Татьяна Сергеевна Ланг - От любви до ненависти один шаг

От любви до ненависти один шаг 1407K, 123 с.   (скачать) - Татьяна Сергеевна Ланг

Татьяна ЛАНГ

«От любви до ненависти

один шаг»

Роман

УДК 882

ББК 84(2Рос-Рус)6-44

Ланг Татьяна Сергеевна

Л 20 От любви до ненависти один шаг: роман /Т.С. Ланг; – Калининград: Живём, 2017 – 128 с. ISBN 798-5-903400-02-7

УДК 882

ББК 84(2Рос-Рус)6-44

Первый опыт физической любви. Страсть и страх, отчаяние и любопытство, неуверенность и желание – такой калейдоскоп чувств и ощущений забыть невозможно! Встреча с монстром в человеческом обличье резко меняет спокойную и размеренную жизнь главной героини романа. Она попала в сети, заранее расставленные им. И теперь девушка полностью в его власти – маленькая тряпичная безвольная кукла, пешка в жестокой игре, ожидающая, когда партия будет доиграна. Но окажется ли победителем ее хозяин? Не станет ли впоследствии сам охотник добычей, одержимой желанием любить и воссоединиться навечно?

© Т. Ланг, Текст, 2017

ISBN 798-5-903400-02-7© ООО «Живём», макет, 2017 Всем в этом чуждом мире движет любовь! Именно из-за любви случается большинство войн, она разрушает судьбы и калечит души. Она притупляет разум, и люди становятся похожими на животных, ведомых только инстинктами. И когда любовь проходит, сердце заполняют пустота и чувство вины. Мы переживаем это сновa и сновa, продолжаем играть ту роль, которая нам отведена, чтобы заново почувствовать, что живем! И мы не можем остановиться, как бы плохо нам ни было. И только потеря любви дает нам опыт.

Любовь изменила и меня, сделала не похожей на прежнюю.



Глава 1

Пролог

Ну давай же, – он с каким-то насл

a

ждением призывал меня сделать это. Его лицо кривилось в дьявольской усмешке, а взгляд холодных голубых глаз был прикован к моему лицу. Я была полностью обнажена. За несчастные два последних месяца я забыла, что такое одежда.

Взгляд Влада гипнотизировал меня, сновa подчиняя своей воле. За все время пребывания в его плену я вынуждена была подчиняться приказам. Но он так и не смог меня сломить. Ему принадлежало мое тело, но не моя душа. И до последнего я носила в себе надежду, что и не мое сердце. Но я ошибалась.

Ну же, малыш, тебе ведь хочется это сделать! Сделай это, Виктория, – настаивал он, говоря это с таким вожделением, словно пытался меня приласкать. Будто мы в этот момент собирались заняться чем-то интимным, сулящим наслаждение. Словно я не держала сейчас заряженный пистолет у его головы.

Я мысленно приказывала себе собраться и не поддаваться на его провокации. Мои ладони вспотели от тяжести металла в руке, а сердце словно собиралось вырваться из груди. Да, несомненно, он прав. Мне хотелось спустить этот чертов курок, раз и навсегда покончить с моими мучениями, с проклятым долгом, который я вынуждена была отрабатывать перед ним из-за моего отца.

За эти два месяца я не раз представляла, как убиваю его. Мечтала, что он все равно заплатит за все мои мучения. Но хватит ли у меня терпения и духу причинить ему вред? Но даже сейчас, в этой напряженной обстановке, я ловлю себя на мысли о том, что с неумолимым желанием рассматриваю его напряженные мышцы на груди, его откровенно дьявольские глаза, его пухлые губы, сводившие меня с ума. Черт побери, как я могла так влипнуть?! Влюбиться в человека, который втоптал мою честь в грязь, в человека, который, вероятно, убил моего отца. Он заставил меня пройти через круги ада.

Виктория, стреляй! Стреляй уже! – потеряв окончательно терпение, грубо рявкнул он. – Нажми на этот чертов курок!

Рука дрогнула, и я опустила пистолет к его шее. Прозвучал выстрел! Глаза налились слезами, разум медленно и туманно покидал мое сознание. В тот роковой момент я лишь могла лицезреть, как его прекрасное тело опускалось по стене, оставляя темно-красные следы… Я не помнила, как выбежала из комнаты, захватив с собой личный дневник Влада, как накинула на себя что-то из одежды, что-то первое попавшееся мне под руку.

Я выбежала на улицу из его ужасающего и одновременно прекрасного замка. Оглянувшись, в последний раз окинула затуманенным взором то место, где мое тело страдало от пыток, а сердце разрывалось от любви к моему тайному мучителю.

За пару часов до похищения…

Да говорю же тебе, Виктория, ты взорвешь всех и вся одним только своим видом! Прекрати быть такой скромницей, дорогая моя, – подтолкнула меня своим хрупким плечиком Алиса, она же моя двоюродная сестра и единственная верная подруга.

Ну же, мне показалось или ты опять грустишь? – не унималась она, вздернув при этом брови. – Отложи все свои волнения до неудачных времен. Тебе сегодня девятнадцать, дорогуша! Не каждый день выпадает такое. Только полюбуйся, дядя закатил в твою честь такой банкет, о-ля-ля!

Ты представляешь, на что он пойдет ради твоей свадьбы?!

О боже, Алиса, ты заткнешься сегодня или нет? – черт, я знала, если уж она начала говорить, то заставить ее замолчать будет не так-то просто. И уж тем более доказывать в данный момент причину моего тревожного и паршивого настроения просто бессмысленно. Возможно, стоило бы ей все рассказать. Ведь у меня никогда не было от нее секретов. Но поймет ли она? Все то, что сегодня мне удалось узнать из того телефонного разговора моего отца…

Всю ту грязь, которая до сегодняшнего дня была для многих тайной…

Почему же я всегда считала, что наша семья должна быть гордостью для меня и всех окружающих?

С самого детства я пыталась быть примером для подражания для детей всех наших родственников. Я никогда не огорчала своих родителей. После того, как я закончила с золотой медалью школугимназию в моем родном Петербурге, меня отправили учиться в Англию, в Кембридж. Отец готов был бросить всю роскошь к моим ногам, лишь бы угодить. И вся эта фальшивая богатая жизнь была пропитана кровью, чьим-то чужим горем и страданием. Жалкие и грязные деньги моего отца – от них исходил запах смерти и ужаса. Как жаль, что я не осознавала этого раньше. А смогла бы я что-то изменить? Ведь родителей не выбирают.

Эй! Ты что застыла?

Я с тобой, кажется, разговариваю, – буркнула Алиса у меня за спиной. – Да что с тобой происходит? Может, тебе не по нраву твое новое платье? – не унималась сестра. – Да ты просто капризная девчонка! Оно стоит целое состояние. Нет, ты только приглядись, ведь оно украшено натуральным жемчугом, а ты, как всегда, нос воротишь.

Мои губы слегка растянулись в грустной улыбке. Я не собиралась ей ничего отвечать, была уверена, что Алиса вряд ли поймет меня. Купаясь в роскоши с самого детства, впрочем, как и я, она не испытывала нужды ни в чем, не осознавая того, что в нашем несправедливом мире не все измеряется деньгами, что есть люди, которые рады куску черствого хлеба. А мы ведем речь о каком-то платье, стоящем десятки тысяч долларов, черт бы его побрал!

Дорогая, ты заставляешь гостей ждать! – я обернулась на голос мамы, которая нарисовалась в дверях моей комнаты. – Все ждут с нетерпением твоего выхода.

Выражение лица Алисы еще раз только подтвердило сказанное моей мамой.

Алиса, прошу, оставь нас ненадолго, – настояла я.

В глазах мамы появилось некое волнение. Глазами я указала Алисе на дверь, после чего она окинула меня вопрошающим взглядом и сделала так, как я просила.

Что-то случилось, дорогая? – вздернув ухоженные брови, спросила мама.

Опустив глаза в пол, я, кажется, пыталась собраться с мыслями. Буквально на минуту между нами воцарилось молчание, которое я вскоре предпочла нарушить.

Мама, я ненавижу ложь, – не знаю почему, но именно с этих слов я попыталась начать наш, как я поняла позже, бестолковый разговор. – А еще сильнее я ненавижу то, что все это время верила в эту ложь, до тех пор, пока правда не свалилась на меня.

Непонимающий взгляд мамы просто кричал: «Я тебя не понимаю, вероятно, ты сошла с ума… нам нужно обратиться за помощью к опытному психологу и отвалить ему за это целую кучу папиных бабок…»

В чем дело, Виктория? – мама сложила свои накачанные ботоксом губки в тонкую линию. – Ты что, пьяна?

Нет, мама, я не пьяна, – я нервно прикусила нижнюю

губу, в упор уставившись в глаза матери.

Тогда как прикажешь понимать твое поведение? – не дождавшись моего ответа, она направилась к выходу. – Достаточно, Виктория! Возможно, мы поговорим позже, – подняв указательный палец, протараторила она. – А сейчас нас действительно ждут гости, так что поторопись, дорогая.

И не порть запланированный для тебя же праздник.

На моих глазах выступили слезы, грозящие испортить идеальный макияж. А в сердце будто всадили кинжал. Похоже, я до нее не достучусь. Неужели все те «сливки» ничтожного общества значат для нее гораздо больше, чем правда, сказанная собственной дочерью?

Оглянувшись, она снова окинула меня безразличным взглядом, собираясь выйти из комнаты.

Он изменяет тебе, мам! – слова вырвались из моей груди, словно ураган, сметающий все на своем пути. – И всегда изменял – с женой его когда-то лучшего друга.

Я старалась, чтобы голос мой звучал сдержанно, и все же казалось, что сама сейчас взорвусь на мелкие кусочки от собственной злости. В тот момент я даже не переживала о том, как сказанное отразится на маме. Я уже знала, что приукрашенному счастью в нашей семье придет конец.

Взявшись своей миниатюрной рукой за ручку двери, мама слегка вздрогнула. И я не могла этого не заметить. Затем она все-таки оглянулась на меня и посмотрела каким-то удручающим и испуганным взглядом. Ничего не ответив, вышла и тихо закрыла за собой дверь.

Черт бы ее побрал! Как же это низко и ничтожно. Ну конечно же, мама и сама все знала. Жажда власти и денег, вип-место в высшем обществе – все это было для нее важнее. Как давно она натянула эту маску безразличия? Определенно, в ее случае лучше притвориться, нежели остаться без гроша на улице. И все-таки мне удалось уловить в ее взгляде неподдельный испуг.

Еще раз я посмотрела на свое отражение в зеркале. Копна вьющихся темно-русых волос струилась по моим плечам. Мои ярко-зеленые глаза излучали свет, отражающийся в зеркале. На мне было надето черное, облегающее стройную фигурку, платье с длинным узким рукавом, с практически полностью оголенной спиной. Оно почти скрывало мои лаковые, на десятисантиметровой шпильке, туфли-лодочки. Элегантно и сексуально! Отец всегда отличался неподражаемым вкусом, который всех окружающих сшибал с ног. Он частенько баловал меня нарядами, которые являлись единственными экземплярами, сшитыми на заказ. Левый рукав моего платья был полностью отделан высококачественным жемчугом.

Подавив слабое головокружение, я стиснула зубы, прогоняя тем самым страх из своего тела. «Да, я в порядке, – попыталась я внушить себе. – Дыши, Виктория! Все, как и прежде». Нацепив маску безразличия, вышла из комнаты и направилась на шум, состоящий из голосов сотен разных людей. Спускаясь по массивным ступеням мраморной лестницы, я могла отчетливо видеть людей, которые уставились на меня, лица, расплывающиеся в натянутых улыбках. Лица тех, кого связывала между собой непростая судьба.

Я с трудом пыталась удержать волнение, когда увидела вокруг себя знаменитых политиков и общественных деятелей, в далеком прошлом непоколебимых бандитов и воров в законе. Кажется, весь высший свет Петербурга собрался в нашем трехэтажном викторианском особняке. Большую часть этих людей я даже не знала. Конечно же, папочка любил совмещать семейные праздники с личными и деловыми мероприятиями. Но разве могла я чувствовать себя комфортно в тот момент, когда хищные взгляды диких стервятников устремились прямо на меня? Все настолько официально, что мало похоже на уютную домашнюю вечеринку, на которой я не против была бы оказаться.

В мою сторону двинулась элегантная статная брюнетка – моя мать, делая при этом вид, что буквально каких-то пару минут назад ничего не случилось. Не было вовсе натянутого разговора между нами, не было той, черт бы ее побрал, паршивой обстановки.

Ах, дорогая, – расплываясь в улыбке, произнесла мама. – Позволь нашим гостям наконец-то поздравить тебя.

Она послала мне натянутую улыбку и взгляд, в котором я явно могла прочитать «не подведи нас с отцом перед изысканным обществом». Уж конечно, не дождетесь! Я всегда знала себе цену. Не ты ли, мамочка, научила меня этому? Я никогда даже и не попытаюсь при ком-то принизить свои достоинства, отработанные временем. И кажется, даже сейчас в сравнении со всеми этими людьми я проста, едва ли заметна, явно не одна из них. Словно единственный нераспустившийся нежно-розовый тюльпан среди миллиона дерзких ярко-красных бутонов роз.

Я даже не заметила, как ко мне подлетела Алиса, чуть не сбив меня с ног. Она подхватила меня под руку, и мы плавно слились с толпой людей, желающих поздравить именинницу. Среди них я пыталась разглядеть отца и блуждала взглядом повсюду.

Где папа? – натянутым тоном спросила я у Алисы.

Ах, Виктория, приехал еще один очень важный гость, – защебетала она. – Кстати, он очень молод. И просто красавчик, – закатив глаза, мечтательно мурлыкнула моя сестра-стерва. – Дядя пошел его встречать, и с минуты на минуту они будут здесь.

Кто бы сомневался – еще один важный гость.

Расслабься, дорогая, – изящно, словно лебедь, ко мне вновь подплыла мама.

Просто ответь сейчас, к чему все это? – я окинула взглядом гостиную, в которой находилось по меньшей мере около сотни людей. – Я и половину из них не знаю.

Мама закатила глаза и хлопнула меня по руке.

Ты и не обязана, моя любовь! – воскликнула она. – Ты же сама знаешь, насколько твой отец любит совмещать все наши семейные праздники. И любит их всех, – мама указала рукой на толпу элитных стервятников, – ведь они для него семья, как и мы с тобой. Чем быстрее мы привыкнем к этому, тем меньше создадим ему проблем.

И все равно я никогда не смирюсь, ты поняла? – сквозь зубы прошипела я. – Ко мне это не относится.

Черт, черт… я готова была подавиться своим же языком от злости.

Просто получай от всего удовольствие, как это делаю я, – мать легонько ткнула в меня миниатюрным пальчиком и с натянутой улыбкой отправилась развлекать толпу.

Ну вот мы и поговорили. Нет смысла возвращаться к этой теме. Тогда я еще и предвидеть не могла, что она будет раз и навсегда закрыта.


Глава 2

Голос отца заставил меня обернуться. На его лице расплылась радостная улыбка. Тревожил взгляд, который был таким родным до сегодняшнего дня… В какой-то момент я даже подумала, а не забыть ли мне об этом кошмарном телефонном разговоре, который, к великому сожалению, пришлось услышать сегодня утром. Может, не все потеряно. И чудовище, в которое превратился мой отец, по вине которого его же лучший друг покончил жизнь самоубийством, уйдет, умрет, растворится. И он снова станет прежним, в ком я всегда так нуждалась.

Виктория, детка! – он был не один.

Я перевела свой взгляд от гламурного смокинга отца к высокому, стройному и привлекательному незнакомцу, стоящему позади папы. Мелкая дрожь прошла по всему моему телу от одного только лишь вида этого обворожительного молодого мужчины. Мысли, одолевавшие весь день мою голову, словно испарились, умерли, заполнив мой разум безмолвием. Нет, я определенно не была с ним знакома и не видела его раньше. Он в свою очередь также не сводил с меня своих загадочных глаз. И да, он определенно любовался моим прекрасным образом, обрамленным в шикарное платье, явно представляя, что оно скрывает.

Мои мысли, летящие со скоростью света, наконец перебил отец:

Виктория, девочка моя, я хотел бы тебя кое с кем познакомить.

Мышцы на лице папы слегка дернулись, а руки он спрятал в карманы своих брюк.

Это Влад Еремеев, сын Сергея Еремеева. Ты должна была слышать о нем, – казалось, с неким беспокойством в голосе произнес отец. – Сын когда-то моего лучшего друга и делового компаньона по бизнесу.

От одного только услышанного имени мой желудок скрутило в тугой узел. Я готова была сбежать в сию секунду. Руки, вероятно, заметно сотрясались от дрожи, и, казалось, испуг и шок были заметны на моем лице. Бедный сын Сергея Еремеева, он вряд ли может догадываться, что по вине моего отца почти шесть лет назад лучший друг покончил жизнь самоубийством. Он узнал о том, что на протяжении всей супружеской жизни жена изменяла ему с моим папой.

Влад не спускал своих голубых и до боли привлекательных глаз с моего лица, оставаясь при этом непоколебимым и спокойным. Казалось, он вовсе не был обременен всем этим. Или, возможно, просто умело это мог маскировать, не подавая при этом вида. Он должен быть моделью – с его внешностью, с таким ростом, его в меру атлетическим телосложением и очень правильными чертами лица. Его идеально уложенные волосы, слегка смуглая кожа были просто безупречны. Влад выглядел так, будто время над ним не властно. Изучая его внешность, я могла предположить, что, возможно, ему не больше двадцати пяти. Его руки были спрятаны в карманах темно-синих брюк. Заправленная белоснежная сорочка была туго застегнута у ворота, а алмазная булавка приколота к отвороту воротника его сака.

Влад, – с гордостью в голосе произнес мой отец, – вот она, та самая Виктория, моя любовь, моя жизнь, моя кровь!

Влад подошел чуть ближе, не отрывая взгляда от моих глаз. Он с нежностью поднес мою руку к своим губам, слегка прикоснувшись:

Именно такой я тебя и представлял, Виктория.

Его акцент, как мне показалось, был английским. Он определенно в совершенстве владел этим языком и, вероятно, не часто общался на русском. Его внешность была изысканно утонченной и в то же время ужасающее грубой. Его тон, каким было произнесено мое имя, заставил меня немного сжаться, и я изо всех сил старалась не показать этого.

Слегка наморщив лоб, он растянул свои красивые губы в натянутую улыбку.

У меня для тебя тоже имеется подарок, – произнес он с хрипотцой в голосе.

Мой взгляд тут же упал на небольшую плоскую коробочку, отделанную черным бархатом. Ее держал в руках мой отец. Как она оказалась у него? Ведь я четко помнила, что его руки какое-то время были либо за спиной, либо в карманах брюк. Влад одним быстрым движением забрал ее из рук папы. На поверхности очаровательного футляра красовалось уже такое знакомое мне имя «Картье».

Я сделала глубокий вдох, когда Влад приоткрыл футляр, от удивления и восхищения той красотой, которая освещала меня сиянием драгоценных камней. Массивное колье, состоящее из сапфиров и изумрудов в дополнении бриллиантов, лежало на бархатной красной подушечке.

Оно восхитительное! – единственное, что я смогла произнести.

Держа в руках изысканное украшение, Влад подошел ближе. Я вдохнула приятный запах, исходящий от него, смесь дорогого парфюма и мужского начала, и случайно уловила хищный взгляд моего отца, явно предупреждающий Влада, что у всего имеются свои границы. Папа находился в замешательстве, вероятно, он уже обдумывал, как и чем я должна буду расплачиваться за такой шикарный подарок.

Позволишь? – произнес завораживающим голосом Влад.

Он обошел меня, и стоило ему лишь слегка прикоснуться к моей оголенной шее, как по телу словно пропустили заряд тока. Откинув мои густые волосы, он осторожно застегнул колье на моей шее. Холод металла почувствовался на разгоряченной коже. Я, словно статуя, вросшая с веками в землю, стояла, боясь шелохнуться, предпочитая оставаться неподвижной. Он снова вернулся на прежнее место, гипнотизируя меня своим взглядом.

Из этого ступора меня вывели слова отца:

Моя дочь неприкосновенна! Просто стоит запомнить это. Я благодарен тебе, Влад, за столь трепетное внимание по отношению к моему цветочку.

Я вдруг почувствовала холод в глазах Влада, от которого побежали мурашки по коже.

У всего есть свои границы! – бросил яростно папа. – Тебе не стоит их переступать, мальчик мой, при всем уважении к твоему отцу.

Влад окинул отца безразличным взглядом и обратился ко мне:

Вечер долгий, еще увидимся!

Затем удалился в сторону гостей. Отец, поцеловав меня в щеку, прошагал в сторону рабочего кабинета.

На протяжении всего вечера я лишь делала вид, что бесконечно счастлива и благодарна за внимание со стороны гостей к моей столь непохожей на всех остальных персоне. Перед глазами стоял образ Влада, никак не желающий покидать мое сознание. Я то и дело бросала растерянные взгляды в толпу, пытаясь не выпускать его из вида. Как же он все-таки отличался от тех мужчин, которые постоянно мельтешили у меня перед глазами в нашем доме! Контраст оказался силен, настолько он был индивидуален. Холод и расчет – говорила его внешность. Опасность ярого хищника, несмотря на то, что он явно был воспитан в высшем обществе, – шептала его поза. И казалось, что к концу вечера страх совсем исчез и на смену ему пришел интерес.

Я увидела Влада в тот момент, когда он подошел к моему отцу. Невозможно было не заметить их напряженную беседу. Их разговор, казалось, длился вечность. И через некоторое время он, невозмутимый и такой чарующий, подошел ко мне. Влад был немногословен.

Я получил согласие твоего отца, Виктория, но только лишь на один танец. Он одержим тобой, не так ли? Никому не дает возможности узнать тебя лучше, ближе! – в этот момент рука Влада коснулась моей оголенной спины, и он слегка прижал меня к себе. – Для кого он бережет тебя?

Кто этот счастливчик, а?

Его слова застали меня врасплох. Мой внутренний голос шептал мне: беги, он может быть опасен! Но я была настолько поглощена притягательной красотой его голубых глаз, что даже если бы и захотела, не смогла бы уже вырваться из оков Влада. Он притянул меня ближе в тот момент, когда наш слух заполнил завораживающий голос Ланы Дель Рей. Из колонок плавно полилась нежная музыка песни «GotsandMonsters». Мы наконец-то слились воедино в медленном танце. В этот момент я и подумать не могла, что все те, кто смотрел на нас с вожделением и восхищением, канут в прошлое, словно растворятся навсегда, так и не порадовав меня своим присутствием. Я больше не увижу всех этих чопорных людей, не заговорю с ними.

В тот самый момент я, наслаждаясь приятной близостью Влада, и представить не могла, что этот день станет последним днем моей свободы. Этот вечер в последний раз принадлежит мне полностью, когда я – это я! И лишь от того, кто в данный момент находится со мной рядом, из его рук я буду принимать все страдания, приготовленные для меня уже заранее. В моей голове крутилось много вопросов, а язык был не в состоянии задать их вслух. Влад обдавал меня холодом, которым светились его ледяные глаза.

Ты изучаешь меня, да? – произнес он с сарказмом. – И совсем не доверяешь мне, Виктория, но должен тебя заверить, что у тебя не особо есть выбор.

Холод проник в мою кровь. Вот он уже начал демонстрировать мне свою двуличность. Одна его часть – это приятный и хорошо воспитанный джентльмен. Вторая – преступник, который пойдет на все ради достижения своей цели.

Я хотела вырваться из рук Влада, стараясь не привлекать внимания. Но он силой удерживал меня. Позже я буду прокручивать этот эпизод в своей голове еще не один раз и жалеть о том, что не закричала, не позвала на помощь. Но, как я уже и сказала, это будет потом, и так или иначе изменить это все равно уже невозможно. Я попыталась сконцентрировать свой взгляд на бриллиантовой булавке, прикрепленной на отвороте его пиджака.

Ты излучаешь угрозу, определенно, – меня вдруг ошарашили собственные слова. – И я, кажется, начинаю все понимать.

Я посмотрела в его холодные глаза. Черт возьми, это были самые привлекательные и сногсшибательные глаза, в которые мне доводилось когда-либо заглядывать.

Угроза… какое интересное слово, – уверенно проговорил Влад. И тут же добавил: – А даже если и так? Это действительно имеет значение? Ты по-прежнему со мной, в моих крепких объятиях.

Он плавно приостановил наш танец, дотронулся до моего подбородка и еле слышно проговорил:

Совершенная…

И казалось, в этот самый момент он был таким безупречным. У меня вдруг появилось сильное желание уцепиться за идеальный ворот его рубашки либо взлохматить его волосы, лишить его наконец того совершенства, которым он обладал.

Думаю, нам нужно на воздух, – убедительным тоном сказал он.

Мое сердце екнуло в груди. Мой разум в тот момент явно отключился. Мое тело отказывалось слушаться. Взяв меня за руку, Влад повел меня в сторону террасы. Никто из присутствующих гостей этого не заметил. Краем глаза мне удалось увидеть моих родителей, которые с интересом беседовали с родителями Алисы. И в этот момент до меня почему-то никому не было дела.

Мне исполнилось девятнадцать, Влад был первым мужчиной, которому отец позволил коснуться меня. И как бы мне не хотелось это отрицать, мой интерес к нему явно зашкаливал. Он завораживал меня, сводил с ума. Возможно, поэтому, увлекшись всеми этими незнакомыми до сегодняшнего дня чувствами, я не заметила, как мы одни оказались на улице, как мы вышли за пределы нашего особняка. У меня вызвало некое сомнение то, что на пути нам не встретились люди отца и охрана. Казалось, все просто испарились на время. Я могла лишь видеть темную ночь, прекрасное светящееся звездное небо и призрачный силуэт Влада, который уводил меня от привычной и размеренной жизни. Его молчаливая загадочность манила меня, словно охлаждающий бальзам после обжигающего пламени.

Что все это значит? – прошептала я, когда мы подошли к черному внедорожнику.

Ничего не ответив, Влад приоткрыл заднюю дверь, жестом приглашая занять место в салоне автомобиля.

Запрыгивай, – утвердительным тоном велел он.

Прости… что? – я издала нервный смех и часто заморгала. Боже, это было самое неудачное и неприятное, что мне когда-либо доводилось слышать. Отрицательно покачав головой, я проигнорировала его слова и хотела было развернуться в направлении дома, как сильные ручищи обхватили меня за талию и резко притянули к себе. Упершись в его сильные плечи, я попробовала вновь оттолкнуть Влада, но об этой попытке пришлось тут же забыть.

Мое раздражение вдруг переросло в гнев.

Какого черта ты себе позволяешь? – вырвалось из меня, словно пламя. Находясь в плену его рук, я смерила его вопросительным взглядом.

Я сказал, запрыгивай в чертову машину! Мы уезжаем, – он даже не сдвинулся с места, раздавая свои приказы. Лишь с нетерпением наблюдал за мной, будто я была подопытным кроликом. Казалось, вся эта прелюдия возбуждала его, и он явно наслаждался представлением. В данный момент он – властный, хищный мужчина, я лишь слабая и беззащитная женщина.

У тебя нет выбора, детка, – он показал жестом руки на заднее сиденье. Испуганно взглянув на него, я села в машину. За мной тут же захлопнули дверь.

Влад обошел внедорожник и присоединился ко мне. В темноте салона я заметила фигуру мужчины, который сидел на водительском сиденье. Машина дала задний ход. Развернувшись, мы направились по выездной дороге от моего дома по направлению к главной автомагистрали. Каждый из нас, казалось, пребывал в собственных мыслях. Я была уверена: отец просто так этого не оставит! Меня обязательно будут искать – неважно, живой или мертвой. Я не могла больше сдерживать себя, неопределенность пугала меня.

Семейное счастье, – вдруг как-то неуверенно произнес Влад. Он повернул ко мне голову, разглядывая меня в темноте салона. – Тебе известно значение этого термина?

Меня вдруг атаковал приступ дрожи, который невозможно было скрыть. Схватив за локоть, Влад придвинул меня ближе к себе.

Знаешь, кто лишил меня семейного счастья? – проговорил он с ненавистью в голосе. – Разрушил то, на что должен рассчитывать каждый ребенок в собственной семье? Я бы не отказался иметь все это, – сказал Влад, стиснув зубы. – Иметь прекрасное детство, любящих родителей!

Беспокойство из-за того, что натворил мой отец, вернулось вновь.

Я не виновата в этом. Я не могу сейчас это исправить, – выдавила я из себя.

Это? – он громко рассмеялся. – Ничего, я дам тебе возможность расплатиться со мной по полной!

Одним резким движением он отшвырнул меня от себя.

Независимо от того, что ты задумал, оно не сработает. И у тебя ничего не выйдет. Меня будут искать и найдут, – я устремила свой затуманенный взгляд в темноту ночи за окном автомобиля.

Я прекращаю играть в глупые игры, малышка, – произнес с издевкой Влад. – Больше никаких вопросов и никаких ответов, – добавил он. Схватив меня за подбородок, большим пальцем провел по моим губам. – Ты мой трофей, детка! И поверь, я буду наслаждаться тем, как ты будешь мучиться. Я буду получать удовольствие, каждый раз ломая тебя самыми ужасными и непривычными способами. Может, мне и не совсем приятна мысль о разрушении такого утонченного совершенства, как ты, но ничего уже нельзя изменить, процесс запущен.

Охота уже началась!

Пару минут он изучал мое лицо, пробегая взглядом по губам и глазам. И наконец выдавил из себя то, от чего мое сердце, казалось, остановилось, внутри вновь проснулся страх.

Возможно, сейчас твоего отца уже нет в живых, – провозгласил он с неким удовлетворением в голосе. – Мои люди должны были позаботиться об этом. Так что, птенчик, твоя судьба в моих руках. И тебе же лучше повиноваться мне! Знаешь, иногда я действительно бываю жесток. Поэтому в твоих же интересах не искушать судьбу.

Я прерывисто задышала, неспособная встретиться с ним взглядом. Я не могла позволить себе в этот момент обливаться слезами при нем, я не буду унижаться, показывая истерику, хотя моя душа уже рассыпалась на мелкие кусочки, внутренняя дрожь одолевала мое тело, и казалось, разум покидал меня.

Собрав последнюю волю в кулак, я сказала:

Просто прошу – оставь моих родителей в покое.

Не отнимай их жизни.

Я вижу, ты все поняла, – усмехнулся Влад. – И на удивление оказалась умной девочкой.

Отвернувшись к окну, я всматривалась в звездное небо. Слезы катились по щекам, и я ощущала, как они падают мне на грудь. Я подавляла в себе крик и боль, которые готовы были вырваться наружу. Коснувшись холодной рукой моего запястья, Влад крепко сжал его. Я задрожала, ненавидя его властное прикосновение. Он глумился надо мной! Мне стало страшно от того, что может сулить мне будущее. Как далеко он может зайти в своих угрозах?

Куда ты везешь меня? – произнесла я, осознавая, что вряд ли он ответит на мой вопрос.

Эту ночь мы проведем в отеле за городом. Завтра первым же рейсом мы летим ко мне домой, в Англию.

Что?! Это не может быть правдой. Что-то словно сжалось внутри от произнесенных им слов. Я не стала возражать и забрасывать его вопросами. К тому же это все было бесполезно. Я была полностью истощена морально и физически. Душа покинула мое тело, осталась лишь оболочка куклы, марионетки, у которой теперь есть хозяин.


Глава 3

Прохладный питерский воздух циркулировал вокруг моей обнаженной спины, спускаясь по плечам к груди. Мне стало не по себе от того, что Влад может заметить, как набухли от холода соски.

Обхватив плечи руками, я пыталась защитить себя.

Весь мой мир оказался разрушен. Единственный ребенок в семье, я всегда была окружена заботой и любовью своих родителей. Я была слишком разбалована вниманием со стороны отца и мамы. Женственность и нежность впитались в каждую пору моего изящного тела. И теперь расплывчатая картина того, что все это будет брошено к ногам моего мучителя и насильника, приводила меня в шок и дикую ярость.

Без фокусов! – предупредил Влад, когда мы направились к главному входу отеля. – Моя репутация здесь, в России, мне еще дорога.

Поэтому мой тебе совет – веди себя благоразумно.

Он притянул меня к себе, обхватив хрупкую талию. Мной овладели ярость, желание накричать, ударить! Я попыталась оттолкнуть его, но чуть не упала.

Ты гребаный ублюдок! – закричала я в бешенстве. – Убери же наконец от меня свои руки!

Его личный водитель шел позади нас, словно невозмутимый призрак. Он успел удержать меня в момент падения. Не успев опомниться, я получила грубый удар, злобная пощечина обожгла мое лицо. Все вокруг расплылось, словно в туманной дымке, и я отключилась. Растерянный голос Влада привел меня в чувство.

Эй, ты в порядке?

Он крепко удерживал меня на своих руках, как ни в чем не бывало. Мы все еще находились на улице, в паре метров от главного входа в отель. Я уставилась на Влада, вглядываясь в его жестокие голубые глаза. Он поставил меня на землю, и я слегка пошатнулась.

Не заставляй меня всадить в тебя укол с успокоительным, – прошипел он. – Не испытывай мое терпение, Виктория.

Наклонившись, он встряхнул меня за плечи.

Ты больше не будешь себя так вести, малышка! Ты все поняла? Не забывай, о чем мы с тобой договорились.

Отвали от меня! – отшатнувшись, рявкнула я. – Убери руки, я пойду сама!

Иначе…

Договорить Влад мне не дал. Его рука обрушилась на мой рот.

Но на этот раз он не сделал мне больно.

Иначе что, красавица? Глупышка, неужели до тебя действительно еще не дошло, с кем ты связалась?

Я не позволю тебе испортить мою жизнь! – закричала я. – И ты еще пожалеешь, что делаешь это со мной!

Виктория, просто заткнись сейчас. Мне надоела эта шарада, – выражение его глаз напомнило хищный взгляд разъяренного зверя.

Было заметно, как напряглись вены на его шее, все тело под рубашкой. Двигаясь молниеносно, он схватил меня за распущенные волосы и подтолкнул вперед, быстро осмотревшись по сторонам. И, кажется, немного расслабился, когда заметил, что нас никто не слышал.

Если бы ты была хоть чуточку мудрой, – прошептал он своим дыханием мне прямо в ухо, – то поняла бы, что нужно прилично вести себя на публике. И это был последний раз, Виктория, когда я разговаривал более или менее вежливо с тобой.

Спасибо за одолжение, чертов кретин! – бросила я через плечо, зная, что мне уже нечего терять. У меня определенно не было выбора, он просто не оставил мне его.

Подойдя к широким стеклянным дверям, Влад все еще удерживал меня возле себя. Он обратился к шоферу на английском, поблагодарив и попрощавшись до завтрашнего утра. Открыв золотой картой дверь номера люкс, он пропустил меня вперед. Черт бы тебя побрал, истинный джентльмен!

Он снова по-свойски приобнял меня за талию, захлопнув дверь.

Обошел меня, и мы уставились друг на друга. Чем дольше мы изучали друг друга, тем выше поднималась температура между нами. Господи, ну ведь нельзя быть настолько красивым и чару– ющим и иметь ледяное сердце! Влад первым сломал эту двусмысленность. Холодными пальцами он провел по моим губам, медленно спускаясь по шее, и крепко схватил. Это было грубо. Однако он оставался невозмутимым. Но я была уверена, что под всем этим скрывается свирепый дьявол.

Повинуйся мне! И я не причиню тебе страданий. Будешь бороться со мной, и я заставлю тебя кричать от боли.

Я с такой силой прикусила нижнюю губу, что ощутила во рту вкус собственной крови. Влад усилил свою хватку на моей шее, окончательно перекрыв мне воздух. Я начала задыхаться, и, скорее всего, инстинкт выживания заставил меня бороться сквозь страх, и я вцепилась ногтями в запястье его руки.

Зашипев злобно, он сказал:

Я ничего не прощаю! Оставишь на мне кровавые царапины – я возмещу тебе вдвойне.

Ты поняла меня?

Слегка расслабив пальцы, Влад подвел меня к краю огромной кровати и резким движением толкнул на нее. Я, словно тряпичная кукла, упала навзничь, не сделав попытки удержать свое измученное тело. Минуту он разглядывал меня. Может, его изощренный мозг подготавливал план дальнейших действий? Затем он начал расстегивать рубашку, скинув на пол пиджак. Я изучала каждое его плавное и умелое движение. Он же явно наслаждался моим испугом и скованностью, которые просто нельзя было не заметить. В тот момент, когда Влад прикоснулся к ремню своих брюк, я попыталась вскочить с кровати. Он резко схватил меня за ногу и подтащил ближе к себе.

Милое платье, Виктория, я одобряю вкус твоего отца. Но мне придется избавиться от него, чего не скажу о своем подарке.

Колье останется на тебе. Ты поняла меня?

Я обхватила себя руками, пытаясь защититься. Нагнувшись, он потянул ткань с моих плеч, оголяя грудь.

Ты совершенна! А я привык брать желаемое. Здесь твои шансы на спасение такого очаровательного тела равны нулю.

Меня замутило от услышанного. Я покачала головой, не произнося ни слова. Возможно, он передумает и не сделает этого. Наверняка в другой обстановке я и сама не смогла бы устоять перед его совершенством. Не задумываясь, отдала бы ему то, что не принадлежало еще ни одному мужчине, и влюбилась бы бесповоротно. Но сейчас мой мир погружался во тьму, и я чувствовала свою беспомощность. Мое дыхание стало неровным в тот момент, когда Влад начал стаскивать с меня, словно второй слой кожи, дизайнерское платье. Он смотрел только в глаза, игнорируя тело. Своей правой рукой он оперся рядом с моим лицом, настойчиво раздвигая коленом мои ноги. Опустив руки, я сжала прохладный материал простыни, до боли впиваясь ногтями в кожу.

Ты была сегодня слишком дерзкой… – опаляя кожу горячим дыханием, прошептал Влад.

Его указательный палец скользнул по моим губам. Кажется, он наслаждался всем этим, моим бездействием и беспомощностью. Я словно пластилин размякла в его умелых руках. Задыхаясь от внутренней боли, чувствовала, как сердце готово было вырваться из груди. И ловила себя на мысли, что его близость была мне вовсе не противна.

Моя голова разрывалась при воспоминании о событиях, произошедших за сегодняшний день. Неужели я позволю забрать ему то, что так трепетно оберегали мои родители? Возможно, я была слишком старомодной, но у меня имелись принципы.

Он метнул взгляд на мою обнаженную грудь, издав возбуждающий стон. Я тут же ощутила свою уязвимость. Левая рука Влада накрыла мою грудь, приятно согревая. Губами он коснулся моего рта, простонав:

Все, что отделяет мой возбужденный член от твоей девственной плоти, – это кусок ненужного материала.

Он прикоснулся к моим трусикам и резко дернул, порвав их на мне. Стянув с себя боксеры, он качнул вперед бедрами, грубо вжимаясь в мою плоть.

Ты не остановишь меня, я слишком долго этого ждал!

Затаив дыхание, я молча, с широко раскрытыми глазами смотрела на него и переваривала только что сказанное им. Внутренне я, казалось, расстегнула пояс целомудрия, преодолевая все границы. Но мой мозг не хотел подчиняться. Я вздрогнула, когда его ладонь накрыла мою плоть. Мой вздох превратился в прерывистый стон в тот момент, когда он попытался ввести внутрь свой палец. Влад снова посмотрел в мои глаза, пытаясь распознать реакцию. Одним резким движением он вошел в меня настолько грубо, что я закричала. Мое тело содрогалось в конвульсиях, слезы текли из глаз, смягчая боль и унижение.

Твою мать! – услышала я сквозь собственный вопль дрожащий голос Влада, прежде чем он покинул мое сломленное тело.

Его страстные и сильные руки больше не касались меня. Кинув на него затуманенный взгляд, я увидела, как он смотрит на свой член, который был испачкан кровью. Натянув на себя белоснежное покрывало, я отвернулась и поджала под себя ноги, успокаивая боль.

Черт! Ты девственница? – резко спросил Влад и отошел от кровати.

Я слышала, как он прошагал в ванную комнату и с силой захлопнул дверь, оставив меня, униженную и полностью сломленную, лежать на кровати. Ну почему это случилось со мной? Господи, не так я представляла свой первый раз! Не так…

Сегодняшний день закончился очень прискорбно для меня. Все еще думая и переживая за своих родителей, я погружалась в ад собственных мыслей. Вдруг я почувствовала, как меня коснулись горячие пальцы Влада. Он, вероятно, решил оказать мне помощь, но внезапная реакция моего тела на его прикосновение, вызванная вспышкой эмоций, заставила меня оттолкнуть его от себя.

Не прикасайся! – крикнула я.

Не глупи.

Его ледяной тон довел меня до крайней точки. Давясь ядовитыми слезами, я как ужаленная отпрыгнула от него.

Не прикасайся ко мне, ты больной ублюдок! Ненавижу тебя! – прохрипела я, испепеляя его злобным взглядом.

Ты и должна, – чуть ли не шепотом сказал Влад. – Ненавидь меня, проклинай. Все, что, черт побери, тебе угодно. Легкая победа не имеет вкуса, Виктория… моя Виктория! И я хочу, чтобы ты сопротивлялась, – он ехидно усмехнулся. – Поверь, это доставляет мне огромное удовольствие. Это то, для чего ты нужна мне. Ты наивная маленькая девочка, я буду брать тебя без обожания и терпеливого поклонения. Ты будешь использована и ответишь за все, что натворил твой папочка. И имей в виду – у меня нет терпения для прелюдий.

Он покачал головой, в его взгляде читалось явное раздражение. Закутавшись всем своим дрожащим телом в простыню, я встала с кровати и направилась в ванную комнату. Я как никогда желала остаться наедине с собой.

Действительно ли у меня больше нет выбора? «Не забывай свое место!» – его слова впились в мой мозг, словно мелкие осколки. Мой страх будет для него слишком большой наградой. Я не сдамся, не сдамся!

В эту ночь Влад ночевал в соседней комнате, дав мне возможность остаться наедине с собственными мыслями. Расположившись на огромной кровати, я долго смотрела в потолок, терзая свое сознание. Наконец я почувствовала слабость в теле, словно душа покинула его, и, закрыв глаза, улетела в царство снов.

Аэропорт Питера вновь приветствовал меня. Буквально две недели назад я прилетела домой из Англии. В университете начались летние каникулы, которые продлятся почти три месяца. «Три месяца, – подумала я. – Что же ждет меня в ближайшем будущем? Какой будет моя жизнь после его плена? Буду ли я прежней?»

Я не могла смотреть на Влада, который показался мне при первой встрече таким вежливым и галантным, спокойно, не ощутив при этом убийственного гнева и ужаса. Водитель подвез нас на одно из парковочных мест, которые предназначались для владельцев частных самолетов. Влад вышел из машины. И как только его ноги коснулись земли, он начал разминать шею, растирая мышцы сильной рукой. Он впился в меня своим хищным взглядом, протянув мне руку. Выражение лица Влада оставалось отстраненным, он все еще выжидал, когда я приму его помощь. Выходя из машины, я проигнорировала его ладонь. Опустив руку, он громко засмеялся.

После всего этого ты надеешься, что я приму твою помощь?

И что же я с тобой сделал? – прошептал он мне на ухо, наклонившись к моей шее.

Ты можешь сломать мое тело, но не мою душу, – с некой нервозностью в голосе пробормотала я. – Но мое сердце никогда не будет принадлежать тебе.

Я поймала себя на мысли о том, были ли мои слова правдой.

Меня обязательно найдут. Отец не допустит, чтобы его единственная дочь вот так просто нелепо пропала, – заявила я с гордостью.

Так задай свой главный вопрос! – рявкнул Влад. – Почему же твой отец до сих пор не поднял тревогу и не помчался на поиски любимой доченьки? А потому, красавица, что моим связям может позавидовать любой. Тебе это о чем-то говорит?

Влад сделал шаг в мою сторону.

Ты испытываешь меня? Но, к твоему счастью, я умею обращаться с проблемными зверушками.

К тому моменту водитель Влада достал огромный чемодан из салона машины и поставил его возле нас. Подойдя ко мне, Влад вручил мне в руки небольшой сверток.

Здесь твои вещи. Ты должна переодеться, несмотря на то, что выглядишь сногсшибательно в этом милом платье, – подцепив пальцем рукав, он окинул меня оценивающим взглядом.

Я вздрогнула, опешив. Как могли мои вещи оказаться у него? Не показав ему своего любопытства, я прижала пакет к груди.

Пойдем, – он указал в сторону дамской комнаты. – Я жду тебя здесь, снаружи, но имей в виду – придется тебе оставить все попытки к бегству.

Мои колени ослабели, и я, словно желе, опустилась по стене на пол в туалетной комнате. Поднесла свои вещи к лицу… они все еще пахли моим домом, моей свободой. Такой приятный и родной запах! Мои глаза тут же наполнились слезами.

Я даже не знаю точно, сколько прошло времени с тех пор, как я зашла сюда. Дверь распахнулась, и Влад подлетел ко мне. Схватив меня в свои обьятия, он начал трясти меня за плечи.

Ты заставила меня ждать! Я дал тебе несколько минут, несколько минут гребаного времени, ты меня слышишь?!

Он начал с силой стаскивать с меня платье. Потянув за левый рукав, принялся отрывать горошины черного жемчуга, которые со звоном посыпались на мраморный пол, к нашим ногам.

Margaritas ante porcos, – прошептала я.

На удивление, Влад резко обхватил мой затылок ладонью и прижал меня к стене. Лохмотья разорванного платья свисали с меня, обнажая незащищенную грудь. Своей рукой он крепко сжал ее, отчего стало немного больно. Другой рукой Влад схватил меня за ягодицы, слегка приподняв. Он был очень возбужден. Об этом недвусмысленно говорила эрекция у него в джинсах, которую я ощущала от его близости. Неужели он действительно возбуждался от подобных сцен?

Влад неудержимо впился в мои губы, слегка укусив меня. Я попыталась оттолкнуть его от себя, но усилия не увенчались успехом. Я ощутила горький привкус отчаяния, смешанного с возбуждением, и незаметно для себя стала отвечать на его жаркие поцелуи со всей пылкостью. Мой опыт, в отличие от его, явно был скуден. Боже, провалиться мне под землю! Я не могу удержать себя в руках, когда он так близко! Прижатая всем его мощным телом, я почувствовала, что он более чем готов. И все это еще больше подхлестнуло меня, превращая мою кровь в раскаленную лаву. С его стороны не было нежности, лишь только нетерпение, подгоняемое сумасшедшей страстью. Его желание передавалось и мне. Дрожащими руками я потянулась к молнии его джинсов.

А ты полна сюрпризов, детка, – прошептал Влад, прикусив мочку моего уха.

Он начал стаскивать с меня остатки платья. Да что со мной происходит? Как я могу вот так просто возбуждаться от его проклятых прикосновений? Мысли со скоростью света начали одолевать меня, но у моего тела были другие планы на этот счет.

Влад приподнял меня чуть выше и прижал к себе. В этот раз он вошел в меня неторопливо, растягивая мою плоть. Я прикусила губу от боли и яркости ощущений, вцепившись ногтями в его плечи, обтянутые тонким свитером. Теплое дыхание Влада обжигало мою шею, смешиваясь с моими возбужденными стонами. Наши бедра двигались навстречу друг другу. С каждым толчком он глубже проникал в меня, заставляя смотреть ему в глаза, а мое сердце колотиться как бешеное. Мое дыхание срывалось с приоткрытых губ в те моменты, когда он ласкал своим умелым языком мою грудь. Почему-то меня вовсе не беспокоило, что мы, по сути, находились в общественном месте, что сюда мог зайти любой и наткнуться на столь откровенную сцену.

Я получала необыкновенные и ранее не испытываемые ощущения. В глубине своего тела я почувствовала сладкое зарождение чего-то очень приятного. Мои веки тяжело опустились, в то время как вспышки близкого оргазма заплясали перед глазами. И я, казалось, потерялась между измерениями. Влад с силой запечатал мой рот страстным поцелуем, заглушая рвущиеся из моего горла стоны. Вскоре Влад последовал за мной, закатив от удовольствия глаза.

На удивление, мне стало так хорошо, что я перестала думать обо всем том, что стоит за пределами моего удовольствия. Влад прикоснулся губами к моим волосам. Несколько минут он держал меня, не выпуская из своих оков, не покидая моей плоти. Вся эта картина завораживала меня. Влад же, наоборот, был сбит с толку. Было заметно некое растерянное замешательство в его глазах. Он убрал прилипшие волосы с моего лица и посмотрел прямо в глаза.

Ни с кем и никогда, ты моя!

После этой сбивчивой и непонятной для меня фразы он отпустил меня. Застегнув молнию на своих джинсах, Влад взглянул на меня исподлобья и тут же, заморгав, отвел взгляд к входной двери.

Буду ждать тебя за дверью, поторопись.

А затем стремительно вышел. Теперь же, когда мою голову не затуманивали страсть и сексуальное возбуждение, мне стало стыдно. Мои щеки пылали, когда я подошла к зеркалу и взглянула на себя. В мыслях всплыли моменты, произошедшие пару минут назад, его взгляд… Он, казалось, пытался выразить заботу обо мне. Возможно, Влад, как и я, наслаждался слиянием наших тел.

С такими сбивчивыми мыслями я вернулась в реальность. Быстро переодевшись в свои любимые джинсы и мягкий кашемировый розовый свитер, я вышла из дамской комнаты. Я не собиралась оставлять на полу обрывки одежды, поэтому, собрав уцелевшие жемчужины и остатки дизайнерского платья, запихала все это в пакет.

Влад стоял, прижавшись к стене, и я не могла не заметить, как вспыхнули его глаза при виде меня. Сопротивляясь внутренней борьбе демона и ангела, он протянул мне руку.

Пошли, нам пора.

Я глупо отмалчивалась, хотя столько разных мыслей крутилось в моей голове! Язык же словно онемел, не желая в тот момент действовать заодно с разумом.

Влад сдал багаж. Мы прошли проверку документов, и, к моему удивлению, мои документы оказались в порядке. А точнее, мой новый паспорт на имя Виктории Еремеевой. Черт! Сколько я уже замужем за моим тайным мучителем? Как давно он спланировал эту операцию под названием «месть»?

Заняв комфортные места в лайнере, Влад оказался напротив меня.

Куда мы летим? – господи, как же все-таки глупо прозвучал мой вопрос.

В Лондон, – окинув меня ледяным взглядом, словно какой-то час назад мы не были близки эмоционально и физически, произнес Влад. – Мы летим домой, красавица!

Что? Домой? Мой дом в Питере, там, где вся моя семья, где меня окружали теплом и любовью. Мой дом – не там, где я стану пленницей! Эти слова я еле удержала в себе, и не потому, что я боялась его. А потому, что была уверена, что они уже ничего не изменят. Сколько людей по статистике пропадает ежеминутно во всем мире? Вот и я оказалась в их числе. Я не дам ему возможности увидеть меня в панике, нет! Никогда!


Глава 4

Черный «Бентли» ожидал нас в аэропорту Хитроу. Во мне все кричало, билось в невидимой истерике, но я заставляла себя сдерживаться. В каждом шаге, который я проходила до машины, была борьба внутренняя, невидимая для других глаз. Я моргала, мысленно рыдая, внешне же выглядела безупречной фарфоровой куклой.

Мы приблизились к автомобилю, где нас уже ждал водитель. Его я видела вчера вечером в Питере. Как же так быстро он оказался здесь, в Англии? Будто волшебник, который использовал чудо-палочку. Он открыл для нас с Владом заднюю дверь, жестом приглашая внутрь. Мне стало неловко в тот момент, когда он как-то странно посмотрел на меня, но затем все же улыбнулся. Интересно, знает ли он о том, что я была похищена?

За всю поездку до особняка Влада мы не обмолвились ни словом. Не показывая эмоций, я равнодушно смотрела на знакомый пейзаж за окном. Здесь, в Англии, по сути, мой второй дом. Мы и раньше с родителями часто посещали эту страну. А последние мои три года, можно сказать, полностью прошли здесь. У меня даже имеется собственная квартира в Лондоне на Оксфорд-стрит, о чем никогда не узнает Влад.

Особняк Влада находился в отдаленной от центра местности, в окружении завораживающей лесной чащи. Здесь никто и никогда меня не найдет. Перед моим взором вырос роскошный замок. Словно каменная глыба, окруженная башнями в типично английском стиле. Влад прикоснулся пальцами к моей руке, отчего по всему телу пробежала дрожь.

Добро пожаловать домой, миссис Еремеева! – с издевкой произнес он.

Его слова, словно удавка, обернулись вокруг моего горла.

Это то, чего ты так давно желал, не так ли? – прошептала я.

Он крепко сжал мою руку. Его прикосновение было решительным и жестким. Машина плавно остановилась. Влад вышел первым и подал мне руку. Я окинула взором каменный замок. Он такой же величественный и холодный, как и его хозяин! Все это пугало до дикости. Я даже не хотела думать о том, что ждет меня здесь. Непонятные фразы и взгляды Влада, в которых было столько недоговоренности, столько скрытого смысла, сбивали меня с толку и вызывали чувство опасности. На ватных ногах я последовала за ним к дому.

Прошу, миссис Еремеева.

Влад отворил дверь, и мы оказались в огромном светлом холле. Солнечные лучи разлились, как золотистый ковер, приглашая меня внутрь. Интерьер был пропитан историей прошлых столетий. Шикарное убранство кричало о неподражаемом вкусе хозяина. Старинная мебель в стиле рококо и барокко, все пространство в доме несло в себе отпечаток задумчивости и одновременно темперамента. В какой-то момент я почувствовала себя в прошлом.

Я не заметила, как рядом с нами оказалась привлекательная женщина. Элегантная и статная блондинка неопределенного возраста спустилась по мраморной лестнице. На вид ей было между тридцатью и сорока. Она, несомненно, пользуется услугами лучших косметологов Англии.

Дама окинула меня, как мне показалось, жалостливым и безразличным взглядом и обратилась к хозяину дома.

Влад! – закричала она тоненьким голоском. – Как я рада, что ты наконец-то дома.

Я скучала, милый!

Мне стоило труда сдержать свой гнев. Мое лицо, вероятно, раскраснелось от этой неловкой ситуации.

Проигнорировав объятия слащавой незнакомки, Влад вежливо проговорил:

Познакомься, Карина, это Виктория, моя прекрасная спутница. Моему удивлению не было предела, когда я услышала его слова.

О! Вот как? – прошелестела Карина. – Значит, это она, твоя прекрасная спутница? И ты не шутил, когда пообещал привести ее в свой дом? Что ж, рада нашему знакомству, – она как-то без настроения протянула мне руку.

Думаю, я не готова с кем-либо знакомиться в данный момент, – раздраженно сказала я. – Извините, дорога вымотала меня.

Проигнорировав руку, которую она до сих пор держала в приветственном жесте, я отошла к окну и посмотрела сквозь него на огромных размеров сад. Я не видела выражения лица, вероятно, любовницы Влада, но могла с уверенностью почувствовать те невидимые кинжалы, которые Карина взглядом метнула мне в спину.

Ну что ж, ты дома, и это главное, – проговорила она, обращаясь к Владу, и пошла к двери. – Не вижу смысла здесь оставаться, – напоследок бросила Карина.

Я услышала, как за ней захлопнулась дверь.

Влад подошел ко мне и, резко развернув меня, спросил:

Эй, что это было? Да ты и впрямь полна сюрпризов! Могла бы быть и полюбезнее, детка.

Да, могла бы! – я посмотрела ему в глаза. Меня распирало от любопытства: кем, черт побери, она ему приходится?

Он что, решил у себя дома устроить гарем?

Мой взгляд скользнул на широкую мраморную лестницу. Чувствуя себя в полном замешательстве, я прошла мимо Влада и остановилась у входа на верхний этаж. Вздрогнула, когда почувствовала властную руку на моей шее.

Такая невинная, – его пальцы прошлись по моим волосам. – Мне почти жаль, что ты так легко сдалась.

Вместо того, чтобы высказать свое недовольство, я стояла словно загипнотизированная, наслаждаясь звуком его голоса, получая извращенное удовольствие от его слов и не боясь угрозы. Боже мой, я что, совсем больная? Меня смущала реакция моего тела. Владу не приходилось прилагать особых усилий, чтобы я снова стала словно наэлектризованная. Я понимала, что устоять перед таким мужчиной невозможно. Но у меня другой случай. Я попала в клетку, ключ от которой принадлежал монстру. Как долго я выдержу рядом с этим человеком? – Раздевайся! – приказал Влад.

Мы стояли посреди комнаты, которая, по словам моего хозяина, теперь была моей. Я все еще приходила в себя после увиденного. Спальня явно должна принадлежать королеве Англии, все в ней было выдержано в определенном и четком стиле.

Влад продолжал изучать меня взглядом, не делая попыток приблизиться.

Так ты отказываешься играть по моим правилам, – язвительно произнес он.

Первым я стянула с себя кашемировый свитер, мягкой волной он упал к моим ногам. Стойко выдерживая взгляд моего мучителя, вслед за свитером я принялась расстегивать молнию на джинсах, и они скользнули вниз. Далее я осторожно скинула балетки и замерла в ожидании следующего приказа.

Нижнее белье тоже, – низким голосом распорядился Влад.

Я сделала так, как он хотел. От волнующего ожидания мое тело покрылось мурашками. Я ненавидела волоски на коже, поэтому всегда делала восковую эпиляцию и была довольна своим телом.

Я почувствовала беспомощность в тот момент, когда он приблизился ко мне. Его дыхание стало неровным и возбуждающим. Влад развернул меня к себе спиной и положил руки мне на плечи, спускаясь по лопаткам все ниже. Свои прикосновения он остановил на бедрах, прижав мое тело к себе. Не поворачиваясь, я отчетливо почувствовала, как он начал стягивать свой свитер, а затем и джинсы. Положившись на его волю, я полностью отдавала себя, вспоминая еще недавно кипящую злость внутри. Но сейчас иные чувства и эмоции выталкивали ее из меня, овладевая моим телом и разумом.

Ты дерзкая! Но иногда бываешь послушной. Мне нравится эта смесь в тебе.

Одной ладонью он обхватил мое горло и слегка сжал. Неожиданно Влад переместился, оказавшись передо мной. Он поднял меня на руки, поддерживая за ягодицы, пронес через спальню, и мы очутились в просторной ванной комнате. Мои ноги коснулись прохладного мрамора, когда Влад поставил меня на пол душевой, присоединившись ко мне. Струи теплой воды падали на нас, и я едва не мурлыкала от удовольствия. Вода словно исцеляла меня, и я чувствовала себя снова свободной и такой живой!

Руки Влада коснулись моих спутанных от воды волос, и, наклонившись ко мне, он дотронулся кончиком своего носа до моего виска, делая глубокий вдох.

Я не думал, что ты настолько совершенна! Мне жаль, но я не смогу быть с тобой всегда чутким и нежным.

Как только до меня дошел смысл его слов, я, слегка дернувшись, попыталась выскользнуть из душа. Влад с силой притянул меня, и я ударилась затылком о заднюю стенку душевой.

Не сопротивляйся, Виктория! Все, что должно произойти, произойдет.

Его губы растянулись в ехидной усмешке, вгоняя меня в краску.

Ты вся дрожишь, – прошептал он. – Страх сочится из твоих пор, но ты сдерживаешь себя.

Ты не хочешь показаться слабой, не так ли?

Опустив взгляд на мою грудь, Влад прикоснулся горячими пальцами к соскам.

Твоя грудь словно создана для меня, для моих рук, – тихим интимным шепотом произнес он.

Я издала стон в тот момент, когда он накрыл мои груди своими мощными и требовательными ладонями. Как в одном человеке могут уживаться две разные стороны? Одна – это скрытая жестокость, которую он не раз проявлял по отношению ко мне. Другая – это чувственная нежность, которой он балует меня сейчас.

Видишь, твое тело никогда не врет, ты хочешь меня и жаждешь моих ласк, пусть даже и грубых.

Мы ничего не можем уже изменить, Виктория. Назад дороги нет! И ты уже никогда не будешь прежней.

Он решил, что разгадал меня. Но я все равно не сдамся!

Из каждой ситуации обязательно найдется выход, – возразила я.

Наклонившись к моим губам, Влад начал страстно раздвигать их своим языком, подчиняя меня себе.

Ты все еще надеешься найти этот выход, сладкая? – прошептал он в мои губы.

Отключив воду, он выдавил немного пены для душа на свою ладонь и принялся осторожно, нежными движениями растирать ее по моей коже. Его руки скользили по моему телу, задевая самые чувствительные точки, невольно вызывая во мне тихие стоны. Влад прижал меня к стене и опустился передо мной на колени. Его взгляд, голодный и дерзкий, скользнул по моей плоти, а потом, подняв голову, он посмотрел на меня. Затем закинул мою ногу к себе на плечо, раскрывая меня всю. Мне стало очень неловко, ведь этого никто и никогда не делал со мной.

Прекрати, прошу, – это были единственные слова, слетевшие с моих губ.

Я вздрогнула и прикусила до боли губу, чтобы заглушить свой стон, когда его язык коснулся маленького бугорка между разведенных бедер. Он ласкал меня безо всякого стеснения, увеличивая при этом напор, кружа языком по зоне пульсирующего сгустка. Не знаю, сколько времени длилась эта сладкая пытка, мой мозг отказывался соображать. Я схватилась за плечи Влада, пытаясь сохранить равновесие.

Я больше не могу… – простонала я.

Сильный, сбивающий с ног оргазм захлестнул меня, и мой рот открылся в немом крике. Влад резко вскочил, подхватив мое дрожащее тело. Слегка приподняв, он резко вошел в меня. По моим щекам катились слезы. Он входил в мою плоть не щадя. Я задыхалась одновременно от боли, которая настигала меня внутри, и от удовольствия, охватившего меня в момент нашей эйфории. Снова и снова он погружался в мое тело, изматывая до полного бессилия. Дрожь прошла по нему, закрыв глаза, Влад издал глубокий стон. Я почувствовала тепло, которым он наполнил меня.

Моя… ты только моя, – прошептал он мне на ушко.

Собственные чувства и ощущения пугали меня. Но я не хотела подчиняться монстру.

Я никогда не стану твоей, – приглушенно шепнула я, глядя в глаза Влада. Ошарашенный моими словами, не сказав больше ничего, он вышел из душа. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Он просто молча стоял и смотрел на меня.

Прежде чем уйти, Влад произнес:

Посмотрим. После того как здесь закончишь, я жду тебя внизу, на кухне.

Какое-то время я наслаждалась потоками воды, мятежные мысли одолевали мою голову. Я пыталась убедить себя не впадать в панику. Мне вдруг стало до дрожи холодно. Я насухо вытерлась белоснежным мягким полотенцем, от которого исходил приятный запах роз, и завернулась в теплый махровый халат, лежавший на одной из полок.

Присаживайся, – Влад махнул в сторону огромного стеклянного стола у окна, на котором были разложены приборы и стояло блюдо с салатом.

Мне стало не очень удобно принимать приглашение к столу в подобном виде, в махровом халате.

Думаю, что я не совсем правильно одета для такого случая – для ужина.

Влад с любопытством посмотрел на меня и подошел поближе.

Да, ты права. Думаю, это лишнее.

Я полностью потеряла дар речи, когда он стащил с меня халат, обнажая мое тело.

Эй, какого черта! Что ты себе позволяешь? – я попыталась поднять халат с пола, но, опередив меня, он подцепил его своей ногой и откинул в сторону.

Присаживайся за стол, я сказал! Пока я еще терпелив с тобой, Виктория. Я хочу видеть тебя обнаженной. И ты будешь ужинать в таком виде.

Да ты просто больной идиот, если думаешь, что я вот так, – я указала рукой на себя, – сяду за стол!

Кто даст тебе выбор? В противном случае я запру тебя в твоей комнате, и ты вовсе останешься без ужина.

Подойдя к столу, я схватила одну из тарелок и с силой бросила ее на пол. Множество мелких осколков теперь украшали мраморную поверхность плиток. Влад взял со стола бокал, наполненный красным вином, и отпил глоток, со спокойствием глядя на меня.

Чем скорее ты смиришься с тем, что у тебя нет другого выхода, тем приятнее будет твое проживание здесь, в моем доме.

Он аккуратно поставил бокал обратно на стол и, подойдя ко мне, схватил меня за локоть.

Отпусти, мне больно! – закричала я. – Не знаю, что у тебя за проблемы и кто в них виноват, но я никогда не смирюсь, ты слышишь?!

Запнувшись, я упала несколько раз, когда Влад силой тащил меня наверх в мою комнату. Распахнув дверь, он швырнул меня на пол. Я сжала челюсти от злости, стараясь не проронить больше ни слова, ни звука.

Я дам тебе достаточно времени подумать, – захлопнув дверь, он запер ее на ключ.

С одной стороны, я была рада, что осталась одна. Сколько он даст мне – неделю, месяц? Или, может быть, год? Сколько я смогу протянуть вот так, полностью униженная и сломленная? Я должна взять себя в руки. Я сильная, я все выдержу.

И выберусь из этого кошмара.

С таким настроем я легла в свою кровать и свернулась, как эмбрион. Казалось, еще никогда не напрягалась так моя голова от мыслей, я устала думать за эти дни. Я скучала по дому, скучала по родителям. Страх, что я, возможно, больше их не увижу, охватил меня с головы до ног. Мое тело, будто натянутая струна, не могло никак расслабиться. Ужасно хотелось есть и пить. За окном была уже ночь. По всей вероятности, звукоизоляция в доме на высшем уровне, так как не было слышно ни одной живой души. Может, Влад куда-то уехал? Я закрыла глаза, и сон наконец-то сморил меня.

Среди ночи я проснулась от неумолкающих стонов. Они то затихали, то снова раздавались в моих ушах. Меня затошнило от того, что я представила. Что творится за дверью моей комнаты? Не выдержав, я встала с кровати и тихо подошла к двери. Прикоснулась к ручке, и, на мое удивление, дверь оказалась не заперта. Неужели он сделал это намеренно?

Действительно ли некое зрелище было специально подготовлено для моих глаз? Проходя по длинному коридору, я обнаружила чьито разбросанные вещи. Женские вещи. С каждым моим шагом звуки становились все громче. Я подошла к двери спальни Влада и замерла на пороге огромной комнаты, с отвращением и внезапной болью наблюдая за происходящим.

Расслабившись, Влад сидел в кожаном кресле, а на нем, оседлав его член, прижавшись своим обнаженным телом, грациозно двигалась Карина. Руки Влада лежали на ее ягодицах, контролируя процесс. Я почувствовала себя вуайеристкой. Не знаю, почему я тут же не убралась оттуда, чтобы не дать своей глупой ревности ни единого шанса. Почувствовав мое присутствие, Влад поднял голову, и мы встретились глазами. И если до этого я думала, что хуже уже быть не может, то в данный момент он полностью опроверг это, с полным равнодушием выдерживая мой взгляд и ни на мгновение не прерывая своего занятия. Не желая мириться с такой наглостью, я развернулась и ушла к себе в комнату.

Следующим утром я проснулась от его нежных прикосновений. Горячие руки Влада прижимали мое обнаженное тело к себе, а его губы целовали мои плечи. Спиной я ощущала его эрекцию, и сомнений в его намерениях не оставалось. Как он посмел касаться меня после того, что было совсем недавно? Господи, какая же я всетаки несчастная! Я хотела вырваться, но он грубо уложил меня обратно.

Ты жалок! Больной ублюдок! – зло прошипела я.

Влад продолжал крепко удерживать меня, не реагируя на мой гнев. Его глаза были дикими, прозрачными, словно стекло, и жаждущими. Не делая никаких прелюдий, он резко переместился между моих ног, игнорируя сопротивление. Зажав обе руки у меня над головой, быстрым толчком вошел в меня, причем довольно грубо. Я была совсем не готова, и все оказалось болезненным, но вскоре мое тело откликнулось на него, словно оно находилось отдельно от моего разума. С каждым толчком Влад будто подтверждал свои права на меня. Я попыталась отвернуться от него, но он силой повернул мое лицо обратно.

Смотреть мне в глаза! – прорычал он.

Его напряженное лицо, заостренные скулы и хмурый взгляд пугали меня. Он словно навсегда хотел соединиться со мной. Стон сорвался с моих губ, и я опустила глаза вниз, туда, где соединялись наши тела. Напряженный живот Влада с идеальным прессом соприкасался с моим плоским. Зрелище того, как он погружается в меня, при этом задевая самые чувствительные точки внутри моего тела, заставило мою спину прогнуться. Знакомое чувство потери контроля нахлынуло волной.

Спустя несколько толчков Влад закатил глаза и издал удовлетворенный вопль. Прошло несколько минут, прежде чем он вышел из меня и отпустил мои руки. Быстро вскочив с кровати, я побежала в ванную комнату. Мне требовалось время, чтобы побыть одной, чтобы переварить все то, что случилось. Я встала под душ, мое тело начало расслабляться. Кулаки Влада обрушились с громким стуком на дверь.

Виктория, открой дверь! – вопил он со злостью. – Немедленно, ты слышишь?

Иначе я выбью ее!

Стук не прекращался, но я и не думала открывать. Испуганными глазами я смотрела на дверь, в надежде на то, что он прекратит весь этот спектакль. Пугающий грохот наконец-то стих. И через пару минут я услышала, как Влад открывает дверь запасным ключом.

Он подлетел ко мне, словно ураган, притянул меня за бедра к себе. Его требовательные губы накрыли мои, язык жестоко толкнулся в мой рот, то ли в желании наказать, то ли в стремлении доставить мне удовольствие. Я схватила волосы на затылке Влада и с ощутимой силой притянула ближе, застонав. От неожиданности такого напора с моей стороны он придавил меня своим телом. Его рука опустилась вниз, скользя по моему животу, и он крепко сжал пальцами мою плоть.

Ты такая гладкая и приятная…

Хочу всегда ощущать твой вкус на своем языке…

Нет, – все, что я смогла проронить в тот момент, шепча ему на ухо.

…Холод от кожаного стула пронзил мои ягодицы. Мы сидели друг напротив друга за стеклянным столом в гостиной. Я была настолько голодна, что меня ничуть не смущал мой обнаженный вид. Я просто наслаждалась типично английским завтраком. Несколько сортов различных сыров в сочетании с фруктами были разложены на большом фарфоровом блюде. Все идеально и аккуратно. Я подняла глаза от чашки с чаем и посмотрела на Влада.

Кто-то работает у тебя в доме? Кто следит за порядком? Кто готовит еду?

Миссис Сьюзен, – его тон на удивление был ровным и спокойным. – Я познакомлю вас.

Почему ты интересуешься этим? Боишься стать жертвой отравления?

Я посмотрела безразличным взглядом.

Да, возможно, в данный период моей жизни это однозначно было бы неплохим вариантом.

Влад осторожно вытер рот и руки белоснежной салфеткой и вышел из-за стола, полностью проигнорировав мои последние слова.

Ну что же, с тобой весело, зверушка! Но увы, сегодня понедельник, и я обязан приступить к работе.

Любопытство взяло надо мной верх.

Где ты работаешь? Чем ты занимаешься?

Не уверен, что должен говорить с тобой об этом, – он окатил меня равнодушным взглядом и вышел из кухни.

Ты меня полностью игнорируешь, и я ничего о тебе не знаю!

И знаешь, это все паршиво! – крикнула я ему вслед.

И, не получив ответа, прикрыла свое лицо ладонями. Я канарейка, запертая в клетку, я оболочка без души и тела!

Присутствие Влада снова заполнило кухню и поглотило мое сознание. Он стоял в дверном проеме, напоминая английского лорда. Черный строгий костюм в сочетании с белоснежной сорочкой делал из него Мистера Секси. Тонкий атласный галстук облегал мускулистую шею. Его элегантно уложенные волосы блестели под дневным освещением, а в голубых глазах по-прежнему чувствовался холод. Все мое тело покрылось мурашками, мне стало немного не по себе от таких изменений.

Влад впился взглядом в мое тело, и было заметно, как он пытается побороть в себе желание наброситься на меня и уложить прямо на кухонный стол. Он сделал шаг, приблизившись, одной рукой прикоснулся к моей спине, другой потянулся к моему подбородку и приподнял мне слегка голову.

Через час сюда придет миссис Сьюзен. Она приготовит обед и сделает уборку. Она англичанка. Ты можешь с ней пообщаться, естественно, не говоря ничего лишнего. Ты меня поняла? Я уже проинформировал ее о твоем присутствии в доме.

Приведи себя в порядок.

Что по поводу моей одежды? В каком виде прикажешь мне встречать твою миссис Сьюзен?

Или, может, я должна обернуть свое тело в простыни?

Влад убрал руку с моей спины и зашагал к выходу.

Комната рядом с моей – это гардеробная. Там все твои новые вещи. Надеюсь, я угадал твой вкус, зверушка. Увидимся вечером! – махнув рукой, не оглянувшись, он ушел.

Я забежала в гардеробную комнату. Что все это значит? Он приобрел для меня вещи? Черт бы его побрал! Горячий, жуткий гнев закипал во мне.

Я открыла огромные раздвижные двери и ахнула. Вешалки с дизайнерскими платьями и костюмами привлекали мой взгляд. Изысканное нижнее белье манило кружевами. Мои глаза наполнились слезами, а руки так и жаждали коснуться всего этого. Коробки с классическими моделями туфель, флаконы парфюма, косметика… Господи, все эти женские штучки, в которых я нуждалась, как все это оказалось здесь? Выбирал ли он сам все это для меня? И ведь он просто отлично знает мой вкус. Я взяла в руки черное мини-платье от Гуччи.

Ну что ж, милый, ты сам напросился. Несмотря на все те унижения, которые мне пришлось пережить за последние дни, вкус и умение красиво одеваться у меня не утрачены. И я покажу тебе, милый, как должна выглядеть девушка, которую ты заключил в кандалы!

Подобрав самый сексуальный комплект нижнего белья, я взглянула на себя в зеркало. Черненькие стринги-сеточки делали меня аппетитной, а кружевной черный бюстгальтер выделял мою грудь так, словно это был силикон. Я надела черный гипюровый пояс, к которому прикрепила чулки. Обворожительное платье с открытой почти до самых ягодиц спиной завершило неподражаемый образ. Макияж в стиле «смоки айс» и красные губы подвели черту моему ансамблю. Туфли от известного дизайнера Кристиана Лубутена на десятисантиметровой шпильке – то что надо!

Я взглянула на себя в зеркало, натянутая улыбка вперемешку с выражением отчаяния появилась на моем личике. «За все нужно платить, Виктория!» – сказал мне мой внутренний голос. Внизу уже раздавались звуки. Я спустилась по лестнице и прошла на кухню. Миссис Сьюзен уже вовсю командовала у плиты. Приятные запахи тушеного мяса и овощей царили в помещении.

О, миссис Еремеева, добро пожаловать в мои владения!

Милая женщина лет шестидесяти обернулась и улыбнулась мне.

Я подошла ближе и протянула ей руку.

Здравствуйте, миссис Сьюзен, – произнесла я.

Она изучающе оглядела меня.

Как я рада встрече с вами, миссис! Наконец-то мистер Еремеев привел в свой холостяцкий дом девушку.

Вероятно, она ничего не знала о Карине, раз была так удивлена. Я не заметила, как мы проболтали несколько часов. Миссис Сьюзен оказалась приятной и общительной женщиной. Я никогда еще не жаждала человеческого общения так, как сейчас. Она казалась мне такой родной, что, поговорив с ней, я немного пришла в норму.

Я подошла к окну, и мое сердце сжалось, когда черный «Астон Мартин» подъехал к дому. Шофер выскочил первым и открыл заднюю дверь автомобиля. Влад вышел из машины, сдержанно улыбаясь, поправил пиджак и сделал глубокий вдох, словно готовил себя к входу в собственный дом. Он поднял голову в сторону окна, где стояла я, и, заметив меня, резко ослабил узел галстука.

О, мистер Еремеев уже вернулся! – защебетала миссис Сьюзен. – Деточка, – обратилась она ко мне, – на сегодня моя работа окончена.

Всего доброго, – словно призрак, женщина исчезла из кухни.

Может, у них с Владом существует договоренность, и с его приходом она должна немедленно уйти? Я слышала, как хозяин прошел в дом. Его шаги отдавались в моем теле, делая меня снова встревоженной, как натянутая струна. Я напряглась и обхватила себя руками в тот момент, когда величественная фигура Влада показалась у входа в гостиную. Он весь как будто подобрался и начал сканировать меня взглядом. Его скулы ходили ходуном, пока мы всматривались друг в друга из разных концов комнаты. Быстрыми движениями он преодолел расстояние, разделявшее нас.

Пойдем! – приказал он, протягивая мне руку, ожидая, что я повинуюсь.

Нет! Ты не можешь заставить меня подобным образом, понимаешь?

Я стала сопротивляться, но он и не потребовал вновь. Вместо этого, стиснув зубы, он схватил меня за руку и потащил наверх по лестнице.

Да что ты делаешь? Отпусти, кому говорю, я буду кричать!

Ори, – прошипел он, – тебя все равно никто не услышит.

Я рванула вперед, но Влад оказался быстрее. Он накинулся на меня, и мы врезались в стену перед его спальней. Моя спина заныла от боли, я начала задыхаться. Влад прижался к моим бедрам, заставляя наши тела соприкоснуться.

Прекрати бороться, Виктория, иначе я сделаю тебе больно.

Ему удалось схватить меня за руки и заломить их за спину. Коленом он раздвинул мои ноги, моментально обездвижив. Я снова вскипела от злости, когда мое тело ослушалось меня и начало таять под его прикосновениями. Сердце бешено заколотилось, когда Влад своим лбом прижался к моему.

Остановись, прошу… не делай этого со мной! – я попыталась оттолкнуть его своим телом.

Открыв пинком дверь своей комнаты, он бросил меня на пол, как какую-то вещь. Соприкосновение с персидским ковром обожгло мои локти. Я вскочила и побежала через комнату в его рабочий кабинет, он следом бросился за мной. В тот момент, когда я споткнулась и упала у стола, его горячие руки схватили меня в ловушку. Подняв, Влад прижал меня лицом к поверхности стола и потерся бедрами об мои ягодицы. Боже, ну когда это все закончится, когда он перестанет унижать меня? У меня не осталось сил сопротивляться, а он схватил подол моего платья и поднял его.

Пожалуйста, не надо, – прошептала я подорванным голосом.

Влад застонал от удовольствия, его тяжелое и возбужденное дыхание деморализовало меня. Он положил свою дрожащую руку мне на ягодицы, нежно поглаживая и лаская. Он опять вынудил меня сдаться и принять его таким, каким он являлся. Я прерывисто задышала, теплые пальцы прошлись по моей груди, приближаясь к торчащим соскам. Прикосновения были легкими и волнующими, но в то же время угрожающими.

Я так чертовски сильно хочу тебя! Я не мог сконцентрироваться даже на работе. И хотел побыстрее приехать домой и иметь твое обалденное тело до потери сознания.

Влад одним резким движением сорвал с меня трусики, откинув их в сторону.

Твоя кожа здесь, – он дотронулся пальцами до моей плоти, – такая нежная.

Что ты делаешь со мной, милая Виктория!

Одинокая слеза скатилась с уголка моего глаза и упала на поверхность его рабочего стола. Смущение, счастье, желание и ненависть – все эти эмоции разом прошли через мое сердце. Кончиком своего пальца Влад задел мою плоть.

Какая ты уже влажная, детка!

Он схватил копну моих волос в кулак и приподнял мою голову, захватив губы своим ртом, одновременно расстегнув молнию на своих брюках и спустив их.

О боже, – я широко открыла рот, когда он со страстью заполнил меня собой.

Он погружался глубоко и яростно, а мое тело сотрясалось от желания.

Я прошу, теперь не останавливайся, – слова вылетели так неожиданно, но мне не было стыдно за них.

Ни за что на свете, малыш, – жарко прошептал мне в ухо Влад.

Я наслаждалась. Яркие звездочки вспыхнули перед глазами, острая и сладкая боль оргазма пронзила все мое тело.

Теперь моя очередь, любовь моя, жажда моя…

Я прикусила губу, не ожидая услышать такое. Может, мне показалось? С диким стоном Влад обрушился на мою спину, и я почувствовала, как он вытащил из меня член. Горячая жидкость обожгла мои ягодицы. Сумбурные мысли затопили голову. Мы же не пользовались никакой защитой! Господи, как я могла не подумать об этом? Что, если я вдруг забеременею? Что тогда будет со мной и моим ребенком?

Достав несколько салфеток, Влад принялся вытирать мои ягодицы и спину. Он развернул меня к себе и нежно поцеловал в губы.

Я привыкаю к тебе, сладкая! – виноватым тоном проговорил он.

Ты сломил меня! Держишь своей пленницей, обращаешься со мной, как с какой-то шлюхой, – мой голос был пропитан яростью.

Влад приподнял брови и посмотрел мне в глаза.

Я еще не решил до конца, чего я хочу на самом деле, Виктория. И даже если я буду причинять тебе боль, ты примешь и это.

Не забывай, зачем ты здесь.

Он снова превращался в хищное животное, выплевывая из себя злобу.

На следующий день в комнату пришла миссис Сьюзен, разбудив меня. Вчера я долго не могла сомкнуть глаз, после того как словно ошпаренная умчалась из кабинета Влада. Всю ночь я боролась с тошнотой, мучавшей меня, и не могла вытеснить страх из своего тела, а позор из сердца. Глаза оставались сухими, но душа умывалась слезами. Я должна была нести наказание за жалкие выходки моего отца!

Извините, Виктория, – прощебетала Сьюзен, – вам пора вставать. Уже полдень. Я стала за вас переживать, думала, может что-то случилось?

Мистер Еремеев уже уехал в офис.

Мне даже как-то стало неловко, что я так долго спала.

Да, конечно, я приму душ и спущусь к вам.

Она кивнула и улыбнулась.

Ах да, Виктория, мистер Еремеев просил передать, что сегодня к вам приедет доктор, к двум вы должны быть готовы, хорошо?

Я не могла при ней сделать удивленный вид и начать задавать вопросы, поэтому лишь кивнула головой в знак согласия. Что, черт возьми, забыл здесь доктор? Он собирается меня обследовать?

Сомнения и вопросы рассеялись, когда на пороге нашего дома появился доктор. Он представился мне доктором Мейсоном, и, по моему мнению, был милым. Врач-гинеколог и просто очень хороший знакомый Влада. Миссис Сьюзен предложила ему чашечку кофе, но он вежливо отказался, сославшись на занятость. Закончив осмотр, доктор сделал заключение, что с моим здоровьем все в порядке, и ввел мне противозачаточную инъекцию на три месяца. Мои щеки раскраснелись от стыда, и я немного смутилась, что не осталось незамеченным доктором Мейсоном.

Все будет прекрасно, милая леди, – озарил он меня приятной улыбкой и погладил мою руку. – У мистера Еремеева очень хороший вкус. Вы очень воспитанная и приятная девушка. Ему несказанно повезло с вами.

Спасибо! – смущенно выдавила я из себя. Да уж, повезло, несомненно, подумала я.

Ну что же, с вашего позволения, Виктория… У меня имеются еще дела, слишком много запланировал на сегодня.

Я лишь наклонила голову и собиралась встать с кресла, но почувствовала слабость в ногах и внезапное помутнение в голове. Я растеклась, словно лужа, у ног доктора, и потеряла сознание. Даже не знаю, сколько времени я пробыла в отключке. До меня доносились далекие голоса Сьюзен, доктора Мейсона и голос, который я никогда не смогу спутать ни с чьим другим. Влад ворвался в комнату словно ураган.

Я вам сразу же позвонила, сэр, после того как Виктории стало плохо, – виновато оправдывалась Сьюзен.

Влад подлетел к софе, на которую меня, вероятно, уложили доктор и миссис Сьюзен. Сознание вернулось ко мне, но тяжесть в ногах и во всем теле мешала мне встать. Я лишь поприветствовала Влада слегка натянутой улыбкой. Он взял мою руку и приложил ее к своим горячим губам.

Ты напугала меня, малыш! Как ты себя чувствуешь?

Было заметно, как он пытался держать себя в руках, сохранять голос в деловом тоне. Но его глаза выражали обеспокоенность за меня, взгляд будто кричал от боли, которую он испытывал из-за моего состояния.

Это реакция на укол, – сказал доктор. – Подобное не редкость с молодыми пациентками. Я поставил успокоительный укол миссис Виктории, и скоро слабость уйдет. Состояние придет в норму через пару часов, она будет чувствовать себя как обычно.


Глава 5

Прошел ровно месяц с того момента, как я оказалась в доме Влада. Проклятый месяц, за который я ни разу не услышала и не увидела в телевизионных новостях историю о похищенной девушке из России. Я была в полном недоумении от того, что, просматривая новости в Интернете, ничего не обнаруживала о моей семье. Мой отец был довольно известной фигурой в обществе. И время от времени его имя упоминалось на сайтах. Они словно все умерли, растворились, будто меня и не было рядом с ними никогда! Неужели они так и не заявили в полицию о моей пропаже?

Сомнения и вопросы грызли мой мозг, проедая его изнутри. Сама себе я казалась каким-то испорченным товаром, брошенной и никому не нужной куклой. По глупости и наивности я решила, что во Владе не умерло хорошее и доброе. Я каждый день ловила себя на мысли, что влюблена в него. Но и здесь, как оказалось, я тоже ошибалась! В некоторые дни он был очень нежен со мной, и я наслаждалась этими новыми чувствами. А иногда в нем закипала ненависть ко мне и жестокость, и он не отдавал отчета своим действиям.

Я понимала, что любить его – это обречь себя на медленную и мучительную смерть. Я не желала осознавать этого и видеть то, в кого я медленно превращалась, – замученное, затравленное существо, не вызывающее ничего, кроме жалости и недоумения. Как так вышло, что я, любящая жизнь и яркость, всегда цветущая и радостная, дошла до такого? Сколько я еще выдержу, пока не сойду с ума?

За этот месяц Влад начал немного доверять мне. Я могла пользоваться Интернетом, естественно, под его чутким наблюдением. Мы даже несколько раз выезжали в центр Лондона, посещали рестораны. И каждый раз мое сердце разрывалось на части, я еле сдерживала желание закричать: «Люди! Меня похитили и держат против моей воли!» Но я не делала этого. Может быть, из-за страха потерять Влада навсегда?

В те моменты, когда Влад отсутствовал, я пыталась занять себя книгами. Он имел очень богатую библиотеку, книги на разный вкус украшали полки в его рабочем кабинете. Вот и сегодня, проводив его на работу, я отправилась именно туда. Взяв одну из книг Сергея Есенина, одного из моих любимых поэтов начала золотого двадцатого века, я присела за рабочий стол. Мой взгляд переместился от книги на поверхность стола.

Этого не может быть, – прошептала я вполголоса. Он забыл свой смартфон! Я вспомнила, что он сегодня действительно очень торопился на работу. Несколько минут мой растерянный взгляд метался между телефоном и входной дверью. Это мог быть единственный мой шанс выбраться на свободу. Моя рука слегка вздрогнула, когда я взяла телефон. И тут я растерялась: в моей руке находился путь к спасению, а я не знала, что с ним делать. Я будто впала в ступор. По всей логике, я должна была немедленно позвонить домой или, возможно, в службу спасения. Но я понимала: если вмешается полиция, Влада упекут за решетку.

Виктория, твою мать, просто позвони, – уговаривала я себя. –

Полиция должна разбираться с ним, не ты! Он не должен быть тво ей проблемой.

Прикусив до боли губу, я наконец стала набирать номер моих родителей в Петербурге. Мое сердце колотилось как бешеное, пока шли гудки.

Ну же, кто-нибудь, возьмите трубку! – умоляла я вслух.

Я встала из-за стола и подошла к окну. Гудки продолжали отдаваться эхом надежды в моем ухе. Вдруг, вскрикнув, я обернулась… и уткнулась в широкую грудь. Влад молниеносно подскочил и вырвал телефон из моих рук. Я подняла испуганный взгляд на его хищное и безжалостное лицо, встретившись с ледяным взором.

Что ж, я не удивлен, – хриплым голосом произнес он, сбрасывая набранный мной номер. – Но разочарован, – Влад покачал головой. – Сам идиот, что забыл его дома.

И ты решила воспользоваться моим промахом, да?

Влад, – почти шепотом сказала я, – посмотри в мои глаза. Рано или поздно ты должен будешь меня отпустить. Ты не можешь вечно прятать меня, понимаешь? У меня есть личная жизнь за пределами всего этого, – я раскинула руки в стороны. – В противном случае я просто не выдержу, и что может случиться со мной, известно одному богу!

Ты же будешь винить себя позже, разве нет?

Наконец Влад посмотрел на меня. Он был в растерянности, и я не могла этого не заметить. Мы словно стояли в замкнутом круге, боясь пошевелиться, и не знали, как выбраться из него. Мои губы едва дрогнули в печальной улыбке, он же молча изучал меня и сверлил взглядом до боли. Неужели он услышит меня и отпустит? С силой швырнув свой телефон, он подошел ко мне ближе. Мой инстинкт самосохранения велел мне убегать, но я не сдвинулась с места. Он протянул руку и больно сжал мне горло.

Ты настолько уверена во мне, малыш?

Влад смотрел, не моргая, в мои глаза, а я не знала, чего ожидать от него дальше.

Думаешь, меня что-то может остановить, чтобы не сделать тебе больно? – прищурившись, произнес он.

Ты можешь даже убить меня, – вконец осмелев, не дрогнувшим голосом проронила я. – Но принесет ли тебе это радость?

Удовлетворение?

Наши взгляды скрестились, как при поединке.

Глупенькая моя Виктория, – его рука переместилась на мое лицо, погладив щеку. – Что ты обо мне знаешь?

Ничего.

Влад поднял меня на руки и понес по коридору в свою спальню.

Подойдя к кровати, он отпустил меня и стал с нежностью раздевать. Моими же чулками он связал обе мои руки. Я стояла, боясь пошевелиться. Что он задумал? За все то время, что мы были вместе, я успела изучить его. И если сейчас он изображал затишье, то оно явно было перед бурей. Я начала дрожать от прохлады, которая коснулась моего обнаженного тела, но мысленно, как всегда, приказывала себе не паниковать и сохранять спокойствие. Он толкнул меня на кровать, и я упала навзничь. Мои связанные руки он прикрепил к решетке кровати у изголовья.

Это истинное удовольствие – видеть тебя такой беззащитной.

Я должен сделать фото на память.

С прикроватной тумбочки Влад взял свой «БлэкБерри» и сделал пару кадров. Бросив телефон на ковер, он начал снимать с себя одежду. Из кармана брюк достал маленький складной ножик. Сильнейшее волнение охватило и сковало мое тело. Все затихло, словно перед надвигающимся штормом.

Это будет твоим наказанием, Виктория! И ты вскоре поймешь, что до этого я еще не был жесток с тобой. Каждый раз, когда я вспоминаю мерзкие выходки твоего отца с моей матерью, я готов приблизиться к крайним мерам.

Нет, Влад, я прошу, остановись, не надо! – закричала я, когда он поднес нож к моей груди.

Мой отец говорил так каждый раз: «Остановись! У нас семья». Но эта жалкая женщина продолжала оставаться любовницей твоего долбаного папаши!

Влад приблизился и сел между моих разведенных ног. Я перестала дышать, когда холодное лезвие коснулось кожи под левой грудью. Слегка надавив, он сделал поверхностный надрез. Кожу зажгло, но боли не было. Я боялась пошевелиться. Главное, чтобы ему не показалось мало! Из ранки выступила кровь и потянулась вниз по телу, образуя тонкую дорожку на левом боку. Это полное помешательство, и оно не укладывалось в моей голове.

Я покрылась дрожью в тот момент, когда его язык начал ласкать мою грудь, живот. Он притянул меня за бедра к себе, слегка приподняв мои ягодицы. Влад лишь изредка бросал на меня ожесточенный взгляд. Я ощущала знакомую пульсацию между ног и ненавидела себя за это. Как мое тело могло так реагировать на боль и те извращения, которые он вытворял со мной? Он приблизился к моим губам, раздвигая их своим языком, и страстно поцеловал.

Неужели я так низко пала, что испытываю сексуальное влечение от того, что ты делаешь со мной? – прошептала я, готовая зайтись в истерике.

Казалось, он и сам удивился моей реакции. Я чувствовала абсо лютное унижение. Мои руки затекли от боли, а чулки сильно впивались в кожу. Я не могла так сходить с ума от его поцелуев. Что он со мной сделал?

Влад начал гладить мои ноги с внутренней стороны. Раздвинув их, он вошел в меня медленно и нежно, уткнувшись в мои волосы.

Прости, – прошептал мне на ухо.

Я издала глубокий стон и просто отпустила ситуацию. Так или иначе, после этой ночи у меня будет достаточно времени, чтобы биться головой о стену от раскаяния. Я позволяла себе получать удовольствие от всего, что он вытворял со мной, от его поцелуев, уносящих меня за пределы реальности, от чувства наполненности его во мне. Может, Влад и был психом, но по какой-то необъяснимой причине только он с его сумасшествием мог вознести меня на небеса. Наш оргазм случился одновременно. Невозможно было разобрать в сплетении наших тел, где чье сердцебиение или дыхание. Его глаза стали спокойными и мирными. Он опустился к моей груди и начал посасывать соски.

Смогу ли я без тебя, сладкая? – Влад с нежностью погладил меня по щеке.

Я отвернулась, чтобы он не увидел, как из моих глаз скатилась одинокая слеза. Он и сам находился в некой растерянности, вероятно, не ожидая такого поворота событий. Он влюблялся в меня, сам себя ненавидя за это.

Тяжело дыша, все еще дрожа от злости и душевного потрясения, я встала с кровати и направилась в душ.

Виктория!

Обернувшись, я посмотрела на Влада. Бледное лицо и глаза, смотрящие на меня с каким-то потерянным выражением. Он встал и подошел ко мне. Нежно обнял и взял на руки.

Давай вместе… Не отталкивай меня.

Стоя под расслабляющими струями воды, Влад с трепетом мыл мое тело, не прерывая зрительного контакта. Я же стала будто немая, пытаясь увести свой взгляд в сторону. Сможем ли мы когданибудь начать все сначала? Его же слова: «Смогу ли я без тебя, сладкая?» всплывают в моей памяти, будоража сознание.

После душа Влад завернул меня в мягкое полотенце. Несколько минут он просто молча смотрел мне в глаза, а затем вышел, оставив меня одну.


Глава 6

У тебя ведь нет никаких планов на сегодняшний вечер? – озарив меня своей неподражаемой улыбкой, с насмешкой произнес Влад. С той ночи прошла неделя, в течение которой он не прикасался ко мне и, похоже, даже избегал. Допоздна задерживался на работе, давая мне тем самым больше свободного пространства.

Почему ты спрашиваешь? И да, думаю, я буду занята… при моем-то положении! – съязвила я.

Мы едем сегодня в ночной клуб, не против? – он положил руки мне на талию, слегка сжав. – Порадуй меня.

Надень что-нибудь сногсшибательное, детка!

Откуда такое желание вывести пленницу в свет?

Он взял меня за подбородок и прикоснулся губами, и сразу же резким движением руки дернул пояс моего атласного пеньюара и сорвал его с меня.

Я без ума от твоего тела, детка! У тебя ровно час на сборы.

Я жду тебя внизу.

С этими словами Влад покинул мою комнату. Ну что ж, ты получишь то, чего так хочешь. Тебе нужно что-нибудь сногсшибательное? Да без проблем, милый.

К назначенному времени я была готова, чувствуя себя больше раздетой, нежели одетой, в откровенном и «горячем» платье от Валентино. Тонкие чулки в тон моего тела выгодно обрисовали мои стройные ножки. Туфли из лаковой черной кожи на двенадцатисантиметровой шпильке облегали ступни. Вечерний макияж тоже не останется не замеченным – ярко-красная губная помада в тон платью сексуально смотрелась на моих губах.

До меня донеслись посторонние голоса в переплетении с завораживающим смехом Влада в тот момент, когда я спускалась со второго этажа.

Мы тебя уже заждались! – гнусавым голоском прощебетала Карина.

Что, черт возьми, она забыла здесь? У меня было непреодолимое желание задать этот вопрос вслух. Я подошла к бесподобному трио.

Виктория! – Влад как-то по-особенному произнес мое имя, протянув мне свою руку.

Он чуть наклонился ко мне, и взгляд его голубых глаз был греховным и очень возбуждающим. Да-да, конечно же, он не мог не оценить мое платье и все остальное, что к нему прилагалось.

Здравствуй, красавица, – произнес молодой парень, стоявший рядом с Кариной.

Не дождавшись, когда Влад нас представит друг другу, он по тянулся к моей руке.

Я Джеймс, – прожигая меня карими глазами, произнес товарищ Влада.

Насколько я смогла оценить Джеймса женским взглядом, он явно мог составить конкуренцию самому Владу. У обоих определенно имелось некое сходство, возможно, я могла бы подумать, что они братья. Рука Влада по-свойски легла мне на талию, поглаживая обнаженную кожу спины, он слегка ущипнул меня.

Виктория, – заговорил наконец-то обеспокоенный Влад, – это Джеймс, мой друг и компаньон.

Мы работаем вместе.

Мужчина кивнул, опустив глаза, заметив тяжелый взгляд Влада, направленный на него.

С Кариной вы уже знакомы, – Влад слегка дотронулся до ее руки, отчего было заметно, как она расплылась в завораживающей улыбке.

Не стоит, – остановила я Влада. – Не думаю, что у нашего знакомства будет продолжение, – ехидно прошипела я.

Было видно, что сказанное мной унизило ее. Поджав губы, женщина отвернулась в сторону Джеймса, оскорбленная и жалкая. За все время нашей поездки никто из них не проронил ни слова. Карина, по всей вероятности, кипела от злости, Джеймс, возможно, боялся посягнуть на чужую территорию, Влад же переваривал в своей голове последствия моей выходки.

Дизайн ночного клуба «Лондон-скай» был выполнен в неподражаемом готическом стиле. Каменные фигуры непонятных существ нависали над посетителями клуба с разных сторон, создавая тем самым жутковатую, но вызывающую интерес обстановку. К нам сразу же подскочил менеджер клуба. Вероятно, это всем известное здесь трио, наверняка они были постоянными клиентами «Лондонскай».

Позже нашей компании была предоставлена вип-кабинка. Мы поднялись на второй этаж по блестящей винтовой лестнице и заняли удобные места. Карина и Джеймс присели по левую сторону деревянного резного стола. Едва взглянув на них, Влад властно положил руку на мою талию, усаживая меня рядом с собой на противоположную сторону. Недовольный взгляд Карины метался от Влада на меня, она явно пыталась привлечь его внимание, сладко улыбаясь. Я же поймала себя на не очень приличном желании ткнуть ее лицом в стол.

После второго выпитого бокала «Космополитена» мое тело немного расслабилось, все незаметно отошли на второй план. Телефон Влада издал гудок, оповещающий об смс. Достав его из кармана брюк, он прочитал сообщение, в замешательстве взглянув на меня.

Я должен отлучиться ненадолго, – шепнул он мне на ухо.

Я не могла не заметить того факта, что его одолевал страх оставить меня одну.

Ты можешь мне доверять, – слегка улыбнувшись, я прижалась губами к его щеке.

Карина и Джеймс в этот момент были заняты разговорами об отпуске на Карибском море и, вероятно, не уловили всю суть нашей беседы с Владом.

Все в порядке. Я не покину клуб без тебя.

Его рука, которая все это время продолжала хозяйничать на моей обнаженной спине, вдруг вздрогнула. Его скулы заметно напряглись, делая лицо устрашающим.

Я ненадолго, – он снова приблизился к моей шее, дотронувшись приятным прикосновением своих теплых губ.

Я же не прочь была потанцевать. Все лучше, чем оставаться здесь, в неприятной для меня компании. Влад привстал из-за стола, и я успела перехватить его руку. Заиграла известная песня Ланы Дель Рей.

Ты не против, если я спущусь вниз и потанцую?

Влад немного напрягся, прищурившись, он посмотрел на меня.

Пойдем, я провожу тебя.

Взяв мою руку, он переплел наши пальцы и немного сжал.

Виктория, я думаю, ты должна…

Не дав договорить, я потянулась к нему, запечатав его губы своим поцелуем.

Да, я тебя поняла, я обещаю, Влад.

Я останусь в этом клубе с тобой!

Просто верь мне.

Выпитые коктейли дали о себе знать. Я полностью поддалась атмосфере, смакуя свое счастье в танце, как вдруг почувствовала чьи-то руки на своей талии. Решив, что это Влад, улыбнувшись, я молниеносно обернулась.

Джеймс?! Какого черта? – я дернулась, скидывая его руки, готовая заехать ему по лицу.

Виктория, всего один танец… Подари мне только один танец, – умолял он.

Усмехнувшись, я попыталась выбраться из захвата любезного друга.

Извини, устала. Я все равно уже собиралась идти наверх.

Сделав шаг в сторону к лестнице, ведущей на второй этаж, я оглянулась. Он стоял и все еще не двигался с места, изучая меня.

Думаю, там, – указал Джеймс рукой наверх, – мы будем лишними.

Не сейчас, позже.

Что означали его слова? Дрожь прошла по моему телу. Распахнув глаза, я попыталась перекричать громкую музыку.

Прости, это с какой еще стати нам нельзя туда? – я взмахнула рукой.

Я бы не стал так рисковать своими нервами, детка!

Иди сюда!

Джеймс хотел поймать мою руку, но я успела ускользнуть и побежала по ступеням к нашей вип-кабинке. Мое дыхание участилось. До меня наконец-то дошел весь ход его мыслей. Я готова была взорваться от злости посреди этого чертового клуба.

Я распахнула дверь комнаты… и меня парализовал шок! Карина сидела на коленях Влада, откинув голову ему на плечо. Ее губы с нежностью ласкали мочку его уха. Руками Влад неловко держался за край стола, не касаясь ее тела. Его испуганные глаза встретились с моими раздраженными и дикими. Он резко отшвырнул Карину от себя, вскочил словно ошпаренный и рванул к двери. Его сильные руки обняли меня, не давая сбежать. Он схватил ладонями мои бедра и потянул на себя. Наш неравный поединок длился в тишине, еще сильнее разжигая во мне злость. Мои ягодицы прижались к его ощутимой твердости в брюках. Резко развернувшись, я влепила Владу звонкую пощечину. Но в порыве нашей борьбы он, казалось, этого даже не заметил.

Ты больной ублюдок! Отпусти же! – я замахнулась снова, но он успел поймать мою руку. – Это от нее у тебя так стоит? – я указала рукой на его пах. – Мерзость, гадость!

Не прикасайся ко мне больше!

Я кое-как вырвалась из его назойливых рук и ринулась к винтовой лестнице. Но не успела сбежать вниз, как Влад схватил меня за руку и потянул на себя. Он завалил меня на свое плечо и понес назад в комнату. Извиваясь, я не переставала наносить удары кулаками по его спине и плечам. Он поставил меня на пол и резким хлопком закрыл дверь. Медлить не стал, тут же притянул мое непослушное тело к себе, обхватив затылок, и обрушил яростный поцелуй на мои губы, кусая их. Наши рты поглощали друг друга без намека на нежность, но с необыкновенной страстью.

Хочу иметь тебя жестко и не стану больше ждать ни минуты! – прорычал Влад.

Я тебя ненавижу!

Дальше мне продолжить он не дал, закрыв мой рот своими губа-

ми, и подтолкнул меня к краю стола, посадив на поверхность. Мое и без того короткое платье задралось, обнажая бедра и открывая для Влада чудесный вид на стринги. Резким движением он развел мои ноги, приказывая мне обхватить его ими. Я мазохистка, такая же, как и он, черт побери! Мы стоим друг друга.

Влад опустился на колени и, обхватив мои ноги, стал снимать с меня чулки. Своими жадными губами начал ласкать меня.

Малыш, твой запах… он сводит меня с ума. Это мой запах, только мой, ты слышишь?!

Я охнула и прикусила нижнюю губу, мои нервы напряглись от неутолимого желания. Я облокотилась руками на стол, не желая больше контролировать свое тело. Подобравшись к моим трусикам, Влад начал зубами стягивать их с меня, делясь своим лихорадочным возбуждением.

Ты самая красивая и желанная здесь, – Влад дотронулся кончиком языка до моих нежных складочек.

Я крепко сжала зубы, чтобы не закричать от яркости и силы ощущений.

Но только я буду владеть этим, – он слегка сжал зубы, прикусив нежную кожу, отчего я дернулась, распахнув глаза. – Скажи, что ты поняла меня, Виктория… моя Виктория, – настаивал он.

Господи, я понимала – это была моя погибель. Это была новая я, до недавнего времени незнакомая, которая нравилась мне и в то же время пугала. Захочу ли я сбежать от него когда-нибудь? Смогу ли вычеркнуть его из своей новой жизни? И я прекрасно знала ответ и сказала ему «да»! Мне хотелось орать на него от злости, бить кулаками, но вместо этого я получала ни с чем не сравнимое удовольствие от его умелых губ.

Влад поднялся и посмотрел на меня. На его губах все еще оставались следы моего удовлетворения. Он расстегнул молнию на брюках, показывая мне свое возбуждение, и, сжав мои бедра, одним мощным и жадным рывком оказался во мне. В тот момент я могла сосчитать все звезды или, еще лучше, взлететь от подобного кайфа до Луны! Я переживала каждое его восхитительное движение, уносящее меня в нереальность, когда он касался чувствительных точек во мне. Мне хотелось смеяться и плакать одновременно. Этот человек творил нечто удивительное и сумасшедшее не только с моим телом, но и с моей душой!

Когда наша страсть утихла, я начала приводить себя в порядок, не балуя Влада своим вниманием. В смущении опустила голову, прячась от пристального взгляда моего тирана. Влад обхватил ладонями мои щеки и прижал меня к себе.

Ты в порядке?

Это не должно быть твоей проблемой, твоей долбаной проблемой! – рявкнула я, указывая на него рукой.

Он улыбнулся, и в его глазах заплясали лукавые смешинки.

Да, вот теперь я вижу, ты больше чем в порядке. И как в тебе это уживается? – приподняв брови, спросил Влад. – Ты можешь быть грубиянкой и очень развратной ведьмой, и в то же время выглядеть робкой и застенчивой.

В этот вечер ни Джеймс, ни Карина так и не попались больше нам на глаза. Они будто испарились в воздухе, канули в небытие. Еще около часа мы оставались в клубе. Официант принес два бокала с шампанским, которым мы наслаждались в тишине. Наше молчание первым решил прервать Влад.

Она больше не будет твоей проблемой, – хриплым голосом произнес он. – Сегодня мы с Кариной успели о многом поговорить, когда ты танцевала, и могу тебя заверить, Виктория, она больше нас не побеспокоит.

Влад как-то неуверенно посмотрел на меня, и мне его стало жаль. И еще одна неприятная правда состояла в том, что я ревновала его к этой стерве и не могла справиться с сильным чувством.

Можешь не утруждать себя рассказами о том, как вы поговорили. Знаешь ли, я убедилась в этом в тот момент, когда увидела вас здесь.

Поколебавшись, Влад произнес:

Ты ревнуешь? Могу тебя заверить, у тебя всего лишь богатая фантазия.

Я очень устала и хочу домой!

Домой, детка? – он встал из-за стола и подал мне руку. – Ты права, нам действительно пора домой.


Глава 7

Разве я могла подумать еще совсем недавно, что стану готовить завтрак для человека, который настолько изменил мою жизнь? И да, вот я стою на кухне этим прекрасным утром и делаю для нас сэндвичи с курицей. Прошло две недели после того вечера в ночном клубе. И Влад, кажется, сдержал свое обещание – по сей день нас никто не побеспокоил. Но страх и ощущение дискомфорта все еще внутри. Неопределенность того, что слишком много между нами невыясненного, недосказанного, того, что до сих пор продолжает оставаться тайной, не дает мне покоя.

Я отвлеклась от своих сумбурных мыслей в тот момент, когда губы Влада оставили влажные отпечатки на моей шее.

К черту завтрак, малыш, – низким голосом сказал Влад, развернув меня к себе. Он прижался своим лбом к моему, заглядывая в глаза. – Ты в порядке? – его взгляд застыл на моих губах. Кончиками пальцев он дотронулся моего лица и прошелся по подбородку.

Да, я в порядке, – приподнявшись на носочках, я поцеловала его в губы.

Ну зачем же ты задаешь мне постоянно эти глупые вопросы? Неужели сам не понимаешь, что я не в порядке? Почему ты не замечаешь тоску в моих глазах, страх, безысходность и желание поделиться с тобой всем этим?

Я пересилила себя, чтобы не сказать это вслух, и натянуто улыбнулась, чувствуя потребность успокоить его. Влад прижал меня к себе, его губы слились с моими, своим языком он умело распалял меня, заставляя мое дыхание срываться, а сердце стучать как сумасшедшее. Мои руки двигались по его обнаженной груди к поясу спортивных штанов. Я развязала шнурок и запустила руку внутрь. Я поглаживала его обнаженный член, и от удовольствия Влад прикрыл глаза. Он, как всегда, уже готов.

Я почувствовала внизу живота прилив возбуждения, от которого сводило мышцы. Влад подхватил меня за ягодицы и, не прерывая нашего поцелуя, понес к софе. Когда он сел на нее, я оказалась сверху, прижав свои колени по обе стороны от него. Он вошел в меня медленно, проникая все глубже и глубже. Стон Влада донесся до меня, и я задохнулась от ярких эмоций, которые боялась не выдержать. В подобные моменты мне хотелось вернуться к прежней жизни, только лишь потому, что там безопасно, там те, кому я доверяла. Но выбирая между возможностью возвратиться к прежнему или же остаться с Владом, я понимала, что еще не готова его потерять. Да, я дура… я мазохистка, я осознавала это. Возможно, однажды я выберу первое, но не сейчас!

Скажи мне, – пробормотал Влад, осыпая мое лицо влажными поцелуями, – о чем ты думаешь?

Я выдохнула, держа затуманенные глаза полуоткрытыми. Мое тело полыхало огнем сильного, ослепляющего желания. Я прижалась к груди мужчины, не находя в себе сил сказать правду.

Я люблю… – и не смогла закончить фразу.

Влад схватил меня за ягодицы и увеличил темп, лаская языком мою обнаженную грудь.

Я знаю это, моя сладкая, знаю!

Мои пальцы зарылись в его волосы, и я оттянула его голову от себя, смотря в небесно-голубые глаза и тая в них… Между нами есть чувства, которые мы пока еще не научились распознавать.

Ты такая идеальная для меня, детка, – прошептал Влад. – Я не знаю, сколько раз я мысленно имел тебя, но реальность, малышка, превзошла все мои ожидания.

Мимика его лица изменилась, и я почувствовала, что он на грани, приближая нас обоих к финалу. Меня переполняли чувства к этому властному и неуправляемому мужчине. Его признания то ли в любви, то ли в страсти ко мне – все это казалось нереальным.

Это пугало, и я попыталась заглушить в себе все эти чувства.

Наклонившись к его губам, я прошептала:

Только ты, слышишь? Я никого к себе больше не подпущу.

Я знаю, сладкая… никого… – еле слышно сказал он в ответ.

Громкий телефонный звонок прервал нас. Закатив глаза, Влад, извинившись, ответил на звонок и тут же, изменившись в лице, вскочил с дивана.

Черт, Джеймс, как это случилось? Где была чертова охрана? А служба безопасности? Ты можешь, в конце концов, объяснить, как все это произошло?!

Это было последнее, что я услышала. Срываясь в крике, Влад выбежал из кухни, словно ураган, он поднялся по лестнице на второй этаж. До меня доносилась громкая ругань Влада, хлопанье дверей било по нервам. Боже, произошло что-то непоправимое!

Буквально через десять минут он снова стоял передо мной, готовый к исправлению всевозможных проблем. Влад был одет в деловой костюм, и ничто больше не напоминало о том, что происходило между нами каких-то пару минут назад.

Извини, но я должен оставить тебя ненадолго, – его взгляд стал твердым, лицо – серьезным. – Возникли проблемы в моем офисе, кто-то пытался взломать секретные коды и скачать информацию, касающуюся экономической стороны нашей фирмы.

Влад ухватился пальцами за мой подбородок и приподнял мне голову, заставляя посмотреть на него.

Возможно, я вернусь только к утру. Не стоит меня ждать. Как только устраню проблемы, угрожающие моей корпорации, я вернусь к тебе, ты слышишь, сладкая? – с нескрываемой заботой произнес он.

Обещай, что будешь осторожен! – я шумно выдохнула и потянулась к нему, крепко обняв.

Ничего не сказав мне в ответ, Влад вышел, даже не оглянувшись. Я знала, что мне не будет покоя, пока ему угрожает опасность, но другого выхода не было. В любом случае я буду ждать положительных новостей, а главное, буду ждать Влада.

В полном смятении я поднялась в комнату и приняла душ, попытавшись хоть как-то расслабиться. Уже было заполночь, моя голова буквально раскалывалась на части. Мне не хватало его присутствия, его рук, его губ… Зайдя в кабинет, я плюхнулась на его рабочее кресло, опустила ладони на поверхность стола, вспоминая, как совсем недавно мое тело было прижато к нему, а Влад овладевал мной сзади. Что со мной происходит? За последнее время я перестала здраво мыслить и рассуждать, мою голову переполняла полнейшая неразбериха. Его слова, которыми он поделился со мной несколько дней назад, не давали мне покоя. «Знаешь, сколько женщин было в моей жизни? Самых разных, различных возрастов, статусов, не похожих друг на друга. Они сменяли друг друга слишком быстро, и я не мог их всех запомнить – их имена, их лица. И каждый раз с очередной из них мне чего-то не хватало. Но сейчас в тебе я будто обрел свой баланс!» Как я должна была расценивать все это? Было ли сказанное им неким признанием в любви? И тогда я так и не смогла ответить ему, ведь изначально у него был жестокий план мести.

Я прижалась щекой к поверхности, и мой взгляд упал на сейф, который в данный момент был открыт. Влад, по всей видимости, что-то искал там и забыл запереть его. Связка с ключами валялась рядом на полу. Меня пронзил холод, вызвавший в моем теле дрожь, словно в предвкушении того, что должно произойти, словно в предвиденье того, что я обнаружу в этом маленьком потайном ящике, который Влад всегда держал закрытым.

Поднявшись с кресла, я сделала пару шагов по направлению к разгадке. Слишком много всего мне попалось на глаза. Не спеша я стала перебирать какие-то ценные бумаги и важные договоры. Все было практически на английском, лицензии на строительство каких-то новых объектов за границей. Вероятно, он очень успешен в бизнесе.

Мой взгляд упал на бумажный конверт. Открыв его, я сразу же увидела – там были фотографии, много фотографий. Мои глаза перебегали от одного снимка к другому, мысли путались и сбивались. На всех фото было одно и то же лицо. Одно-единственное, только с разным выражением. На всех этих фотографиях была я! Мое горло пересохло, и я не могла ровно дышать, казалось, что мне перекрыли кислород. Мои фото! В самые разные периоды моей счастливой тогда еще жизни. Шок, недоверие – эти чувства пронеслись сквозь меня. Как давно я стала жертвой преследования? И я сама же ответила на этот вопрос, судя по тем фото, которые лежали передо мной. На протяжении последних трех лет Влад следил за моей жизнью, наблюдал со стороны. Делал ли все это он лично или, возможно, нанятые им люди, – он или они всегда были рядом, а я даже не замечала этого.

Я взяла в руки фото, на котором я в Англии. Мое поступление в университет. Снимок был сделан три года назад, одним из первых. На других фото я в компании друзей здесь и в России. А вот еще одно фото – я в Питере, в ночном клубе «Ангел». Мы с Алисой танцуем под песню «Couting Stars» группы «OneRepublic». Как ему удалось снять меня в такой момент? А я-то всегда была уверена в том, что защищена в своем собственном мирке, где моя жизнь стабильна и мне ничто не угрожает. Значит ли это, что я уже давно стала его целью? Наша первая встреча у меня в доме, на дне рождения, была не случайной?

Просмотрев еще раз все снимки, я принялась разрывать их на мелкие кусочки. Меня кидало то в жар, то в холод, мои щеки горели, и я постоянно кусала губы, чтобы хоть как-то сдержаться, не впасть в истерику.

Почему ты всегда там, где не должна быть, Виктория?! – заорал Влад.

Подняв голову, я увидела его, стоящего в дверном проеме, прислонясь к стене.

Ты знаешь, что случается с такими любопытными, как ты? Ничего хорошего. Ничего!

Он поднял руку и прошелся по своим волосам, взъерошивая их. Его лицо выражало усталость вперемешку с недоверием и страхом.

Черт! Ты на меня плохо влияешь, милая. Я оплошал во второй раз! – кулак Влада со злостью впечатался в дверь, а звук от удара испуганным эхом отозвался у меня в ушах.

Я пыталась отвести взгляд куда угодно, лишь бы не видеть разъяренное лицо Влада. Продолжая сидеть на полу возле сейфа, чувствовала определенно нависшую надо мной угрозу за мое неуемное любопытство. Я сделала глубокий вдох и, наконец, произнесла:

Почему ты так долго ждал? Три года. Три года, прежде чем начать действовать!

Взгляд Влада метнулся на сейф, потом снова на меня.

Все пошло не так. Не так все должно было начаться и закончиться, – спокойно сказал он. – Я не хотел оставлять тебе ни малейшего шанса на жизнь. Нас с тобой не должно было быть, сладкая! Изначально это должно было стать игрой, ты должна была стать утехой для меня, всего лишь утехой. Ты была просто объектом, к которому я испытывал страсть и ненависть одновременно. Я хотел сломать тебя, изуродовать твою душу, заставить страдать, как страдал мой отец. Я хотел отомстить.

Расскажи мне, что случилось с твоими родителями? Расскажи о них, – мой голос казался мне чужим, каким-то приторным и хриплым.

Влад махнул головой на сейф, и я боковым зрением заметила пистолет в черной кожаной кобуре. Он был накрыт какой-то большой папкой.

Там! – он указал рукой на сейф. – Там мой дневник. В нем все подробно написано. Возможно, тебе повезет, и ты останешься в живых. Тогда можешь воспользоваться им и прочитать, – последние слова он произнес еле слышно.

А я готова была разразиться слезами, от того что столько еще дерьма он готов был вылить на мою голову. Какое будущее ждет меня рядом с этим чудовищем? Он с самого начала играл со мной, управляя мной, словно марионеткой. В течение трех лет я была пешкой в его жестокой игре.

Вернувшись взглядом к сейфу, я не раздумывая схватила в руки «Глок» и направила его на моего обидчика.

Что ты делаешь, глупышка? – произнес Влад без малейшего волнения в голосе. – Он заряжен. Не уверен, что ты справишься с этой игрушкой, – усмехнулся он.

Я смотрела на Влада и видела, как он пытается сделать шаг в мою сторону.

Стой! – я сняла пистолет с предохранителя и направила на Влада. – Стой! Ты ошибаешься. Вот как раз такими игрушками меня научили пользоваться. И могу тебя с абсолютной точностью заверить, что моя рука даже не дрогнет. Не заметишь, как пуля поцелует тебя в лоб!

Теперь же он растерялся, будучи немного сбит с толку.

Ух ты! Чего я еще о тебе не знаю, крутая девочка, а? – он ухмылялся, но было заметно, что пытается сдерживать себя в руках.

Ты пропустил кое-что. Один эпизод из моей жизни остался не замеченным тобой. Последние пять лет я посещала тир, осваивала мастерство стрельбы. Вот этой штукой, – я покрутила в руке «Глок», – я владею в совершенстве.

Он был окончательно сбит с толку, но я знаю, что нельзя испугать камень, кем он и являлся.

Мы могли бы обойтись без всего этого безумия, – спокойным голосом продолжил Влад.

Из меня вырвался истеричный смех.

Да? Конечно, могли бы! Ты мог бы пригласить меня на свидание! Мы могли бы даже влюбиться друг в друга. И мой первый раз, знаешь, – в ярости я указала рукой на него, – не был бы таким ужасным и паршивым. Он запомнился бы нам обоим, как самый романтичный и просто незабываемый день, о чем не стыдно было бы рассказать когда-нибудь нашим детям!

Глаза Влада расширились, а плечи напряглись, он сохранял молчание, словно над чем-то раздумывал. Странным и неожиданным для меня стало то, что я увидела выступившие слезы на глазах Влада.

Я не смогу отпустить тебя, Виктория… моя Виктория, – наконец нарушил свое молчание он. – Может, просто потому, что ты… – голос Влада сорвался, и он пожал плечами, – потому что ты – та, в ком я нуждаюсь теперь. Я сожалею, Виктория, что заставил пройти тебя через весь тот ад, в котором я и сам теперь варюсь.

Я смотрела на Влада, но моя рука по-прежнему была вытянута вперед, и я чувствовала холод металла, которым пропитывалась моя кожа. Слезы непослушно рвались наружу. Мой взгляд буквально кричал от любви, которую я уже давно испытывала к нему, и он не мог не замечать этого. Но я не могла сдаться сейчас, поверить его словам, которые я так давно хотела от него услышать. Он должен меня отпустить! Не по-хорошему, так по-плохому.

Ну тогда давай же, стреляй! – приказал Влад. – Не хочу, чтобы ты останавливалась, не сейчас. Давай, девочка, покажи мне, на что ты способна. Строптивость в твоей крови, она течет по твоим венам, сладкая, и это делает тебя той, кто ты есть. Я слишком поздно это понял. Ты не создана для того, чтобы покоряться, ты создана, чтобы покорять! Ты и есть Виктория – победа. Победа надо мной.

Влад опустил голову и прикусил губу. Мне хотелось кричать от безысходности. Моя рука дрожала, и мне казалось, что я сейчас выроню этот чертов пистолет. Как я буду чувствовать себя, совершив убийство? Кем я буду без него?

Влад сделал пару шагов в мою сторону, и прозвучал выстрел. В последний раз я увижу тоску в его глазах! Но он пересилил себя и улыбнулся мне.

Черт, малышка, ты сделала это? – он произнес свои последние слова, прислонясь к стене и сползая вниз, оставляя за собой темнокрасные следы. В тот роковой момент ясность и сознание покинули меня. Моя рука расслабилась, и «Глок» с грохотом упал на пол.

В последний раз я посмотрела на бездыханное тело Влада, подошла к сейфу и взяла дневник, моментально прижав его к груди. Словно на автомате вылетела из дома и у самого выхода столкнулась с Джеймсом. Не оборачиваясь, я побежала прочь. Побежала в никуда.


Глава 8

Две недели спустя.

Как так получилось, что мы стали сумасшедшими, одержимыми друг другом? Мы сгорали в агонии друг без друга и сходили с ума вместе. Его печать навсегда останется выжженной на моем сердце. Ее не видно, но она там!

Мне снова было нечем дышать, и я прижала к груди дневник Влада. Я должна была прочесть его, но у меня не хватало смелости. Мне было больно, как никогда, я буквально рассыпалась на части. Мой мир – домино, которое постепенно и не спеша рушилось. Слезы вновь выступили на глазах, и я обхватила голову руками. Нет, я так больше не могу. Я схожу с ума!

Я вышла из комнаты и пошла как зомби, на автомате, по темному коридору в моей квартире на Оксфорд-стрит. Спустилась по лестнице вниз в гостиную и увидела маму, стоявшую у окна с чашкой кофе. Она тут же развернулась и подошла ко мне. Мои руки дрожали, но я не выпускала дневник Влада, прижимая его к себе.

Виктория, девочка моя, не терзай так себя, все хорошо. Иди сюда, – мама протянула руки, призывая меня к себе. – Поверь, детка, мне тоже нелегко видеть тебя такой потерянной и разбитой. Все в прошлом, Виктория, я тоже его простила, детка.

Черт, кого она сейчас имела в виду, моего отца? Или все-таки Влада? Я отошла от нее и присела в кожаное кресло.

Мам, только не спрашивай ни о чем, хорошо?

Да, но ты должна сделать это, Виктория! Рано или поздно ты должна нам все рассказать.

Она подошла к креслу и опустилась на пол, обхватив мои ноги.

Я уже все рассказала. Мне нечего больше добавить, мама.

Не вини в этом отца, Виктория. Видит бог, он делал все, что от него зависело. Он всю Россию с ног на голову перевернул и полЕвропы.

Почему вы не искали меня здесь, в Англии, у него?! – мой голос перерос в крик.

Мама смотрела на меня и гладила своей рукой по голове. У меня было ощущение, будто на мою грудную клетку положили каменную плиту. Я пыталась сделать вдох, но ничего не выходило, и я опять задыхалась.

Он позвонил отцу… Влад позвонил нам домой, – я видела, как мама, стиснув зубы, пытается не расплакаться и начинает глубоко дышать через нос. – Он заверил нас, что с тобой все в порядке.

И будет в порядке до тех пор, пока никто не станет вмешиваться.

Мама снова сделала паузу и потерла ладонью лоб.

Все это время, детка, мы боялись сделать неверный шаг в его сторону. Мы боялись за тебя! Влад настоял на том, чтобы мы и близко не приближались к вам, в противном случае он пригрозил тем, что убьет тебя. Виктория, у нас действительно не было выхода! – мама прикоснулась ладонью к моему лицу, и я вздрогнула.

Мама, – я отвела ее руку от своей щеки, – он никогда бы не убил меня. Он бы не смог! А вот я… – чувство вины давило на меня все больше и больше.

Не продолжай, Виктория, не вини себя. У тебя не оставалось другого выбора. Он тебе его не оставил. Ты защищалась, милая.

Мама закрыла глаза и опустила голову.

Твой отец запретил тебе говорить, но я не могу смотреть, как день за днем ты разрушаешь себя, Виктория.

О чем это она? Что она имеет в виду? Я подскочила с кресла, все мое тело дрожало. Еще никогда прежде я не ждала чего-то так сильно, с тем рвением, как жду сейчас.

Что ты хотела мне сказать? – я посмотрела на нее, прожигая насквозь.

Он жив, Виктория. Тогда он не умер, он жив!

Мои ноги подкосились, и я упала на колени.

Жив? Ты уверена?!

Господи, детка, что же я натворила? – мама подбежала ко мне и заключила в свои крепкие объятия. – Не плачь. И главное – больше не бойся его. Он больше не станет угрожать тебе. Он обещал твоему отцу, Виктория, – твердым голосом пообещала она.

Все так запуталось и смешалось в моей голове. Я была сбита с толку, обессилена этими мыслями. Я по-прежнему не могла сдвинуться с места и в упор смотрела на маму.

Как такое возможно? Откуда папа знает об этом? Они встречались с ним?

Да, Виктория, они виделись. И твой отец взял с него обещание, что он и на шаг не приблизится к тебе.

Мама, черт побери! Откуда вообще такая уверенность, что я не хотела бы сама того, чтобы он вредил мне? – я перешла на крик и перестала себя контролировать. – Извини, но на сегодня разговор закончен, мама!

Виктория! – крикнула она мне вслед, когда я уже бежала по лестнице наверх. – Я прошу, не замыкайся снова в себе. Мы же не чужие тебе люди!

Я оглянулась и махнула рукой.

Я устала, обо всем поговорим завтра.

Прислонившись к двери с обратной стороны комнаты, я сползла вниз. «Он жив!» – фраза из двух слов врезалась в мое сознание. Закрыв глаза, я обхватила себя руками, мне хотелось закричать, но я подавила в себе это желание. Не знаю зачем, я подняла край своей майки, и мой взгляд упал на уже почти заживший рубец под левой грудью. След от ножа… Я всматривалась в пятисантиметровый шрам, и мысли пронзали меня, словно поражающие стрелы. Я открыла дверь и сбежала по ступеням вниз.

Виктория, что случилось? Куда ты идешь? – мама попыталасьменя остановить, но я вырвалась.

Открыв входную дверь, я выскочила на улицу.

Вернись! – закричала мама. – Не пропадай снова, Виктория!

Мы этого не вынесем больше!

Обернувшись, я отметила ее до боли испуганный вид.

Мама, что за мысли? Я скоро буду, не переживай. Я только прогуляюсь.

С колотящимся сердцем, глотая холодный воздух, я завернула за угол улицы и только тогда сбавила шаг. Дойдя до первой попавшейся мне на пути тату-студии, зашла внутрь. В мою сторону тут же направилась милая молодая девушка.

О, привет! У тебя назначено на сегодня? – она протянула мне свою руку и пригласила зайти.

Нет, я не договаривалась заранее, – произнесла я с натянутой улыбкой на лице. – Но мне очень нужна ваша помощь.

Проходи. Тебе повезло, я сейчас свободна. И если это не рисунок или что-то замысловатое, то, думаю, часа нам хватит.

Я приподняла свитер и показала ей то место, где еще четко можно было разглядеть не заживший до конца рубец.

Здесь! – показала я пальцем.

Что именно ты желаешь наколоть на этом месте? – девушка притронулась к моей коже своими холодными пальцами, отчего мурашки побежали по всему телу. Она посмотрела на меня, как мне показалось, жалостливыми глазами.

Эту фразу, – я протянула ей листок бумаги, где мной написано было от руки. Не знаю, почему мне так полюбилось столь замысловатое выражение, но оно полностью олицетворяло мое положение: «If I ever surrender, it will happen only in mercy to the winner. – Если я когда-нибудь и сдамся, то лишь из милости к моему победителю».

Тебе повезло, – сказала девушка-мастер, жестом указав мне на белое кожаное кресло. – У меня час до закрытия, думаю, мы успеем.

Она включила радио, и комнату заполнила легкая мелодия «Hello», которую пела Адель.

Больно не будет, – успокоила меня мастер, – только немного неприятно.

Она наклонилась и приложила к выбранному месту моего тела копирку с текстом, крепко прижав к коже. Затем, убедившись, что надпись отпечаталась, убрала ее и взяла в руки тату-ручку, наполненную черной краской. Улыбнувшись, посмотрела на меня.

Эта фраза… она что-то значит для тебя? Это слишком вызывающе! Но по-моему, все же хороший выбор.

Я покачала головой, соглашаясь с ней. Девушка нажала кнопку, и механический трещащий звук начал вибрировать в воздухе. Я зажмурилась и отвернулась, полностью отдавшись мыслям о моем последнем дне в доме Влада перед побегом.

Две недели назад… Словно на одном дыхании, я пересекла территорию, прилегающую к его особняку. Мое сердце, казалось, воспарило – я была свободна! Но какой ценой мне досталась свобода? Я молила бога мысленно и даже, кажется, вслух, чтобы Владу вовремя оказали медицинскую помощь. Возможно, еще не поздно, и Джеймс, так удачно прибывший в гости к другу, сможет ему хоть чем-то помочь. И тогда тяжелый груз будет снят с моих плеч.

Я выбежала на оживленную улицу, ища взглядом такси. Господи, никогда бы не подумала, что настолько начну ценить свою свободу. После того как последние пару месяцев я была практически взаперти, легкий ветерок немного непривычно ощущался на моей коже. А приятный вечерний воздух наполнял мои легкие.

Я махнула рукой проезжающей машине. Водитель такси с почтением приоткрыл дверь, приглашая меня внутрь. Всю дорогу до моей квартиры я то и дело оглядывалась, ощущая страх и волнение, наверняка вызывая подозрения водителя. Он подвез меня по указанному адресу. Мне было очень стыдно за то, что, выбегая из дома Влада, я взяла деньги, лежавшие на комоде у входной двери. Я заплатила их водителю.

Следующей моей проблемой было попасть домой. Я стояла перед своим домом, подняв голову и всматриваясь в окна квартиры. Абсолютно обескураженная и сбитая с толку, я была не в состоянии мыслить адекватно. Какой шаг должен быть следующим – звонить родителям или сдаться полиции?

Виктория? Бог мой, неужели это ты?!

Я обернулась на голос, до боли знакомый и родной. Передо мной стояла Алиса, моя кузина. Она подбежала ко мне, чуть не сбив с ног.

Виктория… Это не похоже на то, чтобы быть правдой… – прошептала Алиса дрожащим голосом, все еще не выпуская меня из своих теплых и родных объятий.

Я испытывала непередаваемые ощущения, слезы радости и в то же время тоски катились по моим щекам.

Как ты оказалась здесь? Тебе удалось сбежать от него? – Алиса обхватила руками мои худые, осунувшиеся плечи и заглянула в глаза. – Расскажи, милая, расскажи мне, что случилось.

Напряженный взгляд моей кузины заставлял меня волноваться еще больше. Я пыталась сохранять спокойное выражение лица и произнесла всего три слова:

Я его любила!

Меня окутала усталость, нахлынули воспоминания о том, через что мне пришлось пройти. Я не могла говорить об этом сейчас. И, возможно, никогда не смогу. Я была уверена, что все останется недосказанным до определенного момента, а позже просто сотрется из памяти.

Я ощущала на себе тревожный взгляд Алисы, взгляд, который был переполнен разными эмоциями. Но, вероятно, поняв, что я не в состоянии что-то говорить, она молча кивнула и полезла в карман своего плаща.

У меня кое-что есть для тебя, вот, держи – ключ от твоей квартиры. Я прилетела вчера в Лондон и остановилась здесь. Надеюсь, ты не против? Я взяла ключ у твоего папы, ну вот видишь, оказывается, он пригодился.

Спасибо тебе, дорогая, – словно не своим голосом проше– птала я.

Сейчас мы зайдем внутрь и позвоним твоим родителям, хорошо? – Алиса обняла меня одной рукой, и мы зашли в подъезд моего дома. Море отчаяния и безнадежности затопило мое сердце.

Алиса, я должна кое в чем признаться, – пробормотала я сквозь крепко стиснутые зубы. Адреналин бил по венам, а голову разрывало от сознания собственной беспомощности. – Я не должна была убивать его, Алиса! Но я сделала это, ты понимаешь?

Я не могла не заметить смятение и испуг в ее глазах.

Я лишила его жизни… Я думала, что все закончится, если я сделаю это, понимаешь? Он был напуган и не ожидал, что я выстрелю… И теперь я ничего не могу вернуть назад, ничего не могу изменить. Я жива. А он нет…

Алиса наклонилась ко мне и коснулась губами моего лба. Я закрыла глаза и тихо дышала, дрожа, словно осиновый лист на ветру.

Дорогая, – шепнула она, – ты должна справиться со своим страхом. Не кори себя! Станет только хуже. Был ли у тебя другой выход, Виктория?

Нет, его не было. Но мне больно осознавать, что я никогда больше не увижу его, не почувствую его рук на себе, его губ, не поймаю его взгляд, сводящий меня с ума…

Алиса смотрела на меня и качала головой. Она, вероятно, оценивала мое поведение как неадекватное.

Ну вот, все готово! Было терпимо, правда? – произнесла девушка-мастер, своими словами заставив меня вынырнуть из воспоминаний. – Последний штрих, и я нанесу немного специального крема.

Я опустила голову и полюбовалась прекрасно сделанной работой. На месте, где раньше был шрам, теперь красовалась надпись каллиграфическим почерком. Я мило улыбнулась девушке, достала из кармана пару денежных купюр, расплатилась и вышла на свежий воздух. Острая боль пронзила мое сердце. Я закрыла глаза и, подняв голову к темному звездному небу, глубоко вдохнула воздух.

Детка, все в порядке? Где ты была? – мама подлетела ко мне в тот момент, когда я вошла в квартиру.

Я растянула губы в фальшивую улыбку.

Не волнуйся, ведь я уже дома. Все хорошо, мама. Просто решила немного прогуляться перед сном.

Отчитавшись, я поднялась на второй этаж.

Виктория, милая, давай поговорим! Я волнуюсь за тебя. Нам нужно многое обсудить. Через два дня начинаются занятия в университете, но я вижу, что ты пока не готова приступить к новому учебному году. Может, стоит взять академический отпуск на пару месяцев?

Я глубоко вздохнула, удивленная только что сказанным мамой. Улыбнулась и покачала головой.

Мама, жизнь ведь продолжается. Я должна идти дальше по намеченному пути. И я готова приступить к учебе, как никогда. А сейчас, если не возражаешь, я пойду к себе. Я хочу побыть одна!

Я удалилась, избавившись от цепкого и прожигающего насквозь маминого взгляда. Зашла в свою комнату и увидела дневник Влада, он лежал на полу возле стены. Взяла его в руки и нежно прижала к груди, вспоминая голубые, веющие прохладой глаза. Я удобно устроилась в кресле. С тех пор как дневник у меня оказался, я так и не смогла его прочитать, постоянно откладывая это на потом. Но только сделав это, я смогу узнать правду – кто он на самом деле, мой загадочный и незабываемый призрак.

Дневник Влада.

Сентябрь 2010 г.

Черт, как же больно… Холодный ветер сдувает листья с дерева, рядом с которым ты лежишь. Твое каменное надгробие – это все, что осталось от тебя, отец! А она даже не пришла проститься с тобой, похоронить тебя. Я знаю, она сейчас с ним, и ей, как всегда, хорошо. Я закрываю глаза и чувствую, как по щеке скатывается одинокая слеза. Знаю, ты сказал бы сейчас, что мужчины не плачут. Но, отец, кому и что ты доказал, сделав это с собой?

Твоя смерть стала полной неожиданностью. Как ты мог оставить меня? Ты мог бы наплевать на нее, вычеркнуть ее из нашей с тобой жизни безо всяких колебаний, но ты предпочел другой вариант. Зачем ты покончил с собой, отец? Зачем прыгнул с этого гребаного моста, где двадцать лет назад вы стояли вместе с ней, такие счастливые и молодые? На тебе дорогой, сшитый на заказ смокинг, на ней прекрасное белое платье, развевающееся от ветра. Отец, мне ведь только двадцать! Через два года я возьму все дела в свои руки. Я не подведу тебя никогда! Я сделаю все от меня зависящее, чтобы ты гордился мной. Я отомщу им всем, всем, кто виновен в твоей смерти! Придет время, и его малышка заплатит за все. Спи спокойно, отец.

Апрель 2013 г.

Мои руки дрожат. Я вытаскиваю все ее фото, сделанные за последние три года. Мои глаза пробегают по каждой из них, и я принимаю решение: пора действовать! Ей 18. Она как спелый, соблазняющий своей красотой персик. Как она все-таки прекрасна! Но я должен сломать ее. Я разобью ее жизнь вдребезги. Картинки пазла встают на место. Моя мать долгое время была любовницей ее отца. Я напрягаю свою память, пытаясь вспомнить, когда мы виделись в последний раз. Продолжаются ли их отношения до сих пор? Но меня не должно больше это интересовать. Объект моего внимания – это Виктория! Прекрасная девушка Виктория. Чем больше я думаю о ней, тем сильнее во мне пробуждается злость, тем больше боли хочется ей причинить. Она – мое проклятье и моя награда! Мое солнце и земная ось. Уже столько времени она не дает мне покоя! Она – мой рассвет и мой закат. Мой ветер и мой дождь. Но она не моя жизнь, так как ее роль на недолгое время отведена в ней.

Я слишком долго любовался ею издалека, превратившись в настоящего маньяка-вуайериста, выслеживающего свою жертву. Мои люди в Санкт-Петербурге и в Лондоне вели ежедневный доклад о ней. У меня больше сотни различных фото. На некоторых она грустная или где-то с друзьями на отдыхе. Но почти на всех рядом с ней проглядывает лицо монстра, ее отца. Она запечатлена в самые разные моменты ее еще вольной жизни, и я лелею мысль, что однажды она окажется в моих руках, и я буду делать с ней все, что пожелает моя темная душа.

Я хочу ее до одурения, до сумасшествия, до дрожи в теле. Я хочу сжимать ее своими руками, оставляя следы на нежной коже. Я добьюсь ее покорности и полной капитуляции. Я хочу терзать ее губы до крови и видеть каждый раз, как она страдает от боли. Она будет принадлежать мне, и кто посмеет претендовать на нее, того ждет непременная расплата. Черт, я не могу больше ждать и усмирять в себе зверя каждый раз, когда я вижу рядом с ней очередного ботаника. Неужели она уже успела подарить свою невинность кому-то из них? Кто сорвал ее вишенку? Порой лишь неимоверные усилия останавливают меня от того, чтобы сорваться и запихнуть ее в мою машину, увезти на какой-нибудь необитаемый остров, где будем только мы! Я устраню любого, кто подберется к ней раньше, чем я. А ведь я сам и есть самая страшная угроза для нее. В любом случае время пришло! Время начала ее ночных кошмаров.

Май 2014 г.

Это было слишком легко. Птичка попалась в клетку! Я похитил ее прямо из-под носа ее родителей и всех гостей, находившихся в тот момент в ее доме. Ее девятнадцатилетие! Она, как всегда, сногсшибательно выглядит. Густые локоны каштановых волос нежно струятся по плечам и открытой спине. Ярко накрашенные пухлые губки сводят меня с ума, заставляя мой мозг безгранично фантазировать. Я не мог дождаться того дня, когда наконец осуществлю свой план. Я скалюсь в ехидной улыбке, не веря тому, как ее отец, мой заклятый враг, передает мне свою единственную дочь прямо в руки. Он знает меня, знает, кто я! Но он не знает, какие цели я преследую.

Все, что мне потребовалось, – это приглашение к танцу. Затем мы выходим подышать свежим воздухом. Она идет со мной с затуманенным симпатией лицом. Холодок пробегает по моему телу при воспоминании о том напряжении и возбуждении, когда я прикоснулся к ее обнаженной спине. Ее зеленые глаза выражали доверие и доброжелательность. Она до последнего не осознавала, что я угроза для нее. В любом случае я буду последним мужчиной, который станет наслаждаться ее прекрасным молодым телом. Я стану последним, кто услышит ее стоны. Я отомщу ее семье за все несчастья и горести моего отца, несмотря на то, что сама мысль о разрушении такого утонченного совершенства, как она, приводит даже меня в ужас.

Июль 2014 г.

Я не узнаю себя, черт бы меня побрал! Я должен взять себя в руки. «Ты забыл, зачем она здесь?» – я мысленно не перестаю твердить эти слова. Я ждал чего угодно, но совсем не того, что она окажется такой невинной, что она окажется девственницей. Черт, я больной ублюдок! Я вспоминаю выражение ее испуганных глаз в тот момент, когда я вошел в ее податливое тело. Она была такой горячей внутри, моя маленькая малышка! Все, кажется, начинает идти не по плану. На самом деле это не то, к чему я стремился. Я не должен привязываться к ней. Она лишь орудие мести.

Тем не менее я стал ее первым мужчиной. Я пытаюсь вспомнить, имел ли я когда-нибудь девственниц? До нее все женщины для меня были равны, я никогда не запоминал их внешность и тем более имена. Я безо всякого сожаления давал им отставку, не волнуясь при этом, как они будут восстанавливать себя и свою жизнь после того, как я превратил ее в хаос. Я не обещал ни одной из них каких-либо серьезных отношений с обязательствами. Я – потребитель, они – товар. Лишь единственная задержалась дольше всех – Карина. Но сейчас и она меркнет на фоне моей звезды, моей малышки.

Черт! Я идиот… Виктория не такая, какими были все они. Она – драгоценный камень в дорогой, восхитительной огранке. Я стал чаще любоваться ею, пытаясь запомнить ее обворожительную улыбку, ее не похожий на другие голос. С каждым днем я осознаю все больше, что она тоже привыкает ко мне, ее мысли заняты мной и она очень часто засматривается на меня. Ее уже никогда не будут волновать другие мужчины, я напрочь стер их из ее головы и сердца.

Казалось бы, я должен радоваться своим успехам, но мне не до радости, потому как я сам и попал в ее сети! Чувствую, как все сильнее и глубже вязну в них. Неужели охотник стал добычей? Прежнее желание сломать, унизить ее постепенно стирается из моего разума, заменяясь другими чувствами. Они очень сильные и куда более эмоциональные, совсем не известные мне до нее. Я готов любого убить за нее! И готов убить ее саму! Я беспомощен и уязвим. Мне казалось, что я уже давно похоронил в глубине своего подсознания то, что гложет меня, сбивает с толку. Что это? Это любовь? Она пугает меня.

Определенно ее нельзя назвать бесхребетной простушкой. В ней есть стержень! Под обликом целомудренной малышки скрывается чертовски опасная натура, заключающаяся в ее непредсказуемости. Иногда она удивляет своей злостью и прыткостью. Она как пантера, которая нападает неожиданно. А я так не люблю неожиданностей! В моем распланированном мире нет места для сюрпризов и чьих-то выкрутасов.

Но мой интерес к ней растет с каждым днем. Она заполняет мои мысли, она повсюду! Стоит мне лишь подумать о ней, посмотреть на нее, как я возбуждаюсь. Она как чертова виагра, она меня сведет с ума! Гребаный придурок, я мечтал о том, чтобы мой дом стал для нее адом, но теперь я и сам сгораю в этом адском огне.

Я прочитала дневник Влада. Чувство безысходности мучило меня, затопляя мою душу обидой. Этой ночью мама поднялась в мою комнату, и мы долго разговаривали обо мне, о Владе. Мне не нужно было говорить ей о чувствах, которые переполняли меня в тот момент, о чувствах, которые я испытывала к нему, несмотря ни на что. Мама и так все сама прекрасно понимала. Так я и уснула в ее родных и теплых объятиях, обессиленная рыданиями, под ее тихие успокаивающие слова. А проснувшись утром, убедилась, что мир не рухнул, небо не упало на землю. Солнце светило так же ярко в этот осенний прекрасный день. Человечество не вымерло, все осталось на своих местах.

Начался новый день и новая жизнь, несмотря на то, что моя собственная вселенная, мой маленький и уютный мирок перенес глобальные изменения. Мне нужно было время. Я просто должна была вспомнить, каково это – жить без моего Влада.


Глава 9

Два года спустя.

Ты готова, милая? – голова папы показалась сквозь приоткрытую дверь моей комнаты.

Увлекшись своими мыслями, я даже не услышала, как он постучал, а он уж точно никогда не входит без стука.

Да, я уже иду.

Я закрыла дневник, который просматривала, вероятно, уже в тысячный раз. Да, тот самый дневник Влада. Человек может приспособиться ко всему. А вот человеческое сердце – нет. Прошло ровно два года, и жизнь потихоньку начинала возвращаться на круги своя. Пару недель назад я сдала все экзамены и защитила диплом в Кембридже. Моя студенческая жизнь теперь позади, и передо мной открыты новые горизонты.

Все эти два года я ничего не слышала о Владе. И если быть откровенной, то важнее было то, что он остался жив и здоров благодаря Джеймсу, который оказался там вовремя в тот роковой вечер. Влад, вероятно, так и не заявил на меня в полицию за покушение на его жизнь. И я бы не удивилась, узнав, что именно мой отец мог приложить к этому свою руку. Но увы, все это, конечно же, не снимало с меня вины. Я продолжала винить себя в содеянном. Мои секреты так и остались запертыми за стенами моей крепости. Моя душа со временем исцелилась, но тело помнило и требовало только его рук, его прикосновений.

Я часто видела Влада во сне, мы страстно занимались любовью, с тем привычным для меня доминированием. И каждый раз, просыпаясь, я выла, будто волчица, потерявшая своего волка в хищной схватке с врагами.

Родители полностью изменились по отношению ко мне. Даже отец стал больше времени проводить со мной и мамой. Несколько раз я пробовала поговорить с ним о Владе, но мои попытки не увенчались успехом. Каждый раз отец приходил в неимоверную ярость, когда речь заходила о сыне его когда-то лучшего друга. Так и пролетели у меня эти несчастные два года в полуотстраненном состоянии. Да, я по-прежнему общалась с людьми, веселилась, жила. Но все это было не в полную силу, словно вся моя жизнь была снята на пленку, через которую невозможно передать яркие эмоции, потрясающие запахи любви и чувственных наслаждений.

Я крепко сжала пальцы, впиваясь ногтями в кожу. От воспоминаний сердце застучало в бешеном ритме. Господи, смогу ли я когда-нибудь стать прежней? Удастся ли мне выбросить его из своих мыслей? Как же я скучаю по нему, по его эгоистичной холодности, его жестокой агрессивности!

Виктория, мы не можем так долго ждать. Ты и так уже опаздываешь, – голос отца вывел наконец-то меня из сказки. – Дорогая, Дэн ждет тебя!

И я готова! – улыбнулась и подошла к родителям, стоявшим в дверном проеме в надежде выпроводить меня поскорее. Сегодня должно состояться мое свидание с Дэном, сыном одного из компаньонов отца по бизнесу. Не знаю, правильно ли я поступила, когда дала согласие на очередную просьбу отца начать новые отношения с молодым человеком. И все же я прекрасно понимала, что нет смысла жить прошлым.

Волнуешься? – спросил Дэн, озаряя меня милой улыбкой. Он пригласил меня сегодня в итальянский ресторан «Буэно», расположенный недалеко от центральной площади Лондона.

Почему я должна волноваться? Все хорошо! Мне нравится это место. Здесь мило.

Мило? – он улыбнулся и покачал головой, по-прежнему не сводя с меня изучающего взгляда. – Это ты милая, – Дэн с нежностью прикоснулся к моей руке и потянул ее к своим губам. – Ты сегодня прекрасно выглядишь, Виктория!

Я отдернула свою руку и рассеянно посмотрела на место прикосновения его губ. Но ничего не почувствовала – ни трепета, ни волнения. Мой пульс не изменился, во мне не встрепенулись бабочки. Вот уже несколько недель мы встречались с Дэном. Мы балансировали где-то на грани дружески-романтических отношений. Каждый раз он пытался флиртовать со мной, проявляя симпатию, но я не могла проявить взаимность и сохраняла определенную дистанцию.

Извини… Я опять что-то не так сделал? – от волнения он опустил глаза.

Нет, ну что ты! Все хорошо! – черт, как же мне было неловко.

Виктория, могу ли я взять смелость и заказать тебе коктейль на мой вкус? – его голос вдруг стал немного интимным, он слегка наклонил голову и снова попытался коснуться меня.

Да, конечно… Я не против.

Я ненавидела себя в этот момент. Мне необходимо было расслабиться. Дэн подозвал к нам официанта и сделал заказ.

Виктория, просто ответь мне – с тобой все в порядке? Ты кажешься немного расстроенной.

Я потянулась через столик и прикоснулась своей ладошкой к его щеке. У него очень ухоженная и гладко выбритая кожа. Свою ладонь Дэн положил поверх моей, и я не могла не заметить желания чего-то большего в его глазах. Он слегка приподнял брови и ласково улыбнулся мне.

Между нами что-то происходит? – почти шепотом произнес он. – Должны ли мы оба признать это, Виктория?

Трепетный момент прервал официант. Он поставил на столик два одинаковых коктейля – два высоких стакана, наполненных ярко-красной жидкостью.

Кампари с грейпфрутовым соком, – произнес Дэн, не спуская с меня своих глаз.

О, это божественно вкусно, – я попыталась нацепить на себя улыбку, испытывая некую неловкость.

Ты голодна? – его вопрос застал меня врасплох.

Нет! – тут же на автомате ответила я.

Он занервничал и слегка потер мочку своего уха.

Наши чувства, Виктория… они могут стать когда-нибудь взаимными?

Понимаешь… – я на секунду запнулась, переживая шок от темы нашего разговора. – Я не могу вот так сразу ответить на твой вопрос. И меньше всего я хотела бы причинить тебе боль, Дэн, если вдруг из наших отношений ничего не выйдет.

Почему?

Что, прости?

Почему ты так думаешь? Ты не желаешь дать нам ни малейшего шанса.

Вот оно, то, чего я так боялась! Зачем я вообще согласилась на все эти встречи? Дэн глубоко вздохнул и дрожащей рукой провел по своим волосам, слегка взъерошив их.

У меня сейчас несколько иные планы, Дэн. Я недавно окончила университет и просто обязана как можно быстрее начать работать.

Обхватив мои ладони своими теплыми руками, он еле слышно произнес:

И дело лишь только в этом?

Дэн улыбнулся, но в глубине его глаз я заметила некую неуверенность и разочарование.

Знаешь что, Виктория… Я уверен, что ты никогда не узнаешь, может ли у нас что-то получиться, не попробовав этого!

А что, если вдруг…

Не дав мне договорить, Дэн слегка сжал мои руки.

И даже если когда-нибудь ты скажешь мне, что у тебя нет ко мне чувств, я все пойму, Виктория! И приму это.

Я заставила себя посмотреть на него. Но ведь он и правда замечательный, добрый и очень нежный. Но нужна ли мне эта нежность? Во мне столкнулись две разные стихии, одна призывала рискнуть и попробовать, другая – вскочить с места и бежать! Любая девушка была бы просто счастлива, встретив такого мужчину. Но смогу ли я попытать счастья с таким как он? Неужели я настолько испорчена?

Вместо ответа я улыбнулась и кивнула головой. Возможно, нам и действительно стоит попробовать, может, Дэн прав? Наблюдая за его взглядом, я вышла из-за стола и подошла к нему.

Я хочу поехать к тебе прямо сейчас!

Дэн поднял голову вверх и на мгновение замер. Его глаза заблестели. Он поднялся со стула, не выпуская моей руки. С нежностью и, как мне показалось, с некой нерешительностью он поцеловал меня в лоб. Все его движения были осторожными. Мы сели в такси и поехали к Дэну.

Виктория, я не буду настаивать, если ты не готова.

Он пропустил меня вперед, когда мы подошли к входной двери его квартиры. Я повернулась и слегка улыбнулась Дэну, который с беспокойством смотрел на меня.

Я в порядке! – вздохнув, сказала я.

Он захлопнул за нами дверь, и я чуть вздрогнула от стука.

Ты уверена? – он взял меня за руку и повел в гостиную.

Да, я уверена!

Дэн посмотрел на меня печальными глазами, и мне в тот момент захотелось пожалеть его, обнять и поцеловать. Что я и сделала. Он был намного выше меня. Я потянулась к нему, положив ладонь на его гладко выбритую щеку, и прижалась своими губами к его губам. Пару секунд он не двигался, не ожидая, вероятно, от меня подобных действий, но вскоре, справившись с замешательством, ответил на мой поцелуй. А потом поднял меня на руки и бережно понес на второй этаж. Дэн все еще не выпускал меня из своих нежных объятий, когда мы вошли в его комнату. Он припал к моим губам, нежно водя по ним кончиком языка.

Ты самая желанная, Виктория!

Его прикосновения и поцелуи были непривычными для меня и почему-то совсем не заводили. Но, может, аппетит придет во время еды? О боже, о чем я думаю? Дура, идиотка!

Дэн поставил меня на ноги и сконцентрировал все свое внимание на раздевании. Он прикоснулся к моей спине и начал медленно расстегивать молнию на платье, глядя мне в глаза. Я почувствовала, как задрожали его руки, когда он стал снимать платье с моих плеч, и оно тут же упало к нашим ногам. Я улыбнулась Дэну, пытаясь его немного подбодрить. Приподнялась на цыпочки, потянулась к нему и, обхватив за шею, игриво прикусила его подбородок. Меня пленял запах дорогого парфюма, смешанного с чем-то очень сексуальным, мужским. Я дотронулась до маленьких пуговок на его рубашке и стала медленно их расстегивать. У него было очень ухоженное и накачанное тело. Я провела кончиками пальцев по его соскам, ощущая тяжелое возбужденное мужское дыхание.

Я ждал этого так долго! И хочу тебя прямо сейчас.

Дэн смотрел на меня возбужденным взглядом, и от этого ком встал у меня в горле. Меня мучила совесть, ведь его чувства ко мне были намного сильнее, нежели мои.

Иди сюда! – он подвел меня к кровати, осторожно укладывая поверх ее. Некоторое время он просто стоял и любовался моим телом, кусая губы. – Твое тело! Оно прекрасно. Твоя грудь такая женственная и упругая! – прерывистым голосом шептал он.

Его слова должны сводить с ума, но они не затронули моего сердца. Его тело заведет любую девушку, но я все еще была безразлична к нему. Дэн лег рядом со мной, накрыв мое тело. Я обхватила его своими ногами, чувствуя твердый член. Дэн оставлял свои поцелуи на моих плечах, шее, а затем стал плавно спускаться к моей груди.

Дэн прикоснулся губами к моим соскам и начал неторопливо водить по ним языком. Я же, словно фарфоровая бесчувственная кукла, лежала с широко раскрытыми глазами, но без каких-либо эмоций в душе. Пальцы Дэна спустились по моему животу вниз, и я с трудом стала сдерживать себя, когда он касался моей плоти. Он умело ласкал меня своими пальцами, оставляя поцелуи на моем теле. Мое дыхание учащалось от его прикосновений, он стянул с меня трусики, не отводя своих глаз от моего лица. Мы, словно в немом кино, молча выражали свои эмоции.

Это и близко не было похоже на то, что со мной творил Влад. И я начала мысленно себя ругать за бесконечное сравнивание всех этих ощущений, ведь это убивало во мне едва возникшее возбуждение. Но Дэн, кажется, и не замечал, как сумбурные мысли одолевали мой разум. Он слишком завелся, и его тело приобрело температуру кипения. На меня напала дрожь, и стало трудно дышать. Я протянула руки, слегка отодвигая Дэна. Он посмотрел на меня испуганным взглядом.

Виктория, что случилось, милая?

Я толкнула Дэна в грудь, пытаясь спихнуть с себя.

Я прошу, слезь с меня! – сорвалась я в крике, не замечая, как паника овладевает моим телом, и начала плакать. Я вскочила с постели, прижимая руки к груди. Дэн подбежал ко мне в надежде успокоить. Но я снова оттолкнула его. Он с ужасом смотрел, как я в лихорадке собираю свою одежду с пола, натягиваю платье, затем чулки.

Да объясни же, наконец, что происходит, Виктория.

Прости… Это ошибка! – я затрясла головой, прижав руку ко лбу. – Пожалуйста, Дэн, прости! – с этими словами я сбежала вниз по лестнице.

Дэн помчался за мной следом и настиг меня у входной двери.

Это ты меня прости, Виктория! – он попытался прикоснуться ко мне. – Я поторопился, знаю.

Я не должен был!

Нет, не надо, не вини себя! – я оттолкнула его руки, ухватилась

за ручку двери, рывком распахнув ее, и побежала по ступенькам вниз.

Виктория, подожди! – закричал Дэн мне вслед. – Я вызову такси для тебя!

Не стоит! Я справлюсь. Мне нужно пройтись, – обернувшись, я помахала ему рукой.

Мои глаза заливало море слез. Господи, как стыдно! Я не заметила, как добежала до Холланд-парка. Мое сердце, казалось, выпрыгнет из груди. Неужели так будет всегда, и я не смогу подпустить к себе других мужчин? Я уже не могла нормально дышать, горло стянуло словно удавкой, а безнадежность душила меня все сильнее. Мой побег из дома Дэна был просто катастрофой, непростительной выходкой. И вне всяких сомнений, он имел полное право возненавидеть меня за это.

Словно окутанная туманом, я добрела до дома, пытаясь сдержать рыдания, но слезы самопроизвольно вырывались наружу. Я зашла во двор и подняла залитое слезами лицо, мгновенно замерев на месте. Влад стоял под крышей возле двери и смотрел в упор на меня. Он не двигался, не сходил с ума от злости и не бросался на меня, как хищник на жертву. Его взгляд был настолько холоден, что не был похож на взгляд живого человека. Два долгих года я ничего не слышала о нем, так почему именно сейчас он вернулся и нашел меня?

Озноб накрыл все мое тело с головы до пят, когда он наконец отошел от двери, спустился по ступеням и двинулся в мою сторону.

Пошли в мою машину, Виктория! – взяв меня за локоть и больно сдавив, приказал он.

Я не хочу, я никуда не пойду!

Черт бы меня побрал, пусть лучше убьет, чем я окажусь с ним один на один. Мы не виделись два года, но он не подавал и вида, будто вчера была наша последняя встреча. Он отпустил мою руку и тут же резко схватил меня за волосы, притягивая к себе.

Влад прижался своими губами к моему лбу:

Только не говори мне, что он трахнул тебя, маленькая сучка!

Я едва не подавилась собственной слюной. Он что, следил за мной? Неужели все повторяется вновь? Влад потащил меня к проезжей части дороги, где стоял его «Астон Мартин».

Садись в машину, – сквозь зубы прошипел он. – Иначе я за себя не ручаюсь, Виктория.

Я увезу тебя силой. Ты этого хочешь?

Его слова, как острое лезвие, резали мой слух. Они снова ранили меня! Но не этого ли я хотела? В ярости я подняла сжатую в кулак руку и попыталась ударить Влада в лицо. Но прежде чем мне удалось это сделать, он схватил мою руку и толкнул меня к машине. Несколько секунд он пристально смотрел в мои глаза, затем с жадностью прижал к себе и впился в мой рот своими губами. Я остолбенела. В этом поцелуе вылилась вся его сила, все сожаление, все страдания, боль и агония.

У меня не было сил отстраниться от Влада. Его ненависть ко мне так знакома! Он с жадностью терзал мои губы, кусая до крови, так что мне не хватало воздуха. Я пыталась закричать, но он не дал мне такой возможности, поглотив меня собой. Я чувствовала его желание быть со мной несмотря ни на что. Он взял мою жизнь в свои руки еще тогда, два года назад, и я больше не смогу сказать ему «нет»! Все, что я хотела, – это любить его, пусть даже это чувство дикое и хищное, но только его, главное, чтобы он был рядом.

Когда он оторвался от моих губ, я попыталась набрать воздух и вдохнуть. Его молчание и ледяное спокойствие заставляли закипать мою кровь. Я заметила, как его губы начали шевелиться… кончиком языка он облизал их. А потом он произнес слова, которые раскололи мой мир пополам.

Видишь, сладкая, я не умер. Знаешь почему? Потому что ты все еще жива!

И ты – моя.

Он открыл дверь машины, и я молча опустилась на сиденье. Влад обошел с другой стороны, сел на место водителя и отъехал от обочины дороги. Мы ехали минут тридцать, и напряжение в салоне было хоть ножом режь.

Он съехал со скоростной дороги, и мы оказались посреди леса. Перестав дышать, я со страхом в глазах наблюдала за Владом. Наконец он повернул голову и посмотрел на меня. Он был все так же прекрасен! Его голубые глаза сверкали, словно бриллианты, в темном салоне машины. Его волосы были аккуратно уложены. Его запах снова заполнил мои легкие, и я ощутила приятное возбуждение внизу живота. Я заметила еле видный шрам на левой стороне его шеи – он зажил, но поверхность кожи осталась неровной, слегка бугристой… Мои руки задрожали, и я отвернула голову к окну. Воспоминания вновь пробирались сквозь мое сознание. Я почувствовала, как горячая ладонь Влада прикасается к моему лицу. Он взял мой подбородок и повернул мою голову к себе.

Любуешься своим произведением, сладкая? Ну как тебе? – он расстегнул несколько верхних пуговиц у рубашки и оголил свою шею и плечо. Он поднес мою руку и прижал ее к тому самому месту, куда угодила пуля. Мне было страшно и неловко, я попыталась высвободиться, но он еще крепче сжал ее своей ладонью.

О чем ты думаешь сейчас? – спросил Влад.

Все настолько неожиданно… и трудно поверить в то, что мы… – я слегка запнулась, слова застряли где-то в горле. – Я не думала, что мы когда-нибудь еще встретимся.

Он фыркнул так громко, что почти закашлялся.

И зря ты так думала, зверушка!

Ты угрожаешь опять? – еле слышно произнесла я.

Влад приподнял брови и закатил глаза.

И кто мне запретит угрожать тебе, а?

Он резко вдохнул и, ухмыляясь, спросил:

Он трахал тебя сегодня? Только не молчи, Виктория.

Я нервно вздрогнула и попыталась открыть дверь машины. Влад схватил меня за плечо и с силой развернул к себе.

Я задал тебе вопрос! Отвечай же!

Я отвернулась, но он снова применил силу.

Сбавь обороты! И ответь на гребаный вопрос!

Нет! – с яростью в голосе выплюнула я. – Нет и еще раз нет! У нас ничего не было. У меня ничего ни с кем не было после тебя!

Никого и никогда, ты слышишь? Ты моя! И никогда не будешь принадлежать другому.

Влад наклонился поближе и положил руку на мое бедро. Затем его ладонь заскользила к внутренней части моих бедер, приближаясь к теплому местечку между ног. Я содрогнулась и прикрыла глаза от нахлынувшего наслаждения. Нежным прикосновением Влад дотронулся моей плоти через ткань трусиков.

Ты чертовски влажная там. Все, чего я хочу, я получаю. И я уже давно получил тебя. Ты – подарок судьбы, – шептал он мне на ухо, отчего мое тело покрылось мурашками. – И прекрати сопротивляться, милая. Все это время я не выпускал тебя из виду, я всегда был рядом.

Словно твоя тень, ходил за тобой по пятам…

Я твоя! Всегда была твоей!

Влад пробрался под резинку моих трусиков и стянул их с меня. Он снова поцеловал меня страстно, но не сделал при этом больно. Я позволила себе трогать его плечи, лицо… приоткрыла губы, впуская его язык. Наш поцелуй был нежным, мягким и волнующим. В глазах Влада разгорелось настоящее пламя. Он наклонился, приподняв меня с соседнего сиденья, и усадил на себя. Протянул руки мне за спину и расстегнул платье, а затем сорвал его с моих плеч.

Влад посмотрел на мою обнаженную грудь и тихо застонал, прикрывая глаза.

Как я скучал по твоей совершенной груди!

Я чувствовала его сильную эрекцию, которая пульсировала у него в джинсах. Мне нравилась эта грубая сила, возбуждали его звериные стоны. Он спустился бесконечными поцелуями от моей шеи к груди… прикусив мой сосок, накрыл его своим ртом. Все это долгое время я изнемогала в предвкушении его грубых ласк, его горячих прикосновений. Я опустила руку и начала расстегивать пряжку на его ремне.

Влад резко одернул меня:

Я сам, сладкая!

Он все еще смотрел мне в глаза и не мог не заметить тот голод, который я испытывала по нему в этот момент. Он быстро и умело расстегнул джинсы, усиливая хватку, чуть приподнял меня, а затем насадил мое тело на свой пульсирующий член. Я никогда еще не чувствовала его настолько глубоко! Или уже просто забыла эти сводящие с ума ощущения… Он держал меня за бедра и с силой задавал темп, то приподнимая меня, то резко опуская на себя. Я заметила капельки пота на его лбу и начала слизывать их… провела дорожку своим языком по его щеке к уху, а затем к шее.

Как долго я ждала этого… Ты был повсюду, в моих мечтах, в моих снах. Я не переставала чувствовать твои губы на моих губах, твои руки на моем теле, тебя всего внутри меня, – произнесла я шепотом.

Мои слова завели его, и он ударил меня ладонью по ягодицам, вжимаясь в мое тело глубже и сильнее. Мне стало больно, но черт побери, я ждала этой боли целых два года! Мы оба там, где хотим быть. Наши потребности исполнены. Его доминирование и моя свобода – все это смешалось в моменте нашего безумного секса.

Наши крики и стоны заполнили машину, пока Влад жестко брал меня. Нам не нужны были слова в этот момент, мы знали, что мы и есть удовольствие друг для друга. Мы использовали друг друга, мы две стороны одной монеты. Его язык ласкал мою грудь, с каждым толчком я чувствовала приближение оргазма. Влад крепко сжал мои бедра и закатил глаза. Я чувствовала его набухший член, и мышцы внутри меня начали сжиматься все сильнее… и я упала в пропасть. Это высочайшее блаженство! Мой мощный оргазм подтолкнул Влада к грани, он прикусил мочку моего уха и снова шлепнул меня по ягодицам.

Твою мать, малышка! – хрипел он, закатывая глаза. И я чувствовала, как горячая жидкость разливается внутри моей плоти.

Мы оба тяжело дышали. Влад прижал меня к себе и впился в мою шею зубами. Мне было больно, и я понимала, что позже на этом месте останется засос.

Я покорен тобой, я влюблен в тебя… Я одержим тобой… Ты моя, Виктория, и ты еще очень долго будешь отрабатывать свой долг передо мной милая, – прошептал Влад, сжимая пальцами мои соски, – за то, что чуть не лишила меня жизни, моя зверушка…

Меня не пугали его слова, как это было раньше, а мое сердце советовало подчиниться ему. Как так вышло, что моя боль превратилась в похоть, а похоть – в чувства? Своей мощной рукой Влад удерживал меня на месте, крепко сжимая пальцами мое колено, пока мы ехали в неизвестном направлении. Мне было настолько хорошо и комфортно с ним, что я просто молчала, сдерживая себя, чтобы не задавать ему вопросов. Его теплая рука посылала электрические заряды по всему моему телу. Я чувствовала приятное покалывание на коже от его прикосновений.

Ты даже не спросишь, куда я тебя везу? – Влад сжимал руль левой рукой и поглядывал на меня. Меня действительно распирало любопытство, но я решила не подавать вида и не паниковать.

Я надеюсь, что ты сам скажешь мне об этом. Принц выкрадывает принцессу прямо со двора замка – ведь это не наш случай, не так ли, любимый?

Влад громко захохотал и потянулся к моей руке.

Любимая, мы едем в отель, и тебя ждет продолжение сказки! – он крепко сжал мою руку и подмигнул мне.

Интересно, что он намерен делать дальше? Опять запрет меня и будет удерживать в плену? И еще одна большая проблема – это мои родители. Они наверняка уже искали меня, а у меня не было возможности сообщить, что со мной все в порядке.

Я должна связаться с родителями, – мои слова заставили Влада слегка напрячься.

Он загадочно улыбнулся.

Позволь мне решать, сладкая.

Я действительно должна позвонить домой, Влад, предупредить, что я, возможно, немного задержусь, – я закатила глаза от нетерпения.

Возможно, задержишься? – повторил он мои слова, ехидно улыбаясь.

Мы подъехали к огромному зданию в самом центре. Влад припарковал машину прямо у главного входа отеля «Хилтон» и вышел наружу. Он открыл мою дверь, подал мне руку, приглашая последовать за ним. Я чувствовала себя слабой рядом с ним, он снова заставил меня подчиняться.

Немного задержишься.

Сколько же времени ты подразумеваешь под словом «немного»?

Расслабься, милая, твоя сестра в курсе всего, она сообщит твоим родителям, что ты сегодня ночуешь у нее.

Что?! Что все это значит? Ты связывался с моей сестрой?

Он явно хотел меня добить окончательно. Я вся кипела. Да что он вообще позволяет себе? Я вырвала свою руку и попыталась сделать шаг назад.

При чем здесь Алиса?! – сорвалась я в крике.

Влад сжал губы и притянул меня к себе.

Я не сделаю ничего такого, малышка, чего бы ты не хотела! Я позвонил твоей сестре, и она охотно согласилась помочь нам.

Помочь нам? Что здесь вообще происходит? Ты знаком с моей сестрой?!

Влад прижал меня к себе крепче и провел языком по моим губам. – На этот раз, сладкая, у тебя ноль шансов сбежать от меня. Я не готов потерять тебя снова, – прошептал он в мои губы. – И запомни – на этот раз никто не станет мне преградой, ты слышишь?

Боже, я ощущала себя тряпичной куклой в его руках! И прекрасно понимала, что последует за этими словами. Когда мы зашли в номер-люкс, Влад закрыл за нами дверь. Я стояла посреди комнаты, пытаясь сконцентрироваться. Он был позади меня, и я слышала, как он расстегивает пуговицы на рубашке. Звук падающей ткани будоражил меня. Я чувствовала его шаги. И он подошел ко мне вплотную.

Я все еще не насладился тобой, непослушная девочка!

Влад намотал на кулак копну моих волос и потянул на себя. Мое тело предательски отреагировало на его выходки, я выгнула спину и коснулась его живота.

Ты все еще злишься на меня? Тогда представь, каково мне! Ты сильнее, чем я думал. Я до последнего надеялся, что ты не выстрелишь. И знаешь что еще… – Влад обошел меня и остановился, глядя в упор. – Единственная причина, по которой ты все еще жива, – это мои чувства к тебе!

Он подхватил меня на руки и поднес к огромной кровати. Опустился вместе со мной и настойчиво стал целовать. Его поцелуи пробудили во мне желание, и на какое-то время я погрузилась в забытье. Я ненавидела эту слабость в себе, но не могла реагировать по-другому. Мой разум отказывался соображать, я тяжело дышала.

Его глаза сверкали от желания, он прервал наш глубокий поцелуй и начал медленно меня раздевать. Одну за другой он снимал с меня вещи, и я осталась перед ним абсолютно обнаженной. Этот мужчина делал меня такой уязвимой… и в то же время дарил мне умиротворение. Все это безумие я не могла передать словами! Я позволила ему пожирать меня взглядом.

Влад стянул с меня трусики и отбросил их в сторону. Нагнувшись, он коснулся моей ноги и начал целовать ее с кончиков пальцев. Это было чертовски приятно. Во мне вскипела ревность – делал ли он такие вещи с другими женщинами? И почему я так боюсь потерять его снова? Языком он проложил дорожку по моим бедрам, оставляя легкие поцелуи, пока не достиг моей плоти. Я пыталась сжать ноги и тут же получила шлепок по внутренней стороне бедра.

Расставь их, – прошипел Влад.

Мир вокруг меня начал растворяться, его губы, его руки – единственное, что для меня имело значение, и я перестала сопротивляться.

Ты вся такая сладкая! – прошептал он. – Твоя сладость соблазняет меня…

Он посмотрел на меня снизу вверх, и на его лице появилась ехидная усмешка. Влад облизал губы и слегка прикусил нижнюю. Положил руки на мои ягодицы и начал медленно перемещаться вверх по моему телу. Он кусал мой живот, заставляя меня громко кричать от боли. Подобрался к груди, оставляя на ней грубые поцелуи, и застонал в тот момент, когда его губы сомкнулись на моем соске. Я извивалась от такого напора, подставляя себя еще больше для его рта, чтобы хоть немного уменьшить боль.

Скажи, что тебе это нравится, малышка, – его дыхание щекотало мою кожу.

Я прикоснулась к его плечам и притянула его ближе. Он снова шлепнул меня по ягодицам, не отводя при этом своих глаз.

Потрясающе! – Влад дотронулся теплыми пальцами до того места под левой грудью, где когда-то был шрам, потом лизнул татуировку.

Эта надпись полностью олицетворяет тебя. В этом и есть вся ты, Виктория!

Моя сильная девочка.

Он резко отодвинулся. На его губах плясала бесовская улыбка.

Не двигайся! – приказал Влад, и я не сопротивлялась. Но значит ли все это, что я снова буду его любимой игрушкой? Я заметила, как из кармана своих джинсов он достал красный атласный галстук. – Руки! – приказал он. – Протяни мне свои руки, Виктория.

Я протянула руки, и он туго зафиксировал их галстуком. Потом опустил меня на кровать и привязал к ее решетке. Приподнявшись, он посмотрел на меня, покорную и полностью открытую для него.

Мной овладевает грешное желание, сладкая, – он пытался уловить панику в моих глазах. Не отрываясь от меня, начал раздеваться. Он медленно расстегнул ремень, затем молнию на джинсах, и стянул их с себя. Я сгорала от нетерпения, пытаясь высвободить руки, но от этого мои запястья еще больше горели от боли. Я не могла не заметить, как сильно натянуты его боксеры. Его возбужденный член просился наружу. Взгляд Влада гипнотизировал меня, он словно факел обжигал своим пламенем, заставляя мое тело гореть и изнемогать от сумасшедшего желания. Я ловила себя на мысли, что если бы не этот чертов галстук, я давно бы накинулась на него сама.

Что притихла, милая? О чем думаешь? – Влад стал стягивать с себя боксеры. Он был прекрасен, все его тело – это бомба замедленного действия для меня.

Я нервно сглотнула и сжала губы, боясь выпустить свои мысли вслух.

Впечатляет, сладкая? Такое чувство, что ты любуешься им впервые.

Я сгорала от страсти, мое тело полыхало огнем. Как же давно я не чувствовала его внутри! Как же я соскучилась!

Иди ко мне, прошу, – промурлыкала я. – Прикоснись!

Я почувствовала, как кровать прогибается подо мной, и закрыла глаза в тот момент, когда Влад дотронулся до моей плоти, погрузив свой палец внутрь меня.

Какая ты влажная и горячая внутри… – он вынул палец, и я, выдохнув, начала ерзать под ним.

Влад намотал мои волосы на кулак и провел языком по моей шее. Я порывалась выбраться из чертовых оков, которые превращали меня в его собственность, но у меня не было больше сил.

Я люблю панику на твоем лице…

Ты прекрасна!

Мое тело содрогалось от его далеко не нежных ласк и прикосновений. Он прижал руку к моей груди и ущипнул мой сосок. Затем погладил мою татуировку, прикасаясь к каждому слову. Одним резким движением он раздвинул мои ноги и опустился между них. Я чувствовала, как его возбужденный член упирается в меня. Влад пленил мои губы в приятном поцелуе и медленно вошел в меня, заполняя без остатка. Мои громкие стоны вырвались наружу.

Кричи громче, малыш, продолжай! – он схватил одной рукой меня за горло, и я начала задыхаться от нехватки воздуха. И эта чудовищная смесь – его сводящие с ума толчки и нехватка кислорода – заполнила мое тело.

Боль и удовольствие нельзя разлучить, Виктория. Они очень сильно переплетены, – прошептал Влад в мои губы.

Он сжал ладонь вокруг моего горла и облизал мои губы кончиком языка. Потом освободил мои руки из плена галстука. Он делал все это настолько быстро и энергично, что я не успевала сосредоточиться на его действиях.

Словно невесомую вещь, он резко перевернул меня и вошел сзади, настолько яро и сильно, что мои глаза наполнились слезами.

Я навсегда твоя… Я не смогу больше без тебя… – застонала я.

Влад опустился всем своим телом на меня и укусил мое плечо.

Я выжму тебя всю!

Он стал сильнее вжиматься в мои бедра, заставляя выгнуть спину. Я чувствовала разряд молнии внутри, а мои громкие и дикие стоны доводили Влада до грани. Очень жаль, что в этот момент я не видела его лица, но почувствовала, как он наполняет меня горячей спермой. Влад опустился мне на спину и глубоко вздохнул, словно освободился от звериного желания.

Твоя кожа, Виктория, мягкая и нежная, словно лепестки цветов.

Мы переместились в более удобное положение, и я оказалась прижата спиной к его груди. Я не хотела, что бы все это закончилось, не хотела терять его снова! Я желала всегда ощущать его в себе, рядом с собой.

На этот раз твоя охота завершилась удачно? Ты доволен своей жертвой? – игривым тоном спросила я и почувствовала, как он улыбается.

Моя охота всегда завершается удачно, зверушка. Я отличный охотник! А ты великолепная и аппетитная жертва.


Глава 10

– 

Как ты могла?! Черт побери, что ты позволяешь себе, Виктория? После всего того, что он вытворял с тобой, ты снова встречалась с ним? Он издевался и насиловал тебя эти проклятые два месяца… И ты снова с ним?! Как же я сожалею о том, что не пустил пулю ему лоб, что дал ему еще один шанс! – кричал отец в ярости. – Да неужели у тебя полностью отсутствует чувство собственного достоинства? Где твоя гордость? – он в бешенстве швырнул пустой бокал из-под виски, который приземлился у двери моей комнаты на пол. Я стояла, прижавшись к стене, и вздрагивала от криков и оскорблений в мою сторону.

– 

Ты действительно сумасшедшая, Виктория! И ты совсем не уважаешь себя.

После нашей чудесной ночи Влад привез меня домой. И я никак не ожидала, что таким прекрасным утром, как это, меня дома ждал ад, устроенный моим отцом. Папа схватил меня за руку, и мы быстрыми шагами спустились в гостиную на первый этаж. Я едва поспевала за ним и все еще не произнесла ни слова. В гостиной я заметила маму и двух охранников отца. Я перестала дышать в тот момент, когда увидела заплаканное лицо мамы. Она глубоко вздохнула и покачала головой.

– 

Сегодня ты улетаешь домой, в Питер, вместе с твоим отцом, – произнесла она дрожащим голосом. – Прости, милая, – прошептала мама в тот момент, когда отец отвлекся на разговор с одним из охранников.

Я закрыла глаза и пыталась уместить в своей голове все то, что обрушилось на меня сегодняшним утром. Я понимала, что на этот раз разлука с Владом неизбежна. Отец смотрел на меня исподлобья и упорно молчал, отчего стало еще паршивее, и я начала переминаться с ноги на ногу. В этот самый момент я испытала неописуемую злость на Алису, ведь только она знала, где я и с кем! Как она могла проболтаться моим родителям? Если честно, то на нее это даже и не похоже.

– 

Мы всего лишь хотим оградить тебя от неприятностей, милая! – произнесла мама, шмыгая носом.

Отец запустил ладонь в волосы и шумно вздохнул.

– 

У тебя один час на сборы. Мой частный самолет уже готов к вылету в Россию, просто поторопись! – крикнул он мне вслед, когда я вышла из гостиной.

– 

У меня одно условие папа, – я обернулась и посмотрела ему в глаза. – Я еду с тобой, но ты не трогаешь его и забываешь о том, что произошло.

Ты должен навсегда оставить его в покое.

Отец внимательно изучал меня, а потом покачал головой.

– 

Кто сказал, что я стану рассматривать твои условия, Виктория?

По-моему, ты оплошала, разве не так?

– 

Папа, мы ведь все не без греха, не так ли? – я заметила, как изменилась в лице мама.

Опустив глаза в пол, она по-прежнему молчала.

– 

Не думаю, что ты выбрала правильную стратегию, дочь! Тебе не стоило бы вообще меня шантажировать.

Я хочу лучшего для тебя.

Я дала волю слезам, не утирая их, пока шла в душ, сняла с себя одежду и посмотрелась в зеркало. Все тело было усыпано темнокрасными засосами и укусами Влада. Как долго они еще будут напоминать мне о нем? Я хотела бы, чтобы они вечно украшали мое тело, не давая мне забыть. Мне не нужно будущее, где нет Влада!

Одевшись, я собрала чемодан, все необходимые мне вещи, и вышла из комнаты, дрожащими руками тихо прикрыв дверь. Внизу меня уже ждал отец с кейсом в руках, он с ним никогда не расставался. Молча забрал из моих рук чемодан и передал его охраннику. Мы сели в машину, припаркованную возле моего дома, и я заметила маму, стоявшую в дверях. Она смотрела на меня печальными глазами и послала воздушный поцелуй.

Меня колотило от злости, от безысходности происходящего, и я опустила голову, делая глубокий вдох. Внедорожник резко стартовал с места, и вскоре мы влились в шумный поток машин. Личный охранник отца ждал, приветствуя нас на верхних ступенях трапа частного самолета.

– 

Господин Воронов, – произнес он с улыбкой, – мы готовы принять вас, добро пожаловать!

Мой отец пожал ему руку, не выпуская меня из виду.

– 

Рад вас видеть, госпожа Воронова.

– 

Алекс… так, по-моему, вас зовут? – спросила я, подав ему руку.

– 

Да, именно так. Приветствую вас, – мужчина пожал мне ладонь и помог пройти в салон.

– 

Взаимно, – безразлично произнесла я, заняла широкое кожаное кресло и застегнула ремень безопасности.

В салоне появился пилот и, поприветствовав нас, сообщил, что самолет полностью готов к отправлению.

– 

Я рад, что мы летим домой, дорогая, – произнес, наконец, папа, обняв меня одной рукой. Я предпочла не отвечать, повернулась к иллюминатору и закрыла глаза, спрятав лицо в подушку, чтобы никто не увидел моих слез. Я плакала и плакала, пока это окончательно не измотало меня, а потом заснула до самого конца нашего полета.

Как только мы приземлились в аэропорту Санкт-Петербурга, к боковой частной полосе подъехал «Мерседес» отца. Его лицо попрежнему выражало недовольство, но, несмотря на это, он был полностью собран, казалось, что четырехчасовой полет никак на нем не отразился.

Алекс открыл передо мной дверь машины, и я проскользнула внутрь. Папа занял место рядом со мной.

– 

Когда приедет мама? – спросила я, нарушив неловкую тишину, повисшую между нами.

Отец возмущенно замотал головой.

– 

Твоя мама, Виктория, ужасно облажалась. Она допустила то, что ты снова снюхалась с этим подонком. Так что теперь она не отвечает за эту маленькую проблему под названием «наша дочь».

– 

Мама здесь ни при чем. Она не знала, что я была с Владом.

Отец с силой ударил по внутренней панели задней двери.

– 

Черт! Виктория, не произноси его имя при мне и вообще! Ты поняла? – рявкнул он.

– 

Мы это уже обсуждали, я поняла, – пробормотала я без эмоций. – И не забудь папа, что ты мне обещал.

– 

Сомневаюсь, что он захочет вновь тебя увидеть. Вероятно, за тот период, пока ты была с ним, ты не разглядела его и не узнала. Женщины никогда надолго не задерживались рядом с ним. Он любитель мимолетных отношений, Виктория.

И очень жаль, что ты отказываешься это признавать.

От одной только мысли, что другая будет рядом с Владом, у меня екнуло сердце. Но я предпочла не отвечать отцу. Возможно, в чемто он и прав, но сам ничуть не отличается от такого типа мужчин, если уж на то пошло.

Мы ехали до нашего загородного дома, казалось, целую вечность, и всю поездку мне пришлось выслушивать наставления отца.

– 

Знаешь, Виктория, если его мозги на месте, то он будет держаться подальше от тебя.

Как можно дальше! – злобно ворчал он.

Наконец мы подъехали к нашему особняку, и у меня участился пульс. Перед глазами встала картина того самого последнего вечера, здесь, в нашем доме. Образ Влада заполнил мое сознание. Я прошла мимо охранников, которые даже и не пытались посмотреть в мою сторону. Меня одолевали безнравственные мысли: может, кто-нибудь из них поможет мне сбежать из этой чертовой тюрьмы, в которую заключает меня мой отец? Или, возможно, я действительно должна забыть Влада, отпустить его ради моей семьи, чтобы иметь шанс на светлое и счастливое будущее и не расстраивать всем этим моих родителей? Как говорят, лучше резко сорвать пластырь с раны, чем отрывать понемногу, ведь будет еще больнее.

Я поднялась на второй этаж и пошла по коридору в свою комнату. Отец, будто тень, следовал за мною по пятам.

– 

Прежде чем я уйду, – произнес он, – я хотел бы предупредить тебя, милая: не пытайся сбежать. Здесь повсюду охрана. Просто не позорь меня перед ними, Виктория!

– 

Как долго ты собираешься держать меня здесь? Я закончила университет не для того, чтобы стать домохозяйкой, папа! – мой тон стал грубее, и отец, заметив это, подошел ближе и обнял меня.

– 

Прости, что нагрубил тебе, моя девочка. Ты ведь сама не оставила мне другого выбора. Я и сам не позволю, Виктория, чтобы ты бездельничала. Отдохни недельку от всей этой суеты.

А потом мы улетим в Лос-Анджелес. В нашей корпорации имеется одна довольно милая вакансия для тебя – место моего личного экономиста!

– 

Ты шутишь? Вообще-то ты прекрасно знаешь о моих планах, папа, – я схватилась обеими руками за голову. – Я хотела бы жить и работать в Англии, Америка не для меня! – выплюнула я со злостью.

– 

В некотором роде наши планы изменились, малышка, – отец прижал меня к себе и поцеловал в щеку.

– 

Я не смогу работать в твоей компании, как бы ты этого не желал. Следить за тем, чтобы не упали нефтяные акции на бирже, – это не мое.

Не этого я хотела для себя, понимаешь?

Отец начал нервно мерить шаги вдоль и поперек комнаты, кидая на меня недовольные взгляды.

– 

Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? Тебя ждет место главного экономиста, Виктория! Ты моя единственная наследница. Все эти годы, пока ты училась, я держал это место для тебя. У тебя экономическое образование, и ты – моя единственная надежда. И давай впредь больше не касаться этой темы.

Отвернувшись к окну, я пыталась переварить наш разговор. Неужели у него изначально был именно такой план в отношении меня? Нет, однозначно, Америка – не та страна, где я хотела бы жить и работать.

– 

Увидимся завтра, Виктория, – произнес отец и подошел к двери. – Думаю, я не вернусь до утра.

Слишком много дел накопилось здесь, в Питере. Ты уверена, что тебе больше ничего не нужно?

Да, он волновался чрезмерно. Я кивала головой, мысленно крича: «Мне нужен Влад, папа! И больше ничего». Но не могла позволить себе произнести эти слова вслух.

– 

Откуда тебе стало известно, что вчера я была с ним? Тебе доложила Алиса? – по телу пробежала дрожь в тот момент, когда папа обернулся и обжег меня яростным взглядом.

– 

Алиса? Причем здесь твоя кузина? – спросил отец, двигаясь в мою сторону. – Она что, тоже в курсе ваших интриг?

Что все это значит, Виктория?

Вот теперь-то я точно облажалась по полной! И вдобавок подставила сестру. Я опасалась, что мой нервный взгляд явно выдавал меня. Как же я сразу не поняла! У отца связи повсюду, откуда поступает та или иная информация.

– 

Нет, я вовсе не это имела в виду. Конечно, она не была в курсе. Ведь они даже не знакомы, – пыталась я оправдаться. – Я просто подумала, что, возможно, Алиса могла слышать наш телефонный разговор, – снова врала я.

– 

Что?! – отец широко распахнул глаза. – Ты контактировала с ним и по телефону?

Вы общались? Черт, Виктория, ты действительно перестала себя уважать!

Он пару секунд смотрел на меня, покачивая при этом головой. Затем вышел из комнаты, с силой хлопнув дверью. Моргнув, я вновь повернулась к окну и наблюдала за тем, как отец садится в машину, как загораются фары и его «Мерседес» отъезжает от дома. Прижавшись лбом к прохладному стеклу, я закрыла глаза, страшась надоедливой тишины той пустоты, которую оставил отец после себя…

…В каком-то странном состоянии полусна я ворочалась в постели, услышала сдавленный крик и, открыв глаза, проснулась, понимая, что кричала я. Мое сердце грохотало в груди, пульс частил так, будто я пробежала не один километр. Я села на кровати и опустила ноги на пол. Жар плавил мое тело, а тошнота подкатывала к горлу. Вот уже практически вторую неделю я жила здесь, в нашем доме, одна, папа приезжал только переночевать. С мамой и Алисой мы общались только по телефону.

Я приложила ладонь ко лбу и поняла, что мне срочно нужно бежать в ванную, иначе меня вырвет прямо здесь. После того, как вечерний ужин был смыт в унитаз, я подошла к раковине, чтобы взбодриться, смыть с себя то ужасное состояние, в котором я пребывала последние полчаса. Я подняла голову и посмотрела в зеркало, в котором отразилась моя заболевшая копия с покрасневшими глазами и бледным лицом. Вернулась в кровать и укуталась в одеяло, потому что меня знобило. Я ощущала себя не только больной, но и жалкой. И постоянно думала о Владе, каждый божий день с тех пор, как покинула Англию. Неужели он снова просто использовал меня? Позволил мне влюбиться в него, а потом вот так запросто исчез? Где он сейчас, с кем? Игла ревности кольнула мое сердце. Да, плохи мои дела, это я уже поняла.

– 

Виктория! – прокричала Алиса. – Господи, дорогая, ты ли это? Паршиво выглядишь. Эй! – она пощелкала пальцами, привлекая тем самым мое внимание.

Я выставила руку в защитном жесте, пока Алиса возмущенно сверкала глазами.

– 

Да, я выгляжу не очень. И ты ничего нового для меня не открыла, знаешь ли.

И тебе привет, кстати, – пробурчала я.

– 

Привет-привет, моя дорогая, извини за безмозглые комплименты. И да, у меня накопилась целая куча вопросов, от которых тебе не слинять!

Мы разговаривали с Алисой несколько раз по телефону. Но мы обе не дуры, телефон наверняка прослушивался людьми моего отца, поэтому говорить на приватные темы у нас не было возможности. И я не могла дождаться, когда же эта стерва, моя сестра, переступит порог моего дома.

– 

А теперь, голуба моя, рассказывай. Вы с Владом встречались? Если это так, то ты окончательно ополоумела! Он звонил тебе? – я в возмущении развела руками. – Может, все-таки ты объяснишь, как так получилось, какого черта вы созванивались?!

– 

Прости, я сама не ожидала его звонка, Виктория, – Алиса виновато пожала плечами. – Я должна была тебя предупредить, согласна. И не спрашивай меня, откуда у него мой номер, на этот вопрос я тебе уж точно не смогу ответить!

– 

Ладно, все забыли, хорошо? Я ни в чем тебя не обвиняю, – я подошла к сестре и обняла ее.

– 

Кстати, ты даже не спросишь, зачем я здесь? – растянув губы в ехидной улыбке, поинтересовалась она. – Я здесь, чтобы спасти тебя, дорогая моя. И я однозначно собираюсь вытащить тебя из этого дерьма.

Конечно, вот она – моя Алиса из Страны чудес! Эта чертовка умеет поднять настроение.

– 

Завтра вечером состоится эксклюзивная вечеринка в клубе «Падший Ангел».

Я приподняла брови и с удивлением посмотрела на нее.

– 

И как ты себе это представляешь? Ты хоть понимаешь, что я реально под арестом?! Неужели ты рассчитывала на то, что отец выпустит меня? Да ты даже понятия не имеешь, что здесь произошло две недели назад!

– 

Виктория, с каких это пор ты такого плохого мнения обо мне? Ты что, крошка, забыла, на что я могу быть способна ради достижения наших целей?

– 

Ох, и понятия не имею. Давно ты уже не шла на жертвы ради нас! – я показала ей язык.

– 

Вчера я разговаривала с дядей по телефону, и представь, мне удалось его уговорить. Мы получили добро! – сестра подскочила ближе и с визгом бросилась на меня. – И еще это приватная вечеринка в масках – прекрасная возможность пофлиртовать с мальчиками!

Я закатила глаза и отмахнулась от нее:

– 

Понятия не имею, о чем ты!

Чуть позже мы ужинали вместе и долго болтали. Не знаю почему, но рядом с Алисой я почувствовала себя вновь прекрасно и уверенно. Она как луч света в моем темном царстве! На какое-то время я немного расслабилась и напрочь запретила себе думать о Владе, словно его и не было в моей жизни. Впервые за последние две недели я улыбалась и веселилась с сестрой. Мы вспоминали наших общих школьных друзей и знакомых парней, мнивших себя когда-то крутыми и неотразимыми мужчинами. Я вновь почувствовала себя свободной и такой живой! Может, Алиса и права – мне действительно нужно расслабиться.

– 

Что ты так долго возишься? Черт побери, ты принимаешь душ уже целый час. Мы же опоздаем! – раздался возмущенный голос Алисы в моих ушах.

– 

Да я уже иду, не паникуй, – ее пунктуальность всегда превыше всего, это мне знакомо. – Ну, что скажешь? – я нацепила короткое, обтягивающее фигуру серебристое платье с открытой до самых ягодиц спиной, а мое лицо украшала черная атласная маска с перьями.

Я элегантно спустилась вниз по мраморной лестнице, сама завороженная собственной изысканностью и экстравагантностью.

– 

Твою мать… Виктория, ты что, желаешь видеть сегодня всех мужчин у своих ног? Да ты неотразима, детка! – Алиса подлетела ко мне и вертела меня во все стороны. – Смелая девочка! Как далеко ты готова зайти сегодня в этом сексуальном платье?

– 

Ты права. Думаю, что сегодня я полностью открыта для новых горизонтов! – в моем голосе появился легкий оттенок игривости.

Алиса взяла в руки уже открытую бутылку шампанского и разлила напиток по бокалам.

– 

Вот, держи! – она протянула мне фужер. – С этой минуты, дорогая, начинается обратный отсчет. Давай же осуществим операцию под названием «Месть»!


Глава 11

Ну скажи что-нибудь… Разве мы зря сюда пришли? – настаивала Алиса. – Разве здесь не круто?

Она схватила меня под руку, и мы обе громко рассмеялись под влиянием шумной атмосферы ночного клуба, звуков музыки и веселых голосов вокруг.

Ну что, пора надевать маски, мисс Ведьма Мщение, – сказала я сестре, похлопав при этом по круглой попке. Алиса в последний раз прошлась оценивающим взглядом по мне, затем оглядела себя, удостоверяясь, что ее сапфировое колье находится по центру декольте, и поправила подол своего кроваво-красного платья.

Громкая ритмичная музыка «Into you» Арианы Гранде захватила нас, когда мы зашли внутрь. Мы немного запоздали, поэтому вечеринка была уже в самом разгаре. Мы с Алисой обменялись понимающими взглядами в тот момент, когда к нам подбежал молодой человек в черном с атласными отворотами фраке.

Эй, добро пожаловать, леди! – он встал между нами и положил руки на наши талии. – Вы обе просто неотразимы. Разве возможно быть настолько прекрасными! Вы подруги?

Нет, мы сестры, – пробормотала Алиса.

На лицо парня была натянута черная маска Человека-паука, и меня слегка это озадачивало. У него оказался приятный голос, но минус подобных вечеринок в том, что лица закрывают маски, и с трудом можно различить, кто перед тобой стоит.

Я Дмитрий, – представился наш незнакомец.

Мы подошли к бару, Дмитрий все еще не выпускал нас, держа в крепких объятиях. Он заказал у бармена три рюмки текилы и поставил перед нами. Уверенная улыбка расплылась на его губах. Мы взяли наши рюмки, громко чокнувшись ими и, моментально поднеся ко рту, выпили залпом, закусив долькой лимона. Взгляд Дмитрия упал на декольте Алисы, и я постаралась подавить смех. Он внимательно всматривался в ее маску, пытаясь разглядеть глаза.

Вы обе такие конфетки, – громко оповестил он, – но красный – мой любимый цвет, извини! – он обращался ко мне, поднеся мою руку к своим губам и целуя ее.

Алиса хлопала ресницами через маску, а ее алые губы сложились в тонкую линию. Взмахнув рукой в мою сторону, она произнесла:

Так как я пришла сюда не одна, я не могу оставить свою сестру в гордом одиночестве.

Музыка начала громче раздаваться по залу, сливаясь с возбужденными голосами. Дмитрий махнул рукой и подозвал к нам кого-то из толпы молодежи. Я развернулась от барной стойки, и мой взгляд впился в фигуру молодого мужчины, приближающегося к нам.

Ну вот, – склонился ко мне Дмитрий, – тебе сегодня явно не придется скучать.

Алиса взяла меня за руку и наклонилась к моему уху:

Только если ты сама не против, Виктория.

Все в порядке, дорогая, – прошептала я в ответ. – Я никуда не денусь.

Взгляд незнакомца прямиком был нацелен на меня. Этот парень был хорош собой, высок и явно принадлежал к категории легкоатлетов или пловцов. Черный фрак идеально облегал его фигуру. Светлые волосы были слегка взъерошены, а зеленые глаза заметно выделялись на фоне маски. Он переплел пальцы наших рук, его взгляд был прикован к моему лицу, он что-то пытался там разглядеть. Мои губы… или, возможно, глаза?

Незнакомец наклонился к моей шее и прикоснулся к ней теплыми губами.

Ты так сладко пахнешь! Твое тело… оно все такое сладкое?

Я покрылась мурашками. Его хриплый голос пробуждал во мне страсть, желание.

Как тебя зовут? Кто ты? – я слегка сжала его пальцы, держащие мою руку. Я смотрела на него и понимала, что на своих далеко не маленьких каблуках едва достаю до его подбородка.

Я Александр, – прошептал он и, по-прежнему не выпуская моей руки, повел меня к танцполу.

Виктория, – завороженно ответила я, уверенная, что он мог и не расслышать моего голоса.

Мы слились в танце под известную композицию Эда Ширана «Photograph». Я заметила, как Александр перевел свой взгляд за мою спину, и почувствовала приятное прикосновение чьих-то рук на плечах. Но это не были руки Александра, ведь я держалась за них. Сделав шаг назад, повернулась и вплотную прижалась к твердому, словно бетон, телу еще одного незнакомца, чувствуя пристальный взгляд на себе. Его губы слегка растянулись в улыбке из-под черной блестящей маски Зорро. Голубые глаза озорно поблескивали в продолговатых разрезах.

Он молча освободил меня из объятий Александра и заключил в свои. Я почувствовала его руки, они спустились по моей обнаженной спине и легли мне на ягодицы. Я пыталась отстраниться, сбитая с толку его столь откровенными действиями, но он с силой прижал меня к своей груди. Его хищная находчивость в сочетании с возбуждающим запахом заставила трепетать мои нервы. Вдыхая глубоко его запах, я пыталась рассмотреть лицо, находящееся в тени под маской. Он улыбнулся мне, обнажив ровные белые зубы, до боли знакомые мне.

Я тебя знаю? Мы знакомы? – мой голос был натянут как струна. Я пыталась уловить хоть какой-то намек. Но как только я поднесла руку к щеке воспламеняющего интерес Зорро, он резко развернул меня в такт музыке, и я оказалась прижата оголенной спиной к его груди.

Я чувствовала, как напряжена его мускулистая грудь, я ощущала биение его сердца и ошеломляющее дыхание. Таинственный незнакомец по-прежнему не произнес ни слова, заставляя меня лишь догадываться, кто он такой. Моему терпению пришел конец, я оттолкнула его и повернулась к нему лицом.

Только не говори мне, что ты гребаный Робин Гуд и появляешься тогда, когда кто-то нуждается в твоей помощи!

Он поймал меня, обхватив крепко руками, и прижал спиной к своей груди. Я почувствовала, что он улыбается, опускает ладони мне на живот и грубо сжимает.

Скорее я ворон… они черны, как грех, и крадут по ночам.

Его глубокий баритон вернул мое внимание. И все стало ясным как белый день. Это он… Влад! Боже, какая я глупая! Как я могла не узнать человека, который вся моя вселенная, моя страсть, страх и любовь? Но он все еще пытается ввести меня в заблуждение, он желает поиграть со мной. Ну что же, давай поиграем, милый.

Говоришь, крадут по ночам? Ты загадочный. Не дождусь, когда буду украдена тобой, черный ворон.

Я повернула голову и дотронулась языком до его подбородка. Его дыхание сбилось. Одна его рука все еще покоилась на нижней части моего живота, другой он прикоснулся к моему бедру и приподнял край платья.

И я тебе это гарантирую, сладкая!

Я ощутила твердость в его брюках, он прижал к ней мои ягодицы. Затаив дыхание, я лихорадочно начала обдумывать его появление здесь, в Санкт-Петербурге. Как он попал сюда, в клуб, на закрытую вечеринку? Знал ли он, что здесь буду я? Вопросы, как шальные пули, проносились в моей голове.

Я все еще опасен для тебя, моя малышка, – шептал Влад мне в ухо и прикасался к моей спине, нежно поглаживая.

Я медленно развернулась к нему лицом, подняла руку и попыталась снять с себя маску.

Оставь ее на месте, – Влад перехватил мою руку и сжал до боли. – Оставь!

Затем он наклонился к моим губам и впился в них, прикусывая. Я отвечала ему, раскрывая свои губы. Мой язык проник в его рот, возрождая эротический танец.

Это приглашение, сладкая? – его голос опустился до сексуального рокота. Влад запустил руку в мои волосы и нежно провел большим пальцем по краешку уха. – Твой запах сводит с ума! – промурлыкал он. – И только я знаю, какова ты на вкус.

В следующие несколько секунд Влад схватил меня за руку и потащил к выходу. Не было смысла сопротивляться, поэтому я повиновалась каждому его движению.

Я должна предупредить Алису! Мне нужно ее найти, – пыталась прокричать я сквозь громкую музыку.

Оставь ее, Виктория. Она в курсе. Пусть веселится, – сказал Влад твердым тоном.

Я хотела вырвать свою руку из его хватки, но он не отпускал меня, пока мы не достигли темного коридора. Он резко остановился и нетерпеливо содрал сначала мою маску, а затем и свою. Потом приподнял меня, заставляя обхватить его талию ногами.

Ты выглядишь чертовски сексуально, детка! И я предупреждал, что больше никто и никогда тебя не коснется. Ты ослушалась меня, сладкая, – прошептал Влад в мои губы.

Моя кровь неслась по венам, вызывая покалывание во всем теле. Он нес меня на руках, словно я маленькое нежное перышко, куда-то на второй этаж клуба, но куда? Я задержала дыхание от предвкушения. Пинком Влад открыл дверь, и мы оказались внутри темной просторной комнаты.

Все еще не выпуская меня из крепких оков, он прошептал:

Ты возбуждаешь меня, Виктория! Твоя красота, завернутая в интригующие одежды, сводит меня с ума.

Где мы? – с волнением спросила я.

В моем личном кабинете.

Влад поставил меня на пол и при помощи пульта включил свет. Мой взгляд остановился на большом стеклянном столе посреди комнаты. Он был похож на тот, который я видела у него дома в Англии. Тонкая черная плазма красовалась на стене. Интерьер говорил сам за себя, подтверждая отличный вкус хозяина.

Твой личный кабинет? И это твой ночной клуб? Ты шутишь, да?

Он впился взглядом своих голубых глаз в меня и подошел ближе.

Я никогда не шучу, милая, – Влад переплел пальцы наших рук и посмотрел мне в глаза.

Ты знал, что я буду здесь, в твоем клубе? – спросила я.

Он засмеялся и прижался своей щекой к моему лицу.

Я всегда забочусь о том, в чем я особенно заинтересован.

Я смотрела вниз на наши руки и отчаянно пыталась освободиться от его хватки, но он сжал еще крепче.

Где бы ты ни была, – прошептал Влад, – я везде тебя найду, малышка. Неужели ты этого еще не поняла, маленькая?

Что я еще о тебе не знаю? Ты полон сюрпризов!

Ты уверена, что мы должны сейчас говорить именно об этом?

Я слегка приподняла подбородок, испытывая ощущение, что только что получила выговор.

Я не позволю тебе одурачить меня снова. И не позволю пользоваться мной! – для пущей убедительности я ткнула ему пальцем в грудь.

Лгунья, – произнес Влад бархатным голосом. Он подцепил мой палец своим и потянул меня к себе. – Должен напомнить тебе, что это ты пропала так неожиданно! – поддев мой подбородок, он чувственно провел большим пальцем по моим губам. – Исчезла, испарилась, словно воздух… но знаешь, это всего лишь вопрос времени.

Голос Влада звучал, словно симфония, глубоким соблазнительным тоном он играл на каждом нервном окончании моего тела. Его руки скользили по изгибу моих бедер, а затем одним резким шлепком он опустил свою ладонь на мои ягодицы. Я вздрогнула, но не отдалилась от него. Его рука зарылась в мои волосы и сжала затылок. Губы замерли у моих, но лишь на мгновение.

Достаточно, сладкая. Больше никаких разговоров.

Мы были похожи на двух изголодавшихся зверей в клетке, вступивших в схватку. Его рот накрыл мой, и все связные мысли и вопросы рассеялись в дым. Поцелуй, в котором, как всегда, не было нежности и осторожности, завел меня. Я хотела его не меньше, чем он меня. Его движения, его стоны лишали меня стойкости, превращая мое тело в желе.

Давай снимем с тебя это прелестное платье, девочка моя! – Влад обхватил меня руками и сорвал с моих плеч изысканный наряд.

Чуть отстранился и пожирал взглядом мою обнаженную грудь.

Никакого белья, сладкая?

Его глаза лихорадочно блестели, он сжимал мои соски холодными пальцами. Меня подбросило вверх, когда он запустил свою руку ко мне в трусики, потирая влажную плоть. Твою мать, этот мужчина всегда творит удивительные вещи с моим телом! Я больше не могла связно думать. В голове клубился плотный туман, и лишь инстинкты управляли моим телом и волей. Я спустила с бедер трусики-стринги. И вот я абсолютно обнажена, беззащитна и уязвима.

Я прикоснулась руками к ремню Влада и начала медленно, игриво расстегивать его. Брюки скатились по мощным мужским ногам. Я перевела взгляд на его боксеры, и мои руки сами потянулись, чтобы потрогать, почувствовать твердость его члена. Влад закатил глаза и возбужденно зарычал в тот момент, когда моя ладошка сжала его мужское достоинство.

Чертовски непредсказуемая, – сквозь тяжелое дыхание прошептал Влад, обеими руками обхватил меня за ягодицы, поднял и понес к своему рабочему столу.

Моя попа соприкоснулась с холодной поверхностью. Я завела руки назад и оперлась на них, пожирая глазами моего хищника. Провела кончиком языка по своим губам и опустила глаза. Его член такой упругий, ровный и впечатляюще красивый! Влад подтянул мои ноги к краю стола и инстинктивно придвинулся. Он вошел в меня одним мощным толчком.

Всегда такая готовая для меня, – промурлыкал мой мучитель. Я запустила руки в его растрепанную шевелюру и прикусила кожу возле пухлых губ.

Черт, какая ты узенькая. Что ты делаешь со мной, малыш?

Накрутив мои волосы на кулак, он начал резко двигать бедрами вперед, входя в меня на всю мощь. Мы оба громко стонали от интенсивного темпа, который взяли. Я почувствовала приближение оргазма, но мне так хотелось его отложить, наслаждаться и дальше! Влад опустил голову к моей груди и зажал зубами сосок, с жадностью прикусил его, а потом начал нежно посасывать.

Ты потрясающая, детка, – бормотал он, не выпуская мою грудь из своего рта.

Внутри будто сорвалась пружина, заставляя мои внутренние мышцы сокращаться вокруг твердого члена. Челюсти Влада напряглись, он закрыл глаза, ощущая мой оргазм, и стал все сильнее и настойчивее двигаться. Спустя пару минут он излился в меня с хриплым стоном и опустил голову мне на грудь.

Мы были мокрые и полностью измотанные, но мы все еще одно целое! Я понимала, что не хочу разлуки с ним, просто не вынесу этого снова. Через пару недель я должна была улететь с отцом в Штаты, и это разрывало в клочья мою душу. Возможно, я должна была сказать об этом Владу, но что-то сдержало меня.

Ты в порядке? – лаская мою шею своим дыханием, спросил он. Я согласно кивнула головой, не в состоянии посмотреть на него.

Я не уверен, Виктория, ты снова лжешь!

Влад отошел от меня, внезапно разорвав наш обоюдный контакт. Не отрываясь, я смотрела на него, наблюдая за тем, как он натягивает боксеры, а затем и брюки. Вытащив белоснежный платок из кармана, он подошел ближе и коснулся меня в самом потаенном местечке, делая это настолько нежно, что по моему телу снова пробежала дрожь. Он насухо вытер меня между ног и выкинул платок в мусорное ведро.

Я чувствую, что тебя что-то беспокоит, но не могу понять, что именно, – проговорил он, не сводя с меня глаз. – И я предпочел бы, чтобы ты поделилась со мной, – его голос звучал уже более жестко.

Влад поднял с пола мои трусики и сжал их в кулаке, затем подошел ко мне и, опустившись на колени, натянул их на меня. В кабинете воцарилась полная тишина, пропитанная сомнением и печалью. Он осторожно взял в руки платье и протянул мне.

Что будет с нами теперь? Какие действия будут следующими?

спрашиваю я неуверенно.

Я хочу, чтобы ты стала доверять мне, – негромко сказал Влад.

Не спеша я натянула на себя платье. Я видела в его глазах боль вперемешку с желанием помочь нам обоим. Влад смотрел так, словно я теперь смысл всей его жизни, кислород, без которого он не выживет. Когда он стал таким по отношению ко мне? Ведь это не обман моего зрения? Я приблизилась вплотную к нему, стоящему около стола.

Просто поцелуй меня, прошу… Прямо сейчас я снова нуждаюсь в тебе.

Влад поднял руку к моему лицу и погладил пальцами щеку. Его теплое дыхание смешалось с моим прерывистым, влажные губы накрыли мои нежно и волнующе. Словно это наш последний поцелуй, а впереди разлука длиною в вечность… Я с силой обняла его, боясь, что если отпущу, то он исчезнет из моей жизни. Я столько раз разочаровывалась в нем, выплакала море слез от безысходности. Какой же жалкой я была когда-то… и несчастной. И только теперь, когда он вновь рядом, я чувствовала его настоящим, реальным. Я не хотела терять Влада, потому что без него я не смогу наслаждаться жизнью, не смогу дышать, мыслить! Мне было трудно признать это, но он – моя любовь, моя жизнь.

Виктория, сладкая моя девочка, – прошептал он сквозь стиснутые зубы, – я не отпущу тебя. Я не хочу оставаться без тебя. Каждый день без тебя – пытка.

Влад легонько встряхнул меня за плечи, заставляя смотреть в его глаза:

Ты не уйдешь! Ни в этот раз, Виктория, никогда больше! Ты меня слышишь?

Я приподнялась на цыпочках и прижалась губами к его губам. Он крепко обнял меня, вдыхая запах моих волос.

Кто я для тебя? – спросила я шепотом. – Все еще средство для мести?

Влад вздрогнул и отстранился.

Ты даже и представить не можешь, что ты значишь для меня! – он виновато смотрел и пытался еще что-то добавить, но звук телефонного звонка вырвал нас из эйфории.

Влад Еремеев слушает, – в трубке отчетливо слышался мужской голос, но, к сожалению, я не могла разобрать смысла слов.

Влад бросил взгляд на часы на своем запястье, после чего медленно отошел от меня в сторону. Я задрожала, обняв себя руками, скучая по его теплым объятиям. Влад ничего не говорил, лишь внимательно выслушивал своего собеседника, иногда произнося «да» или «нет». Закончив разговор, убрал телефон в карман брюк. Он все еще стоял спиной ко мне, склонив голову. Мышцы его плеч были сильно напряжены, а дыхание стало хриплым и прерывистым. Одну руку он сжал в кулак, и я заметила гнев в его глазах.

Влад резко обернулся ко мне, его глаза сверкали яростью, а подбородок был сильно напряжен. Что-то явно произошло, но что?

Я должна уйти. Меня уже наверняка ищет сестра.

Я двинулась в сторону двери, но Влад оказался быстрее.

Ты не уйдешь. Я сделаю все, лишь бы удержать тебя рядом.

Своими большими теплыми ладонями он обхватил мое лицо, и его взгляд встретился с моим.

У клуба заметили машину твоего отца, мой охранник предупредил меня.

Я вновь напряглась и отскочила от Влада.

Что? Здесь мой отец?! Ты хоть представляешь, чем все это может закончиться? Я не могу здесь больше оставаться и не хочу подвергать нас опасности!

Я сделала несколько шагов к двери, но Влад ухватился за мою руку.

Твой отец больше не будет нашей проблемой. И он не встанет на моем пути, это я тебе гарантирую.

Мой мозг начал усиленно работать, пытаясь связать все воедино. Я не могла в тот момент подвергать Влада опасности. Он и так в свое время натерпелся от моего отца. И ко всему прочему я не хотела вражды между ними. Поэтому я и приняла решение, как бы плохо мне после этого ни было.

Дело не только в моем отце, Влад. Я ухожу. И это мое решение.

Ошибаешься! У меня достаточно способов защитить нас, наши отношения. И ты никогда не будешь принадлежать другому, как бы твой отец ни хотел этого!

Я затихла, оглушенная этим заявлением.

Я не стану так рисковать тобой, нами.

Я коснулась руки Влада, убрав ее от дверной ручки. Приоткрыв дверь, вышла в темный коридор, затем остановилась и посмотрела через плечо. Мое сердце заныло от боли, когда я увидела горечь в его глазах.

Я никогда не сдаюсь, Виктория. Я был твоим первым мужчиной, сладкая, им и останусь.

Я слышала, как кулак Влада обрушился на дверь рабочего кабинета в тот момент, когда побежала вниз по лестнице. Мои глаза заволакивали слезы, а тело казалось тяжелым, как свинец. Все же было хорошо и размеренно, пока он, мой сумасшедший любовник, вновь не ворвался в мою жизнь. Я была опустошена, но я справлюсь! Все преодолею, просто должна это сделать… я продолжу жить без него, хоть и оставила частичку души там, где был он.

Мать твою, Виктория, ты ошалела? – Алиса подлетела ко мне, чуть не сбив с ног. – Ты вообще в курсе, что нас ищут люди твоего отца?

Я остановилась и прижалась спиной к стене.

Только не говори мне, что он все знает!

Сестра схватила меня за руку и потащила сквозь кричащую толпу молодежи.

Естественно нет! – зачастила она. – Я сказала, что тебе нехорошо, и что ты в дамской комнате!

Что? Мне нехорошо? – я удивленно посмотрела на сестру.

Ага. А ты хотела, чтобы я сообщила ему правду? Ты перепила шампанского, дорогая! Ты меня поняла? – Алиса растянула губы в озорной улыбке. – И еще, ты должна… нет, ты просто обязана рассказать мне, как все прошло. Пойдем, он ждет нас на улице.

Я со страхом вышла из клуба. Внедорожник отца стоял на противоположной стороне дороги. Я попыталась взять себя в руки, сосредоточиться, но у меня ничего не выходило. Мои мысли были заняты Владом. Я оглянулась и посмотрела на окна верхних этажей. Видит ли он меня сейчас? Смотрит ли мне вслед? Алиса постоянно дергала мою руку, пытаясь тем самым спустить меня с луны на землю.

Дорогая, ты кажешься напряженной, – заметил отец, подойдя к нам. Он пытался уловить мой взгляд, потом одной рукой обнял меня и заглянул в лицо.

С тобой все в порядке? – спросил он тревожно.

Дядя, все отлично, я тебя уверяю, – вмешалась Алиса. – Мы лишь немного переборщили с шампанским.

Черт, она как всегда пыталась выгородить меня. Отец открыл для нас заднюю дверь машины, приглашая внутрь. Я заняла свое место и отвернулась к окну, прикусив губу, потому что просто не в состоянии была отвечать на чьи-либо вопросы и говорить вообще. Моя голова кружилась, и тошнота вернулась вновь.

Останови машину, папа, – дрогнувшим голосом попросила я, чем, по всей видимости, удивила его. – Папа, пожалуйста, останови эту гребаную машину! – закричала я на отца, чего никак не хотела.

Он выругался сквозь зубы, утратив свое спокойствие, но все же съехал с проезжей части. Я тут же выскочила из машины, пытаясь успокоить свое дыхание, но это абсолютно не помогло, и меня вывернуло. Рвота никак не прекращалась, и я чувствовала себя опустошенной и униженной.

Боже, детка моя, что случилось? Сколько ты выпила, Викто– рия? – отец подошел и присел передо мной на корточки. Он обнял меня за плечи, в голосе слышалась плохо сдерживаемая тревога. – Как ты могла так перебрать? Ты пугаешь меня.

Я повернулась к отцу и подала ему руку, с трудом подыскивая слова, способные передать то, что творилось сейчас со мной.

Не волнуйся, папа, мне уже лучше, и я хочу домой.

Да-да, милая, давай я тебе помогу, – он взял меня под руку, и мы побрели к машине.

Господи… ты в порядке, Виктория? – почти шепотом произнесла Алиса, когда я села рядом с ней.

Я с трудом покачала головой:

Нет. Я не уверена…

Она наклонилась ко мне и прошептала на ухо:

Могу поклясться, что дело не в одной порции выпитой текилы. И это пугает меня, Виктория!

Мои щеки залились жаром смущения, а сестра изучала меня пристальным взглядом.

Дома поговорим, хорошо? – я ощущала противную сухость во рту.

Как скажешь! – произнесла Алиса и оставила меня в покое.

Я смотрела на звездное небо через окно ванной комнаты, пока моя огромная ванна наполнялась водой. Я старалась выкинуть из головы события прошедшего вечера, не вспоминать его голос, лицо и хищный взгляд, но образ Влада стоял передо мной. Воспоминания о его страсти, о поцелуях надежно запечатлелись в моей голове, в моем теле.

Твоя ванна уже наполнилась до краев, – я оглянулась – Алиса стояла в дверном проеме и бросала на меня озадаченные взгляды.

Я подошла к ванне и закрыла кран. Добавила несколько капель эфирного масла лаванды в воду, сбросила с плеч шелковый халат и погрузилась в спасительное тепло, закрыв глаза от удовольствия и откинув голову на спинку ванны.

Не думаю, что ты в порядке, Виктория. Не хочешь поговорить?

Я услышала ее шаги. Сестра подошла и присела на корточки перед ванной, опустила руку в воду и начала брызгать на меня.

Только не говори мне, что ты залетела! Ты в последнее время часто сообщаешь мне о своем странном недуге, разве не так? Постоянно говоришь, что тебя мучает тошнота.

Я открыла глаза и повернула голову к Алисе:

Я не исключаю этого, мы не предохранялись.

Что? – она распахнула глаза и схватила меня за плечо. – Бог мой, Виктория, мы что, живем в гребаном пятнадцатом веке?! И ты не знаешь, что взрослые девочки способны забеременеть от взрослых мальчиков?

Не выноси мне мозг, – зашипела я, закрыв глаза, и погрузилась с головой в воду. Хрупкие, но сильные руки сестры вырвали меня из расслабляющей неги.

Ты что, хочешь захлебнуться? Охренеть! – Алиса трясла руками, разбрызгивая воду.

Нет, я просто пытаюсь расслабиться, в чем ты мне определенно мешаешь.

Ну уж нет, я не дам впасть тебе в депрессию. И не допущу, чтобы ты стала матерью-одиночкой. Даже не мечтай. И еще, я звоню ему!

Я резко подскочила в воде:

Ты что, очумела? Не нужно этого делать, да я даже не уверена в том, что могу быть в положении. Возможно, это просто усталость.

Ага, вот и прекрасно! Заодно и разберетесь, усталость это или беременность, – не оборачиваясь, Алиса вышла из ванной комнаты.

Чертова стерва!

А как же отец? Что по поводу охраны? – крикнула я ей вслед.

Дядя уехал, его не будет до завтра. А с охраной я разберусь, – последние слова она произнесла, уже сбегая по лестнице вниз.

Я надела наушники и закрыла глаза, погрузившись по плечи в воду. Успокаивающие мелодии в исполнении Троя Сивана заполнили мой слух, и я почувствовала, как напряжение и беспокойство медленно растворяются в тепле. Я не была уверена, что сестра сможет дозвониться до Влада, и этим успокаивала себя…

Внезапно я резко распахнула глаза. Ох, да я уснула? Вода уже стала прохладной, и мне было неуютно.

Влад тряс меня за плечи:

Малыш, все в порядке?

Я уставилась в ярко-голубые глаза, в которых плескались страх и отчаяние. Моргнула несколько раз, пытаясь убедиться, что Влад действительно здесь. Меня вновь окутал его аромат, разбудив во мне желание и потребность в нем. Он стоял на коленях перед ванной, опустив руки в воду, и поглаживал мою грудь. Внезапно Влад резко встал и без предупреждения подхватил меня на руки, крепко обняв и прижав мое мокрое тело к своей груди. Глубоко вздохнув, он прикоснулся к моим волосам и убрал их с лица.

Со мной все в порядке, – прошептала я, – не стоит беспокоиться.

Страх в его глазах постепенно сменялся облегчением:

Это правда, сладкая? Ты беременна?

Влад взглянул на Алису и тут же перевел взгляд обратно. Мои губы чуть вздрогнули.

Я не уверена… не знаю, что и сказать… Возможно.

Я нервно моргнула, боясь, что он явно не придет в восторг от такой новости. Влад повернулся, взял с комода большое белое полотенце и быстро завернул меня в него. Стало так приятно от прикосновения его рук к моей коже… Затем он подхватил меня на руки.

Его челюсти были сжаты, во взгляде застыло решительное выражение, и когда он направился к двери со мной на руках, я поняла, что его уже ничто не остановит.

Где ее комната? – непоколебимым тоном спросил Влад у Алисы, которая предпочитала пока стоять молча.

Я прикусила губу и не могла отвести глаз от любимого. Мне было интересно, о чем он мог думать. Алиса вышла первой и повела нас по коридору до двери моей комнаты. Приоткрыв дверь, зашла внутрь и включила свет.

Оставь нас! – приказал Влад.

Сестра метнула растерянный взгляд на меня, затем снова на Влада, и поспешила к выходу, тихо закрыв за собой дверь. Он уложил меня на кровать, встал рядом и уставился на меня. Я начала ерзать под его пристальным взглядом, когда он прошелся пылающим взором по каждому сантиметру моего тела. Хоть и была завернута в полотенце, но я могла чувствовать, как его глаза обжигают меня через махровую ткань. Наконец он нагнулся и присел на край кровати, положив руку на мое плечо.

Ведь ты не предохранялась, Виктория. Может ли это означать, что мы скоро станем родителями?

Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями. Рука Влада скользнула по моей груди, своей огромной и теплой ладонью он сжал ее.

Не молчи, малыш!

Пальцами он дотронулся моих губ и нежно прошелся по ним.

Я должна сделать тест на беременность, и только потом будет все ясно, – собравшись с духом, выпалила я. – Но это вовсе не означает, что ты должен заботиться о ребенке. Я не стану обременять тебя всем этим, – я показала на живот. – Я сильная и справлюсь сама!

Не дав мне договорить, Влад сорвал с меня полотенце и накинулся на мое тело, будто хищник. Он запрокинул мои руки за голову и начал тяжело дышать.

Повтори! Что ты только что сказала? – он наклонился ближе к моему лицу и сфокусировал взгляд на мне. – Ты на самом деле такого идиотского мнения обо мне? Неужели ты действительно думаешь, что я смог бы отказаться от своего ребенка?

Мне стало стыдно за свои слова, и я попыталась отвернуться от него. Ему действительно стало так тяжело от моего недоверия? Влад коснулся моего подбородка и повернул лицо так, что наши глаза вновь оказались друг напротив друга.

Мне абсолютно не нужно, чтобы кто-то указывал, как мне себя вести.

Я всегда сам принимаю решения, Виктория. И если вдруг окажется, что ты носишь моего ребенка, то, что бы ни случилось, мы будем вместе. Ты меня поняла, глупышка?

Мне жаль, я не собиралась командовать. И еще… я не хотела обидеть тебя! – я взяла руку Влада и притянула к своему животу. – Я доверяю тебе!

Потому что лю…

Он в страстном поцелуе обрушился на мои губы, нежно переходя к шее:

Не торопись произносить эти слова вслух, малышка! Я и сам давно об этом знаю. И не оставил бы тебе другого выбора. Я не делюсь тем, что принадлежит мне, сладкая. Я должен встретиться с твоим отцом, думаю, теперь между нами разговор неизбежен. И поверь, ему очень не повезет, если он вдруг откажется меня выслушать.

От последних слов Влада у меня дрожь прошла по всему телу. Меньше всего я хотела тех мерзких разборок между двумя мужчинами, которые могли бы начаться. Во Владе явно есть некая доля безумия, что может быть опасным для его недругов. Ну почему так сложилась наша судьба? Почему два самых близких мне человека – враги?

Я прошу, Влад, обещай мне, что ваша встреча с моим отцом не закончится печально.

Печально?! – он начал громко хохотать. – Ты совсем недооцениваешь меня, да?

Влад взял мою руку и переплел наши пальцы. Мне очень захотелось отвлечься. Я опустила глаза и подумала о том, что он и есть тот человек, который способен унести мои мысли в другую реальность. Только он умеет заставить меня почувствовать себя особенной. И только с ним я становлюсь совершенно другой женщиной, беззаботной и, главное, влюбленной.

О чем задумалась, сладкая? – его взгляд выражал нежность, и в то же время это был взгляд собственника.

Я приподнялась и потянулась к нему. Притянув в свои объятия, поцеловала его такие сладкие и такие совершенные губы, застав врасплох. Влад тут же схватил меня, погрузив пальцы в мои мокрые локоны, удерживая меня на месте. Он впился своим жадным ртом в мои губы. Затем прижался губами к моей шее и провел языком по коже до уха, пробуя меня на вкус.

Твое тело никогда не обманывает тебя, милая. Оно самое прекрасное и желанное, – Влад слегка отстранился, схватил край пуловера и стащил его с себя.

Боже, какой ты секси… Хочу облизать всего тебя, каждую частичку твоего крепкого тела, – вырвалось из меня.

Влад замер от услышанного и лукаво улыбнулся:

И у тебя будет эта возможность, милая!

Я вцепилась в простыни, чтобы не наброситься первой. Вне всяких сомнений он – мужчина-загадка! И будет всегда очаровывать и удивлять меня, и никогда не сможет мне наскучить.

В одну секунду любимый расправился со своими джинсами, за которыми последовали и боксеры. Кровать прогнулась, пока он продвигался ко мне. Нежно раздвинув мои бедра, он устроился между ними, не сводя глаз с моего лица. Его рука скользнула вниз между нашими телами, он взял в руку свой член и направил его к моей влажной промежности.

Возьми меня любым способом, так, как тебе хочется… но только скорее, прошу! – моему терпению пришел конец, и я начала извиваться под грузом его совершенного тела.

Моя нетерпеливая девочка, – прошептал Влад. – Сегодня я буду нежным с тобой, мое сокровище.

Он с жадностью ласкал мою грудь, отчего внизу живота начало зарождаться напряжение, посылая дрожь удовольствия по всему телу.

Влад, – простонала я, – прошу, войди в меня!

Он усмехнулся, и этот хриплый смех прозвучал очень развратно, но в тоже время чарующе.

Как пожелаешь, малыш, – одно его движение бедрами – и он оказался во мне.

А теперь начинай двигаться, или потеряешь свои баллы, любимый! – языком я прошлась по его щеке. Мое сердце готово было вырваться наружу от взгляда, которым скользнул по мне Влад.

Когда ты успела стать такой ненасытной, сладкая? Это все гормоны, да?

Он взял меня за бедра и начал входить в меня все интенсивнее, рыча от удовольствия. Я громко стонала и кричала, и мне было наплевать, что нас услышат.


Глава 12

На следующее утро я резко проснулась от чьих-то криков. С трудом открыв глаза, сразу же заметила две вещи: я до безумия удовлетворена после нашей ночи с Владом, и мы все еще лежим вместе, обнявшись. Влад по-хозяйски положил руку мне на живот, прижав своей властной ладонью. И прежде чем я успела обеспокоиться вопросом, что до сих пор он делает в моей постели, до моих ушей долетел звон разбитого стекла и истеричный голос отца вперемешку с маминой мольбой. Что она делает в Питере? Когда успела прилететь? Мир остановился в тот момент, когда распахнулась дверь комнаты и отец с грозной физиономией застыл на пороге.

Влад вскочил и прижал меня к груди, словно пытаясь защитить от стаи шакалов. Из-за спины отца появилась мама с явной тревогой в глазах. И в этот момент меня настигла реальность.

Что здесь происходит? – в ужасе прошипел отец. – Отвали от моей дочери, ты, чертов ублюдок!

Отец подлетел к кровати и схватил меня за руку.

Папа, ты делаешь мне больно, – задыхаясь, я безуспешно пыталась высвободиться из его захвата. Влад поднялся и оттолкнул отца от меня, защищая от его гнева своим телом.

Не трогай ее! Не прикасайся! – раздраженно заорал он.

Господи, да успокойтесь же вы, – заикаясь, сказала мама. – Ты делаешь больно своей дочери! – крикнула она к папе.

Влад! Боже, нет! – завизжала я, когда он поднял кулаки и ударил отца в челюсть, откидывая его в распахнутую дверь.

В порыве ярости отец налетел на Влада, и между двумя разъяренными мужчинами началась настоящая дикая борьба. Я едва ли могла оставаться на месте, захлебнувшись в своих эмоциях. Мое сердце рвалось на куски от того, что эти двое, самые важные мужчины в моей жизни, никогда не пойдут на уступки по отношению друг к другу.

Задыхаясь от слез, я упала на пол и потеряла сознание. Я слышала отдаленные голоса, слышала, как кричит мама, чувствовала, как она подлетела к моему обмякшему телу, но не могла заставить себя открыть глаза и произнести хоть слово.

Виктория, девочка моя, – я ощущала теплое прикосновение руки Влада, который гладил меня по щеке. Пыталась прийти в сознание, но у меня не получалось. Отяжелевшие веки не слушались импульсов мозга, и я вновь провалилась в беспамятство.

Господи, милая моя доченька, – со слезами на глазах проговорила мама. – Наконец-то ты снова с нами. Влад! – закричала она. – Виктория пришла в себя!

Я широко распахнула глаза в полном недоумении и шоке. Черт! Я в больнице? Огромная светлая комната окружала меня. Я чувствовала что-то мешающее и неприятное в своей руке. Капельница?

Что со мной? Где я? – произнесла я осипшим, дрожащим голосом. Прикосновение теплых ладоней Влада к моему лицу заставило полностью пробудиться. Мы погрузились в тишину, глядя друг на друга. Я замерла в тот момент, когда заметила слезу, стекающую со щеки любимого, но он тут же резким движением руки смахнул ее.

Оставьте нас ненадолго, – попросил он маму. Она кивнула и направилась к двери больничной палаты, захлопнув ее за собой.

Влад взял мою руку и поднес к губам:

Я так испугался за тебя, детка!

Почему я здесь? Что произошло?– спросила я.

Ты ничего не помнишь? Совсем?

Я помню ссору, которая разразилась между вами, и я … – он не дал мне договорить, накрыв мои губы своими.

Шшш, тихо, тихо, успокойся, Виктория, – умолял Влад. – Тебе нельзя нервничать. У тебя случился нервный срыв. По крайней мере, нам так сказали врачи. За последнее время, – шептал он, и в его голосе слышалась грусть, – слишком много всего произошло. Ты многое перенесла. И твоя нервная система дала сбой, малышка.

Влад протянул руку к моей голове и убрал волосы с лица. Взгляд родных голубых глаз как будто проникал под кожу, отчего мое тело покрылось мурашками.

Влад сделал глубокий вздох и продолжил:

Между нами состоялся разговор. Твой отец и я, мы кое-что обсудили.

Что? – я пыталась привстать с кровати, но Влад не дал мне этого сделать. Он с нежностью дотронулся до моих плеч и уложил обратно.

Тихо, малыш, не делай резких движений. В какой-то степени он прав, Виктория. Я поступал с тобой не лучшим образом. Черт… Я чудовище. И по моей вине ты сейчас не та, кем была раньше! Ты понимаешь меня? Я сделал это с тобой. Заставил пройти через весь этот ад.

Мы ничего не можем изменить, Влад, – сказала я, сжимая его руку. – Я другая, ты прав, я изменилась. Но я не смогу уже без тебя! – Мне больно, малыш, когда я смотрю на то, что сделал с тобой. Я не могу больше так. Твой отец прав, я не должен губить твою жизнь. Мне тоже нелегко, пойми.

Ты отказываешься от меня?

Мое сердце не способно было вынести еще больше страданий. Но неужели он не понимал, что если оставит меня, то причинит куда большую боль, чем сейчас? Я отвернулась к окну и погрузилась в тишину. В течение нескольких минут Влад молча изучал меня, поглощая своим взглядом.

Ты знаешь обо мне все, – я прервала наше молчание. – Ты знаешь о моих нуждах лучше, чем кто-либо другой. И ты вот так просто решил сдаться?

Влад замер от моих слов, его плечи напряглись.

Я уже и сам не уверен в том, куда заведет нас наша страсть, Виктория! Ты многого не знаешь обо мне. Я вовсе не положительный герой из твоей сказки, – произнес он более холодным тоном.

О чем ты говоришь?

У тебя все еще есть семья, люди, которые любят тебя, заботятся! Если ты останешься со мной, тебе, вероятно, придется вычеркнуть их из своей жизни. Не думаю, что ты готова сделать такой шаг. В отличие от тебя я понимаю, что значит быть лишенным своих родителей.

Я удивленно смотрела на него и не узнавала того Влада, который был со мной.

Почему ты говоришь о каком-то выборе? Они – мои родители, ты – любимый человек!

Мои щеки покраснели от подобных признаний, и я закрыла глаза. Влад наклонился к моему лицу и поцеловал меня в лоб, затем его губы скользнули по щеке и добрались до рта. Он с необыкновенной нежностью прикасался к моим губам, целуя, будто в последний раз, словно прощаясь со мной.

Я могу не оставить тебе выбора, глупенькая, – шептал он в мои полуоткрытые губы.

В тот момент, когда до меня дошел смысл сказанных слов, я оттолкнула его от себя. Во мне кипели злость и разочарование.

Пошел к черту! Ты использовал меня! Я изначально была лишь орудием для мести, ты и не хотел большего от меня. Убирайся вон!

завизжала я.

Вот и отлично, малышка! – Влад отошел от моей кровати и направился к двери. Не оборачиваясь, тихо, почти шепотом произнес:

Не забывай! Я всегда рядом, словно твоя тень.

И прежде чем я успела произнести хоть слово, он исчез за закрытой дверью.

На следующий день после выписки из больницы я сидела в своей комнате и ожидала разговора с отцом. В руках я держала дневник Влада. Каждый раз, когда мне становилось слишком плохо, я пролистывала его, и меня это, кажется, успокаивало. Я не задавалась больше вопросом, почему он покинул меня, просто взял и вычеркнул из своей жизни, как ненужный элемент. «Я ни за что не поверю в то, что он не имел ко мне чувств! Они есть, они никуда не делись!» – проносилось в моей измученной голове.

Милая, если ты не готова, мы можем отложить наш разговор, – папа зашел в комнату, держа бокал, до половины наполненный коньяком. Я потянулась к комоду и положила сверху свою любимую тетрадь. Отец во всей своей красе предстал передо мной и опустился на колени перед моим креслом. Я смотрела на его недовольное лицо, когда он увидел дневник Влада.

Пора прекратить это! – отец указал пальцем на тетрадь. – Как ты можешь подвергать себя такому? Ты никак не отпускаешь свое прошлое, Виктория, нанося тем самым повторные удары самой себе.

Прости, что? – я снова приняла безразличный вид. – Папа, мы вроде бы хотели поговорить.

Знаешь, детка, – сказал он, – насколько это было ничтожно и отвратительно – бездейственно сидеть и ждать, что же последует за его приказами. Переживать убийственные мысли о том, что он вытворяет с тобой в тот момент, пока я тупо сижу в своем чертовом рабочем кабинете. И жду!

Отец поднес бокал ко рту и выпил его залпом. Откинул его в сторону и сел на пол, прислонившись спиной к кровати.

Виктория, и после всего этого ты станешь утверждать, что любишь его?

Ты совсем его не знаешь, папа! – твердо произнесла я.

А ты? Настолько хорошо успела ты его изучить? – прошипел отец сквозь стиснутые зубы. – Избалованный жизнью мальчишка! Я никогда не приму его в роли твоего мужа, – повысив голос, заявил он. – Я слишком хорошо знаком с тем, как он обращается с женщинами! Как он обращается с тем, что проходит через его жизнь. И неужели ты думаешь что я буду сидеть сложа руки и наблюдать за тем, как этот больной ублюдок ломает тебя, ломает твою жизнь? Я прищурила глаза и резко выдала:

Точно так же, как и он когда-то наблюдал за тобой! На протяжении всего своего детства он был невинным свидетелем крушения их поезда под названием «семья», папа.

Что? – закричал отец, со злостью хватая запястье моей руки. – Остановись, Виктория, лучше остановись! Я не стану обсуждать это с тобой, – поморщился он, скрестив на груди руки.

Серьезно? Тогда какие же выводы ты можешь сделать о нем, учитывая то, что сам когда-то отличился?

Ты что, действительно утверждаешь, что он настолько хорош? – издевательски засмеялся отец. – Это смешно, Виктория. Ну же, давай, расскажи мне, ведь он наверняка заставлял тебя страдать. Что он вытворял с тобой?

Прекрати! Я не буду отвечать на дурацкие вопросы. Ты даже не попытался узнать, понять, что он может чувствовать!

Не отрицай, детка. Я знаю, что ты многое скрываешь. И поверь мне, действительно лучше не слышать той правды. И еще, ты обязана знать, Виктория: мы с Владом заключили что-то вроде пари.

Пари? Какого черта, папа!

Он теперь и близко не подберется к тебе. Я обещал ему кое-что. – Кое-что? – я удивленно вскинула брови.

Я больше не встречаюсь со Светланой, его матерью. Я обещал ему, что оставлю ее в покое. Я многое понял, и знаю, что семья превыше всего.

Это низко, папа, заключать пари у меня за спиной, не находишь?

Виктория, он был не против вычеркнуть твое имя из своих списков, так что подумай еще раз!

Ты лжешь! Я тебе не верю.

Прости, но у меня не было другого выхода, так же как, собственно, и у Влада.

Ты заставил его отказаться от меня?

Не думаю, что смог бы это сделать. Он все сам решил, причем добровольно.

Уходи, папа, – я поджала ноги к груди и опустила голову, пряча выступившие слезы.

Ты не поймешь меня до тех пор, пока сама не окажешься в подобной ситуации, милая. Когда у тебя будут свои дети, уверен, что ты на многое пойдешь ради их счастья. Так поступил и я, – отец поднял с пола пустой бокал из-под коньяка и подошел к двери.

Мы не выбираем, папа, тех, в кого влюбляемся, – произнесла я на одном дыхании. – Тебе ли не знать!

Он обернулся и жалостливо посмотрел на меня, потом молча вышел, оставив дверь приоткрытой. Горячие сердитые слезы потекли по моим щекам. Двойное предательство! Со стороны родного отца и любви всей моей жизни. Как они могли так низко поступить со мной? Несправедливость всего этого вымотала меня, я снова ощутила знакомое чувство тошноты. Комната стала вращаться перед глазами, полными слез. Я упала на кровать и закрыла глаза, сворачиваясь в клубок.


Глава 13

Шесть месяцев спустя. Лондон.

Эй, какое тебе больше нравится? – спросила я Алису и вытянула из гардеробной два платья. – Черное? Или вот это красное? Сестра закатила глаза, недовольная моим выбором одежды.

Послушай, дорогуша, это всего лишь собеседование. Они оба чересчур откровенные, – она указала пальцем на мой выбор.

Да ты просто стерва, – прошипела я. – У меня через два часа встреча с гендиректором охрененно крупной компании Великобритании. Неужели ты думаешь, что я нацеплю на себя юбочку в складочку, скрывая свои коленки?

Будь серьезнее. Ты идешь туда не для того, чтобы продемонстрировать свои коленки, – Алиса подошла ко мне и прикоснулась к моему лицу своими миниатюрными пальчиками. – Я уверена, сестренка, ты получишь эту работу. Ты просто идеально подходишь им.

За последние полгода я перебрала множество различных экономических фирм и компаний, но как-то все не везло. И как же я была счастлива, когда буквально пару дней назад получила положительный ответ от известной корпорации «Бритиш Петролеум». Отца я так и не смогла обрадовать тем, что займу место главного экономиста в его компании, и он со временем перестал настаивать на этом, чему я была несказанно рада.

Вот уже несколько месяцев Алиса жила со мной, в моей квартире на Оксфорд-стрит. Она была для меня как лучик в моем темном царстве. В очередной раз сестра помогла мне справиться с моим недугом под названием «Влад Еремеев», и с тех пор всегда рядом, поддерживая меня во всем. За последнее время она превратилась из разгульной девчонки в успешного энергичного агента по дизайну мебели в стилях рококо и барокко. За те месяцы, что мы жили вместе, мы стали намного ближе друг к другу, и она не особо церемонилась со мной. В данный момент я была ошарашена тем, что она роется в моем гардеробе и подыскивает что-нибудь на свой вкус.

Вот! Надень это, – Алиса кинула мне кремовую шелковую блузку и приталенную юбку-карандаш.

Зря стараешься, – я швырнула назад вещи, которые она выбрала для меня. – Даже и не думай! Я уже сделала свой выбор и решила надеть вот это маленькое черное платье.

У тебя собеседование в одной из крупнейших компаний страны, а не в морге! И ради бога, добавь немного цвета.

Без обид, дорогая. Но я не надену то, что ты мне выбрала. А теперь брысь с дороги, я и так уже опаздываю.

Я немного съежилась, думая о том, что ждет меня сегодня после обеда. Смогу ли я устроить шефа этой чертовой «Бритиш Петролеум»? Собрала густую копну своих волос в тугой хвост, нанесла легкий макияж. Вуаля! Я была готова. Мое черное платье вовсе не мини, но в то же время прекрасно демонстрировало красивые коленки. В комплект к платью шли бежевые лакированные туфли на шпильке и клатч в таком же теплом тоне. Я сделала глубокий вдох и вышла из комнаты.

Ни фига себе цыпа! – восторженно закричала Алиса, подлетела ко мне и шлепнула по заднице. – Иди и покажи им всем, тигрица, на что ты у меня способна!

Я с каким-то странным предчувствием вышла из дома и вызвала такси. Остановившись перед главным входом в компанию «Бритиш Петролеум», вгляделась в свое отражение в черном зеркальном стекле. А может, Алиса была и права, когда предлагала мне что-нибудь поскромнее? Мне стало немного не по себе, у меня странное ощущение дежавю. Будет ли мой визит сюда особенным? Но в любом случае я желала, чтобы все прошло удачно!

Наконец передо мной открылись стеклянные раздвижные двери, и я вошла в шикарный холл, практически сразу заметив лифты. Доехала на нужный мне этаж и, когда двери лифта распахнулись, оказалась в огромном офисном пространстве с высоким потолком. Объединенная рабочая зона была образована из плотно стоящих рядом кабинок. В мой обзор попало множество людей в возрасте от 25 до 40 лет. Я испытала легкий шок, когда заметила, насколько они все взаимосвязаны между собой. Должно быть, у них дружный коллектив. Строгий вид одежды служащих просто кричал о хорошем вкусе и отличной дисциплине здесь, в офисе. Разглядывая огромных размеров помещение, я нашла взглядом стойку ресепшен.

Вы, вероятно, Виктория Воронова? – улыбаясь, спросила девушка-секретарь, занимающая место за огромным стеклянным столом.

Да, именно! – я протянула ей свою правую руку, приветствуя. – У меня назначено на сегодня собеседование с мистером Стоуном.

Я улыбнулась, надеясь, что со стороны было незаметно, насколько сильно я нервничала.

Проходите, пожалуйста! – сказала девушка с типично британским акцентом, вышла из-за стола и жестом показала мне на стеклянную раздвижную дверь. – Майк Стоун ждет вас в своем кабинете, – кивнула она в сторону стеклянной двери.

Прежде чем я успела поднести руку к ручке двери, она открылась автоматически. Я зашла внутрь и сразу же уперлась взглядом в большое панорамное окно, перед которым стоял стеклянный стол. За ним сидел, вероятно, сам Майк Стоун. На вид мужчине было примерно 35–40 лет, и про себя я отметила, что он слишком молод для гендиректора такого известного предприятия.

Незнакомец встал из-за рабочего стола и направился в мою сторону. Он был одет в черный строгий костюм. Белоснежная сорочка в сочетании с тонким атласным черным галстуком выглядывала изпод явно сшитого на заказ костюма.

Ах, Виктория, – произнес он несколько неофициально, словно мы старые друзья. – Проходи, пожалуйста! Кофе? Или предпочитаешь английский чай?

Не откажусь от чашечки двойного эспрессо, если это возможно! – так же неофициально ответила я. – И да, рада нашему знакомству, мистер Стоун.

Он взял мою ладонь своими огромными и приятно мягкими пальцами.

Ты можешь обращаться ко мне по имени, Виктория. Этого вполне будет достаточно.

Майк изучал меня взглядом, и я чувствовала себя не совсем удобно. Затем, все еще не выпуская моей руки, он подвел меня к рабочему столу и выдвинул с обратной стороны белое кожаное кресло.

Прошу, Виктория, присаживайся, – пригласил он и нажал на кнопку, вмонтированную в рабочий стол, связываясь с личным секретарем из приемной.

Два двойных эспрессо, будь так любезна, – обратился он к девушке.

По электронной почте мы получили твое резюме, – сообщил Майк, не отводя от меня пристального взгляда. – И знаешь, оно превосходно! Как такового опыта работы у тебя нет, но твои дипломы говорят о том, что ты, возможно, станешь отличным специалистом в области экономики нашей нефтяной корпорации.

Спасибо, Элизабет, – поблагодарил Майк секретаря, которая принесла нам две чашечки с ароматным кофе.

Наш разговор длился около сорока минут. Обсудив важные вопросы, Майк спросил заинтересованным тоном:

Ну, что скажешь? Ты заинтересовалась работой?

Вне всяких сомнений, – ответила я.

Ну что же, я думаю, мои компаньоны не разочаруются в тебе. Более подробную информацию тебе предоставит гендиректор, мистер Еремеев. В данный момент он отсутствует. Но, думаю, уже завтра будет готов тебя принять. Сегодня он должен вернуться из деловой поездки из Нью-Йорка.

Твою мать! Я молилась, чтобы Майк не почувствовал моего сердцебиения или того, что уже несколько секунд я практически не дышала. И мне явно не послышалось, что он упомянул имя Влада. Да, вот уж действительно, это один из моментов, когда судьба в очередной раз со всего размаху ударила меня кулаком в лицо. Зачем я вообще пришла сюда? Теперь я начала жалеть о том, что оказалась здесь. На мгновение заметила, что Майк поднял брови и изучает выражение моего лица.

С тобой все в порядке, Виктория? – глядя на меня с улыбкой, поинтересовался он.

Я поджала губы, но все-таки ответила:

Все в полном порядке! И еще раз благодарю за эту встречу.

Ну вот и отлично! Пойдем, я провожу тебя до лифта.

Все сотрудники смотрели с интересом, когда мы с Майком вышли из его рабочего кабинета и направились к лифтам. Он нажал кнопку вызова на панели.

Ну что же, тогда увидимся через пару дней, – проговорил Майк в тот момент, когда лифт оповестил о своем прибытии на этаж.

Да, конечно, – мы пожали друг другу руки, и я повернулась к двери лифта. Ослепленная эмоциями и полностью сбитая с толку, я шагнула в открытое пространство кабины, не заметив человека, пытающегося выйти из нее. Меня отбросило назад после столкновения с мощным мужским эквивалентом, твердым, как кирпичная стена.

Извините, сожалею, – услышала я голос над моей головой.

Надеюсь, я не сделал вам больно? – произнес человек-стена.

Наконец его взгляд упал на меня, а я в свою очередь внимательно разглядывала его. Красивое скульптурное лицо, короткая копна темных волос и легкий намек на трехдневную щетину на подбородке дополняли его образ. Но пара темных очков, сидящих на прямом носу, скрывала от меня его глаза. Через несколько секунд мужчина снял очки, и я увидела его голубые глаза, чистые, как небо, но холодные, как лед. Я каждый чертов день на протяжении шести месяцев сходила по ним с ума. И вот сейчас Влад стоял передо мной и сверлил меня своим непобедимым, хищным взглядом.

Вот это сюрприз, дружище! – донеслись до меня слова Майка, но было такое ощущение, будто он где-то далеко.

Я и не думал, что получится так быстро уладить все дела.

Я ждал тебя завтра, – приглушенно сказал Майк и пожал Владу руку.

Удалось вылететь более ранним рейсом, – сообщил Влад, его глаза все еще были прикованы ко мне.

Теперь я стояла в лифте, полностью окутанная его голосом, и от каждого произнесенного им слова мое тело покрывалось мелкой дрожью. Его голос был по-прежнему грубым и властным, мускулистое тело выигрышно оттенялось плотно сидящей черной мужской сорочкой. Вот он, технический гений, владеющий крупным концерном Великобритании, где мне и посчастливилось заполучить рабочее место.

Ну вот, собственно, и он! – вмешался Майк. – Мистер Еремеев побеседует с тобой, Виктория, и введет в курс всех экономических дел нашей компании. Но думаю, мы сможем сделать это завтра, если ты не возражаешь?

Да, конечно, – пробормотала я и снова поймала на себе взгляд Влада.

Через несколько секунд створки лифта закрылись, и я прислонилась к стене изнутри. Моя грудь тяжело вздымалась, я пыталась взять себя в руки. И какого черта я теперь должна делать, задала сама себе вопрос, на который у меня не было ответа.

Я вылетела из главного входа, тяжело дыша. Все вокруг меня вращалось, словно я находилась внутри огромного колеса. Этот город, Лондон, – одновременно лучшее и худшее место для моей панической атаки. Стараясь хоть немного вернуть себе самообладание, я несколько раз глубоко вздохнула и отошла от центрального входа в офис. Но успела сделать только пару шагов, как чья-то сильная рука остановила меня.

Виктория, прошу, подожди, – услышала я голос Влада и повернулась лицом к нему. Каким образом он так быстро оказался здесь, на улице?

Что, позаимствовал у кого-то парашют? – тихо произнесла я.

Парашютам я предпочитаю лестницы, – улыбаясь с лукавым обожанием, ответил Влад. – Но спасибо за совет! Учту на будущее.

Не могу поверить, что встретил тебя здесь.

Да, я, кажется, тоже, – встревоженным голосом сказала я, пытаясь отодвинуться от него. – Я и понятия не имела, что ты работаешь именно здесь. Но поверь, если бы я только знала об этом, то не пришла бы устраиваться сюда на работу. Думаю, что все-таки откажусь от заманчивого предложения работать здесь.

Влад сделал удивленный вид, и я заметила некое безразличие к своей персоне в его словах:

Не стоит делать поспешных выводов, Виктория. Лишь только потому, что я гендиректор этого концерна, ты не должна отказываться от должности. Я думаю, мы все неплохо сработаемся.

Ага! – я раздраженно выдавила из себя смех. Где весь тот напор? Где все его величие? Он даже не пытался флиртовать со мной. И я не видела в нем той страсти, которая когда-то была между нами.

Как вообще ты поживаешь, Виктория? – спросил Влад, положив по-дружески свою руку мне на плечо.

Мое тело вспыхнуло от его нежного и такого знакомого прикос-

новения, но в то же время я заметила, каким спокойным и нейтраль ным тоном он говорил со мной, словно мы старые друзья или одноклассники. Мы погрузились в тишину, глядя друг на друга, здесь, на тротуаре. Боже, мне хотелось себя ущипнуть, мне казалось, что это сон. Я вглядывалась в его голубые глаза и понимала, что до сих пор не ответила на вопрос.

У меня все прекрасно, – наконец подала я голос. – Но извини, я правда тороплюсь. Было крайне неожиданно встретить тебя здесь и все такое… Думаю, не нужно давать всему этому продолжение. И я постараюсь найти другую работу.

Я хотела обойти Влада, но он поймал мою руку, подталкивая снова к себе.

Может, это судьба, малышка? – Влад поднес мою ладонь к своим губам и поцеловал ее, не прерывая зрительного контакта.

Я отдернула руку, развернулась и торопливо, насколько мне это позволяли сделать мои каблуки, ушла прочь, ощущая прилив крови к лицу. Да, он остался все таким же – непостоянным во всем. Но каким бы ни был, он знал, как добраться до моего самого уязвимого места. Я перебежала дорогу в неположенном месте и все еще чувствовала его провожающий взгляд. И как же все-таки хорошо, что я знакома с этим городом, с Лондоном, потому что никак не могла ни на чем сконцентрироваться, пока шла пешком домой.

В мгновение ока, ошарашенная происходящим, я преодолела расстояние до дома. Зашла в свою квартиру, скинула с уставших ног туфли и бросила сумочку на пол. Плюхнулась с размаху на диван и устремила свой взгляд в потолок.

Алиса выбежала из ванной комнаты и, подскочив ко мне, сложила руки у себя на груди.

О, ты уже отстрелялась? Так быстро удалось обольстить шефа «Бритиш Петролеум»?

Не мели ерунду! И да, я получила там работу.

Так это же прекрасно! – восторженно вскрикнула она. – Но почему такой неудовлетворенный вид?

Ну что ты, разве так? Нет, на самом деле все прекрасно, отличная солидная компания, – произнесла я ровным голосом, – милые коллеги и просто превосходный шеф.

Но разве не этого ты хотела? – она села на край дивана и погладила меня по руке.

Ага. Но знаешь ли, просто так получилось, что шефом является сам Влад Еремеев. Его, так сказать, величество – мистер Еремеев.

Ты шутишь? И ты действительно встретила там Влада?

А я и не могла его там не встретить, – пробурчала я, – так как эта гребаная компания принадлежит ему!

Ох, да! Успокойся. Я все поняла. И не стоит повышать голос, – Алиса подняла руки и помахала ими перед моим лицом. – Наверное, это и к лучшему. Теперь, как я понимаю, вам придется работать вместе.

Я вскочила с дивана и непонимающе посмотрела на сестру.

Ты что, пропустила ту часть, где я упоминала его имя? Эта чертова компания принадлежит Владу! Ты понимаешь? Он – мой бывший возлюбленный, – заорала я. – Мой сокрушитель, так легко ушедший из моей жизни навсегда и разбивший мое сердце на миллионы мелких кусочков!

Не стоит мне напоминать, Виктория. Я вообще-то его еще помню, – воскликнула Алиса. – И знаешь, не стоит отказываться от престижной вакансии только потому, что он там – шеф!

Что?! Да это долбаное крушение поезда в замедленном действии! – продолжала я нервничать. – И насколько ты помнишь, мы не закончили наши отношения на хорошей ноте. И я тогда облажалась по полной программе, ты слышишь?

Вот и прекрасно, – сказала Алиса. – У вас снова появился шанс начать все с начала.

И в ту же секунду Алиса превратилась из доброй и понимающей сестры в строгого солдафона. Встав у меня на пути, она положила руки на бедра и окинула меня своим злющим взглядом.

Все прошедшие шесть месяцев я наблюдала, как ты сохла по нему, скучала. Ты отказываешься заводить отношения с кем-либо, потому что никто так и не смог занять его место в твоем сердце. И теперь судьба сводит вас снова, а ты желаешь послать все к черту?

Ты действительно сделаешь это?

Я посмотрела на ее разъяренное лицо и поняла две вещи. Вопервых, она, как всегда, права, и место в моем сердце будет принадлежать только Владу. И во-вторых, даже если вдруг я и откажусь от встреч с ним, то сделает ли он то же самое? Шансы на новую нашу встречу очень высоки, и я была уверена, что это беспроигрышный вариант. «Пять, четыре, три, два, один», – считала я про себя. Как ни крути, она права. И тут же слова отца всплыли в моей памяти: «Я никогда не приму его в роли твоего мужа!»

Ты хоть представляешь, Алиса, как эту новость воспримет отец? – спросила я, уже заранее зная ее ответ.

Виктория, тебе двадцать два года, черт бы тебя побрал! Ты так и будешь прислушиваться к мнению своих родителей? Ты не заметишь, как пройдет твоя жизнь, наполненная всем, чем угодно, но только не любовью. Ты что, хочешь записаться в отшельники? Тог да место в женском монастыре тебе обеспечено.

Она была права. Но меня мучила мысль: как так получилось, что, находясь в одном городе, мы ни разу не встретились? А ведь Влад обещал когда-то, что станет моей тенью. Возможно, он так качественно выполнял свою роль, что я так и не смогла его заметить.

Может, сходим куда-нибудь? – мои мысли прервал умоляющий голос сестры. – Я имею в виду – поужинаем где-нибудь.

Возможно, – согласилась я.

Ну тогда заметано! Иди, красавица, одевайся.

Через полчаса я была уже готова и спускалась по лестнице, уверенная в том, что Алиса ждет меня у выхода.

Ты анализируешь мой наряд? – поинтересовалась я, заметив сестру в полной готовности.

Алиса посмотрела оценивающим взглядом и закатила глаза:

Конечно, нет, зачем мне это?

И тут же она скорчила странную гримасу, изгибая губы и потирая подбородок указательным пальцем. На мне красовались черные кожаные леггинсы и черный вязаный свитер с изображением совы, на носу которой сидели очки. Свитер был настолько короткий, что если слегка приподнять руки, то можно было заметить мой обнаженный живот. Волосы я собрала в тугой хвост, а губы накрасила кроваво-красной помадой.

Ты уверена, что хочешь пойти в этом? – сестра указала на меня рукой. – Мы вообще-то собрались в престижный ресторан.

Я готова, пойдем!

Она скривилась, сжимая свои руки в кулачки, когда вызывала для нас такси. Мы зашли в элитный французский ресторан «Ле Каприз».

Неужели? – съехидничала я. – Это ведь любимый ресторан моего папочки.

К чему это ты, Виктория? Я тоже его люблю. Один из самых лучших в Лондоне.

Очень скоро мое настроение улучшилось, чему я чертовски обрадовалась. Мы заказали изысканное блюдо из рыбы под сливочным соусом и салат из устриц с рукколой. Когда же, наконец, с едой было покончено, мы решили выпить мартини, и наша беседа начала принимать веселый оборот. Но в какой-то момент улыбка сестры поблекла, и ей на смену пришло смущенное выражение. Я просто ненавидела подобные взгляды Алисы, потому что уже знала, что они не сулят ничего хорошего.

Виктория, – еле слышно прошептала она, – сиди на месте и не оборачивайся.

В чем дело? Ты что, призрака увидела?

Да уж, лучше бы это был призрак. Через два столика от нас сидит Влад. И он не один!

Я опустила голову и начала нервно теребить салфетку.

Ведь мы не случайно здесь? Это что, очередная подстава? Когда ты успела связаться с ним?

Лицо Алисы приобрело бледный оттенок.

Ты что, мне не доверяешь? У меня даже нет его номера, о чем ты говоришь? Ты что, не расслышала, что я сказала? Он не один, с ним какая-то долбаная модель!

Что? Он с девушкой? – я вопросительно изогнула брови.

Да, он в компании с какой-то стервой. И еще, мне кажется, он нас заметил.

Я посмотрела на сестру умоляющим взглядом.

Может, нам пора? Ты так не считаешь?

Нет, дорогая, и еще раз нет, – вполголоса ответила Алиса. – Мы должны оставаться в образе. И поверь, у меня нет ни малейшего желания сбегать отсюда! Я умираю от любопытства, чем все это закончится.

Что, в самом деле? Нет, ты определенно сошла с ума, – я закатила глаза, чувствуя себя неловко и настороженно.

Послушай-ка, – промурлыкала Алиса, – я думаю, у нее проблемы.

Какие еще проблемы?

Очевидно, она сидит на салатных диетах. Черт, она такая тощая… И ее торчащие ключицы выглядят болезненно.

Да прекрати ты, наконец, оценивать эту суку! – прошипела я, теребя салфетку в руках. – Хватит пялиться на них.

Не думаю, что они подходят друг другу, – злорадно отметила сестра.

Пожилая парочка за соседним столиком оторвалась от еды и стала прислушиваться к нам. Как же это неловко!

Пожалуйста, давай уйдем отсюда, – попросила я Алису. Черт, как же меня бесила ее ехидная усмешка!

Ты не поверишь, – вытаращив на меня свои бесовские глаза, прошептала Алиса. – Он ее отшил.

Что?

Ты что, оглохла? Он провожает ее к выходу.

Алиса, я прошу, давай уйдем, – сказала я еле слышно.

Прости, Виктория. Думаю, что уже поздно, он направляется в нашу сторону.

Что?! – упрямо качая головой, я сделала глубокий вдох через нос. Одной рукой схватилась за край стола и попыталась припод няться со стула.

Сядь на свое место, Виктория, – приказал Влад. Он наклонился, приблизив свое лицо так близко к моему, что я ощутила его дыхание возле своего уха.

Не обращая внимания на Влада, я сверлила Алису взглядом разъяренной львицы. Она явно была смущена, ее лицо покраснело, а глаза то и дело бегали от меня к Владу. Я же чувствовала себя полной дурой.

Пожалуйста, отойди, чтобы я могла выйти, – попросила я его.

Виктория, почему нельзя просто сделать, как я прошу? Почему ты всегда все усложняешь? – прошипел раздраженно Влад.

Прости, что? Я усложняю? Ты так уверен в своих словах? – я снова села на стул, пытаясь успокоиться и бросая на Алису просто кинжальные взгляды.

Алиса, – на этот раз Влад обратился к моей сестре, – ты не могла бы оставить нас? Я закажу для тебя такси. Думаю, нам нужно многое обсудить с Викторией.

Алиса покинула свое место, будто под гипнозом, и тогда я не выдержала.

Эй, какого черта ты себе позволяешь? Кто дал тебе право командовать? – я сорвалась в крике, полностью ошарашенная выходкой Влада. – А ты, Алиса… Черт побери, ты не можешь уйти!

Алиса виновато посмотрела на меня и все же придвинула свой стул к столу.

Прости, Виктория, но это лишь между вами двумя. Ты должна с ним поговорить. Ты же не простишь себе потом, если вдруг упустишь этот шанс. Он прав, – сестра указала на Влада. – Вам необходимо все выяснить. Я жду тебя дома.

Она протянула мне руку и ободряюще похлопала меня по плечу.

Не обижайся на меня! – бросила она на прощание, оглядываясь в последний раз перед тем, как покинуть ресторан.

Влад слегка откашлялся, взял стул, на котором сидела моя предательница сестра, и подставил его вплотную к моему.

Ты выглядишь потерянной. Я настолько противен тебе? – спросил Влад, склонив голову к моей щеке. Кончиком языка он провел по краю моего уха, затем неожиданно коснулся волос и стянул тугую резинку, которой был закреплен мой хвост. Копна тяжелых локонов рассыпалась по плечам и спине. Влад взял в руку длинную прядь и поднес к своему лицу, сделав при этом глубокий вдох.

Твои волосы… Я скучал по ним.

Чего ты от меня хочешь? Я думала, что мы все выяснили еще тогда, полгода назад. Разве нет?

Я уверен, что мы оба совершили ошибку! И отвечаю на твой вопрос: я хочу все.

Я попыталась отвернуться, но он поймал мой подбородок, сжимая его пальцами. Влад повернул мою голову и заставил взглянуть ему в лицо.

Я уверен малыш, ты тоже скучала, – прошептал он с нежностью в голосе.

Не имею понятия, о чем ты, – отрезала я. – И знаешь, тогда ты был прав! Чем быстрее мы покончим со всем этим, тем будет легче для каждого из нас.

Влад улыбнулся, упираясь локтями в стол, сомкнул пальцы обеих рук в замок и опустил на них свой подбородок. Покосился в мою сторону, и я не могла не заметить, насколько сексуально он выглядел. Рукава черной рубашки были закатаны до локтей, а запястье левой руки украшали мощные золотые часы «Ролекс».

У меня к тебе предложение, – улыбаясь, он поиграл бровями. Его взгляд, как всегда, был полон оптимизма. – Я хотел бы уехать отсюда, покинуть этот ресторан, здесь слишком много людей. Естественно, вместе с тобой!

Я была слегка ошарашена его «скромным» предложением. И как же это похоже на него! Теперь я узнаю его. И будь я проклята, если покажу свой страх перед ним.

И что дальше? Каков поворот событий?

Мы поедем ко мне домой, Виктория. Думаю, там нам не будет скучно.

Каков же сукин сын! Он всегда во всем уверен и рассчитывает на полное подчинение с моей стороны.

У меня нет никакого желания столкнуться там с твоей костлявой пассией. Ведь это уже вошло, как я полагаю, в привычку – знакомить меня со всяким сбродом в своем доме?

Ты все еще ревнуешь? Мне приятно, что я небезразличен тебе, сладкая, – Влад запустил свои пальцы в мои волосы, и я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением. – Но ты не угадала. Мы всего лишь деловые партнеры, – с улыбкой победителя произнес он.

Мне все равно. Не слишком-то обольщайся на этот счет.

Влад встал из-за стола и подал мне руку.

Ну, чего же мы тогда ждем? Прошу, мадам!

Я подняла глаза и посмотрела на его довольное холеное лицо.

Любовники на одну ночь, как это мило. А что потом? Пустота…

Не торопи события, сладкая! – Влад прикоснулся к моим плечам и помог мне подняться со стула.

Приятная дрожь пробежала по всему телу, и я больше всего ненавидела этот момент. Часть меня жаждала его снова и снова, не в состоянии противиться. Я обошла Влада и направилась к выходу. Посмотрим, куда на этот раз заведут наши временные отношения. Влад настиг меня у самого выхода из ресторана и открыл мне двери. На улице поймал такси и назвал водителю свой адрес. Когда мы подъехали к особняку Влада, воспоминания вновь одолели меня, и я утонула в них. Когда-то я была пленницей в этих каменных стенах. Какова же будет моя роль сейчас?

Расплатившись с таксистом, мы вышли из машины. Влад поймал мою руку, переплетя наши пальцы. Он посмотрел на меня, пытаясь уловить испуг в моих глазах.

Ты в порядке? – он крепче сжал мою ладонь в тот момент, когда мы поднимались по каменным ступеням к входной двери. Я молча покачала головой, не говоря ни слова. Влад отпер замок, и мы зашли внутрь. Я оглянулась по сторонам, когда он включил свет в огромном холле, и снова ощутила некое дежавю, когда я разрывалась между любопытством и трепетом. Что произойдет между нами на этот раз, задавала я сама себе вопрос, мысленно пытаясь форсировать события.

Влад подошел ко мне, и я не могла не заметить блеск желания в его голубых глазах. Я удивленно взглянула на него, когда он поднес мою руку к своим пухлым губам и взял кончик указательного пальца себе в рот. Несколько секунд он смотрел на меня, а затем резко поднял на руки. Через мгновение мы оказались в комнате Влада. Он сжал мою талию обеими руками и поставил меня на пол перед собой. Я оглянулась по сторонам и заметила несколько рамок с фотографиями, которые стояли на комоде возле окна. Мой желудок скрутился в тугой узел, когда среди них я увидела свое фото. Я потратила всего долю секунды, чтобы вспомнить его.

На снимке я стою обнаженная у окна своей комнаты в доме Влада, каскад густых волнистых волос спадает на мои плечи. Мой взгляд устремлен на улицу через закрытое окно. Я так хорошо помнила тот момент, когда Влад застал меня за разглядыванием пары прекрасных голубей, на которых я любовалась из окна своей темницы. И кажется, прошла целая вечность с той поры.

Влад молча стоял позади меня и изучал мои движения. Хоть он и не произнес ни слова, я ощущала его тяжелое дыхание. Пробежалась глазами по комнате и наткнулась взглядом на стену возле его кровати. Мое сердце рухнуло в пропасть, а ноги слегка подкосились, когда я подошла ближе к профессионально нарисованному портрету.

Мое наказание?! Я лежу на кровати со связанными руками. Страх на моем лице очень четко воспроизведен неизвестным мне художником.

Я вспомнила, что тогда Влад делал фото на смартфон. В памяти всплыли события того дня. Под левой грудью изображен надрез от ножа, из которого сочится кровь. Неужели он нашел художника, который настолько точно смог передать мое изображение с того фото на его телефоне? Черты моего лица нарисованы умело и с душой.

Меня окутал страх. Кто еще, кроме Влада и художника, мог видеть этот портрет, мое сломленное состояние в тот момент, мой страх? Я почувствовала нежное касание рук Влада и все же вздрогнула, когда его пальцы коснулись моей талии. Он поднял свитер и дотронулся до моего живота. Я стояла полностью обездвиженная и пораженная увиденным. Одной рукой он прикоснулся к моим волосам и убрал в сторону, оставляя нежные поцелуи на моей оголенной шее.

Я ненавижу то, что делал с тобой. И ненавижу этот портрет, – прошептал Влад в мое ухо. – И в то же время я любуюсь им часами, и тогда до безумия хочу тебя опять и опять. Этот портрет – часть меня, часть моей жизни, то, чего желал я с тех пор, когда понял, что обманывал себя и остальной мир. Как же я ошибался!

Он провел руками вдоль моего тела и, приподняв мой свитер, стащил его с меня.

С самого начала я предполагал, что стану твоим мучителем, призраком, который будет разрушать тебя, вселять страх. Но вышло все наоборот, Виктория, моя милая и любимая девочка. Ты стала для меня всем! Моей вселенной, моим воздухом, моей мечтой. Я люблю тебя, моя Виктория, – с придыханием произнес Влад, слегка прикусив мочку моего уха. – Всегда любил и всегда буду любить.

Я позволила его голубым глазам поглотить меня целиком в тот момент, когда он наклонился к моему лицу и нежно коснулся моих губ своими. Он обнял меня и прижал к себе. Я все еще не могла прийти в себя после его слов, хотела что-то сказать, пыталась пошевелить губами, но у меня ничего не получалось. Влад поднял меня на руки, и я обхватила его талию своими ногами. Он держал меня уверенно, не шелохнувшись, словно я пушинка. Его язык скользил по моим губам, лаская их снова и снова. Мы подошли к краю кровати, и Влад опустил меня на нее. Я, опершись на локти, наблюдала за тем, как он расстегнул пуговицы на своей рубашке, а затем скинул ее на пол. Он медленно лег на меня своим ошеломительным телом, поглотив меня полностью.

Иди же ко мне, не мучай, – промурлыкала я и обхватила его за плечи, притягивая к себе. Я чувствовала движение каждого мускула на его теле, когда Влад захватил меня в свои объятия.

Милая… сладкая… и просто самая желанная… Я тебя больше не отпущу, – Влад коснулся губами моей груди, прикусив сосок. Он оставлял свои жаркие поцелуи повсюду на моем теле. Он всегда проделывал необъяснимые вещи с моим телом, уверенный и опытный во всем. Каждый его жест – это туго сжатая пружина власти и изящества. И в данный момент он не считал нужным делать все медленно и красиво. Мы просто нуждались друг в друге, как никогда!

Влад сорвал с нас остатки одежды, разбросав ее по всей комнате. Я провела своими пальцами по выступающим рельефам его тела, его скульптурной спине и подтянутому торсу. Он глазами пожирал мое обнаженное тело.

Я не забыл ее, – прошептал он, скользя взглядом по очертанию моей тату. Я, изнемогая от желания почувствовать его снова глубоко в себе, протянула руку между нашими телами и прикоснулась к возбужденному члену, сжав его крепко своей ладошкой. Влад закатил глаза, дрожа от восторга.

Я почти забыла его, – игриво произнесла я, все еще поглаживая возбужденный орган.

Неужели, малышка? – он поймал мои запястья и приподнял их у меня над головой. – Так позволь я напомню тебе несколько вещей, пока мы находимся в самом начале.

Моя спина выгнулась, когда он начал прокладывать влажную дорожку из поцелуев от моей груди до низа живота. Я замерла, когда Влад стал энергично выводить круги своим языком по комочку между моих ног, а потом громко застонала и вцепилась в простыни, заставляя себя при этом дышать. Мои колени дрожали, и тогда я вонзила свои ногти в его плечи, держась изо всех сил.

Ты заплатишь за боль, которую причиняешь мне, сладкая.

Я уже близко, – прошептала я, не обращая внимания на то, что он сказал. Влад резко прекратил свое незавершенное дело, схватил меня за бедра и грубо перевернул на живот. Шок и запретное возбуждение смешались во мне в тот момент, когда он буквально насадил мое изнемогающее тело на свой член. Дикий голод горел в его глазах, и он вошел в меня грубо, впиваясь пальцами в мои ягодицы.

Влад провел ладошкой по моей упругой попке, и резкая боль пронзила все мое тело от хлопка. Я выгнула спину, пытаясь придвинуться ближе, чтобы немного смягчить страдания. С низким гортанным рычанием он продолжал все сильнее и сильнее. Меня унесло за край блаженства, я была ослеплена его силой, мои крики разносились по всему дому.

Да, вот так, моя сладкая. Не сдерживай себя. Продолжай, любимая моя, – с удовлетворением пробормотал Влад. – Ты и представить не можешь, как в тебе приятно и тепло! Как так долго я смог без тебя?

Он крепко удерживал меня своими руками, продолжая заполнять изнутри. С каждым движением я ощущала его все сильнее, с каждой секундой его член становился больше и толще внутри меня. Жаркий оргазм настигнул меня, и я упала грудью на кровать. Движения Влада стали интенсивнее, и он, наконец, потерял контроль, зарычал, словно дикий зверь, и вошел в меня последним, захватывающим дух толчком. И рухнул на меня в изнеможении. Потом притянул к себе, и мы перекатились на бок, образуя клубок из переплетенных тел. Наше дыхание постепенно пришло в норму, мы вернулись в реальность.

Мы не предохранялись, малыш? – спросил Влад.

Тебе не кажется, что ты немного запоздал со своим вопросом? – усмехнулась я.

С этого момента ты не принимаешь ничего, что мешало бы нам сотворить чудо!

Что? Сотворить чудо? – я громко захохотала. – А ты, оказывается, философ, да?

Я серьезен как никогда, Виктория. Думаю, нам пора становиться родителями.

Я была еще больше сбита с толку услышанным.

Неужели кое-кто созрел для отцовства? Мне не послышалось?

Влад опустил руку, прикоснулся ко все еще пульсирующей точке внизу моего живота и сжал на ней пальцы.

Ох… мне щекотно, – я попыталась вырваться из его объятий, но Влад крепко удерживал меня возле себя.

Думаю, ты тоже не против моих планов. Я не позволю теперь никому разрушить наши отношения. И не отпущу тебя больше никуда! – прислонившись щекой к моему плечу, произнес он.

В эту ночь я никуда не ушла, оставшись с ним. Мы долго разговаривали о нас, о родителях, он рассказывал мне кое-что о своей матери, о том, что он виделся с ней совсем недавно и, похоже, их отношения начинают налаживаться. Меня немного удивляло то, каким он стал. Он был нежен и пытался раскрыть мне свое заледеневшее когда-то сердце. Это приятно радовало меня. Позже мы снова и снова занимались любовью, до полного изнеможения, и заснули утром, вымотанные, но удовлетворенные.

Я готова на все ради него, я приму его любым, таким, каким он захочет быть со мной. Мы через многое прошли вместе. И в душе, где когда-то у меня жил страх, постепенно начало вырастать чувство доверия и всепоглощающей любви.

Я проснулась раньше Влада и не упустила возможности полюбоваться им. Он так сладко и красиво спал, расстелившись звездой по всей кровати. Черты его лица были мягкие и расслабленные, великолепные как никогда. Мышцы на мощной груди двигались каждый раз, когда он глубоко вдыхал. И в этот момент я ощущала себя немного вуайеристкой.

Я аккуратно спустила ноги с кровати, чтобы не разбудить Влада, достала из сумочки телефон и проверила пропущенные звонки от Алисы. Увлекшись этим делом, даже не заметила, как проснулся мой любимый, и вздрогнула от нежного прикосновения его рук к моим плечам. Влад наклонился ко мне и уткнулся сонным лицом в мои волосы.

– Я собираюсь принять душ, сладкая. И поверь, тебе очень не повезет, если вдруг ты откажешься сделать это со мной.

Он встал с кровати, протянул мне руку и потянул за собой. Его обнаженное тело… господи, ну почему оно настолько совершенно? И оно снова манило и возбуждало меня.


Глава 14

Две недели спустя.

Ты такая вкусная… И только моя… – тихо пробормотал Влад, целуя меня в уголки губ.

Мы сидели в его кабинете. Вот уже неделю я приходила каждый день на свое новое рабочее место в корпорации Влада.

Прекрати! Нас могут заметить, – проворчала я. – Мне нужно сконцентрироваться на последних отчетах. Влад, я прошу, прекрати!

Черт, малышка, мы не можем работать в одном кабинете. Ты возбуждаешь меня постоянно. Прости, но я не могу ничего с собой поделать. Все мои мысли заняты тобой!

Наши взгляды задержались друг на друге, и я снова увидела огонь страсти в его глазах.

Нет и еще раз нет! – я выставила обе руки перед ним. – Только не здесь, не в рабочем кабинете.

Влад приподнял меня и усадил на стол. Он подобрал мою юбку и встал между моих раздвинутых ног.

Мне нужна разрядка, сладкая. Ну же, давай…

Я опустила руки и принялась расстегивать ремень на его брюках. Я смотрела на него и игриво кусала свои губы, он тут же впился в них страстным поцелуем. И тут нас прервал звонок его сотового телефона.

Черт, – прошипел Влад, отошел от меня и достал смартфон из кармана брюк. Я вскинула брови и послала ему лукавый взгляд, одновременно наблюдая за тем, как странно он общается с тем, кто ему позвонил. Голос Влада был немного встревожен и раздражен.

Я хочу тебя предупредить, – сказал он своему собеседнику, – на этот раз я не отступлю. Это не сработает! – прорычал он. – И не стоит мне угрожать… Да, я охотно встречусь с тобой, нет проблем! – зло выкрикнул Влад в трубку. – Но имей в виду, только ты и я, никого больше.

Явно что-то происходило, и его напрягала эта беседа. Но кто был этот человек по обратную сторону провода? Влад прекратил разговор и кинул телефон на пол. Развернулся и обдал меня ледяным взглядом.

Что случилось? Я могу чем-то помочь?

Ты не захочешь, чтобы я это озвучил, малышка, поверь мне, – мрачно произнес Влад.

Что, все настолько плохо? И кто этот человек, с которым ты спорил?

Неожиданно Влад улыбнулся и подошел ко мне. Подал мне руку и, когда я приняла ее, отвел меня к небольшой софе, стоящей возле окна. Он устроился на ней сам, затем похлопал рукой по своим коленям, предлагая мне присесть на него сверху.

Тебе не стоит беспокоиться, моя радость! – неистово выдохнул он, убрав прядь моих волос за ухо. – Не все так плохо, моя малышка. Одно я могу утверждать точно: мы не расстанемся больше, сладкая моя девочка.

Ты так и не ответил мне, Влад. Кто звонил тебе? – спросила его снова. Мой голос стал слегка хриплым, а сердце билось так сильно, словно кто-то стучал по барабану.

Влад наклонился к моему лицу, и наши лбы соприкоснулись.

Губы Влада приблизились к моим.

Давай поговорим об этом позже, малыш, – прошептал он.

Его тепло и близость заставляли мою голову кружиться. Все отошло на второй план. Я ощутила твердость его члена через свою одежду и забыла обо всем. Влад проложил дорожку из поцелуев по моей шее.

Ты только моя. Я никому тебя больше не отдам.

Твоя, только твоя. И я люблю тебя! Только тебя, – подтвердила я.

Влад сверкнул взглядом голубых глаз и прикоснулся обеими руками к моим ягодицам. Я слегка приподнялась, и он стянул с меня трусики. Задрав мою юбку до талии, он посмотрел на меня таким голодным взглядом, словно видел впервые. Я не могла сдерживать себя больше и начала тереться обнаженными бедрами, оседлав его. Наши языки послушно скользили друг по другу, сплетаясь и лаская. Влад быстрым движением расстегнул ремень на брюках. Он стянул их с себя вместе с боксерами, освободив свой возбужденный член. Мое дыхание ускорилось, а пульсация между ног стала сильнее, требуя особого внимания. Не прерывая нашего зрительного контакта, я медленно опустилась на член Влада. Ощущение полной заполненности вызвало у меня внезапный неконтролируемый крик.

Спасибо, сладкая, что ты у меня есть, – тихо проговорил Влад. – Возможно, ты скоро станешь мамочкой нашего будущего малыша.

Ты хочешь этого?

Да… Я очень хочу сделать тебя счастливым, милый, – прошептала я в ответ. – И я обязательно подарю тебе малыша.

Влад нежно двигался во мне, подталкивая меня к грани.

Моя, – произнес он со стоном. – Я люблю тебя, моя вселенная!

Прошло две недели с тех пор, как Влад общался по телефону с таинственным незнакомцем. И нельзя было не заметить: что-то очень серьезное тревожило его день за днем. Все это время мы жили у него в особняке, предоставив моей сестре Алисе все права на мою квартиру. С мамой я несколько раз разговаривала по телефону, и, к моему счастью, новость о том, что мы с Владом вместе, она восприняла нормально. С отцом же все наоборот – мы не общались уже месяц, и это волновало меня, словно затишье перед начинающейся бурей.

Сегодня понедельник, и Влад настоял, чтобы я осталась дома. Вот уже несколько дней, как мое непонятное ухудшение самочувствия не давало ему покоя. И сегодня же я хотела рассказать ему о причине моего нездоровья. Тест на беременность, который я сделала несколько дней назад, оказался положительным. Уже сейчас я предвкушала его реакцию на столь долгожданную новость.

Громкий неожиданный звонок в дверь заставил меня потерять равновесие на барном стуле в тот момент, когда я пила свой утренний зеленый чай. Кто бы это мог быть? Однозначно, это не Влад. Бережно держа в руке чашку с горячим чаем, я направилась к входной двери. Повернула ключ в замке и распахнула дверь. Мои пальцы разжались, и чашка с недопитым чаем упала на мраморный пол. На крыльце стоял мой отец собственной персоной. Его руки были сцеплены спереди, и он смотрел на меня с застывшим выражением лица. Вот это была сцена! Он явно не ожидал меня здесь увидеть.

Или ожидал?

Папа? – выдохнула я, застыв в дверном проеме.

Виктория, девочка моя, – произнес он с душераздирающей серьезностью. Я наблюдала за ним, совершенно сбитая с толку его внезапным появлением здесь, в доме Влада.

Что ты здесь делаешь, папа? – вопрос вырвался самопроизвольно. На лице отца появилась знакомая мне улыбка.

Представляешь, то же самое хотел спросить у тебя.

Не стоит. Поверь, даже если ты снова будешь против. Я могу угадать каждое слово, которое крутится в данный момент на твоем языке. Но не теряй зря времени.

Отец протянул руку и коснулся моего плеча.

Для начала, может, позволишь мне войти? Или я не вовремя?

Я шире открыла двери и отошла в сторону.

Конечно, проходи. Я, кстати, рада видеть тебя. И ты же сам знаешь, что мои слова – не притворство.

Отец ступил в холл и осмотрелся по сторонам.

Ммм… мило, мило… Не ожидал, что у него настолько потрясающий вкус.

Я пригласила его пройти в гостиную, а сама вернулась к входной двери, чтобы убрать стекло от разбитой чашки. У нас практически не было общения в течение последних месяцев, в особенности когда речь заходила о Владе. Поэтому сейчас, когда я зашла в гостиную, чувствовала себя немного скованно.

Виктория, подойди ко мне, – спокойным тоном попросил папа.

Я подошла и присела на ручку кресла, в котором разместился отец. Он обнял меня своими крепкими и такими родными руками и пересадил к себе на колени. Перед глазами сразу же стали проплывать картинки из моего детства. Я всегда любила сидеть у него на коленях, даже когда мы устраивали семейные посиделки за столом, отец всегда брал меня на руки.

Меня волнует один вопрос, детка. Просто будь честной со мной. Ты действительно уверена, что Влад именно тот человек, который должен быть в твоем будущем, в твоей жизни сейчас?

Я прикусила губу, нервничая. В этом весь отец. В любом случае он потребует с меня правды. Но он и так уже знал, что я всегда откровенна с ним. Я всегда говорила ему правду, какой бы она не была.

Папа, ты здесь, чтобы снова защитить меня? Собираешься опять читать мне нотации о том, насколько Влад опасен и недостоин меня?

Нет, детка, я не стану этого делать, – папа погладил меня по спине и прижался к моей щеке, нежно поцеловав. – Я здесь не для того, чтобы спасать тебя, Виктория. Я очень многое понял. Наверное, я зря терял время и нервы, делая все это.

Папа, ты серьезно? Не могу поверить, неужели ты сменил тактику?

Не ерничай, прошу.

Знаю, это звучит по-сумасшедшему из моих уст.

Ты ничего не знаешь, да? Он не сказал тебе, не так ли?

О чем ты, папа?

Неделю назад мы встречались с Владом.

Я взглянула на отца, немного смущенная и взволнованная только что услышанным.

Мы говорили о тебе, Виктория. Нам пришлось многое обсудить, – продолжил отец. – И должен признаться, я все еще против. Не могу забыть, через что ты прошла по его вине. Я не могу смириться с этим, Виктория.

Папа, – шепотом произнесла я, – тебе придется это сделать. У нас с Владом будет ребенок. Ты понимаешь, что все это значит?

Отец коснулся моего подбородка и приподнял мне голову так, чтобы наши глаза встретились. Я же в полном смущении попыталась спрятать лицо и зарыться в его широкую грудь.

Девочка моя, это правда? – спросил отец дрожащим голосом и еще крепче обнял меня.

Да, папа. И ты, как всегда, первым узнаешь обо всем!

Влад еще не знает? Почему ты не рассказываешь ему? – удивился он.

Я собиралась сделать это сегодня, когда он вернется с работы домой.

Ты сожалеешь о чем-то? Или, может быть, ты не уверена в нем как в отце своего будущего малыша, а, детка?

Папа, мы любим друг друга! Я не смогу жить без него, понимаешь? А он без меня. Этим все сказано. Да, я через многое прошла. Он заставлял меня страдать, но поверь, это мучает его совесть до сих пор. Он не виноват.

Виктория, просто ничего не рассказывай мне, договорились? Ты мое сокровище, ты самое родное, что у меня есть. И я не позволил бы ему быть с тобой, если бы в какой-то момент и сам не понял, что он к тебе очень привязался. Я увидел все сам. Я не стану вставлять палки в колеса. Да, вот уж точно, от ненависти до любви – один шаг! – произнес он, вероятно, удивляясь собственным словам.

Отец поцеловал меня в лоб, а я обняла его в ответ.

Все-таки жизнь – забавная штука. Я понял это совсем недавно.

Мы повернули головы на шум открывающейся двери. Буквально через несколько секунд Влад стоял в дверном проеме гостиной и изучал нас сосредоточенным взглядом. И, кажется, его злость и недоверие сменились удивлением в тот момент, когда я покинула родные объятия отца и подбежала к нему, поцеловав. Влад перевел взгляд с меня на отца и затем поднял меня на руки.

Я скучал, сладкая, – прошептал он, опалив своим горячим дыханием мою кожу.

Влад подошел к софе и присел, удобно разместив меня на своих коленях.

Рад снова видеть вас, господин Воронов! – официальным тоном произнес он.

Отец подошел к нам и подал Владу руку.

Извини, я без приглашения, – сказал он. – Я должен был увидеть дочь. Нам нужно было поговорить.

Я не был против, и вы это знаете, – ответил Влад, крепко пожав руку отца.

Ну что ж, не смею больше беспокоить вас. Через два часа у меня запланирован полет в Россию, домой.

Папа посмотрел на меня и нежно дотронулся до моей щеки:

Я люблю тебя, мое солнышко! В твоем положении нужно беречь себя. И обязательно позвони маме, она будет очень рада!

Будь добр и нежен с ней. Я вправе требовать это от тебя, – улыбаясь, обратился он к Владу. – Не стоит меня провожать. Я знаю, где выход. И с этого момента можете рассчитывать на меня во всем.

Моя жена и ваша дочь не будет нуждаться в чем-либо! Она будет счастлива со мной, я обещаю.

Ты уже сделал предложение моей дочери? – хитро прищурился отец.

Она моя. И никогда больше не будет принадлежать другому. И да, я сделаю ей предложение руки и сердца. Мы оповестим всех позже, – сказал Влад, глядя на отца.

Наконец папа покинул гостиную, и мы услышали, как он закрывал за собой двери.

А теперь, сладкая, рассказывай. Я что-то пропустил? Твое положение и все такое? – Влад легонько сжал меня и просунул свою руку мне под платье.

Нет-нет, вначале ты мне ответь, – засмеялась я. – Ты делаешь мне предложение, просишь стать твоей женой?

Я начала щекотать Влада, а он резко поймал мои руки и прижал к своим губам.

Да, сладкая. Впрочем, ты и так уже моя. И я хочу быть только с тобой, видеть тебя каждый день, любоваться тобой ежеминутно. Я знаю, мы необычная пара, и наши отношения начались далеко не романтично. Но поверь мне, малыш, нет в целом мире больше никого, с кем я желал бы разделить свою жизнь.

Я часто заморгала, смахивая слезы. Влад прикоснулся губами к моим щекам и стер мокрые дорожки своими нежными поцелуями.

Моя малышка скоро станет мамочкой, я все правильно понял?

Горячее дыхание Влада опалило меня. Он попытался заглянуть в мои глаза.

Да, – тихо ответила я и поцеловала любимого в губы.

Мы станем родителями! И по-другому быть не может. Моя Виктория…

Губы Влада накрыли мои, и мы слились в страстном поцелуе. И ничего больше не существовало вокруг, кроме нас двоих.

Когда-то ты приручила монстра, – прошептал он. – И все, что мне нужно сейчас, – это твоя любовь и наш маленький комочек, который мы вместе создали, сладкая!

Влад дотронулся теплой рукой до моего живота, отчего мне стало спокойно и приятно.

Любовь моя, прости за все…

Я расслабилась в его сильных и властных руках, утонула в нежных поцелуях и ответила:

Я тоже люблю тебя, милый…


Эпилог

10 месяцев спустя.

Я подошла к маленькой колыбельке в детской комнате, посмотрела на кучерявую головку нашей малышки и улыбнулась. Пять недель назад на свет появилась наша маленькая принцесса, наша Виолетта. Она стала самым ценным подарком в нашей с Владом жизни. И не только для нас. Мои родители до сих пор были на седьмом небе от счастья. А я познакомилась с мамой Влада. Она оказалась доброй и понимающей женщиной. Пару раз она приезжала в гости – полюбоваться новым членом нашей семьи, своей маленькой внучкой.

Я почувствовала знакомое прикосновение. Влад подошел сзади и притянул меня к себе. Мы молча стояли возле колыбели и прислушивались к легкому дыханию нашей дочери.

Все у нас будет хорошо, Виктория, я обещаю.

Мы будем отличной семьей!

Я знаю. Я тоже уверена в этом.

Я повернулась к Владу и положила голову ему на грудь. Он взял мою правую руку и поднес к своим губам, нежно поцеловав кольцо на безымянном пальце.

Я счастлив, что у меня такая жена, – он прижал меня покрепче к своей груди, наклонился к моему уху и прошептал низким бари-

тоном: – Я снова нуждаюсь в тебе, прямо сейчас… Я шутливо толкнула Влада в грудь:

Милый, ты когда-нибудь насытишься мной?

Никогда. И сегодня я буду иметь тебя нежно и не спеша, – промурлыкал мой мучитель.

Так же нежно, как и всегда? – насмешливо спросила я.

Влад шлепнул меня по попе и поднял на руки, перебросив через плечо.

Так заставь меня остановиться, сладкая…

Ты всегда был моим спасательным кругом. Ты не был идеальным со мной, но нуждалась ли я в этом? С самого начала нас связывало непростое прошлое наших самых близких и родных людей. Но мы прошли через это, мы все преодолели, полюбив друг друга. Препятствия, которые создавала сама судьба, никогда не мешали нам быть вместе и сгорать от страсти и любви. Может, изначально мы были созданы друг для друга? Ты был первым во всем: ты подарил мне первый поцелуй… ты был первым, кто прикоснулся ко мне… первым, кто нежно, но страстно любил меня. Каждый раз, независимо от того, как ты это делал, ты возносил меня до небес. Между нами была некая невидимая связь, которая крепко удерживала нас вместе. Ты был первым, кому я не задумываясь отдала свое сердце, свою душу. Каждая частичка моего ненасытного тела всегда будет помнить твои губы, твои пальцы, твои поцелуи, отправляющие меня за край моего сознания. Ты и есть страсть и любовь всей моей жизни!

Одни люди приходят в нашу жизнь и быстро уходят. Другие же остаются надолго и оставляют следы в наших сердцах навсегда, и мы уже становимся другими…


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Эпилог
  • X