Деяния Иисуса: Парафраза Святого Евангелия от Иоанна (fb2)

Деяния Иисуса: Парафраза Святого Евангелия от Иоанна (пер. Марков, ...)   (скачать) - Нонн (Панополитанский)


Христианский «эпос» Нонна

Поэзия Нонна, представленная необычным для современного читателя поэтическим пересказом прозы одного из Евангелий (парафразой), скорее всего вызовет оживленный интерес. Постмодернистское мышление, не возлагающее никакой надежды на высказывание смыслов, борется со словом, доведенным до уровня логики, противопоставляя ему слово поэтическое. Нонн же, а с ним и вся древность, примиряет две формы существования текста, являя читателю удивительную гармонию смыслов, указывающую на то, что властвует над словами, логосами, — Евангелие истинного гнозиса и свершения первой любви, которая и становится последним, и предельным, знанием Божества, неведомого язычникам, стремящимся к относительности, к «тождеству лиры и лука» (сентенция Гераклита).

Эпическая форма и эпический стиховой размер гекзаметр («шестимерник») сначала были совершенно несовместимы с незамысловатым «койне» евангелистов и отождествлялись только с языческим мироощущением.

Подобное утверждение справедливо как в отношении гомеровского эпоса, поэм Гесиода, корпуса киклических поэм, так и в отношении малых эпических поэтов: Евмела, Асия, Херсия, Аристея, Креофила, Писандра, Паниасида, Херила. Последним эпическим поэтом, причисленным античными филологами к выдающимся представителям этого жанра, считается Антимах из Колофона (посл. четверть V — 1-я пол. IV в. до н. э.). Он стоял первым в ряду поздних эпиков, а Евфорион с острова Евбея (главный библиотекарь в столице Сирии Антиохии) стал завершающим звеном традиции. Таким образом, уже к середине III в. н. э. классического эпоса как живого явления, даже в форме эпиллий, очевидно, уже не существовало. В конечном счете эпос становится неотъемлемым атрибутом греческой учености — одной из составляющих системы знаний о мире и о человеке.

В 392 г. христианство провозглашается официальной религией Римской империи, и это, безусловно, вызывает к жизни необычные литературные формы, когда эпос и, возможно, трагедия[1] наполняются христианским содержанием. Один из главных сохранившихся образцов, единственный в своем роде «новозаветный эпос», появился в Египте, где до VI в. включительно сохранялось еще очень значительное влияние язычества. Так, храм Исиды в Филе действовал до 535 г., пока по приказу Юстиниана не был переустроен в христианский храм. А в столице Египта продолжала жить своей замкнутой жизнью философская школа неоплатоников: Аммоний Александрийский, которому один из позднейших переписчиков «Деяний Иисуса» присваивает авторство поэтического пересказа Евангелия от Иоанна, руководил собственным училищем вплоть до 20-х гг. VI в.

Именно здесь, в Египте, в городе Панополь (егип. Ипу, копт. Шмин, Хмим) и появился на свет поэт Нонн, предполагаемый автор публикуемой нами евангельской парафразы, которая в настоящем издании названа «Деяниями Иисуса». Написал он свою поэму примерно в 1-й половине V в. н. э., очевидно незадолго до Халкидонского собора и смерти апы Шенуте[2] (оба события произошли в 451 г.), во времена правления императора Феодосия II.

В традиционный «корпус» произведений Нонна Панополитанского входит также огромная (более 22 000 строф) поэма под названием «Дионисиака́» («Деяния Диониса»), посвященная языческому богу вина и виноделия.

Имя Нонн было распространено среди членов сирийской диаспоры Египта, и будущий поэт мог, вероятно, родиться в семье богатого переселенца-метанаста, в маленьком шумном квартале оживленного торгового города Хмим, славившегося своим красочным текстилем.

Науки Нонн постигал в шумной и многолюдной Александрии. Этот мегаполис с его сильной неоплатонической школой продолжал сохранять неотразимое очарование для интеллектуалов, приверженных неизбежно увядающей языческой культуре. Стремление к культурно-религиозной эклектике явилось характерным мировоззренческим признаком тогдашней коптской элиты, включавшей в себя греков, сирийцев, евреев, римлян.

Был ли автор поэмы о Христе таким же интеллектуалом двух «лагерей» учености (языческого и христианского), как другие его современники: Клавдиан, Паллад, Авсоний, Драконций, Сидоний Аполлинарий, газские поэты?

Вполне возможно. Но яркость поэтических образов в публикуемой нами парафразе Евангелия от Иоанна заставляет задуматься о глубоком религиозном чувстве, стремлении внутренне снова пережить священную историю и священные деяния «пребывающего вне времени», «неуловимого»[3] Христа.

У образованного современника Нонна, прочитавшего «Деяния Диониса», эпитет «неуловимый», встречающийся в «Деяниях Иисуса», мог ассоциироваться с образом Зевса, Гермеса или даже «неуловимого лучника» Эрота, что не мешало ему осознавать богословскую весомость эпитета: образ недостижимости, неприступности божественного Логоса, самой сокровенности сущности Божества.

Поэма «Деяния Иисуса» не была изящным поэтико-риторическим упражнением, свойственным «изощренно-декадентской» александрийской словесности, она являла себя как пламенная проповедь христианства, смущающая слух и сердца языческих ученых-витий, смущающая своей доходчивостью, иллюзией эпической формы (само словосочетание «христианский эпос» — искусственно!). Поэма позволяла не только усваивать знания об искусстве поэзии прошлого и «мифологически» толковать Евангелие, но приблизиться, насколько это возможно смертному, к самому откровению: почувствовать веяние благодати, незримые вихри Святого Духа, сметающие на своем пути всякую двусмысленность.

Но вернемся к «Деяниям Диониса». То, что эта поэма (как и «Деяния Иисуса») является эпосом, — всего лишь иллюзия читающего. Поэт создал ее, преобразовав эллинистический роман в монолит огромного по масштабам «культового» эпоса. Любовные эпатирующие похождения Диониса в стиле экшн стали в языческом Египте бестселлером.

Дионис (Вакх), сокрытый под именами Сабазия, Сераписа, Осириса, Митры, Адониса, Амона, — божество мистического опьянения, экстаза, чар «свободной любви», магии, мрачного эроса и предсмертной агонии — почитался последними поколениями язычников Египта и часто олицетворялся ими с Христом, поэтому современники Нонна могли свободно сравнивать две его поэмы, языческую и христианскую. Образность поэмы «Деяния Диониса», откровенно воспевающей оргии языческого мира и отличающейся эпической тяжеловесностью, лексической вычурностью и эклектичностью александрийской дидактической традиции, повлияла на поэтику «Деяний Иисуса».

Языческая культура в V в. еще не окончательно превратилась в материал для схолиастов-комментаторов и философов, так что даже отношение к Гомеру не было полностью обусловлено вкусами интеллектуальной элиты. Во всяком случае использование гомеровских текстов и гомеровского лексикона выполняло скорее экзорнативную (украшающую) или экзегетическую (толковательную), нежели формально-описательную функцию. «Корпус» Гомера стал в христианском мире предметом филологической систематизации и ученого комментирования значительно позже, что особенно ярко проявилось в деятельности Евстафия Катафлора, архиепископа Фессалоник (XII в.)[4]. Что же касается Нонна, то именно его стремление, вполне соответствовавшее духу времени, но более влекущее к красоте интерпретации текста Иоанна Богослова, нежели к научной упорядоченности экзегетического аппарата, явилось причиной того, что «Деяния Иисуса» написаны гекзаметром и что в поэме достаточно часто используется гомеровская лексика. К примеру, гомеровский образ «увядающего пламени»[5], возникший на страницах «Илиады» при описании приготовления трапезы Автомедоном, Ахиллом и Патроклом, созвучен с образом робкого пламени, у которого грелся Петр в ночь плачевного отречения от Учителя[6]. Из этого видно, что лексическая пестрота позднего эллинизма не заслонила, а эффектно подчеркнула недоступную и возвышенную красоту нового мира Христа, за пять веков до того описанную Его любимым учеником, евангелистом Иоанном.

При сопоставительном анализе двух, казалось бы, антагоничных поэм Нонна, «Деяний Диониса» и «Деяний Иисуса», становится очевидной многогранность их поэтики (язычник и христианин свободно могли проводить параллели между двумя поэтическими текстами, конструируя синтетическую аллегорезу).

Обратимся к 11-й песне парафразы Евангелия от Иоанна и к 48-й песне «Деяний Диониса». «Крепка, как смерть, любовь», — написано в Песнях Песней[7]: Лазарь бичуем на ложе смертельным недугом горячки[8], бродящий по горам Вакх бичуем влечением к «прохладному дуновению» — прекрасной деве Авре[9]. Лазарь терзаем «пожирающей члены» болезнью[10], подобно несчастной Ио, гонимой по ионийским зыбям «пожирающим члены» слепнем Геры[11]. Лазарь назван «близким к смерти», точнее, «любимцем смерти». В «Деяниях Диониса» «близким к смерти»[12] именуется возлюбленный Вакха молодой Ампелос.

Вакху было знамение, в котором неуязвимый для всех животных юноша, явленный в виде пугливого оленя, гибнет от рогатого змея, сбрасывающего его в пропасть. Но Дионис, оплакивая свою любовь, смеется сквозь слезы, так как знает, что Ампелос («виноградная лоза») станет после смерти радостью людей и богов, воскреснув в виде хмельного побега, веселящего сердце смертных:

Ампелос, скорбь дотоле бесскорбного Диониса,
Должен ты, как только грозди медовые в лозах созреют,
Завоевать все четыре стороны света весельем,
Шествием и возлиянием радостному Дионису!
Плакал Вакх, чтобы на свете не плакали люди![13]

Язычник мог сравнить любимого Иисусом Лазаря с Ампелосом: воскресает Лазарь, воскресает и Ампелос. Радуется Дионис, радуется и Христос[14]. Ампелоса воскрешает Дионису мойра Атропос, Лазаря — Сам Христос, при этом скорбь Богочеловека не так безысходна, как Вакхова скорбь, ведь смерть для Него всего лишь «сон». Игра со смыслами и возможность различных толкований были неотъемлемой чертой александрийского сообщества интеллектуалов, чертой вообще всей эллинской учености — до и после Нонна.

В условиях характерной для всей византийской литературы двойственности, когда традиция налагала отпечаток на все новое, провоцируя возникновение причудливейших сочетаний архаики и тогдашнего «модерна», димотики (народного, разговорного языка) и вычурной риторики, жанр парафразы или метафразы — т. е. переложения, перенесения из одной жанровой плоскости (роман, проза, философский трактат) в другую (эпос, философский диалог[15]) и наоборот — становится чрезвычайно популярен.

Это особенно характерно для ранневизантийской литературы, что связано с желанием ученой элиты заменять простое сложным (чтобы остаться сопричастным традиции, за которой — лучшие образцы древности), когда форма выбирается не по соответствию теме, а по контрарности оной, когда канонический священный текст Евангелия превращается в нетрадиционную форму эпоса.

Парафразы делились на грамматические и риторические. К грамматическим можно отнести, например, прозаические парафразы Гомера (I–V вв.). К риторическим — липограмматическую «Одиссею» Трифиодора, ямбические парафразы Феокрита, написанные Марианом Сирийцем (VI в.), гекзаметрическую парафразу Псалмов Давидовых, приписываемую Аполлинарию Лаодикийскому, «Омирокентоны» царицы Евдокии. К этому роду парафраз обычно причисляют и «Деяния Иисуса», но в отличие от произведений Евдокии и Аполлинария, которые строго придерживались образца, парафраза Нонна, являясь своеобразной «промежуточной ступенью» между литературной парафразой и риторико-стилистическими упражнениями, отличается своей оригинальностью. Она представляет собой не только расширение границ евангельского текста, но и его интерпретацию посредством экфрастического (описательного) «разрастания», развития символики, тщательного выбора эпитетов, отступления от образца[16], разнообразных литературных аллюзий и отсылок.

Относительно языка поэмы складывается впечатление, что Нонн сознательно избегал общей манеры грамматиков, лексикографов, составителей глосс и схолиастов своей эпохи: он старался не только украсить сдержанный евангельский стиль всевозможными «риторическими узорами», но при этом еще и не отступить от духа и буквы Писания. Вычурность лексики Нонна не стремится вовсе вытеснить бесхитростное койне, как это было у других авторов парафраз (например, в «Переложении Псалмов» Аполлинария Лаодикийского), но дает дополнительные описания, яркие содержательные иллюстрации к тексту Иоанна Богослова.

Нонн (в лучших традициях Климента Александрийского!) проявляет себя и как апологет, и как учитель христиан, показывая наиболее образованным из них, какого совершенства может достичь их литература: ведь христианской словесности изначально вредила стилистическая «небрежность», а потому столь важно усвоить сложные правила грамматики, просодики и метрики — и, если возможно, превзойти язычников.

Нонн писал «Парафразу» при александрийских патриархах Диоскоре (444–451) или Протерии (451–457), когда Церковь и государство были охвачены еретическими учениями Нестория и Евтихия. Полемизируя в своей поэме с учеными еретиками при помощи «модных», так сказать, средств, блистательной интеллектуальной роскоши — архаизирующего эллинизма, — Нонн выступает как апологет правой веры, и это отражено в богословской интерпретации Пролога Евангелия от Иоанна[17]. Изысканность словаря и неудержимое сверкание грамматических сопряжений придавало речи Нонна невероятную по силе убедительность: слова «сына грома» Иоанна заструились в мелодичных гекзаметрах, выносящих читателя и слушателя стремительными потоками освежающего ливня познания к неслыханному откровению.

Христианская поэзия эллинов всегда носила на себе отпечаток античной дидактической учености и стремления к архаизации: современник Нонна, епископ Птолемаиды Синесий из Кирены (ум. 413), писал гимны Богу на дорийском диалекте, пользовался анакреонтическим стихотворным метром:

На дорийский лад на струнах,
Что скрепляет слоновая кость,
Запою я звучный напев
В честь Твою, бессмертный, святой,
Многославнейшей Девы Сын![18]

Предлагая богословскую интерпретацию Первоисточника с помощью самых изысканных приемов риторики, Нонн соотносил свое толкование Четвертого Евангелия с богословскими пристрастиями патриарха Диоскора, вслед за святым Кириллом Александрийским ревностно защищавшего православное учение, но невольно склонявшегося на сторону монофизитов, что и привело в 451 г. к неприятию любой монофизитской и около-монофизитской позиции на Халкидонском соборе: после этого рубежа всякое «александрийское» символическое толкование стало «опасным». Подобные обстоятельства не способствовали распространению списков «Деяний Иисуса» и сделали памятник «библиографической редкостью» вплоть до зрелого Средневековья и Ренессанса.

В настоящем издании текст «Парафразы» сопровождается текстом Евангелия от Иоанна, что не только канонически оправдано[19] и восходит к традиции ранних издателей (Франц Нансий издавал «Парафразу» вместе с евангельским текстом[20]), но и призвано свидетельствовать о том, что автор «Деяний Иисуса» все же толкователь, герменевт, экзегет Евангельского текста, изложению которого он следует по большей части неукоснительно, прибегая к вольностям и амплификации только при описании самых ярких и трагичных эпизодов, как, например, распятие Иисуса[21].

Тем не менее поэт всегда остается поэтом, прибегая к смелым решениям: Понтий Пилат живописуется им как гуманный, благородный римский гражданин, а иудеи со своим первосвященником Анной чуть ли не как стадо лохматых и коварных сатиров.

У Иоанна Богослова солдаты, окружившие Иисуса в ночной тиши Гефсиманского сада, лишь вопрошают Спасителя, у Нонна — грозно трясут щитами, ожидая острого как меч ответа Богочеловека[22]. И все это за счет стилистики — использования гомеровской лексики и искусственных эпических новообразований александрийцев или самого Нонна «под Гомера».

Поэт из Хмима как интерпретатор Иоанна Богослова характеризует себя более всего чрезмерностью, избытком определений: только в 18-й песне насчитывается 236 эпитетов, тогда как в соответствующем Евангельском тексте их — всего три!

Введенные в заблуждение близостью к языку гомеровского и александрийского эпоса[23], читатели часто принимают все эти эпитеты за внешнюю мишуру, формальную дань язычеству, диктуемую правилами риторического расширения. Но эта пестрота — не дешевые побрякушки, а драгоценные камни смыслов, образующие одно целое толковательных, изобразительных и экзорнативных (украшающих) эпитетов. Последние почти все без исключения характеризуют врагов Христа, придавая особую драматичность описываемым событиям.

Нонн был настоящим «коллекционером» эпитетов, поэтому в плане содержания такое изобилие требовало от поэта постоянного поиска максимальной выразительности и глубокого проникновения в значения слов.

И тем не менее, несмотря на то, что вторичность поэмы Нонна по отношению к Евангелию от Иоанна очевидна, оправданием появления единственного в своем роде христианского эпоса «Деяния Иисуса» служит он сам, являясь самоценным художественным произведением, соединяющим иудеохристианскую поэтическую традицию с богатой гомеровской и александрийской, с неоплатонизмом языческой культурной элиты.

Смиряющийся перед сверканием откровений Евангелия любимого ученика Христа, жречески-витиеватый и страстный голос Нонна продолжает жечь и светить пламенем живой личной веры в незыблемость «свершений и дел Иисуса»[24].


Д. А. Поспелов



Святое Евангелие
от Иоанна

Деяния Иисуса:
Парафраза Святого Евангелия от Иоанна


ПЕСНЬ ПЕРВАЯ


Логос вневремен, нечуем, в неизреченном начале, 1

Соприроден, подобен Родителю, Сын безматерний,

Логос, Божие Чадо, Свет, рожденный от Света,

Неотделим от Отца Он на беспредельном престоле!

Боже небеснородный, Логос, ведь Ты праначально 5

Воссиял совокупно с Предвечным, Зиждителем мира,

О, Древнейший вселенной! Всё чрез Него совершилось,

Что бездыханно и в духе! Вне Речи, деющей много,

Явлено ль, что пребывает? И в Нём существует извечно

Жизнь, что всему соприсуща, свет краткосущего люда, 10

Жизнь, кормилица мира. Во тьме непроглядной вселенной

Зорями горними вспыхнул Свет, колеблющий землю,

Мраком не побеждённый. Во пчелопитающей чаще

Странник нагорный явился, насельник склонов пустынных,

Он — глашатай крещенья краеугольного, имя — 15

Божий муж, Иоанн, вожатай. Один он и явлен,

Вестник незыблемословный, дабы о свете свидетель

Был, дабы всякий изведал, что есть возглашатель единый,

Веры, матери мира бескрайнего, истой исполнясь!

Оный светом разумным не назван, но только единый 20

Он подбрадье открыть Богоречное удостоен,

Он, единый предстатель невозвещенного Света,

Рек свидетельство пастве близкое Богоприемной, —

Свет единый Отца, первородный и препочтенный,

Логос единосущий, что всякого чистым содеет, 25

Духа лучами сущность смертных в сиянье облекший,

Нисходящих на землю. В бескрайнем незрим и невидим

Миропорядке, но явлен мир чрез Него беспредельный,

Миропорядком заблудшим Логос сопутный не узнан.

Подле своих пребывал Он. Свои в неразумном затменьи 30

Не почитали Его, словно гостя, а благоразумно

Чтящим и безгреховным, ум не имевшим заблудший,

Тем Он горнюю всем даровал единую славу

Чадами Бога Отца вечносущего в мире считаться,

Коих природа — не с ложа родильного, жизнь у которых 35

С мужеским вожделеньем не связана, и даже ложе

Брачное их в плотско́м единенье и не зачинало.

Все же они только Бога Отца неоранные чада!

Логос-самовершитель и Богом стал, и человеком,

Древлерожденный Потомок, в неизреченном законе 40

Лик съединивший священный с обликом человека.

В домах Бог пребывал человеков, мы Оного славу

В мужеских очесах узрели, познали мы почесть

Единородного Сына чрез наднебесного Предка,

Он благодати исполнен, Отца веселия полон! 45

Муж тот, провозвеститель о Логосе плотеносящем,

Муж сей, святой Иоанн, утвердил свидетельство речью,

Тот, кто некогда молвил непорочное слово:

«Древле меня Он явился, и после меня низошёл Он,

Тот, Кто меня превосходней, ведь от Него же и все мы 50

При полноте святой иную потом восприяли

Благодать несоравную сущей и раньше: законов

Общую книгу Родитель чрез Моисея дал людям,

Уделил же Христос благодати и истины миру!»

Саморожденного Бога воочию так и не видел 55

Никогда и никто, Своею же речью поведал

Тот об этом, кто в лоне Божьем привычном лелеем,

Единородный, сопутный Отцу, Кого видеть не должно.

Вот свидетельства слово и гласом же амвросийным

Рек Иоанн его верный, вестник истиннословный. 60

Так что племя евреев в пустынные горные чащи

Выслало бдительных му́жей-священников, также левитов,

Где обитал сей беглец, вдали поселившийся смертных,

Корень пустивший здесь, под вертепа кремнистого кровлей.

Служки сии вопрошали его с суровой насмешкой: 65

«Кто ты? Уж не Христос ли?» Им же ответствовал речью

Он, никак не скрываясь, и не отпираясь, глашатай:

«Нет, не Владыка Христос я!» Посланцы же му́жей еврейских

Божьего человека второй раз тогда вопрошают:

«Молви нам, кто ты? Не пашни ль Фе́сбити́ды насельник, 70

Илия, нам явле́нный?» И восстенал тот: «Пришёл я

В этот край не как он, я Илии вслед лишь явился».

Наглый рой возгласил служителей, ног не омывших:

«Слухи не о тебе ли? Не ты ли пророк боговещий,

Будущего провозвестник?» Ответ был на то и другое: 75

«Нет, я — не Илия, нет, не пророк я, исполненный чуда!»

Вновь возопил сей рой богоизбранных иереев:

«Кто ты? Ведь мы же отсюда, когда нам дадут разъясненье,

С гласом твоим ответным пойдём к служителям Божьим,

Мы ведь в дорогу пустились плесницею быстролётной, 80

Дабы сюда явиться. И что любознатному люду

Молвишь ты о себе?» И тот из книги священной

Праначального мужа им рек Богоданного молвью:

«Глас вопиющего я в каменистой этой пустыне.

Ныне по должной тропе Всевладетеля устремляйтесь, 85

Да почтена она будет превыше всего, как и в книге

Писано многомудрым Исайей, в вещем писанье».

Сонм неверный иной погрязших в грехах фарисеев

Выступил и вопросил боговещего мудрого мужа:

«Что же ты крестишь тогда, омывая водою колена, 90

Коль не Христос на престоле, коль не возница повозки,

Илия с о́гнем восхи́щенным с неба, коль не пророк ты

Во вдохновенье неистовый, Божьим реченьем чреватый?»

Чуда исполненным словом муж боговидный ответил:

«Вас я и сам достоин очистительной влагой 95

Окрестить, а Тот, что явится в будущем, ныне

В нашей толпе замешался; ступне́й Его даже коснуться

Смертною дланью своею не смею, дабы, приблизясь,

Хоть ремни развязать на плеснице Бого́духнове́нной!»

Было сие в Вифани́и, близ Богочтящего края, 100

Прямо напротив брегов струящегося Иордана.

Лишь даль разящая Эос заново в путь устремилась,

Муж святой Иоанн, уставив взор пред собою,

Понял: пред ним — Иисус. На идущего по дороге

Указал он перстом, подтверждая сие пред народом: 105

«Се всетворящего Бога Агнец, мне мнится, премудрый,

Молвил ибо о Нём я, идёт Он ныне за мною,

Тот, Кто там, впереди, и прежде Его я не ведал

Собственными очесами, но в образе незнакомом

Чадам Израиля, стражи не знающим, Он показался; 110

Я и пришёл, провозвестник дороги, незнаемой прежде,

Люд крестя неучёный, блуждающий и неверный».

Божьи уста отверзнув, пред всем любознатным народом,

Гласом, чарующим всех, он дал свидетельство пастве:

«Зреньем я, обетованный, узре́л на пучинах воздушных 115

Божий Дух, возносимый разумным трепетом крыльев,

В горлицы словно подобье, что на Христа воспорхнуло,

Низошёл и остался, Его же я прежде не ведал!

Только ведь мне Он Сам повелительным гласом измолвил,

Тот, Кто послал меня, чтобы крестил я плоти рожденных 120

Заново в этой влаге, жизни лишенной и хладной.

В Нем я узрел нисходящий по горним воздушным дорогам

Дух разумного Бога, на Коем же Он пребывает;

Свет Он пошлёт человекам, лишённым всякого света,

Духом Святым и Огнём крестящий, Его же узнал я, 125

Видел глазами и рек свидетельства верного гласом

То, что именно Он — Отца вечносущего Отпрыск».

Вот уж и день другой приводит возвратная Эос.

Встал и божественный муж, и учеников его двое,

Дивного Бога Христа ещё не познавших и лика. 130

Пешим Христа увидя по тверди идущим удобной,

Горнепутной повозки сошедшего с неба Возницу,

Муж Иоанн святой возгласил, как бывало и прежде:

«Се поднебесного Бога грядет глаголющий Агнец».

Внемля священному гласу мужа истины, двое 135

Незаблудших, попутных друга за Ним устремились,

Вслед за Христом идущим. На них взирая невольно,

Взглядывая на двоих за Своею спиною всё время,

Парной двоице рек Он вслед устремившихся му́жей:

«Что вы тут ищете, и́дя за Мною?» И оба единый 140

Дали Владыке ответ, подобясь гласом друг другу:

«О Равви́ (что значит „учитель“), где Ты обитаешь?»

Гласом воззвал единым тут Владыка к обоим:

«Что ж, сейчас и увидите!» И подошли они к до́мам,

Где, как они разузнали, и жил Он покуда. И день сей 145

Ученики провели, под кровом Христа обретаясь,

Ближние Бога. Вот час десятый промчал ветроногий.

Был среди тех, кто вошёл под Богоприимные своды,

Некий муж, Андрей, рыба́рь, сей ловчий на море,

Симона брат рыболова, из тех же он лишь единый, 150

Коих гостеприимствовал Бог, Иоаннову гласу

Ближнему внял навсегда; а был он сопутник ближайший

В дом вошедшему брату. И оба, во мненье согласны,

За Иисусом пошли, Андрей же шествовал первым,

Родич, ищущий ловли в зыбях плодовитого моря. 155

Симона отыскавши, сказал он стремительной речью:

«Родич! Нашли мы Мессию вещего, Бог Он, и муж Он,

Эллинским словом „христос“ называют Его иудеи!»

Так измолвив, он быстро уводит сопутного брата

В дом, где был Иисус; и с обликом безмятежным, 160

Симона видя, Христос обратился ласково, мудро:

«Сын Иоанна ты, и зовёшься именем „Симон“,

„В море работник“, но после Ки́фою ты наречешься!

Дам тебе имя второе, новое: му́жи иные

Звать тебя станут Петром, и скроет это прозванье 165

Симона имя, коего выше прозвание „камень“,

Веры оно нерушимой знак». И лишь близлежащий,

В высях хребта, в росистом утре Сион заалелся,

Восхотел после ночи бестенной отправиться тут же

В благоплодный Он град галилеян изысканнокудрых. 170

Скоро нашёл там Филиппа Владыка и молвил, что станет

Тот Ему верным сподвижником, спутником по дороге:

«Следуй же, о Филипп, за Мною!» И, пламенный, только

Слово услышал, как гласу вослед поспешает стопами.

Отчей землёю был для Филиппа край Вифсаи́ды, 175

Где Андрей обитал, где жил и доблестный Симон.

К Нафанаилу Филипп обратился с ласковой речью,

Под благолиственным дубом найдя его: «Сей — Древлеродный,

Муж Моисей Кого описывал в книге священной,

Найден нами, о Ком все молвили равноречиво 180

Вестники дел грядущих, и знали когда-то пророки,

„Иисусом“ назвав, чистейшим Иосифа Сыном,

Назарета насельником, семенем Бога». Тотча́с же

Нафанаил быстромудрый молвил слово Филиппу:

«Можно ль из Назарета добра ожидать?» И сопутник 185

Молвил Филипп в ответ добродушною речью простою:

«Что ж, иди и смотри!» На сопутного Нафанаила

Быстроколенного тут указывает Владыка:

«Се потомок Израиля истинный, ни бо лукавства

Он, ни подмены не мыслит, ни мнений не искажает!» 190

Нафанаил же, услышав, смешал слова с удивленьем:

«Так хорошо меня знаешь, раньше не видя ни разу?

Молви, откуда и как?» И гласом дивным Владетель

Молвил — и речь полилась от пророческого подбрадья:

«Прежде зова Филиппа тебя под смоквой тенистой 195

Видел Я высококронной, под сенью сидящего купной,

Мнящего же себя невидимым и незримым!»

Нафанаил воскликнул, за миг единый поверив

В чудо, коснулся чела он богочтящею дланью:

«О Равви́, Ты горних святилищ Высокопрестольный 200

Пастырь, Израиля Царь, Ты как Христос пребываешь,

Бога, сущего вечно, Логос и Сын, обоюдно

Назову и Владыкой, детей Израиля Богом,

Возглашу Тебя Сыном истинным Бога Живого!»

Ободряет Владыка, влечёт упованьем сильнейшим: 205

«Слову бесстрашному внемля, незыблемой верой владеешь,

Слову, что молвил, тебя увидев под смоквой стволистой,

Веры исполненным оком у́зришь чудес и поболе,

Бу́ди незыблемословным свидетелем благоговенье!

У́зрите выси, отверсты ма́нием Божьей десницы, 210

Вкруг простёртые бездны, коих и видеть не должно,

Благокрылатый рой построения ангельских воев,

Нисходящий стремительно по дороге эфирной,

С выси идущий горней и обратной стезёю

Восходящий ко своду небес и в выси парящий, 215

О Человеческом Сыне вестника». 216



ПЕСНЬ ВТОРАЯ


Темные скалы 1

В свете лишь третьей невестной засветлели денницы

На кананейских полях Галилеи плодообильной,

Брак чадородный, исток первозданной деялся жизни.

Празднество было блаженным: ведь рядом с брачным покоем, 5

Средь длинновласых пирующих и Христос веселился,

В сотрапезники зван. С Ним ученики возлежали

В стройном и ясном порядке, на пире этом и Дева

Богородица, Матерь Христа, Сама появилась,

Чистою дланью Своею трапезы брачной коснулась, 10

Брака бегущая, с Чадом, вечно чтущая девство.

В амфифореях душистых сладостные осушили

Вина все гости пира из чаш очерёдных и частых,

Следующих непрерывно; печально средь винолюбцев

Виночерпии, мрачные без застольного вакха, 15

С дланью сухою напрасно и чаш касались и кубков,

Посередине свадьбы, когда всё вино иссякло.

Ведающему Христу сотрапезная молвила Матерь:

«Свадьбе речей Твоих, зло отвращающих, не хватает,

Для возлиянья нет влаги сладостной, благоросной». 20

Ей же Христос промолвил: «Что же нам в этом с тобою?

Срок ещё не пришёл круговратного крайнего часа».

Но приказала Мария слугам исполнить немедля

То, что Христос прикажет. Там, у стены напротив,

В ряд поставили ровно сосуды амфифореи, 25

Шесть их было, и по́ три меры во чреве просторном,

Или же по́ две вмещали. Хранили же иудеи

В каменной ёмкости влагу к обрядовому очищенью,

Влагу священную. Рек Христос, всех слуг подгоняя,

Виноспасительным гласом о жажде застолья заботясь: 30

«Амфифореи, чреватые влагой недавнотекущей,

Наполняйте!» И тут же сосуды поочерёдно

От истока наполнила челядь, доколе до края

Самого, всклянь роса благоводная не поднялася.

Чудо внезапно вершится, — там вдруг вино засверкало, 35

Вместо теченья влаги иноцветной, прозрачной,

Пу́рпурною струёю. Из воднодарного чрева

Вдруг повеяло влагой благоэвийной, чистой.

Вот повелел виноцветным Владыка властительным гласом:

«От ключевого черпните под нашею кровлей точи́ла 40

Сладостное питьё для распорядителя пира!»

Влагу чашами снова черпну́ли они наудачу,

Пира распорядитель взял пробу перед народом

С тока багряного влаги свежей, в вино претворенной.

Только вот муж сей не ведал, откуда оно; лишь прислужник 45

Знал, кто воду носил от влаголиющего лона,

В каменные сосуды перелитые струи.

Пира же устроитель в дом с хороводной пляски

Жениха отозвал и со словом к нему обратился:

«Всякий вначале вино подаёт, благоцветную влагу 50

Винную, что получше; когда Он гла́вы хмельные

Видит, велит вина́ принести уже, что похуже.

Ты ж вино до последнего лучшее только выносишь,

— Лучшее только вино сохраняешь до позднего часа!»

Первое чудо сие на свадьбе хмельнолюбивой 55

Совершил Иисус, где звучит средь стен кананейских

Высокозданных речь галилеян буйнокудрявых.

Так Он явил евреям горневысокую славу

В неутоляющем жажды пире; и распрю в стремленьях… 59

………………………………………………………………

Ученики одолели верою неколебимой. 60

Но кананейскую твердь не помедлил Владыка оставить

После брачного пира средь славословий пьянящих.

В Кафарнау́м приморский Он тронулся, к тамошним до́мам,

След отпечатав обратный, вниз пошёл по дороге,

Сам и родные Его, и сопутники; с Единородным 65

Шествовала и Матерь Его, Богородица Дева;

Шёл строй другов за Ним двенадцатичисленный следом,

Той же дорогою двигались спутники Божии рядом…

Там Он недолго про́был, на срок оставшись недолгий.

Близилась Пасха, и, дни принесения жертв почитая, 70

Он, непорочный, пошёл по святыням Иерусалима

С мудрыми другами вместе и там, в богославной святыне

Благорогих быков и овец густорунных находит,

Воркот нестройный голубок, сидящего там же менялу

Видит Он в месте сём за стойкой корыстолюбивой, 75

Зрит и толпу густую на скамьях торголюбивых,

Лишь торговли и ждущую… Тут, во дланях скрутивши

Бечеву, Он, сопле́тши бичу подобное нечто,

После стадо быков погнал и овечью отару

От благовонного дома; свалил в единую груду, 80

Наземь их опрокинув, торговые лавки и скамьи,

Выбросив их из святыни. Стремительной дланию быстрой

Ринул Он наземь монеты со стойки с краем округлым;

Мужу, торговцу голубками, Он тотчас возглашает:

«Всё немедля убрать из камнеподобного храма! 85

Алчнолюбивых стремлений терзаемы только стрекалом,

Дом пречистый Отца не делайте домом торговли,

Ибо се дом молитвы!» И вспомнили ученики́ тут

Начертанье, вплетённое некогда в книгу святую:

«Ревность сжигает Меня о Родителя Божием доме!» 90

Люд же излил тогда на это глас Ему грозный:

«Знаком каким отличным яви́шь ты это евреям,

То, что содеешь здесь?» И пред толпою упорных

Глас изливает Владыка и сокровенный, и дивный:

«Кровлю эту обрушьте. Я вам её и воздвигну 95

Только лишь за́ три дня!» Ему же они отвечали:

«Сотворил Соломон пестроцветному миру строенье

Со стеною, вокруг бегущею, длинной, высокой,

Только за сорок шесть любозданных лет круговратных;

Новые ты строенья вместо разрушенных хочешь 100

Выстроить по истеченье бега трёх зорь после ме́ты!»

Он говорил о храме Плоти, в ней же по страшным

Зна́меньям предстояло Христу в день третий воскреснуть.

Быстро Он после лона пропасти безвозвратной

Возвращён из Аида для жизни и участи новой; 105

Вновь на свет появившись к небесной славе превечной,

Он взошёл, и тогда же ученики Его слово

Вспомнили: домом Он Плоть называл, в Богоречной же книге

Уразумели слово Божие, вняли и речи,

Что Иисус сказал. Он во храме в честь Бога явился; 110

Долго там пребывал, в чертогах Иерусалима

Праздник Пасхи справляя; овноядных там иереев

Многошумное буйство вершилось, празднество жертвы.

Многие от безверья безумного отреклися

Ради веры во имя Христа, но многим же людям, 115

Веру обретшим, не верил………… умел Он также не слушать 116

Речи иного звучащей, лживого поученья, 117

Распознавая стремленье неявное человека;

Знал Он и Сам по Себе дела людские, что в сердце

Их, и тайны, что скрыты за плотной завесой безмолвья. 120



ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ


Жил иудеев начальник, из фарисеев заблудших, 1

Рода священного, был он богатым и своенравным,

Имя ему — Никодим; и вот как странник, скрываясь,

Раз ко Христу в ночи́ пришёл, осторожно ступая,

В дом, где свет полуно́чник, явился. И верному мужу 5

Иисус о сияньи дивном крещенья поведал,

Возвеселил Своим словом пришельца в ночи, Никодима.

Муж обратился послушный к Богу с ответною речью:

«Словоискусный, Равви́, очами зрю ум Богословный.

Миропорядка Учитель, Ты послан на землю от Бога, 10

Помощи людям Податель. Никто не в силах средь смертных

Столько чудес сотворить и щедрых, и многообразных,

Сколькие Ты сотворил победным, целительным словом,

Если бы Бог Сопомощником, зла Отвратителем не был!»

Отвечал Иисус недоступною разуму речью: 15

«Если бы даже и после стрекал разрешительных ро́дов

Смертный родился вторично на свет, то кровли небесной,

Тленный, не смог бы постичь, не познал бы начала айо́на!»

Удивляясь Ему, Никодим излился в реченье:

«Как после старости можно в пене белёсой — как в море — 20

Снова родиться седин, претерпев родовые мученья?

Вновь нельзя от отцовых чресел, растящих потомство,

Во чревату утробу матери старой проникнуть,

Обыкновенье познать и родов, вновь приходящих!»

Рек Иисус в ответ, поучая учёного мужа: 25

«Не очищающий плоти омовением чистым

В установленье одном от воды и от Духа Святого,

Если не примет сперва бессеменного он зачинанья,

Близкого ро́дов подобью, которые жёнам привычны,

Тленному невозможно постигнуть разумом мужу 30

Славу небесную, равную вечности беспредельной!

Ибо утроба земная смертных лишь исторгает

В облике праха скудельного, пло́ть на земле человека

Лишь существует; но Божье, от чистого омовенья,

В излученье вершится Самородного Духа 35

Веянье-Жизнеподатель, родившийся без повитухи,

Самодостаточный Отпрыск Родителя, Сущего вечно.

Не поднимайте же шума за речь, что приходит от Бога,

Хоть и молвил Я вам о должном уразуменье

Новых начал — чрез воду производящихся родов. 40

Знай же, что вечноструящийся Дух, в незримости зыбясь,

Дышит повсюду, где хочет, а ты лишь близъявленный трепет

Слышишь Богокружащий, гласа воздушного отзвук,

Доносимый до слуха земного, но невозможно

Очесами постичь, куда и откуда приходит. 45

Так у всех, кто явле́н от огня омывающей влаги,

В Духе родившегося, но не в круговерти скудели!» —

Молвил Он, а Никодим — в ответ Ему: «Как это может

Быть и случаться?» Христос же пророчествовал, предвещая:

«Ты, кто учит Израиль — и ты же не разумеешь? 50

Скрыто сие от тебя, Моего ты не сведал стремленья,

Слово да станет Мое неизменным свидетельством правды,

Ибо Мы знаем: се — правда, святым предвещаньем чревата,

Сеем во слух Мы внимающих неодолимые речи

Уст, рекущих лишь правду, от Родителя кои 55

В высях небесных уши Наши лишь и восприяли,

Речью искусною вестника свидетельства наставляем;

Только вот ум людей, не готовых, упрямых, всем Нашим

Верным свидетельствам этим не внемлет. И, коли реку Я

Слово какое, благо земных трудов негрешимых, 60

Вашему слуху тяжко будет в это поверить.

Если же Я возглашу о крылатом воинстве горнем,

Более ль веры будет стремленьям неопределённым,

Мненью о сути небесной кровли, что видеть не должно?

Человек никогда не парил ветроносной стопою 65

Над недоступной для всхода дугою кру́гов небесных,

Кроме как Богоподобный Муж, Кто облик бессмертный,

С неба сойдя, сочетал со плотию необычайной, —

Сын Человеческий только, Тот, Кто под звёздною кровлей

Обитает, предвечный, в Отчем доме эфирном. 70

Как у пустынного гребня некогда Моисеем

Змий забвенья воздвигнут укушенных а́спидом му́жей,

Он подобью последовал тварному острого тёрна,

Так и Защитник людей от членовредительных хворей,

Сын Человеческий, людом смертным ввысь вознесется 75

Словно облик змеиный, утишающий боли.

Тот, кто уверовав, словно закон, Его разумом примет,

Узрит и насладится прославленным жизни покоем,

В коем широкобрадый айо́н бесконечно змеится.

Многообразный мир и странника Скиптродержец 80

Столь возлюбил, что послал людей Поборника, Сына

Единородного, Логос, в мир четыреупряжный,

Дабы, кто примет Его, изменив легкомысленный норов,

В неколебимой вере выю склонив добровольно,

Вечный край тот откроет горней жизни небесной, 85

В благодревном Раю, в нетленном дому обитая.

Бог Родитель послал в мир этот Логоса, Сына

Не осудить сей мир до срока, но чтоб воскреснул

Впавший в ничтожество весь человеческий род непременно.

Логос кто усладит уложеньем сердца прямого, 90

Ярость изгнав неверную веяньем ветра-эфира,

Праведной обладая верой, — того не осудят;

Кто же возвёл обезу́мевший взор на плоть человека,

Главу надменно возвысив свою богоборную дерзко,

Тот осуждён, ибо он своим несговорчивым сердцем 95

Веры не восприял и не примкнул к устремленью

Сына вышнего Бога Родителя, убеждённый

Именем чтимого жарко Владыки; и нечестивца

Скоро постигнет суд сородника мира; ведь с неба

Свет на твердь снизошёл, человечество в непостоянстве 100

Более тьму возлюбило нежели молнийный отблеск,

Света не возжелали, но мрака, люди, ибо дела их

Пребывают лукавы, и всякий пособствует кривде,

Только ночи достойной; свет ненавидя, не жаждут

Света, что рядом струится, — как бы свет их не выдал 105

Дел, что творятся в тиши, сокрытых тайным молчаньем;

Кто же в богобоязни всё истинное сохраняет,

Собственной волей к свету приходит, дабы явить нам

То, что свершил он волей Бога только одною».

Молвил Он и покинул потом галилеян равнину, 110

К чистому лону полей иудейских стопы устремивши.

Там Господин пребывал с боговидными учениками,

Обитая в жилище чужом. Средь владений окрестных

Он в пророческих струях крестил иные народы,

Нечистоту омывая сердец человеческих; там же 115

Был и святой Иоанн, и народ, чтящий Бога, кочевный

Близ Солима крестил он в водах бурливых, глубоких.

Тут широкотекущей реки извивной потоки

Влагой вздымалися щедрой в течении струй вековечном,

Всех омывающем. Люди тесно его окружали, 120

Благочестивого мужа единого, каялись горько

В позднем раскаянье, в водах смывали все прегрешенья,

Ибо тогда ещё брака лишённым правителем не был

Ввергнут он в заточенье вечное, смерти сопутник,

Тяжкоскованный Божий муж; и на́чат об очищенье 125

Спор у служителей был и учеников Иоанна

С иудеем учёным. И быстро плесницею резвой,

К Божьему человеку вошли и к нему обратились,

Облачённому в шерстяной хитон тонкотканый:

«О равви́! Провозвестник первый зло отвративших 130

Вод, так кто же был рядом у водоворотных потоков,

Богом коего ты почёл и во слове премудром,

Тот, кому ты подобен в омовении чистом,

Им же и крестит Он больше. Туда же с равным стремленьем,

Тучами словно собравшись, все жители поспешают, 135

Дабы присутствовать там, на божественном омовенье».

Им же, всем вопрошавшим, ответствовал праведный сразу:

«Нет, никто ничего не содеет, коль с горнего лона

Почести не снизойдёт, дарованной только от Бога.

Вы же, свидетели сведущие, — ведь и с паствою этой 140

Говорил, не скрываясь, истины гласом неложным:

„Я не Владыка Христос, Жизнедавец, но я только послан

Прежде Него, как сопутник, Богом Высокопрестольным“.

Ведь невестой жених обладает, а тот, кто поближе,

Рядом стоит и слышит голос его лишь звучащий; 145

Внемлет он, наслаждаясь знакомою речью привычной,

Веселится соратник верный от радости. Чуем

Многомоле́нную радость мы тоже, и подобает

Вечно Ему иметь всё боле растущую славу,

Ибо Он свят и бессмертен, моя же радость — быть смертным; 150

Меньшую меру имею, ведь худший я и по роду.

Сей же — с высот сошёл, с надгорных высей небесных,

Выше всех и поднялся. А тот, кто от здешней крови,

Гласу персти внимает, деет деянья земные.

Тот же явился к нам от эфирного Божьего лона 155

И говорит Он то, что на не́бе услышал; не принял

Ни один всесвятое свидетельство, Он же — свидетель,

Богосказанное слово подбрадья святого приявший.

И нелживый сей смертный запечатлел Его речи,

Что пребывает единый истинный Бог, ибо с неба 160

Бог на землю послал Вспомощника миропорядку,

Он же и шлёт Вселиющий Ливень премудрости Отчей,

Явлен не мерой слова Логос, но Сущий всевечно

Дух Единому дан, Поток вечнольющих пророчеств.

Бог высокопрестольный, Родитель, Чадо лелеет: 165

Дал всё во длани Его нести. А тот же, конечно,

Кто неколеблемым нравом твёрдую веру умножит,

У́зрит Жизнь и получит такую высокую почесть:

Существование в вечной беспредельности; тот же,

Кто противится вере в Дитя живущего Бога, 170

………………………………………………………..

Кара высокопрестольного Бога того и постигнет, 171

Наказуя безумца». 172



ПЕСНЬ ЧЕТВЕРТАЯ


Бог тотча́с же проведал: 1

Об омовении богодуховном жестокосердный

Рой упорнозавистливый злобных прознал фарисеев,

Что Иисус скитальцев обращает ко свету,

Крестит во влаге речной и учеников обретает 5

Больше, чем Иоанн. Но молва являлась обманом.

Крестят ученики омовением, но не Владыка.

Он ведь гористые земли иудеев оставил,

Двинувшись снова к землям чтящих Его галилеян,

Прочь от безумья греховного злобствующих фарисеев. 10

Предстояло идти по Самарии водообильной,

Равнопредельному краю земли, что стоит посредине;

В жаркий полдень и знойный шагал Он стопой амвросийной

В славный и древний город самарити́дского края,

В Си́хар высокозданный, где садолюбивый Иаков 15

Виноградник имел, что дал Иосифу сыну,

Там, где был кладезь лоном глубокий, где Божий Иаков,

Влажную почву разрыв, в пусто́тах её обнаружил

Ключ подземный, в иле глубокораскопанной ямы.

Там, прервав ненадолго далёкопутную тропку, 20

Остановился Христос отдохнуть от тягот дорожных,

У изножья присев истока, где с лона земного

Влага текучая для обитателей города била.

Птицею час шестой пролетел, вызывающий жажду,

Как туда самарянка, к груди прижимая привычный 25

Водоносный сосуд, к соседнему вышла истоку.

Вод Владыка просил воды у неё из сосуда:

«Дай же, о самаря́нка, славы отечества ради,

Жажду имущему, влаги испить Мне гостеприимной!»

Он же один пребывал, но к мете срединной небесный 30

Трапезы час вечерним возницей летел, поспешая,

Рой же сопутников в город ушёл другою дорогой.

Спрошенная, Ему, любопытствуя, так отвечала:

«Что ж ты у самарити́дской женщины речью премудрой

Просишь влаги запретной из чаши, чтобы напиться? 35

Общую отчую кровь с евреями сохраняя,

Что же общего с родом твоим и с са́марити́дским,

Дабы ты пил у меня? Се с твоим ли согласно законом?

Робкими лишь устами тебя назову иудеем.

Ведь иудеи общим законом не смешаны вовсе 40

В жизни друг с другом так, как смешаны самаритя́не!»

Ей же Христос ответил речением непонятным:

«Коли б знала ты дар, благодать высочайшего Бога,

Или Того, кто сказал „из этой тленной криницы

Дай Мне, жаждущему, испить водицы невечной“, 45

Ты б сама доброхотно о влаге живущей спросила

Вечной, и Он уделил бы от влаги, мудрость дающей!»

Та, не вняв, отвечала речам о воде жизнетворной:

«Я, господине, дивлюсь, что ведь с воротом кругообразным

Ты крюка́ не берёшь, не вытягиваешь верёвки, 50

Дабы, вглубь запустив, из недр его преглубоких,

Перебирая руками, добыть, зачерпнув, эту воду!

Да и колодец глубок. От са́мого чрева земного

Где ж тебе дать хлебодарной влаги? Или иное

Есть питьё у тебя? Так что́, мужедетный Иаков, 55

Нам Родитель святой и почтенный, тебя худородней,

Тот, кто кладезь нам дал, дар пашне са́марити́дской?

Сам он и пил от влаги, поле вдоволь питавшей,

Дети его и стада зверей его четвероногих,

Пасшиеся на горах!» Ответствуя вопрошавшей, 60

Рек Иисус, самарянку на свет вызволяя из мрака:

«Кто краткотечную влагу пьёт из вертепов подземных

От колодца, иль сладкую воду от тленного тока,

Снова и снова возжаждет, но тот, кому Я дарую,

Никогда не возжаждет, вкусив от влаги предвечной. 65

Ключ сей сердце навек сохранит во длани премудрой;

Но из разумной глу́би в Богокружащем напоре

Бьёт из недр истока извечно новая влага,

Из вечносущей жизни, не из земного потока!»

Вот Иисуса смиренно снова та вопрошает: 70

«Дай мне, о господине, испить сей влаги живящей,

Из родника неземного когда испью я водицы,

То не возжажду уже и здешнюю не попытаюсь

Из подземного лона че́рпать теснимую влагу».

Молвила так, и во слове ответном таилось лукавство. 75

Стал Иисус испытывать многомужнюю тут же:

«Что же, ступай и зови супруга сюда, и из града

Поспеши и иди вдругорядь уже побыстрее!» —

Рек Он; робка, но солгав о ложе многоутешном,

Восклицает она от всей души, но лукавя: 80

«Мужа ведь нет у меня, мужа откуда я кликну?

Нет и любимого больше». Бог посрамляет вдовицу:

«Ведаю, жено, что после пять мужей твоих ложных

Было, один за другим они шли тогда непрестанно!

Ныне и к новому ходишь, и он тебе незаконный,85

В этом ты не солга́ла!» И изумлённая этим

Самарянка ничтожная тихо Ему отвечала:

«Ты, Господин, поняла я, из Боговещих пророков…

Предки наши, поднявшись на эти отроги когда-то,

Выю свою преклонили у туком обильного камня, 90

Бога умилостивляя благодатною жертвой.

Подходящую местность иную на склоне Солима

Вы зовёте заботой окружённою Божьей,

У алтаря Богозданного Богу там подобает

Во свидетельство только молитвенного обряда 95

Выю низко склонять». Ответствовал ей Владыка:

«Вне́мли Мне, самарянка, истинному реченью,

Срок подходит уже и жизни глашатая новой,

Проводника благочестья, моленье не в тайне мистерий

У алтаря Богопетого горного склона свершите, 100

Не у лесистых ущелий высоких отрогов Солима

Возлиянием крови за рог ухваченной жертвы;

Кланяясь, упирая колена в мольбе перед камнем;

Установленьем неверным непостоянного сердца,

Коего духом не знали, вы чтите лишь только по слуху 105

Созданное подобье образа истинной речи:

Алтари обхватив благодатные, требы мы правим

В тайном обряде, и знаем, что празднуем в слове мы точно,

Бога самоявле́нного чтим мы речью разумной,

Час обрядный подходит, свершаемый в действах премудрых; 110

Ныне приблизился он, когда истинно верные слуги

Долу хребет склоняют в смиренной молитве совместной,

Выю кротко направив главы, опущенной долу,

В духе и в истине все, — того от слуг Своих хочет

Бог высокопрестольный, Они же пред Ним совокупно 115

В твердь земную холма колена пылко уставив,

Во свидетельстве истинном гласа и в духе священном

Обративши к земному праху свой лик при молитве;

Бог же — истинный Дух, потому подобает и людям

В бурном стремлении слить воедино истину с духом, 120

Бога Отца почитая всевечного миропорядка».

Рек, и Ему самаря́нка робкая молвила веще,

Называя Христом, что Спаситель миропорядка,

Говорила, грядет, молила быть Его рядом:

«О Господине!» рекла. «От законоучителей слышим: 125

Божий Мессия грядет, о Ком все земные народы

Как о Христе судили, когда же Оный приидет,

Нас, не знающих, робких, истинному научит!»

Молвила — истинной речью Христос ответствовал тут же,

Перст кричащий к безгласному лику приблизив: 130

«Тот Христос пред тобою, ты видишь вблизи очесами

Собственными Меня, ты слухом Мне ныне внимаешь,

Я — Христос, Я пришёл, и второго не явится боле!» 133

…………………………………………………………..

…………………………………………………………..

…но не сказал Ему Пётр, хоть и дерзким слыл — ни единый 134

Не осмелился молвить: «Что ищешь? О чём же Ты с нею 135

Разговорился?» Она же, сразу заторопившись,

Водоносный сосуд напитав у истока святого,

В город стопы уж направила, жителям всем рассказала:

«Зрите, люди, Пророка, Богодостойного мужа,

Он мне всё, что свершила, открыл воистину; ныне 140

Сын Давида Он будто знатного именитый!»

Весть услыхав, самаря́не бросились единодушно,

Устремляясь по быстрой дороге стопами своими,

Направляясь из града к устью святого истока,

В исступленье ума от речи, душу увлёкшей. 145

Там оказались сразу, лишь стены успели покинуть,

Зашумевшие, словно тучи иль волны, народы,

Вкруг Христа затеснились, и ученики взговорили:

«О Равви́, о, отведай!» И плавно своей помавая

Дланию неговорящей в красноречивом безмолвье 150

Недолговечную яству Он, возгласивши, отвергнул:

«Яству иную несу, животворную, коей ещё вы

Не вкушали». Друг другу ученики взговорили:

«Разве кто-то другой приносил Ему есть из окрестных?»

Отцелюбивый Владыка рек, разумея иное: 155

«Брашно Моё — реченья, питьё — Отцовы деянья,

Брашно Моё — изволенье Родителя, что неизменно,

Мне исполнить дано, свершая Божие дело!

Разве не это вы все единой глаголите речью, —

Ведающие часы, — ещё осталась ведь только 160

Месяцев четырёх стезя, идущая бурно

К жатве прекрасноплодной. Ко всем теперь обращаюсь:

К граду напротив лежащему взоры очес устремите, —

Вострепетали градов вокруг уж белёсые класы,

Благословенной желают жатвы смертной на поле, 165

Колос уже налился разумный, а Муж уже некий

Уст касаньем, не рук, воздымает серп говорливый,

Благоговейно добычу с нив окрестных срезает.

Плату имеет подённую, в Боге Живом сохраняя

Не скудеющий плод во времени преразумный, 170

Дабы и тот, кто сеет, и тот, кто сбирает святую

Жатву, — равно́ веселились, Отцу дав сбора начатки,

В благочестии чтя и жнеца, и пахаря вместе.

Истинной речь была, и ради неё муж и пашет,

Ради неё сев тучный по бо́роздам рассевая, 175

Жнёт же ниву другой венчанный венком земледелец;

Ведь земледельцы иные страждут, в полях надрываясь,

Дожидаясь плодов, а Я же вас, неутомимых,

Шлю на работу инакую отстрадавшего люда,

Жать устами своими жатв уготовленных нивы, 180

Плод полевой, не посеяв, борозды не орошая».

Многие жители так, легковерный люд и заблудший,

В верованье укрепились на нерушимых основах,

Внемля свидетельству той, что воскресла для жизни, реченьям

Веря её, что всё ей поведал пророк, что свершила. 185

Приходили к Нему равноумные самаряне,

Умоляли Христа реченьем любопочтенным

С ними остаться. От кладезя ближнего после Владыка

Быстро направился в город, по ровной дороге ступая.

Там Господин оставался, пока одна за другою 190

Быстрым смерчем тотчас двойная заря промелькнула.

После двойного дня Владыка резвой стопою

Накрепко в преданный слух стремясь вложить Свои речи,

Вышел оттуда снова, когда они устрашились,

В край устремившись вновь галилеян христолюбивых, 195

По одному не ступал лишь ревнивому отчему краю,

Быв извещённым о нравах Его сородников близких.

Молвив свидетельство верное в речи, что у пророка

Чести не может и быть в отечестве именитой.

Но когда Иисус пришёл в сторону́ галилеян, 200

Там Его, Кто вернулся столь скоро вновь в этот город,

Принимала толпа галилеян Боголюбивых,

Праздник справлявших тогда в пределах Иерусалима;

Он воочию видел: в праздничном шествии вышли

Матери благочестья, святые справляя обряды, 205

Ибо в сей день священный в город и сами явились.

Иисус же туда не пошёл, но там поселился,

На кананейской равнине, где прежде в винные струи

Превращал Он кристальную снеговидную воду.

Жил там войска начальник, муж на царской на службе, 210

Сын его в Кафарнау́ме, града прибрежного в доме,

Обессилев, лежал, пребывая как будто в оковах.

Чадолюбивый отец столь же сильно бичуем горячкой

Был, даже больше, чем отпрыск его. И молвою гонимый, 214

………………………………………………………

Он возвращается в край галилеян веслолюбивых, 214а

В кананейские стены входит, молит Христа́ он, 215

С ним отправившись, сына спасти во граде соседнем,

Вниз спустившись пешком ко близлежащей твердыне.

Стал Владыка его порицать негодующим словом:

«Коли б вы не слыхали о гласа дивах различных,

Моего, — не поверили б!» И заливаясь горючей 220

Зыбию слезной, муж, весь вымокнув сразу, промолвил:

«О, к кананейским пределам спеши, Владыка, возвыси

Глас Твой, чтоб тот, кто сейчас нуждается в Нём, не скончался!»

Подбодряет глаголом его жизнедарным Водящий:

«Встань, и найдёшь тотча́с ты сына живым, невредимым, 225

Чадо любимое. После, сразу за трапезой нашей,

Возвеселися за пиром совместным с сыном, счастливец!»

Рек Владыка — и вмиг сей муж реченью поверил,

Что Иисус измолвил, и удалился с надеждой.

Там его повстречали на этой дороге далёкой 230

Слуги, от радости гордые, только не вёл он беседы

И с рабынями в радости, ибо тотчас же увидел

Сына живого и в здравье, признал в премудром молчанье.

Тут все единодушно промолвили сладостным словом:

«Чадолюбивец, жив твой сын, ветроногий сопутник, 235

Более здрав он, чем прежде!» Возвеселившись, тот молвил

Всем своим верным рабыням о зло отвращающем часе,

В миг единый жизнь счастливую обретая.

Все же слуги его возглашали единодушно:

«Сын твой избавлен от бо́лести во вчерашнюю ме́ту 240

Часа седьмого, как время жизнеспасенья явилось».

Сам собой тот проведал про миг, врачующий болесть,

Ибо Владыка священный рек гласом жизнедающим:

«Встань и иди к своим домам, где сын твой здрав пребывает!»

С чистой душою тот показал непреклонную веру, 245

Вовлекая домашних в чистого свет благочестья,

Ра́вно и сам он и всех там свидетельским собственным словом

Веры свёл воедино такой уздой неразрывной;

Это же и вдруго́рядь, вновь гласом жизнедающим,

Где кананейский край, в благобашенной Галилее, 250

Диво творил Иисус, отправляясь из Иудеи

В чадоблистающий град галилеян буйнокудрявых

После первого чуда на свадьбе винолюбивой,

Воду винной струёю содеяв багряного тока. 254



ПЕСНЬ ПЯТАЯ


Иисус устремился туда, где к небу вздымался 1

Дом снежнобелый, блистая сиянием пестроцветным.

Было ж там благозданных на выгоне влагообильном

Пять проходов под многоколонной террасообразной

Кровлей, опоясанной выгнутым куполом камня 5

Тесаного, над купальнею, в кою любой заболевший

Прыгал по собственной воле, завидя взбурлившую воду,

Ибо в зыбях сей купели всё тело преображалось,

А тепло изгоняло грязь размягченной болезни,

Ведал болезный: целящая влага целителя лучше! 10

Был там и некий болящий у соседнего тока,

Целых восемь он лет терзался и трижды по десять,

Мучимый грозной напастью в теченье времён круговратных;

Тут-то его увидел (лежащего с мукой привычной)

Иисус, обратил на него вниманье, на ложе 15

Вечно лежащем в болезни тяжкой, с ногами сухими.

Молвил ему Владыка, излив милосердное слово:

«Стать не желаешь ли вновь здоровым?» Слабея от боли,

Из болезной груди дыханье едва испуская,

Тот еле слышно ответил медленнодвижимой речью: 20

«О Господине, хожалого нежнолюбивого жажду,

Не появляется вестник, кто б возмущенные токи,

Исступленных зыбей завидя водовороты,

В сей водоём святой меня легко опустил бы!

Только стремлю я стопы, что су́хи и неподвижны, 25

Как кто-нибудь тотча́с, кто быстрее меня и моложе,

Упреждает из смертных, тот, кто резвее — и сходит

В пену взды́бленную зыбе́й взбурлившей купели!»

Ободряет Владыка гласом его жизнедарным:

«Встань, и ложе возьми, и ступай, о путник подвижный!» 30

Тут болящий воспрял: оперевшись о почву стопами,

Укрепился, лежанку за плечо перебросил,

Бросился в дом всеприимный стопой, непривычной к движенью,

Неутомимым плечом тяжёлое ложе подъявши.

Это случилось в субботу. Во благокаменном храме 35

Видели Мужа, кого от долгой муки Владыка

Исцелил, быстродейный, болезнь изгоняющим словом.

Спрашивали, кто поднял его властительным гласом,

С ложем восставшего, дабы он в путь мог снова пуститься.

Рек он в ответ послушной и мудрой душою завистным: 40

«Павшего замертво, к жизни от муки меня возвратил он,

Он повелел мне восстать, отправиться снова в дорогу!»

Только люд иудеев упрямый спрашивал снова:

«Кто он, тебе приказавший неустрашимою речью

„Встань от ложа, иди, за плечо забросив лежанку?“» 45

Тот же вовсе не ведал врача своей же болезни.

Тут, увидев, как в храмину каменную он входит,

Напоминая о прежнем грехе, задержавши больного,

Молвил ему Христос реченьем учительным снова:

«Прежде болящий, ты исцелён, смотри же, вдруго́рядь 50

Уж не греши, ибо нет ничего ужасней болезни».

Дерзкий же вестник и глупый, снова явившись к евреям,

Злобноревнивому люду везде говорил без утайки:

«Только по собственной воле целенье божественным гласом

Иисус совершил и странствовать дал мне возможность 55

С бременем непривычным болезненосного ложа».

Из-за него и евреи ярые с сердцем безумным

На Иисуса гоненья воздвигли у храма святого,

Что до конца субботы стремился это содеять

Он один, невзирая на то, что в день этот смертным 60

Следует воздержаться от всякой земной заботы. 61

………………Негодуя, 62

Рек Иисус, излив в речении возмущенье:

«Действен был Мой Родитель, таков Его способ деянья!

Я же — Дитя Его, так же, как Он, помышляю и дею!»

Из-за того и евреи искали погибели хитрой, 65

Как бы Христа убить, потому что желал Он не только

Благочестивый закон недеянья дневного нарушить,

Но потому, что в теченье праздничного и святого

Дня называл Он Родителем собственным Бога, считая,

Что и Владыки небесного Сам Он дар по обету. 70

Так Иисус промолвил, чему свидетель да будет:

«Собственной волею Сын ничего не творит в этом мире,

Коль не увидит, что это Родитель Собственный деет,

Ибо, сколько ни есть, лишь Родитель вершит все деянья.

То же, Отцу подражая, и Сын Его совершает. 75

Сына любит Отец, и, что бы Тот ни содеял,

Милому Отпрыску явит, на лучшее после укажет,

Дабы дивилися вы ещё свершеньям и бо́льшим.

Призывает Отец после гибели к воскрешенью,

Делая полными жизни тела бездвижные смертных. 80

Так же, когда возжелает, и Сын подобное деет,

Всем погибшим добывши для жизни новое тело.

Но никого не судит Отец Мой, ведь Сыну Земному

Дал отдаленное право судить, чтоб смертные люди

Так же, как и Родителя, Сына Его почитали, 85

Прославляли Его, как Отца Небесного славят.

Кто же непостоянен, тот Разуму также Отцову,

Сыну, хвалы не взнесёт, ни Родителю славы с хвалою.

Истинно сбудется, молвлю, истинно и совершенно:

Примет же кто и в ум убеждающее уложенье, 90

Изречения Наши, в Отца всем сердцем поверит,—

Не на грядущий Суд тот придёт, к иному воскреснет

Амвросийному существованью, которое часа

Смертного вовсе не знает — напротив! И вот уж нежданна

Мать новорожденных смертных, пора спасенья от смерти 95

После когда-то приходит, и вот безгласные трупы

Вновь восстают для жизни из безвозвратного дола,

Все они гласу единому, зло отвратившему, внемлют,

Сына возлюбленного Отца жизненосного гласу.

Так же как и Родитель обходит миропорядка 100

Общую матерь-жизнь, от которой и дышат живые,

Так всемогущему Сыну Он дал и заботу о жизни,

Также и высоковластную славу, и почесть святую

Всё судить, что захочет, по праведному уложенью,

Коль жизненосный Сын Человеческий вами почтится; 105

Так что не удивляйтесь, пророчество коли святое

Молвлю вам о грядущем: „Час последний приходит,

Ныне свершился он, ведь мертвые, вместе собравшись,

Внемлют из мест безвозвратных, гробов, пристанища жизни,

Отзвука гласа ждут божественного Иисуса, 110

Отовсюду стекаются, следуя друг за другом.

Снова они ступают на первозданную землю:

Те, кто упорно трудился, ревнуя в вере безгрешной,—

В воскресение жизни бессмертной, а кто сомневался,

В помраченье безумья идя по жизни греховной, — 115

В воскресенье Суда грядущего. Но ведь не смог бы

Я ничего совершить без Отца Небесного воли,

Собственным только судом и желаньем не стану Я деять;

С волей Отцовой лишь только безгрешен Мой суд, ведь великой

Чести Себе не ищу, но славы Родителю только; 120

Не восхваляю Себя, а если только и молвлю

Слово в Своё оправданье, пусть слышащий не поверит!

Нет, не истинны речи Мои, лишь только Я молвлю

Слово в Своё оправданье, но коль тотча́с обо Мне же

Станет свидетельствовать посторонний, — правдиво, Я знаю, 125

Истинно и достоверно слово его; посылайте ж

За Иоанном честны́м, чреватым пророческим гласом,

Чтобы горного путника порасспросить, своих верных

Тайновидцев, а им он, Богоподобный, ответит

Истины речью честно́й, неразрывно связанной с правдой, 130

Вечно неложный свидетель. Да, только от уст человека

Смертного Я не приемлю свидетельств, и это Я молвлю,

Все эти речи лишь только евреям, дабы познали

Слово Моё они все, — ведь этим только спасу их.

Оный муж, Иоанн, испускающий мудрости искры, 135

Благочестия светоч истинный, явленный людям.

Вы же в течение лишь одного вихребыстрого мига

В правде свидетельств тотча́с омоетесь, данных тем мужем,

Гордые тем, что вы в водах блистающего сиянья,

В Божиих водах; но боле Иоанновой речи 140

Правды ныне имею и провозвестительной молви;

Столькие дива, кои по воле Отца Я содеял,

Сами сильны по себе, — безмолвствуя, словно трубою

Провозвещают они обо Мне, звуча непрерывно;

Но не оставил Родитель Меня в безвестном безмолвье, 145

С неба Меня ниспославший, но мудрым, богоречивым

Благодаря устам, Он свидетельство выслал живое,

Запечатленное на скрижали обоесторонней,

Тот, Кем Я послан сюда; но и ныне божественный облик

Отчий не видите вы и не внемлите Божьим реченьям; 150

В слухе внимающем вечно сло́ва Его не храните;

Вы Посланца Отца, Поборника миропорядка,

Божьего Сына сейчас с Отцом Его также отвергли;

Знаков святых ищите свитков богоречивых,

Там одолеть надейтесь круг времени вечнорастущий 155

Неубывающей жизни; но возвещают писанья

Правду одну лишь и речью толковой сие возглашают,

Словно трубою бессмертной; познав же, вы всё не спешите

С помощью знаков звучащих ко Мне усердно стремиться!

Чести от смертных Я не приемлю, ведь ведаю вашу 160

Непримиримость нрава жестокую, вы не храните

К Вседержителю горних высот уваженья с приязнью;

Я же, клича Отцово Имя миропорядку,

К тверди явился, — вы Сына Бога с Отцом не прияли!

Если же кто иной придёт к вам обманноименный, 165

Лживый, на Бога похожий, — лукавого лихоимца

Примете, поражённые, кто-то же только и молвит:

„Праведника изгоняют, лукавого — принимают!“

Как же Меня вам, Сына Бога и Логос, возможно

Чтить, когда вы друг другу славу поёте, не мысля 170

Богу всеродному только искать и славы, и чести?

И не надейтесь, не стану Я обвинителем вашим,

Рот открыв, разглашать пред Отцом всё ваше безумье!

Вас же иной обвинитель в табличках своих порицает,

Первый из всех, — Моисей, законоучитель. И в нём же — 175

Все упованья смиренные; коли его поученья

В неискажённом звучанье храните неколебимо,

То и Мне, уповая, поверите — ведь обо Мне́ он,

Божий муж написал премудрый, — а коль совершенно

Вы не верите в знаки, что Бог послал мирозданью, 180

Как же воспримете вы, не желая и не подчиняясь,

То, что не писано Мною, тому, что от уст лишь исходит?“» 182



ПЕСНЬ ШЕСТАЯ


Молвил — и пересек Он Тибериадские зыби, 1

В лодье многоскамейной противоструйную влагу,

Высадившись на бреге ближнем. А с Ним — Его паства,

Зрящая чудеса свершённые речью обычной,

Тело целя́ болезное исстрадавшихся смертных. 5

Странствуя, Он по земле поднялся пустыни холмистой

К выси высоковершинной горы и там оказался

В учеников окруженье, венцом Его обступивших.

Уж приближался евреев праздник многообрядный,

Что называется Пасха; над благодревною чащей 10

Очи Он воздымает и видит безмерные сонмы

Покрывающие весь путь, ведущий к изножью.

Тут Он к Филиппу тотча́с обращается с ласковой речью:

«Молви, откуда достать многосевного хлеба обилье

Стольким тут человекам?» Мысли Свои сокрывал Он, 15

Простодушного ум пытая расспросом Филиппа.

Сам Он уж ведал, что́ именно намеревался содеять.

Рассердился Филипп, ответил тотча́с изумлённо:

«Люд, что мерою равен неисчислимым песчинкам,

Даже денариями двустами, увы, не насытить, 20

Каждому чтобы досталась хоть бы и малая доля».

Из Боголиких сопутников гласом рек благовестным,

Господин Андрей вещал — как толпы насытить,—

Симона брат, рыболовца в зыбях морских влажнопутных:

«Есть тут отрок один, и пять у него же ячменных 25

Хле́бов да рыбок пара из дальнопутной пучины,

Жареных рыбок, но в этом случае что же нам делать,

Как поделить такое меж паствой сей многозевной?»

Иисус повелел сопутникам, к делу готовым:

«Пусть на земле для пира ряды этих толп разместятся!» 30

Там же имелся обширный луг. И рой непомерный

Весь на травы возлёг для трапезы этой совместной.

Было пять тысяч их числом, людей многоликих,

Принявшихся за еду, и каждый тесно с соседом

Соприкасался, рядами лежали за благокронным 35

Ложем обширным. И пять взяв малых хле́бов ячменных,

Вечноживому Христос Отцу воздал благодарность,

Брашно во длани плетенье взял, круглоноготным пальцем

Разломив, раздал: всем в яству также достались

Рыбки па́рные, сколько желали. Ка́к только паства 40

Глад утолила свой от трапезы многошумливой,

Ученикам Иисус усердным повелевает:

«Быстро, порывом одним, сверите то, что от яствы

Тут остатком лежит от столь обильного пира,

Дабы ничто не пропало». То тот, то другой непрестанно 45

Рой провозвестный другов мыкался, собирая

В груду огромную то, что осталось на пире от хле́бов,

Полною горстью нося; и на травах зелёных искали

Ученики, подбирая, разбросанные остатки,

Кои остались там от пяти лишь хле́бов ячменных. 50

Насобирали они, завернув в просторные полы,

Всё смешав воедино, корзин двенадцать округлых.

Многие, чудо увидев, вскричали и поразились,

Чудо, Христом сотворенное — всех гостей насыщенье,

Славя неубывающую сию гоститву из хле́бов. 55

Оный же, Коему честь воздавали, Пророк безобманный,

Речь о Коем, что Сродник Он Кормчего вечного мира.

Ведал Владыка в душе о вещем предостереженье,

Знал, что придёт в это место сонм вопиющих народов,

Дабы, Его похитив, восставить насильно на царство. 60

В горный Он лес удалился, на пустынные скалы.

Вихрь теневидный уже надвигался близкого мрака;

Ученики пустились в путь к супротивному брегу,

В вольнобегущий струг устремились, в повозку морскую,

Там переправу свершили на берег противоположный. 65

В город Кафарнау́м приплыли. Здесь же недавно

Целую землю сокрыл уж сумрак чернопокровный,

Обхватил он собою хитон пестротканый, что звездным

Весь струился сияньем. К ученикам ожидавшим

Иисус не пришёл. Поднялся ветр непогодный, 70

Во́ды до облаков как будто взметались стеною,

Длинными вёслами влагу морскую гребцы бороздили,

Двигаясь против ветра. Двадцать пять или тридцать

Стадий морских проре́зали, бурные воды минуя,

Как Христа вдруг признали, идущего прямо по во́лнам, — 75

След не тянулся за Ним, за Путником быстрым, по морю!

Вскрикнули все, испугавшись. К ученикам поражённым

Взговорил Иисус: «И страх, и испуг свой оставьте,

Быстроколенный Христос перед вами, идущий по водам!»

Взять восхотели они на лодью Его, среди моря 80

Шествующего, но тут от Его боговетренной длани

Словно крылатая мысль, дуновенья быстрее, без вёсел,

Сам по себе корабль в далёкие гавани прибыл.

Только когда над хребтами ближней Тибериады

Утренняя заря разогнала густеющий сумрак, 85

Люди от противлежащего благопесчаного взморья

Стоя вдали наблюдали, что на заливе священном,

У берегов, зыбями залитых, бичуемых пеной,

Не было лодий иных, привязанных крепко друг к другу,

Кроме единого струга ветроплывущего, даже 90

Самого Иисуса мореходящего в лодье

С Божьими другами не было, в лодке только одни лишь

Ученики ко брегам причалили супротивным.

Люди же в лодьях других от мысов тибериадских

Устремились по морю и к краю пристали, где прежде 95

На густотравном склоне неисчислимая паства

Хлеб священный вкушала, какой амвросийною дланью

Преломлял Христос по Отца всемогущего воле.

Но ни Владыки Христа не найдя жизнедарного, или

Учеников, на лодьях в путь пустились обратный, 100

Влагу морскую взбивая пенновласым кормилом;

Прибыв в Кафарнау́м, они нашли Его тут же:

Был Он на сем берегу немолчношумящего понта.

Окружили Христа они, сладостно изрекая:

«О Владыка, Равви́, откуда Ты?» Но удивлённый 105

Трапезой, помнящий только о даровом угощенье,

Люд порицал Он, желая отвлечь от яствы ничтожной

Грешных, ждущих лишь пищи обильной. Рек Иисус им:

«Алчете вы — и чего, Мне ведомо! Но не болезни

Исцеляющие чудеса, что от речи обычной, 110

Вы созерцали, только желанье вкусить от священных

Хле́бов, посланных Богом, желанье насытиться снова

Яствою неисчислимой от Моего пированья!

Бросьте на ветер и мысли о снеди недолговечной,

Быстро гибнущей в мире, а лучше вкусите на пире, 115

Пребывающем вечно, от трапезы многообильной.

Сын её жизненосный Единый дал человеку,

Ибо Отец Мой, Бог, послал Его». Тут же вопросы

Люд иудейский во множестве стал задавать любопытный:

«Молви, что деять, чтоб, следуя Богоприятным законам 120

Богово дело вершить?» Ответствовал тут же Владыка:

«Только принять Того, кто явился с истинной верой,

Ибо Он послан Тем». А паства опять вопияла:

«Нам, желающим страстно, какое знамение явишь,

Дабы поверили мы, узрев богоданное дело? 125

То же чудо, что прежде являл и показывал? Предки

Наши нетленную неба яству в пустынных утёсах,

Преименитую манну небесную ели в пустыне,

Как писания слово гласит; пред бесчисленным сонмом

С неба хлеб появился, прещедрое угощенье». 130

Увещевал Иисус, сей гордый люд укоряя:

«Не Моисей явился в скалах бесплодных, пустынных,

Хлеб даровать вам небесный, вкус коего мёду подобен,

То был Отец Мой тогда, и всем вам являет Он ныне

Хлеб от неба, лучший всего и мудрейший! 135

Этот Хлеб пребывает, Он с высей небесных спустился,

Жизнь творит именитую, дарит миропорядку!»

Тут Ему отвечает весь сонм мужей иудейских:

«О Господин всей жизни, сей хлеб, о чём утверждаешь,

Истинно хлеб небесный, данный нам в насыщенье!»140

Богоречивое тут Иисус отверзнул подбрадье,

И полилися от уст Его милостью полные речи:

«Жизни Хлеб Я нетленный, не знает жгучего глада

Тот из смертных мужей земных, кто ко мне припадает;

Всякий, в ком возрастает в Нас непреклонная вера, 145

Жаждать не будет века́, пока в извивах изгибных

Широкобрадый айо́н беспредельную ось обвивает.

Я говорил: чудеса от Моих речений вы зрели

Собственными очами, Отцу вы не верите всё же.

Передо Мною смертный, Отцом Мне данный, склонится, 150

Бога движимый волей единой и Сам Я, конечно,

Вновь поверивших Я никогда не стану гонитель,

Но приму благодатно, ибо не Собственной волей

С горних высот снизошёл, то Отца Моего лишь желанье!

Всемогущего Предка это единая воля: 155

Пусть ничто из того не погибнет, что дал Мне Родитель,

Но восстанет от мрака пропасти тёмной, бездонной

Вновь из мертвых, когда к нам день приидет последний.

Знак такой заповедан Мне Родителем светлым.

Всякий, кто у́зрит Меня своим взором добротолюбым, 160

В вечно длящийся круг тот внидет жизни грядущей,

Будет он призван Мною к воскресению в свете, 162

……………………………………………………………………….

Слава когда воссияет зари последней и поздней. 163

Плоть Моя только и есть сей жизни истая яства,

Кровь Моя — питие настоящее; смертный, который 165

Плоти Моей отведал и Крови в едином обряде,—

Муж сей пребудет со Мной, а Я ему уподоблюсь

Сам. Незыблемый Дом — возводящий и возводимый!

Так как вечно Живущий послал Меня миру в подмогу,

Знамением и живу Отца всемогущего только 170

Сам Я, а смертный, живущий со Мною таким же законом,

Плотью пирует Моею и жизнь от Меня принимет —

Вот что Хлебом слывёт нетленной и истинной жизни, —

Вовсе не тот, что в пустыне бесплодной с порослью дикой

Сладостный хлеб, что пращурами отведан когда-то, 175

Умершими в песках на пути сквозь камни и скалы;

Муж земной, коль хлеба истинного отведал,

Жизнь позна́ет, что длится, пока айо́н беспредельный

Длинной и мощной брадою седою своей помавает!»

Так Он в Кафарнауме рек им глубокозданном, 180

Поучая внутри благокаменного строенья.

Многие ученики внимали, но глупость им разум

Отняла, возопили они, язвимые злобой:

«Слово сурово Его, Им молвленное, и кто может

Выслушать таковые реченья?» Изнутри зная, 185

Ведая, что про себя сопутников люд сей бормочет

Втайне, скрывая украдкой неистовые наветы,

С речью Христос ко виновным ученикам обратился:

«Слово такое терзает безверие вашего сердца,

Ежели уз́рите Спо́лох вместе с Отцом засверкавший, 190

С горних высей пришедший, восходящий к престолам

Снова, как Сын Человека, что скажете, это изведав?

Дух жизнедарный сильнее. Ведь иноплеменное тело,

Смертное и земное, пользы вовек не имеет;

Божие слов струенье Наших, какие реку́ Я — 195

Вот что и жизнь, и дух, и истинное возвещенье!

Только ведь есть, кто не верит в неистовстве неразумном!»

Ведал Он также о тех, кто по ложному разуменью

Веру свою пускает блуждать по буйному ветру,

Знал и о том, кто желал предать Его иудеям, 200

Сребролюбья стрекалом болезненным в ум поражённый.

И промолвил Владыка: «Ведь Я говорил вам и прежде —

Нет никого из смертных, кто шёл бы со Мной добровольно,

Если б Он не был только Богом нашим возлюблен,

Если б благого Родителя Он не приял подношенья». 205

Из-за этого те, кто следом шёл неуклонно,

Отошли, отступивши стани́цей соратников дальних,

И, как случалось и раньше, следовать не пожелали

За Христом, пременившись в мыслях. Но Господин наш,

Сонм безумный сопутников непостоянных завидя, 210

Вновь заблудшую паству, не знающую дороги,

Ученикам Он молвил двенадцати, верным из верных:

«Разве и вы стремитесь идти с другими, хоть сами

Преданы Мне? Иль подобны другам вы лицемерным?»

Симон, прозванный Петр, Ему восстенавши ответил: 215

«Так куда же? Кто лучше? С уст Твоих ниспадая,

Токи речений медовых о жизни всевечной струятся.

Как мы знаем давно из прежних свитков немолчных,

Без ошибок, одним наставленьем единоразумным,

Ты — Всесвятой, лишь единый, от Бога!» И сладкоречивый 220

В слове ответном Владыка Петру вернейшему, молвил:

«Весь ваш разум и чувства изведав, из многих и многих

Разве Я вас не избрал? Но один из вас ненадёжен,

Враг он, средь учеников находящийся тут и поныне,

Новый диавол, иной, запомнят его и потомки!» 225

Молвил, имея в виду сотрапезника Искариота,

Си́мона горемычного отпрыска злого, Иуду.

Он же Его и предаст уносящей из жизни судьбине,

В сети попав мздоимства неистового безумья,

Он, один из двенадцати. 230



ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ


После отдохновенья, 1

Злоотвращающими плесницами наш Владетель

Край прошёл Галилеи, у моря простёртую землю.

Он пути не желал по полям иудеев священным,

Ибо стремились они сгубить Его злобным коварством, 5

Были б рады сыны Иудеи жертвенной смерти.

Близился праздник тогда годичный всеобщий в честь Бога,

Названный «поставле́ние кущей». Иосифа дети,

Четверо мнимых братьев, родственников по семейству,

Ко Христу подошли и все возгласили едино: 10

«Уходи-ка отсюда, пока ещё праздник проходит,

К землям иди Иудеи сопредельным быстрее,

Пусть Твои ученики свой разум неверный и зыбкий

В прежней вере Твоей обретут в ближайшее время,

Видя Твои чудеса, свершённые речью премудрой, 15

Втайне никто из смертных заветного не затевает

Де́ла, что видеть не до́лжно, в тёмном мраке безмолвья,

Мужественный человек всё деет открыто. А коли

Деешь разные дива — пусть мир и свидетелем будет!»

Так говорили без пользы, не веря, как и другие, 20

Хоть и родственники Христа всемогущего были,

Отрицали Его и они, заблудшие духом.

Молвил родственникам Владыка реченьем ответным:

«Время Моё не настало, ещё не пора Мне, а ваше—

Перед вами всегда и повсюду, и миропорядок 25

Этот не может злобный в буре привычной безумья

Вас ненавидеть, Меня же он ненавидит и гонит

Неумолимо, ведь Я во свидетельстве гласа едином

Мир, чреватый грехом повседневным, всегда обличаю,

Ибо дела его — против священных установлений, 30

Может он праздник этот справлять и яркий, и шумный,

Я ж „поставление кущей“, недавно столь чтимое людом,

Не посещу во священный срок. Ещё не свершился

Времени бег Моего». И как сули́лся Он раньше,

В чистый ушёл чертог галилеян буйнокудрявых. 35

Только сродники в храм вошли, как Сам Он тотчас же

След боговидный направил на праздник с пляской искусной.

Следом за Ним устремились, желая найти, иудеи:

«Где он? Куда пошёл?» — так, у ропщущего народа

Тысячи раз вопрошали, немолчных уст не смыкая. 40

Многие прославляли богобоязненным гласом

Мудрость Его, говорили о многих чудесных деяньях,

Прочие, единоустные, спорили с утвержденьем:

«Нет в нём истинной мудрости и реченьем обманным

С толку он только сбивает весь народ деревенский!» 45

Так они между собою болтали. Только открыто

Ни один не посмел без страха, гласом отважным

Истину вкрадчиво молвить, уста свободно раскрывши…

Иудеев боялись. Когда уже серединной

Ме́ты достигло давно это празднество, полное тайны, 50

Сам Христос появился. Во благокаменном храме

Толпам собравшихся здесь Своё объяснил Он ученье.

И изумлялись Ему иудеев учёные сонмы,

Так говорили друг с другом, друг другу передавая:

«Кто этот выскочка? Он как по писаному вещает! 55

Грамоте учен где и как искушённый сей неуч?

Буквы он ка́к — неучёный! — проведал?» И вопрошавшим

Так изрекал устами божественными Владыка:

«Многоучёность Моя не от школы, а токмо от Бога,

Бога, Меня в этот мир пославшего; кто пожелает — 60

Сведает дар наставленья Нашего, благо ли это

Горнее только от Бога, иль Сам Я это открою

Только в тайных беседах по Собственному разуменью.

Всякий смертный, кто скажет о собственной славе великой,

Сообразуясь с умом лишь своим, о себе лишь расскажет; 65

Смертный такой стремится себя лишь прославить, кто ж деет

Посланный Волею Бога, тот ведь в невинности чистой

Истинной тропкой ступает, и нет в нём греха никакого!»

Так им Владыка в ответ говорил: «Разве в древности давней

Кары не дал Моисей для всякого мужеубийцы? 70

Ветры куда унесли закон высочайшего Бога?

Не исполняется свод законный, Меня только все́ вы

Ищете жизни лишить, верша деяние втайне!»

Паства тогда отвечала: «Бесы жалят уж разум

Твой, преследуя душу, — кто ж тебе смерти желает?» 75

Иисус взговорил о законе премудром: «Ведь люди

У священной и тайной срамно́й поверхности плоти

Самый крайний покров отсекают кругообразно.

Я же одно деянье содеял, и за благое

Дело Меня, изумясь, вы браните, но не Моисея ль 80

Заповедью дано отсечение плоти железом

(Хоть и не Моисей даровал эту почесть, а предки

Ваши сие запове́дали), правде согласно честнейшей:

Как только свет приходит седьмой зари повседневной,

Плоть иссекаете вы младенца родильным железом — 85

Заповедь Моисея однако сие разрешает!

Муж обрезанье святое приемлет привычною медью,

Тяжко гневитесь вы на Меня и шлёте угрозы,

Коль изнурённому долгой болезнью, гниющему вживе

Мужу здравье послал Я в субботу речью поборной, 90

Исцелив его, хоть и не остросекущим железом!

Так не судите согласно воззренью смертного мужа,

Правьте по правде суд, клянитесь истинным словом;

Следует праведный суд предпочесть временно́му обличью».

Некоторые из града рекли святого, Солима: 95

«Вправду ли он тот самый, за кем устремилися града

Жители, дабы предать дробящему сразу железу?

Видите, снова речет он как прежде пред внемлющей паствой

Всею открыто, уже никого он теперь не страшится!

Разве не внемлют реченью смертных богоязыких 100

Градоначальники так же, как и сограждане наши —

Ведь его называют „христос“; и Христос вам, Владыка,

Явлен, только никто не ведает, кто он, откуда…»

Так возглашал Иисус в святилище среброзарном:

«Вам известны Мои красноречие и учёность, 105

Даже откуда Я — известно, хоть вы и молчите.

Только явился сюда Я к вам не по Собственной воле —

Истинный Мой Отец ниспослал Меня с высей небесных… 108

……………………………………………………………

Больше того, Мне Он — ведом, ведь ныне только по воле 109

Бога Сам Я пришёл, а Тот послал Меня первым». 110

Были и те, кто во гневе, со сжатыми кулаками

Кинулись на Иисуса, никто не осмелился только

Рук для расправы грозной в ход пустить, потому что

Бога Отца изволеньем час кровавый не пробил.

Но из собравшейся паствы поверило много народу, 115

Иисуса одобрив словом единодушным:

«Люда Вожатай, Христос, не он ли, откуда б он ни был,

Смело труды вершащий, деющий дивные дива

Злоотвращающей речью?» Но паствы многоязыкой,

Бормоча недовольно, гневному, глупому гласу 120

Вняла безверная чернь погрязших в грехах фарисеев,

С ненавистью пославших к жрецам, чтоб Христа захватили

Неуловимого дланью жестокой они беспощадной.

Им взговорил Владыка одним бесстрашным реченьем,

Свой добровольно избра́нный смертный час предрекая: 125

«Малый срок среди вас побыть Мне тут и осталось,

Скоро к Отцу вознесусь, к Меня пославшему Предку,

Вы все жестоко Меня притесняете, но и беснуясь

Никогда не найдёте и нет у вас силы на это,

След Мой на тропах найти, по коим Я странствовать стану». 130

Тут, столпившися, паства увещевала друг друга:

«Так по какой же он должен дороге вскоре податься?

Не поспешит ли он обойти городки по соседству,

Где обитают евреи средь эллинов, чтоб проповедать

Собственное ученье мудрое и средь греков? 135

Что же это за слово, сказанное им пастве?»

«Будете после Меня вы искать, дабы снова увидеть,

Только вовек не найдёте то место, куда Я отправлюсь,

Вам недоступен путь (хоть и страждете), коим иду Я».

Вот последний подходит день празднеств с пляской совместной — 140

Встал Владыка Христос у кущ благокаменных храма,

Речью, влекущей народы, так возгласил Он евреям:

«Кто душегубную жажду имеет, ко Мне да приидет,

Наших ключей да испьёт, сей душеспасительной влаги,

Всякий уверовавший да спасется. И праначальный 145

Бога молвит глагол, что вечно чрез оного чрево

Токи духовные струй живых и самотекущих

Вспрянут божественной влагой вечнорастущей глубокой!»

Молвил Он, предрекая сиянье грядущее люду

Духа, от Коего сердцем трепетным проблеск приимет 150

Всякий уверовавший из всех многочисленных смертных.

Но средь земных представлений не укоренился глубо́ко… 152

………………………………………………………..

«… Так Владыка Христос не явился нам у престола!» 153

Многие люди, внимая, такое передавали

Уст вернейшею речью многоязычное эхо: 155

«Сей же, о Коем писанье, и вправду — Пророк и Провидец».

Боле сомненья не ведая, так они восклицали:

«Да, это Он, Христос, Владыка». Иные же словом

Уст законоучительных отворили засовы,

Писанные прорицанья в книге святой поминали: 160

«Разве может прийти из земли галилеян прибрежной

Сей Владыка, Христос? Не рекло ли пророчество Божье,

Что от царственной крови Давида Тот происходит,

Муж Христос, что должен явиться среди иудеев

Из земли, где обитель была песнопевца Давида, 165

Овцепитающего Вифлеема?» И разделилась

Паства, и загорелася распря, там человеки

Недальнозоркие, видно, ума лишены наущеньем

Старцев, старейшин неправых, схватить Иисуса хотели,

Но ни один не настиг Его, ибо пора не настала, 170

Не наступил для Него погибельный час и последний.

Возвратились рабы послушные к первосвященным,

К старцам, устрашены, а те им измолвили слово:

«Что ж вы Его не схватили?» Но молвили преразумно

Неустрашимые стражи страх наводящих велений: 175

«Нет человека, кто равен речением Иисусу!»

Молвила наглая чернь разнузданных фарисеев:

«Не обманулись ли вы заключеньями ложными, или

Знамениями того? О, ведь никто из старейших

Фарисеев, учёных мужей, ему не поверил, 180

Кроме этой заблудшей и предосудительной черни,

Та же, не зная закона, безумствует, алча разбоя»;

В этом собранье тотчас, изливая негодованье,

Никодим появился, сей люд порицая ответно:

«Разве закон иудеев священный жестокосерден, 185

Дабы в суд отправлять, человека не выслушав прежде,

Дабы решение вынес суд, разузнав поподробней

И поступки его и свидетельские показанья?»

И возопило собранье законников фарисеев,

Никодима браня беспорочного: «Сам-то откуда? 190

Из Галилеи ужель? Ты, свиток двойной развернувши,

Посиди-ка, размысли, может ли даже провидец

Из Галилеи явиться учёный да красноречивый?» 193

……………………………………………………….

……………………………………………………….

……………………………………………………….

……………………………………………………….



ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ


Иисус же излился народоспасительным гласом: 1

«Свет Я миропорядка незрячего. Тот, кто из смертных

С верою в сердце за Мною последует, в вихрь теневидный

Мрака не угодит блуждающими стопами,

Но озарится сияньем, сопутник жизни всевечной, 5

Неуклонимого света». Неистово возроптала

Тут толпа иудеев дерзкоязычная, крикнув:

«Сам свидетельствуешь о себе ты речью надменной,

Это свидетельство не годится». Тогда ниспосла́л им

Ливень Он богоструйный речи вечнотекущей: 10

«Если Я славой взрастаю, свидетельствуя о Себе же,

Слово Моё необманно. Так или и́наче, только

Знаю, откуда пришёл и куда теперь направляюсь.

Вы же не ведаете, куда Я иду и откуда,

Видите вы лишь облик смертного человека, 15

По человеческой плоти несведущей су́дите речью —

Я никого не сужу отверзанием уст правоведных.

Коли б Я и судил, изрекая правду прямую,

Праведен бы, беспорочен был Суд Мой, но Я — не бранитель,

Только единый иду Я вслед за Отцом всемогущим,20

С Ним всё соразмеряю. В ваших же уложеньях,

В богоречивой книге премудрой начертано древле:

Двух лишь мужей свидетельство только и правомерно.

Истинным было Моё свидетельство о Себе же,

Собственный Мой Отец возглашает свидетельство это!» 25

И вопрошали тогда иудеи во слове ответном:

«Кто он, отец твой, вспитавший тебя?» А Он им отмолвил:

«Ни обо Мне, ни о Нём вы не знаете в злоумышленье.

Ни о Сыне Его, ни зачем Я Родителем послан.

Если б Меня вы узнали, желая и вправду изведать, 30

Вы бы тотча́с распознали тогда, и кто Наш Родитель!»

Молвил так Господин божественное поученье

Там, у сокровищницы, где народ внимал, куда люди

Многие приносили различного рода даянья.

Там никто не схватил Его, ибо то не было смертным, 35

Богом предопределённым, последним здесь Его часом.

Им взговорил Владыка: «Пойду своей Я стезёю,

Вы же в безумии вашем станете вечно скитаться,

Старость страшную вы познаете и в довершенье

У́зрите, впавши во грех, волоса́ вы на главе седые; 40

Там, где оставлю Я след стопою многоизвивный,

Вам идти не по силам вашей стопою пытливой!»

Дерзкие сонмы евреев, выслушав, возмутились,

Ток изливая безумный с хулительного подбрадья:

«Жаждет он рока кровавого? Выхватив меч свой изострый, 45

Чрево своё пронзить, свершивши самоубийство?»

Иисус произнёс, открыв богословные губы,

Речь Свою изливая, споря с хулящей толпою:

«Вы же явились сюда из самой бездны ущелий,

Родом вы из подземья, а Я— с поднебесья. Исчадья 50

Бед и всяких напастей сего вы ничтожного мира,

В вас лишь земная кровь. Но Я — и во славе безмерной

Гость лишь миропорядка, ведь Предок Мой — не из смертных;

Гость Я миропорядка, и выси — град Мой соотчий.

Сказано вам, что в смертной пребывая судьбине, 55

Вы, обуянны безумьем, в бездну глухую падёте,

Следуя жизни греховной вашей всенепременно,

Коль не узнаете точно, Кто — Я, а Кто — Мой Родитель,

Все вы умрёте, чреваты нечестием». И надменный

Люд иудейский снова подъемлет глас любопытный: 60

«Кто ж ты?» — спросили они. Христос возгласил им: «Об этом

Я изначально беседовал, выступая многажды,

Как судья и ответчик. Поистине кто к воплощенью

Посылал Меня смертному — Сущий, о Нём уже много

Слышали, Им же Я прямо в мир неправедный послан». 65

Только не вняли народы, что Он об Отце им измолвил.

К ним Иисус обратился, Божьи уста разрешивши:

«Только когда вознесёте с непорочным желаньем

Смертного Человека премудрого Сына — поймёте,

Что без Родителя Бога и малого не замышляю, 70

Но, как Мой заповедал Предок, так и вершу Я;

Что всемогущий Родитель во Мне является только,

Что Я не Сам по Себе предназначенное совершаю,

Но, что Родителю мило в вечности круговратной!»

Он проповедал, пред Ним склонялся люд многочинный, 75

В узах теперь неразрывных нерасторгаемой веры.

Иисус взговорил Своё слово новообращённым:

«Вот Вы уверовали и с Нашим водительным словом,

И со Мной — познаёте истинную дорогу,

Радующую Отца. А истина эта при вашей 80

Несомнительной вере вам да́рует освобожденье».

Возопияли евреи во слове единогласно:

«Мы от отца Авраама, богатством текущего мужа,

Кровь наша вечно свободна, и ни перед кем в этом свете

Выи мы не склоняем под плетью в рабстве яремном, 85

Так отчего́ говоришь „умерев, обретёте свободу:

Узрите вы покой беспредельной истинной правды?“»

Иисус изъяснил надменной толпе, порицая:

«Всякий смертный, свершая грех в помраченье рассудка —

Раб греха. И там, под кровлей тою бессмертной, 90

Раб, в круговратном нечестье повинный, вовек не пребудет

Там насельником. Сын жизненосный и беспорочный

В Отчем жилище пребудет, пока ме́ту во времени долгом

Неуловимый в ристалище, вечный айо́н огибает.

Если у вас, избежавших неотвратимости рабства, 95

Сын власы венком, достойным свободных, венчает,

Сбросите вы греха раздранные узы навеки,

Освобождения день вам выпадет непременно.

Род Авраама премудрый, знаю Я это отлично,

Ищете и стремитесь вы жизни лишить Меня тайно, 100

Ибо ещё в ваш разум слово Моё не проникло!»

Возопияли евреи в своём ответном реченье:

«Авраам прародитель — племени нашего пращур!»

Иисус же на это ответил, лия возраженье:

«Коль Авраам ваш предок, всё верно, премудрые чада, 105

Должно всё вам и деять, как Богоугодному предку

Аврааму, что гостя чтил. О род Богоборный!

Рук не пачкаешь ли, замышляя в лукавстве погибель,

Ибо в деяньях подобных ваше родство проявилось!

Авраам не стремился губить человеков невинных, 110

Ненавистного Богу не деял. Вы же стремитесь

Злоумышлении беса к исполненным вечно коварствам!»

Род надменный евреев вновь молвил, заслыша такое:

«Мы происходим отнюдь не от лживого блудного ложа,

Знаем единого Бога, нам Отца — и живого!» 115

Внемлющему народу Христос опять возглаголил:

«Коли б Родичем вашим был Бог, Насельник Небесный,

Вы бы любили Меня, рожденного только от Бога,

Приняли б нерасторжимой любви неразрывные узы;

Я ведь сюда явился — иду Я, посланный Богом — 120

Гласа вы не узнаёте, рекомого волею Бога;

Или вы слышать не в силах глаголы, реченные Мною?

Вы, злополучные дети предка презлобного только,

Беса противоборца… Алчные только желанья

Высокомерного пращура тщитесь вы обустроить! 125

Тот же — мужеубийца всегда, с тех пор, как воздвигнут

Миропорядок этот, истины Богоповинной

Уложению он неподвластен, правдивость и честность

Оному незнакомы. С замыслом хитроразумным

Он завлекает, играя речью обманнолукавой, 130

Своекорыстно болтает — ибо такая природа;

Лжец он, и порождён от лживоречивого предка. 132

……………………………………………………..

Я вам сказал, а в вас Моим же реченьям нет веры — 133

Смертный какой из вас Меня обличит в совершеньи

Сладостного греха? А коли Я правду глаголю, 135

Мудрости вы Моей не вверяетесь! Всякий же мудрый

Саморо́дного Бога имеет в сердце кротчайшем,

Внемлет речениям в небе вечно живущего Бога.

Не утруждаетесь вы пророчеству внять пресвятому,

Младшие отпрыски только Родителя Жизнедавца». 140

Дерзкая паства евреев взбурлила, заслышав такое,

Бранью безумной своей изливая негодованье:

«Судим тебя справедливо, по праведному наущенью.

Разве ты, бог новоявленный, не из Сама́рии изгнан,

Ты, над которым бич бесовского свищет безумья?»145

И взговорил Иисус опять с народом безверным:

«Нет от беса бича у Меня, что лишает рассудка,

Чту Я Бога, Отца Моего, Жизнедавца, во славе

Благосветлой, а вы Мне многим нечестьем грозите,

Яростной речи язвите жалом, рассудок теряя… 150

Чести Себе не ищу. Под горними облаками

Есть и Снискатель Усердный славы Моей, Вечносущий,

Есть и лучший Судитель, истинно и реку́ Я:

Тот, кто приимет от слов, возвещающих Божию волю,

Кто сохранит их и после под сердцем неприкосновенным, 155

Тот не познает погибели горькой, пока пребывает

Вечнобегущий по кругу айо́н». И толпа возопила:

«Да! Мы поистине знаем, летучего демона яри

Ныне тебя погоняет горнеязвящее жало;

Видел смерть Авраам престарелый, даже пророки 160

Были не в силах избегнуть терзаний погибели горькой,

Ты ж изливаешь угрозы дерзким своим пустозвонством,

Смеешь ты говорить, что если кто-то из смертных

Слово твое соблюдет, то погибели не познает!

Лучше разве ты сам Авраама, покорного Богу, 165

Нашего предка, что умер от неуклонной судьбины?

Также и все пророки приняли смертную участь.

Молви, с кем же из предков ты сходен во всех отношеньях?»

Рек Иисус им, отверзнув Богоречивые губы:

«Коли хвалу вознесу и восставлю гордое слово, 170

Восславляя Себя — то речь и содеется втуне.

Мне добывающий славу — Отец Мой (Им Я и послан

В род человеков земных Управителем миропорядка),

Коего вашим неправедным словом зовёте вы Богом. 174

………………………………………………

Знаю Его Я, конечно, и вот что сказать вам желаю: 175

Если б не ведал Его, то Сам же Я перед вами,

Словно бесстыдный лжец, явлюсь не Тем, Кем являюсь:

Только Я знаю Его, и что́ Он свершить ни намерен,

Что́ предназначено Мне, то и Я совершу непременно.

Предок ваш Авраам, божественный прародитель, 180

Радовался, что зрел Моего вожделенный рожденья

День, сие он изведал — и был блажен». Иудеев

Сонмище изумлённое шумно провозгласило:

«За круговратного времени ме́тою, что многократно

Пройдена, нет и пятидесяти годов тебе! Что же, 185

Древнего Авраама ты зрел?» Он тут же ответил:

«Прежде, чем был Авраама род — Я жил!» Обезумев,

Камни хватая ужасные, люд устремился надменный,

Дабы Его забросать, говорящего речи такие,

Камнепадным дождём неровных «дротов» и крепких! 190

Неуловимый Христос пробрался сквозь внутренность храма,

Тихо ступая, бесшумно, сквозь сонмище это пробрался,

И, невидим никем, избегая метальщиков ка́мней,

Опередил их намного. 194



ПЕСНЬ ДЕВЯТАЯ


Вот Он, проходя по дороге, 1

Мужа заметил сидящего, что от роже́ницы лона

В самое время явленья на свет пребывал уж незрячим,

Так по миру и странствовал с ликом, не видящим света,

С зреньем, закрытым для мира, не знаюшим мер, очертаний, 5

Коего не дала природа. Округлого вместо

Ока распухший глаз гнездился чужой и бессветный.

Нет, дитяти такого безглазого в мире предревнем

Жизни возница, предок айо́н, вовеки не деял!

Учеников Иисусовых молвит соратная свита: 10

«Другам Своим, о Равви́, ответь Ты — кто ж провинился?

Бога сей грешник печалил, иль мать с отцом согрешили?

Что же он с самого мига рождения в муках ужасных,

С самых чресел матерних в сумраке слепооком?»

Иисус разъяснил, свидетельствуя по правде: 15

«Нет, не повинны в нечестье ни он, ни отец, и ни матерь,

Выпало горе от Бога, и через это событье

Бога Отца деянье, от зла Защитника, выйдет.

Должно исполнить нам труды высочайшего Бога,

Бога труды Живого, пока ещё эос сияет. 20

Скоро мрачная ночь наступит, когда же приходит

Ночь, то никто из смертных вершить ничего и не может.

Я же всё дею при свете дне́вном — ведь миропорядка

Сумрачного Я — Свет, пока Я путь в нём свершаю!»

Молвил Владыка — в сей миг от божественных и целящих 25

Уст на иссохшую землю изверг белёсую пену,

Рыхлый прах замесил на пене этой, соделав

Из плевка прозренье несущую глину, а после

Глиной лишённого света слепого тотча́с же помазал,

Вылепил око ему, что природа дать не сумела, 30

Вылепил око ему, а на лике его беззрачковом

Двуразворот очес начерта́л Он лба посредине,

Глиной простою да грязью глаза ему вновь сотворил Он,

Из слюны человеков, и молвил пророческим гласом:

«Встань, иди, омой же лик свой, где Силоама 35

Плещутся ближние стру́и в общественных водах купальни,

Водах, что названы прежде тебя, посланника к водам!»

Рек Христос, и слепец отправился, и от истока

Зачерпнувши руками излил воды светоносной —

Влагой проточною моет зеницы закрытые тьмою, 40

Трёт круговидные ямки изваянные так недавно

Глаз — и брызжет свет, что дать не сумела природа,

Он сияние зрит непривычное яркого солнца.

Так он омылся и вышел, всё видя и всё понимая.

Перехожие странники все на него посмотрели, 45

Блеск узрели, идущий от зраков его новозданных;

Заговорили и те, кто рядом, и просто знакомцы:

«Разве он не тот самый слепец из города, странник,

Тот, что с рукою привычно протянутой просит даянья,

Выставив перед всеми путниками десницу?» 50

Прочие возглашали речью такою ответной:

«Нет, то вовсе не он, он только похож на бродягу!»

Но человек им ответил: «Да, это я». И услышав

Это, люд иудейский вскричал в ответ любознатный:

«Как же твои открылись для зренья ясного очи?» 55

Сей же, возлюбленный Богом, евреям спросившим ответил:

«Тот, кто слывёт среди нас Христом, кого все народы

„Иисусом“ зовут, отверз мне зеницы и зренье.

Мудрую пену он с уст низринул и взявши от праха

Глины, с оною влагой сбил её плотно перстами, 60

После, сделав такую смесь, мне он очи помазал

И повелел подойти к Силоама токам бегущим;

Так туда подошёл я и в зло отвращающих водах

Мраком укрытые очи обвёл круго́м этим илом.

Свет я внезапный увидел, а прежде зеницы не зрели!» 65

Возопили евреи бесстыдные речью безумной:

«Где же он, где же сей муж?» Тот ответил словом разумным:

«Я ведь не знаю, где он». И бросились все эти люди,

Взяв и слепца с собой, к иереям, Богу враждебным.

День загорался седьмой Боговидный и недеянный, 70

В оный же смесь содеял и вылепил свет для зеницы

Иисус, отогнав от очес ту тьму ослепленья.

Стал выведывать люд надменствующих фарисеев,

Как же свет сотворился очес, и тот смело ответил:

«Богосвященную глину приладил он к нашим зеницам, 75

Обрисовав глаза; и я у ближнего тока

Вод эту глину омыл и миру внимать стал, и видеть».

Молвили клеветники, завистливые фарисеи:

«Нет, не от Бога он. Позор! Уложений священных —

Мерзкий — он не блюдёт бег седьмой зари недеянной!» 80

Прочие же возроптали единогласно устами:

«Как же возможно сие, чудеса многовидные деять

Смертному, грешному мужу?» В волнующемся народе

Озабоченном вмиг зазвучало противоречье,

Шум да распря случились. Слепому же человеку 85

Так говорили все: «О нём в тебе дума какая?

Что ты в мыслях имеешь? Какого ты держишься мненья?»

Новоявленный смертный незыблемо отвечал им

С верою и дерзновеньем: «Он провидец Богоподобный!»

Не убедилися сонмы ответом мужа правдивым, 90

Что, дескать, был он слепым, что свет открылся зеницам,

Не поверили старцы, пока они не призвали

Вдруг прозревшего мужа родителей, всё уж узнавших,

Их обоих те старцы спрашивали, и с пристрастьем:

«Ваше ли это дитя, кого жители именовали? 95

Он слепым ли в сей мир пришёл от роже́ницы лона?

И откуда в нём зренья свет, обретённый недавно?»

Мать и отец, осторожные, страхом терзаясь, к обману

Склонные, утаили, что знали, и слово сказали:

«Знаем, кто он, сей муж, сиянье очес получивший, 100

Истинно наш это сын и мы всё время и сами

Знали: лишь матери лоно, к свету стремяся, покинул,

Млека ещё не вкусив — он слеп от мига рожденья.

Как же открылись глаза у него, обведённые глиной,

Кто от бессветных очес рассеял мрак непроглядный, 105

Мы, довольны, не ведали. Всё же порасспросите

Сына, недавно прозревшего, мы же не понимаем —

Он ведь уже не в годах младенческих, не неразумен,

Скажет ли кто за него? Ведь он за себя изъясняться

Может, будучи молод — скажет о всём он правдиво, 110

Вырос и меры достиг он зрелого человека».

Так, от страха хитря, говорили родители речи,

Иудеев страшась. Ведь те, в своём яром безумье,

Также и зависть к деяньям Христа беспорочным питая,

Богобоязненным людям всюду и всем наказали:115

«Тот, кто примет его и Христом же поименует,

Да под святую не внидет Богославимую кровлю!»

Ради того и отец, и мать евреям сказали:

«Порасспросите же сына, он — не родители — знает,

Тем, кто расспросит его, об этом он сможет поведать,120

Будучи в возрасте зрелом, в поре уже подходящей».

Так родитель слепца витийствовал преискусно,

Словом лукавя втайне, да грозный сонм не услышит

Отпрыска, да не у́зрит взор волоокого лика.

Человека, который слепцом был, бродя по дорогам, 125

Злобные иереи, старцы, снова призвали:

«Благодари, о дитя, всевышнего Бога, тебе Он

Очеса исцелил, дав свет им. Смертного чти́шь ты —

Он же, муж сей, теперь в нечестии пребывает!»

И взговорил смельчак евреям: «Не ведаю точно, 130

Грешник ли муж сей иль нет, умом же и сердцем я знаю

Истинно и беспорочно, что я с рассвета рожденья

Слеп в этот мир явился — теперь же внимаю и вижу».

Толпище иудеев ответило любознатных:

«Молви, что же он сделал с тобою целительной глиной? 135

Как же он умали́л сию непроглядную темень?»

Им же тот возгласил, не колеблясь в ответе нимало:

«Я вам уже говорил, да вы не внимали реченью —

Разве что только стремитесь одно и то же услышать?

Разве Бог помышленья вам не подви́г, дабы сами 140

Стали вы учениками Христа безобманно, пророка?»

Те же ему возражали словом своим супротивным:

«Сам у законоучителя в учениках пребываешь.

Мы же — Богобоязные спутники данного древле

Нам Моисея, мы — слуги законодателя гласа! 145

………………………………………………………………..

Смертного же того — не знаем!» Слепец отвечает: 146

«Чудо сие величайшее из величайших, что этот

Вам неизвестен муж, кем зрение наше открыто!

Ведаем, Бог Отец, Возница, правящий миром,

Грешного человека не станет слушать, хоть крикни! 150

Если мужа какого заботят дела благочестья,

Если, помыслом чист, исполняет он Бога заветы,

Быстродеющий Бог его моленья услышит.

С той же поры как возрос айо́н всепитающий, пёстрый,

Речи такой не слыхали, чтоб выпало смертному мужу, 155

Зренья лишённому вовсе, с сумрачным ликом бессветным

Свет увидеть дневной, а его и в лоне рожденья,

Утро мук родовых слепым всегда лишь и зрело.

Коли послал сего смертного не Властитель Небесный —

Это чудо великое один не мог совершить бы!» 160

Служки, завистливой речью его понося, возопили:

«Ты, о сродник греха, ты, выродок от рожденья,

Мудрых ты иереев учишь, буйноругатель?»

После с угрозами многими вытолкали из храма.

О слепце Иисус услышал с верною молвью, 165

Как погнали того надменные старцы из храма.

Он слепца отыскал и молвил: «Почтил ты, поверил

В Сына Правителя Горнего». Тот же только ответил:

«О господин! Так кто Он, Кого почтить мне глаголешь?»

Иисус же в ответ: «Ты видишь Его пред собою, 170

Сам говорит Он с тобой сейчас». Слепец же отмолвил:

«Верую, Господине!» — ко праху клонит он гла́ву,

Ко стопам амвросийным бросается, выю склонивши,

Обнял сиянье подошвы плесницы искуснорасшитой.

Иисус же промолвил, услышав мудрые речи: 175

«Здесь Я, чтоб править суд над миром безумным, заблудшим,

Суд инакоразличный, двойной, дабы те, кто не видел

Прежде света зари, которого видеть не до́лжно,

Те, слепые, узрели собственными глазами,

Чтобы и зрячие тут лишились бы зренья». И те же, 180

Кто за Христом, фарисеи, последовали, те спросили:

«Разве слепы и наши, нас обманувшие очи?»

Им же рек Иисус, порицая неверную паству:

«Коли затмились мраком очес ваших собственных светы,

Стало быть, вы неповинны вовсе в чём-либо греховном. 185

Ныне же, зрящие свет, и вы заблуждаетесь так же,

Разумом слепы, очами видите. С вами и люди

Прочие во грехе пребывают, видя лишь взором». 188



ПЕСНЬ ДЕСЯТАЯ


«Истинно слово Моё, неопровержимо да будет: 1

Тот, кто врата минует кровли благооградной,

К овчему стаду стремясь, крадётся, перелезая,

Пользуясь входом обманным, незримый, тайно приходит,

Лихоимцем да будет, бродящим разбойной пятою! 5

Кто неуклонно и прямо заходит в загон, не скрываясь —

Овцепитающий Пастырь. Он входит открыто и явно

В хлев, в ту дверь, что всегда перед ним отверзает привратник,

Овцы же, признавая Пастыря, прыгают подле,

Голос заслышав Его. Пастух же, стоя у входа 10

Стадо овец попастись призывает привычным им гласом.

После выводит из стойла резвое стадо наружу.

Выведя всех, собирает овец, сбивая в отару,

К выгону он их ведёт, овец, гоня по дороге,

Стадо, теснясь в беспорядке, вослед ему не поспевает, 15

За пастухом спешит по росою сверкающим травам;

А чуженину не внемлют, не у́чены слушать чужого,

Непривычного гласа пастуха незнакомца,

Лживого ибо овча́ра, идущего к ним, избегают!»

Рек Он, молвив такое иносказательно. Паства 20

Слушая, не понимала и смысла не разумела

В том, что измолвил Христос непонятным пророческим гласом.

Вновь говорит Иисус преславным речением зычным:

«Весь Я — врата для овец в обширнопросторное стойло,

Все иные, сколь было, сюда воровскою плесницей 25

Влезли, о лихоимцы, когда ж они гласом разбойным

Разглагольствуют, им не внемлет овчая паства.

Весь Я — врата, что отары спасенье, и тот лишь, кто внидет

Мне лишь благодаря во двери, окажется в доме

Нашем, в покое внутреннем; преображённым вернувшись, 30

Тот обретёт и пажить, и будет навеки спасённым.

Лихоимец, укрытый мраком, не входит под кровлю,

Если только не грабит и втайне не убивает,

Или не режет овец своим ножом беспощадным.

Я же пришёл от Отца и ныне спасу Моё стадо; 35

Вот Я пришёл — и воздастся славою непрестанной

Жизни грядущей, что время вовеки не одолеет,

Лучшим станет оно в достатке. Я же — сей Пастырь,

Великодушен и благ, и Пастырь такой, охраняя

Стадо, не станет душу щадить, полагая 40

Как залог за овец. Не подёнщик за плату сей Пастырь —

Тот лишь завидит вблизи ужасного волка, что хитит

Агнцев, тайком да молчком он прячется поскорее,

Без защиты оставив овец по пастьбе бредущих,

Да, тайком да молчком он прячется, не защищая 45

Овчее стадо чужое, ведь он же батрачит за плату.

Волк изворотливоумный бросается, с алчною пастью,

К овцам, рассеявшимся окре́ст, без водителя стада.

Пастырем добрым слыву, доброхотно пасу Моё стадо,

Знаю Я стадо Моё, и пасущиеся по привычке 50

Овцы знают Меня, точно так же любовь отдавая;

Знает Отец Мой Меня, Я так же Родителя знаю,

Душу Мою положу тотча́с за овец Моих стадо.

Есть у Меня и другие, иные овчие гурты,

И не в одном только этом священном явилися доме, 55

Рода иного, и Мне предстоит ещё привести их,

Слышащих Мой призыв, и будет единая паства,

Та и другая, одним лишь Пастырем только ведома.

Ради того и любит Отец Меня, и положу Я

Душу за овчее стадо, её да найду Я когда-то 60

Путь держащей ко Мне, вернувшейся. И ни единый

Свод законов её не отнимет, ни время, вия́ся,

Властное и никому не подвластное, даже судьбина,

Вечно коварная, Сам Я стадо пошлю добровольно,

Но уже обладая опять обретённою силой, 65

Ибо имею Отца веленье Всевышнего ныне

По уложенью двойному — отдать, обретя её снова!»

Снова народ евреев, услышав сие, разделился,

Многие возопили гласом тогда многошумным:

«Пусть же всё то, что сказал он, в пучинах ветра исчезнет! 70

Бес язвит его, гонит, одни лишь безумцы и могут

Это сказать! Сумасшедших спешите слово услышать?»

Прочие возражали единодушно устами:

«Столь премудрые речи не от безумца лиются;

Нет, не глупость сие — и разве сумрачный даймон 75

Смог бы зеницы слепого для белого света отверзнуть?»

Снова был праздник всеобщий, в который снова все люди

Памятованье годичное совершали: пред храмом

Благоколонный притвор Соломон возвигнул, искусством

Древлее уложенье празднеств святых обновивши. 80

Зимнее время пришло для хлада и непогоды —

Иисус проходил внутри притвора святого,

В многоискусном проходе святом галереи открытой,

Пращура Соломона носящего имя. И там же

Бросились сонмы евреев безумных к Нему, обступили 85

Тесным кругом Христа, возгласили словом немудрым:

«Долго ль речами своими нас будешь лишать разуменья?

Если ты вправду Христос и пришёл к нам, то молви открыто

Слово собравшимся тут — иль имя своё ты скрываешь?»

Иисус же всем вместе на это ответил: «Я часто, 90

Часто вам говорил, а вы не верили речи:

То, что вершу Я — во Имя вершу Я Силы Отцовой;

Всё — лишь свидетельство оной, отзвук в премудром безмолвье

Образа красноречивого, зримого смертным; и все́ вы

Зрели собственным оком, но верить тому не хотите! 95

Нет, вы не быстроразумный род Моих гу́ртов овечьих,

Ибо слухом, влекомым речами Моими, вся паства

Вечно идёт за гласом Моим, Вожатаю внемля,

Знаю Я агнцев Моих и всей Я да́рую пастве

Вечную жизнь, что грядет, ни одна в этом верном Мне стаде 100

Овчем вовек не погибнет, доколе по дугам небесным

Бег айо́н круговратный сам собою свершает.

Нет, никто не похитит Мою преразумную паству

Из-под длани Моей, потому что дал Мне Родитель

Их попасти на лугах, а Он надо всеми вознёсся!105

Я же и Мой Отец, Мы — Владыки единого рода,—

Корня без корня, Ростка, откуда существ мириады!»

Так промолвил Владыка и люд на Него устремился,

На ходу подбирая булыжники, дабы каменьем

Этим безумным Христа побить, летящим гранитом. 110

Иисус им рек в ответ с укоризною многой:

«Волей Родителя Горнего много прекрасного дею,

Многому и учу — и сейчас проповедую. Вы же

Жаждете только за эти дела боговидные смерти

Мне, облекши во панцырь Меня из кремнистого камня!» 115

Люди в ответ закричали: «Не по причине прекрасных

Дел твоих тут собралися жители, ярости полны,

Дабы тебе одеянье дать, хитон каменистый —

Из-за твоих речей оскорбительноустой гортани,

Утвреждающей точно земного, рождённого смертным — 120

Го́рним Богом Небесным!» Христос же мудро на это

Сразу, не медля, слово неоспоримое молвил:

«Не письмена ли в законе вашем начертаны были

„Я говорю вам — вы боги“, кого же, если не смертных

(Глас им от Бога приходит, я́вленный в сновиденьи) 125

Вашему уложенью согласно, зовёте богами?

Прорицанье не может нарушится писаной книги,

Слово, Всевышним которое послано миропорядку,

Запечатленно от чистой длани вязью священной;

Вы же, безумствуя, молвите неразумные речи, — 130

…………………………………………….

… Я ведь Отпрыск живого Бога. Я не свершал ли 131

Дел, потому что Родитель Мой покров и защита?

Вы же не верите Мне и коль жизнедарным реченьем

От Отца беспредельного нечто достойное дею 134

…………………………………………….

Собственными трудами — их зрит свидетеля око, 135

Дабы узнали по слову боговдохновенному все вы —

Всюду во Мне — Мой Родитель, что и Сам Он уж рядом,

Близок, неизмерим, а Я с Ним — единая целость!»

Неуловимого всё же Христа схватить попытались

Эти безумцы, но Он стопой упреждающей вышел, 140

От нечестивых рук ускользнув, к иорданскому току,

К брегу, лежащему прямо напротив. Ко страннику сразу

Неиссчетные сонмы ринулись человеков.

Люди друг другу так говорили верное слово:

«Изумлённому люду чудес Иоанн вернословный 145

Не являл никогда, а здесь же, в округе, Я чудо

Собственными глазами как будто поистине вижу,

Как Он Сам и сказал». Поверили сонмы людские

Многие Божьему Сыну ради чудес несказанных. 149



ПЕСНЬ ОДИННАДЦАТАЯ


Жил некий Лазарь, расслабленный бледною огневицей, 1

В той Вифани́и, что будет и с Марфою, и с Марией

Сла́вна в грядущем… Прекрасновласая эта Мария,

Стала известна она как Христа приявшая, ибо

Умащала стопы росой благовонною мирра, 5

Ку́дрями их отирала, и от амвросийных лодыжек

Увлажнялись власы, орошенные сим умащеньем.

Богоприявшей, прекрасноволосой и приходился

Братом тот, кто терзался, недвижный, в горячке ужасной.

Как только обе сестры расслабленного увидали, 10

Тающего от грызущей болести, близкого к смерти,

Молвили единогласно гонящему беды Владыке:

«Лазарь, кого Ты так любишь, в горячечном жаре трясётся,

Вот, посмотри на того, кого Ты так любишь!» Владыка

Рек Иисус им: «Часы этой болести огненновидной 15

Не приведут сего мужа в терзаньях к участи вечной,

Но к прославлению Бога вящему, дабы чрез мужа

Сын Человека, Владыка возлюбленный превознесён был

Почестию бессмертья!» С гостеприимными сими,

Марфой, Марией и с Лазарем, узами дружества связан 20

Был Иисус и любви. И там Он и оставался

После того, как Ему возвестили, что Лазарь к Аиду

Низошёл, что застигнут болезненным оцепененьем,

Где совершилось движенье двух зорь совершенных и полных.

В день второй двуяремный учениками Он промолвил: 25

«В именитую землю идём мы опять иудеев!»

Ученики на это Ему ответили только:

«О Равви́, Иудеи жители безрассудны,

Камением Тебя забить стремятся летящим,

Ты же хочешь идти туда, где народ так враждебен?» 30

Отвечал Иисус им увещевательной речью,

Одношатёрных сопутников общий гнев утишая:

«Разве же не двенадцать во дне часов круговратных?

Кто пускается в путь при свете дне́вном, споткнётся ль

Тот неверной плесницей, заплетаясь стопами? 35

Тот же, кто в путь во тьме собирается, света лишённой,

Споро и добро ступая — тот путник в дороге обманной!»

Молвил, и ученикам добавил потом, ободряя:

«Лазарь забылся сном беспорочным и необходимым,

Гостеприимец он Наш любимейший, Я ж попытаюсь 40

Пробудить ото сна и к нам вернуть его снова!»

Молвили ученики Ему слово в недоуменье:

«Если Лазарь лишь спит — то здоров он!» Так о недавнем

Иисус говорил у могилы оплаканном сладко

Сне мертвеца безгласном, сне беспробуднейшем смерти. 45

Те уповали без пользы, что мертвый в доме их милый

Сном лишь покоится кротким, сном исцеленья на ложе.

Им Владыка открыто сказал сострадательным словом:

«Смерть, подобная сну, упокоила Лазаря. Сном же

Спит не целительным он. Но радуюсь, други, что в месте 50

Этом Я не был, когда Мой друг устремился к покою:

Все вы уверуете, как странника после кончины

Узрите снова в живых, вкушающего от яствы,

В доме встречающего Христа… Но к нему да пойдёмте

Вместе со Мною». Услышав, Фома взговорил двуименный 55

(Звали его и «Близнец») собравшимся всем в этом месте

Ученикам, не сдержавши слез сказал он печально:

«Что ж, идёмте туда, где муж смиренный, сладчайший,

Дабы с ним умереть и нам такой же кончиной».

Вот Владыка с дороги в селенье знакомое сходит, 60

Бездыханного Лазаря видит простёршимся в прахе.

День тот четвёртый лежит внутри своей слезной гробницы.

Недалеко от Солима Вифани́я стояла,

В полных пятнадцати стадиях. Многие собралися

Из иудейского люда в не слишком далёкое место. 65

Он же приблизился к дому сестёр, Марии и Марфы

Гостеприимных, ставшему ложем упокоенья

Брата, даря утешенья привычное слово, что часто

Отрясает ужасные жала язвящей заботы,

Боли бессонной целенье. Но Марфа, когда убедилась 70

В верности слуха, что к ним приближается Повелитель,

Поспешила навстречу. Во внутренних дома покоях

Горестному безмолвью предавалась Мария.

Тяжко стеная, Марфа, к Христу приблизясь, сказала:

«О Блаженный, о если б пришёл Ты, когда в лихорадке 75

Лазарь горел, то не умер бы брат мой. Но ведаю сердцем —

Ныне Бог, Твой Отец, о чём Ты Его ни попросишь,

Всё Тебе да́рует Он». Владыка на это ответил:

«Брат твой воскреснет, снова вернувшись». И амвросийный

Голос Его услышав, Марфа опять повторила: 80

«Ведаю о воскресенье: в конце он жизни восстанет,

В день тот, когда последний зари оборот совершится!»

Рек ей Христос жизнедарный божественное прорицанье:

«Ныне лишь Я — воскресенье и жизнь, и кто из живущих

Верит в Меня, тот и, мертвым будучи, бездыха́нным, 85

Снова к жизни вернётся, в чьём разуме вера лишь только

Возрастает, тот жив, пока явлен айо́н лучезарный.

Веришь ли этому в правде сердца?» И та отвечала:

«Да, Господин мой, я верю и ведаю — миропорядку

Явлен Христос, как Логос, как Сын Защитника-Бога!» 90

Молвив реченье, пятою быстрою поспешила,

Дабы Марию призвать сородницу, на́ ухо тайно

Стала ей тут же шептать, что Учитель её и Спаситель

Здесь и зовёт. И та, как можно скорее, лишь только

Слово услышав такое, стопы свои убыстрила, 95

Чуя смешенье и скорби, и радости. Шагом поспешным

Вот резвоногая близится ко Христу на дороге.

Те же люди, что были внутри скорбящего крова

И облегчали там скорбь реченьем, целящим терзанье,

Дав утешение боли бессонной, видят внезапно, 100

Как поднялася Мария в молчанье, стремительно вышла!

Все за нею направились, вслед по дороге ступая,

Уповая на то, что слезная сразу Мария

Бросилась по направленью к уже привычной гробнице,

Снова желая поплакать по многоскорбимому брату. 105

Только в селеньи с угодьем просторным не был Владыка,

Он на месте святом недвижимым оставался,

Где, нагнав по следам, и Марфа Его повстречала.

Вот и Мария теперь подходила, горько рыдая,

К месту, где пребывавший стоял Иисус недвижимо. 110

Только Его завидев, бичуема в сердце терзаньем,

Повернулась к Нему и ниц во прах повалилась

Пред амвросийной стопою — лилася слезная влага,

Орошая потоком Его стопы пресвятые;

Что-то сказать через силу хотела, да только из горла, 115

Стиснутого рыданьем, едва излетело реченье:

«Если б, Блаженный, пришёл Ты, когда ещё Лазарь не умер!»

В горести видя Марию и с нею собравшихся толпы

Иудеи сынов, восскорбевших под ливнем обильным

Слезных потоков, ланиты орошающих плачем, 120

Духом охваченный Отчим, Он застонал и воскликнул:

«Где ж он покоится? Мне укажите!» Они отвечали:

«Вот, иди и смотри!» Иисус тут остановился,

Из неисплаканных глаз лия непривычные слёзы.

И, посмотрев на Него, восстенали снова все люди: 125

«Вот, посмотрите, как Он покойного Лазаря любит!»

Прочие всё же роптали: «Разве тот, кто бессветным

Очесам отвращающей зло целебною грязью

Зренье даёт, разве в силах то же свершить он, чтоб мертвый

Этот погибели страшной не ведал и уберёгся?» — 130

Так рекли. Иисус, стремительно поспешая,

С сердцем, охваченным равно и состраданьем и скорбью,

Оказался вблизи недавнего захороненья.

Там, под вогнутой кровлей блестящей подземья таился

Лаз, заваленный камнем, подогнанным вместо привратья 135

Плотно, и тот прилегал как раз ко входу в гробницу.

Повелел Иисус усердному люду, Владыка:

«Сей валун отодвиньте от подземных покоев!»

Марфа, сородница брата усопшего, тут возопила:

«Нет, пусть камень привратный лежит как и прежде, ведь если 140

Это подземье открыть могильное — трупным без ветра

Духом повеет, ведь мертвый четвёртый день уж в могиле!»

Иисус же в ответ промолвил Марфе скорбящей:

«Прежде тебе Я ещё говорил: коль премудрые станешь

Ты устами хранить непрестанно печати молчанья, 145

Преисполнишься веры истинной ты, бессомненной,

И жизнедарную славу горнего Бога увидишь!»

Камень они отвалили. Владыка, подъявши ко звездам

Очеса, стал взывать к Отцу Своему с вопрошеньем:

«Отче, Тебе благодарность — Ты внемлешь, то ведаю сердцем! 150

Ты, когда воззову Я — Отпрыску сразу внимаешь;

Ныне же ради народа собравшегося возвещаю,

Дабы уверовал он ещё прежнего крепче и больше;

Ты Меня ниспослал, ведь собственными глазами

Зрят они мертвеца, идущего в прахе из гроба, 155

Мужа в могильных пеленах, тленом не ставшего ныне!»

Молвил — и возгремел Он всё проницающим гласом:

«Лазарь, встань и иди!» И вот в безгласное тело

Душу тотча́с вдохнул мертвецов пробуждающий голос,

Бездыханного мужа позвал — тот вышел на тропку, 160

Сам приблизился к ним, по земле преступая ногами.

Бездыханного мужа позвал и, слыша средь мертвых

Зов, из Аида вернулся беглец сей покойный, увидев

За поворотом жизни последовавшее иное

Чудо жизни как прежде. Аид у Леты соседней, 165

Всеукротитель, напрасно ищет скитальца средь те́ней;

Распрямивши колена, ступая уверенно, стройный,

Тот сквозь мрак непроглядный путь наверх совершает,

Наделённый уж гласом, с ног и до са́мой до гла́вы

Весь в пеле́ны закутан (они на нём затвердели), 170

Тёплый роняя пот с совершенно прикрытого лика

(Ибо платом льняным виски его крепко стянули,

Что по-сирийски зовётся «суда́рион»). И изумлённо

Вставшей, словно бы облак, толпе Владыка измолвил:

«Развяжите его, да и́дет сей мертвый свободно». 175

Только сказал Господин — собравшиеся приняли́ся

Саван снимать затвердевший, рвать торопились повязки

С тела его, тугие, кожу и плоть обнажая.

Мертвый пошёл восвояси опять стопою привычной,

Жизни луч увидав лишь на пятый день; иудеи 180

К дому Марии и Марфы скорбящему поспешили,

В Сына Бога поверили — собственными глазами

Зрели, как дивное дело свершил Господин, воскресивший

Лазаря из небытья, кто из бездны мрака бессветной,

Быстрый из мертвых путь и обратный содеял. Но много 185

Было и тех, кто в город отправился, к иереям.

Сообщили и сонму неверующих фарисеев

О деяниях Бога Христа. Иереи в безумстве

Там собрали́сь на совет многочисленный, там же собрался

Старцев сонм, восседавших, дабы принять им решенье. 190

Вот меж собой рекут: «Что делать? Смертный, соперник,

Столькие чудеса явил народу внезапно!

Коль станет он свершать чудеса, подобные прежним —

Люд не пойдёт за нами, за мужем одним только этим

Жители, вдруг поверив, последуют беспрекословно, 195

Не возмущался даже, вмиг авсонийские вои

Явятся вслед, изведут весь народ, пока нам покорный.

Грады и веси возьмут». Но вот отыскался средь оных

Некий муж, Каиа́фа, лукавец и беззаконник,

Первосвященник в сей год и обрядов распорядитель. 200

Вот изворотливец сей и советует иудеям:

«Вы в желаньях чрезмерных о разуме позабыли,

Не подумали даже, что лучше — или один лишь

Муж, хоть и лучший, погибнет, или же всем нам придётся,

Нашему целому роду принять неизбежную гибель. 205

Если один лишь умрёт — спокойным будет весь город!»

Нет, не по воле своей он измолвил вещее слово,

Как приношенье свершающий жрец, как молящий прислужник

Бога, избра́нный в сей год, с прорицающим истину гласом,

То, что погибнет прияв жизненосную смерть добровольно 210

За иудеев Христос, но не только лишь за единый

Этот народ, но чтоб разбросанные по ми́ру

Дети Бога в одно слились… И с этого часа

Злого замыслили старцы, бесстыдные архиереи,

Вместе с коварным сонмом неверующих фарисеев 215

Иисуса предать тотча́с погибели верной.

Вот потому-то и тайно людей Избавитель отныне

Путь совершал средь евреев: Он бесшумной плесницей

Лоно пашен святое мерил земли иудейской;

Вот незаметно проходит по каменистой пустыне 220

Близ городка одного, с боголикими учениками,

Близ Эфраима, селенья. Праздника дни наступали

Пасхи преименитой. От тверди широкопространной

Многие из иудеев сородных, из дикой пустыни,

Собралися сюда, к святыням Иерусалима, 225

Дабы приуготовить обрядом святым очищенья

Тело, прежде, чем день немолчного празднества явлен.

Многие же искали средь благоуханного храма

Иисуса в толпе, о Боге рекущего, даже

Между собой говорили о Нём, а потом возглашали: 230

«Что нам покажут? Ужели муж сей смертный не сможет

Здесь теперь показаться на празднике, пляской славимом?»

Иереи и сонм фарисеев, неверных фиалу,

И злонадменных, всем обитателям повелели:

Если хоть кто Его у́зрит во граде или услышит, 235

Пусть донесёт о Нём фарисеям хитроразумным,

Дабы толпа ненавистная чуженина схватила! 237



ПЕСНЬ ДВЕНАДЦАТАЯ


Край широкопространный пустынный поспешно оставив, 1

Неуловимый Христос в селенье вошёл Вифани́ю:

Там Он и раньше бывал, где Лазарь, будучи мертвым,

Встал из гроба, лия душою посланный отзвук.

В Вифани́ю вошёл, где начали праздновать Пасху — 5

Шесть осталось лишь дней до начала праздничных таинств.

Трапезовал Он со всеми — в старании любопочтенном

Трапезой многообильной Марфа распоряжалась.

Из пировавших один подобился призраку — Лазарь,

Видимый ныне всем. Мария душистого мирра 10

Взяв и чистых три меры всем известного нарда,

Мраморный же сосудец, росным наполненный мирром,

Дева взяла благовласая и у Владыки в застолье

Мирром святые ступни умастила, и, преклонившись,

Тук отёрла обильный волос распустившейся прядью 15

Так, что весь дом опьянел от божественных благоуханий.

Рек злоумный Иуда завистливыми устами: 17

«А не будет ли лучше продать за денариев триста 19

Это количество мирра благоуханного, нищих 20

Деньгами оделить, а не лёгкий прах под стопою?»

Он такое сказал, злоковарный, не потому что

Сострадал неимущим, но побежденный своею

Алчностью — он был вор по природе, имея же короб

(Медь там держали), туда забирался он своевольно, 25

В ларь этот, сторож дурной. Его же словом единым

Оборвал Иисус, когда тот не кончил реченья:

«Дар беспорочной девы оставь, пусть она сохраняет

Дароносицу плоти Нашей, пока не приидет

Час кровавый и смертный тризны Нашей последней. 30

Нищие же толпою бесчисленной вечно теснятся,

Милостыни прося — но Меня вы не будете видеть

Вечно, хоть ныне Я здесь!» Уверовавший иудеев

Люд близ этого града окрестностей вскоре прослышал

С благолепным вниманьем о том, что Христос воротился 35

Той же дорогой известной во знаемое селенье,

Где находилось жилище Марфы. Все толпы прибывших

Бросились тропкой одною, но с разных сторон, чтоб не только

Видеть Христа, Жизнедавца, но и Лазаря тоже,

Мужа воскресшего в мир, вернувшегося из мертвых, 40

Душу обретшего вновь и голос плодонесущий.

Старцы завистливые и бесстыдные вновь возжелали

Вместе с сонмищами надменствующих фарисеев

Лазаря снова послать в бессветную мрачную бездну,

Снова жизни лишить вернувшегося из мертвых, 45

Участи вопреки живущего, дабы сказали:

«Смерти Лазарь избегнул — не спасся суда иереев!»

Так желали схватить безвинного, ибо все люди

Иудейские о́крест уверовали селенья

В Сына Бога, в Царя, отвращающего судьбину. 50

С новоявле́нной зарёю рассеялись сумраки ночи,

Люд, пришедший сюда на близкий уж праздник всеобщий,

Разузнал от молвы, что из селенья святого

Иисус к чертогам приходит вскоре Солима;

Вышли люди навстречу, из благодревного сада 55

Макушку оборвали высокоствольного древа, —

В воздухе помавая ветвями пальмы зелёной,

Благосло́вящей речью приветствия выкликали. 58

Двигался по бурлящей дороге в пальмовых ве́твях, 61

Что с обеих обочин вздымались в толпе напиравшей,

Иисус митроносный в средине моря людского

На безуздном осле, трудолюбном, вперёд устремлялся,

На животном воссев, не знавшем ни вьюков, ни сёдел. 65

Древле Исайя провидел то, чему должно свершиться:

«Матери гордой дщерь, не испытывай страха, о Си́он,

Вот пестродарный Владыка твой, и в тебя Он да внидет

На жеребёнке быстрокопытном, идущим за маткой!»

Прежде ученики такого не разумели: 70

Только когда лишь Свой облик всевластный во славе великой

Вдруг приоткрыл Христос Владыка, то вспомнили други,

Что́ начертано было некогда в книге священной,

Ныне свершившееся. И были свидетели в толпах,

Устремившихся в город, тому, что восстал из могилы 75

Лазарь по зову Христа, воскреснув на́ день четвёртый,

Вставший из гроба, лия звук гласа, душою одетый.

Вот почему стеклися сюда огромные толпы,

Славящие Христа, Жизнедавца, Давидово чадо.

Говорили друг другу в согласии фарисеи: 80

«Нам ли пользы прибудет? Весь миропорядок взволнован

Многоразличный, идёт за мужем одним лишь единым,

Хитростью нам никакой смертоносной — не видеть удачи».

Эллины тоже там были, а многие собралися,

Опоздали, пришли уж после празднеств священных, 85

Слышав про Иисуса во всем известном селеньи —

Подходили к Филиппу, что рядом стоял, говорили:

«Видеть желаем Христа пришедшего!» И устремился

Сей Филипп к Андрею сородному — сладкоречивый

Сотоварищ Андрей от стремительного Филиппа 90

Слово Христу передал. Владыка ответствовал речью:

«Час ещё не настал, но близится он как вершина, 92

Мудрый Сын Человека, скоро Он вознесется! 94

Коль упадёт зерно от колоса в землю сухую, 95

То не умрёт, но там оно годы и годы пребудет,

Сева не зная, серпа́ лишено, и жатвы, и плуга;

Если погибнет оно — умножится плод жизнедарный.

Кто лишь себя возлюбил, тот жизнь свою скоро погубит,

Сладостному обману следуя наслажденья. 100

Кто же себя ненавидит, тот, совершенный и чистый,

В вечности неисчислимой вовек невредимым пребудет.

Тот, кто в Меня уверует, вестника труд совершая,

Будет высокопрестольным Моим Родителем принят;

Кто Мне вспомощником станет, уверовав в наставленья, 105

Тот Меня повстречает, останется вместе со Мною,

Вестником станет Моим, пока Я средь вас пребываю.

До глубины души потрясён Я: но что же Я молвлю?

Вся душа стеснена от часа боренья и муки!

Отче, дай Мне спастись! Но ведь на это мгновенье, 110

Леденящее душу, пошёл Я собственной волей —

Сына прославь Своего!» И с неба тогда прозвучало:

«Прежде Тебя Я славил — почту Тебя славой и ныне!»

Сонмы народов повсюду толпились и робко внимали

Как грохотание высей им звуками слух сотрясало, 115

В трепет и ропот ввергая, и как от священного лона

Молнией тяжкогремящей отзвук небес отразился.

Прочие же иначе мыслили: это с Ним вестник

Горних небес собеседовал в гуле святом и премудром.

Иисус взговорил со всей поражённою паствой: 120

«Гул не ради Меня раздаётся сейчас, но от высей

Ради вас, отражённый, идёт в раскатах перуна.

Суд вершится над Божиим миропорядком, скудельный

Мир сей многогреховный лишится вот-вот самовластца!» 124

………………………………………………………………………….

Многие возразили словом единогласным: 129

«Из начертанных буквиц могли мы сведывать часто — 130

Мира всего Владыка, Христос, всевечно пребудет.

Там Ты часто нам молвишь словом, нам непонятным:

„От сих тленных бездн возносящийся в горние выси,

Увлеку Я всех вас от тверди земной за Собою,

Сын Человека преславный когда вознесётся на небо“. 135

Молви нам, кто же он, тот, о ком Ты так непонятно,

Как о премудром сыне смертного рассуждаешь?»

Иисус отвечал всем вместе: «О как же немного

Времени всем вам осталось блеск созерцать поднебесный!

Смело ступайте при свете по прямоидущей дороге, 140

Не отклоняясь, пока ещё мгла не явилась пред вами,

Прежде чем сумрачным вихрем над вами тьма не нависнет!

Тот, кто стопою неверной странствует в сумраках ночи,

Беспомо́щный, с пути собьётся куда он ни ступит.

Только при свете смотрите, премудрому слову и верьте 145

В свете, только чтоб стать лученосными чадами Солнца!» 146

…………………………………………………………………….

Столько целений свершил Он многоразличных болезней 149

Прямо у них на глазах, о коих и слава ходила, 150

Но ни один не уверовал, так что исполнено слово

Вещего мужа Исайи, что молвил пророчески древле:

«Кто, Господине, молве поверил о диве и чуде?

Длань всеро́дного Бога кому на свете открылась?»

Из-за того не могла возрастать почтенная вера, 155

Ибо Исайя гласом благоговейным промолвил:

«Люд очеса свои отвратил от Моих же деяний,

Разум прямой и верный слепым скитальцем соделал,

Сердцем не чуяли вовсе, взором не проникали,

Дабы ко Мне обратиться — скорбных главою спасу́ Я, 160

Тех, кто закон преступил, Моим целебным реченьем,

Врач, не железом в руках — преразумным зельем целящий!»

Всё начертал это древле Исайя в свитке священном,

Видел он Бога Христа грядущего вскоре и славу

Оком всевидящим сердца, и только ради Него же 165

Провозвестил и в будущем это Божиим гласом.

Так или и́наче в мудром безмолвье вожди иудеев

Многие верой прониклись, высокого гла́вы совета,

В Отпрыска Бога поверив деяний божественных ради.

Страха и зависти всё же спасаяся фарисеев, 170

Нет, никто не открылся в своих настроеньях: и веру

Глубочайшую тайно в глуби́ души сокрывая

Со стыдом, сохранял её он в гнездовье безмолвья.

Муж такой предпочтёт наслажденье земных человеков

Светлой славе безмерной толи́ковели́кого Бога. 175

Иисус возгласил во храмине благоуханной:

«Тот, кто Наши приимет порядки речей Боговестных,

Веря в Меня, кто воле Родителя только покорен,

К вам Меня ниспославшего. Кто же смертного зреньем

Видит Меня целокупно — Отца Моего прозревает! 180

Светом Я с неба пришёл в земной сей мир теневидный,

Светом Я с неба пришёл, дабы смертный, Меня почитавший

С неколебимою верой — не оказался во мраке!

Тот же, кто Богопосла́нные токи речей Моих примет

И не удержит сего ума нерушимого оттиск, 185

То не сужу Я такого смертного… Ибо иду́ Я

В мир сей многообманный не для суда — для спасенья.

Тот, кто Меня оболжёт, дерзновенный, и Наших речений

Духа исполненные жизнедарные токи не примет,

Судящего и суд да узнает — Наше же слово 190

(Ибо о нём говорю) неверящему и решенье

Вынесет; как только в небе последнего утра ристанье

Совершится, наступит суд для воскресших. Не Са́м Я

Речи ве́щей научен из Собственного разуменья,

Но завет жизнедарный от Бога Отца Я имею, 195

Что возвещу и воскликну собравшимся человекам:

„От всемогущего Я Родителя знаю заве́т Свой,

Всякую жизнь, что айо́н в ристании круговратном

Непрестанном нам дал“. Я в том и вас наставляю,

В чём Отец наставлял, когда реку перед вами!» 200



ПЕСНЬ ТРИНАДЦАТАЯ


Прежде чем к жителям пасха пришла, алтари возжигая 1

В храмах — знал Иисус, что близится час предреченный,

Мир оставить земной и к горней выси взнестися,

На́ небе засверкать, возвратясь к всемогущему Предку,

Всех Он сопутников милых своих любил бесконечно 5

От начала до са́мого часа последнего. Вот уж

Вечери час настал, а также трапе́зничать время

Милое — стал Христос как раб прислуживать другам.

Бес враждебный уже ужалил любостяжаньем

И сребролюбьем неистовым в самое сердце Иуду, 10

Дабы осмелился тот на предание иудеям

Своего же кормильца, Христа, за взятые деньги.

В сердце Своём Иисус познал: Родитель всевластный

В длани Собственные Его вложил всё на свете,

Что в эфир от небес по единому в мире закону 15

К Богу от Бога, откуда явился, Он возвратится!

Ради того и прислуживал, словно слуга пировавшим,

Иисус быстродейный. Встав, Он покинул застолье,

Ловко со членов сиявших совлёк Своё верхнее платье;

Чресла, не так как обычно, льняным препоясал Он платом, 20

Сделанным из холста погрубее, что в Тимбре зовётся

«Ли́нтеон» (для отиранья стоп пирующих смертных),

Рукомойник наполнив дно прикрывающей влагой,

Принялся Он омывать ступни́ соратникам милым,

Переходя от ближнего к дальнему постепенно, 25

С Симона начиная до Собственного убийцы.

Вот когда пред старейшим Симоном преклонившись,

Ног его Он коснулся ладонью, то Симон отпрянул,

Держал Иисуса, со взором благоговейным

Молвил, Его унимая, восклицая негромко: 30

«Ты — Владыка над всеми — и Собственною рукою

Отираешь ступни́ слуги́?» И сладостнословный,

Богорекущий Христос восседавшему Симону молвил:

«Что ж, отчего Я свершаю прислужника ныне работу

Уразуметь ты не можешь, но после — уразумеешь!» 35

Пётр Ему отвечал, пресладостно запрещая:

«Нет, не будешь мне ног омывать, пока многокружный

Медленно вьётся айо́н». Ответствовал словом Владыка:

«Общей доли реченной тебе со Мною не будет,

Если тебя не омою водой из Своей умывальни!» 40

Слово Ему измолвил умом покорившийся Симон:

«Что ж, тогда я молю омыть не только лишь ноги,

О Владыка, но также виска окружность, и длани,

Если же пожелаешь — и плоть». Иисус отвечает:

«Ныне омытому нужды во влаге для омовенья 45

Нет, очищенье ему единое будет в дороге

Жизни, ведь телом он чист теперь от греха человека;

Вы же, лишённые доли греховной, очиститесь сами —

Вовсе только не все!» Изначально ведал Он в сердце,

Кто Его ныне из другов замыслил предать иудеям, 50

Вражьим сынам за мзду, продавца погибели этой.

Вот взговорил Владыка другам богоподобным:

«Вы же, лишённые доли греховной, очиститесь сами —

Вовсе только не все!» И по обыкновенью прислуги

Обошёл Он по кругу двенадцать мужей пировавших, 55

Другам стопы святые омыл Иисус пречистый.

Облачившись в одежды, возлёг Он на прежнее место,

Оперевшись рукою Своей поудобней на ложе.

Возвышаясь над кру́гом единолюбной гоститвы,

Молвил Он ученикам: «Вы сами узнаете это, 60

Труд прислужника Я зачем совершаю пред вами.

Вы Меня словом премудрым, двояким именовали:

„Господин“ и „Учитель“, и без ошибки прекрасно

Говорите вы, верно — ведь Я вам и то, и другое,

Судя по вашим реченьям. С желанием милолюбивым 65

Если Я увлажнил ступни омовением чистым

Ваши — Вожатай Я ваш и Владыка, и лишь справедливо

Вам и содеять всё то, что и Я, от Меня научившись,

Ноги друг другу омыть, сотворив очищенье водою.

Ваш Учитель — пример, чтоб подобное вы совершили 70

Дело премудрое так же, как Я совершил, чтоб друг другу

Сами, собравшися тут, в обоюдном действе священном

Ноги омыли все вы в подражанье Владетелю знанья.

Раб не сильнее владыки, и нет на земле человека,

Посланного возвестить, кто хозяина превосходней. 75

Уразумеете это и воплотите в деянье

Мысль — и блаженство познаете. Не обо всех вас реку́ Я,

Коим недостаёт пречистого омовенья

Влагой. Слово Моё — об одном. Ибо знаю и Са́м Я

Тех уверовавших беспорочных мужей, коих принял; 80

Пела древле форминга в сказании благоговейном: 81

………………………………………………………….

„Ходит рядом друг бессердечный, корыстолюбивый, 82

Хлеба вкусил и не мешкая устремился за Мною,

Вместе со всеми алкая возлечь за трапезой нашей“.

Ныне грядущее Я возглашу пророческим гласом, 85

Дабы о том, что свершит вот-вот круговратное время,

Вспомнили древние речи, дабы изведали все вы

Прорицанье Моё, что о будущем провозвестило.

Слово да будет воистину правды свидетельством верным:

Смертный, посланца приявший, коего Я посылаю, 90

Кротким оком смотрящий, — Меня принимает, а тот же,

Кто Меня принимает, как посланного от Бога,

Принимает тотча́с и Меня ниспославшего Предка!» —

Молвил Владыка другам. Пророческими устами

Духа горних небес потрясенный вещей десницей 95

Взволновался Христос и в сердце, и в разуме бурно

И засвидетельствовал, исторгнувши пылкие речи:

«Смертный предаст Меня, один из преданных другов,

Смерти предаст, изменник — Он с нами под кровлей одною»,—

Молвил так Иисус, и ученики в одночасье 100

Переглянулись между собою, скорбя и печалясь,

Оцепенев, не знали, терзаемые в молчанье,

Молвил о ком Он сейчас. Человек там один находился,

Он возлежал поближе к возлюбленному Владыке.

Подал знак ему Пётр: «Пока пребываем в безмолвье, 105

Вопроси же, о ком Он сказал». И тот, хоть трепещет,

В страхе павши на грудь непорочную (был он любимым),

Шепчет на ухо тихо Распорядителю пира:

«Кто же это содеет?» Изрек Христос: «Кому в винной

Влаге хлеб омочив подам, орошённый, во длани — 110

Тот Меня и предаст». И в кубке вином омочивши

Хлеб остатний, подал его нечестивцу Иуде,

Хлеб, возвещающий всем об убийстве корыстолюбивом.

В хлеб освященный вмешав стяжанья безмерную жажду,

Демон, сопутник греха, завладел совершенно сим смертным. 115

Рек Христос, посылая ведующему согласье:

«Делай скорее, что делаешь!» Из пировавших не понял

Ни один этой речи тёмной, даже и слыша,

Но из реченья сего непонятного уразумели:

Встал Иуда, свой ларь деревянный забравши с собою, 120

Дабы веленье исполнить данное Господином,

Либо для праздника средства, какие нужны, приготовить,

Либо нищим скитальцам выдать чего на дорогу.

Он, неистовой жаждой наживы уже обуянный,

Хлеб святой прихватив, во мраке ночном исчезает. 125

Так их двенадцатый спутник тогда и оставил, Иуда.

Прочим одиннадцати Иисус богословный промолвил:

«Ныне Дитя Человека и свет получает, и почесть,

Бог нерожде́нный — снова славу в Нём же воспринял.

Если же Бог Родитель через Него же возвышен, 130

Бог Отец возвысит и Сына, воздав Ему славой.

Дети, недолгий срок пребывать средь вас Мне осталось,

То, что молвил евреям когда-то, Я выскажу снова

Речью привычно звучащей, что может быть понятой вами: 134

Не в состоянии вы ступить, куда́ Я ступаю, 136

И недоступен вам путь по тропе, предназначенной Мне́ лишь.

Заповедь ныне последнюю вам Я сейчас возвещаю:

Так же, как Я вас любил, по Моим беспорочным заветам,

Ра́вно запечатлейте любовь с уваженьем другу к другу, 140

Неразрывною связью в единомыслии слиты.

Пусть, увидевши вас, и все на свете узнают

Уваженье с любовью, что в почитающем сердце

Ученики вы Христа светоносного, чтящие Бога».

Уразумев, что Христос в путь дальний отправиться хочет, 145

Сладостные словеса внимательный Симон промолвил:

«О Господин, зачем Ты спешишь и куда Ты уходишь?»

Но на вопросы Петра Иисус ответствовал речью:

«Ты бы не смог идти туда, куда Я направляюсь

Иль попытаться снова сопутником быть Мне и другом. 150

Во времени кругобегущем час назначенный близок —

Сам воспоследуешь ты за Мною». Ответствовал Симон:

«Следовать я ль не могу за Тобою, Быстроколенный,

Двигаться за Тобою дорогою непроходимой?

Жизнь тогда я отдам за Тебя душой добровольной». 155

Иисус же Петру сказал неожиданной речью:

«Душу свою за Меня пожертвовать хочешь ужели?

Трижды в единую ночь по выпавшей страшной судьбине

Ты от Христа отречёшься, прежде чем, вытянув шею,

Звонкую песню прокличет петел гласом бодрящим!» 160



ПЕСНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ


«Разума не теряйте, о, не падайте духом, 1

Верьте в Меня и в Бога, и Богославимой воздайте

Почестию одной как Родителю, так и Сыну.

Много обителей есть Моего горневластного Предка

В доме рядом стоящих и, коли не так и пространна, 5

Многокровельна так и так всеприимна обитель,

Как Я вам обещал, то Я пойду по дороге,

Чтоб приготовить жилище под многопокойною кровлей,

Новозданное место, где пребывать вы достойны.

Через приют благовейный давно уж готового крова 10

Я возвращуся и снова под кровлею амвросийной

Вас оставлю, живущих там, где и Я пребываю,

В вечном живущих бессмертье. Вот вы Мой путь и узнали».

Молвил, и тут возгласил внимавший Фома двуименный,

Коего мать и отец нарекли ещё «Ди́дим», лишь только 15

Минуло утро восьмое празднества обрезанья:

«Мы же не знаем, Владыка, куда Ты стопы направляешь;

Как мы можем изведать незнаемые дороги?»

Иисус возгласил, внимающего поучая:

«Истинной жизнью, стезёю прямою Я лишь являюсь, 20

Жизнию истинной и Стезёй бытия, но не может

К Богу идти, ко Предку, муж землеродный и смертный,

Если не устремится следом за Мной, Богопутный,

Праведный путь ради Сына к Родителю быстро направив.

Коли Меня вы познаете словом Богорекомым, 25

Мудрым, познаете вы чрез Меня горневластного Предка,

Уразумеете вы Властителя горних пределов».

К Иисусу Филипп обратился со скромною речью:

«О Владыка, яви же ученикам Твоим Предка,

Сродника нам покажи, и сего нам будет довольно!»30

Иисус взговорил: «Отца (Его видеть не должно)

Божий Лик соприродный в образе смертного мужа,

Здесь пребывая, Филипп, уж долгое время имею,

Вашему Он подобен; во Мне Его не узнал ты?

Всякий, Меня увидев, Нетле́нного он созерцает… 35

Что же ты просишь тогда, по заповеди какой же, 38

„Предка яви мне“ — Его в Моём ты облике знаешь! 39

Нет, ты не веришь сейчас, что едины и Я, и Родитель, 36

Что Существу Моему совершенно Он, по́лно подобен? 37

Слово исторг Я из сердца, во Мне Отец пребывает, 40

Говорящий устами Моими, деющий Мною!

Нет в вас стремленья поверить в Мои свидетельства речи —

Предок Мой деет одно со Мною, и Я, и Родитель

Соприродны — реку Я, а Мой Родитель свершает!

Не убедились в Моих, так поверьте в премудрые с Нашим 45

Предком деяния общие, дабы вы ведали, други,

Связь беспредельную с Ним и все единящие узы

Сына в Отце и Отца, что в Сыне зрим бесконечно! 48

Всякий смертный, кто верит в Меня несомненною верой, 50

Деет лишь то, в подражание Мне, что и Я совершаю!

Много более чудные дива он тем совершает,

Что устремляется вслед, нечуем, за Родичем Нашим.

Жадно разузнаёте о высочайшем Отце́ вы,

К имени Моему взывая — свершу́ Я, что начал, 55

Дабы Отец непорочный прославился почестью в Сыне. 56

Коли б со Мной съединились вы узами дружбы вернейшей, 59

Вы б сохранили завет Наш целостный в сердце глубоко; 60

Бога Сородника стану просить Моего, дабы Сам Он

С горних небес ниспослал Утешителя вам и Скитальца,

Родственного Христу, подобного, но иного,

Истины Божьей Родник, ибо мир сей многоразличный

Не в состоянье создать такого, ведь смертный не видит 65

Зрением человека свет такой праначальный,

Дух Родителя Бога. Вы же единые зрите

Лик божественный, Образ, Коего видеть не должно,

Что среди вас пребывает и с вами обликом сходен

Будет, в вас обладая мысленным Домом… Но вас же 70

Си́ротами не оставлю, ведь вам Я стану Поборник

Горний, мгновенно Я снова к вам, быстродейный, явлюся

В скором времени, в вас пробуждая ликом волненье;

Миропорядок неверный Меня не у́зрит, лишь только

Вы, да, на тверди скудельной извечно Я пребываю 75

Ныне. И вы, о др́уги, во Мне пребудете вечно. 76

Тот, кто в сердце своём содеет все эти заветы, 79

Вправду любит Меня, и, любящий, чтит Меня свято, 80

Станет Родителю Богу возлюбленным он человеком.

К оному с равнопочтительной Я припадая любовью,

Богообразный Я блеск явлю Моей Плоти Священной».

Возразил Иисусу другой Иуда в реченье,

Сын Иаковлев, вовсе не Искариот дерзновенный: 85

«О Господин, как лик Ты единомысленно явишь

Только другам Твоим, а не соглядатаю-миру?»

Иисус взговорил, сомышленника поучая:

«Смертный, тот, кто Меня, воспевая в гимнах, возлюбит,

Сердцем кто нерушимым Мои сохранит изреченья, 90

Человека премудрого Мой возлюбит Родитель,

В сём человеке едином и Я, и Отец Мой, Мы Оба,

В самозижди́мой обители словно, в нём затворимся,

В теле его пребывая, под кровлею речи звучащей.

Тот, кто Меня не возлюбит, Мои речения пре́зрит, 95

Тот им позволит без пользы с забвенным ветром умчаться…

Слово не Я возгласил, Отца оно провозглашенье,

Ниспославшего с неба Меня, Вспомощника миру,

Здесь, среди вас, на земле Я ещё пребываю покуда!

Молвлю всё это сейчас, когда приидет Заступник, 100

Всё Он вам изъяснит всеведущим наставленьем,

Снова Он вам напомнит всё то, что и Я тут поведал

Некогда; Я тишину вам дам, что жизнь сохраняет;

Да́рую вам покой нерушимый, что с вами пребудет,

Ибо заблудший мир не часто его вам приносит, 105

Я же его вам вручаю, как общее достоянье,

Да не коснутся вашего сердца смятенье и распря!

Внемлите от Моего вопиящего гласа отныне.

Вечнобегущий, к Отцу призывающему Я взнесу́ся,

К высококровельному обиталищу в выси созвездий, 110

Вку́сите заповеди неразбавленной и сокровенной —

Радостною стопой оттолкнувшись, вы вознесётесь,

Радость вселенскую чуя, что Я, оставив скудельный

Кров, наконец-то спешу к Меня ниспославшему Предку. 114

……………………………………… 115

Молвил Я вам до времени снова оракул священный — 116

Срок когда подойдёт круговратно виющимся мигам,

Древлесказа́нное слово вспомните, им разрешились

Эти уста, возвестив грядущее благоговейно.

Ныне много Я вам не открою, ибо нежданный 120

Дряхлого миропорядка властитель грядет велелепный,

В нём же нет ничего от Меня, лишь мир вечносущий

Мудро уразумеет, что истинный Я лишь свидетель,

Так как Родителя Я возлюбил и угодное деял,

Как водительным словом Отец запове́дал Родимый. 125

Вне́млите дале реченьям!» 126



ПЕСНЬ ПЯТНАДЦАТАЯ


«В мире вечнорастущем 1

Я — лишь жизни Лоза, Родитель же Мой, Виноградарь,

Отпрыск прекраснолистный, не взращивающий гроздовья,

Отсекает, а тот, винноплодный и многоразличный,

Жизни Отец, Земледел, разумеет, как и очистить, 5

Чтоб с листочком младым там и плод возрастал наилучший.

Ныне и сами станьте чисты чрез Моё вы реченье:

Пребывайте во Мне вы ветвию снова возросшей,

Пребывайте во Мне вы побегами миропорядка.

Отпрыск лозы привито́й — ведь плодоноси́ть он не будет, 10

Если не припадёт поплотнее к родимому древу,

Гроздов не народит он с ма́кушкой многоплодной.

Если со Мной не пребудете, возрастая со Мною,

То не завяжется в вас внутри и плод богодивный.

Я пребываю Лозой Говорящей, а вы, все едино, 15

Отпрыски, что зазвучали, отягощенные гроздом.

Всякий смертный пребудет, ко Мне припав непрестанно,

Он преумноженной мерой богоугодные грозды

Даст, цветущий вовеки, и сбора вовек не убудет!

Ежели он не пребудет подле Наших побегов, 20

Стебель по виду, то в прах его бросают сыпучий

Как ненужный отросток лозы привитой, и вскоре,

Находясь на поверхности почвы, он должен иссохнуть,

Подберут его тут же, в очаг поглубже забросят

Горние слуги, и там во вздымании огненном пламя 25

Ствол виноградный пожрет — ведь Мною побег сей оставлен.

Если во Мне пребудете, токи Наших речений

В вас непрестанно и сердце, и разум всегда орошают.

Что захотите иметь — попроси́те Родителя только —

Всё Он сразу для вас совершит, и этого ради 30

Высочайшая будет от Предка Нашего почесть,

Ведь вы несёте Бога во слове Его жизнедарном,

Верности плод премудрый, будучи учениками

Истинными со нравом неуклонимым. Родитель

Высокооблачный любит любовию беспредельной 35

Тех, кого Я полюбил — в друже́ньи со Мной пребывайте.

Если слово Моё во слухе вашем не дремлет,

Принято навсегда в ваше сердце, не спящее вечно,

Вечно привязанность к вам в душе Моей возрастает.

Я ведь заветы храню беспорочные милого Предка, 40

Вот почему наслаждаюсь и Я Отцовой любовью.

С вами беседую Я, неустанно любя вас, лелея,

Дабы средь вас пребывала радость, дабы во все́х вас

Многозапечатленная Радость Моя совершилась.

Вот Моего завета предел незаблудший и мудрый, 45

Чтобы друг друга навек полюбили вы братской любовью

(Узы хранили любви нерушимой и верной друг к другу)

Так, как Я вас люблю, а лучшего Я и не знаю,

Чем испытывать чувство великой любви и доверья,

Словно бы кто за другов как выкуп милую душу 50

Собственную отдаёт, как защитницу, всем дорогую.

Вы Мне все милые други, коли вы Нашим заветам

Жизнедарным верны, каковые Я вам проповедал.

Слугами же Моими Я вас не всех называю:

Раб никогда не знает, что́ же хозяин заду́мал содеять! 55

Раб никогда не знает — Своими Я вас именую

Другами. Что́ Я и Сам от пророческого реченья

С высей горних, от Предка Родимого только услышал,

То́ Я и вам передал. И не по земным разуменьям

Мною избраны вы, ведь все́х вас учениками 60

Среди многих людей именую в сердце разумном

Самыми верными, числю сопутниками, чтоб в дороге

Взращивали урожай, чтоб посев ваш годы и годы

Многий плод приносил. И словом молитвенным неким

Что ни попроси́те вы у Властителя горнего неба, 65

Имя Моё призвав, то всё и для всех совершу́ Я.

Только, пророчествуя, призываю во слове премудром

Узы братской любви нерушимой хранить друг ко другу.

Коль не приемлите вы вражду велелепного мира —

Ведайте вы свидетельства дел Моих землеродных, 70

Мир ваш сперва на Меня набросился, обличая

С бо́льшим усердьем, и коли б вы смертных подобием были,

Нравом живя и обычьем греховного этого мира,

Вас бы заблудший мир признал за друзей своих милых,

Только вот грязь и грех неизвестны вам смертного рода, 75

Вместе с ложной утехой этого мира, но ва́с Я

Из обманной земли сей как смертных принял премудрых,

Хоть в краю этом вас, как выродков и отщепенцев

Ненавидят. Но вы, бестрепетно и не колеблясь,

Стойте и помните Наше мудрое слово спасенья: 80

Раб никогда своего не бывает хозяина лучше, 82

Вестник не превосходней пославшего господина,

Коли род смертных Меня преследует, угрожая,

Вас притеснят и подавно! Но если Мои поученья 85

Сохранятся во глу́би са́мой лелеемой сердца,

То и заветы Мои в душе и уме сохранятся!

Только за веру в Меня сей мир вам зла пожелает,

Лишь за Имя Моё. О безумцы, ведь даже неведом

Им ни Я, ни Родитель, пославший Меня в мирозданье. 90

Если б Я не был посланник Родителя жизнедарный,

О пути говорящий святом, не имели б причины

К мстительному нечестью, а ныне ведомо прочим —

Только предлога желают к неистовому безумью. 94

Деял труды Я (другому вряд ли они и по силам), 98

Хоть и воочью их зрели, собственными глазами,

Всё же не отказались от нечестивого мщенья. 100

Ныне зрят, наблюдают, Обоих одновременно

Ненавидят — Меня и высоковластного Предка!

Только вот в букве закона дан священный оракул

Мужа благокифарного, он же и должен свершиться:

„Ненавидят Меня без вины“. Когда же явлен Скиталец, 105

Дух стремительный Бога и премудрого Предка,

Дух, что к вам устремляю и Сам по Отца повеленью,

Ясно Он средь людей обо Мне возвещает. Вы также

Обо Мне говорите словом, исполненным правды;

Единомышленники и вечно верные други, 110

Век вы со Мной, созерцатели истинномудрых деяний». 111



ПЕСНЬ ШЕСТНАДЦАТАЯ


«Всё это вам говорю, всегда непрестанно пророча. 1

Наглое жало безверья в сердце вам да не вонзится,

Станут вас гнать из-под кровли Богославимого храма,

Только вот близко уж время, когда желаньем любого

Будет убить вас немедля вседробящим булатом, 5

Тем уповая исполнить службу, угодную Богу,

Мужа приняв за быка, за подобие некое жертвы,

Мужегубный обряд уравняв с гекатомбою бычьей.

Так, терзаемые неистовым ярым безумьем,

Станут вершить над вами нечестье, так как не знают 10

Сами ни Предка, что в горнем пределе владычит, ни Сына.

Всё случившееся предсказал Я, и, как только время

Истекающее мгновения позднего грянет, —

Вспомните вы провозвестье пророческих Наших решений.

Я же сокрытое в сердце умалчивал речетворящем,15

Не говорил изначально, пока пребывали со Мною,

Мне сопутствуя, вы на земле — теперь, наконец-то,

К Предку иду Я, в выси эфирные, землю оставив.

Только Меня в дороге сопутники не порасспросят:

„Шествуешь Ты, Господин, из какой стороны и в какую?“ 20

Нет, как только открылся Я в этом, то сразу вы, вместе,

Преисполнились в сердце тяжкою скорбью ужасной.

Чистую правду изрек Я: когда-нибудь будет и польза

Вам оттого, что взнесусь Я в далёкое горнее небо!

Снова в эфире пребуду — иду туда словно в отчизну. 25

Дух живущего Бога в вас никогда не нисходит —

Я же приду, от неба на землю Его посылая.

Тот же, придя сюда, обличит сей мир и в неверье,

И в нечестье порочном. Он обличит его также

И в суде, и в законе, а также и в том прегрешенье, 30

Что в Меня здесь не верит никто, как и в благочестье,

И в справедливость, что Я к Родителю, в небо, вернулся,

Что не увидят Меня со му́жами смертными вместе!

Пусть по суду отмщенья для вечносущего мира

Правит суд здесь тот вождь многоликий и велелепный! 35

Явлен Я, дабы молвить о многом. Вы же не в силах

Большему внять теперь. Когда ж Утешитель приидет,

Станет Он кормчим во всём, и к истине целокупной

Необратимо путь направляя, станет Вожатай.

Явлен не Сам по Себе, не вещает Он понапрасну, 40

Всё, чему внял Он, в слова облечёт. И грядущих пророчеств

Явь изъяснит, возвестив предел и свершение оных.

Он же, придя от Отца, вознесёт Меня, почитая,

Восприяв от Родителя Нашего, Предка, Он явит

Вам, собравшимся здесь, уместные прорицанья —45

Сколько их будет для вас… И по праначальным заветам

Жребий и участь Моя — всё то, что Отец ни пошлёт Мне!

Молвлю Я волей Его, что от Предка Священного принял

Нашего, Он предречет скончание Наших свершений.

Времени минет немного, и боле в мире скудельном 50

Спутником вашим не буду, Меня не увидите; близко

Подступила пора круговратного времени, все вы

У́зрите вскоре Меня, ведь к горнему лону эфира,

К Пращуру Я устремлюсь!» И ученики возгласили,

Речь удержав в груди, не давая ей выйти наружу, 55

Речь, что готова сорваться, соревнуясь с безмолвством:

«Что те вещания значат?» — «Что близко пора подступила…—

Боле на тверди скудельной спутником вам Я не буду;

Близко пора подступила, и времени мало осталось

Круговратного, все вы, однако, собравшись в сем месте, 60

У́зрите вскоре Меня, как взойду к Родимому Предку».

Иисус, что изведал бурный соратников норов,

Их разговоры о Нём, что они расспросить пожелают,

Взговорил, упредив их, ученикам многоумным:

«Что за домыслы вы друг другу передаёте 65

После того, как сказал Я, что скоро из виду исчезну,

Чуть погодя — явлюсь, и Меня вы увидите въяве!

Нерушимую клятву — Аминь! Аминь! — говорю Я:

Все вы восплачете, вопль погребальный подъемля. И ярый

Мир благочестным сначала не будет рад. Только ваше 70

Слезное скорби стрекало язвить вас будет недолго:

Ведь и носящей под сердцем горе приходится мыкать,

Острою болью терзаема женщина близких уж родов,

Вплоть до часа рожденья от схваток мучится в корчах;

Жгучее жало когда разрешившейся боли уходит, 75

Прежних терзаний не помнит, ведь в мире сем вечнорастущем

Только что человек расцвёл на лоне рожденья.

Так же и вы — подобье жены, рождающей в муках —

Скоро освободитесь в сердце от скорби бессонной;

Только вскоре и Я вас увижу, и бодрое сердце 80

Возвеселится внезапно в груди вашей, поздняя радость

Явится необратимая и не отнимется боле

Временем всеунимающим. В день некий так, как и прежде,

Снова ко Мне припадёте все вы во слове премудром:

Что ни попро́сите вы призывающим Бога реченьем, 85

Будет дано непременно Отца милосердного волей.

Ныне, дабы свершилось деяние жизни, такого

Доброго дара у Предка вы не просили, моли́те,

Дабы исполнилось это и всё, что бы вас ни манило,

Примете вы из рук Моего Всемогущего Предка. 90

Ныне окольным словом, не прямо, к вам обращаюсь: 92

Близок уже и скоро час божественный минет,

Выслушав истину всю от Бога Отца, Я не медля

Голосом чистым и ясным пойду возвещать по-другому, 95

Не окольною притчей, хромым реченьем пророчеств;

Бога проси́те в тот день, горячо обращаясь, взывая,

Чистым словом молебствия, Я тогда обращуся

К вам, но не так, как прежде; Родителя вечно живого

Я умолю ради вас; и Отец Мой высоковластный 100

Чистой воле Моей ответствует равнолюбезно.

Он же по разуменью Собственному вас любит,

Вы ведь с Божиим Сыном, с Логосом, мыслью единой

Связаны, то есть ко Мне любовь святую познали

В разуме незаблудшем, вы сердцем не усомнились: 105

От Родителя шествую, от жизненосного Бога.

Я пришёл от Отца, веду Я с миром беседу,

Мир, чреватый грехом и виною, вскоре оставлю,

Снова воссоединюсь с Отцом, Меня ниспославшим».

Ученики, услышав Его, тотча́с возгласили: 110

«Ныне молвишь открыто, реченьями тёмными ныне

Не говоришь, как на таинствах, иносказаньем без смысла.

Ныне мы уразумели: как смертный Ты изрекаешь… 113

……………………………………………………….

Ты не нуждаешься даже в расспросах кого-то другого. 114

Ведаем, посланный Им лишь пришёл Ты в мир сей греховный, 115

Знаем, что Ты — Христос, Рожденье от горнего Бога».

Им отвечал Иисус, конец возвещая деяний:

«Верите в слово Моё, вы снова ко Мне обратились,

Близится время, и вы рассеетесь, бегством спасаясь,

Каждый в свой собственный дом, не зная друг друга, расставшись, 120

Бросив Меня одного, но Я, когда явятся люди,

Смерть несущие Мне, не буду один, хоть бежали

Ученики, ведь Отец никогда Меня не оставляет!

Всё это вам изъяснял Я, чтобы в земле этой вечно

Мир во Мне вы стремились иметь, незыблем и крепок, 125

Не кончающийся со временем. В сём многошумном

Мире горестных много забот, но и в тяготе смертной

Будьте бодры, человека превозмогу Я деянья.

Я превозмог сей мир!» 129



ПЕСНЬ СЕМНАДЦАТАЯ


И снова, молвив об этом, 1

Очи горе́ возведя, к Отцу воззвал Он на небе:

«Отпрыску Своему воздай Ты славою, Отче! 3, 4

Смертных плотию дал Ты править Мне изначально, 5

Я лишь желаю всё то, что Сам Мне препоручи́л Ты

В вечной жизни прекрасной Боговдохновенной лелеять,

Дабы и Бога Единого знали, мира надежду,

И Тобою ниспосланного Христа Иисуса.

Сам же Я чтил Тебя, труды совершая земные, 10

Ты же волей Своей Меня не оставь во свершенье.

Мне же ныне воздай привычною почестью, Отче,

Коей Ты чтил Меня прежде, чем Божией речью Твоею

Ты связал основанья Тобой обретённой вселенной.

Имя Твоё возвестил Я народам, для коих Ты Сына 15

Собственного послал как зренье незрячему миру,

Стали они Твоими, Ты их направлять в этой жизни

Дал Мне, как и хранить в незыблемом уложенье,

В слове Твоём, и они сердцем, и разумом вняли,

Что от Тебя всё исходит, данное Мне, и что им же 20

Я предаю жизнедарные речи Твои, и прияли

Верное слово прямое умом они, уразумели

Сами, что от Тебя Я пришёл; тотча́с же узнали:

Слово Твоё не имеет общего с здешним стремленьем,

Именно Ты на землю послал Меня, и милосердья 25

Ради прошу Я за верных, не ради заблудшего мира;

Отче, молю, защищаю Я только лишь тех человеков,

Коих Ты Сыну доверил, — Твои́ они, ибо ведь ясно:

Всё, что Ты ни дару́ешь, — Моё, и всё, что свершаю

Я, — от Тебя лишь исходит. И в сотоварищах, в другах 30

Вечноживущую славу имею, земной их сопутник.

Там они остаются; Я же, землю оставив,

Отче, к Тебе возвращусь, восстав, но ученико́в Ты

Наших единомысленных от бичеванья соблазна

Охрани и прикрой, как щитом, от упорного беса. 35

Отче, о Чистый, единомысленных Наших храни́ Ты,

Дабы, как Мы с Тобой, и они пребывали в единстве!

И когда говорил Я средь них в сем мире скудельном,

Са́м Я все́х их хранил невредимых, никто из их круга 39

Не погиб от нечестья обманнолукавого жала, 41

Кроме погибели сына, мужегубного беса,

Дабы в грядущем исполнилось слово закона в писанье.

Ныне же, Отче, к Тебе от земли сей вновь Я прии́ду;

Всё это им Я открыл, чтоб свершенную радость в грядущем 45

Вечно они несли о Моих деяньях по миру;

Слово Твоё им дал Я божественное, но смущаюсь:

Возненавидел их мир, ведь они же Священного Предка

Дети, горних просторов, мнимые жители мира;

Я ведь тоже лишь гость, Я Сам не от смертного мужа, 50

Не от брака земного происхожу; и не словом,

Отче, молю, чтобы Ты соратников верных станицу

Не забирал с Собою из беспредельного мира,

Но охранял ея неусыпною вечно зеницей

От гнуснейших оков праначального злобного беса! 55

Другов Моих освяти Своею божественной речью,

Чистыми всех соделай разумными правды лучами,

Истина — слово Твоё! Своих же сопутников также,

Раньше другов ещё и Себя Самого освяти́л Я,

Дабы возвеселились Твоим жизнедарным реченьем 60

И очищенье соделали истиною освященной,

Плоть оросив от духовных пламе́н. Не за них же единых

Восприял Я Твою благодать, но за всех, кто отбросил

Заблужденья безверные, ветрам предав поднебесным,

Истинной веры исполнясь чрез преданных другов реченья. 65

Дабы они заодно пребывали, как Мы с Тобою, превечно, 66

Будучи друг во друге, в единое связаны были! 74

Отче, как Ты во Мне, так и Я в Тебе существую, 67

Слиты Мы нераздельно, чтобы и те, кто за Нами

Явятся, пусть бы они все единомысленны были!

Многолукавый да у́зрит мир, что Я в эту землю 70

Послан Тобою, чтоб быть Защитником всех человеков.

Славу Я им даровал, Тобою Мне данную, дабы

В Нас они все, свершенны, как один да пребудут, 73

Те, кто и после родился, с Тобою и Мною едины, 75

Сколько Ты, Отче, содеял во Мне, но пусть же и Са́м Я

Приносил столько другам, единомысленный с ними;

Мир тяжкосердный да знает, опытным сердцем изведав:

Только Ты и послал Меня миру-свидетелю в помощь,

Очищение жизни человеческой, Ты же 80

Учеников Моих возлюбил, как Сына Родного!

Дай же и тем, кто за Мною, Отче, идёт — так молю Я! —

Быть им в том месте, где Я пребываю, чтобы и смертным

Взором увидели все вы Мою надпрестольную славу. 84

Отче Мой правосудный, о, человеков Спаситель, 87

Мир Тебя не познал, а Мне Ты Един соприсущий.

Мудрая другов Моих станица Тебя распознала

Разумом благонравным, им же таинства слова 90

Я Твоего приоткрыл; но снова — и больше — явлю Я,

Дабы и глубже ещё Тебя познали: в них узы

Если пребудут любви Моей чистой — и Сам Я пребуду!» 93



ПЕСНЬ ВОСЕМНАДЦАТАЯ


Как только молвил Он это, направился тут же стопою 1

Разумеющей к брегу противному, там, где Кедрона

Зыби неистово хлещут, как ливня сопутного струи,

Стройную глубь возмутив низвергающегося потока.

Был же поблизости сад, благозе́лен, там и явился 5

Господин, привычно ступая, как будто бы шёл Он

Средь благовонных растений вечноцветущего Рая.

Дерзкий же ведал о сей густолиственной роще Иуда,

Где под сенью пустынной Христос проходил, направляясь

Часто в то место в саду, где другов Его собирался 10

Сонм сопутный и близкий, расположившись с ночлегом.

Воинов щитоносных получив от старейшин,

В сопровожденьи толпы злоумышленных фарисеев

Угрожающей, вместе с людом, несущим дубины,

В сад знакомый явился со всеми неверный Иуда 15

Средь бряцанья оружья при светочах. Кто-то из люда

Вверх приподнял вослед указующим сонмища дланям

Светоч, горящий внутри сосуда, от ветра защиты

(Сей же сосуд изготовлен из плотно сплетённых тростинок —

Опытный в ремесле искусник его изготовил, 20

Словно звезды подобье, сей диск в огневидном сиянье!

Там, где свет сердцевины плотно сплетённого лона

Многоочитый луч сверкающий ниспосылает

Из-под прикрытия, зыблется хрупко неровное пламя).

Не говорили Ему, но грядущую ныне судьбину 25

Зрел Иисус и без страха по Собственной воле оставил

Сад и щитами трясущим рек Он словом изострым:

«Ищете вы кого, желая бросить в оковы?»

Звонкодоспешное войско тут Иисусу глаголет:

«Жителя Назарета, Иисуса мы ищем!» 30

………………………………………….

………………………………………….

Дерзкий, среди врагов находился потатчик Иуда, 31

Ради денег ничтожных, призрачного достоянья

Сына Бога предавший, просторов земных упованье,

Сына Бога предавший. И так измолвил народу

Нежнохитонный, безлатный Владыка разящим реченьем: 35

«Иисус галилеянин Я, насельник Я Назарета». 44

Все, один за другим, воинственные щитоносцы, 36

Вдруг распростёрлись во прахе, движимы собственной волей,

Пали ниц, уязвленные гласа бурей внезапной.

И во второй раз словом разумным Христос вопрошает:

«Ваша толпа какого схватить собирается мужа?» 40

Возглашали Ему обуянные злобою толпы:

«Ищем Христа Иисуса, жителя Назарета».

Иисус взговорил им снова гласом бесстрашным: 43

«Я — Иисус галилеянин, если только Меня лишь 45

Вы пришли тут искать, то пусть возвращаются други,

Все, что тут пребывают, к жилищам своим невредимо,

Дабы незыблемым было свершение древлего слова,

Молвленного Иисусом вечноживущему Предку:

„Да не погибнет никто из тех, кто со Мною!“» Тут Симон 50

Выхватил ярый меч и на стражника бросился тут же,

И слугу уязвил безумного архиерея,

Правое ухо ему отсек он послушным железом.

Кладенцом уязвленного служника кликали Малхом.

Остановил Иисус Петра восклицанием кротким: 55

«Желчь во чреве убавь! Меч в ножны́ вложи — не испью ль Я

Чаши Родителя, столь желанной, с душой умиленной,

Чаши, полученной в дар от Него?» И божественной кровли

Страж из тысячи ратной, начальник, вместе с отрядом,

С предводителем грозным щитоносного войска 60

Иисуса невинного тут же крепко связали;

После Христа в тот же вечер, безмолвного, препроводили

К дому первосвященника, в обиталище Анны;

Тесть Каиафы, надменный, первосвященником был он

В год тот самый, когда Каиафа пастве еврейской, 65

Зависть питая к Христу, завопил богоборческим гласом:

«Лучше умрёт один за народ, чтоб горя не мыкать,

Чтоб не погибли евреи ради единого мужа!»

И, пока Иисуса влекли щитоносные вои,

Издали следовал Симон за Ним по той же дороге, 70

Вместе с учеником другим, знакомым отлично

Первосвященнику раньше, ведь он был рыба́рь преискусный.

Он-то с Христом и прошёл внутрь Богоприимного дома.

Пётр, запоздав, остался снаружи, за ворота́ми.

Друг и спутник Христа, оказавшись под этою кровлей, 75

Вышел за дверь тотча́с и рабыне привратной промолвил

Про Петра и повёл его внутрь просторного зданья,

За руку взяв. И служанка привратная, искоса глядя,

Присмотрелась к Петру, оказавшемуся поближе,

И возопила: «Дру́гом Христа не ты ль пребываешь?» 80

Симон в ответ воскликнул, от страха так возвещая:

«Жено! Я не Христа ученик и даже сопутник!»

Были там, с людом смешавшись, и первосвященника слуги,

И батраки, и рабы: кружком устроившись, грелись,

Угль в очаге вороша. И скудно искры роняя, 85

Робкий цветок огня увядал в сем жаре бездымном.

Темная ночь была неспокойна, и западный ветер

Нёсся над всею землёй, цепенящий хлад навевая.

Грелись рабы у огня уютного. Там, между ними,

Молча, едва узнаваем, и Пётр стоял, растерявшись. 90

Иисуса расспрашивал речью изострой служитель

Анна, широкобрадый, во гневе привычной рукою

Лён осязая пучка нечёсанного подбородка;

Окружённый учёными — знал господин мудрецо́в сих

С их заветом священным. И словом прочным ответил, 95

Неколебим, Иисус: «Я с миром сим любознатным

Говорил, не скрываясь под благозданною кровлей,

На перекрёстках на всех и в Боговещательном храме,

Там, где всегда собирался народ, отовсюду пришедший;

Тайного ничего не рек Я словом разбойным 100

Или грозящим кому-то; что ж вопрошаешь? Ведь кру́гом

Здесь стоят все свидетели гласов Моих и речений,

Все от Меня различный смысл речей познавали,

Люду Я проповедывал Богопокорных евреев!»

Но держащему слово начальник, неистовый воин, 105

Дерзновенною дланью разбил святую ланиту. 106

Рек Иисус, упрекнув косматого мужа лихого: 108

«Коли Я безрассудно, дерзкий, сказал не по чину —

Сам свидетелем будь возмездия злобного гласом, 110

Коли сказал хорошо — то что же битьём укрощаешь?»

Анна, в сем сплетенном силке смертельной ловитвы

Руки скрутив за спиною Ему лишь вервием только,

Иисуса послал к обуянному злобою зятю,

Взяв под стражу — к тому, кто водительствовал, ко другому. 115

Симон стоял у костра, неизбывной тоскою объятый,

Тело иззябшее грея у еле тлеющих у́глей.

Спутники первосвященника тут, пригревшись, спросили

Симона, только вошедшего: «А не из другов ли будешь

Иисуса Христа?» И тут же в гласе ответном, 120

Перед рабами, его признавшими, Пётр и отрекся:

«Я не с Христом», — промолвил он словом притворным, обманным.

Раб домашний жреца сказал Петру, порицая

(Родичем был он вою ночному, которому Симон

Правое ухо отсек, мечом безрассудно вращая): 125

«Разве ты не провозвестник Христов? Тогда не тебя ль я

Как соучастника видел в са́мой чаще садовой?»

Снова, и в третий раз, как прежде, от Иисуса

Пётр отрекся в сей день — и пе́тел закликал тотча́с же!

Рой обличительный, двор Каиафы после оставив, 130

Во дворец игемона гордого шествует тут же,

Жизнедавца желая казни обречь, Иисуса. 132

Но под внутренний кров немолчно шумящего дома 135

Не вступил он, страшась своей осквернения плоти,

Чистым Пасху желая вкушать. Стоял в отдаленье,

Неразумный младенец, не зная, что влёкся к убийству

Чистого, чтя заветы от зла хранящих законов.

Вышел Пилат из дворца тотча́с, не медля нимало, 140

Храмослужителям рек, уложениям должным согласно,

Слово, порасспросив о причине казни желанной:

«Что за речь тут звучит в обвинении этому мужу?

Смертный зачем приговор вы просите? В чём прегрешенье?

Смертный зачем приговор вы просите, гибель для мужа?» 145

Первосвященники злобно и с завистью отвечали:

«Разве не зло он содеял несказанное? Мы ведь

Привели не невинного мужа, предав в твои длани

Для наказанья!» И тот, распознав их жгучую злобу,

Вовсе не стал Христа допрашивать словом судебным: 150

«Сами сим занимайтесь. По книге законослужебной

Отчим законом судите и принятым наказаньем!»

Дерзкий же сонм измолвил: «Казнить нам этого мужа

Ныне никак нельзя». Так вещее слово сбывалось,

Сказанное Христом, провидцем Собственной доли 155

Смертной. Оставил Пилат злоумышленников вереницу

У дверей, воротившись в дворцовый покой и судебный.

Подозвав Иисуса, он молвил словом допросным:

«Ты ль иудейский царь?» Вопрошавшему по незнанью

Уподобясь, Христос боговестный так отвечает, 160

В сердце священном Своём постигнув: «Сие возвещаешь

Собственным разуменьем, Меня зовя самодержцем

Иудейским, иль молвь обо Мне такая?» Властитель

Рек: «Разве я иудей? Ведь ваши только лишь люди

Собрали́сь, чтоб тебя обвинить предо мною, преда́ли 165

Первосвященники сами тебя мне без слова, так молви

Сам, како́е нечестье содеял?» Владыка ответил:

«Не на земле Моя власть свершается, как самодержца,

И не от этого мира скудельного. Если бы здешним

Было Наше господство и только от этого мира, — 170

Слуги бы за Меня оружные доблестно бились,

Дабы не выдать Меня евреям во вражий длани;

Власть Моя — не от мира, не царская, не отсюда».

Вновь Пилат вопрошает Его реченьем взаимным:

«Разве не Господин ты?» И вновь Иисус отвечает: 175

«Да, явился Я здесь, проповедую, странствую — чтобы

Быть свидетельством истины всечарующей му́жам;

Всякий, кто выбрал правды ярмо влачить в этом мире,

Внемлет нелживому слову Наших уст безобманных».

Поразился Пилат, и в третий раз вопроси́л он: 180

«Что же есть истина?» После, быстро оставив

Кресло судебное, вышел и люду безумному молвил,

Порицая служителей храма: «Многоразличным

Словом спросив сего мужа, вины в нём не нахожу́ я;

Также не вижу причин обвиненья. Есть тут обычай 185

От отцов вам завет, дабы каждый вы год из-под стражи

Отпускали из узников одного на свободу.

Так не хотите ли вы, чтобы снова освободи́л я

Ковами связанного „властителя иудеев“?»

Взвыли толпы евреев с беспредельною силой 190

Во́пля: «Нет! Не того, о ком говорил ты — Вара́вву!»

Тот же слыл и убийцей, и вором. 192



ПЕСНЬ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ


Неистовым воплям, 1

С уст обезу́мевших толпищ срывавшихся, внемля, правитель

Поднял из ямы вора и освободил пред народом

Без батогов и бичей, но в дрожь бросающей пыткой,

Чрез бичеванье жестокое плоть Христа обагрил он. 5

И с издёвкою войско врагов Иисуса схватило:

Из преплетённых верхушек язвящего болью аканта

Возложивши венец царя обманный на гла́ву,

Верхнее платье содрали — взамен же набросили пеплос,

Искрой искусной блистающий ярко зыбей сидонийских 10

(Знаки достоинства царского в муках), а после, колена

Преклоняя, во прах простирались, выи согнувши

(Как царю воссылали приветствия ложною речью),

Словно пред милосердья вестником, попеременно

Били с силой Его то в одну, то в другую ланиту. 15

Тут возвращается вновь из палат Пилат преразумный

Торопливой стопою к толпе и кличет безумным:

«Мужа сего я к вам из-под стражи препровождаю,

Все да изведаете: я в нём неправедных мыслей

Не нашёл никаких, рассудив умом беспорочным!» 20

И, переступая стопами неосквернёнными, вышел

Из дворца Иисус в остролистном венце из аканта,

В одеянии, влажном от сока пурпурной улитки;

Снова Пилат обратился к завистливому народу:

«Вот он, многобичуемый муж неповинный пред вами!» 25

Беззаконные первосвященники на Иисуса

Глядя, с грозною стражей, мрачные, взвыли безмерно:

«Пусть, соплетши с крестом, его вздёрнут, чтоб видели все мы,

Длани пусть и ступни пригвождает железное жало».

Толпищам так Пилат премудрый ответствовал гласом: 30

«Раной его уязвили вы четырекратно смертельной —

Сам ни единой причины для смертной я казни не вижу!»

Но закричали Пилату первосвященники буйно:

«Отчие есть обычаи, что у евреев в скрижалях

Древле запечатлены законниками — уложенье 35

Смерти требует мужа сего в отмстительной казни

За нечестье, ведь Сыном зовёт он себя Боголиким,

Бога, сущего вечно, Отцом Его он считает!»

Это услышав, премудрый вострепетал рассудитель

И торопливой стопою явился во двор всеприимный, 40

И спросил Иисуса словом допросным вторично:

«Молви, откуда же ты? Кто будешь таков ты?» Уставив

Очи долу, Владыка уст не отверз пред Пилатом,

Уст, заменяющих речи, не молвил ответного гласа.

И вопиял Пилат в ответ тяжкогневною речью: 45

«Не отвечаешь зачем на допросное слово? Не знаешь

Разве, что я — твоя доля двойная! — могу обоюдно

Как укротить на кресте, так и выпустить на свободу?»

Рек на это Христос, сей мир порицая надменный:

«Нет, не дано тебе власти сейчас судить Мои вины, 50

Коль не воспринято свыше — тот смертный, кто Меня предал,

Из-за того и большее здесь он узнал прегрешенье!»

И воспылал Пилат отпустить Его на свободу,

Иисуса безвинного, прочь от погибели смертной.

Сонмища восстенали, шум поднимая немолчный, 55

Неисчислимыми ртами: «Ужель он уйдёт невредимо?

Цезарю, единодержцу, станешь ты не угоден!

Всякий, кто называет себя владыкой — обманщик,

Самозванец, с Тиберием-принкепсом спорит, негодный!»

Вострепетал Пилат, такие реченья заслышав, 60

Вывел он Иисуса из высококровельных до́мов,

Сам же расположился поблизости он, в Литостроте

(Так называлося место, оно по-эллински значит

«Сложенное из камня», только вот в местности этой

Речью бурлящей сирийской оно Гаввада́ называлось). 65

Это случилось, когда предсубботняя эос, шестая,

По́ небу мчалась, и третий час смертоносный струился.

Суд вершащий Пилат со благокаменной ска́мьи

Возгласил пред толпою евреев: «Вот ваш Владыка,

Царь ваш, и облачился он в царственную багряницу!» 70

Толпища возопили из глоток единогласных:

«Крест! На кресте распять! Пусть примет позорную кару!

Пусть он сгинет, распятый, от ши́пов изострых крушцо́вых,

Сгинет, на древе опутан че́тырегво́здною узой!»

Снова им молвит Пилат, глазеющему народу: 75

«Поднятого на древо дозволю ль пронзить я железом,

Погублю ль Повелителя вашего казнью позорной?»

С уст злоковарных в сей миг раздался крик иереев:

«Мы сего проходимца как Господина не знаем,

Собственной волей Владыку, того, кто Римом не венчан. 80

Разве Цезарь Он нам? Разве Пастырь бескрайнего мира?»

Внемля немолкнущий ропот на площадь собравшихся скопищ,

Волей-неволей Христа преда́л он неправедной смерти:

И возрадовались иереи бесстыдные, сразу

Взяв Иисуса на казнь, сии кратковечные люди 85

В миг тот убийцами все Христа бессмертного стали

Как один. Иисус же, крест сей кротко приявши,

Собственной волей, необоримый для смерти, свершает

Путь до высокого места — «Крани́он» оно называлось,

По височному кругу первородца Адама, 90

На языке же сирийцев — «Голго́фа». Его там убийцы

Высоко над землёй на четыреконечное древко

Вознесли, растянув, и там же неумолимо

Разведённые в стороны длани железною узой

Обвязали, пробив по отдельности каждую гвоздем, 95

Рану двойную нанесши, ступни ж, воедино сплетенны,

Мощный пронзил удар, погибели ков неуклонный.

С точно такими стрекалами на крестах вознесенных

Смертью ночедобытчиков двух — одной наказали;

Мужа два на крестах, как соседи, Христос — посередине. 100

Там Пилат сотворил прочтенья достойную надпись

В знак свидетельства, «титулом» в речи латинской зовётся.

Там тростником премудрым запечатлено, что властитель

Иисус иудеев, «Царь он из Галилеи!»

Многие местные жители, из евреев, читали 105

Надпись, зная, что холм этот рядом высится с градом,

Игом там Иисуса восславили, крестною мукой.

Бороздою ладони начертано там преискусно

По-авсонийски, сирийски, а также и по-ахейски.

Первосвященников сонм просил, умоляя, Пилата: 110

«О, не пиши, не пиши, что Он-де Царь иудеев,

Только лишь то, что Он Сам сказал Своей ложною речью:

„Повелитель евреев, Иисус скиптродержец“».

Только и молвил Пилат, упрекнув человеков жестоких:

«Что написал — написал!» И так, подъятого кверху, 115

Иисуса невинного подчинённые слуги

Распластав на кресте подвешенного, и убили;

Платье божественное Богородного Самовластца

Стража там поделила (хитон блистающий также,

Что с испо́да до ве́рха всегда несшитым носился, 120

Цельнотканым куском от выи и до лодыжек).

Между собою же так они соглашались друг с другом:

«Сей необычный хитон виноцветный и Богодивный

Рвать не станем, хитон, облекающий чуженина,

Лучше пальцами рук (по броскам их победа приходит) 125

Жребий кинув, узнаем, кому он достанется точно».

Так исполнилось слово, хоть поздно — но истинным стало,

Спетое звонкой кифарой в песне Богоречивой:

«Гнусные же убийцы, споря между собою,

Соберутся и станут делить Мои одеянья, 130

Жребий станут бросать, кому же теплолюбезный

Плащ Мой носить придётся, кто будет ризы владельцем!»

Так свершились деянья войска неправедных му́жей.

Подле того креста поблизости други собрались

С Богородицей Девой, матерью Иисуса. 135

Одноименна была Ей другая Мария, а также

Магдалина Мария слезящая. Милого только

Ученика увидал Христос и с ним Богоматерь,

Молвил тотча́с: «О жено, о девство взлюбившая матерь,

Вот пред тобою сын девства!» И ученику Он измолвил: 140

«Любящий девство! Тебя родила Пречистая Матерь

Без роже́ницы мук!» И с того быстроногого часа

Деву-Мать, как родную, ученик в своём доме

Принял, навеки он стал жены, беспорочно зачавшей, —

Сыном стал нерожденным не знавшей родов Царицы. 145

Уразумел Иисус — всё должное неотвратимо,

И восхотел, чтоб свершилось быстрее то, что вершится,

Чтобы конец настал Его жизни остатней, Он молвил:

«Жажду». Поблизости там, заранее приуготовлен,

С уксусом был сосуд. И быстрый воин, то слыша, 150

Губку, цветок пещер подводных солёного моря,

Напитавши горьким питьём, ненасытною солью,

И насадив высоко на край распрямлённой тростинки,

Поднял сей уксус, с иссопом смешанный, смерти напиток,

Дав Владыке вместо холодного, сладкого снега 155

Манны священной, ввысь подъяв тростинку повыше,

Макушку тростниковую вместе со странницей-губкой.

Горькое приняв питьё и соль иссушающей влаги,

Он на пороге погибели рек предсмертное слово,

Гла́ву на грудь преклонил, подчинился желанной судьбине. 160

Старцы неистовые с наступившей вечерней порою

В провозвещённый день на праздник заклания агнцев,

Во палаты стеклись горделивого игемона.

Там, пред Пилатом пав ниц, настойчиво умоляли,

Дабы Христа пророчивого, также с Ним вместе казнённых, 165

Голени им перебив тотча́с многозубым железом,

Не оставлять и тел, к кресту пригвождённых, в том месте,

Свет зари лишь шестой засветит. Так вот, уложенье

Это священное всем иудеям присуще, как только

Воссияет седьмая эос — для них это праздник. 170

Вот осквернённый убийством отряд подошёл, вот и первый

Горемычный с ногами перебитыми страшным

Тяжким железом упал. И вот на кресте у другого

Лихоимца ночного мечом близнечные вместе

Ноги крушат, мертвеца низвергают после на землю. 175

Вот узрели, что мертв Иисус, но мертвому телу

Пригвожденные ноги не плющили медью обычной;

Быстрым, как ветр, копием Ему воин неуязвимый

Острым, как меч беспощадный, ребро преблагое пронзает;

И от ребра прободенного током двойным устремились 180

Струи крови сначала, потом — и божественной влаги.

Тот, кто это увидел, уверил нас речью своею,

С неколебимым свидетельством дивноразумному мужу

Верим, что это реченье истинно и священно.

Так это всё и случилось, чтоб верным стало реченье, 185

Как на священной форминге выпелось в медоточивой

Песне, предвестнице беспорочного Тела; «ни ко́сти

Перебитой не найдено, отделённой от Плоти».

Слово известно иное, пророком измолвлено, мужем:

«Узрят вскоре Того, Кто пронзен, и быстро воздаст им 190

Искупленьем потом взамен копейного жала».

Тайно молил Пилата после пришедший Иосиф,

Гнева боясь иудеев и в страхе, ибо и са́м он,

Миру невидный, Христа был и ученик, и сторонник,

С Божиих уст рекущих впитавший премудрое млеко; 195

Он, преклонив колена, пришёл под властную кровлю

Выдачи тела молить. И в радости выдал начальник

Мертвого Вечноживущего Богоносящему мужу.

Так, ступая безмолвно, к телу явился Иосиф.

Вот достигнув креста, Распластанного совлекает, 200

Двуяремные узы рубя изострою медью,

Мертвое тело несёт сей муж вечерней порою,

На плечо возложив Богочтимое лёгкую ношу.

Вот пришёл Никодим, бредущий порою ночною,

Он осторожной стопою в жилище Христа и доставил 205

Благовонную смирну от самых зыбе́й эритрейских

И алоэ побег из индийской земли тростниковой,

«Литрою» что именуют, всего принёс он с собою

Больше сотни священных сих литр; и, сливши всё вместе,

Тонким они полотном обвили Покойного тело, 210

Спеленав многократно благовонною вязью,

Чтоб соблюсти им евреев обычаи погребенья.

Сад поблизости рос в сем месте высокохолмистом,

Там, где Христа вознес, прославив, на крестное иго

Вражий отряд жестокий. И по соседству с сим садом, 215

В углублении скальном, находилась гробница

Новозданная. Там, во благоскальной гробнице,

Не положили ещё никого на песчаную россыпь,

В захороненье пустом лишь веяло благоуханье

Близлежащего сада. Туда терпеливый Иосиф, 220

Возложив на плечо, и препроводил Иисуса,

Упокоил на каменном ложе нездешнее тело

Вечноживущее, там, внутри третьедневной гробницы,

В гробе том самозданном тайно свершивши деянье,

Ибо евреями чтимое время уже приближалось — 225

Перед субботой заря похитила ближнюю темень —

Вновь домой воротился Иосиф, никем не замечен. 227



ПЕСНЬ ДВАДЦАТАЯ


Утром ранорожде́нным, наставшим после субботы, 1

Слезная Магдалина Мария ко близкой гробнице

Ранней стопой устремилась, когда над землёй тенеликой

Утренняя звезда неприметно в ночи восходила.

Видит, что камень огромный от входа уже отодвинут, 5

В сторону брошен, лежит, претяжкое бремя для почвы,

И отверста могила, куда свою ношу Иосиф,

Иисуса, отнёс, в теснину песчаного ложа.

Ночь стояла, когда она пришла, прижимая

С мирром сосуд погребальный, желая ту Плоть, что бежала, 10

Умастить благовоньем на пустующем ложе.

Но Его не нашла и сразу проворной плесницей

В дом пустилась обратной стезёй и, Петра повстречавши,

Весть сообщила — и ученику сказала другому,

Коего Господин возлюбил, и духом единым 15

Выложила о пустой могиле. Лишь только услышав

Повествование, Пётр из до́му тотча́с устремился,

Убедиться желая во всём; ученик поспешает

Следом за ним ко гробнице, вместе они побежали.

Симона опередив, ученик ветроногий примчался 20

К гробу быстрее Петра, и, первым ко входу явившись,

Заглянул он туда, внутрь са́мого склепа сначала,

И, осмотрев всё глазами, заметил одну пустоту лишь

Да снежнобелых повязок груду на почве песчаной.

После он внутрь не ходил, хоть и первым тут оказался. 25

Вот, его догоняя, появляется Симон,

Сразу же входит внутрь и во гробе сем опустевшем

Лишь поло́тна льняные спутанные увидел

Да головную повязку, снятую с ку́дрей сплетённых.

Гласом сирийским «суда́рион» тот начельник зовётся, 30

Но не вместе с пеленами погребальными рядом

Сви́лась она кольцом, а чуть поо́даль лежала.

Тут за ним и другой вошёл из ране пришедших

Внутрь, немного помедлив, каменнозданной пещеры.

Камень от входа отваленный в бездну этой гробницы, 35

Равноподобные своды утёсистого привратья,

Перевязь для волос и брошенные одежды

Видит и сразу верит, что здесь от лона земного

Ввысь, на небесные тропы взнеслося Мертвого тело.

Только не поняли двое из учеников Иисуса, 40

Сразу же, после погибели безвозвратной, оставив

Это жилище, на третий день целительной дрёмы

Он вернулся от мертвых снова к небесным созвездьям,

Разрешающий узы смерти немилосердной.

Часто туда приходили и други иные дивиться 45

После, не оставаясь, к жилищам своим возвращались,

Каменной погребальницы ку́пола не оглашая.

Вот у такого-то гроба одна Магдалина осталась —

Ливень горючих слез она из глаз изливала,

Вопленница по Жившему, с мирром во дланях. При свете, 50

Льющемся от привратья, плакать желая над Телом,

Вдруг двух Вестников видит. Во мраке, справа от гроба

(Точно в том месте, где до́лжно быть Иисусовой гла́ве),

От Богоокого лика первого — взора сиянье;

А у изножия (там, где лежал бы Мертвый Премудрый) 55

Мечет второй хитона белые искры в пространство.

Оба стали расспрашивать женщину у гробницы:

«Что ты, же́но, рыдаешь?» Ответствовала Мария:

«Кто-то из лихоимцев ночных моего Господина

Выкрал, похитив, и я уж не разумею отныне, 60

Где Его бросили». Тут она обернулась внезапно

И увидала Христа, по Ком так скорбела, но только

Видеть-то видела, да не признала, что у гробницы

Божией был Иисус; она думала: то — виноградарь;

«Что же ты плачешь?» — спросил Он печальную Магдалину. — 65

«Ищешь кого, скажи!» Мария Ему отвечала,

Мысля во упованье, что здешний пред нею садовник:

«Если ты Мертвого взял из сей погребальницы мрачной,

Молви, зачем и куда, Его заберу я оттуда!»

Но Иисус излился и звучной, и ясною речью, 70

К ней обратившись: «Мария!» И та, в лице изменившись,

«Раввуни́!» закричала. Тут Бог её прерывает,

Не позволяя коснуться рукой амвросийного платья,

Слово ей возглашает: «Одежд Моих не касайся,

Ведь после доли Моей Я ещё к Отцу не вернулся; 75

Ученикам передай и братьям, родимым и близким:

К вашему и Моему Родителю отправляюсь,

К вашему и Моему возвращаюсь Я общему Богу!»

Устремилась Мария назад, где одиннадцать другов

Под единою кровлей собрав, свидетельства речи 80

Молвила, как лежат во склепе пеле́на без тела,

Как пред нею Христос засиял в Боготканных одеждах,

Как рассказал про всё в ослепляющем взоры сверканье.

Лишь только мрак ночной затопил теневидную землю,

Оградивши себя и прочным, и крепким затвором, 85

Ученики неприметно, словно в норе, затаились.

Вдруг, словно мысль или птица, над ними вверху воспаряет

Он, Митроносный, и молвит другам: «С вами да будет

Мир!» Такое издав внезапное восклицанье,

Длани, пронзённые медью, ступни собравшимся другам 90

Стал Он показывать, рану в боку — и, на Господина

Явленного взирая, возвеселилися други.

Им же Владыка измолвил второй раз речью мелькнувшей:

«Мира желаю! И если к спряжённому четверицей

Миру Родитель направил — и вас Я в мир посылаю». 95

Рек — и, дух от ограды зубов амвросийных направив,

Губы открыв живые, ученикам Он промолвил:

«Духа примите Чистого и на земли́ человекам

Станете отпускать вы тяжкую скорбь прегрешений,

Те, о грехе не помня, прощенья небесного вку́сят. 100

Если кого предадите безумью греховному снова,

Словно окован останется труд неправедной жизни!»

Не был с ними Фома, единый из другов вернейших,

Он явился, когда Христос воспарил надо всеми,

Господин, незаметно притекший тропой ветровою. 105

Иисуса увидев, ученики Владыке

Радовались, а Фома, предерзостно рот отворивши,

Молвил безверное слово: медленно соображая,

Всё он просил доказательств бо́льших, свидетельств вернейших.

«Коли я рук не увижу, коли в глубокую рану 110

От железа изострых гвоздей перста не вложу́ я,

Длань я свою не приближу к рубцу межрёберной раны,

Не уверую я!» И все Богоречные друга

На восьмое явленье света пришедшего утра

Находились внутри сего потаённого крова, 115

Хоронясь от нависших и страшных угроз иудеев;

В этот раз и Фома находился вместе со всеми,

Коего имя второе как «Ди́дим» («близнечный») звучало;

Вот вступает туда Христос ветровидной пятою,

Он восстаёт, бескрылый, средь другов Богоподобных; 120

В третий раз возвернувшись, молвит гласом привычным:

«С вами да будет мир!» И всех в стороне оставляя,

Тут же упрямцу Фоме глаголет свидетельной речью:

«Где же персты твои, милый, дабы тебе показал Я

Язвы свидетельство здесь от ударов гвоздей изострённых, 125

Обе дланей Моих стороны́ пред тобою! Перстами

Осязай же Мой правый бок со столь явною раной,

И да отбросишь неверье, и да станешь вернейшим

Другом, вдвойне дорогим, осязающим и смотрящим!»

Тут тугодумный Фома восклицает во слове ответном: 130

«Ты — Господин наш, и Ты — мой Бог!» И Ди́диму молвил

Иисус, порицая сомнительное разуменье:

«Веришь, лишь только увидев, очами лишь веру приемлешь;

Сколь же больше блаженны все те, кто, даже не видя,

Бо́льшую веру имеют, нужды в лицезреньи не зная!» 135

Многие дива иные в присутствии другов премудрых

Совершил Иисус, явив при различных знаменьях

Все их, что были и вправду, но не описывал в книге

Тот, кто писал её — пре́дал молчанью по собственной воле.

Но и всё то, что осталось на писчей доске от свидетельств, 140

Жизнедарную в вас питает веру, что Предка,

Вечносущего Бога, Христос, Иисус, Порожденье.

Вам же по вере святой в небесные праначала

Богоречивая жизнь да будет вечной наградой! 144



ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ


Ученикам в третий раз показал амвросийный Свой образ 1

Иисус близ зыбе́й немолчных Тибериады,

Там Он лик Свой явил. Внутри укромного дома

Пётр находился, недавно именовавшийся Симон,

Со премудрым Андреем, братом единоутробным, 5

С быстрыми отпрысками рыбаря́ Зеведея,

С ними был и Фома двуименный, пришёл туда также

Нафанаил и двое других, Богопослушных.

Симон льняноволосый собравшимся молвил реченье:

«В море я выхожу, на обычную рыбную ловлю». 10

И собравшиеся рыбари́ подтвердили согласно:

«Мы на рыбные нивы отправимся зыби текучей

Вместе с тобой заодно». И вот из укрывища вышли

Друга тесной гурьбою, ко близлежащей направясь

Бухте, и на ладью погрузились. В течение ночи 15

Не наловили рыбы натруженными руками,

Всею ватагой стараясь, и Симон, горюя над зыбью,

Часто напрасно смотрел все сети, свисавшие с бо́рта.

Розовыми лучами тьму заря расколола —

На благогалечном бреге морском Христос появился, 20

Утром привычный след ведя по бухте знакомой,

Будто желающий рыбы морской. Но даже и видя,

Ученики не признали в Нём своего Иисуса.

Вот Он речет рыбарям, живущим добычею с моря:

«Не принесёте ль, пловцы, даров от всеплодной пучины, 25

Слуги и отпрыски зыби?» Ученики отвечали:

«Нет у нас нынче улова». Владыка ответствовал речью:

«В рыбообильное море снова забросьте-ка мрежи

Ближе ко правому бо́рту ладьи, к отплытью готовой… 29

…………………………О странническая станица!»

Вот, приподняв, бросает ватага ловчие сети 30

В море, взбурлившее вдруг, и тянут из влаги обратно

Полные пляшущей рыбы сверкающеглазой все снасти!

Силы нет, чтоб тянуть из хлябей невод набитый,

Плещущий плавниками из многовмещающих глу́бей.

Симону вымокшему, глубокой ловчему бездны, 35

Молвил соратник сопутный, возлюбленный Господином:

«Сам Владыка на бреге сём!» Тотча́с устремился

Влажные одеянья натягивать Симон на бёдра,

Ветхою тканью льняной закрывать обнажённое тело

И оборачивать крепко вкруг я́годиц покрывала 40

Влажные (шкуру свободно меж бёдер так пропускает,

Уд укрывая, рыба́рь, а уда и видеть не должно:

Наги на море ловцы, что неводы к берегу тащат).

Бросился после он в воду, волны взбивая искусно

Дланями поочерёдно, гла́ву над зыбью вздымая, 45

Вспенивая гребешки позади крутящейся влаги,

Брега достиг и пошёл по суше божественной быстро,

Где Иисус находился, его поджидая. Другие,

Сколько их ни было там, взошли на рыбацкую ло́дью,

Ловчие волоча во влаге лежащие сети, — 50

Плаванье проходило неподалёку от суши,

Но на двести локтей бросали пенные волны

Гребни свои, несомы до берега бурей-вакханкой,

Брызгами орошая к морю ближайшую сушу.

Только вышли они на землю прибрежья сухую, 55

Как увидали костёр, угасающий с клубами дыма,

Рыбу, разложенную на груде рдеющих у́глей,

Свежий хлеб и приправу. Владыка повелевает:

«Тварей глубинных сих с плавниками, моря ловитву,

Коих добыли от лона питающих глубей, несите!» 60

Резвой стопой поспешая, к Нему поднимается Симон,

Равномощно руками влача по взморию сети

Бьющихся полные рыб с плавниками, огромных, и дланью

Мрежи чрез силу тащил он, хребет наклоняя усердно,

Сотню вытащил тварей от влажного стада морского, 65.

С ними вместе потом пошли и рыбы иные,

Сто пятьдесят их и три там было. И ловчие сети

Не порвались при том под бременем плавниковых.

Но ни один из другов сопутных не смел и признаться,

Что человеческим зреньем он Бога зрит пред собою. 70

«Кто ты, и что ты тут делаешь?» — кротко спросил Его Симон,

Вдруг понимая — Сам Господин, Иисус перед ними!

К ним Владыка приблизился, в дланях сжимая большую

Рыбу и хлеб испечённый. И другам повелевает:

«Новому пиру предайтесь за трапезой круговою, 75

Яства готова нежданная, этот улов уж зажарен».

Так в третий раз явился ученикам Он и другам,

Бог Иисус, после смертного сна пробужденный для жизни,

Он, вернувшись от мертвых, оставив покровы земные,

К суше знакомой придя рыбопастбищной Тибериады. 80

Яствы отведав пиро́вой, Он, взяв одного лишь с Собою

Друга, уже не вкушая пищи и рыбы гоститвы,

Рядом идущему Симону речь Боговещую молвил:

«Симон, истинный отпрыск родителя Иоанна,

Больше ли прочих Меня любовию верной ты любишь?» 85

Пётр в ответ: «Господин, Ты знаешь и Сам это сердцем

Собственным, как я Тебя люблю, и без слов это ясно!»

Стал изъяснять Владыка Петру из уст животворных:

«Посохом агнцев Моих направляй немолчных, разумных!»

Спрашивает Иисус во второй раз, звонкоголосый: 90

«Симон, ты, что от славного отпрысками Иоанна,

Любишь ли больше всех прочих Меня из другов сопутных?»

И устремив на Владыку лицо и взор во второ́й раз,

Симон, ловец человеков из стада людского, ответил:

«Да, мой Царь, и Ты знаешь и Сам, что верный свидетель 95

Сердце моё, сколь безмерны и сладки к Тебе мои чувства».

Вновь к Петру обратился Владыка разумному с речью:

«Нашего стада овец паси на ниве духовной».

И повторил Иисус то, что ранее говорилось:

«Симон, о славный сын Богочтящего Иоанна, 100

Так ли уж точно ты любишь Меня сильнее, чем други?»

Ревностный Пётр восскорбел, что вновь Иисус ему молвил:

«Любишь ли ты Меня горячей Моих другов любимых?»

Иисусу ответствовал Пётр пристыженным гласом:

«Знаешь и Сам Ты, я мыслю, Вожатай миропорядка, 105

И разумеешь, насколько любви моей кре́пки затворы,

Коей Тебя я люблю». Отвечает Бог ему речью:

«Посохом только небесным паси Моих овнов и агнцев!

Пётр, и так как ты молод, сейчас препояшься свои́м ты

Поясом, следом за Мной ступай по собственным тропам, 110

После, когда ты состаришься, руки растянешь под силой,

Смертные уж иные жестоко тебя препояшут,

И приведут тебя в место, которого ты не узнаешь», —

Молвил Он, предвещая искусно конец ему смертный,

Коим Пётр и погибнет, Царя своего почитая. 115

Бог обратился к Петру, исполненному разуменья:

«Агнцев Моих корми премудрых цветами писаний!»

Так Христос говорил: «За Мною следуй!» И быстро

Следом идущий взглянул, окре́ст озираяся взором,

Симон, муж хитроумный, встречу спешащего видит 120

Ученика, особо возлюбленного Господином;

Он пировал, разместившись с Царём, рожденным от Бога.

Ко груди Иисуса припав, любознатною речью

Мудрого спрашивал он: «Так кто же сей муж неизвестный,

Выдаст который Тебя иудеям богоненавистным?» 125

Всё это видя, Пётр спросил: «А как же закончит

Дни свои мой соратник?» Владыка корил его речью:

«Если хочу, чтобы тут он остался, пока не приду́ Я,

Что́ тебе в том? Ты только за Мною и следуй!» И после

Возвещает таи́нным Он гласом преданным друга́м, 130

Радуясь, что ученик тот неодолимой, всеобщей

Смертной кончины не у́зрит. Иисус не промолвил:

«Не удалится от жизни», а только ответствовал речью:

«Если хочу, чтобы тут он остался, пока не приду́ Я,

Что же тебе до того? И к чему любопытство такое?» 135

Сей же сопутник и есть нежданный всего очевидец,

Он свидетель деяний божественных, ученик сей!

Запечатлел он, обдумав, всё во Священном Писанье.

Многие чудеса запечатал безмолвьем премудрым,

Истинный он свидетель свершений и дел Иисуса; 140

Коли же смертный какой такое запечатлеет,

Свитков стольких исписанных даже и сам беспредельный,

Мир светловидный, бескрайний, я уповаю, не и́мет! 143



Таблица евангельских соответствий






















Издания и переводы «Парафразы Св. Евангелия от Иоанна» («Деяний Иисуса»)


Aldus 1501–1504 — Nonni Panopolitani Paraphrasis Evangelii secundum loannem Graece. Venetiis, 1501–1504 [editio princeps].

Melanchthon 1527 — Tralatio Sancti Evangelii secundum Joannem. Hagenoae per Joannem Secerium, 1527.

Hegendorphinus 1540 (1541, 1542) — Nonni poetae Panopolitae in Evangelium S. Joannis paraphrasis Graeca a Christoforo Hegendorphino Latine facta. Schwäbisch Hall, 1540 (Frankfurt, 1541; Paris, 1542).

Juvenis 1556 — Nonni poetae Panopolitae in Evangelium S. Joannis paraphrasis (Graece), ap. Martinum Juvenem, sub insigni D.Christofori, e regione gymnasii Cameracensium. Parisiis, 1556.

Bordatus 1561 (1566, 1856) — Nonni Panopolitani poetae antiquissimi Conversio Evangelii secundum Joannem Graecis versibus conscripta, nunc primum ad vetbum Latine facta, multisque in locis emendata, per Joannem Bordatum Bituricum. Parisiis, 1561 (Köln, 1566, Trieste, 1856).

Perieri 1561 — Nonni Panopolitani poetae antiquissimi convetsio Evangelii secundum Johannem. Parisiis, in officina Caroli Perieri, 1561.

Hedeneccius 1577 — Nonnus Panopolitanus. Paraphrasis Evangelii S. Joannis Graece, cum versibus latinis Erhardi HedenecciL Accedit S. Gregori Nazianzeni sententiosa tetrastica Gr. Lat. Basileae, 1577.

Stephanus 1578 — Homeri Centones a veteribus vocati Omirocenta, Virgiliani Centones utrique in quaedam historiae sacrae capita scripti. Nonni Paraphrasis Evangelii Joannis, Graece et Latine. Excud. Henricus Stephanus. Parisiis, 1578.

Nansius 1589 — Nonni Panopolitani Graeca Paraphrasis Sancti Evangelii secundum Joannem, antehac valde corrupta et mutila, nunc primum emendatissima et perfecta atque integra opera Fr. Nansii, cum interpnetatione Latina; additae eiusdem notae, in quibus non vulgaria tractantur et varii auctorum loci corriguntur aut illustrantur / Fr. Raphelengius. Lugduni Bat., 1589.

Nansius 1593 — Fr. Nansii Ad Nonni Paraphrasin… curae secundas. Lugduni Bat, 1593.

Bollinger 1596 — Nonni Metaphrasis Latine ex metaphrasi metrica Ulrici Bollingeri et ex recensione D. Melissi Scheda. Spirae, 1596.

Sylburg 1596 (1613, 1618, 1629, 1614, 1666, 1624, 1644) — Nonni Panopolitani Metaphrasis Evangelii secundum Joannem versibus heroicis Graece, cum Latinis versibus et brevibus notis, opera Friderici Sylburgii, ex Hieronymi Commelini Typographio. Heidelbergae, 1596 (Lipsiae, 1613, 1618, 1629; Ingolstadt, 1614; Goslar, 1616; Parisiis, 1624, 1644).

Anonymus 1620 — Nonni Panopolitani poetae Conversio Graeca Evangelii secundum Joannem, in Latinum sermonem ad verbum translata, in usum scholasticae iuventutis. Lugduni ap. Iacob. Roussin, 1620.

Abram 1623 — Nonni Panopolitani Paraphrasis Sancti secundum Joannem Evangelii; accesserunt notae p. N.A[bram] Socictatis Jesu. Cramoisy, Parisis, 1623.

Heinsius 1627 — Danielis Heinsii Aristarchus Sacer sive ad Nonni in Joannem metaphrasin exercitationes, quarum priori parte interpres examinatur, posteriori interpretatio ejus cum sacro scriptore confertur, in utraque S.Evangdistae plurimi illustrantur loci. Accedit Nonni et S. Evangelistae contextus, tres item indices. Lugduni Batavorum, ex officina Bonaventurae et Abrahami. Elzevir, 1627. [Воспроизведена — PG XLIII, col. 667-1228].

Passow 1828 — Specimen novae editionis Evangeli Joannei a Nonno versibus adstricti / Ed. Fr. Passowius. Breslau, 1828 [песни I–V].

Passow 1834 — Nonni Panopolitae Metaphrasis Evangelii Joannei. Rec. lectionumque varietale instruxit Franciscos Passowius, accessit Evangelium Sancti Joannis. Lipsiae sumptibus Frid. Christ. Guil. Vogelii, 1834.

Marcellus 1861 — Paraphrase de l’Évangile selon S. Jean par Nonnos de Panopolis, texte grec ét. et corrigé par le Comte de Marcellus. Paris, 1861.

Scheindler 1881 — Nonni Panopolitani Paraphrasis S. Evangelii Ioannei / Ed. Augustus Scheindler. Accedit S. Evangelii textus et index verborum. Lipsiae in aedibus B.G.Teubneri, 1881.

Calaudella 1969 — Calaudella Q. Antologia cristiana dalla cantica ambrosiana alla regola di S. Benedetto. Milano, 1969.

Livrea 1989 — Livrea E. Nonno di Panopoli Parafrasi dd Vangelo di S. Giovanni. Canto XVIII. Introduzione, testo critico, traduzione e commentario a cura di Enrico Livrea. M. d’Auria editore in Napoli, 1989.

Accorinti 1996 — Accorinti D. Nonno di Panopoli, Parafrasi del Vangelo di S. Giovanni, Canto XX (Introduzione, testo critico, traduzione e commento). Pisa, 1996.

Accorinti 1999 — Accorinti Domenico. Nonno di Panopoli Parafrasi del Vangelo di S. Giovanni, Canto XX. Introduzione, testo critico, traduzione e commento. Pisa: Scuola Normale Superiore, 1996.

Livrea 2000 — Livrea, Enrico. Nonno di Panopoli Parafrasi de Vangelo di S. Giovanni Canto B. Introduzione, testo critico, traduzzione e commento. Bologna: Edizioni dehoniane, 2000.

Prost 2000 — Prost, M. Anthony. Nonnos of Panopolis, Paraphrase of the Gospel of John. Translated from the Greek by M.A.P. Internet-publication. URL: http://nonnos.iscool.net (перевод глав I, II, V, VI, XIV, XVIII, XIX).

De Stefani 2002 — De Stefani Claudio. Nonno di Panopoli Parafrasi del Vangelo di S. Giovanni, Canto I. Introduzione, teste critico, traduzione e commento. Bologna: Pàtron, 2002.

Голубец, Поспелов, Марков 2002 — Нонн из Хмима. Деяния Иисуса / Изд. Д.А. Поспелов. Пер. с древнегреч. Голубца Ю.А., Поспелова Д.А., Маркова А.В. М.: Индрик, 2002.



Примечания


1

Более отчетливо это проявится в Средние века, в трагедии псевдо-Григория Назианзина «Христос Страдающий» (подражание трагедиям Эсхила и Еврипида).

(обратно)


2

Шенуте побывал в родном городе Нонна, Хмиме, чтобы обратить к вере во Христа одного язычника по имени Гесий.

(обратно)


3

См.: Нонн. Деяния Иисуса. 1:1. (Далее — Деяния Иисуса.)

(обратно)


4

Не стоит забывать о древности традиции комментирования эпических текстов, восходящей к заведующему Александрийской библиотекой Аристарху Самофракийскому (ок. 217–145 до н. э).

(обратно)


5

См.: Гомер. Илиада. 9:212.

(обратно)


6

См.: Деяния Иисуса. 18:86.

(обратно)


7

См.: Песн. 8:6.

(обратно)


8

См.: Деяния Иисуса. 11:9.

(обратно)


9

См.: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. 48:474. (Цит. по: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса / Пер. с др.–греч. Ю.А. Голубца, вступ. ст. А.В. Захаровой. СПб., 1997.) (Далее — Деяния Диониса.)

(обратно)


10

См.: Деяния Иисуса. 11:11.

(обратно)


11

См.: Деяния Диониса. 3:273.

(обратно)


12

См.: Деяния Диониса. 11:97.

(обратно)


13

См: Деяния Диониса. 12:172. Ср. Деяния Иисуса. 11:124.

(обратно)


14

См.: Деяния Иисуса. 11:50.

(обратно)


15

Например, упомянутая Сократом Схоластиком несохранившаяся парафраза Евангелия от Иоанна: пересказ священного текста неким Аполлинарием (Аполлинарием Лаодикийским или его отцом Аполлинарием Старшим) в форме платоновских диалогов.

(обратно)


16

Например, экфраза (см.: Деяния Иисуса. 18:16–24) — описание светильника неистовой толпы, ищущей Иисуса в Гефсиманском саду, в отблесках которого Иуда запечатлел на божественном лике Учителя предательскую и последнюю ба́раку.

(обратно)


17

Каждый эпитет первых строф «Деяний Иисуса» направлен против одной из ересей: Логос-Христос «вневремен» — против арианства, «нечуем» — против Евномия, «нематерний» — против гностика Валентина и против Нестория.

(обратно)


18

См.: Синесий Птолемаидский. Гимн 7:1–5 (пер. О.В. Смыки).

(обратно)


19

Нонн не воспринимался как автор не церковный: из монастырей св. горы Афон происходят три рукописи с текстом «Деяний Иисуса». См.: Нонн из Хмима. Деяния Иисуса / Изд. Д.А. Поспелов. Пер. с др-греч. Ю.А. Голубца, Д.А. Поспелова, А.В. Маркова — М.: Индрик, 2002. С. 338–345.

(обратно)


20

См.: Nonni Panopolitani Graeca Paraphrasis Sancti Evangelii secundum Joannem, antehac valde corrupta et mutila, nunc primum emendatissima et perfecta atque integra opera Fr. Nansii, cum interpretatione Latina; additae eiusdem notae, in quibus non vulgaria tractantur et varii auctorum loci corriguntur aut illustrantur / Fr. Raphelengius. Lugduni Bat., 1589; Fr. Nansii Ad Nonni Paraphrasin… curae secundas. Lugduni Bat., 1593.

(обратно)


21

См.: Деяния Иисуса. 18:71–81.

(обратно)


22

См.: Деяния Иисуса. 18:27.

(обратно)


23

Большая часть прилагательных в «Деяниях Иисуса» — слова, употребленные Гомером лишь однажды или дважды и использовавшиеся в дальнейшем исключительно в ученой поэзии александрийцев и их эпигонов.

(обратно)


24

См.: Деяния Иисуса. 21:140.

(обратно)

Оглавление

  • Христианский «эпос» Нонна
  • Святое Евангелие от Иоанна Деяния Иисуса: Парафраза Святого Евангелия от Иоанна
  •   ПЕСНЬ ПЕРВАЯ
  •   ПЕСНЬ ВТОРАЯ
  •   ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ
  •   ПЕСНЬ ЧЕТВЕРТАЯ
  •   ПЕСНЬ ПЯТАЯ
  •   ПЕСНЬ ШЕСТАЯ
  •   ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ
  •   ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ
  •   ПЕСНЬ ДЕВЯТАЯ
  •   ПЕСНЬ ДЕСЯТАЯ
  •   ПЕСНЬ ОДИННАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ДВЕНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ТРИНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ПЯТНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ШЕСТНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ СЕМНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ВОСЕМНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ДВАДЦАТАЯ
  •   ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
  • Таблица евангельских соответствий
  • Издания и переводы «Парафразы Св. Евангелия от Иоанна» («Деяний Иисуса»)