9650 м.

Вертикальная скорость у земли составляла 9,7 м/с, на высоте 2000 м — 10,5 м/с, а на 3000 м -11,2 м/с. Соответственно, на высоту 1000 м самолет забирался за 1,8 мин, на 3000 м — за 5,0 мин, а на 5000 м — за 8,5 мин.

Самолет на высоте 1000 м разгонялся при даче полного газа от скорости 0,7 до 0,95 максимальной за 0,72 мин, а тормозил при сбросе газа до скорости 0,7 максимальной за 0,48 мин.

Скорость, скороподъемность и разгонные характеристики замерялись с пылефильтром, установленным на всасывающем патрубке мотора, при закрытом фонаре и полностью открытой заслонке радиаторов.

За один боевой разворот (левый и правый) с высоты 5000 м при скорости ввода 412 км/ч самолет набирал 460 м. Скорость выхода в горизонтальный полет — 267 км/ч. На выполнение маневра затрачивалось 28 сек.

При выполнении правого переворота при скорости ввода 207–215 км/ч самолет терял до 700 м высоты, а при выполнении левого переворота — 830 м. Скорость на выходе из переворота — 309–329 км/ч.

Виражи самолет выполнял устойчиво и легко сохранял заданный крен. Время полного виража на высоте 1000 м составляло 22 с при выполнении левого виража и 29–30 с при выполнении правого виража. При этом радиус виража не превышал 315 и 470 м, соответственно.

Разбег самолета при взлете находился в пределах 420 м. Скорость отрыва — 152 км/ч. Посадочная скорость равнялась 123 км/ч. Пробег при посадке со щитками, отклоненными на 80", не превышал 440 м.

Максимальная дальность полета на высоте 910–950 м при скорости полета 265 км/ч достигала 825 км (3 ч).

В ходе испытаний было выполнено четыре полета на пикирование под углами от 30' до 55'. Максимальная скорость на пикировании доводилась до 630 км/ч (скорость ввода 380 км/ч), а перегрузка на выводе из пикирования до 3 единиц.

Пикировал самолет устойчиво. Поведение самолета с триммерами руля поворота, установленными нейтрально, было нормальным, тенденции к затягиванию в пикирование не наблюдалось. Усилия на рули нормальные. Однако при достижении скорости 610–620 км/ч из-за отсасывания и срыва воздушного потока с замков обтекателей подкрыльевых пушек появлялась заметная тряска плоскостей и вибрация педалей ножного управления.

Летчики, облетавшие «Харрикейн» IID, отмечали хороший обзор вперед, в сторону и вверх и неудовлетворительный — вперед- вниз и назад. Габариты кабины позволяли летчику наклоняться в стороны, что сочли недостатком самолета. Бронестекло козырька фонаря и целлулоид подвижной части имели удовлетворительную прозрачность и почти не давали искажений. Случаев отколов и обмерзания бронестекла и целлулоида при полетах в условиях зимы не наблюдалось. Размещение некоторых приборов на приборной доске и рычагов управления оказалось неудобным (например, рычаг управления уборкой и выпуском шасси).



Анализ схемы бронирования показал, что броня прикрывала летчика в горизонтальной плоскости в угловом конусе 30–40° и в вертикальной плоскости до 10–15° вверх и 15–20° вниз по отношению к продольной оси самолета. В этом диапазоне углов вполне обеспечивалась защита от поражения бронебойными пулями нормального калибра при стрельбе с дистанции не менее 100–150 м и бронебойными пулями крупного калибра с дистанции 400–500 м и более. Между тем летчик не имел броневой защиты сбоку и сверху. Совершенно не были защищены бензо- и маслобаки. Защита мотора, водо- и маслорадиатора считалась недостаточной. Мотор не имел брони сверху, водо- и маслорадиаторы не защищались со стороны входа и выхода воздушного тоннеля.

По общему мнению летчиков увеличение полетного веса и ухудшение аэродинамики самолета Mk.IID по сравнению с Мк. IIС привело к заметному понижению летных данных и маневренности самолета, как в вертикальной, так и в горизонтальной плоскости. Для выполнения фигур, «скорости приходится держать больше на 5–7 миль/ч, так как самолет тяжелее и инертнее». Продольная и поперечная устойчивость самолета оставляла желать лучшего. Сбалансированность самолета в горизонтальном полете была затруднена и требовала постоянной регулировки положения триммера при изменении скорости полета. На вертикальных фигурах самолет быстро терял скорость, набор высоты на иммельмане и боевом развороте сократился. В то же время техника пилотирования Mk.llD практически ничем не отличалась от самолетов «Харрикейн» IIС или IIВ.

Проведенный 27 декабря 1943 г. учебный воздушный бой с трофейным истребителем Bf 109G-4 показал, что самолет «Харрикейн» IID воздушный бой с ним вести не может. Причем не только наступательный бой, но и оборонительный. Немецкий истребитель имел явное преимущество в горизонтальной и в вертикальной плоскости. На виражах «мессер» заходил в хвост «Харрикейну» уже после первого виража на левом вираже и после двух виражей — на правом. При атаках Bf109G-4 сверху-сзади старшему лейтенанту Поминальному, пилотировавшему «Харрикейн», удавалось вывернуться только из-под первой атаки «мессершмитта», уйти от последующих атак не получалось. Подавляющее преимущество в вертикальном маневре немецкого истребителя позволяло капитану Кувшинову, который летал на Bf109G-4, свободно занимать выгодную для атаки позицию и атаковать «Харрикейн» Поминального из любого положения.

После обмена мнениями летчиками был сделан вывод о недопустимости воздушного боя одиночного самолета «Харрикейн» IID не только с группой, но даже и с одиночным истребителем противника. Рекомендовалось боевые задачи выполнять только группой и воздушный бой вести в боевом порядке круг или выполняя ножницы с оттягиванием на свою территорию.

Вооружение самолета отстреливалось как на земле, так и в воздухе. Стрельба велась снарядами, «снаряженными стальными корпусами бронебойных снарядов, так как других боекомплектов для пушек MK-II — 40 мм, в снабжающих организациях ВВС не имелось». При этом в снарядах отсутствовали «разрывной заряд ВВ и донный взрыватель, заглушка вместо него не поставлена», так что внутренняя полость снаряда сообщалась с зарядной каморой патрона. То есть, снаряды «не имели ни фугасного, ни зажигательного действия, а внутренняя и внешняя баллистика его отличалась от баллистики боевого снаряда». Очевидно, такие снаряды боевого значения не имели, их использование ограничивалось только учебными целями. Но других снарядов союзники не поставили!

В общей сложности из пушек было выполнено 620 выстрелов, в том числе 212 выстрелов на земле и 408 в воздухе.

Пушки пристреливались сходящимся веером на стандартную для ВВС КА дистанцию — 400 м. Рассеивание определялось стрельбой на земле и в воздухе по щитам. Стрельба велась одиночно и очередями.

На земле рассеивание определялось одиночной стрельбой на дальность 50 и 400 м по щиту 2x2 м, поставленному вертикально. При стрельбе овальных отверстий в щите обнаружено не было, что характеризовало хорошую устойчивость снаряда в полете на данных дистанциях.


Оптический коллиматорный прицел «Рефлектор Сайт» Mk.llS, электрокнопка управления огнем пулеметов (а) и фотокинопулеметом (б)


Электрокнопка (а) управления огнем пушек и предохранительный тумблер (б)


Для левой пушки боковое отклонение на дистанции 400 м составило всего 10,3 см, вертикальное — 17,0 см, а для правой пушки -13,0 и 16,2 см, соответственно. При стрельбе пулеметов Кольт-Браунинг отклонение оказалось даже выше, чем при стрельбе из пушек: боковое и вертикальное отклонения для левого пулемета равнялись 23,6 и 26,7 см, для правого пулемета-20,6 и 35,8 см.

Коэффициент искажения рассеивания с увеличением дистанции стрельбы достигал величин 0,63-1,32 — у пушек и 0,78- 1,77 — у пулеметов, что «указывает на невысокие баллистические качества оружия на данной установке».

В воздухе пушки отстреляли капитаны Г олофастов, Кувшинов, Пикуленко, Кусакин и старший лейтенант Поминальный. Стрельба велась в горизонтальном полете, на виражах, на наборе высоты, а после выполнения пилотажа и по наземной цели с пикирования (по щитам и контуру самолета). Кроме того, один полет был выполнен для стрельбы на большой высоте.

Пушки при стрельбе в воздухе показали себя, как надежное и безотказное оружие. Отдача при стрельбе из пушек более мягкая, чем при стрельбе из 37-мм пушек НС-37 на самолетах Як-9т и ЛаГГ-3. Синхронность стрельбы оценивалась как отличная.

При стрельбе в горизонтальном полете самолет «ощущает толчки и зарывается носом вниз». Такие же толчки имели место и на всех других режимах. На пикировании самолет во время стрельбы стремился увеличить угол пикирования и «его необходимо удерживать ручкой управления». Сила отдачи при стрельбе «несколько притормаживает самолет, снижая скорость самолета на пикировании». При стрельбе во время набора высоты наблюдалось некоторое уменьшение угла.

Чем длиннее очередь из пушек, «тем опускание носа самолета и толчки более заметны». При очередях свыше 5–6 снарядов «удержать самолет от зарывания носом становится затруднительно», «самолет начинает раскачиваться в полете» и «прицельная стрельба становится невозможной».

Для обеспечения более точного поражения цели рекомендовалось производить стрельбу очередями по 2–3 максимум 4 снаряда из каждой пушки. При этом короткая очередь была рациональна и с точки зрения тактического применения самолета (более экономного расхода небольшого боекомплекта к пушкам).

При стрельбе из одной пушки (правой или левой) самолет разворачивался в сторону стреляющей пушки, а так как «темп стрельбы очень мал, то держать самолет ногой, парируя рулями его отход от цели, почти невозможно». По заявлениям летчиков «получается разбалтывание самолета относительно вертикальной оси на линии прицеливания, что ухудшает качество стрельбы». То есть прицельным был только первый снаряд в очереди.

Наиболее удобными углами пикирования при стрельбе по наземной цели с точки зрения потери высоты и увеличения скорости на пикировании, а также удобства прицеливания считался диапазон 35–45°. При высоте ввода в пикирование 500–550 м дистанция огня составляла 500–700 м, что было более чем достаточно для прицеливания и производства 2–3 очередей.

Важно отметить, что при стрельбе в воздухе по наземной цели «Харрикейн» допускал перенос огня от первоначальной точки наводки в боковом направлении и по дальности в пределах 10–15°, «что было затруднено, а порой неосуществимо, на самолете Ил-2 с 37-мм пушками».

Летчикам понравилось удобное расположение электрокнопки управления огнем из пушек на секторе газа под левую руку. Поскольку пулеметы приводились в действие кнопкой на ручке управления самолетом, то такое расположение управления пушками позволяло вести одновременный огонь из пушек и пулеметов.

Существенным недостатком системы управления вооружением посчитали отсутствие приспособления перезарядки пушек в воздухе. По этой причине устранить возможные задержки в стрельбе летчик не мог. В полете в случае осечки летчик мог только повторно взвести ударный механизм, «что отсутствие системы перезарядки не компенсирует». В то же время взведение ударника (с помощью гашетки на левом борту) и контроль давления в воздушной системе управления оружием (с помощью манометра) осуществлялось просто и удобно.

Прицеливание при помощи прицела Рефлектор Сайт Mk.IIS простое. Включать прицел и регулировать накал лампы подсветки удобно.

Попытка отстрелять все вооружение самолета на высоте 7500–8000 м оказалась неудачной. Из-за низкой температуры воздуха — около -54 °C, оружие отказало в действии. На земле были определены неотдачи в пушках и пулеметах, хотя оружие было смазано незамерзающей смазкой.

Летчики сочли, что «боекомплект 15 снарядов на пушку и темп стрельбы 100–110 выстрелов в минуту не могут удовлетворить ТТТ, предъявляемым ВВС к самолету-истребителю». Боекомплект к пулеметам был вполне достаточным.

Основные результаты при стрельбе по щиту с пикирования под углом 45° с дистанции 500–700 м сводились к следующему. Боковое отклонение и отклонение по дальности достигали: короткая очередь (2–3 снаряда) -1,08 и 1,70 м, длинная очередь (6–7 снарядов) — 1,51 и 2,39 м, рассеивание коротких очередей (5 очередей) — 1,55 и 3,11 м, рассеивание длинных очередей (2 очереди) — 2,02 и 5,32 м.

Наблюдались значительные отклонения центра группирования в вертикальной плоскости (по дальности) с увеличением длины очереди. Если при стрельбе короткими очередями рассеивание центра группирования очереди находилось в пределах от -1,1 до -2,4 м, то при переходе к стрельбе длинными очередями резко возрастало — до -3,12-4,47 м. Это обстоятельство вполне соответствовало показаниям лет- иков о стремлении самолета «зарываться носом при стрельбе на пикировании».

При стрельбе из одной пушки с увеличением длины очереди центр группирования очереди «резко смещался в сторону сnреляющей пушки под самолет», причем тенденция эта одинаковая как для правой, так и для левой пушки».


Основные узлы и детали авиационной пушки «Виккерс» S калибра 40 мм:

1 — кожух с гидравлическим тормозом и пневмомеханизмами спуска и взведения ударника; 2 — ствол со ствольной коробкой; 3 — труба кожуха; 4 — пружины ствола; 5 — затвор с клином запирания; 6 — затыльник с буферными пружинами; 7 — гайки.


Схемы стрельб по наземным мишеням из пушек «Виккерс» S

Характеристика/тип пушки НС-45 "Виккерс” S М4 НС-37 ВЯ
Калибр, мм 45 40 37 37 23
Принцип действия Отдача при коротком ходе ствола Отдача при длинном ходе ствола Отдача при коротком ходе ствола Отдача при коротком ходе ствола Отвод газов из канала ствола
Питание Звеньевое Магазин Магазин Звеньевое Зеньевое
Темп стрельбы, выстр./мин 250 110 150 250 600
Начальная скорость, м/с 781 585 610 878 915
Вес пушки, кг 163,8 157,7 108 162,5 66
Вес снаряда, кг 1.065 1,041 0,65 0,732 0,197
Вес секундного залпа, кг 4.44 1.91 1,63 3,05 1,97
Дульная энергия, кг 33110 18158 12327 28761 8406
Дульная мощность, кг/с 137956 33289 ’ 30819 119837 84064
Показатель качества оружия 842 211 285 737 1274

Как положительный факт отмечалась простая эксплуатация пушек: «пушки осваиваются техническим составом легко и быстро». Подходы к пушкам удобные. Зарядка магазина производилась непосредственно на самолете. При двух работающих техниках на приведение в боевую готовность одной пушки после стрельбы (снятие обтекателя пушки, частичная разборка, чистка и смазка пушки, зарядка магазина, постановка обтекателя) уходило не более 26 мин, в том числе всего 2 мин — на зарядку пушки.

Учитывая время, необходимое на подготовку пулеметов (открытие лючка патронного ящика, чистка, смазка, укладка ленты в ящик, зарядка пулемета и закрытие лючка) около 20 мин, подготовка оружия занимала не более полутора часов.

В ходе стрельб пушки и пушечные установки показали высокую надежность. Если исключить из рассмотрения результаты стрельбы на большой высоте (7500–8000 м), то процент задержек в стрельбе по вине пушек составил всего 0,16 %, а пулеметов 0,13 % от общего числа выстрелов. При этом после устранения дефекта, вызвавшего задержку в стрельбе пушки, отказы пушек больше не повторялись. По пулеметам все отказы относились только к правому пулемету, который имел — неустранимый дефект — тугой ход подвижных частей, не зависящий от конструкции оружия».

По вине пушечной установки задержек не было вовсе. Пневмосистема и электропневматическое управление вооружением работали надежно и безотказно.

Имелись и недостатки. Пушки было трудно снаряжать — «стеснен подход к рукоятке магазина при заряжании, особенно при зимней эксплуатации». Конструкция защелок, фиксирующих положение рукоятки магазина, оказалась неудачной и непрочной. Окно магазина пушки располагалось крайне неудобно, что затрудняло работу при снаряжении магазина патронами. К тому же можно было повредить руки. Гильзоотводное окно имело размеры ровно под размер гильзы, поэтому для извлечения гильзы или снаряда из патронника необходимо было производить неполную разборку пушки. Регулировочное приспособление пушек было выполнено неудачно — «при снятии пушки с самолета нарушается пристрелка». Легкосъемные замки крышек лючков пулеметов в ходе эксплуатации быстро деформировались. Как следствие, открывание и закрывание лючков становилось затруднительным. Обтекатели пушек оказались недостаточно жесткими и при резком выводе из пикирования деформировались. Так, старший лейтенант Поминальный 12 декабря при пикировании под углом 55° на выходе из пикирования создал перегрузку близкой к 3 единицам и обтекатели пушек деформировались.

Сравнение летно-боевых качеств «Харрикейн» IID с советскими истребителями Як-9т, ЛаГГ-3 и штурмовиком Ил-2, вооруженных пушками калибра 37 мм НС- 37, оказалось не в пользу «англичанина”.

Отмечалось, что «пушка Виккерс S калибра 40 мм по темпу стрельбы и начальной скорости снаряда стоит ниже современных систем авиационных автоматических пушек и значительно ниже отечественной 37-мм пушки НС-37 ОКБ-16». Пушка имеет большой относительный вес. Коэффициент использования металла по отношению к дульной мощности (показатель качества оружия) у Виккерс S в 1,35 раза меньше, чем у американской 37-мм пушки М-4, в 3,5 раза меньше, чем у НС-37 и в 4 раза меньше, чем у НС-45.

Несмотря на больший калибр, бронепробиваемость английской пушки оказалась хуже отечественной пушки калибра 37 мм НС-37. С дистанции 300 м бронебойный снаряд к пушке НС-37 пробивал при нормальном попадании до 48,3 мм гомогенной танковой брони, тогда как бронебойный снаряд к пушке Виккерс S — только 38–41 мм.

Советские истребители Як-9т и ЛаГГ-3, хотя и имели несколько меньший вес секундного залпа, но заметно превосходили английский истребитель танков по летным данным.



Деформация обтекателей правой и левой пушек после пикирования и резкого вывода 19.12.43 (старший лейтенант Поминальный)


Истребитель P-39Q-10 «Аэрокобра» с пушкой М-4 калибра 37 мм

Калибр, мм 45 40 37 37 23 20 20
Характеристика/тип пушки НС-45 "Виккерс" S М4 НС-37 ВЯ "Испано" МП-20
Бронепробиваемость, толщина/300 м/ 0 град (мм/м/град) 43,3 39,5 41 48,3 32,5 28,5 19

Наступательное стрелково-пушечное вооружение Ил-2 по сравнению с оружием «Харрикейн» IID имело почти в 1,5 раза больший вес секундного залпа. При этом боекомплект к пушкам у Ил-2 по времени непрерывной стрельбы был также больше. Если принять во внимание значительно лучшее бронирование самолета Ил-2, наличие обороны задней полусферы и бомбового вооружения, то преимущество его системы вооружения считались несомненными.

Зато у «Харрикейна» было другое преимущество. Рассеивание нескольких очередей при стрельбе в воздухе из пушек по полотнищам, расположенным на земле, у самолета «Харрикейн» оказалось примерно в 2–2,5 раза меньше, чем у самолетов ЛаГГ-3 и Як-9т с пушкой НС-37, и в 6–6,5 раз меньше, чем у самолета Ил-2 с пушками НС-37. Смещение центров группирования попаданий по отношению точки наводки прицела у самолета «Харрикейн» меньше, чем у Ил-2 с НС-37 примерно в 4-11 раз меньше.

Рассеивание при стрельбе в воздухе из пушек у самолета «Харрикейн» IID, по сравнению с рассеиванием при стрельбе на земле, возрастало в 10–18 раз, а у самолета Ил-2 — в 30-100 раз. Следовательно, ведение прицельного огня в воздухе с самолета «Харрикейн» IID «значительно удобнее и точнее, чем со сравниваемыми отечественными самолетами».

Считалось, что такой результат англичанам удалось получить за счет — удачного расположения центра тяжести самолета, что почти не снизило его летно-пилотажные качества», хорошей конструкции прицела, обеспечивающего точность при прицеливании, и удобного расположения механизмов управления огнем оружия. То есть, — Харрикейн» IID наглядно продемонстрировал возможность установки крупнокалиберных авиапушек на одномоторный самолет без снижения его летных качеств и — с достаточной точностью ведения прицельного огня».

По результатам испытаний был сделан вывод, что «по обьему и качеству бронирования — Харрикейн» IID значительно уступает Ил-2», вследствие чего — будет нести значительные потери при штурмовых атаках». Целесообразность боевого применения противотанкового — Харрикейна» была поставлена под сомнение.

По результатам испытаний самолета — Харрикейн» IID и его вооружения управление технической эксплуатации ВВС КА в марте 1944 г. специальным информационным письмом довело до сведения летного и технического состава строевых полков ВВС КА особенности техники пилотирования самолета и его основные летные данные. Указывалось, что по технике пилотирования самолет — Харрикейн» IID не отличается от — Харрикейна» IIС. Дальность и продолжительность полета — Харрикейна» IID и Харрикейна» IIC практически равны. В связи с появлением тряски при скорости порядка 380–385 миль/ч (610–620 км/ч) скорость пикирования самолета — Харрикейн» IID ограничивалась 375 миль/ч (600 км/ч).

17 мая 1944 г. заместитель начальника оперативного управления ВВС КА генерал-майор А.П. Некрасов направил начальнику штаба ВВС генерал-полковнику С.А. Худякову заключение о боевых возможностях самолета — Харрикейн» IID.


Штурмовик Ил-2 АМ-38ф с пушками НС-37 калибра 37 мм



Истребители Як-9т и Як-9к с пушкой НС-37 и НС-45, соответственно


В документе констатировалось, что «вследствие слабого могущества выстрела стрелково-пушечного оружия, отсутствия бомбардировочного вооружения и недостаточного бронирования, самолет — Харрикейн» IID не может быть эффективно использован, как истребитель танков или штурмовик». Боеприпасы пушек НС-37 калибра 37 мм и ВЯ калибра 23 мм, состоящие из осколочно-зажигательных и бронебойно-зажигательных снарядов, имеют больший разрушающий эффект у цели по сравнению с боеприпасами к пушке Виккерс S, а бронебойный снаряд пушки НС-37 обладает к тому же еще и большей бронепробиваемостью.

Внимание руководства обращалось на ненормальную ситуацию со снабжением ВВС КД снарядами к пушкам Виккерс S. По этому поводу в докладе указывалось: — Получаемые нами бронебойные снаряды от англичан, являются недозаряженными (нет взрывчатого вещества и донного взрывателя), вследствие чего баллистические характеристики снарядов плохие и не отвечают тактико-техническим требованиям к боеприпасам воздушного боя. Такой тип снаряда не в состоянии пробить броню среднего танка в 45 мм на дистанции 300 м под углом встречи к нормали 30', а бронь толщиной меньше, чем 30 мм, или планер самолета, он способен пробить, но не разрушить, так как снаряд не имеет ни зажигательного, ни фугасного снаряжения. Поэтому такие снаряды могут быть использованы для учебных целей или как лафетопробные. Для поражения самолетов в воздухе нужны снаряды осколочно-фугасного действия-.

При сопоставимых летных данных у земли основной ударный самолет ВВС КА штурмовик Ил-2 имел значительно более сильное бронирование, бомбардировочное вооружение и воздушного стрелка для защиты от атак истребителей противника со стороны задней полусферы. По этим причинам боевые качества Ил-2 оценивались специалистами оперативного управления значительно выше, чем “Харрикейна» IID.

На основании этого делался вывод, что — самолет — Харрикейн» IID в качестве штурмовика применять нецелесообразно, вследствие слабого могущества выстрела стрелково-пушечного вооружения, отсутствия бомбардировочного вооружения и слабого бронирования». Истребитель предлагалось использовать в системе ПВО страны в качестве истребителя-перехватчика, но при условии использования боеприпасов «осколочно-трассирующего или осколочно-зажигательного снаряжения».

Известна резолюция генерала Худякова, которую тот наложил на документ: «ОУ. Подготовить справку такого же содержания главному инженеру ВВС за моей подписью». Уже 23 мая справка ушла в аппарат генерала Репина.



Пока «Харрикейны» IID зав. №№ КХ-171 и КХ-305 испытывались и принималось решение о целесообразности применения самолетов этого типа в ВВС КА, личный состав 246-го иап начиная с октября 1943 г. прошел полный курс переучивания на английский противотанковый истребитель в 25-м запасном истребительном авиаполку ВВС Закавказского военного округа (г. Аджи-Кабул).

На фронт 246-й иап попал 26 июня 1944 г., немного не успев к началу операции «Багратион». В этот день полк в составе 26 самолетов «Харрикейн» IID совершил посадку на аэродром около местечка Брянчицы. Перелет был выполнен с 10 промежуточными посадками. Общий налет полка составил 402 ч 01 мин. Потерь ориентировки за все время перелета в документах не отмечалось. Однако 8 самолетов вышли из строя. Ввиду невозможности ремонта своими силами и отсутствия запчастей их пришлось оставить на промежуточных аэродромах. В полку к этому времени числился 31 подготовленный летчик.

Полк вошел в состав 215-й иад 16-й ВА, но к боевым действиям не привлекался.

Дело в том, что на складах воздушной армии отсутствовал высокооктановый бензин в достаточном количестве. Но главное, не было бронебойных снарядов к пушкам Виккерс S.

По этим причинам 246-й иап никаких указаний по учебно-боевой работе на июль не получил и конкретных задач не имел, занятия с летным составом проводились по плану командирской подготовки, составленному штабом полка. Тренировочные полету из-за недостатка горючего также не проводились.


Авиационная пушка НС-37 калибра 37 мм


Патронная лента к авиационной пушке НС-37 (справа — патроны калибра 12,7 мм)


14 июля по распоряжению командира 215-й иад полковника М.Н. Якушина полк в полном составе перелетел с аэродрома Брянчицы на аэродром Омговичи (налет 9 ч 23 мин).

Передислокация полка на новую площадку была омрачена целым рядом происшествий. Началось все с того, что при переезде 15 человек технического состава под командой старшего лейтенанта Симонова автомашина ГАЗ-АА, на которой они ехали, в 7.00 сломалась в районе Старые Дворы. Машину поставили на обочине для ремонта. В нескольких метрах от нее проходила колонна грузовых автомашин. Одна из них стала производить обгон с правой стороны и на большой скорости ударила полковую машину. Погибли старший сержант Н.Л. Коробельщиков и младший сержант В.Г. Гарибян. После непродолжительного следствия виновника отдали под суд Военного Трибунала.

При перелете заместитель командира 2-й эскадрильи лейтенант Анохин допустил ошибку в расчете при заходе на посадку, выкатился за пределы рабочего поля аэродрома на непригодную полосу и «поставил самолет на нос». Получили повреждения винт и кок винта, задние и боковые подкосы шасси, помялись обтекатели щасси, а также погнулись оба пояса второй нервюры центроплана. Поскольку по указанию УТЭ ВВС КА от 26 августа 1943 г. самолеты «Харрикейн» восстановительному ремонту не подлежали, то поврежденный самолет зав. № КХ-468 подлежал списанию и использованию на запчасти. По результатам анализа происшествия был сделан очевидный вывод, что «поломка произошла по вине летчика, который безответственно отнесся к своим служебным обязанностям и ввиду своей личной недисциплинированности допустил оплошность на посадке». Случай был разобран со всем летным составом полка, вторично были даны указания летчикам об особенностях производства посадки на незнакомых аэродромах ограниченных размеров. Командиром полка на Анохина было наложено дисциплинарное взыскание.

Вечером этого же дня в 19.40 «во время сильных грозовых разрядов при разговоре по телефону был ранен командир авиаполка майор Попрыкин /…/ и убит командир 2-й эскадрильи лейтенант Фомичев». Комполка отправили в госпиталь, а лейтенанта Фомичева похоронили с почестями.

Временно исполняющим должность командира полка был назначен заместитель Попрыкина майор Трошин.

Необходимо отметить, что с дисциплиной в полку было не все благополучно. Видимо, сказывалось длительное — почти 1,5 года пребывание полка в глубоком тылу. Свое негативное влияние оказывала и материальная часть, на которой вскоре предполагалось вступить в бой. Летнобоевые качества английской машины оптимизма летчикам не прибавляли. Во всяком случае, только за июль офицерский состав получил от командира полка 10 взысканий за нарушение НПП-38, НИАС-43 и «за нарушение указания /…/ по перебазированию наземного эшелона». На сержантский и рядовой состав наложили 15 взысканий. Более того, за систематические нарушения воинской дисциплины, воровство и пьянство три сержанта были разжалованы в рядовые и направлены в штрафные батальоны. В полку имелась острая нехватка летнего обмундирования и обуви — «много разутых и раздетых, которых не в состоянии обмундировать из-за оторванности БАО». Не доставало даже писчей бумаги для ведения конспектов, из-за чего страдало качество занятий с летно-техническим составом. На все это накладывалось и отсутствие боевой работы. Как уже упоминалось выше, плана по учебно-боевой подготовке полк на июль не получил, а также «не были поставлены конкретные задачи, чем заниматься».


Авиационная мотор-пушка НС-45 калибра 45 мм


Патроны и снаряды к штатному стрелково-пушечному вооружению ВВС КА (слева направо): к пулемету ШКАС калибра 7,62 мм; к пулемету Березина калибра 12,7 мм; к пушке ШВАК калибра 20 мм; к пушке ВЯ калибра 23 мм; к пушке НС калибра 37 мм и к пушке НС калибра 45 мм


В этих условиях командование полка предпринимало все меры, чтобы удержать ситуацию под контролем. В течение с 1 по 28 июля летный и технический состав, за исключением 9 дней, затраченных на перебазирование, ежедневно был занят командирской учебой и работой на матчасти. Летчики изучали работу с картой и оформление боевых документов, штурманские действия по войскам противника, вопросы взаимодействия штурмовиков с истребителями, а также вопросы тактики, навигации, применения вооружения. Технический состав пытался привести в рабочее состояние изношенную матчасть самолетов и вооружения, занимался марксистско-ленинской подготовкой и т. д. Всему личному составу полка дали возможность пострелять из личного оружия по мишеням.

Однако перспектива повоевать на устаревших «Харрикейнах» и отсутствие боевых задач отрицательно сказывались на моральном климате в полку и состоянии летного состава.

По этому поводу 28 июля майор Трошин докладывал командованию: «Задачи боевой подготовки на август полку являются неясными, что затрудняет правильно нацелить личный состав в его работе. Личный состав проявляет большое желание быстрее принять участие в боевой работе». Вот только бы заменить полку материальную часть более современной.

Через два дня Трошин по согласованию с командиром 215-й иад полковником Якушиным официально направил на его имя рапорт, в котором просил «ходатайства перед вышестоящим командованием о перевооружении полка на современные отечественные самолеты». В качестве обоснования он указывал, что самолет «Харрикейн» IID «как истребитель по своим летным качествам является устаревшим и отсталым по сравнению с нашими современными истребителями». Фактические максимальные скорости самолетов у земли не превышали 360–370 км/ч, время набора высоты 1000 м достигало 4–5 мин, а набор высоты за боевой разворот составлял всего 450–500 м.

В то же время применение самолета в качестве штурмовика было невозможно по причине отсутствия должного бронирования летчика и винтомоторной группы. По заявлению Трошина, установленная на самолете броня, пробивается винтовочными и автоматными пулями с дистанции 70–80 м. Надо полагать постреляли по бронеплитам списанного «Харрикейна».

Кроме того, все самолеты «Харрикейн» IID до поступления в полк уже имели значительный налет и многочисленные дефекты. Основными из них являлись следующие: изношенные моторы, которые не вырабатывали необходимую мощность, выбоины и трещины на деревянных винтах, выработавшие ресурс бортовые аккумуляторы, множественные порезы резины колес шасси, частично неисправное приборное оборудование, отстающая от стрингеров фюзеляжа перкалевая обшивка (местами гнилая), нарушенное лакокрасочное покрытие фюзеляжа и низа плоскостей. К моторам и самолетам отсутствовали необходимые запчасти.

Между тем низкие фактические летнобоевые данные самолетов — Харрикейн» IID явно не вписывались в тактику применения истребителей и штурмовиков, сложившуюся в условиях реальных боевых действий на советско-германском фронте. Как истребитель, — Харрикейн» IID использовать было нельзя, так как он не мог догнать даже Ju88, а для штурмовых действий самолет был совершенно непригоден вследствие слабого бронирования и вооружения. Кроме того, бронебойные снаряды калибра 40 мм к пушкам Виккерс S все еще отсутствовали на складах армии.

Итогом — хождения» рапорта майора Трошина стал приказ о перевооружении 246-го иап на отечественный истребитель Як-1. Уже к 19 сентября все противотанковые — Харрикейны» были либо списаны, либо переданы в реморганы, а вместо них получены самолеты Як-1. После освоения новой техники директивой Генерального штаба Красной Армии 246-й иап был переформирован в 10-й иап Войска Польского и вошел в состав 3-й польской истребительной авиационной дивизии.

На этом история английского противотанкового истребителя «Харрикейн» IID в ВВС КА закончилась. Не сделав ни одного боевого вылета, они были сняты с вооружения фронтовых частей.


«Харрикейн» IID

Параметр «Харрикейн» IID сер. №КХ-305 КИ 12.43 г. «Харрикейн» IIС сер. №KX-402 КИ 8.43 г. P-39Q-15 сер. № 44-2915 КИ 12.43 г. ЛаГГ-3 сер. № 31213445 КИ 08.42 г. Як-9т опытный ГИ 03.43 г. Як-9к сер. № 01–21 ГИ 03.44 г. Ил-2 сер. № 302804 ГИ 10.43 г.
Число членов экипажа 1 1 1 1 1 1 2
Тип мотора Мерлин XX Мерлин XX V-1710-85 М-105ПФ М-105ПФ М-105ПФ АМ-38Ф
Мощность взлетная, л.с. 1290 1290 1200 1210 1210 1210 1700
Мощность мотора на высоте, л.с. / м 1235/3050 1235/3050 1125/4750 1180/2700 1180/2700 1180/2700 1500/800
Длина самолета, м 9,82 9,82 9,2 8,81 8,66 8,87 11,6
Размах крыла, м 12,19 12,19 10,37 9,8 9,74 9,74 14,6
Площадь крыла, м² 24,02 24,02 19,86 17,62 17,15 17.15 38,5
Вес пустого, кг 2763 2664 2716 2632 2298 2291 4674
вес брони, кг 185 99 92 29 36 36 957
Полетный вес, кг 3650 3455 3445 3363 3025 3028 6150
Нагрузка на крыло, кг/м² 151,96 143,84 173,46 190,86 176,38 176,56 159,74
Нагрузка на мощность, кг/л.с. 2,83 2,68 2,87 2,78 2,50 2,50 3,62
Весовая отдача (вес нагрузки / к полетному весу),% 24,30 22,89 21,16 21,74 24,03 24,34 24,00
Доля брони (вес брони / к полетному весу), % 5,07 2,87 2,67 0,86 1,19 1,19 15,56
Максимальная скорость, км/ч у земли 398 412 482 501 533 518 392
на высоте/м 466*/3700 480*/3150 503/1000 560/4100 597/3930 573/3900 409/1000
486*/5650 505*/5550 600/5150 544/5000 585/5000 560/5000 416/1400
Посадочная скорость, км/ч 123 118 131 143 144 142 136
Время набора высоты 1000 м, мин 1,8 1,6 1,2 1,5 1,1 1.2 2,5
3000 м 5 - - - 3,1 3,6 7,5
5000 м 8,5 8,3 5,8 7,3 5,5 5,7 17
Время виража на 1000 м, с 22 20 21 22 19 21,4 23
Дальность полета, км 825 880 708 735 598 685
Длина разбега при взлете, м 420 398 350 465 380 345 440
Длина пробега при посадке, м 440 417 470 575 500 455 500
Наступательное вооружение:
бомбовое: нормальное / в перегрузку, кг - - _ _ 100/200
стрелково-пушечное: число/калибр, мм 2x40,2x7,69 4x20 1x37,2x12,7 1x37, 1x12,7 1x37,1x12,7 1x45, 1x12,7 2x37,2x7,62
ракетное: число/калибр, мм - - _ . -/4x82
Оборонительное вооружение: число/калибр, мм - - - 1x12,7
Секундный залп наступательного стрелково-пушечного вооружения, кг/с 4,41 5.59 2,9 3,8 3,8 5,17 6,73

* Боевой режим работы мотора.


НАША СПРАВКА

Вскоре после окончания «Битвы за Англию» в Великобритании началось производство усовершенствованных истребителей Хоукер «Харрикейн» второго поколения с новым крылом. Это были модификации IIB (серийное производство с ноября 1940 г.) и IIС (серия с мая 1941 г.), вооруженные 12 пулеметами или четырьмя 20-мм пушками соответственно. Но главное — новое крыло позволяло подвешивать под него разнообразную боевую нагрузку.

Одновременно с этим в Великобритании завершилась разработка скорострельных противотанковых пушек калибра 40 мм, предназначенных, в том числе и для использования на самолетах. Это были пушки Виккерс S (с боезапасом 15 снарядов в магазине барабанного типа) и Роллс-Ройс BF (с ленточным питанием на 12 снарядов). К концу 1941 г. пушки были опробованы в воздухе на истребителях «Харрикейн» II.

Оба варианта, пройдя испытания, были запущены в производство и приняты на вооружение под обозначением «Харрикейн» IID. Со временем все противотанковые машины стали комплектоваться исключительно пушками Виккерс S.



Харрикейн IID. Справа — Харрикейн IV с ракетным вооружением. Под снятой створкой капота видна бронеплита



Большую часть выпущенных «Харрикейнов» IID отправили на Ближний Восток. Для этого самолеты оснастили тропическими фильтрами. Первые серии имели стандартное бронирование (достаточно слабое), соответствующее истребителю «Харрикейн» IIС, но в частях и эту броню часто снимали, чтобы улучшить летные характеристики самолета.

Впервые «Харрикейны» IID применили в боях у Бир-Хакейма летом 1942 г. В условиях отличной видимости и ровной поверхности земли самолеты эффективно поражали с малых высот немецкие и итальянские легкие танки, бронеавтомобили и прочую автомототехнику. Однако из-за отсутствия брони или ее слабости самолет оказался очень уязвим для огня с земли. Поэтому с июля 1942 г. броню усилили, что значительно увеличило взлетный вес самолета. В сочетании с большим сопротивлением подкрыльных пушечных гондол это серьезно ухудшило его скоростные и маневренные качества. После этого “Харрикейны» НО обычно летали с сильным истребительным прикрытием. Именно подобные машины впоследствии были направлены в Советский Союз.

К тому времени в Англии полным ходом шло создание специализированного самолета непосредственной поддержки войск «Харрикейн» IIЕ, предназначенного специально для североафриканского театра военных действий. Для ударного варианта этого самолета разработали новое усиленное крыло, рассчитанное исключительно на наружную подвеску грузов. Грузом могли быть бомбы, ракеты и контейнеры с 40-мм пушками, как у варианта IID. Встроенные крыльевые пушки и пулеметы отсутствовали. На истребительных же вариантах — Харрикейна» IIЕ должны были просто устанавливаться стандартные консоли типа В или С с 12 пулеметами или четырьмя 20-мм пушками соответственно.



Харрикейн V


Серийное производство новой модели начали в апреле 1943 г. После выпуска 290 машин, в связи с большим количеством изменений, самолет переименовали в — Харрикейн» IV.

С июня 1943 г. «четверки» начали воевать в Европе, с июля — в Тунисе. В Европе самолеты в основном охотились за паровозами, в Африке — за бронетехникой. Но с пушками самолеты летали редко, чаще — с ракетами.

«Харрикейны» IV выпускались до июля 1944 г. Всего изготовили 524 машины.

Последним штурмовиком стала модификация V с двигателем увеличенной мощности и четырехлопастным винтом. Но «пятерки» себя не оправдали. Система охлаждения двигателей оказалась недостаточно эффективной. Два опытных самолета пришлось переделать в стандартные «Харрикейны» IV. Больше англичане «Харрикейном» не занимались, так что именно на «пятерках» и закончилась эволюция этого самолета.


Михаил МАСЛОВ


Истребитель И-Z в цирке Вахмистрова

Создатель воздушных авианосцев, инженер Владимир Сергеевич Вахмистров.


Помимо проведения эффектных стрельб над Плещеевым озером и волнами Черного моря, отдельной страницей истории И-Z стало его участие в опытах инженера B.C. Вахмистрова по так называемым «составным самолетам».

В 1931 г. Вахмистров установил на крыле двухмоторного ТБ-1 два истребителя И-4, которые в воздухе отцеплялись и продолжали выполнять задание самостоятельно. В 1934 г. изобретатель разработал комбинацию «Звено-З» (3–3), состоящую из четырехмоторного ТБ-3 и двух И-Z (пушки Курчевского не устанавливались). На земле истребители подруливали под крыло бомбардировщика слева и справа, закреплялись на специальной плавающей подвеске, позволявшей в воздухе перед отцепкой опускать их на 0,5 м. Первый испытательный полет 3–3 состоялся в июле 1934 г., носителем ТБ-3 командовал П.М. Стефановский, истребителями И-Z управляли летчики А.В. Коротков и И.Ф. Гродзь. При выполнении отцепки «ЗЕТ» Короткова воздушным потоком подсосало вверх, истребитель прорвал обшивку крыла носителя и застрял в нем. Пришлось выполнять аварийную посадку. К несчастью, в момент касания земли, застрявший в ТБ-3 самолет оторвался и скапотировал. Летчик погиб. После этой катастрофы работы по «Звену-З» были прекращены.

Следующим вариантом составного самолета с участием «ЗЕТа» стала система «Звено-5» (3–5), предусматривавшая подцепку одного И-Z под ТБ-3 в воздухе. Для приема истребителя под фюзеляжем четырехмоторного носителя оборудовали специальную опускаемую ферму, которую закрепили на задних замках наружных бомбодержателей ДЕР-15. Опускание и подъем фермы осуществлялись из кабины бортмеханика при помощи ручной лебедки с червячной самотормозящей передачей. На И-Z также произвели дополнительные усовершенствования. В верхней части фюзеляжа смонтировали ферму подцепки с особым крюком, которым истребитель цеплялся за ферму, опущенную с ТБ-3. Крюк имел фиксирующий замок и ограничительную штангу, которая предохраняла воздушный винт «ЗЕТа» от повреждений. Конструкцию крыла истребителя в районе 12–14 нервюр усилили — на этих участках крыло после подтягивания упиралось в колеса ТБ-3. Дополнительным фиксатором И-Z являлась верхняя часть фюзеляжа за заголовником пилота — ее также дополнительно усилили.


Передняя часть И-Z после дооборудования специальным устройством для подцепления в воздухе.


Опускаемая ферма под фюзеляжем ТБ-3 предназначалась для подцепления И-Z.


Испытания системы Звено-5 начались 15 марта 1935 г. «ЗЕТ» пилотировал летчик В.А. Степанчонок, самолет-носитель — Стефановский. Поначалу провели особые тренировки: Степанчонок подходил сзади к летящему со скоростью 140 км/ч ТБ-3, выравнивал скорости, а затем, прибавляя газ, зацеплял и обрывал поперечную перкалевую ленту. До 21 марта провели 25 таких тренировок. Первая в мире подцепка в воздухе самолета под самолет состоялась 23 марта 1935 г. После зацепления под ТБ-3 истребитель Григоровича был подтянут и зафиксирован на замках, далее «Звено-5» снизилось до 500 м и пролетело над аэродромом, где находилась комиссия ВВС. Отцепка состоялась на высоте 1200 м. В последующие дни до 29 марта 1935 г. было произведено еще 5 удачных воздушных подцепок И-Z.

По результатам этих полетов сделали следующие заключения:

«1. Проведенные испытания показали полную возможность подцепки и отцепки самолета И-Z к самолету ТБ-3 в полете. Наличие незначительных колебаний в горизонтальной плоскости на процесс подцепки и отцепки не влияет.

2. Подвешенный и притянутый самолет И-Z тенденций к срыву и колебаний вокруг всех трех осей на скоростях 125–155 км/ч не имеет. Вибраций не наблюдалось. На других режимах испытания не проводились из-за невозможности плотно прижать крыло И-Z к колесам тележки самолета ТБ-3.

3. Прицепленный и подтянутый самолет И-Z позволяет осуществлять полет с брошенной ручкой.

4. Связь в полете при осуществлении подцепки зрительная и при помощи записок.

5. Бомбовая подвеска ТБ-3 в данном варианте возможна только под консольными держателями ДЕР- 13 или ДЕР-23.

Считать систему 3–5 прошедшей испытания, продолжать ее совершенствовать..


Момент подцепления И-Z под бомбардировщик ТБ-3.23 марта 1935 г.


И-Z подходит под брюхо ТБ-3. В кабине В.А.Степанчонок.


К осени 1935 г. Вахмистров подготовил к испытаниям очередную воздушную систему, получившую обозначение «Звено ТБ-3 4М-17 + 2И-5 + 2И-16 + ЗЕТ». Сам Вахмистров определял это сочетание как «Авиаматку ПВО» (А-М). На земле под крыло ТБ-3 цеплялись два И-16, а на крыло сверху закатывались два И-5. Последний участник, И-Z, догонял воздушную «этажерку» уже после взлета. В испытаниях участвовали А.И. Никашин и С.П. Супрун на И-5, Т.Т. Алтынов и К.К. Будаков на И-16, В.А. Степанчонок на И-Z. Носитель ТБ-3 пилотировал П.М. Стефановский, который вспоминал: «Взлетали мы с узкой бетонированной полосы, расположенной близко к ангарам. На взлете требовалось выдержать идеальную прямую. Восемь двигателей при большом плече могли внести весьма нежелательную поправку в намерения экипажа и командования. Для упрощения взлета приказываю Алтынову и Будакову дать газ моторам своих истребителей одновременно со мной. Когда я возьму точное направление по оси взлетной полосы, то наклоню голову. Это команда для Никашина и Супруна дать газ своим двигателям. На обочине возле старта собралось множество зрителей. Плавно увеличиваю обороты моторов, начинаю разбег. Все быстрее мелькают по сторонам аэродромные постройки. Вдруг самолет строптиво, словно разнуздавшийся конь, заворачивает вправо, прямо на ангары. Супрун виноват: погорячился и газанул. Сбрасываю обороты левых двигателей почти до минимума и вновь сюрприз: самолет начал забирать влево. Это уже Никашин. Увидел, что Супрун газует, и тоже подал вперед рукоятку сектора. Напугался, что проворонил мой кивок головой. А может яив самом деле невзначай кивнул, когда самолет стало заносить к ангарам. Резко поднимаю обороты левой моторной группы. Чувствую, еще не поздно, взлетим. И взлетели. Правда, разбег получился несколько удлиненным.

Дальше пошло все точно по заданию. На высоте тысяча метров к бомбардировщику под самое шасси подошел «ЗЕТ» Степанчонка. Пришвартовали его. Авиационный «букет» или, как его нарекли наши доморощенные сатирики, «воздушная куча мала» сделал несколько величественных, широких кругов над аэродромом. Подаю сигнал — и все пять истребителей разом стартуют с авиаматки.


Кадры кинохроники, запечатлевшие подход и зацепление И-Z под ТБ-3. -Авиаматка' несет максимальное количество — пять самолетов: сверху 2 И-5, снизу 2 И-16 и И-Z.


И-Z серийный с пушками АПК

И-Z авиазавода № 39 с причальной трапецией Вахмистрова



Авиадартс-2014 Начало

В рамках проведения соревнований экипажей ВВС "Авиадартс" личный состав Липецкого центра, прошедший отборочный этап, 13 марта приступил к отработке практических упражнений на полигоне Погоново. В ходе этих упражнений экипажи самолетов Су-24М, Су-25 и МиГ-29УБ производили бомбометание практическими авиабомбами. Также по мишеням отработали неуправляемыми ракетами и из пушек.

Кроме упражнений по боевому применению вооружения, отрабатывались навыки пилотирования, проводился воздушный бой.

Соревнования "Авиадартс" набирают популярность в летной среде, ведь главный приз состязания — поступление в Военно-воздушную академию имени Жуковского и Гагарина без экзаменов.


Фоторепортаж Дмитрия Пичугина




Андрей Фирсов


«Дримлайнер» — не все мечты сбываются

В конце прошлого года внимание новостных агентств привлекло заявление мексиканской авикомпании «Интерджет» (InterJet) — стартового западного заказчика лайнера Сухой «Суперджет» — о первых результатах эксплуатации российского пассажирского самолета. Исполнительный директор компании Жозе Льюис Гарза отметил, что показатель надежности первых двух «Суперджетов» составил 99,02 % и заметно выше, чем у «других типов авиалайнеров, поступивших в последнее время в эксплуатацию, включая Эрбас А380 и Боинг 787». Такое сравнение с лидерами гражданского самолетостроения «Боингом» и европейским «Эбасом» кажется удивительным, но только на первый взгляд. Действительно, при ближайшем рассмотрении опыта эксплуатации, например, новейшего авиалайнера Боинг «Дримлайнер», заявление мексиканской авиакомпании только подтверждает серьезные проблемы, с которыми столкнулись эксплуатанты 787-го.

А начиналось все так красиво…

Первый самолет Боинг 787 был официально сдан японской авиакомпании ANA на торжественной церемонии в Эверетте (штат Вашингтон, США) 25 сентября 2011 г. В аэропорт Ханеда в Японии он прибыл 27 сентября. Второй самолет был поставлен заказнику 13 октября 2011 г.

Первый коммерческий рейс самолета Боинг 787 состоялся 26 октября 2011 г. по маршруту Нарита — Гонгконг. Фактически сроки начала эксплуатации самолета оказались сдвинуты на три года, точнее на 40 месяцев. Билеты на первый рейс продавались с аукциона и стоимость доходила до 34000 долл. за место. Всего на борту было 240 пассажиров при 264-местной компоновке салона.

Первый дальний перелет самолета Боинг 787 в конфигурации на 158 пассажирских мест состоялся 21 января 2012 г. из Ханеды во Франкфурт.

К этому времени (6 декабря 2011 г.) второй опытный самолет установил мировой рекорд дальности полета для самолетов в своей весовой категории (200000- 25000 кг), преодолев 19830 км по маршруту Боинг-филд — аэропорт в Дакке (Бангладеш). Предыдущий рекорд, установленный в 2002 г. самолетом Эрбас АЗЗО составлял 16903 км. Продолжив после промежуточной посадки в Дакке полет, самолет Боинг 787 установил также мировой рекорд времени перелета вокруг земного шара в 42 ч 27 мин. Скорость на последних 6 ч маршрута составила М=0,88.

В конце 2011 г. компания «Боинг» предприняла четыре рекламных тура самолета Боинг 787 по городам Китая, Африки, Среднего Востока и Европы.

В апреле 2012 г. во время рабочего рейса из Сиэтла в Токио самолет Боинг 787 впервые был заправлен смесью обычного керосина и биотоплива.

Согласно утверждению представителей японской авиакомпании ANA топливная эффективность нового самолета оказалась на 20 % лучше, чем у Боинг 767, а на дальних маршрутах между Японией и Франкфуртом — даже на 21 %. Готовность к вылету в течение первых 2,5 месяцев эксплуатации составила 96,5 % при интенсивности два полета в день продолжительностью 80–90 мин. Авиакомпания также провела опрос более 800 пассажиров, летавших на самолете Боинг 787, согласно которому ожидания пассажиров на высокий комфорт полета оправдались у 90 % опрошенных. 90 % пассажиров отметили высокое качество кондиционирования воздуха, а 80 % — его нормальную влажность, 40 % пассажиров отметили высоту потолка салона, 90 % положительно высказались за иллюминаторы большого размера. 25 % опрошенных отметили, что они бы в дальнейшем сделали все возможное для того, чтобы вновь слетать на самолете Боинг 787.

13 ноября 2011 г. компания «Боинг» получила первый самолет Боинг 787, прошедший предпродажную доработку на базе «Лекленд» в Сан-Антонио, на что потребовалось 8 месяцев. Самолет был предназначен для японской авиакомпании JAL.

Отправка на доработку уже выпущенных самолетов — хоть и редкая, но встречающаяся в практике авиастроителей схема производства, позволяющая не останавливать основную сборочную линию. Хотя, конечно, это указывает на то, что самолет еще «сырой». Доработка проводилась согласно так называемому «гибкому» плану компании «Боинг», и предусматривала замену систем и узлов, не удовлетворяющих первоначальным спецификациям или не прошедших сертификацию. Так, на самолете авиакомпании JAL проводилась доработка системы кондиционирования бортовых систем. Дорабатывалась также система управления, закрылки, флапероны и рули, переделывалась электропроводка самолета.

Очередные доработки потребовались и из-за обнаружения расслоения композиционной обшивки хвостовой секции фюзеляжа из-за неправильной установки стрингеров. Пришлось проводить инспекцию и доработку 50 самолетов и готовых фюзеляжных секций.

Первый серьезный инцидент с самолетом Боинг 787 случился 9 ноября 2010 г., когда из-за короткого замыкания серьезно пострадал от огня второй опытный самолет ZA002, который позже пришлось списать.

Первый инцидент во время эксплуатации Боинга 787 произошел с первым серийным самолетом через неделю после начала регулярных полетов — 6 ноября 2011 г., когда во время захода на посадку не полностью выпустились основные стойки шасси. По команде с земли шасси были довыпущены на втором заходе с помощью резервной гидравлической системы. Причиной отказа оказался гидравлический клапан, вскоре замененный.

21 июля 2012 г. авиакомпания ANA была вынуждена прекратить полеты пяти из 11 имеющихся на тот момент Боинг 787-8 из-за проблем с редуктором двигателей Роллс-Ройс «Трент» 1000. Ресурсные наземные испытания, которые проводила компания «Роллс-Ройс», выявили коррозийное разрушение зубьев редуктора, которые могли привести к его полному отказу. Компания была вынуждена изменить технологический процесс изготовления деталей редуктора, а также провести обследование выпущенных двигателей. Следы коррозии были обнаружены на ряде двигателей, что потребовало приостановку полетов. Два из пяти самолетов Боинг 787-8 удалось оперативно отремонтировать в течение суток, работа на оставшихся заняла несколько дней.

А уже 28 июля произошел инцидент с двигателем Дженерал-Электрик GEnx-1B — во время его гонки на самолете Боинг 787-8 на аэродроме в Чарльстоне из сопла вылетел обломок лопатки турбины, который поджег траву на аэродроме. Пожар продолжался целый час. В результате корпорации «Дженерал Электрик» пришлось провести дополнительную проверку двигателей, так как наиболее вероятной причиной аварии первоначально посчитали неправильную сборку турбины низкого давления.

12 сентября 2012 г. американское бюро безопасности на транспорте (NTSB) потребовало временно прекратить эксплуатацию самолетов Боинг 787 с двигателями корпорации «Дженерал Электрик» до устранения выявленных проблем. Анализ поврежденной лопатки показал, что поломка была вызвана не усталостными разрушениями, как предполагали, а коррозией гальванической пары во влажной среде в присутствии водорода. Сам факт коррозии выявился ультразвуковым обследованием двигателя 15 августа, но до следующего инцидента с разрушением лопатки турбины не оглашался публично. Шесть недель спустя после аварии самолета Боинг 787-8, во время взлета Боинга 747-8 с двигателями того же типа GEnx (налетавшего 1200 ч) на скорости 80 км/ч, произошло резкое падение тяги одного двигателя. Экипаж был вынужден прервать взлет, а обследование показало значительные повреждения турбины низкого давления. В результате корпорация «Дженерал Электрик» была вынуждена сменить технологию нанесения защитного покрытия на лопатки турбины, заменить состав смазки среднего вала двигателя и провести ультразвуковое обследование всех выпущенных двигателей.

5 сентября произошел инцидент с первым опытным самолетом: во время руления перед взлетом неожиданно упало давление в гидросистеме — отказал гидравлический насос. Визуально экипаж обнаружил дым в районе левого двигателя.

4 декабря самолет американской авиакомпании «Юнайтед Эйрлайн» совершил вынужденную посадку из-за отказа электрической системы — вышел из строя один из генераторов. 9 декабря из-за проблемы с одним из генераторов было поставлено на прикол третье, только что поставленное катарской авиакомпании воздушное судно, что вызвало бурное недовольство представителей авиакомпании «Катар Эйрвейс». В дальнейшем катарский авиаперевозчик станет одним из главных критиков качества поставляемых ему самолетов 787 компании «Боинг».

Вал технических проблем постепенно нарастал. На рубеже 2012–2013 гг. вышел доклад чилийской авиакомпании LAN, посвященный надежности Боинг 787. По их данным показатель надежности «Дримлайнера» оказался ниже, чем у других типов самолетов авиакомпании. Особые проблемы вызывали двигатели Роллс-Ройс «Трент» 1000, электросистема и система кондиционирования. Хотя чилийцы были к этому частично готовы — все же они осваивали новый самолет, но в докладе высказывалось настойчивое требование довести техническую надежность самолета дозаявленной.


Проводы Дримлайнера в первый коммерческий полет


Одновременно низкая техническая надежность самолета Боинг 787 заставила американскую авиакомпанию «Юнайтед Эйрлайнс» отменить ряд международных рейсов.

8 января 2013 г. был прерван полет Боинга 787 авиакомпании JAL в Бостон из-за утечки топлива. 11 января была обнаружена утечка топлива еще на одном самолете.

13 января была выявлена третья утечка топлива за неделю — текли сразу несколько клапанов, причем оперативно выявить причину утечки топлива не удалось.

11 января появился доклад FAA с критическим рассмотрением ряда вопросов по авиационным системам, техническим решениям, качеству производства и сборки самолетов Боинг 787, в котором, по утверждению представителя NTSB, попытались найти «корни возникших проблем». Правда, представитель Федеральной администрации авиации США (FAA) отметил, что «это не означает, что самолет не безопасен».

Постепенно обстановка вокруг самолета стала накаляться, что и привело к беспрецедентному за последние 20 лет в истории авиаперевозок запрету на полеты американского самолета.

16 января 2013 г. на Боинге 787 авиакомпании ANA, совершавшем рейс по маршруту Убе — Ханеда, сработала система предупреждения о пожаре. Самолет совершил вынужденную посадку в аэропорту Такаматсу, а пассажиры были эвакуированы, при этом несколько человек получили легкие ранения. Сходный инцидент случился с самолетом авиакомпании JAL на стоянке в аэропорту Бостона (США). Осмотр выявил возгорание бортовой батареи с языками пламени высотой до 8 см, которое трудно погасить. В результате терпение японских авиакомпаний ANA и JAL лопнуло и с 16 января они совместно прекратили эксплуатацию лайнера этого типа из-за «многочисленных инцидентов на борту большинства самолетов Боинг 787».

Практически одновременно FAA наложила запрет на полет самолетов Боинг 787 в США, что стало беспрецедентным решением с 1979 г. Запрет на полеты ВС этого типа вскоре последовал по всему миру. Всего на прикол было поставлено 50 самолетоб!

Первоначально было заявлено о — выбеге температуры» батареи в результате ее перезаряда, но японские перевозчики отметили, что напряжение на батарее перед аварией было ниже номинального — она была фактически разряженной. Хотя компания «Боинг» и заявила, что «возможно, причины возгорания никогда до конца не будут выявлены», можно предположить, исходя из развития событий, что главной причиной короткого замыкания в одном из аккумуляторов батареи стал так называемый «обратный заряд». То есть ток через аккумулятор тек в обратном направлении 8 результате «переполюсовки» (смена знака) на его клеммах. Косвенно это подтверждается заявлением компании «Боинг», что в дальнейшем аккумуляторы в батарею будут подбираться более жестко по схожим физическим параметрам. Именно работа батареи в напряженных режимах зарядки и разрядки при колебаниях напряжения на аккумуляторах ведет к «обратному заряду».

В результате FAA выдвинула жесткие требования по сертификации обновленной батареи. Кроме стандартных требований FAA впервые было предписано выполнить требования Радиотехнической комиссии по аэронавигации (RTCA). Компания «Боинг» отметила, что в тот момент, когда в 2000-х гг. самолет Боинг 787 только разрабатывался, этих требований просто не было. То есть в данном случае сказалась попытка компании «Боинг» «заморозить» сертификационные требования к самолету на уровне 2003 г. — в начале 2000-х гг. Компания «Боинг» договорилась с FAA, чтобы к «Дримлайнеру» не применялись новые требования, которые появятся после этой даты. В результате по большому счету «Дримлайнер» оказался сертифицирован по требованиям 10-летней давности!

Проводя свое расследование, NTSB среди выявленных недостатков обнаружило, что производитель системы электропитания самолета фирма «Талое» не провела окончательных испытаний с реальной аккумуляторной батареей, а использовала имитатор электрической нагрузки. Причем такое решение было принято именно вследствии возгорания аккумуляторных батарей в процессе проведенных до этого тестов. В докладе, составленном NTSB, отмечалось, что аккумуляторный блок питания работает не в том режиме, который первоначально предусматривали компания «Боинг» и фирма «Талое». В частности, ток разряда не был постоянным, как зафиксировано в документах, а характеризовался резкими скачками в короткие промежутки времени. Кроме того, электронные системы, отвечающие за правильный режим заряда батареи и контроль ее параметров, согласно докладу NTSB, содержали в себе многочисленные недостатки. В целом сказалась сложность и большая напряженность работы бортовой электросети самолета.


Возгорание в заднем отсеке 787-го авиакомпании JAL


Сгоревшая аккумуляторная батарея «Дримлайнера»


Поскольку принимаемые компанией «Боинг» меры по улучшению качества поставляемых ему аккумуляторных батарей и ее доработки в плане снижения вероятности перегрева не сняли проблему пожароопасности литий-ионных батарей, было принято «лобовое» решение: батарейный отсек «бронировали» нержавеющей сталью толщиной 3 мм, гарантирующей от прогара в случае пожара по крайней мере в течение 3 ч, пока самолет не достигнет ближайшего аэропорта. Также отсек батареи был оборудован вентиляционным отверстием для вывода за борт газообразных продуктов горения. Всего в доработке самолетов по всему миру участвовало 300 специалистов компании «Боинг».

Модернизация батареи позволила 27 апреля 2013 г. возобновить эксплуатацию Боингов 787. Первой это сделала эфиопская авиакомпания. И именно с самолетом этой авиакомпании произошел следующий инцидент с литий-ионной батареей. 12 июля в аэропорту Хитроу (Великобритания) произошло возгорание в хвостовой части фюзеляжа. Самолет получил серьезные повреждения обшивки в районе пожара, что фактически вывело его из строя. Расследование показало, что виной был литий-ионный аккумулятор в аварийно-спасательном маяке Ханиуэлл Rescu-406AFN — всего на борту самолета находятся два таких устройства. Предположительной причиной возгорания батареи назвали короткое замыкание проводки в результате неправильной укладки жгутов (переобжим проводов). Корпорация «Ханиуэлл» настаивала на крайне редком стечении обстоятельств, так как по всему миру эксплуатируется 4600 подобных аварийных передатчиков без серьезных замечаний.

Нужно отметить, что нахождение потенциально пожароопасной аккумуляторной батареи на борту пассажирского самолета многие авиаспециалисты восприняли крайне негативно. В частности, концерн «Эрбас» сделал свои выводы: литий-ионные батареи на борту опытных самолетов А350 были срочно заменены на предыдущее поколение аккумуляторов — никель- кадмиевые.

Дополнительно возникла сложная проблема ремонта эфиопского самолета: компания «Боинг» явно не ожидала, что проблема ремонта композиционной конструкции возникнет так быстро. Рассматривались варианты ремонта обшивки, замены целой секции, вплоть до списания самолета. В конце концов остановились на варианте замены одной из фюзеляжных секций. Ремонт, потребовавший в том числе и демонтаж киля самолета, осуществлялся в аэропорту Хитроу в течение пяти месяцев. Для этого в Хитроу фактически построили небольшой ремонтный завод. Поврежденная фюзеляжная секция была вырезана и заменена на новую, подкрепленную дополнительными стрингерами. В воздух самолет вновь поднялся 23 декабря 2013 г.

Тем не менее проблемы с электрооборудованием продолжают преследовать Боинг 787. В ноябре 2013 г. представитель компании» Боинг» признал, что хотя общая готовность парка почти 100 воздушных судов достигает 97 %, для некоторых самолетов этот показатель заметно ниже. Приблизительно треть отказов связана с ошибками в работе математического обеспечения. В частности, постоянные ложные срабатывания систем безопасности полета заставили норвежскую авиакомпанию поставить на прикол один из трех своих самолетов Боинг 787.

В октябре произошло два серьезных отказа на самолетах авиакомпании JAL. Во время вылета из Домодедово 9 октября отказала часть бортовой электросети самолета, из-за чего перестали работать туалеты. В результате самолет вернулся в аэропорт вылета. Одновременно во время вылета из Сан-Диего на самолете Боинг 787 произошел отказ антиобледенительной системы одного из двигателей. Хотя отказы электрооборудования удалось оперативно устранить, задержка вылетов оказалась значительной.

8 ноября 2013 г. последовал очередной отказ со вспомогательной аккумуляторной батареей на самолете авиакомпании JAL при вылете из Хельсинки — сработал сигнал тревоги, хотя параметры электропитания остались в норме. Последнее позволило закончить полет, но после осмотра зарядное устройство батареи было демонтировано и отправлено производителю.

14 января 2014 г. произошел очередной инцидент с главной аккумуляторной батарей Боинга 787 в японском аэропорту Нарита. На стоянке экипаж самолета обнаружил дым и утечку жидкости из дренажного отверстия аккумуляторного отсека. "Бронирование» отсека позволило локализовать возможное возгорание, а сработавший на аварийном аккумуляторе предохранительный клапан — избежать повреждение всей батареи.

В конце октября 2013 г. авиакомпания JAL объявила о решении снять Боинг 787 с международных маршрутов из Токио в Дели и Сингапур и пока не ставить самолеты на рейсы в Сидней. Данное решение было принято после рекомендации компании «Боинг» не использовать самолеты с двигателями Дженерап-электрик GEnx вблизи грозовых очагов. Причиной стала авария с тремя ТРДД GEnx самолета Боинг 747-8 при пролете кучево-дождевого облака.

Авария произошла 31 июля 2013 г. с двигателями самолета Боинг 747-8 GEnx-2B: во время полета по маршруту Москва — Гонгконг. Самолет попал в облако, незафиксированное бортовым метеорологическим локатором, при этом произошло падение тяги и самопроизвольное выключения двух двигателей. После посадки при обследовании двигателей было обнаружено повреждения лопаток компрессора высокого давления на трех двигателях. Расследование показало, что при определенных «неожиданных» и «непредсказуемых» погодных условиях в тропической климатической зоне на необогреваемых узлах компрессора начинается обледенение. Дальнейшее расследование выявило в период с апреля по ноябрь 2013 г. шесть случаев повреждения двигателей в результате обледенения.

Учитывая то, что двигатели «Дженерал Электрик» GEnx-1 В, стоящие на Боинге 787, имеют ту же конструкцию, фирма «Боинг» в ноябре 2013 г…наложила ограничения на полеты на большой высоте в зоне тропических штормов. В результате один из перевозчиков — японская авиакомпания JAL — практически сразу сняла 787-е с авиалиний Токио — Нью-Дели и Токио-Сингапур.


Ремонт эфиопского 787-го в аэропорту Хитроу. Виден демонтированный киль


Поврежденная обшивка фюзеляжа эфиопского «Дримлайнера»


Повреждение лопаток компрессора высокого давления двигателя GEnx-2


«Дженерал Электрик» планировала решить проблему повреждения лопаток компрессора льдом доработкой цифровой системы управления двигателем (FADEC), которая первоначально была рассчитана на защиту двигателя от попадания птиц и камней, но не льда. Для этого используются система удаления посторонних предметов (перепуска воздушного потока) перед компрессором высокого давления, которая в нужный момент направляет кристаллы льда мимо лопаток КВД. Для разработки алгоритма работы FADEC использованы данные почти 12000 часов налета двигателя. FADEC должна быть также доработана для обнаружения присутствия кристаллов льда в воздушном потоке. Введение нового матобеспечения запланировано на первый квартал 2014 г.

На таком фоне не удивительно, что авиакомпания JAL, покупавшая практически исключительно самолеты компании «Боинг», буквально через неделю после этих событий сделала заказ на самолет Эрбас А350. Это будут первые самолеты концерна «Эрбас» в истории авиакомпании JAL, что само по себе показывает насколько изменилась позиция японского перевозчика в результате опыта эксплуатации самолетов Боинг 787.

В аналогичном ключе высказалось и руководство катарской авиакомпании, которое в частности отметило, что продолжение закупок самолетов Боинг 787 и перевод опционов в твердый заказ напрямую зависит от того, сможет ли компания «Боинг» устранить недочеты и неисправности: «Там слишком много детских болезней. Они, правда, далеко не всегда мешают выполнению полетов, но вызывают беспокойство персонала». В результате совокупный заказ катарцев на самолеты А350 превысил заказ на самолеты Боинг 787, при этом авиаперевозчик ожидает, что европейский самолет окажется еще и более экономичным.

В таких условиях FAA и NTSB заявили о готовности закончить работу по своим докладам, посвященным электрооборудованию самолета Боинг 787. Первоначально планировалось, что тема доклада ограничится аккумуляторными батареями, но руководство FAA настояло на более широком «критическом обзоре» электрооборудования.

Задержки с поставками и проблемы с эксплуатацией сказались на числе заказов. Так, авиакомпания «Куантас» отказалась от закупки 35 самолетов Боинг 787-9 на сумму 8.5 млрд. долл. (в 2009 г. катарская авиакомпания уже отказалась от 15 Боингов 787). В свою очередь китайская авиакомпания «Чайна истерн» конвертировала заказ на 24 самолета Боинг 787 в заказ на 45 самолетов Боинг 737. Всего с 2009 г. компания «Боинг» потеряла заказы на 216 самолетов Боинг 787. Поэтому, несмотря на заключение новых контрактов, в течение 2012 г. общий пакет заказов сократился на 7 воздушных судов. «Конвертация» заказов на «Дримлайнеры» в другие авиалайнеры фирмы «Боинг» (в основном в 737-е) продолжается по настоящее время.

В чем же причина столь серьезных проблем на начальном этапе эксплуатации «Дримлайнера»?


Утечка топлива на норвежском 787-м в бангкогском аэропорту


Лопнувшее лобовое стекло кабины пилота


Потеря в полете панели обшивки индийского «Дримлайнера*


Техническое обслуживание Боинга 787 японской авиакомпании JAL


Нужно сказать, что с самого начала работ фирма «Боинг», приняв достаточно рискованные концептуальные решения по «Дримлайнеру», возложила ответственность за разработку ключевых систем самолета на так называемых RS-партнеров, которые должны были разделить и капиталовложения в самолет, и прибыль, и все риски. Причем проводить конструкторские работы партнеры-комплекторы должны были за свои деньги, а расплатиться с ними «Боинг» планировала только после сертификации самолета (а она затянулась на три года!). В таких условиях добросовестность исполнения своих обязанностей у разных партнеров «Боинга» оказалась различной, что и привело к задержке в создании лайнера и с качеством поставляемых комплектующих. Не случайно, что после первого серьезного переноса сроков готовности «Дримлайнера», бывший главный менеджер проекта сказал, что *мы хотя бы теперь знаем парней, с которыми нельзя вести дела ни в коем случае».

Вице-президент компании «Боинг», отвечающий тогда за авиационные программы, Пэт Шенехэн позже отметил, что эти проблемы носят долгосрочный характер: «Сбои в работе цепочки поставщиков, которые привели к трехлетней задержке с выходом самолета на авиалинии, все еще сказываются на выпуске самолета. Узким местом производства является то, что десятки почти готовых самолетов требуют доработки или модернизации. Фактически справиться с последствиями плохой работы субпоставщиков «Боинг» сможет только к началу 2015 г.!»

Характерно, что на изначально запланированный темп производства 10 самолетов в месяц фирма «Боинг» вышла только в январе 2014 г. — то есть на четыре года позже первоначальных планов.

Ситуация с надежностью систем и самой конструкции «Дримлайнера» становится еще более драматичной, если учесть, что цель всех нововведений — достижение высокой топливной экономичности самолета и снижение расходов на его обслуживание — оказались практически призрачными, ведь 80 % прироста экономичности нового лайнера было обеспечено только за счет двигателей нового поколения!

Стоило ли тогда идти на такие сомнительные нововведения, как цельнокомпозиционные секции фюзеляжа, доставившие столько проблем «Боингу» при организации производства?

Аналогичная ситуация и с другими «передовыми» системами «Дримлайнера».

Так, осенью 2013 г. развернутую критику самолета Боинг 787 дал вице-президент концерна «Эрбас» Джон Лихи, который прямо указал, что надежность самолета Боинг 787 оказалась заложником «часто призрачных достоинств новых авиационных систем и оборудования». По утверждению Лихи главной идеологией создания самолета Боинг 787 стало максимальное использование всех новинок. Но когда это стало самоцелью, то обернулось большими проблемами с надежностью и обслуживанием. Например, касаясь автономной системы кондиционирования, Д. Лихи отметил: «Мы не думаем, что на высоте 13000 м и при наружной температуре -60'С следует использовать электрическую систему наддува, так как мы уже имеем избыточную мощность двигателя, которую можно практически даром использовать для наддува и обогрева кабины и оборудования самолета».

Аналогичная ситуация складывается и с электроприводом тормозов шасси: по утверждению Д. Лихи при создании самолета A350XWB инженеры концерна «Эрбас» трижды пытались решить проблему электропривода, но в конце концов остановились на гидравлических тормозах. Научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по программе самолета А350 убедили инженеров концерна “Эрбас», что «создание чисто электрического самолета ведет не к его надежности, а к излишней сложности систем, их утяжелению и к проблемам с обслуживанием». Тем более, что на “Дримлайнере» стоит самая передовая гидравлическая система высокого давления с использованием узлов и деталей, выполненных из титана.

Подтверждением слов Д. Лихи является достаточно успешная разработка в рамках программы «Дримлайнера» двигателей 5-го поколения фирмами «Дженерал-электрик» и — Роллс-Ройс». Двигателестроители давно пользуются жесткими правилами: к началу опытно-конструкторских работ приступать только тогда, когда компанией накоплен необходимый уровень знаний и проверенных конструкторских решений, обеспечивающий безусловное выполнение задачи в заданные сроки. Интересно, что двигателестроители, получив от «Боинга» достаточно жесткое задание по экономичности новых двигателей, не стали делать из этого для себя проблемы и сознательно пошли на снижение характеристик. Так, экономичность первых образцов двигателей Дженрал-Электрик GEnx-1 оказалась ниже на 2–3%, а двигателей Роллс-Ройс «Трент» 1000 — на 3–4% по сравнению с заданием. Однако по мере разворачивания выпуска «Дримлайнера» обе двигателестроительные фирмы провели по два этапа доработки своих ТРДД, практически выйдя на первоначальные требования по экономичности.

Надо сказать, что фирма «Боинг» сделала правильный вывод из опыта первых лет эксплуатации «Дримлайнера»: в мае 2013 г. ее представитель заявил, что самолеты нового поколения — Боинг 737Мах и 777Х будут выполнены — уже без такого большого числа новинок и неотработанных технологий».

В целом, несмотря на все перечисленные проблемы, официальные лица авиакомпаний и сертифицирующих организаций продолжают повторять: «Проблемы с Боингом 787 «Дримлайнер» есть, но это не значит, что самолет небезопасный!» То есть, на безопасность пассажиров в конце концов они напрямую не влияют, но оборачиваются кошмаром для обслуживающего персонала авиаперевозчиков.



Когда данный номер журнала сдавался в печать, пришло сообщение, что на 43 самолетах Боинг 787, находящихся в процессе производства, были обнаружены дефекты в конструкции крыла. Во время проверки на заводе «Мицубиси», производящее крылья для «Дримлайнера», были обнаружены микротрещины в некоторых болтах крепления обшивки. Появление дефекта связывают с изменением технологии производства на «Мицубиси» — болты оказались перетянуты, а шайбы зачастую отсутствовали. По утверждению «Боинга» уже поставленные на авиалинии лайнеры такого дефекта не имеют.

До этого в 2010 г. похожие проблемы возникли при креплении обшивки в хвостовой части фюзеляжа у итальянского субподрядчика «Аления» — при проектировании не было учтено линейное расширение метизов при частом перепаде температуры. Тогда пришлось заменить болты на более прочные и с шайбами большего диаметра, Общий обьем доработок составил не менее 400 человеко-часов на самолет. Теперь необходимость устранить вновь выявленный дефект может привести к срыву планов “Боинга» выпустить в 2014 г. 110 пассажирских самолетов 787-8.


Владимир Ильин


Стратегический бомбардировщик В-2А «Спирит»

Впервые факт ведения крупномасштабных работ по созданию малозаметных авиационных комплексов был официально, на высоком государственном уровне, признан еще 22 августа 1980 г. (в преддверии приближавшихся очередных президентских выборов) министром обороны США Гарольдом Брауном, публично заявившим, что США разрабатывают новую технологию, которая «значительно изменит сложившееся военное соотношение сил». Однако, кроме самого факта существования программы steals, все остальные сведения о ней долгое время оставались секретными.

Первая публичная демонстрация опытного бомбардировщика В-2А, ранее разрабатывавшегося в обстановке чрезвычайной секретности (по степени закрытости программа АТВ соответствовала, пожалуй, лишь работам над американской атомной бомбой), состоялась 22 ноября 1988 г, на авиазаводе ВВС США N42 в калифорнийском городе Палмдэйл. Презентация самолета была проведена в виде красочного шоу (с воздушными шариками и длинноногими девушками), с приглашением почетных гостей и беспрецедентными мерами по обеспечению охраны «самолета-невидимки».

А первый полет В-2А, получившего название — Спирит» (-Дух»), состоялся 17 июля 1989 г. Самолет пилотировали летчик-испытатель компании «Нортроп» Б. Хайндс и полковник ВВС США Ричард С. Кох. Нужно сказать, что первый самолет имел ряд «нештатных» комплектующих, что было обусловлено стремлением ускорить начало летных испытаний. В частности, на нем было применено шасси от серийного пассажирского самолета Боинг 767.

Рассекречивание программы АТВ, среди прочего, мотивировалось и чисто финансовыми соображениями: после начала летных испытаний достаточно большие средства, затрачиваемые на недопущение утечки информации, могли оказаться практически бесполезными.

Летные испытания бомбардировщика прошли, в целом, достаточно «ровно» и не принесли каких-либо неожиданностей (следует отметить, что стендовые испытания ТРДЦ F118-GE-100 были завершены еще в 1987 г.).

Вслед за первым опытным самолетом В-2А AV-1, использовавшегося, также для определения реальных характеристик радиолокационной заметности, последовали еще пять предсерийных бомбардировщиков, которые также привлекались для участия в программе летных испытаний:

— AV-2 был задействован в эксплуатационных испытаниях, а также испытаниях по отделению от самолета сбрасываемого вооружения;

— AV-3 — служил для изучения характеристик скрытности самолета, испытаний на совместимость систем вооружения, а также для испытаний БРЭО;

— AV-4 — для испытаний БРЭО, а также оценки совместимости самолета и систем вооружения;

— AV-5 — для климатических испытаний, а также для испытаний бортовых систем вооружения (на Аляске, во время проведения испытаний при низких температурах, самолет получил прозвище «Пламень и лед» (Fire and Ice), а на створке ниши носовой опоры шасси был нанесен соответствующий рисунок);

— AV-6 — для эксплуатационных испытаний, изучения характеристик малозаметности бомбардировщика, а также отработки комплекса МТО и наземного технического обслуживания.

По мнению летчиков-испытателей, бомбардировщик В-2 показал хорошую устойчивость и управляемость по всем осям, однако малая длина делала его излишне чувствительным к колебаниям по тангажу.

В ходе первых испытательных полетов была выявлена повышенная эффективность рулевых поверхностей (большая, чем предполагалось на этапе проектирования). Использование закрылков на некоторых режимах полета не являлось обязательным, а взлетно-посадочная дистанция оказалась сравнительно небольшой для самолета таких размеров.

По словам летчиков-испытателей, аэродинамика самолета В-2А была столь «чистой», что двигатели при посадке можно было полностью дросселировать. В зависимости от режима работы силовой установки обеспечивалась возможность полета в широком диапазоне высот и скоростей, при низкой чувствительности к изменению полетной массы бомбардировщика. Кроме того, допускалось выдерживание единой взлетной скорости вне зависимости от взлетной массы самолета, а также поддержание скорости полета, выбранной в соответствии с требованиями боевой задачи, а не обусловленной аэродинамическими характеристиками самого самолета.

Новинка конца 1980-х гг. — цифровая ЭДСУ, установленная на борту В-2А, обеспечивала хорошую устойчивость самолета по курсу и тангажу. Летные испытания бомбардировщика не выявили необходимости в сколько-нибудь существенных изменениях «железа» и программного обеспечения (ПО) бортового вычислительного комплекса системы управления полетом. Незначительные изменения были внесены в законы управления, так как самолет оказался более устойчивым по тангажу, чем предполагалось в ходе его разработки.

Было отмечено, что на некоторых режимах самолет В-2А обладает даже более высокими аэродинамическими характеристиками, чем это прогнозировалось при проектировании.

Весьма заметно при посадке проявлялось влияние земли. Однако все посадки выполнялись мягко, без каких-либо затруднений, при вертикальной скорости 0,3 м/с.

По отзывам летчиков-испытателей, бомбардировщик В-2А сохранял достаточно высокие летные характеристики при одном выключенном двигателе. Его система управления, работая в обычном режиме, обеспечивала полет самолета без скольжения, при постоянном угле атаки, выбранном летчиком. По сообщению летчиков, даже при двух выключенных двигателях с одной стороны самолета, «Спирит» мог продолжать устойчивый полет, а его воздухозаборники (каждый из которых обеспечивал необходимый расход воздуха двум двигателям) могли без проблем функционировать при отказе одного двигателя.

Одной из особенностей поведения в полете В-2А стала его реакция на порывы бокового ветра, когда не имея специальных конструктивных элементов для создания боковых сил, самолет вел себя очень устойчиво и не требовал перекрестных действий рулями.

На первом этапе летных испытаний были изучены характеристики управляемости бомбардировщика во время дозаправки топливом в воздухе. При этом, по отзывам летчиков-испытателей, самолет продемонстрировал отличную устойчивость и управляемость.

ВВС США провели в 1990-е гг. и исследования различных систем гипотетических систем обнаружения, которые могли бы применяться против бомбардировщика типа В-2. Всего исследовалось более 50 «необычных» концепций систем ПВО. При этом пришлось провести ряд научно- исследовательских работ.

Среди исследуемых направлений были РЛС, работающие в диапазоне сверхвысоких частот (они, как выяснилось, не представляют серьезную угрозу для малозаметного бомбардировщика, кроме того, у этих сверхвысокочастотных станций имеются серьезные проблемы с обнаружением низколетящих целей, а также с помехозащищенностью).

Рассматривались и акустические системы обнаружения. Это потребовало детального изучения акустических сигнатур ЛА различных типов, а также явления интерференции и скорости распространения звука в воздушной среде при различных атмосферных условиях. Акустические датчики были объединены в экспериментальную акустическую систему обнаружения, с помощью которой определялась дальность обнаружения различных целей на разных скоростях и высотах. Оптимальная дальность обнаружения малошумных и маловысотных ЛА составила 5–7 км. Однако американские исследователи отметили слабую помехозащищенность акустических систем обнаружения при неблагоприятных погодных условиях (осадки, обледенение, сильный ветер и т. д.).


Торжественная выкатка первого самолета В-2


ВВС США были также исследованы возможности австралийской загоризонтной радиолокационной сети JORN (Jindalee Operational Radar Network). Оказалось, что утверждение австралийских разработчиков о возможности этой сети (развертывание которой началось в 1974 г., а завершилось лишь в XXI в.) обнаруживать самолеты, выполненные в соответствии с технологией stealth, не соответствуют действительности.

В итоге был сделан вывод, что кардинальное решение проблемы обнаружения малозаметного бомбардировщика типа В-2 возможно лишь после освоения ряда перспективных технологий, таких как использование сверхширокополосных РЛС, объединение РЛС в сети с корреляционной обработкой радиолокационной информации в реальном масштабе времени, применения эффекта нелинейной радиолокации и др. Однако для широкой реализации этих технических решений требовалось время и немалые средства.

17 декабря 1993 г. первый бомбардировщик В-2А приземлился на авиабазе Уайтмен, где дислоцировалось 509-е бомбардировочное авиационное крыло (509 Bomb Wing — 509 BW) известное тем, что с его самолетов 6 и 9 августа 1945 г. сбросили атомные бомбы на японские города Хиросима и Нагасаки. Ранее, в разное время, на вооружении 509 BW находились бомбардировщики В-29, В-50, В-47, B-52DnFB-111A.

В ожидании этого события, еще в 1988 г., на авиабазе Уайтмен развернулось строительство дорогостоящих индивидуальных укрытий, предназначенных для защиты стоящих в них «невидимок» от воздействия погодных факторов, ультрафиолетового излучения (нежелательного для «нежного» радиопоглощающего покрытия планера), а также… от огня стрелкового оружия.

На авиабазе был развернут моделирующий стенд-тренажер фирмы «САЕ-Линк Флайт Симулейшн», который очень высоко был оценен американскими летчиками. По их словам, он обеспечивал максимальное приближение «виртуального» полета к реальному полету на «Спирите». По мнению пилотов 509-го BW, огромным преимуществом в их работе стало и то, что они имели полностью функционирующий комплексный тренажер В-2А еще до поступления в часть самих самолетов.

Следует заметить, что на авиабазе Уайтмен изначально планировалось разместить 40 самолетов В-2А и вся инфраструктура авиабазы и система МТО создавались в расчете именно на 40 бомбардировщиков.

Однако резкое изменение политической ситуации в мире, вызванное распадом Советского Союза, сделало в 1990-е гг. системы стратегического оружия менее востребованными, чем в 1980-е гг. Это, а также, вероятно, неудовлетворительные характеристики дальности, обусловленные изменениями конструкции планера, в конечном счете и определили объемы программы В-2А.

Первоначально, в 1979 г., речь шла о постройке серии из 165 бомбардировщиков типа АТВ. В 1981 г. ВВС США определились со своими потребностями, заявив о намерении прибрести 132 самолета В-2А. В 1986 г. закупка такого количества бомбардировщиков была оценена в 58,3 млрд. долл. К1990 г., благодаря инфляции и другим факторам, оценочная сумма выросла до 77 млрд. долл. В апреле 1991 г., перед распадом Советского Союза, планируемый объем заказа сократился до 76 самолетов (оцененных в 64,8 млрд. долл.), а в следующем году — до 20 единиц (а считая и опытный самолет — до 21 единицы). При столь незначительном числе закупаемых бомбардировщиков стоимость программы достигла поистине рекордной величины — 44,75 млрд. долл. (по состоянию на 2004 г.). При этом цена одного самолета (с учетом НИОКР) составила 2,13 млрд. долл. (без НИКОР, по курсу 1997 г. — 723 млн, долл., а с учетом «наземки», запчастей, ПО и т. д. — 929 млн. долл.).

На этом, собственно, финансирование программы производства бомбардировщиков В-2А и завершилось. Но, несмотря на фантастическую стоимость самолетов (ставшую соизмеримой со стоимостью авианосца), в 1995 г. фирма «Нортроп» вышла с инициативой построить вторую серию из 20 бомбардировщиков типа В-2. При этом цена одной машины (за счет большей серийности и некоторого упрощения конструкции) должна была уменьшиться вдвое — до 556 млн. долл.

Гипотетический бомбардировщик новой серии даже получил неофициальное обозначение В-2С (а также «В-2 Block 50» или «В-Х»). Интерес к В-2С то возникал, то угасал вплоть до начала 2000-х гг., пока, наконец, это предложение не было окончательно отклонено Пентагоном, который, очевидно, решил еще на п-десятков лет остаться с «бессменным ветераном» В-52. То, что получилось из первоначального проекта АТВ, военных, видимо, не очень устроило.

29 августа 1994 г. начались летные испытания первой серийной машины В-2А. 15 самолетов первой серийной партии строились в варианте Block 10 (или дорабатывались до этого варианта из самолетов опытной серии). Система вооружения этих бомбардировщиков обеспечивала возможность применения лишь новейших для того времени (первое испытание — 15 декабря 1984 г.) ядерных бомб типа В83 (максимальный тротиловый эквивалент 1,2 Мт, масса 1100 кг) или обычных свободнопадающих авиабомб Мк84 (910 кг). До 16 боеприпасов могло размещаться на двух барабанных многопозиционных установках в фюзеляже. При этом бомбардировщики первой серии, имевшие ограниченные боевые возможности, могли совершать боевые полеты лишь на больших и средних высотах.

Хотя официальные летно-технические характеристики бомбардировщиков типа «Спирит» не сообщались, известно, что В-2А Block 10 из-за ряда технических особенностей имели взлетную массу, ограниченную всего 132 тоннам. Соответственно, ограничивался и запас топлива на борту бомбардировщика (а, следовательно, и практическая дальность, составлявшая для ранних «Спиритов», по-видимому, не более 8500–9000 км).

В 1998 г. начались поставки бомбардировщиков в варианте Block 20. Эти машины были оснащены первой версией системы управления вооружением GATS/GAM (GPS- Aided Targeting System/GPS-Aided Munition), обеспечивающей возможность ограниченного (одновременно и лишь по одной цели) применения КАБ GDU-31 или GBU-32 типа JDAM со спутниковой коррекцией. Кроме того, в состав вооружения были включены и «тактические», относительно легкие ядерные бомбы типа В61 (до 20 штук), а также разовые бомбовые кассеты.



Самолет получил возможность выполнять полет со следованием рельефу местности в полуавтоматическом режиме на высотах не менее 300 м (следует заметить, что FB-111 и В-1В «огибали рельеф» на высотах порядка 60-100 м). В варианте Block 20 было построено три самолета В-2А. Кроме того, в 1997–2000 гг. до уровня Block 20 были доработаны и четыре ранее выпущенных самолета серии Block 10.

Последние два бомбардировщика были поставлены в варианте Block 30 и полностью соответствовали ТТЗ ВВС как в области БРЭО, так и по составу вооружению. В частности, машины получили «полноценные» систему управления и навигационную систему, обеспечивающие возможность длительного полета на малых высотах. В дальнейшем до уровня Block 30 были доработаны и все остальные, ранее выпущенные, бомбардировщики В-2А.

Планер самолета В-2А Block 30 был несколько модернизирован в направлении дальнейшего уменьшения ЭПР. Изменения коснулись, в первую очередь, передних кромок крыла, вместо трехсекционных ставших теперь односекционными.

Бомбардировщик В-2А Block 30 получил и возможность длительного (протяженностью до 1800 км) полета на малых высотах. При этом высота полета в режиме следования рельефу местности была уменьшена (при полете над равнинной местностью) до 60 м. БРЛК самолета получал режим GMTI (Ground Moving — Target Indication), обеспечивающий работу по наземным подвижным целям.


На самолетах В-2А Block 30 был расширен и комплект обычного (неядерного) вооружения. Бомбардировщик оснастили 34 держателями типа TDM, допускающими подвеску неядерных боеприпасов различных типов и небольших калибров (в частности, 450-кг разовых бомбовых кассет GBU-87).

На этой модификации, по словам представителей ВВС США, были сняты и ограничения по весу, что позволило довести массу топлива до 58600 кг, а максимальный взлетный вес (согласно данным официального сайта фирмы «Нортроп Грумман») — до 152600 кг. В результате отношение массы топлива к взлетной массе составило у В-2А 0,38 (для сравнения, у В-52Н это соотношение составляет 0,52). Очевидно, дальнейшее увеличение этого параметра у «Спирита» сдерживалось довольно низкой тяговооруженностью этого самолета. Поэтому приводящаяся иногда в СМИ (без ссылки на источники) максимальная взлетная масса В-2А (МТО), лежащая в пределах 180000-185000 кг, является либо завышенной, либо достигается (если Достигается вообще) лишь в полете с дозаправкой топливом в воздухе, при значительно меньшей взлетной массе. Нужно заметить, что при максимальной взлетной массе 185 т взлетная тяговооруженность В-2А составила бы рекордно малую для боевого самолета величину — 0,166.

Увеличение запаса топлива позволило несколько увеличить дальность полета бомбардировщика, которая к настоящему времени (по многочисленным неофициальным публикациям) составляет 11000 км с нормальной боевой нагрузкой. Впрочем, с учетом опыта реального боевого применения самолета В-2А, эти данные также вызывают некоторые сомнения (сообщалось, что при выполнении крейсерского полета на оптимальной высоте самолет В-2А должен дозаправляться в воздухе через каждые шесть часов, принимая от танкера до 50 т топлива за одну дозаправку). Более реалистическая оценка практической дальности бомбардировщика на большой/средней высоте (также приводящаяся с неофициальных публикаций) — 10500-10000 км («пессимистический» вариант — 9500 км). В этой связи уместно привести высказывание одного из летчиков «Спирита», который в ответ на вопрос, чего же еще не хватает этому выдающемуся самолету, ответил — «Дальности»…

Опыт эксплуатации и первого боевого применения самолетов В-2А потребовал проведения ряда доработок бортовых радиоэлектронных систем. Так, характеристики установленной на самолете системы РЭБ AN/APR-50 далеко не в полной мере удовлетворяли военно-воздушные силы. В докладе, подготовленном конгрессом США по итогам боевого применения самолетов В-2А в Югославии (24 марта — 10 июня 1999 г.) отмечалось, что в ряде случаев система РЭБ «либо неправильно определяла угрозу, либо не обеспечивала точное определение ее (угрозы) местонахождения». В результате ВВС США в оперативном порядке была реализована программа последовательного повышения характеристик системы РЭБ.

Недостатки, отмеченные в ходе войны на Балканах 1999 г., планировалось поэтапно устранять в процессе совершенствования авиационного комплекса В-2А. Программа модернизации, рассчитанная на 10 лет, стартовала в 1999 г., вскоре после завершения боевых действий. Предполагалось, что в ходе ее реализации, к концу первого десятилетия XXI века, боевая эффективность «Спирита» вырастет в пять раз.



Подвеска бомб Мк.84 на самолет В-2


На первом этапе программы модернизации (совмещенном с доработкой всего парка «Спиритов» до уровня В-2А Block 30) на бомбардировщиках, начиная с 2001 г., стала монтироваться система бомбодержателей SBRA (Smart Bomb Rack Assembly), которая обеспечивала возможность загрузки в самолет 80 225-килограммовых КАБ AGM-38 JDAM (не получивших, впрочем, широкого распространения) или обычных свободнопадающих авиабомб аналогичного калибра. Стоимость этого этапа модернизации составила 131 млн. долл. Именно в такой конфигурации В-2А вступили в «войну против сил мирового терроризма».

После окончания боевых действий в Ираке (2002 г.) началась замена на всех бомбардировщиках «Спирит» радиопоглощающих покрытий на новые, более удобные в эксплуатации и обслуживании. Это позволило заметно упростить межполетное обслуживание самолетов В-2А и повысить боеготовность группировки этих бомбардировщиков.

В процессе первого этапа модернизации была внедрена программа диагностики состояния РПМ и величины ЭПР самолета. Тогда же бомбардировщики получили и новое остекление кабины с золоченым покрытием, препятствующим проникновению излучения внутрь (как ни странно, ранее подобного покрытия, внедренного на самолетах тактической авиации США еще в 1990-е гг., и на остеклении «сверхмалозаметных» В-2А не имелось).

В 2004 году в состав комплекса вооружения самолета В-2А были включены управляемые планирующие авиабомбы Рэйтеон AGM-154 JSOW с раскладным крылом большого удлинения и инерциально-спутниковым наведением. Масса этих боеприпасов, в зависимости от снаряжения, может составлять 475–680 кг. Бомба, при сбросе ее со средних и больших высот, может планировать к цели на дальность до 60–65 км.

Разработка УПАБ AGM-154 началась в 1992 г. и ориентировалась сначала на самолеты тактической авиации. В декабре 1995 г. были осуществлены первые летные испытания нового оружия. Однако в дальнейшем, после успешного применения JSOW в ряде локальных конфликтах, было решено вооружить ими и тяжелые бомбардировщики В-2А, а также В-52Н и В-1 В.

Планирующая авиабомба, выполненная по технологии steals, имеет различное боевое снаряжение (как моноблочное, так и кассетное). Для наведения AGM-154 JSOW используются сигналы космической радионавигационной системы (GPS). Каждый бомбардировщик В-2А может, теоретически, нести до 16 УПАБ AGM-154.



AGM-154


К концу прошлого десятилетия возраст самолетов типа В-2А превысил 10–15 лет. Бомбардировщики этого типа эксплуатировались весьма интенсивно и успели принять участие в нескольких вооруженных конфликтах. Подошло время проведения планового капитального ремонта парка самолетов типа «Спирит». 22 марта 2010 г., после окончания такого ремонта на заводе ВВС США N42 (город Палмдэйл, штат Калифорния), американским военно-воздушным силам был возвращен стратегический бомбардировщик В-2А — Спирит оф Пенсильвания». Тем самым полностью завершилась комплексная программа ремонта и продления жизненного цикла (РОМ) парка самолетов этого типа, начатая министерством обороны США в 2003 г. Главным подрядчиком МО США по программе PDM являлась компания «Нортроп Грумман».

По словам вице-президента программы В-2 Д. Мазура, продолжительность ремонтных работ на одном самолете составила в среднем 13 месяцев. При этом был выполнен полный цикл работ по восстановлению элементов конструкции планера из КМ, а также тестирование (в том числе и в полете) всех механических и электрических систем самолета.

К моменту завершения программы (март 2010 г.) в составе стратегического ударного командования (Global Strike Command) ВВС США имелось 19 бомбардировщиков В-2А, каждый из которых прошел по одному циклу программы PDM. При этом 16 бомбардировщиков, входящих в состав Global Strike Command, несли строевую службу, а три использовались в качестве резервных и учебных. Все самолеты типа «Спирит» оставались в составе 509-го бомбардировочного авиационного крыла, размещенного на авиабазе Уайтмен. Кроме того, еще один самолет В-2А, на ходящийся на авиабазе Эдвардс (шт. Калифорния), использовался для отработки и испытаний усовершенствованного программного обеспечения и новых систем оружия.

В 2008 г. был начат новый этап работ по совершенствованию стратегических бомбардировщиков В-2А. 29 декабря 2008 г. ВВС США и компания «Нортроп Грумман» заключили контракт на 468 млн. долл., предусматривающий модернизацию БРЛК всех самолетов типа «Спирит», включающую изменение диапазона рабочих частот РЛС, входящих в комплекс.

Важным элементом нового цикла модернизации является замены на БРЛС AN/APQ-181 (изначально имевшей фазированную антенную решетку пассивного типа (ПФАР)) антенн с активной фазированной решеткой (АФАР). Переход от ПФАР к АФАР требует глубоких изменений в архитектуре всего радиолокационного комплекса, поэтому, в данном случае уместнее говорить не о модернизации, а о замене прежних РЛС на новые станции.

Утверждается, что модернизированная БРЛС получила значительно более высокие характеристики и стала проще в обслуживании. Новая станция получила и давно ожидаемый ВВС режим синтезирования апертуры, обеспечивающий высокое разрешение по земле, а также режим селекции движущихся целей.

В то же время расположение элементов радиолокационного комплекса на самолете В-2В не изменилось. Два контейнера с АФАР, неподвижные полотна которых имеют прямоугольную форму, расположены на местах прежних ПФАР, на нижних поверхностях крыла. Плоскости их наклонены вниз примерно на 45'.

Первая партия из пяти самолетов В-2А завершила модернизацию, связанную с работами по радиолокационному комплексу, в конце 2009 г. Остальные 15 бомбардировщиков были доработаны к октябрю 2010 г. Нужно отметить, что программа модернизации БРЛК официально была начата еще в 2004 году, однако ее практическая реализация неоднократно откладывалась. По сообщению американских СМИ, одной из причин ускорения работ по БРЛС стал «конфликт» частот БРЛС «Спирита» и сигналов спутников цифрового телевидения.

Вслед за модернизацией радиолокационной станции последовала установка на самолет нового оборудования, необходимого для интеграции В-2А в цифровую виртуальную сеть. Первый самолет с таким оборудованием был испытан на авиабазе Эдвардс, ориентировочно, в середине 2012 г. По-видимому, в том же году все бомбардировщики В-2А получили аппаратуру Link-16 (обеспечивающую вывод графической информации, поступающей от внешних источников, на бортовые дисплеи). Это позволило встроить авиационный комплекс В-2А в единую цифровую сеть обмена тактической информацией и предупреждения об угрозах со стороны противника. В результате существенно повысилась выживаемость и гибкость применения «Спирита»: этот авиационный комплекс стал теперь в полной мере «сетецентрическим».

К настоящему времени самолет должен был получить усовершенствованную аппаратуру системы «свой — чужой» модели 5/S, позволяющую более свободно ориентироваться в зонах полетов гражданских самолетов. В более отдаленной перспективе модернизации должна подвергнуться и система РЭБ Локхид Мартин AN/APR-50.

Планируется обновление и информационно-управляющего поля кабины экипажа В-2. Дисплеи фирмы «Хониуэлл» на катодных трубках будут заменен ы на новые широкоформатные полноцветные жидкокристаллические МФИ фирмы «Рокуэлл Коллинз».

В разработке на фирме «Локхид Мартин» находится и перспективная интегрированная БЦВМ, предназначенная для установки на В-2А. Она призвана заменить более десятка автономных бортовых компьютеров, контролирующих работу БРЭО бомбардировщика. Новый компьютер должен работать в связке с БЦВМ фирмы «Хониуэлл», «ответственной» за выполнение боевого задания.

Модернизируется и планер самолета В-2А. В 2014 г. планируется заменить углепластиковые секции в районе двигателей, подверженные, как выяснилось в ходе эксплуатации бомбардировщиков, повышенным вибрационным, акустическим и термическим нагрузкам.

Предполагается, что в процессе модернизации двигатели F118-GE-100 получают более совершенные 1 — ю и 3-ю ступени вентилятора, а также цифровую систему управления с полной ответственностью (некоторое повышение тяги ТРДЦ позволит увеличить взлетную массу, а следовательно, и дальность самолета В-2А).

В S-образных каналах воздухозаборников бомбардировщика должна быть установлена противообледенительная система, препятствующая замерзанию атмосферного конденсата. Кроме того, предполагается обеспечить взаимозаменяемость по узлам и агрегатам двигателей F118 и F110, имеющих единого «общего предка» — ТРДДФ F101, разработанного для трансзвукового бомбардировщика В-1В.


Намечается также расширить и ассортимент управляемого (корректируемого) оружия, применяемого самолетами В-2А. В частности, бомбардировщик должен получить возможность брать на борт планирующие управляемые авиабомбы малого диаметра GBU-39/B (SDB-I, 115 кг) и GBU-53/B (SDB-II, 93 кг). Первая из них имеет спутниково-инерциальное наведение, а вторая оснащена головкой конечного самонаведения (радиолокационной мм-диапазона или полуактивной лазерной). УПАБ GBU-39/B состоит на вооружении тактических самолетов ВВС США с 2006 г., a GBU-53/B планируется принять на вооружение в 2017 г. Боеприпасы этих типов, способные применяться с больших и средних высот на дальностях до 100 км, предназначены, в первую очередь, для поражения малоразмерных незащищенных или слабозащищенных целей. Принятие на вооружение «Спирита» этих боеприпасов может означать дальнейшее смещение акцентов в области боевого применения самолетов В-2А в сторону решения тактических задач.

Другим новым образцом вооружения бомбардировщика В-2А (более соответствующим первоначальному предназначению этого стратегического самолета) стали бетонобойные УПАБ GBU-57 МОР массой 13120 кг, имеющие инерциально- спутниковую систему коррекции. Предполагается, что сверхмощные авиабомбы этого типа могут проникать на глубину 70 м и взрываться там, выводя из строя укрепленные фортификационные сооружения противника. Таким образом, GBU- 57 может решать часть боевых задач, которые до последнего времени возлагались исключительно на ядерное оружие.

В 2013 г. ВВС США объявили о создании усовершенствованного варианта этого боеприпаса, получившего модифицированную хвостовую часть, а также второй взрыватель, обеспечивающий более эффективное разрушение сильно укрепленных подземных объектов. В июне-октябре 2012 г. на полигоне Уайт-Сэндз с самолета В-2А были проведены два опытных сброса модернизированных бомб. В американских СМИ сообщалось, что модернизация GBU-57 была связана «с подготовкой ВВС США к операциям по разрушению бункеров с химическим, биологическим и ядерным оружием в Сирии, Иране, КНДР и других странах».

Следует особо отметить тот факт, что в настоящее время бомбардировщики В-2А являются единственными платформами в ВВС США, способными применять сверхтяжелые авиабомбы, хотя самолеты В-52 также были первоначально задействованы в испытаниях этих боеприпасов. В-2А может принимать во внутренние отсеки вооружения две GBU-57.

Разработка сверхмощной бетонобойной авиабомбы MOP (Massive Ordnance Penetrator) началась в 2002 г. (в ней участвовали фирмы «Нортроп Грумман» и «Локхид Мартин»). В 2007 г. GBU-57 официально поступила на вооружение, а в сентябре 2011 г. у ВВС США уже имелось 20 УПАБ этого типа (произведенных фирмой «Боинг»).


Планируется, что в дальнейшем, после проведения соответствующих доработок, на бомбодержатели в грузоотсеках «Спирита» можно будет одновременно подвешивать боеприпасы различных калибров и назначения, что должно увеличить гибкость применения этого авиационного комплекса.

Ранее (в начале прошлого десятилетия) сообщалось, что в рамках работ по модернизации самолета В-2А ВВС США предлагали сформировать в крыле бомбардировщика два дополнительных отсека для размещения малогабаритных грузов: ракет-ловушек, миниатюрных управляемых снарядов класса «воздух-поверхность», а также ракет-постановщиков помех РЛС противника. По утверждению представителей ВВС США, в новых грузоотсеках, в частности, должны были размещаться перспективные «модульные миниатюрные крылатые ракеты, способные нести альтернативные варианты целевой нагрузки (передатчики помех в микроволновом диапазоне, а также в диапазонах UHF и VHF)». Вероятно, под этими «миниатюрными крылатыми ракетами» подразумевались находившиеся в разработке с 1995 г. свободнолетающие ложные цели типа MALD ADM-160.

Вспомогательные грузоотсеки длиной 3 м и высотой, практически равной строительной высоте крыла, планировалось сформировать с внешних сторон отсеков основных опор шасси. В каждом из этих отсеков предполагалось разместить не менее двух ракет. Следует сказать, что первоначально этот объем занимали контейнеры со специальным химическим составом, распылявшимся в полете и служащим для устранения инверсионного следа (демаскирующего бомбардировщик). Правда, в ходе эксплуатации В-2А эта система показала низкую эффективность. Современное состояние работ по созданию вспомогательных грузоотсеков неизвестно, но по косвенным признакам, можно предположить, что эти работы либо заморожены, либо свернуты. Сколько-нибудь достоверная информация о вооружении или перспективах вооружения самолетов В-2А ложными целями типа MALD также отсутствует.

Основным неядерным оружием самолета «Спирит» сегодня являются корректируемые авиационные бомбы с инерциально-спутниковым наведением типа JDAM. 20 августа 2013 г. компания «Боинг» объявила, что ею произведен 250000-й комплект JDAM (Joint Direct Attack Munition), предназначенный для установки на обычные свободнопадающие авиабомбы и превращающие их в корректируемые (КАБ). Серийное производство относительно недорогих комплектов управления со спутниковой коррекцией (GPS), позволяющих трансформировать неуправляемые боеприпасы в управляемые, ведется фирмой «Боинг» с 1998 г. на предприятии в г. Сент- Чарльз, где ежедневно производится более 40 таких комплектов.

Комплект спутникового наведения позволяет боеприпасам поражать малоразмерные цели с заранее известными координатами на расстоянии до 28 км от точки сброса (при бомбометании с больших и средних высот), обеспечивая высокоточное (КВО порядка 10 м) поражение, независимо от погодных условий, днем и ночью, с минимальным риском для самолетов-носителей.

Наиболее часто комплектами JDAM оснащаются стандартные свободнопадающие авиабомбы Мк84 калибром 910 кг (GBU-31) и Мк83 калибром 450 кг (GBU-32). Стоимость трансформации одной авиабомбы в КАБ типа JDAM составляет от 35000 до 70000 долл.

Новые модификации этих КАБ, такие как Laser JDAM (L-JDAM) и JDAM-ER (JDAM-Extended Range), могут наводиться и на ограниченно-подвижные цели с относительно большего расстояния. При этом используются уже отработанные технологии, что минимизирует степень технического риска.

В комплект вооружения В-2А должны войти и «КАБ малого диаметра» Боинг GBU-39 SDB I (Small Diameter Bomb — 1), снабженные спутниково-инерциальной системой наведения. Эти боеприпасы приняты на вооружение ВВС США в сентябре 2006 г. Масса GBU-39 — 129 кг. К концу 2013 г, произведено более 3000 таких боеприпасов.

Более современные КАБ Рейтеон GBU-53/B SDB II имеют массу 93 кг и диаметр корпуса 176 мм (что позволяет брать их на борт маневренных боевых самолетов вместо УР «воздух-воздух» AIM-120 AMRAAM), Испытания этого боеприпаса начались в 2012 г., а серийное производство предполагалось начать в начале текущего года. Всего планируется произвести 17000 КАБ SDB II.

В июне 2013 г. компания «Боинг» получила от ВВС США контракт на разработку и испытания еще одной модификации управляемой планирующей авиабомбы малого диаметра класса SDB I–LSDB (Lazer-SDB) массой 113 кг.

Фирма «Боинг» утверждает, что более простая и дешевая КАБ этого типа L-SDB, оснащенная только лазерной полуактивной системой самонаведения, может решать значительную часть задач, возлагаемых ВВС на перспективную планирующую управляемую авиабомбу типа SDB II Рейтеон GBU-53/B с трехканальной головкой самонаведения (радиолокационная миллиметрового диапазона, тепловизионная и полуактивная лазерная). Однако L-SDB не может быть использована для поражения целей в условиях плохой видимости. В то же время радиолокационная ГСН мм-диапазона, установленная на SDB II, позволяет боеприпасу наводиться на цели сквозь дождь, а также завесу дыма или пыли.

Самолет В-2А способен брать во внутренние отсеки, на держатели SBRA, до 80 боеприпасов семейства SDB.

В 1990-х гг., поле распада Советского Союза, внимание военно-политического руководства США к вопросам дальнейшего развития ядерного вооружения американской авиации было несколько ослаблено. Однако в XXI в., после возвращения России в ранг «второй сверхдержавы» и обозначившего быстрого роста военнотехнического потенциала КНР, вопросы совершенствования авиационного ядерного оружия вновь заняли заметное место в планах МО США.

Как уже говорилось, самолет В-2А (в отличие от В-52Н) сегодня способен нести только свободнопадающие ядерные бомбы В61-7, В61-11 и В83-1. Модернизация вооружения этого самолета по комплексной программе Flexible Strike должна включать интеграцию в состав этого авиационного комплекса принципиально новых и модернизированных средств поражения, обеспечивающих решение широкого круга боевых задач, включающих борьбу с подвижными целями, а также поражение хорошо укрепленных заглубленных стационарных объектов.

На первом этапе программы предполагается провести модернизацию программного обеспечения системы управления оружием (СУО) самолета, а также внедрить в состав СУО новый интегрированный процессор. В результате расширятся возможности по применению бомбардировщиком В-2А новых средств поражения с цифровым управлением (в частности, корректируемых, со спутниковой/инерциальной системой наведения, ядерных бомб В61-12 или перспективных крылатых ракет LRSO).

Реализация первого этапа программы Flexible Strike намечена на 2016–2017 финансовые годы, а поступление на вооружение новой ядерной бомбы В61-12 ожидается в 2019 г. Начало развертывания новых крылатых ракет LRSO с ядерной БЧ планируется позже, в середине или конце 2020-х гг.


Возможно, В-2Ауже является одним из «штатных» носителей неядерных (тактических) крылатых ракет AGM-158A, обладающих повышенной точностью и пониженной радиолокационной заметностью. Во всяком случае, во многих авторитетных зарубежных СМИ в числе носителей AGM-158A называются и самолеты типа «Спирит». Применять это оружие предполагается, в первую очередь, в конфликтах ограниченной интенсивности. Его аналогами являются европейские ракеты «Сторм Шеддоу» и KEPD 350, а также российские Х-5ЭМ2, применяемые только тактическими (фронтовыми) самолетами.

AGM-158A JASSM — высокоточная дозвуковая крылатая ракета со стартовой массой 975 кг и максимальной дальностью 350 км, якобы, интегрированная в систему вооружения бомбардировщика В-2А, а также тяжелых ударных самолетов В-1В, В-52Н и тактических истребителей F-16C и F-15E. Кроме того, в настоящее время в США ведутся работы по включению КР AGM-158 в состав вооружения перспективного истребителя Локхид Мартин F-35 «Лайтнинг» II, предназначенного как для Соединенных Штатов, так и для иностранных заказчиков.

Ракета AGM-158A оснащена ТРД Теледайн CAE J402-CA-100 (310 кг) и снабжена помехоустойчивой аппаратурой спутниковой навигации (совместно с ИНС обеспечивающей полет на маршевом участке траектории), а также тепловизионной головкой конечного самонаведения. КР может комплектоваться осколочно-фугасной или проникающей боевыми частями массой около 450 кг.

Серийное производство ракет типа JASSM организовано на предприятии фирмы «Локхид Мартин» в городе Трой (штат Алабама). К настоящему времени там собрано более 1200 таких ракет, которые задействованы (или предназначены для использования) в испытательных целях, а также заложены на хранение. Всего планируется выпустить 4900 ракет этого типа.

В настоящее время на вооружение ВВС США должна была начать поступать и усовершенствованная крылатая ракета JASSM-ER (AGM-158B), первый испытательный пуск которой был выполнен в мае 2006 года. КР, оснащенная более мощным и экономичным ТРДД Уильямс F107- WR-105 и имеющая увеличенный запас топлива, обладает максимальной дальностью 930 км. Ракетами этого типа (помимо КР AGM-158A) планируется оснащать самолеты В-2А, В-1 В и F-35.

Что касается подготовки пилотов, то на сегодняшний день примерно 80 летчиков ВВС США прошли переучивание на самолет В-2А.

Согласно существующим планам, самолеты В-2А «Спирит» предполагается сохранить на вооружении ВВС США, как минимум, до 2050 г.


Особенности конструкции самолета В-2А

Так как информация о бомбардировщике В-2 в авиационной литературе публиковались уже не раз, давать подробное описание этого самолета вряд ли имеет смысл. Остановимся лишь на наиболее интересных моментах.

В первую очередь следует отметить, что применяемые на самолете радиопоглощающие покрытия и композиционные материалы, по всей видимости, чувствительны к ультрафиолетовому излучению и требуют поддержания определенного температурно-влажностного режима. Это заметно усложняет эксплуатацию самолета и требует специальных дорогостоящих мер по его наземному хранению (в частности — сооружению капитальных укрытий, в которых поддерживается определенный температурно-влажностный режим).

Планер самолета изготовлен, в основном, из титановых и алюминиевых сплавов, а также из композиционных материалов, прежде всего — углепластиков (что дает основание американцам называть В-2А «пластмассовым самолетом»). В конструкции планера широко использованы сотовые структуры, из которых выполнена часть несущих элементов самолета. Однако основным несущим элементом конструкции планера служит однолонжеронный титановый кессон, расположенный в передней центральной части самолета и в примыкающих промежуточных секциях, к которым крепятся консоли крыла, выполненные из КМ.

Крыло бомбардировщика снабжено трехсекционными элевонами большого размера, расположенными в центральной и внешних секциях, а также расщепляющимися интерцепторами на консолях.

Трехсекционные элевоны используются для управления самолетом по крену и тангажу. Внешние секции элевонов являются основными, э внутренние используются, в основном, при полетах на малых скоростях, для компенсации ветровых порывов.

Расщепляющиеся на угол ±45' интерцепторы, расположенные на концах крыла, выполняют несколько функций:

— нижние щитки симметрично опускаются для увеличения подъемной силы, а несимметрично — для управления по крену;

— симметрично раскрытые верхние и нижние щитки правого и левого интерцепторов служат воздушными тормозами, а их несимметричное отклонение применяется для управления по курсу с использованием разности сил лобового сопротивления.

В задней, части центроплана расположена рулевая поверхность, названная «biver tail» («бобровый хвост») и предназначенная для изменения кривизны профиля центральной секции летающего крыла. При взлете и посадке она отклоняется на угол-15".

Шасси самолета В-2А аналогично шасси пассажирских самолетов Боинг 757/767. Передняя опора имеет двухколесную тележку, а основные оп. оры — четырехколесные. Максимальная посадочная скорость ограничена (по прочности шасси) величиной 415 км/ч. Ниша передней опоры шасси используется для доступа экипажа в кабину самолета. На стойке шасси, непосредственно над двумя посадочными фарами, размещена большая, размером с чайное блюдце, красная кнопка, предназначенная для быстрого запуска двигателей самолета, а также для запуска и выставки инерциальной навигационной системы бомбардировщика (кнопка используется при взлете по тревоге, когда на счету каждая секунда).

Штатный экипаж В-2А состоит из двух человек (хотя до недавнего времени сохранялось «откидное», без катапультного кресла, место и для третьего члена экипажа. Наличие двойного управления и высокая степень автоматизации позволяют в длительных полетах управлять самолетом одному человеку, в то время как второй член экипажа может отдохнуть. Хотя самолет может пилотироваться как первым, так и вторым летчиком, ряд важных органов управления (таких, как рукоятка уборки и выпуска шасси), досягаемы только с левого кресла.



Применение ракеты AGM-158 с самолета В-2


В кабине имеется микроволновая печь, кофейник и унитаз, выполненный из нержавеющей стали (как в современных железнодорожных вагонах), установленный за спинкой правого кресла (разумеется, никакой выгородки для туалета не предусматривается). Там же, за сиденьями расположена и примитивная лежанка для отдыха одного из членов экипажа в условиях длительного полета.

Остекление кабины В-2А выполнено из четырех многослойных панелей и обеспечивает обзор в горизонтальной плоскости 200-. Панели имеют фотореактивный слой и практически мгновенно становятся светонепроницаемыми при воздействии светового излучения ядерного взрыва.

По словам членов экипажа В-2А, тонкая металлическая сетка, которой первоначально было армировано лобовое стекло для снижения ЭПР, несколько ухудшала обзор из кабины, «но не до такой степени, чтобы это стало проблемой». Тем не менее, в ходе модернизации самолета сетка была заменена золотосодержащим покрытием остекления, которое также задерживает электромагнитное излучение, но при этом не влияет на «зрительный комфорт» для членов экипажа. По мнению пилотов, для столь большого самолета, как В-2А, обзор из его кабины вперед-вниз и в стороны «просто великолепный» (можно видеть БАНО, расположенные на конце крыла, а также воздухозаборники двигателей). При решении задач, требующих полета на малой высоте, летчики В-2А должны пилотировать самолет в специальных «противолазерных» очках.

В центральной части планера сформировано два грузоотсека, расположенных параллельно. Грузоотсеки самолета В-2А имеют довольно большую высоту (особенно учитывая обманчивую «тонкость» профиля всего самолета). Каждый отсек имеет одну крупногабаритную створку, передние и задние кромки которой имеют «пилообразные» очертания. Непосредственно перед отсеками расположены выдвигающиеся при открывании последних перфорированные щитки-спойлеры. В выпущенном положении они обеспечивают нормальный сброс боевой нагрузки, обеспечивая боеприпасу проход через плотный пограничный строй, формирующийся у нижней поверхности планера самолета.

Бомбардировщик оснащен четырьмя двухконтурными турбореактивными двигателями Дженерал Электрик F118-GE-100. Двигатель этого типа является бесфорсажным вариантом ТРДЦФ Дженерал Электрик F101-GE-102, устанавливаемыми на трансзвуковом бомбардировщике В-1В (первоначально F118-GE-100 был известен как F101-GE-F29). В различных источниках приводятся разные значения максимальной тяги двигателя: ВВС называют тягу 7700 кгс (иногда называется 7850 кгс), тогда как фирма “Дженерал Электрик» приводит величину тяги 8600 кгс.

Следует сказать, что вариант ТРДД F118-GE-100 устанавливался и на модернизированных высотных самолетах-разведчиках Локхид U-2S “Дрэгон леди».

F118-GE-100 имеет степень двухконтурности 5,94 и степень повышения давления 35. Его длина составляет 2,55 fti, диаметр — 1,18 м и сухая масса — 1452 кг.

Плоские, “щелеобразные» сопла, имеющие характерный «горб», снижают значения и радиолокационную заметность силовой установки самолета В-2А в задней полусфере.

«Минусом» силовой установки В-2А, по мнению членов экипажа, являлось отсутствие автомата тяги, что требовало от летчиков постоянного внимания к поддерживанию заданной скорости. Однако этот недостаток, по-видимому, был устранен в ходе модернизации самолета.

Топливная система бомбардировщика имеет восемь интегрированных топливных баков. Топливные баки сформированы в консолях крыла и хвостовых частях промежуточных секций корпуса самолета. Горловины системы централизованной заправки находятся на передней стенке левой ниши основного шасси. Крупногабаритный цифровой топливомер на панели технического обслуживания самолета позволяет легко считывать количество поступившего на борт В-2А топлива. Система управления выработкой топлива полностью автоматическая, с ручным резервированием. Летчик может выбрать желательное положение центра масс самолета, и топливная система будет поддерживать заданную центровку. В процессе большей части полета бомбардировщика центровка поддерживается в пределах 33 % САХ.

Вспомогательная силовая установка (ВСУ) фирмы Эллайд Сигнал размещена с внешней стороны левого двигательного отсека бомбардировщика. Имеется топливоприемник системы дозаправки в полете (по методу «телескопическая штанга»), расположенный непосредственно за кабиной экипажа.

Бомбардировщик В-2А снабжен электродистанционной цифровой квадруплексной системой управления с быстродействующими приводами, созданной фирмой «Дженерал Электрик». Она имеет четыре процессора и сохраняет полную работоспособность при двух отказах.

На бомбардировщике установлен радиолокационный комплекс Хьюз (Рэйтеон) AN/APQ-181, включающий две БРЛС Ки-диапазона (12,5-18,0 ГГц). Сообщалось, что при создании этого комплекса использованы отдельные технические решения «истребительной» БРЛС AN/APG-70 (установленной на самолете Боинг F-15E).

Сообщалось, что станции, входящие в комплекс AN/APQ-181, имеют 21 режим работы, включающий картографирование местности, коррекцию навигационной системы и обеспечение полета в режиме следования и облета рельефа местности (причем последний режим был впервые реализован на самолетах серии 30). Можно предположить, что «21 режим» (в том числе и режим синтезирования апертуры) относятся, скорее, к первоначальным требованиям заказчика к комплексу и так и не были полностью реализованы.

Дальность действия БРЛК, по- видимому, сравнительно мала. Утверждается, что небольшая мощность и ограниченный сектор сканирования в сочетании с другими особенностями работы комплекса (в частности, наличие режима LPI–Low Probability of Intercept) затрудняют перехват его излучения противником.


Как выяснилось в дальнейшем, реальные возможности БРЛК AN/APQ-181 были существенно завышены американскими СМИ. В частности, на «реальных» самолетах отсутствовал ранее декларируемый режим синтезирования апертуры (к слову сказать, уже реализованный на некоторых тактических самолетах, как в США, так и в России). К недостаткам радиолокационного комплекса «Спирита» следует отнести и ограниченный (из-за стремления уменьшить заметность) сектор обзора по азимуту (±15'), что требует от самолета при поиске целей выполнять полет зигзагом.

В состав модульного комплекса AN/APQ-181 сходят две независимые друг от друга радиолокационных антенны (фактически — две РЛС), расположенные в нижней передней части крыла справа и слева от кабины экипажа на удалении 2.6 м от осевой линии самолета. Каждый антенный модуль весит 260 кг и закрыт радиопрозрачным обтекателем, полностью вписанным в обводы самолета. По некоторым данным, общая масса комплекса AN/APQ-181 приближается к 1000 кг БРЛК включается в работу на излучение только в случаях крайней необходимости и кратковременно. На работу в режиме картографирования задействуется лишь на предельно краткий срок и только в районах, представляющих особый интерес. Причем все другие источники электромагнитного излучения на критических этапах боевого вылета выключаются, чтобы не демаскировать бомбардировщик.

Следует заметить, что если первоначально, судя по публикациям в СМИ, самолет В-2 планировалось оснастить мощным комплексом оптико-электронной и тепловизионной обзорно-прицельной аппаратуры, то в дальнейшем (несмотря на явные достоинства такой техники, работающей в пассивом режиме, для малозаметного самолета), на бомбардировщиках В-2А он так и не появился. И это несмотря на то, что телевизионно-тепловизионные системы (как встроенные, так и подвесные) с 1970-х гг. широко используются таких самолетах, как В-52Н (AN/AAQ-28(v) LITENING, AN/ASQ-151) и В-1В (AN/AAQ-33 SNIPER). О планах установки подобной аппаратуры на бомбардировщик В-2А автору ничего не известно.

Пожалуй, к самым закрытым системам В-2А следует отнести его средства радиоэлектронной борьбы. Сообщалось, что на бомбардировщике установлен комплекс РЭБ ZSR-63 (внутреннее обозначение, принятое на фирме «Нортроп»), основным элементом которого является система AN/APR-50.

Следует сказать, что первоначально самолет предполагалось оснастить комплексом ZSR-62, разрабатывавшимся с середины 1980-х годов компанией «Нортроп Грумман», Однако, по информации, «просочившейся» в СМИ, фирма фактически ввела заказчика (МО США) в заблуждение относительно реальных возможностей своего комплекса, в результате чего программа была закрыта, а компания в 2005 г. выплатила МО США штраф в 62 млн. долл. Ранее журналистами утверждалось, что комплекс ZSR-62 способен обнаруживать и идентифицировать источники излучения противника, после чего «возвращать это излучение назад в таком виде, как если бы самолета в воздухе не было».

Основа комплекса РЭБ ZSR-63 — система AN/APR-50 TELS (Threat Emitter Location System), служащая для пеленгации представляющих угрозу источников излучения. Она дает экипажу полную картину электромагнитной обстановки вокруг самолета («электронного поля боя»), позволяя своевременно и адекватно реагировать на угрозы, обходить на безопасном расстоянии РЛС противника, меняя маршрут полета в зависимости от складывающейся ситуации, а также управляет сбросом (отстрелом) ложных целей.

Кроме того, самолет, по всей видимости, оснащен и системой оповещения о лазерном облучении, что позволяет ему уклоняться от огня МЗА, использующей лазерные дальномеры, при маловысотном полете.

В состав информационно-управляющего поля кабины экипажа самолета входят восемь многофункциональных цветных экранных индикаторов (МФИ) фирмы «Хониуэлл», имеющих единый формат (6x6 дюймов) и кнопочное обрамление. Каждый из них может работать в одном из 20 режимов (включающих отображение параметров работы различных бортовых систем). Так, информация о количестве оставшегося топлива в восьми топливных баках самолета В-2А отображалась на МФИ как в виде цифровых данных, так и в графическом виде. Параметры систем кондиционирования воздуха и охлаждения оборудования, гидравлической и электрической систем самолета аналогичным образом могут быть отображены на МФИ.

В отличие от всех ранее созданных боевых самолетов, у В-2А отсутствуют традиционные штанги приемников воздушного давления (ПВД). Вместо них (по четыре в ряд, на каждый канал управления) сформирована система отверстий ПВД, не выступающих за обводы обшивки планера. Система измерения основных полетных параметров создана фирмой Rosemount. Она функционирует на основе определения разности статического давления, замеренного различными датчиками.

В ряде источников приводится максимальная скорость самолета В-2А на оптимальной высоте (13000 м), равная 1010 км/ч (М=0,95) и крейсерская скорость 900 км/ч (М=0,85).

Характеристики радиолокационной заметности малозаметного бомбардировщика являются одними из самых секретных параметров самолета В-2А. По различным оценкам, усредненная величина ЭПР этого самолета в носовом секторе в курсовой плоскости и см-диапазоне радиоволн, составляет от 1,0 до 0,1 m² (чаще называется вторая величина). В то же время следует отметить, что конфигурация планера «Спирита» обеспечивает малозаметность в значительно более широком диапазоне курсовых углов, чем у F-117, а также в дм- диапазоне радиоволн. В ряде источников указывается, что В-2А менее заметен, чем другие самолеты типа steals и в метровом диапазоне. Однако способ, которым это, якобы достигается не называется.

Одна из расположенных в кабине экипажа на уровне глаз летчиков кнопок включает т. н. «режим прорыва ПВО». При этом режиме ограничиваются отклонения элевонов и рулей направления, минимизируя тем самым ЭПР самолета при выполнении атаки.

Сообщалось, что оптическая заметность самолета «Спирит» обеспечивается за счет применения специальной серой окраски, а также устранения инверсионного следа — важного демаскирующего фактора, «попортившего немало крови» экипажам американских бомбардировщиков еще в годы Второй мировой войны. Первоначально для этих целей за самолетом В-2А распылялся специальный состав, препятствующий конденсации влаги. Однако, как показала практика, этот состав обладал высоким коррозионным воздействием на конструкцию планера и от его использования американцы вынуждены были отказаться. Вместо этого самолет был оснащен специальным маломощным лазерным локатором (лидаром) заднего обзора с антенной в хвостовой части фюзеляжа, обеспечивающим экипаж информацией о возникновении инверсионного следа (после чего от летчика требовалось быстро изменить высоту полета и выйти из зоны инверсии).



Характеристики самолета В-2А «Спирит»

Экипаж, чел 2

Размах крыла, м 52,43

Длина самолета, м 21,03

Стояночная высота самолета, м 5,18

Колея шасси, м 12,19

Площадь крыла, m² 478

Масса пустого, кг 71700

(по другим данным — 69715)

Практическая масса топлива, кг 58600

Максимально возможная масса топлива, кг 90720

Максимальная взлетная масса, кг 152200

Нормальная взлетная масса, кг 140000-145000 кг

Максимальная скорость, км/ч:

— …. у земли 780

–.. на высоте 970

Крейсерская скорость, км/ч 760

Взлетная скорость, км/ч 260

Практический потолок, м 13000-15200

Практическая дальность, км 9500-10000

Потребная длина ВПП, м 2440

Продолжение следует

В статье использованы фотографии А. Гольца и с сайта МО США.


Марк Галлай. 100 лет со дня рождения



«Если бы нужно было создать эталонную единицу абсолютной порядочности (как скорость света), ее надо было бы назвать «один галлай».

Эльдар Рязанов.


Марк Лазаревич Галлай родился 16 апреля 1914 г. в Санкт-Петербурге. Окончил Ленинградский политехнический институт и Школу пилотов ленинградского аэроклуба. С 1937 г. работал инженером в ЦАГИ и в том же году стал летчиком-испытателем ЦАГИ.

Еще в тридцатые годы Галлай провел ряд весьма сложных и рискованных летных испытаний, связанных с малоисследованными в авиации явлениями, в том числе, первым в нашей стране он провел испытания на "флаттер».

В годы войны в составе специального подразделения, сформированного из летчиков-испытателей, на истребителе МиГ-3 сбил германский бомбардировщик в самом первом воздушном бою над Москвой в ночь на 22 июля 1941 г. Затем выполнял боевые задания на бомбардировщиках Пе-2 и Пе-8. Был сбит, при помощи партизан вернулся к своим.

В конце войны и в первые послевоенные годы Марк Лазаревич продолжал работу летчика-испытателя. Он осваивал первый отечественный реактивный истребитель МиГ-9 и дальний бомбардировщик Ту-4, провел испытания стратегического бомбардировщика М3. Звание Героя Советского Союза Марку Лазаревичу Галлаю было присвоено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1957 г. за мужество и героизм, проявленные при испытании новой авиационной техники.

М. Галлай освоил несколько десятков летательных аппаратов, подтвердив тем самым известное высказывание о том, что «…настоящий летчик-испытатель должен свободно летать на всем, что только может летать, и с некоторым трудом на том, что летать не может».



М. Галлай перед одним из вылетов, 1946 г.


М. Галлай, Н. Каманин и К. Феоктистов экзаменуют будущего космонавта умакета первого спускового космического аппарата, 1961 г.


Дальний бомбардировщик М-3


Долгое время он проработал в Летноисследовательском институте в Жуковском. Принимал непосредственное участие в подготовке первых вылетов, проработке программ и методическом руководстве испытаниями таких самолетов, как Ту-144, Ту- 154, Ил-62, Ил-76, Ан-22 и многих других. Занимался научно-исследовательской работой в области динамики полета, стал доктором наук, получил звание профессора, читал лекции в Московском авиационном институте. Марк Лазаревич был чуть ли не единственным в нашей истории доктором наук среди летчиков-испытателей.

В начале 1960 г. открылась новая страница рабочей биографии М.Л. Галлая — С.П. Королев лично вписал в штатное расписание новую должность: «инструктор-методист по пилотированию космического корабля». И первым инструктором первой шестерки космонавтов стал Марк Галлай.

Все мы знаем Марка Галлая и как талантливого писателя. В своих книгах, таких, к примеру, как «Через невидимые барьеры», «Испытано в небе (Записки летчика-испытателя)»,

«Небо, которое объединяет» он сумел не только изложить документальные факты, ценнейшие для истории советской авиации и космонавтики, но и создать при этом яркие, запоминающиеся художественные образы.

Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель Марк Галлай был награжден 3 орденами Ленина, 4 орденами Красного Знамени, 2 орденами Отечественной войны 1-й степени, орденом Красной Звезды, орденом «Знак Почета», медалями.

Международный Астрономический Союз 11 апреля 1997 г. назвал малую планету 6719 Солнечной системы — «Галлай».


Новости мировой авиации

РОССИЯ

Компания «Роствертол» приступила к изготовлению шести тяжелых транспортных вертолетов Ми-26Т2 для ВВС Алжира.

Алжир заказал Ми-26Т2 по итогам демонстрации этого вертолета в июле прошлого года на одной из баз ВВС Алжира. Специально для этого российский вертолет совершил перелет в Алжир из Ростова- на-Дону.

Вертолет Ми-26Т2 имеет новую «стеклянную» кабину, бортовое радиоэлектронное оборудование и навигационную систему. Светотехническое оборудование кабины адаптировано под очки ночного видения.

В настоящее время алжирские ВВС не располагают тяжелыми транспортными вертолетами типа Ми-26Т, эксплуатируя в составе транспортных эскадрилий вертолеты советского/российского производства Ми-6, Ми-4, Ми-2, Ми-8, Ми-171, Ка-32.


Авиационный комплекс имени Ильюшина планирует передать Минобороны РФ в этом году первую, а в 2015 г. — вторую пару военно-транспортных самолетов Ил- 476 (ИЛ-76МД-90А).

Военно-транспортный самолет Ил-476 представляет собой глубокую модификацию Ил-76, который ранее выпускался на Ташкентском авиазаводе «ТАПОиЧ». Он оснащен новым модифицированным крылом с применением длинномерных панелей кессона, новыми двигателями, модернизированной топливной системой, навигационным комплексом и системой автоматического управления. На базе Ил-476 также планируется постройка нового самолета ДРЛОиУ А-100.

Кроме того, предприятие до 2015 г. должно провести модернизацию четырех самолетов Ил-96 в комплектации воздушного пункта управления и совмещенного узла связи.


Воздухоплавательный центр «Авгуръ» и Фонд перспективных исследований в рамках гособоронзаказа начинают разработку аэростатного радиолокационного комплекса АРЛК, предназначенного для обнаружения гиперзвуковых целей, беспилотных летательных аппаратов и крылатых ракет. Комплекс включает в себя привязной аэростат, который может находиться в воздухе до 15 суток, а также пункт управления.

Радиус действия комплекса составит 200 км при обнаружении целей, летящих выше 50 м над поверхностью земли.


ИНДИЯ

Согласно контракта на 4,1 млрд. долл., заключенного ВВС Индии с корпорацией «Боинг» в 2011 г., эта страна должна получить 10 самолетов С-17. Пять самолетов уже поставлены, а прибытие оставшихся пяти ожидается в течение 2014 г.

ВТС С-17 «Глоубмастер», количество которых ВВС Индии в будущем планирует увеличить еще на шесть штук, заменят российские ВТС Ил-76, использующиеся еще с 1985 г. Как заявили представители ВВС, самолет С-17, по сравнению с самолетом Ил-76, обладает почти вдвое большей грузоподъемностью (74 т), лучшей топливной эффективностью, нуждается в меньшем экипаже, а также требует гораздо меньшего объема технического обслуживания.

Кроме того, МО Индии приняло решение закупить в США. еще шесть ВТС С-130 J «Супер Геркулес» в дополнение к шести уже имеющимся.

Предполагается, что самолеты C-130J будут базироваться в шт. Западная Бенгалия, что повысит десантные возможности расположенных на северо-востоке Индии войск. В августе прошлого года индийский C-130J впервые совершил посадку на аэродром «Даулат-Бег-Ольди», который является самым высокогорным в мире (5065 м над уровнем моря). Ранее полеты на этот аэродром могли совершать только ВТС типа Ан-32Б, а также некоторые специальные вертолеты. Как заявляют индийские военные, самолеты «Супер Геркулес» позволят усилить военное присутствие на спорной территории Аксайчин, особенно возле так называемой линии фактического контроля между Индией и КНР.

В планы ВВС Индии входит и улучшение характеристик имеющихся самолетов военно-транспортного парка. Так, в прошлом году ВВС Индии получили от украинского авиастроительного предприятия «Антонов» 25 самолетов Ан-32, прошедших глубокую модернизацию, в рамках которой на индийские Ан-32 были установлены новые БРЛС, системы предупреждения о близости земли и столкновении в воздухе, радиовысотомеры, спутниковая навигационная система, а также система подачи кислорода.


Кроме того, МО Индии объявило конкурс на закупку 56 легких транспортных самолетов нового поколения. Согласно условиям участия в тендере, 16 самолетов будут закуплены в готовом виде от компании-поставщика, остальные 40 будут собираться в партнерстве с индийским производителем. ВВС Индии рассматривают несколько вариантов, в том числе Ан-148, Ил-114, CASA С-295 и C-27J «Спартан». Сумма контракта оценивается в 2,5–3 млрд. долл.


БОЛГАРИЯ

Болгария начинает полную реконструкцию инфраструктуры авиабазы Безмер, в том числе строительство новой взлетно-посадочной полосы и рулежных дорожек. Как сообщил командующий болгарских ВВС Константин Попов, необходимые средства в размере 30 млн. евро выделены из фондов НАТО.

«После реконструкции военный аэродром будет отвечать как требованиям НАТО, так и требованиям гражданской авиации», — отметил он.

На время реконструкции авиабазы Безмер вся техника, в том числе самолеты Су-25 будут временно передислоцированы на базу Граф Игнатьево. Открытие обновленного аэродрома запланировано на середину 2015 г.


Знаменательные даты апреля в истории авиации

1 апреля-75 лет со дня первого полета истребителя А6М («Зеро»).


5 апреля — 55 лет со дня первого полета УТС L-39 «Дельфин».


10 апреля — 55 лет со дня первого полета самолета Нортроп T-38/F-5.


16 апреля — 45 лет со дня первого полета самолета L-410.


17 апреля — 80 лет со дня первого полета торпедоносца «Свордфиш».


18 апреля — 70 лет со дня первого полета штурмовика Ил-10.


20 апреля — 55 лет со дня начала эксплуатации Ил-18.


24 апреля — 55 лет самолету Су-7Б.



Су-30CМ


Фото Петра Никольского




Оглавление

  • Авиациям и к осмонавтика вчера, сегодня, завтра
  • Интервью с командующим ВВС и ПВО Сербии генерал-майором Ранко Живаком
  • Один день на авиабазе Батайница
  • Самолеты-штурмовики ОКБ С.В. Ильюшина. Увидевшие небо и оставшиеся в чертежах
  • Противотанковые «харрикейны»
  • Истребитель И-Z в цирке Вахмистрова
  • Авиадартс-2014 Начало
  • «Дримлайнер» — не все мечты сбываются
  • Стратегический бомбардировщик В-2А «Спирит»
  • Марк Галлай. 100 лет со дня рождения
  • Новости мировой авиации
  • Знаменательные даты апреля в истории авиации