Тайлер Энн Снелл - Защитник для дерзкой девчонки

Защитник для дерзкой девчонки [Be on the Lookout: Bodyguard ru] (пер. Игоревский)   (скачать) - Тайлер Энн Снелл

Энн Тайлер Снелл
Защитник для дерзкой девчонки

Посвящается Вирджинии Спирс

Be on the Lookout: Bodyguard Copyright © 2016 by Tyler Anne Snell

«Защитник для дерзкой девчонки» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

* * *


Глава 1

От удара в челюсть, едва не пославшего его в нокаут, Джонатан Кармайкл пошатнулся, у него закружилась голова, потемнело в глазах.

Но его не так-то просто было убрать со сцены. Он сгруппировался и ударил нападавшего ногой. Тот не успел отскочить, потерял равновесие и тяжело рухнул на землю, хватая ртом воздух.

Джонатан еще не вполне пришел в себя – сказывался пропущенный удар в челюсть, – но понимал, что наемный убийца недолго будет валяться на полу.

Джонатан отметил, что дверь сзади и чуть левее по-прежнему закрыта, но он не был уверен в том, что Мартин заперся, как ему велели.

– Ты за это заплатишь… – просипел головорез, но Джонатан не дослушал. Он круто развернулся и мощным ударом отправил его в нокаут.

– Сегодня я все-таки выпью пива, – сказал себе Джонатан, осторожно ощупывая подбородок и морщась. – Ну да, так я и поступлю.

Он пнул своего противника носком ботинка; убедившись, что тот не встанет, развернулся к двери, за которой скрывался его клиент. Нажал на ручку, буркнув себе под нос:

– Мартин, я же велел вам запереться!

Его клиент, пожилой невысокий растяпа, даже не извинился за то, что не послушал своего телохранителя. Зато вытаращил глаза, увидев, как выглядит Джонатан.

– У вас кровь! – воскликнул Мартин и показал на рассеченные бровь и губу Джонатана.

– Не волнуйтесь, – ответил тот, на время забыв, что у него имеются и другие травмы. – Больше всего у меня болит челюсть.

– А… этот бандит как?

Головорез засыпал Мартина угрозами, выслеживал и несколько раз нападал на него. Негодяй горел желанием отомстить Мартину за то, что тот отправил его босса за решетку. Джонатан помнил, как Мартин явился в охранную фирму «Орион» и попросил выделить ему телохранителя. В полиции усомнились, что на него охотятся, а вот начальница Джонатана поверила ему.

– Больше он вас не обидит.

Мартин обмяк от облегчения.

– Спасибо тебе, сынок! Спасибо…

Джонатан кивнул, стараясь не обращать внимания на то, что ласковое обращение задело больную струну. Он откашлялся и с безучастным видом спросил:

– Но вы хоть позвонили в службу спасения?

Мартин виновато посмотрел на Джонатана, тот глубоко вздохнул.

– Так звоните, а я пока свяжу нашего приятеля, – приказал он, доставая шнур из большого кармана брюк карго. Мартин кивнул.

Головорез на вид показался Джонатану ровесником. Правда, жизнь у него, судя по всему, была более тяжелая. Прежде чем связать, Джонатан обыскал его. Он нашел складной нож и пачку наличных. Документов при здоровяке не было. Джонатан подумал, что в чем-то он его даже понимает. Для этого человека на первом месте была верность своему боссу.

Доказательством в пользу его версии служили многочисленные шрамы, украшавшие физиономию головореза. Его не сбить с выбранного курса.

Так ли уж сильно он отличается от Джонатана, который мог стать таким же, если бы много лет назад не познакомился со своей нынешней начальницей? Джонатан покачал головой. Он еще смолоду усвоил: от гадания «что было бы, если…» куда больше вреда, чем пользы.

– Я позвонил – они уже едут, правда, немного удивились, – сообщил Мартин, выходя из соседней комнаты и стараясь не смотреть на связанного человека, который много месяцев донимал его. – Тут вас спрашивают… – пожав плечами, он протянул Джонатану трубку.

Джонатан осторожно произнес:

– Кармайкл слушает.

– Почему у клиента твой телефон?

Услышав голос самого блистательного агента «Ориона» и своего лучшего друга, Джонатан широко улыбнулся:

– Смотрите-ка, кто тут у нас! Марк Трэнтон! Вернулся из отпуска?

Друг хмыкнул:

– А ты думал, я помру за неделю бесплатного отдыха в бунгало на пляже?

– Прежний Марк непременно бы умер, – напомнил другу Джонатан. – Правда, новый Марк куда лучше прежнего, так что все вполне понятно.

– Рядом с новым Марком постоянно находятся две дамы, которые ни за что не позволили бы ему умереть от щедрости бывшего клиента, – друг снова рассмеялся. Джонатан знал Марка около десяти лет и радовался, что друг нашел свое счастье. Теперь у него есть спутница жизни и ее дочь. – И все-таки почему твой телефон оказался у клиента?

Джонатан наскоро ввел Марка в курс дела с того момента, как головорез взломал замок, и до того, как был послан в нокаут. Он уловил тревогу в голосе Марка, когда тот спрашивал, не ранен ли Джонатан, но отмахнулся:

– Скоро приедут копы, так что мне пора идти… Погоди, а что ты хотел?

– Да так, пустяки. Это может подождать. Перезвони, когда прилетишь в Даллас; встретимся в «Орионе».

Джонатан согласился; закончив разговор, сунул телефон в карман, посмотрел на человека, лежащего на полу, и подумал:

«На твоем месте мог быть я».


Через два дня Джонатан несся по Далласу в любимом удобном «ренджровере». Шел дождь, но не такой сильный, чтобы испортить ему настроение от возвращения домой. Интересно, почему Марк так настаивал, чтобы он сразу же ехал в штаб-квартиру «Ориона»? Что там у него стряслось? Джонатан покачал головой и, повернув направо, встроился в медленно ползущий поток машин.

До «Ориона» он служил агентом в частной фирме «Редстоун Солюшенз», которая рекламировала себя как «элитное охранное предприятие». В самом деле, у владельцев было столько денег, что они не знали, куда их девать. Однако они нисколько не заботились о тех, у кого не хватало средств даже для обеспечения основных мер предосторожности. Работая в «Редстоун», Джонатан разъезжал по всему миру. Потом он перешел в «Орион». Денег у владельцев фирмы было куда меньше, зато они отличались более высокими нравственными принципами. Здешние командировки в основном были в пределах Соединенных Штатов. Однако в ходе своих многочисленных поездок Джонатан пришел к выводу: пробки раздражают везде одинаково.

К тому времени, как он добрался до одноэтажного здания с табличкой «Охранная фирма «Орион», дождь кончился. Джонатан вышел из машины и потянулся. От асфальта на парковке поднимался пар. Джонатан был выше Марка и Оливера, еще одного близкого друга и сотрудника «Ориона». В юности он был просто долговязым, и над ним смеялись, дразнили «каланчой» и «дылдой». Но, пойдя в телохранители, он научился извлекать из своей комплекции выгоды.

Сила и скорость – вот чего ему пришлось добиваться наиболее упорно.

Окна в вестибюле «Ориона» были тонированными; они не пропускали внутрь лучи жаркого техасского солнца. Наслаждаясь прохладой, Джонатан прошел мимо стойки, не увидев за ней Джиллиан, их секретарши – настоящего компьютерного гения. Джонатан немного удивился.

Идя по коридору, ведущему к общему залу для персонала, Джонатан почувствовал тревогу, особенно после того, как прошел мимо пустых кабинетов, принадлежавших Марку и Томасу, еще одному агенту «Ориона».

– Эй, есть кто живой? – крикнул он, заглядывая на «поляну», как они обычно называли общий зал перед кабинетом Никки и тренажерным залом. Обычно агенты здесь отдыхали, например, азартно резались в пинг-понг. Здесь всегда было спокойно.

– Сюрприз! – закричали голоса при его появлении. Джонатан смутился, заметив тут едва ли не всех сотрудников. С потолка свисал разноцветный плакат с надписью «Поздравляем!».

Что происходит?

Джонатан обвел взглядом собравшихся. Как их много! Среди них он заметил Марка, Никки, офисных работников «Ориона» и нескольких совершенно незнакомых людей. Он не сомневался, что выглядит как болван, потому что стоит и растерянно глазеет на них.

– Что я пропустил? – спросил он, когда умолкли радостные возгласы.

В ответ рассмеялась симпатичная брюнетка с короткими волосами – Никки Уотерс, основательница и директор «Ориона», а также третья из ближайших его друзей.

– Откровенно говоря, все это… – она обвела рукой собравшихся, показала на разноцветный плакат, – не в твою честь, но уж очень нам захотелось тебя удивить. Хотя, наверное, мы имеем полное право сказать: «Поздравляем с успешным завершением задания на этой неделе!» – Она подняла узкий бокал с шампанским. Оглядевшись, Джонатан заметил, что такие же бокалы держат в руках и остальные. – За Джонатана Кармайкла, который великолепно справился с заданием!

– Правильно, правильно! – послышались голоса.

– Спасибо, – неуверенно ответил Джонатан. – И все-таки… Кого мы поздравляем? Какой сегодня праздник?

Никки посмотрела на Марка; тот чуть подвинулся, и Джонатан увидел Келли, его подружку.

– Сегодня поздравляют нас, – сказала Келли, поднимая левую руку. Джонатан увидел кольцо, но достаточно было взглянуть на лицо Марка.

– Шутите! – воскликнул Джонатан, широко улыбаясь. – Вы, значит, скоро поженитесь?

Они хором рассмеялись:

– Даже не сомневайся, шафер!

Джонатан так радовался за лучшего друга, что подбежал к нему и похлопал его по спине. Марк обнял Джонатана, а потом положил руку на плечи своей будущей жене. Остальные принялись разговаривать между собой, а Джонатан отступил на шаг и еще раз поздравил друга и его невесту.

– Я хотел сначала сказать обо всем тебе, а потом уже всем остальным, но она, – Марк покосился на Келли, – оказалась настоящей болтушкой.

Келли только рассмеялась. Ники в это время беседовала с какой-то незнакомой женщиной.

– Что у тебя с лицом? – спросил Марк.

Вид у Джонатана и правда был не слишком презентабельный – верхняя губа разбита, рассеченная бровь заклеена пластырем, уродливый шрам на подбородке. Одним словом – красавчик!

– Не волнуйся, чувствую я себя хуже, чем выгляжу, – пошутил он. – Неужели я буду шафером? – Джонатану не хотелось вспоминать о последнем задании. В конце концов, друг только что оказал ему большую честь, сделав шафером на своей свадьбе! Марк хлопнул его по плечу:

– А кто же еще? Иди распакуй вещи, а потом мы обсудим, где устроим мальчишник.

Джонатан пошел к себе в кабинет и поставил рюкзак на стол. В открытую дверь он видел, как Келли и Марк держатся за руки, хотя и разговаривали с разными людьми. Именно в этот момент, глядя на них, он принял важное решение. А секундой позже в его кабинет вошла Ники с досье нового клиента.

– Я больше не хочу работать «в поле», – выпалил Джонатан, удивив не только Никки, но и самого себя. – Никки, я все время отстаю от жизни и больше так не хочу. Не хочу и не могу… – Никки села. Джонатан продолжал: – Марк женится; у него уже есть маленькая семья. У Оливера скоро родится ребенок. А я… – Он с трудом подбирал нужные слова.

– Хочешь пустить корни, – подсказала Никки.

– Да, но как мне пустить корни, если я нигде подолгу не задерживаюсь?

– И поэтому ты хочешь перейти на административную работу?

Он кивнул.

Никки Уотерс не так легко было смутить. Она поджала губы, но не стала с ним спорить.

– Ладно, – сказала она.

– Ты согласна?! – Джонатан думал, что Никки разозлится. Если не считать Марка, он считался самым опытным «полевым агентом».

– Когда я открывала «Орион», я понимала, что меня ждет много работы, и ты с самого начала был одним из моих главных помощников. Без тебя я бы не справилась. А ты ради работы всегда жертвовал своей личной жизнью. Если тебе надоели разъезды, мы все уладим.

– Значит… с разъездами покончено?

Никки подняла палец:

– Этого я не говорила!


Глава 2

Посмотрев на письмо в пятнах крови, Кейт Спирс вздохнула. Оно, как и многие предыдущие письма, было аккуратно сложено и лежало строго посередине ее придверного коврика.

Ее отец, Дикон, который только и делал, что волновался, топтался у нее за спиной, разговаривая по телефону. Последний повод для тревоги – у его жены, мачехи Кейт, выдался неудачный день на работе. Дикон считал себя хорошим мужем, поэтому он расхаживал по тротуару возле почтового ящика Кейт и терпеливо выслушивал жалобы жены, пока дочь пыталась понять, что делать с окровавленной корреспонденцией.

– Непонятно, в чем тут дело, – бормотала Кейт, роясь в своей огромной сумке. Поскольку Кейт не проводила четкой границы между работой и домом, она нашла упаковку резиновых перчаток и натянула перчатку на руку. Еще в одном кармане сумки отыскался чистый пакет. В жизни ученых-экспериментаторов все-таки есть свои преимущества.

– Да, милая, я тоже тебя люблю, – сказал Дикон, внезапно заканчивая разговор и подходя к дочери. Кейт поспешно запихнула письмо и перчатку в пластиковый пакет, а пакет спрятала в сумку. Ей даже показалось, что она вернулась в детство и скрывает от отца какую-то шалость. Правда, она хорошо знала: мало что может ускользнуть от внимания Дикона Спирса.

– Ну что, будем и дальше притворяться, будто я не видел, как ты сунула что-то к себе в сумку?

– Понятия не имею, о чем ты, – солгала она, открывая дверь.

– Ты всегда повышаешь голос, когда хочешь меня обмануть, – не сдавался отец, входя за ней в прихожую. Обычно Кейт ставила сумку под стол у входной двери, но сейчас не выпускала ее из рук. Она понимала: стоит ей поставить сумку, как отец тут же откроет ее.

– Может, перестанешь заниматься психоанализом? Я, знаешь ли, не база данных, – улыбнулась она. Дикон владел компьютерным магазином, и Кейт не упускала случая съязвить на тему его осведомленности в предмете. Обычно ее шуточки смешили отца, но только не сейчас. Ее наигранное веселье не сбило Дикона с курса. И не важно, что его дочери уже двадцать девять, у нее квартира в ипотеке и она только что завершила пятилетний проект, способный многим спасти жизнь!

– Кэтрин Гайя Спирс, не знаю, почему ты меня обманываешь, но лучше выкладывай все начистоту!

Кейт решила потянуть время и отправилась в кухню. Сумку она крепко придерживала за ремешок.

– Папа, хочешь кофе? – спросила она, меняя тему. – Лично я просто умираю без кофе! – Дикон молча последовал за ней и застыл статуей у холодильника. Кейт отлично знала отца и понимала: у него железная воля и его не переупрямить. Она заглянула в голубые глаза отца и снова отметила, как они не похожи внешне.

Низкорослый, но крепко сбитый, Дикон обладал от природы смуглой кожей, которая досталась ему в наследство от матери-латиноамериканки. Зато волосы у него были отцовские, очень светлые, хотя с возрастом поредели на макушке, где появилась солидная плешь. Все видевшие его сразу понимали, что он – пенсионер из Флориды. Ему исполнилось пятьдесят шесть, но круглое лицо осталось молодым. Нижней половины лица почти не видно под пышными, выгоревшими на солнце усами – по мнению его второй жены Донны, усы придают Дикону царственный вид.

Зато Кейт была копией своей матери. Кейт унаследовала ее фигуру. Когда она надевала туфли на каблуках, то при росте метр семьдесят пять оказывалась выше Дикона на целую голову. Правда, на каблуках она ходила нечасто. Кейт была худощавой, но не мускулистой, как ее мать Кассандра, работая в правоохранительных органах, она должна была постоянно тренироваться. Кроме того, Кейт унаследовала от матери густые каштановые волосы, нежный овал лица и полные, чувственные губы.

Кейт покосилась на отца, он так на нее смотрел, словно хотел прожечь в ней дыру.

– На самом деле все не так и страшно, – сказала наконец Кейт. – Почему ты не позволишь мне самой разобраться?

Дикон решительно покачал головой. Со вздохом она поставила сумку на рабочий стол и достала оттуда пакет.

– Это что, кровь?! – воскликнул Дикон, с ужасом взял пакет двумя пальцами и, стараясь не задеть содержимого, положил на столешницу.

– Похоже на то, но, если все как в прошлый раз, жидкость искусственная.

Дикон вытаращил глаза:

– В прошлый раз?! Хочешь сказать, что ты уже получала такое?

Кейт в очередной раз вздохнула. Откровенный разговор с отцом она надеялась отложить до своего возвращения из поездки. Возможно, к тому времени такие письма и вовсе прекратятся. Усевшись на высокий барный табурет напротив отца, она объяснила:

– За последние несколько месяцев я получила несколько штук. Их приносили и домой, и на работу… Но только вот это и прошлое были испачканы веществом, похожим – только похожим! – на человеческую кровь. Разумеется, мы все проверили, и оказалось, что кровь ненастоящая. Хотя мне все равно противно прикасаться к этим письмам без перчаток, – она достала из сумки пару резиновых перчаток и протянула отцу, потому что видела, как ему не терпится прочесть, что написано на листке. Он молча натянул перчатки. Кейт постелила на стол бумажное полотенце.

– Листок исписан с обеих сторон, – заметил отец, щурясь и разглядывая буквы, написанные от руки. Так же, как во всех остальных полученных ею записках. – Но повторяется всего одно слово: «Zastavit». – Он несколько раз повторил слово, как будто пробуя его на вкус.

– По-моему, это по-чешски, – нехотя сказала Кейт.

– Ты уверена?

– Нет. – Она пожала плечами. – Но оно почти наверняка означает «прекрати» или «остановись».

Дикон вопросительно поднял брови.

Кейт подняла указательный палец, ненадолго скрылась в спальне и вернулась с небольшой шкатулкой. Придвинула шкатулку отцу. Откинув крышку, Дикон достал оттуда связку писем.

– Сколько их всего? – Всего писем насчитывалось восемнадцать. И в каждом на двух сторонах листка повторялось одно и то же слово.

– Все они на разных языках, и все примерно означают «остановись» или «прекрати», – пояснила Кейт. – Кроме того, первое было написано по-английски. Наверное, на тот случай, если я не пойму.

– «Остановись», «прекрати»… что тут имеется в виду? – Дикон покачал головой. Он обо всем догадался еще до того, как Кейт успела ответить. – Твои исследования!

– Да, наверное, – Кейт пожала плечами. – Кроме работы, у меня в жизни почти ничего нет. Если только мои неизвестные доброжелатели не требуют, чтобы я прекратила пить кофе. Что, откровенно говоря, вряд ли скоро произойдет.

– Проклятие, Кейт! – Отец хлопнул ладонью по столешнице, и она вздрогнула от неожиданности. – Не шути на такие темы! – Он помахал запиской. – Ты получаешь угрозы, а не любовные письма! Причем автор потратил на их составление немало трудов!

– Какие же это угрозы, папа? – не сдавалась Кейт. – Просто слова на разных языках… вернее, одно и то же слово. Ни в одном из писем нет угроз лично мне!

– Кейт, их ведь принесли к тебе домой!

– Именно это я и сказала полицейским после того, как получила второе письмо.

– А они что? – удивленно спросил отец.

– Повторили то, что я тебе только что сказала. В письмах нет прямых угроз в мой адрес; со мной ничего не случилось. Мне, правда, предложили повесить камеру на парадное крыльцо, но… – Она замолчала.

– Что «но»?

– Но я последнее время так занята подготовкой к конференции, что все время забываю об этом.

Ей показалось, что отец сдерживается из последних сил, чтобы не выругать ее за беспечность. Старые письма он положил в шкатулку, а последнее – назад, в пакет, где оно лежало. Пакет придвинул дочери.

– Проверь его как можно скорее, надо убедиться, что кровь в самом деле ненастоящая. Я позвоню в магазин и до завтра возьму выходной. Кстати, ты обещала сварить кофе! – Он взял шкатулку и пересел за обеденный стол. – А я пока еще раз их перечитаю и постараюсь понять, за какие грехи мне послали такую непослушную дочь!


Кейт потерла переносицу, надеясь, что давящая головная боль не перейдет в приступ мигрени. Растянувшись на кровати, рядом с чемоданом и дорожной сумкой, она молилась, чтобы головная боль поскорее прошла.

Ей ни к чему лишние трудности – их и так предостаточно.

– Телохранитель – ну и что тут такого? – говорил отец, стоя на пороге. Узнав о странных письмах, он усилил свою и без того неслабую родительскую опеку и теперь донимал ее советами. – Не капризничай, как маленькая!

Кейт, которую на работе считали блестящим специалистом, прежде чем ответить, высунула язык.

– Я не маленькая! – возразила она, стараясь говорить спокойно. – По-моему, учитывая обстановку, я реагирую совершенно нормально.

– Знаешь, другие дочери на твоем месте были бы мне благодарны.

Кейт рассмеялась:

– Другие отцы не действуют за спиной у дочерей и не нанимают им телохранителей – подумать только, телохранителей! – перед деловыми поездками!

Дикон немного смутился, но сразу пришел в себя и парировал:

– Зато другие дочери не… – Он поднял руку, останавливая себя. – Слушай, мы с тобой можем целый день сидеть тут и ругаться, а у тебя еще вещи не собраны… Будь ко мне снисходительна! В конце концов, ты у меня – единственная дочь. – Голос у него дрогнул, поэтому Кейт не стала язвить, хотя ехидные слова рвались с языка. Она села и посмотрела отцу в глаза.

– А теперь послушай меня внимательно и постарайся не обижаться, – начал он. – Почти всю жизнь ты работаешь, стремясь помочь людям, которых никогда в жизни не увидишь. Ты сутки напролет сидишь в лаборатории. В своей профессии ты достигла таких высот, о которых я не мог и мечтать. Поэтому я очень горжусь тобой… Но из-за своего рвения… из-за преданности делу… ты словно в шорах, ты за деревьями не видишь леса. Не спорю, твоя работа очень важна. Но важна и ты сама! Ты очень ревниво относишься к своей секретной работе. Ты стараешься сохранить ее в тайне. А помнишь, что я когда-то говорил тебе о тайнах?

– Что их не существует.

Отец улыбнулся.

– Кто-то всегда проговорится, и тайное станет явным. Таков закон природы. Так считала и твоя мать. Судя по всему, кто-то что-то узнал. Кто-то обратил внимание на тебя. Ты сама говоришь, что после конференции, на которую ты едешь, все изменится. Так вот, я хочу позаботиться о том, чтобы ты выступила на конференции, поднялась на очередную высоту и тебе ничто не угрожало. Хотя ты пока не видишь цельной картины, не понимаешь, какая тебе грозит опасность. – Он похлопал ее по колену. – Так что прошу тебя, не сопротивляйся… Пусть только ради того, чтобы твой старик отец немного успокоился.

На лице Дикона сменилось множество эмоций. Она помнила, на какие жертвы ему пришлось идти, пока он в одиночку растил ее с девятилетнего возраста. И он никогда ни о чем ее не просил.

– Я люблю тебя и понимаю твою точку зрения, поэтому давай договоримся, – предложила Кейт. – Хорошо, я согласна на защиту, но мне хватит всего одного телохранителя. Одного! Все, что сверх того, привлечет ко мне ненужное внимание и… даже немного напугает меня. Итак, один, и не больше. Договорились?

Судя по его лицу, он снова готов был спорить, но, подумав, кивнул:

– Хорошо. – Он протянул ей руку. – Договорились!

Кейт глубоко вздохнула и пожала отцу руку.

– Кстати, интересно, как ты собираешься платить за услуги телохранителя? – Пять лет назад отец женился и открыл компьютерный магазин, где работал с утра до ночи…

– Мне повезло – у меня хорошие связи. Фирма, в которую я обратился, иногда предоставляет услуги даром, если дело, по их мнению, того стоит. Один из моих клиентов, живущих в Далласе, написал о них статью; сейчас он любезно порекомендовал им меня. – Отец широко улыбнулся.

– В таком случае твоя фирма явно непрофессиональная…

– Как раз наоборот! У них замечательный послужной список, и это еще мягко сказано, – возразил отец. – Не волнуйся, я прочел о них все, что только можно.

– Почему же они работают даром? – спросила озадаченная Кейт. Дикон широко улыбнулся:

– А ты попробуй выяснить у своего телохранителя!


Глава 3

Ну вот, опять! Пробка. Джонатан выглянул из окошка взятой напрокат машины и возмущенно хмыкнул.

– Добро пожаловать в Нью-Йорк! – буркнул он себе под нос.

Последние полчаса он практически стоял на месте из-за небольшого ДТП, участники которого решили вызвать полицию и заблокировали две полосы движения. И Дикон, и остальные водители, стоящие в пробке, считали, что в этом нет никакой необходимости. Очень некстати!

Стоя в пробке, Джонатан успел прочесть все три ориентировки на свою последнюю клиентку, Кэтрин Спирс. Она должна была ждать его в аэропорту, но когда Джонатан прилетел и набрал ее номер, услышал голосовое сообщение: клиентка решила одна поехать в отель.

Как она выразилась, «она не проживет еще полчаса без кофе, не такого паршивого, как в аэропорту».

Еще через десять минут пробка наконец начала рассасываться. До места Джонатан добрался без приключений. Он припарковался, отправил Никки сообщение, что наконец прибыл, и взял с заднего сиденья дорожную сумку. В сумке лежал тщательно выглаженный костюм и другие вещи, подходящие на любые случаи жизни и не нуждавшиеся в глажке. Сумка была легкой, но в ней нашлось место всему необходимому для пребывания в отеле с пятницы до вторника – не самое долгое, но и не самое короткое задание. Зато последнее… Джонатан вспомнил свой разговор с Никки. Он вошел в кабину лифта, мысленно представив себе план отеля. За главным вестибюлем на первом этаже находятся комната отдыха и тренажерный зал, которым постояльцы могли пользоваться круглосуточно. С двух сторон здания идут лестницы, рядом с которыми имеются лифты. Посередине вестибюля – стойка администратора. Из главного выхода можно попасть на улицу.

Джонатан здесь раньше не останавливался. Перед отъездом Джиллиан успела ознакомить его с планировкой отеля. Всегда лучше заранее знать, где что находится. Агенты «Ориона» гордились тем, что тщательно готовятся к заданиям – хотя даже это ничего не гарантировало. Клиенты иногда выкидывали самые невероятные номера, меняя условия в самую последнюю минуту. Впрочем, агентов «Ориона» это не смущало, они накопили достаточный опыт за три года работы фирмы.

Джонатан посмотрел на себя в зеркальную дверь и недовольно поморщился. Накануне он не выспался, лететь пришлось ранним рейсом; он надеялся, что клиентка не заметит темных кругов у него под глазами. Джонатан вспомнил, что говорила о ней Никки. На вечеринке в честь помолвки Марка она наскоро ввела его в курс дела.

– Я бы не поручила тебе это задание, поскольку ты, во-первых, только что вернулся и, во-вторых, хочешь перейти на административную работу. Но человек, который просил нас об услугах, был так встревожен… Его тревога как будто и мне передалась, – Никки перевела взгляд на стену. Там ничего не было, но Джонатан догадывался, что Никки думает о молодой женщине, портрет которой висел за этой стеной. Та молодая женщина круто изменила их жизнь. Без нее ни Никки, ни Оливер, ни Марк, ни Джонатан не стали бы теми, кем они стали. Но ее они не спасли… – Он живет во Флориде, а о нас узнал через одного из недавних клиентов Томаса. Его дочь уже какое-то время получает неприятные письма.

– Дочь?

– Да, Кэтрин Спирс научный работник. Очень умна, но, возможно, не совсем в ладах со здравым смыслом. Ее отец Дикон – ну и имечко! – говорит, что она беспечно относится к происходящему, зато он ужасно перепугался. В воскресенье она должна делать доклад на конференции в Нью-Йорке, и он боится, что тот или те, кто посылает ей письма – кстати, их приносят как на работу, так и домой, – хотят ей помешать выступить с докладом.

– И здесь в игру вступаем мы.

– Будем надеяться, что здесь в игру вступаешь ты.

Джонатан слишком уважал свою начальницу и друга, чтобы с порога отказаться от задания.

Хотя и попросил время подумать до следующего утра.

Утром Никки показала ему копии писем, пришедших от Дикона по факсу. Джонатан хранил невозмутимость, но холодок пробежал по его спине.

– Ясно. Я согласен.

Он не изменил своего решения даже после звонка, в котором ему сообщили, что ученая дама настаивает на одном телохранителе. Важно, что на карту поставлена ее безопасность.

Джонатан отправился регистрироваться. При мысли о клиентке он помрачнел. Он знал о ней лишь основные сведения. Заочно она казалась ему властной, равнодушной и эгоистичной.

– Добро пожаловать! Чем я могу вам помочь? – весело обратился к нему стоящий за стойкой молодой парень. На вид ему можно было дать двадцать с небольшим. Судя по именной табличке, его звали Джетт.

Джонатан поставил сумку и достал свое удостоверение.

– Номер заказан на имя Джонатана Кармайкла. – Он положил на стойку водительские права и корпоративную кредитную карту.

– Скажите, пожалуйста, моя приятельница уже заселилась? Ее зовут Кэтрин Спирс.

– С час назад, – тут же ответил администратор.

Такая быстрота удивила Джонатана.

– Вы ее помните? – спросил он.

– Да, она первым делом спросила, где здесь можно получить по-настоящему хороший кофе. – Такой вопрос, судя по всему, не обидел Джетта. – Я направил ее к кафе в квартале отсюда. – Он посмотрел куда-то поверх плеча Джонатана. – Наверное, она уже нашла его.

Джонатан обернулся и увидел свою клиентку. Кэтрин только что вошла в отель. Она держала в руке бумажный стакан с кофе. Она посмотрела на него как на старого знакомого, чего он не ожидал, и устремилась к нему.

– Мистер Кармайкл! – Она протянула ему руку, видимо, не сомневалась в том, кто он такой. – Рада, что вы наконец-то добрались.

Неожиданно для себя он широко улыбнулся:

– Мисс Спирс, счастлив видеть, что вы успели найти хороший кофе, ведь это для вас так важно. – Они обменялись рукопожатием, и клиентка снова удивила его. Она не только крепко пожала его руку, но и задержала ее в своей.

– На самом деле я успела выпить два кофе.

Они отступили на шаг друг от друга, но улыбаться Джонатан не перестал. Он видел фото Кэт рин перед тем, как отправился на задание, это был неудачный снимок. Наяву она оказалась гораздо симпатичнее, но было в ней нечто очень привлекательное; что именно, он пока не мог определить.

Клиентка продолжала удивлять Джонатана Кармайкла.

– Я бы подождала вас в аэропорту, – продолжала она подчеркнуто холодно, – но буду откровенна, думаю, в вашем пребывании здесь нет необходимости.

Джонатан усмехнулся; странно, раньше он то же самое думал о ней.

– Разве вам не хочется подстраховаться, чтобы потом не жалеть? – спросил он.

Кэтрин невесело улыбнулась в ответ:

– Предпочитаю не беспокоиться о том, что за мной повсюду следует телохранитель, следит за каждым моим шагом в то время, как я готовлюсь к величайшему карьерному взлету в жизни. – Она едва заметно выставила бедро вперед. – То есть, если бы мне позволено было выбирать…

В глубине души ему сразу же захотелось отстаивать свои навыки и профессионализм компании, которая составляла значительную часть его жизни. Однако их явно подслушивал Джетт, поэтому телохранитель предпочел вести себя благоразумнее.

– Охранная фирма «Орион» не заставляет клиентов нанимать своих сотрудников, – заметил он. – К нам обратился ваш отец, и вы, насколько я понял, с ним согласились. Что же касается слежки за каждым вашим шагом, могу вас заверить, что… если я делаю свое дело правильно, я буду следить не за вами, а за вашим окружением. Моя задача – обеспечивать вашу безопасность. Так что, если вам не нравится наш договор, вам лучше поговорить с отцом – и как следует подумать самой.

– Ясно… – не сразу ответила Кэтрин. Держалась она по-прежнему скованно и холодно. – А теперь прошу меня извинить, мне нужно подняться к себе в номер.

Она метнула на него испепеляющий взгляд, от чего Джонатан снова улыбнулся.

– Нам по пути, я провожу вас! – Видя, что она застыла в недоумении, он поспешил пояснить: – Разве ваш отец не говорил? Он просил, чтобы мы с вами поселились в смежных номерах.

И пусть Джонатан совсем недолго был знаком с ученой дамой, он понял, что его слова попали в цель.

Предстоящие дни обещали стать интересными.


Кейт очень не хотелось общаться с телохранителем, каким бы красавцем тот ни оказался. Впрочем, на снимке, присланном отцу некоей Никки Уотерс, она увидела слегка загорелого мужчину с невыразительным лицом. Он не был похож на телохранителей из кино. Казался самым заурядным человеком, кого не отличишь в толпе. Наверное, телохранитель и должен быть таким.

Однако, увидев его, она подумала, что, скорее всего, неверно судила о нем. Он был очень высокого роста с правильными чертами лица, а его синие глаза казались бездонными озерами на фоне слегка загорелой кожи, которую так удачно оттеняли короткие волосы цвета воронова крыла. И ему очень шла аккуратно подстриженная эспаньолка. Одет он был в серую футболку и джинсы. Когда он повернулся к администратору и протянул руку, Кейт заметила у него на предплечье татуировку.

Пожалуй, Джонатан Кармайкл не похож на заурядного человека.

– Вы грубо нарушаете мое право на личную жизнь, – заметила Кейт, первой входя в кабину лифта. Как и весь отель, лифт давно устарел. Она нажала кнопку второго этажа, надеясь, что они не застрянут. Нервы у нее были на пределе; она злилась на отца и на мужчину, стоявшего рядом. Совместное пребывание в тесном пространстве смущало и раздражало ее.

– Вынужден напомнить, что в фирму «Орион» обратился ваш отец, а вы с ним согласились, – заметил ее спутник, такой высокий, что без труда мог бы достать до потолка.

– Я имею в виду смежные номера, – уточнила Кейт.

– Да, наши номера соединены внутренней дверью, но не думайте, что я воспользуюсь ею без нужды. У меня даже ключа нет. Нам нужно только одно: чтобы номера располагались близко, а поскольку отель старый, соседние номера часто бывают смежными… – Он лукаво улыбнулся: – Или вы хотите, чтобы я дал ключ от своего номера вам?

Мурашки поползли у Кейт по коже.

– Нет! – быстро ответила она. – Мне ваш ключ совершенно ни к чему.

– Отлично. В таком случае никаких проблем не возникнет!

Дверцы кабины разъехались в стороны, и Кейт поспешила к номеру. Джонатан следовал за ней с сумкой в руке.

– Я осмотрю ваш номер, хорошо? – сказал он, когда она достала ключ-карту. – Хочу знать, где в нем что находится – на всякий случай.

Кейт с трудом удержалась от язвительной реплики и только досадливо вздохнула.

– Конечно, почему нет? – Она распахнула дверь и пропустила телохранителя вперед: – Действуйте!

Кэтрин не о чем было волноваться: ее привычка к аккуратности перешла из профессии в личную жизнь, чемодан был распакован, вещи разложены в шкафу. Джонатан вошел в ее номер, не выпуская сумки из рук.

– Честно говоря, я ожидал чего-то другого, – признался он, видимо, довольный произведенным осмотром.

– Чего-то другого? – повторила Кейт. – Например, злодея в маске, который залег в засаде за диваном?

У него слегка дернулись уголки губ:

– Нет. Скорее, я ожидал увидеть… ну, пробирки и колбы на прикроватной тумбочке. Ведь вы занимаетесь наукой?

Кейт с трудом удержалась от улыбки.

– В общепринятом смысле – да. – Она отпила кофе. – Что еще вам известно о моей работе?

Телохранитель пожал плечами:

– Я понятия не имею, над чем вы сейчас работаете и зачем приехали на конференцию. «Орион» наводит справки о клиентах только в пределах необходимого. Наши аналитики изучают вашу биографию только для того, чтобы найти в ней источники скрытых угроз. Но мы никогда не переходим определенных границ. Ваш отец и Никки выразились предельно ясно: о своей работе вы расскажете сами… если захотите. – Он помолчал, слегка склонив голову набок. – А я подозреваю, что вы вряд ли захотите делиться со мной подробностями своих исследований!

Кейт не успела вовремя одернуть себя. Перед глазами возник образ окровавленной женщины, привязанной к стулу. Голова упала на грудь, лицо в кровоподтеках…

Много лет она гнала от себя страшную картину, но женщина, привязанная к стулу, продолжала являться к ней в страшных снах.

– Да, – ледяным тоном ответила она, – вы правы. Подробностей не будет!


Глава 4

Голос Кэтрин сделался стальным, глаза прищурились, дыхание участилось. Он понял, она что-то вспомнила. За ее темными глазами таилось нечто еще более темное. Но не его дело выяснять, что с ней. Кэтрин Спирс не скрывала, что его присутствие ей неприятно. Да и ему пора было распаковать свои вещи.

Его номер находился справа и был точной копией номера клиентки. Общая дверь располагалась между столом и комодом, на котором стоял телевизор; дверь отпиралась ключом-картой. Правда, ключа от общей двери у него не было, но он не сомневался, что сумеет достать его, если пожелает.

Набрав номер начальницы, он оставил сообщение:

– Привет, Никки, это Джонатан. Познакомился с нашей ученой дамой. Должен сказать, ты… постаралась с последним заданием!

Джонатан стал вспоминать, что ему известно о клиентке. Он действительно почти ничего о ней не знал. Никки получила отчет аналитиков, но ему передала только самое необходимое. Принцип «Ори она» – всячески охранять частную жизнь клиентов. Поэтому Джонатану было лишь известно, что Кэтрин Спирс очень любит свою работу и что ее исследования засекречены.

Интересно, чем же она занимается? Его раздумья прервал стук в дверь. К своему удивлению, он увидел на пороге свою клиентку. Ее лицо, как ему показалось, стало приветливее, пожалуй, самую малость.

– Хочу извиниться за свою холодность, – заявила она без предисловий. – Просто понимаете… понимаешь, моя работа – щекотливая тема, и предстоящая конференция очень, очень важна для моей карьеры. Отец, наверное, прав – я действительно часто забываюсь и веду себя грубо. Приглашаю вас пообедать в китайском ресторане. Он недалеко, в нескольких кварталах отсюда. Там мы с вами сможем заново познакомиться.

– Спасибо за приглашение, но… ты ведь понимаешь – я в любом случае пошел бы с тобой в ресторан – работа такая, – напомнил Джонатан, тоже переходя на «ты». Кэтрин криво улыбнулась.

– Я хочу, чтобы ты пообедал вместе со мной, – уточнила она. – А не рыскал где-то у меня за спиной, как маньяк.

Джонатан взял бумажник, и они вышли. У лифта он не удержался и хмыкнул:

– Сначала извиняешься, потом обзываешь меня маньяком! Похоже, ты не привыкла просить прощения!

– Так и есть. – Его клиентка перестала улыбаться и скрестила руки на груди. – Не привыкла.

Вниз они спустились молча и так же молча зашагали по улице. Интересно, подумал Джонатан, бывала ли Кэтрин в Нью-Йорке прежде. Шагала она целеустремленно, не оглядываясь. Джонатан шел рядом, не задавая лишних вопросов.

Пройдя два квартала, они повернули налево, к маленькому китайскому ресторану с одним залом. Внутри оказалось темно и на удивление тихо, несмотря на шумную улицу за окнами. Немногочисленные завсегдатаи не обращали на них никакого внимания. Они прошли в отдельную кабинку у стены. Официант спросил, что они будут пить, получив ответ – удалился. Джонатан еще раз посмотрел на дверь и решил нарушить молчание.

– Значит, ты уже здесь бывала? То есть уже бывала в Нью-Йорке раньше?

– Да, бывала – и в Нью-Йорке, и здесь, – Кэт рин пожала плечами. – Ресторанчик подсказал мне один коллега из Буффало, он часто приезжает сюда по работе. Здесь хорошо готовят жареный рис с курицей… Не самая здоровая еда, но здешняя кухня произвела на меня неизгладимое впечатление! – Кэтрин улыбнулась чуть ли не виновато: – Поверь мне, моя похвала дорогого стоит. Дома я чаще всего питаюсь фастфудом.

К ним очень вовремя подошел официант. Джонатан решил проверить, совпадают ли их с Кэтрин вкусы, и заказал жареный рис с курицей.

– Говоря «дома», ты имеешь в виду Флориду? – уточнил он, рассматривая вошедшую в ресторан пару.

– Да, я всегда жила во Флориде, уезжала только в университет…

– И после окончания вернулась?

Кэтрин кивнула:

– После магистратуры мне предложили интересную работу в лаборатории, расположенной недалеко от дома моего отца. Возможно, я кажусь тебе такой папиной дочкой, привыкшей прятаться за спинами родителей, но тут дело в другом. О такой работе я и мечтать не могла! И, конечно, я очень люблю отца, вот почему вернулась во Флориду и терплю тамошний климат.

– Нет ничего плохого в том, чтобы жить рядом со своими близкими, – искренне сказал он, хотя не знал на собственном опыте, что это такое.

– А что же ты, мистер Телохранитель? Откуда ты родом?

Он и сам с удовольствием бы это выяснил!

– В детстве я часто переезжал с места на место. И нигде надолго не задерживался. – Он пожал плечами. – Когда в Далласе открылась фирма «Орион», я решил, что этот город нравится мне больше всего. Поверь мне – а я по работе ездил по всему миру, – моя похвала дорогого стоит.

Кэтрин улыбнулась, когда он повторил ее слова.

– Ясно. Кстати, я навела справки о фирме «Орион» и должна сказать, что она производит самое благоприятное впечатление.

– У нас было несколько интересных дел!

– Интересных?! Если я правильно помню, в прошлом году один из твоих коллег разоблачил подпольную сеть торговцев наркотиками, о существовании которой не подозревала полиция! – Коллега, о котором шла речь, был не кто иной, как Марк Трентон.

– Каждое дело и каждый клиент всегда представляют для нас интерес. Такая у нас работа.

– А еще я нашла в одной газете статью о женщине по имени Морган Эйвери. Если я правильно поняла, раньше ты работал в элитном охранном агентстве под названием «Редстоун Солюшенз». Морган обратилась в «Редстоун» за помощью, но ей отказали. Через несколько недель после того, как Морган убили, ты перешел в «Орион».

Джонатан напрягся. Дело Морган Эйвери не было засекречено, но в «Орионе» о ней говорили редко. Гибель Морган вызвала целую цепь событий, которые в корне изменили его жизнь, а также жизнь самых близких ему людей. Кэтрин интересовали ответы на вопросы. Если он промолчит, она начнет упорствовать.

– Я работал в группе, состоявшей из трех человек. Когда Морган Эйвери обратилась в «Редстоун Солюшенз», мы только что вернулись с очередного задания. Морган была молодой, красивой и очень умной студенткой, которая изучала астрономию. Она заняла первое место на конкурсе и получила первую премию – престижную стажировку в Англии. И сразу же в ее адрес начали поступать угрозы. Угрозы такие страшные и мерзкие, что она обратилась в «Редстоун». Как ты верно заметила, агентство считалось элитным.

– Значит, услуги агентства дорого стоили, а у нее не было денег, – предположила Кэтрин.

– Она была студенткой, и ей нечем было платить. Поэтому ей неоднократно отказывали. Даже когда секретарь «Редстоун» обратилась к руководству и попросила за нее. У Морган не хватало денег. И мы ее не защитили. – В голове возникла страшная картина: тело избитой Морган в сточной канаве… Как всегда, за воспоминанием последовали чувство вины и гнев. – Когда она ехала в аэропорт, ее похитил и убил человек, который хотел оказаться на ее месте.

– И тогда Никки Уотерс основала «Орион»?

Джонатан ответил не сразу, а только когда почувствовал, как ледяная ярость внутри его постепенно тает. Он кивнул:

– Никки и была той секретаршей в «Редстоун». После гибели Морган она отказалась работать в компании, для которой деньги важнее людей. Воспользовавшись своими связями, она основала охранную фирму с иной, чем у «Редстоун», концепцией. Она предложила мне и моим коллегам перейти к ней. – Он пожал плечами. – Мы с Марком и Оливером согласились. С тех пор мы работаем в «Орионе».

Джонатан подумал о татуировке на своем предплечье. Настроение у него немного улучшилось.

– Моя мама говорила: самые благородные стремления начинаются с самых бессмысленных трагедий, – произнесла Кэтрин после недолгого молчания. – Мне кажется, что я не нуждаюсь в защите «Ориона», но я ценю твои усилия и понимаю, что ты вкладываешь в работу душу. – Она снова улыбнулась. Им принесли заказ. Джонатана удивила искренность ее слов.

Они пообедали с аппетитом. Еда действительно оказалась выше всяких похвал.

– Надо обязательно сказать Грегу, что кормят здесь по-прежнему потрясающе, – заметила Кейт. – Хоть я и предпочитаю фастфуд, до отъезда надо будет непременно еще раз сюда заглянуть.

– Кто такой Грег? – спросил Джонатан.

– Ах, извини. Грег – тот самый коллега, о котором я говорила. Раз уж ты непременно должен всюду меня сопровождать во время моей поездки, то у тебя скоро будет возможность познакомиться с ним лично: мы с ним договорились встретиться завтра утром.

Джонатан сдвинул брови.

– В твоем распорядке завтрашняя встреча не упомянута, – заметил он, пытаясь вспомнить расписание встреч, которое Кэтрин заранее отправила своему отцу. Тот, в свою очередь, переслал его в Орион. Кейт поджала губы, присутствие телохранителя снова начало ее раздражать.

– Дело в том, что я не включила встречу с Грегом в свое расписание.

Она встала и отошла к кассе у двери, чтобы расплатиться. Джонатан не делал ей выговора, когда они вышли из ресторана; он молча шагал за ней, держась на расстоянии. Спустя какое-то время Кейт стало неуютно. Впрочем, вскоре Джонатан подошел ближе и прошептал ей почти в самое ухо:

– Пожалуйста, остановись. Надо поговорить.

Кейт послушно остановилась и в замешательстве обернулась к нему.

– Отсюда уже виден наш отель, – заметила она.

Джонатан схватил ее за руку и развернул к себе лицом. Кейт инстинктивно попробовала вырваться, но неожиданно телохранитель прошептал:

– По-моему, за нами следят. – Его взгляд был направлен куда-то поверх ее плеча. Он развернул ее так, чтобы она видела людей на другой стороне улицы. Кейт быстро и, как она надеялась, незаметно оглядела всех. Если за ними и правда следят, нельзя спугнуть шпиона.

Ничего подозрительного она не заметила.

– Мужчина и женщина в зеленой и черной куртках, – пояснил Джонатан в ответ на ее недоуменный взгляд. Она обернулась и мельком посмотрела на пару, о которой шла речь. Темноволосый мужчина и русоволосая женщина шли по противоположной стороне рука об руку. Кейт шумно вздохнула и снова повернулась к Джонатану:

– Ты имеешь в виду влюбленную парочку? – Она фыркнула. – Вряд ли они интересуются кем-то помимо друг друга.

– Они тоже были в ресторане и вышли сразу вслед за нами, оставив свою еду.

Джонатан не сводил с нее взгляда, но Кейт поняла, что он по-прежнему пристально следит за приближающейся парой. Его тревога удивила ее; возможно, поэтому она поступила именно так, как поступила.

– А знаешь, ты прав, – сказала она, оглядываясь на пару, которая почти поравнялась с ними. – Возможно, они действительно за нами следят. – Она схватила Джонатана за руку, отвлекая его внимание на себя, и улыбнулась. – Давай оторвемся от них? – Не услышав ответа от телохранителя, Кейт решительно зашагала вперед. – Пойдем в обход!


Глава 5

Кейт подвела Джонатана к ближайшему переходу; они вместе побежали через дорогу в толпе других пешеходов. Кэтрин крепко держала его за руку. Когда она оглянулась, у нее на губах играла улыбка.

Очутившись на другой стороне, Кэтрин быстро зашагала к магазину одежды и круглосуточной пекарне. Джонатан успел изучить план соседних кварталов по карте в отеле. Отделаться от слежки непросто, если только не делать этого специально. Их маневр его порадовал. Однако он не терял бдительности.

Подозрительная парочка осталась на той стороне и перешла улицу в другом месте. Может быть, он проявил излишнее рвение. Мужчина в зеленой куртке повернул голову; их с Джонатаном взгляды встретились.

А может, и нет.

– Эй, мистер Телохранитель! – окликнула его Кэтрин.

Джонатан не отворачивался от мужчины в зеленой куртке до тех пор, пока тот не опустил голову, рассмеявшись какому-то замечанию своей спутницы.

Кейт по-прежнему держала его за руку. Ладонь у нее была приятная, теплая на ощупь.

– Давай повернем направо, – предложил он. – Если мы перейдем дорогу здесь, то уткнемся в стройплощадку.

Кэтрин фыркнула:

– Если за нами следят, нам не так легко удастся отделаться от хвоста, – возразила она, заговорщически понижая голос.

– Ты совершенно права! – воодушевленно воскликнул он. – Мы должны быть изворотливы и осторожны, беру всю ответственность на себя.

Оглянувшись по сторонам, Джонатан бросился через дорогу. Они бежали между машинами. Самое главное – оторваться! Несмотря на встревоженный вздох Кейт, Джонатан продолжал идти параллельно прежнему курсу. Он снова потащил ее на другую сторону в еще одной толпе пешеходов; наконец они очутились у входа в магазин одежды для выпускников. Не теряя времени, он толкнул двойные двери, и в нос им ударил резкий запах одеколона. Их окружали нарядно одетые манекены. Почти сразу к ним подошла очень худая и загорелая продавщица.

– Вам помочь? – спросила она, видя, что они держатся за руки. Увидев, что Джонатан не останавливается, продавщица состроила удивленную гримасу, подняв тщательно выщипанные брови.

– Нет, спасибо, мы сами посмотрим.

Продавщица отошла от них, но успела презрительно хмыкнуть.

Джонатан осматривал вешалки с одеждой и витрины, ища выход. Хотя он хорошо изучил по карте ближайшие к отелю магазины и здания, с их внутренней планировкой он не был знаком. Вскоре он понял, что этот магазин – крайний в крупном торговом центре. В противоположном углу он заметил такие же массивные двери. Они вели к другим магазинам.

Джонатан замедлил шаг, размышляя, как поступить. Воспользовавшись его минутным замешательством, Кейт высвободила руку:

– Вперед, мистер Телохранитель! Посмотрим, умеешь ли ты работать в многозадачном режиме.

Он еще не успел огорчиться оттого, что больше не держал ее теплую руку, а она опрометью бросилась прочь и очутилась у другого выхода.


Кейт сама не знала, что на нее нашло. Может быть, запоздалое возбуждение оттого, что скоро начнется конференция. А может быть, она слишком много лет просидела в лаборатории и внезапно испытала желание побегать и поиграть. А может, все дело в красивом брюнете. Из телохранителя, который ее раздражал, он превратился в нормального, на удивление живого человека.

Кейт вышла в переход между магазинами с широкой улыбкой от уха до уха.

– Кэтрин! – окликнул ее сзади Джонатан. Она оглянулась, заметив, что он не разделяет ее веселости, но не остановилась.

В переходе было много народу. Кейт прошла мимо обувного и отдела электроники, а потом уловила приятный аромат, который привлек ее внимание. Она задрала голову, стараясь рассмотреть, что находится на втором этаже. Кейт еще раз лукаво улыбнулась своему телохранителю. Она понимала, что ведет себя просто несносно, и все же, не дожидаясь его, шагнула на эскалатор.

– Кэтрин! – снова позвал он. В его голосе слышалась тревога. Интересно, а что он с ней сделает? Он ей не отец, не начальник и не спонсор.

Ей отчего-то стало весело, и она побежала наверх, на второй этаж. За спиной загрохотали тяжелые шаги, Джонатан бросился за ней по эскалатору.

Кейт зашагала быстрее, потом побежала, расталкивая других покупателей; люди что-то кричали ей вслед, но ей было все равно. Она решила во что бы то ни стало оторваться от своего телохранителя и доказать ему, что, пусть даже намерения у него самые благие, она в его услугах не нуждается, потому что сама может отделаться от воображаемого хвоста.

Она вполне может сама о себе позаботиться.

Когда из кофейни вышла группа смеющихся девочек-подростков, Кейт метнулась вправо от них и тут же, зайдя за их группку, устремилась ко второму эскалатору, чтобы спуститься на первый этаж. Ступив на него, она обернулась через плечо. Где телохранитель? Ура, получилось!

Джонатан не заметил, куда она подевалась, и удалялся от нее. Он чуть замедлил шаг и взглядом отыскивал девушку в толпе.

Радуясь, что обманула телохранителя, Кейт побежала по ступенькам вниз. Вместо того, чтобы поспешить к главному входу на первом этаже, откуда покупатели выходили на улицу, Кейт решила поступить хитрее. За общественными туалетами в противоположном углу она заметила большие металлические двери – должно быть, через них в торговый центр заносили товары. Двери были приоткрыты; между ними стоял резиновый стопор. В щели виднелась полоска света. Кейт на полной скорости устремилась к боковому выходу, стараясь не слишком громко цокать каблуками по плиточному полу, и выбежала за дверь.

В переулке Кейт остановилась и подумала, что поступила не совсем красиво. Она только что перехитрила телохранителя, специально обученного не упускать своих подопечных из виду. Но ведь этого она и хотела!

Немного помедлив, она не спеша направилась назад, к главному входу в торговый центр. Она почти ожидала встретить там Джонатана, который преградит ей путь, отругает и обещает пожаловаться на нее отцу. Кейт вглядывалась в толпу, но телохранителя среди них не заметила. Зато…

Она застыла на месте. У нее перехватило дыхание; в толпе мелькнуло знакомое лицо, точнее, два лица, которые она узнала.

Это была пара, которая, по словам Джонатана, следила за ними. Именно они вызвали в Кейт озорное желание «оторваться». Мужчина и женщина поспешно покинули торговый центр и зашагали в ее сторону. Они как будто спешили. Мужчина смотрел налево, а женщина направо, они кого-то искали.

Женщина вдруг остановилась, тоже заметив знакомое лицо. Ее лицо.

Кейт выругалась про себя. И взбрело же ей в голову поиграть в кошки-мышки с телохранителем! Женщина повернулась к своему спутнику, но Кейт не стала дожидаться их дальнейших действий. В рекордное время она вернулась по своим следам в переулок и поспешила к боковому входу в магазин. За ее спиной слышался топот; он приближался.

Неужели те двое в самом деле гонятся за ней? Может, ей все только кажется? А что, если Джонатан был прав насчет слежки?

Кейт добежала до металлической двери, ведущей в торговый центр, и замялась. Скорее всего, их встреча – просто совпадение. Пара имеет полное право поесть в китайском ресторане, а потом отправиться за покупками. В конце концов, они в Нью-Йорке. Она кивнула себе, стараясь прогнать леденящий душу страх. Она сделала шаг назад и осторожно выглянула в переулок.

Вскоре из-за угла повернула блондинка в зеленой куртке. Кровь застыла у Кейт в жилах. Хорошо, что ноги еще двигались. Она схватилась за дверную ручку, готовая распахнуть ее и броситься внутрь, когда кто-то с такой силой толкнул дверь изнутри, что она тихо пискнула.

– Стой, это я, – сказал Джонатан, хватая ее за плечи и не давая упасть. Ее буквально накрыла волна облегчения. – Что случилось?

Кейт развернулась и посмотрела туда, где заметила женщину в зеленой куртке и ее спутника. Они исчезли.

– Она была здесь, – прошептала Кейт.

– Кто? – Джонатан крепче сжал ее плечи, толкнул себе за спину, посмотрел в ту же сторону, что и она.

Может быть, ей все-таки показалось.

– Кто? – повторил он. – Кэтрин!

– Зови меня Кейт, – шепотом попросила она, покачала головой и вскинула на него глаза. Неожиданно она смутилась. В самом деле, она вела себя как капризный, непослушный ребенок, в результате ей лишь удалось убедить себя в том, что ей грозит опасность. Скорее всего, та парочка совершенно ни при чем. И все же…

Она откашлялась и постаралась произнести как можно увереннее:

– Не люблю, когда меня называют Кэтрин.

– Хорошо, Кейт, – повторил Джонатан, сдвигая брови. – Кого ты видела?

– Не важно, – ответила она, выпрямляясь и глубоко вздыхая. Ни в коем случае нельзя, чтобы из-за паранойи телохранителя и собственного страха она потеряла сосредоточенность. – Пошли назад, – предложила она. Гулять ей расхотелось.

Возможно, Кейт и удалось бы уговорить себя, что женщину в зеленой куртке она встретила случайно, но убегать от телохранителя она раздумала.

Хотя ей по-прежнему казалось, что он ей не нужен, все-таки…


В отель они возвращались молча. Джонатану очень хотелось отругать свою подопечную за то, что она сбежала, но, увидев, как она перепугалась, решил пока воздержаться. Как бы то ни было, она напугана. Зато, когда чуть не столкнулась с Джонатаном, испытала явное облегчение.

Нелепое раздражение, которое Джонатан испытывал по отношению к Кэтрин – нет, Кейт, – сменилось горячим желанием защищать ее на пределе своих возможностей. И он понимал, что дело не только в его профессиональном долге.

Они молча вошли в отель, молча поднялись на свой этаж.

– Я немного устала от ходьбы, – наконец пробормотала Кейт. – Я дам тебе знать, когда мне захочется выйти.

– Спасибо, – только и сумел выдавить из себя он.

Кейт кивнула и открыла дверь номера. Он подождал, пока она закроется на задвижку. Интересно, она сделала это по привычке или сейчас тревожится больше, чем хочет показать?


Глава 6

Кейт закрыла дверь на задвижку и немного постояла. Судя по звукам снаружи, Джонатан вошел к себе и тоже заперся.

«Тебе ничто не угрожает, – внушала она себе. – Не допускай, чтобы тебе передалось его беспокойство».

Но еще произнося мысленно последние слова, она невольно почувствовала, как в ней нарастает нервное напряжение.

– Вот почему я не хотела телохранителя, – пробормотала она себе под нос. – По-моему, теперь у меня проблемы, которых раньше не было.

Однако забыть о человеке в смежном номере оказалось не так легко, как она надеялась. Его рассказ о том, с чего началась фирма «Орион», заставил ее немного смягчиться к новому знакомому. Телохранитель Джонатан Кармайкл был свидетелем трагедии. Он стремился к тому, чтобы подобное больше не повторялось. Разве не тем же самым занимается она?

Стараясь не думать о красивом брюнете, она легла на постель поверх одеяла. После сытного обеда и незапланированной прогулки ей захотелось спать. Это ее удивило, она привыкла много работать и мало спать.

Неожиданно для себя Кейт широко зевнула и поняла: пройдет совсем немного времени, и она заснет. Поездка в Нью-Йорк с самого начала оказалась совершенно не такой, как она ожидала.


В комнате было темно. Сквозь задвинутые шторы едва проникал свет уличных фонарей. Значит, она проспала дольше, чем собиралась.

Она перевернулась на спину и зевнула. Хотя она поспала, усталость по-прежнему давила на нее. Если она снова закроет глаза, то почти наверняка проспит до утра.

Что же ее разбудило? Она склонила голову набок, прислушиваясь.

Снаружи загудел автомобильный клаксон, за которым последовали еще два гудка. «Ах, милые нью-йоркские звуки!» – подумала Кейт.

Слушая какофонию сигналов, она думала о том, что будет делать сегодня, как вдруг ее внимание привлек какой-то шорох. Она в замешательстве повернула голову, вглядываясь в темноту и ища источник звука. Все стихло.

Сердце у Кейт забилось чаще. Она прислушалась. Ну вот, опять. В коридоре у ее двери кто-то стоял. Кейт осторожно встала и приблизилась к двери. Привстала на цыпочки, посмотрела в глазок, но увидела там только черноту. Невозможно понять, есть там кто-то или нет… и чем он занят. Кейт прикусила губу и стала ждать.

Шли секунды, минуты. Кейт стояла совершенно неподвижно. Наконец, она убедилась в том, что звуки – если они в самом деле были, а не померещились ей – прекратились. Она медленно откинула задвижку и приоткрыла дверь.

В коридоре никого не было. Кейт осторожно перешагнула порог. Никого. «Этот телохранитель и меня сделал параноиком, – подумала она. – Никто за мной не следит. Никто даже не знает, где я…»

Она обернулась, и все мысли в ее голове смешались, когда она увидела приклеенный к ее двери лист бумаги, на котором оказалось написано единственное слово: «Прекрати».

Однако не от самой записки у Кейт перехватило дыхание. Бумага была в крови. И на сей раз кровь, видимо, была настоящая.


Глава 7

Джонатан едва успел выйти из душа, когда к нему в дверь замолотили кулаками. Он повязал пояс полотенцем и побежал открывать.

– По-моему, она настоящая! – воскликнула Кейт вместо приветствия. На ней была та же одежда, что и раньше, но на щеке отпечатался след подушки, волосы были растрепаны. Похоже, последние несколько часов она проспала. Однако выражение ее лица совсем не свидетельствовало о том, что она отдохнула.

– О чем ты? – спросил Джонатан.

– По-моему, на этот раз она настоящая, – повторила Кейт.

– Что настоящая?

Кейт дрожащей рукой показывала на свою дверь.

Он повернул голову и все понял.

– Это настоящая кровь.

– Да. И цвет, и консистенция, – согласилась Кейт. – И запах…

– Ты видела, кто приклеил записку? – спросил Джонатан, озираясь и осматривая пустой коридор.

– Нет. Я проснулась от шороха, вышла взглянуть и увидела… – Она показала пальцем на записку, широко раскрыв глаза.

Джонатан заметил камеры слежения, развешенные в углах коридора.

– Ты ее трогала?

Кейт покачала головой:

– Только увидела и сразу постучала к тебе.

– Отлично. Заходи! – жестом пригласил он. Ее озабоченный взгляд тут же сменился упрямым.

– Разве не нужно кого-нибудь позвать?

– Обязательно позовем, но из номера, – ответил он, с трудом сдерживая растущее раздражение. – Если ты не заметила, кровь совсем свежая.

Кейт повернула голову к двери. По ее выражению он догадался: она поняла, что он имеет в виду.

– Значит… – продолжал Джонатан, но она его перебила:

– Значит, записку приклеили совсем недавно!

Он снова жестом пригласил ее зайти. На сей раз она вошла без возражений.

– Звони на стойку, пусть администратор поднимается сюда или позовет управляющего, – велел он, входя следом. – Непременно скажи, что вызываешь и полицию. – Кейт открывала и закрывала рот, словно рыба, вытащенная из воды. – Слушай, я нисколько не сомневаюсь, что это письмо связано с другими, которые ты получаешь. Значит, его гнев нарастает, – он принялся загибать пальцы. – Одно большое слово «Прекрати» вместо целой страницы, исписанной с двух сторон. Настоящая кровь, а не имитация. На двери твоего номера в отеле, вдали от дома. И даже такая упрямая голова, как у тебя, не может не заметить: кто бы ни писал эти письма, он все больше злится.

– Невольно напрашивается вопрос: что дальше? – сказала Кейт.

– Для начала постараемся позаботиться о том, чтобы нам не пришлось это узнать. Итак, звони на стойку и, если не хочешь увидеть меня голым, отвернись!

Он надел белую футболку, а сверху – серую рубашку, брюки хаки и обулся.

– Администратор Джетт, который тебя регистрировал, сказал, что управляющий уже поднимается сюда, – сказала Кейт, не глядя на него. – И голос у него сделался очень озабоченный.

– Вот и хорошо – так и должно быть.

Джонатан взял сотовый телефон, порылся в сумке и нашел то, о чем, как он надеялся, ему не придется даже думать, пока он выполняет задание.

– «Орион» гордится тем, что всегда старается защищать клиентов, применяя несмертельные средства. – Он подошел к сидящей на краю кровати Кейт. – Но, поскольку ты отказалась от второго телохранителя и продолжаешь получать окровавленные письма, я даю тебе вот это. Только будь осторожна, предупреждаю! – Джонатан протянул ей небольшую пластиковую коробочку, черную, довольно тяжелую. С обеих сторон ее украшали ярко-желтые полосы. – Показать тебе, как оно работает?

– Я живу одна, – ответила Кейт, беря коробочку и кладя на прикроватную тумбочку. – И электрошокером пользоваться умею!

– Приятно слышать, – сказал Джонатан. – А теперь звони в полицию и не открывай никому, пока я не вернусь.

– Куда ты?

– Попробую найти того, кто оставил записку, – ответил он уже с порога, открывая дверь. – И заодно выяснить, как они узнали, в каком номере ты остановилась.


Управляющей оказалась женщина по имени Лола Тиг; она выглядела встревоженной и пообещала сделать все от нее зависящее, чтобы им помочь. С Джонатаном она встретилась у лифта. На ней был темно-синий брючный костюм, туфли на каблуке. На лацкане блейзера имелся бейдж с переливчатыми буквами. Лола была дамой лет пятидесяти с великолепной осанкой и безупречно уложенными черными волосами, морщинки в уголках ее рта свидетельствовали о том, что она часто улыбается.

Правда, она сразу же посерьезнела, когда увидела записку на двери, и даже негромко присвистнула.

– Такое у нас впервые, уж вы мне поверьте – а я, учтите, работаю в отеле со дня его основания! – Она склонилась к записке, изучая ее, затем выпрямилась. – Другие управляющие, возможно, сначала вызвали бы владельца отеля, а потом полицию. Я такую точку зрения не разделяю.

– Не волнуйтесь, полицию мы уже вызвали.

Джонатан проникся к ней уважением, отметив ее озабоченный взгляд.

Лола сухо кивнула и смерила его оценивающим взглядом.

– Значит, вы – телохранитель? – спросила она и поспешила пояснить: – Джетт слышал, как вы беседовали во время вашей регистрации.

Джонатан стиснул челюсти.

– Надеюсь, он никому не говорил, что мы остановились здесь! – В его голосе зазвучали опасные нотки. – Буду с вами откровенен… о том, что мы выбрали именно ваш отель, известно очень немногим. Мы не пробыли здесь и нескольких часов, а кто-то уже узнал, в каком номере живет моя клиентка!

От Лолы, видимо, не ускользнул намек: Джетт мог проболтаться, сообщить кому-то, где их искать. Джонатан заметил, как напряглась управляющая. Он задел ее профессиональную честь.

Вместо ответа Лола оглядела коридор:

– По-моему, пора выяснить, что зафиксировали наши камеры.

– Думаю, вы правы.

Джонатан сфотографировал записку на двери и следом за управляющей отправился к лифтам. Они спустились в главный вестибюль. Джетт сидел за стойкой, внимательно глядя на всех входящих.

– Джетт, – обратилась к нему Лола. – Ты случайно никому не говорил, что у нас остановились мисс Спирс и мистер Кармайкл?

– И не упоминал, в каких мы номерах? – добавил Джонатан.

– Ни в коем случае! – воскликнул Джетт и повернулся к Джонатану. – Только вы о ней и спрашивали. Больше никто не звонил сюда и не подходил ко мне, чтобы спросить о вас или о ней.

Лола удовлетворенно кивнула.

– Ну, ладно, – согласился Джонатан.

– Джетт, найди нас, когда приедет полиция, – велела Лола. – А еще отправь Нормана наверх, пусть позаботится о том, чтобы до прихода полиции к той записке никто не прикасался.

– Слушаю, мэм.

– Кто такой Норман? – спросил Джонатан.

– Старший уборщик, – ответила Лола и снова обратилась к Джетту: – Кстати, Джетт. Если увидишь кого-нибудь – кого угодно, – в ком ты не опознаешь нашего гостя, немедленно разыщи меня!

Отдав распоряжения, Лола повела Джонатана к двери в углу под табличкой «Служебный вход». Они очутились в небольшом коридорчике, который изгибался вправо и вел еще к одной двери с табличкой «Охрана». Управляющая достала из кармана ключ и отперла дверь.

– Я только что поняла, – с несчастным видом сказала она. – Тот, кто прикрепил записку, поднялся на этаж во время обеденного перерыва Берни, нашего охранника… Что скажете?

– Скажу, что это не случайность, – ответил Джонатан.

Они вошли в небольшую комнату. Джонатан мысленно анализировал события. Нарастание угроз, очевидная злоба того, кто за ними стоит, охранник, который должен был смотреть на мониторы, как раз ушел обедать в то время, когда на дверь прикрепили записку!

Помещение для охраны оказалось маленьким. Стол шириной во всю стену с двумя плоскоэкранными мониторами. На каждый монитор выведено – по восемь экранов камер.

– Вот ваш этаж. – Лола указала на монитор и села в кресло. – Вот что попадает в обзор одной камеры, а вот другой. – Джонатан подошел ближе. Камеры делали запись в режиме реального времени. Дверь Кейт находилась строго посередине между двумя экранами; настолько близко, что любого, кто подходил к ней, было видно, но настолько далеко, что записку на двери разглядеть не удавалось.

Лола пощелкала клавишами, а Джонатан осмотрел остальные камеры. Движения на них было немного, а даже если и было, вряд ли ему позволят допросить всех постояльцев до единого в надежде, что ему повезет и он схватит преступника. Он сразу понял, что легко ему не будет.

Лола начала отматывать запись, и вдруг Джонатан поднял руку:

– Вот он! – воскликнул он. – Стоит перед ее дверью.

Они затихли и нажали «Воспроизведение». Увидели, как человек достает из куртки нечто, напоминающее большую пластиковую коробку для сэнд вичей.

– Та самая записка, – выдохнула Лола.

Джонатан кивнул:

– Он держал ее в контейнере, чтобы кровь не просочилась наружу.

Неизвестный осторожно извлек записку, при этом он как будто вовсе не боялся, что его заметят.

Он прижал записку к двери, свободной рукой достал моток клейкой ленты и оторвал кусок. Если бы Джонатан не пошел в душ, он бы непременно услы шал этот звук, затем неизвестный приклеил окровавленный листок к двери. Убедившись, что записка не отвалится, он развернулся и не спеша зашагал прочь.

Лола нажала кнопку «Стоп».

– Сейчас распечатаю, – сказала она, посылая изображение на принтер. Джонатан молчал. Он не сводил взгляда с неизвестного, лицо которого буквально сочилось яростью, пылкой и неприкрытой.

– Погодите, – сказала Лола, посмотрев на него. – Вы знаете этого человека?

– Нет, – признался Джонатан. – Хотя сегодня уже видел его, тогда с ним была женщина.

Вопрос: куда теперь подевались злоумышленники?


Глава 8

Кейт растирала руки, словно так ей легче было избавиться от страха. Два сотрудника полицейского управления Нью-Йорка, приехавшие на вызов, озабоченно разглядывали окровавленную записку. Затем они сфотографировали записку, сняли ее с двери и поместили в пакет.

– Мы проверим, человеческая ли кровь, – сказал один из них. – Если что-нибудь выяснится, дадим вам знать.

У Кейт на глазах Джонатан помрачнел. Он ожидал большего.

– А тот тип? – спросил он, когда полицейские собрались уходить.

– Установим его личность и допросим, – пообещал старший из двух полицейских. – А о чем мы будем с ним беседовать, зависит от того, настоящая кровь на записке или нет.

Они не стали задерживаться. Кейт смотрела им вслед; они шагали по узкому коридору к лифтам. Ей показалось, что телохранитель разделяет ее досаду.

– Я ожидала, что они больше нам помогут, – призналась она, когда стражи порядка уехали. – Мне показалось, что их происшествие совсем не встревожило.

Джонатан сердито буркнул что-то и жестом показал на ее дверь:

– Иди, собирай вещи.

Кейт удивленно подняла брови.

– Что?! Мы никуда отсюда не уедем! – воскликнула она. – Мне все равно, даже если какие-то садисты из кожи вон лезут, чтобы напугать меня! Мне нужно сделать дело, и я не…

– Кейт, – перебил ее Джонатан, поднимая руку и призывая ее к молчанию. – Я и так понимаю, что ты никуда отсюда не уедешь, поэтому ни о чем таком и не прошу. Управляющая позволила нам переселиться в другой номер без официального извещения.

– Вот как… – Кейт почувствовала, как у нее горит лицо.

– Прошу тебя, собери вещи, и мы перейдем в другие номера.

– А что значит «без официального извещения»?

– В компьютерной базе отеля мы по-прежнему числимся в этих номерах. В тех, куда мы переедем, мы будем зарегистрированы под вымышленными именами. Будем надеяться, такая мера не позволит нашему писателю нанести нам еще один визит. Какие-то негодяи хотят запугать тебя. Кейт, меры предосторожности не дураки придумали, они созданы умными людьми, которые понимают, что лучше перестраховаться.

Кейт кивнула Джонатану и задумалась. Что делать дальше? Тем временем Джонатан подождал, пока она войдет внутрь, и закрыл ее дверь. Затем Кейт услышала, как он входит к себе.

Она неожиданно для себя быстро собралась, распихав вещи кое-как. Она размышляла над тем, чья кровь была на записке.

Глаза Кейт устремились на боковой карман чемодана. В нем лежала небольшая записная книжка в кожаном переплете.

Она глубоко вздохнула и напомнила себе: «Кейт, то, что ты делаешь, очень важно. Не давай им себя запугать!»

Джонатан с дорожной сумкой уже ждал ее в коридоре. Не говоря ни слова, он взял у нее чемодан и зашагал вперед. Она в последний раз оглянулась на дверь уже бывшего номера.

– Нам нужно еще поговорить о сегодняшнем вечере, – сказал Джонатан, как только закрылась кабина лифта. Кейт следила, как он нажимает кнопку третьего этажа. Ей не хотелось смотреть ему в глаза. Ей не хотелось ссориться.

– Разве телохранители не должны наблюдать молча? – спросила она, делано улыбнувшись. На нее вдруг навалилась усталость, ей не хотелось ни о чем говорить, даже с человеком, который, судя по всему, прилагает все усилия, чтобы обеспечить ее безопасность.

– Я думал, ты не любишь тех, кто молча наблюдает за тобой на расстоянии. – Он отпустил замечание как бы шутливо, но Кейт не сомневалась, что ему не до смеха. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.

Профиль Джонатана Кармайкла был совершенно безупречен. Точеные нос, рот, подбородок, а глаза… Джонатан обернулся, их взгляды встретились.

Кейт гордилась своей дотошностью – и в работе, и в жизни. Она легко навешивала ярлыки на предметы и на людей. Однако сейчас, несмотря на обширный словарный запас и сообразительность, она никак не могла подобрать нужное слово, какое описывало бы необычайный оттенок глаз ее телохранителя и того чувства, которое он в ней вызывал.

– Что с тобой? – спросил он, когда кабина лифта остановилась. Прозвенел звонок, дверцы разъехались в стороны. – Кейт! – негромко позвал он; в его голосе отчетливо слышалась тревога.

Кейт поморгала глазами.

– Извини, я просто… устала. Наверное, путешествие утомило меня больше, чем мне казалось, – Она зевнула и потянулась. – А ты разве не хочешь поспать?

– Я научился довольствоваться малым количеством сна, – ровным тоном произнес он, догоняя ее. – Можешь считать, что это профессиональная уловка.

Они подошли к своим новым номерам. Джонатан отпер дверь и вошел, проделав то же самое, что и утром: тщательно осмотрелся, затем впустил Кейт, запер дверь на замок и на задвижку.

Внезапно Кейт обдало жаром. Она вопросительно посмотрела на Джонатана. Неужели он собирается ночевать в ее номере? Она скользнула взглядом по широкой кровати.

Возможно Джонатан заметил, как она покраснела, но ничего не сказал.

– Знаю, ты не любишь смежные комнаты, – сказал он, подходя к внутренней двери, – но учитывая все, что произошло, я подумал, что неплохо иметь возможность перемещаться между нашими комнатами, не выходя в коридор. Он достал из кармана еще один ключ-карту и сунул в замок на двери. Послышался щелчок, дверь распахнулась. За ней оказался точно такой же номер, что и у нее, с такой же широкой кроватью.

Она должна была порадоваться, что телохранитель не собирается у нее ночевать, однако смутилась еще больше. Пытаясь скрыть это, Кейт раскрыла чемодан и заговорила, не оборачиваясь:

– Я не против, если только ты не решишь напугать меня и проникнуть ко мне в комнату, когда я буду спать.

Он рассмеялся:

– Я не стану смотреть, как ты спишь, если ты не сделаешь то же самое со мной. – Она обернулась. Он положил второй ключ-карту на столик с телевизором рядом с дверью. – Если я понадоблюсь, стучи. Спокойной ночи!

Он уже закрывал дверь, когда Кейт шагнула к нему. Он остановился, потому что она окликнула его по имени.

– Джонатан! – Он обернулся, и Кейт снова поразили его глаза. – Не знаю, как именно работает фирма «Орион» и ее агенты… обязан ли ты докладывать, отчитываться, держать их в курсе дела… но буду тебе очень признательна, если ты не скажешь моему отцу о том, что недавно случилось. – Она едва заметно улыбнулась. – Конечно, строго говоря, именно он твой клиент, просто… он слишком сильно тревожится.

– Знаешь, хорошо, когда кто-то тревожится о тебе. Некоторые об этом только мечтают. – Она заметила то, как грустно он произнес эти слова.

– У отца хватает и других поводов для беспокойства, не хочу усиливать его тревогу. – настаивала Кейт.

– Когда все закончится, я составлю подробный отчет для своей начальницы, а уж она решит, что говорить клиенту. Но пока, думаю, нам обоим не повредит крепкий сон.

Он не согласился с ее просьбой – но и не отказал ей.


Этой ночью никто не приклеил окровавленного письма к ней на дверь. После того, как Лола сообщила о происшествии администратору дневной смены, лысеющему мужчине по имени Тед, тот не сводил взгляда с входной двери, отыскивая человека, который попал в объектив камеры слежения. Когда Кейт и Джонатан спустились в вестибюль, чтобы представиться, Тед встретил их очень радушно.

– Если хотите позавтракать, завтрак за счет заведения, – улыбнулся он. В ответ у Кейт забурчало в животе. Она ничего не ела после вчерашнего обеда в китайском ресторане.

– Очень мило, – заметила она. Тед, в свою очередь, продолжал улыбаться, даже когда склонился к ней ближе и спросил, что говорят полицейские.

– Я звонил им перед тем, как спуститься, но мне сообщили, что новостей у них пока нет, – ответил Джонатан.

Тед кивнул.

Кейт и Джонатан отправились в ресторан при отеле. Когда Кейт почти расправилась с яичницей и беконом, ее телохранитель задал вопрос, которого она давно ждала:

– Так чему посвящена эта твоя конференция?

– Что тебе уже известно о ней? – с интересом спросила она.

– Ничего, кроме того, что тебе необходимо на ней присутствовать и быть при полном параде.

Кейт улыбнулась.

– Такие конференции – не для широкой публики. Их, если можно так выразиться, устраивают потенциальные спонсоры, которым не терпится узнать о ходе исследований. Мне нужно показать себя с лучшей стороны. Я добилась значительных успехов в работе, которой занимаюсь уже долгое время, и меня пригласили рассказать о результатах. Вот почему сегодня я договорилась встретиться с Грегом. Он не просто коллега, а скорее наставник. Надеюсь, он привез мне подарок.

– Какой еще подарок? – удивился Джонатан.

Кейт снова заулыбалась:

– Подарок, способный переломить ход игры!


Глава 9

Грег Кэлхаун оказался низкорослым, темнокожим, почти лысым толстяком, с белозубой улыбкой, подправленной искусственным путем. Его очки были такими же старомодными, как и мятый носовой платок, который он часто доставал из кармана. В кофейню он вошел прищурившись; заметив Кейт, он просиял и направился прямо к их столику.

– Кейт! – воскликнул он. – Как же я рад тебя видеть!

Кейт встала и позволила себя обнять, Грега она считала своим настоящим другом.

– И я рада тебя видеть, – ответила она, садясь. Джонатан протянул Грегу руку, когда тот устроился напротив. – Грег, позволь представить тебе Джонатана Кармайкла… – Кейт замялась, не нарушает ли она правила, рассказывая Грегу, что Джонатан – ее телохранитель? Но она доверяла Грегу.

– Я телохранитель Кейт, – сказал Джонатан, опередив ее. – Мне показалось, ты не знаешь, какой ярлык на меня наклеить, – прошептал он ей перед тем, как снова повернуться к новому знакомому.

Грег пожал ему руку и кивнул, не задавая лишних вопросов.

– Честно говоря, я рад, что у тебя есть телохранитель, – заявил он. – Твой отец рассказал мне о письмах с угрозами, и я волновался за тебя.

– Отец рассказал тебе о письмах?! – покраснев, воскликнула Кейт.

– Он мне позвонил, хотел выяснить, не получал ли я таких же, и попросил меня присматривать за тобой на конференции… Рад, что ты решила для этой цели нанять более подходящего человека.

Кейт пришла в ярость. Отец снова действовал у нее за спиной!

– Слушай, не злись на отца, – продолжал Грег. – Он волнуется за тебя, и… – он положил на стол серебристый чемоданчик, который принес с собой, и похлопал по крышке, – я его понимаю.

Кейт вдруг широко улыбнулась.

– Ты получил то, что я просила! – взволнованно прошептала она, забывая обо всех неприятностях. – А я боялась, что не успеешь вовремя!

Грег улыбнулся:

– Возможно, мой подарок тебе не пригодится, но он хотя бы станет материальным доказательством проделанной тобой работы. Как говорится, увидеть – значит поверить, и все такое. – Он снял чемодан со стола и поставил рядом с собой на пол. Джонатан молча переводил взгляд с него на Кейт и обратно.

– Спасибо, – сказала она. – Будем надеяться, твой подарок понравится спонсорам…

Грег посерьезнел.

– Надеюсь. – Он повернулся к Джонатану с лукавой улыбкой: – Кстати, о надежде. Надеюсь, эта девица не слишком затруднит вам жизнь. Она, знаете ли, иногда бывает просто несносной!

Джонатан рассмеялся:

– У меня бывали клиенты и потруднее. Правда, и полегче тоже.

Грег шумно расхохотался.

– Эй, вы не забыли? Я тоже здесь, – заметила Кейт. Джонатан бегло улыбнулся ей, и от его улыбки неожиданно всколыхнулась та часть ее души, о существовании которой она давно забыла.

– Вы выразились весьма политкорректно, – заметил Грег, и его лицо смягчилось. – Кассандра была такой же энергичной.

Кейт поставила чашку на стол. Когда при ней называли имя матери, она чувствовала любовь к ней, которая всегда была в ее сердце, и пустоту, возникшую в ее душе, когда Кассандры не стало.

Грег похлопал Кейт по плечу. Он тоже горевал после смерти Кассандры Спирс. Джонатан пытливо смотрел Кейт в лицо, как будто хотел прочесть в ее глазах ответ на какие-то свои вопросы. Неожиданно Кейт решила, что должна кое-что ему объяснить.

– Грег раньше работал с моей мамой. Он готовил теоретическую базу для ее опытов. Он стал другом семьи, – сказала она, откашлявшись. – Когда он узнал, чем я занимаюсь, помог обеспечить финансирование моих экспериментов. Без него я не добилась бы такого успеха!

– Тебе повезло, что такой хороший человек оказался на твоей стороне, – заметил Джонатан. Кейт кивнула:

– Один из лучших!

Грег, улыбаясь, поднял руки вверх:

– А я-то думал, что просто передам тебе подарок, а не буду выслушивать похвалы.

Кейт невольно рассмеялась.

– Значит, то, чем вы занимаетесь, тоже секретно? – спросил Джонатан.

– Нет, не особенно, – Грег широко улыбнулся. – Раньше я был доцентом в Гарварде – типичный сухарь-ученый. Теперь я – бизнес-консультант, но тяга к научным исследованиям осталась. Иногда я сам произвожу опыты, время от времени являюсь консультантом. Работа, конечно, скучная, особенно если сравнить ее с жизнью телохранителя.

Джонатан улыбнулся.

– В нашей работе тоже есть свои плюсы и минусы. Путешествия – это здорово, да и люди встречались… – он многозначительно посмотрел на свою клиентку, – интересные.

– Для некоторых твоя работа – предел мечтаний! – заметила Кейт.

– Возможно. Но, если честно, это мое последнее задание.

– Ты уходишь из «Ориона»?

Джонатан покачал головой:

– Нет, не ухожу, если только Никки Уотерс меня не уволит, – усмехнулся он. – Она согласилась перевести меня на административную работу.

– Корни. – Грег глубокомысленно кивнул.

– Значит, у тебя есть кто-то, с кем ты хотел бы пустить корни? – не упустила случая полюбопытствовать Кейт. Не увидев обручального кольца у него на пальце, она решила, что он не женат, но в общем ее это не занимало. Даже после того, как она поняла, как ее влечет к нему. Какая разница, есть у него кто-нибудь или нет? Он ее телохранитель, и больше ничего!

– К сожалению, нет. Если не считать друзей. Так что корни я намерен пускать в одиночестве… – Кейт немного оттаяла. Грег внимательно посмотрел на нее; она смутилась и спряталась за кофейной чашкой.

– Не сомневаюсь, вы скоро найдете спутницу жизни, – заключил Грег и, снова рассмеявшись, добавил: – А если нет, всегда можно завести собаку!

Оба расхохотались. На сей раз Кейт присоединилась к мужчинам. Она радовалась тому, как прошла встреча. Почему-то ей хотелось, чтобы Грег и Джонатан понравились друг другу.

– Что ж, Кэтрин, будет справедливо, если такой же вопрос я задам тебе, – сказал Грег, отсмеявшись. – Ты еще встречаешься с тем парнем – забыл, как его зовут?

У Кейт запылало лицо. Она покосилась на Джонатана, он не сводил с нее глаз.

– Если ты о Калебе, то нет, – призналась она. – Второй год проекта наши отношения не выдержали. Прошло уже три года, но Кейт ни с кем не встречалась и даже не проявляла ни к кому интереса. Она пожала плечами. – Так остается больше времени для работы.

Грег снова похлопал ее по руке и хотел уже произнести очередную мудрость, как вдруг Джонатан его перебил:

– Знаешь, вредно только работать и совсем не развлекаться.

Он подмигнул ей, и у Кейт перехватило дыхание. Какое-то время она молча смотрела на него в упор.

– Джонатан, вы мне нравитесь, – заявил Грег. – Он встал, Кейт и Джонатан последовали его примеру. – К сожалению, мне пора, я работаю над проектом, который требует моего пристального внимания.

– Спасибо, что пришел повидаться со мной, – Кейт потянулась к серебристому чемоданчику. – И спасибо за подарок!

Они вместе вышли на улицу.

– Рад был с вами познакомиться, Джонатан, – сказал Грег, пожимая телохранителю руку. – Желаю вам успешно пустить корни – а также справиться с заданием.

– Она энергичная, – заметил Джонатан.

Грег расхохотался:

– В яблочко! – Он заключил Кейт в объятия. – Твоя мать гордилась бы тобой, – прошептал он ей на ухо. – Как горжусь тобой я.

– Спасибо, – сказала она, – Твои слова много для меня значат.

На прощание Грег похлопал ее по руке:

– Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится, и удачи на конференции! – Он кивнул Джонатану, тот ответил тем же. Грег через улицу направился к подземной парковке. Джонатан развернулся было в сторону отеля, как вдруг Кейт вспомнила, что забыла кое о чем спросить Грега.

– Подожди, я забыла спросить шифр для этой штуки, – она указала на чемоданчик. Грег уже наполовину перешел улицу, его окружали другие пешеходы. На светофоре еще горел зеленый свет. – Грег! – крикнула Кейт, когда они с Джонатаном ступили на переход.

Он услышал их, обернулся, широко улыбаясь, и остановился.


Глава 10

Машина шла на высокой скорости и не остановилась, когда передним бампером на переходе зацепила мужчину и женщину. Они не успели даже понять, что произошло, зато пешеходы вокруг кричали от ужаса.

Машина пронеслась в нескольких шагах от Кейт и Джонатана – на мостовой лежали сбитые ею люди. Джонатан не успел рассмотреть лицо человека за рулем.

Позже, анализируя события, Джонатан понял, что все могло случиться совершенно иначе. Если бы он не шел на шаг впереди Кейт, ему не хватило бы времени оттолкнуть ее. Все произошло мгновенно. Он бросился на нее, закрыл своим телом и вместе с ней откатился в сторону.

Они, конечно, больно ушиблись при падении. Джонатан ударился боком и локтем. Кейт повезло меньше. В общей сумятице он расслышал, как она тихо ахнула от боли. Девушка ударилась затылком о мостовую.

– Как ты? – крикнул Джонатан, вставая. Кейт поморщилась от боли. Она ощупала затылок, отняла ладонь, на ней была кровь. Джонатан снова услышал крики и обернулся. Задний бампер машины-убийцы находился совсем рядом с ними. Они лишь чудом остались в живых! – Кейт! – позвал он снова.

– Моя голова, – сказала она, берясь за его руку.

Он помог ей встать, она тут же снова закричала, но уже не от боли.

– Грег! – Кейт метнулась к Грегу, он лежал неподвижно и был весь в крови. Джонатан подоспел в тот миг, когда Кейт упала на колени рядом с головой друга.

Машина, причинившая столько вреда, наконец остановилась, врезавшись в другую машину, которая ждала на перекрестке. Ее тут же окружили разъяренные очевидцы. Часть пешеходов поспешила к раненым. Оглядевшись, Джонатан насчитал пятерых сбитых человек.

Кейт схватила Грега за запястье, проверяя пульс. К Джонатану подбежала женщина из толпы:

– Он не попал под машину! – крикнула она. – Его зацепило крылом!

Джонатан понимал, что это неплохо. Лучше, чем если бы его переехали. Но, судя по тому, как побелела Кейт, щупая ему пульс, может быть, одного везения оказалось недостаточно.

– Нет, нет, нет, нет! – быстро шептала она. – Грег, ну пожалуйста, Грег!

Джонатан хотел опуститься рядом с ней на колени, чтобы осмотреть Грега, когда его внимание привлек истошный крик:

– Она сбегает!

Обернувшись, он заметил, что женщина-водитель вылезает из машины. Дверцей она сбила человека, стоящего ближе всего к ней. Размахивая кулаками, она разогнала стоящих рядом очевидцев и бросилась бежать. Джонатану удалось как следует разглядеть ее.

Это была та женщина, которая вчера следила за ними; одна рука у нее была на перевязи, на лице застыло мрачное и злобное выражение.

Джонатан ожидал, что с другой стороны выскочит мужчина, который приклеил к двери Кейт записку, но на пассажирском сиденье никого не было.

– Это она! – крикнул Джонатан. Его охватила ярость. Конечно, не совпадение, что за рулем машины, чуть не убившей их, сидела именно она!

Кейт подняла голову, посмотрела в ту же сторону, и лицо у нее застыло.

– Не покидай меня!

Джонатан приготовился к броску, но, услышав голос Кейт, застыл на месте и развернулся к ней. Она сжимала в своей руке руку Грега, а другую подложила ему под голову. Она не плакала, но ее темно-карие глаза блестели.

– Пожалуйста, побудь со мной!

Тогда он достал телефон и сфотографировал женщину-водителя, убегавшую с места преступления. Несколько очевидцев пустились за ней в погоню. Водители машин, стоящих на перекрестке, тоже снимали ее. Столько народу пустилось за ней в погоню, что Джонатан почти не сомневался: ей не уйти от возмездия. Он опустился рядом с Кейт на колени.

– Это она вчера следила за нами, – сказала Кейт и посмотрела на Грега. – Он дышит. Но я боюсь двигать его.

Джонатан погладил ее по щеке. Она медленно повернула голову и встретилась с ним взглядом. Ее глаза стали почти черными, на губах мелькнула и тут же растаяла улыбка.

– Все будет хорошо, – сказал он. – Обещаю.

Еще издали они расслышали вой сирен. Вокруг по-прежнему слышались плач и крики. Женщина-водитель и те, кто гнался за ней, скрылись из вида. Кто-то заглушил мотор ее машины, но тошнотворный запах выхлопных газов висел в воздухе. Джонатан не сводил взгляда с лица Кейт. Она держала за руку друга, молясь, чтобы он выжил.

Он вдруг понял, что Кейт не выпустила серебристого чемоданчика. Она по-прежнему прижимала его к себе. Что в нем?

Первыми на место происшествия прибыли полицейские, за ними – машина скорой помощи. Джонатан вместе с двумя другими очевидцами дал показания. Тем временем медики осматривали пострадавших.

Кейт не отходила от Грега, пока к нему не подошли санитары. Его осторожно уложили на носилки и покатили к машине. Однако ехать с ним в больницу она отказалась.

– Я уже позвонила его близкому другу, – сказала она. – Он будет в больнице еще до вас.

Прижимая к груди чемоданчик, Кейт смотрела вслед отъезжающей машине. Джонатан не успел спросить, почему она не поехала в больницу, к ней подошел молодой парень, судя по всему, тоже медик.

– Мисс, у вас кровь. – Он показал на ее затылок.

– Рана поверхностная, я ударилась головой об асфальт, – отмахнулась Кейт.

– Можно взглянуть? – не сдавался парень.

– Ничего страшного.

Медик улыбнулся:

– Раз там ничего страшного, вам нечего бояться. Я только посмотрю.

– Ну ладно, – буркнула Кейт. – Только давайте скорее!

Они подошли к машине скорой помощи; Кейт присела на порожек. Тем временем Джонатан как следует рассмотрел ее.

И белая блузка, и порванные темно-синие брюки были в крови и в грязи. На локте у нее ссадина, волосы растрепались, лицо испачкано, губы искусаны. Глаза стали совсем черными и злыми. Она злилась на блондинку, которая сидела за рулем машины-убийцы, и на типа, подбросившего ей очередное окровавленное письмо, на всю эту ужасную ситуацию.

Неожиданно Кейт ойкнула и повернулась к медику:

– Осторожнее! – Наверное, она все-таки немного злилась и на него.

– Извините, – буркнул тот. – Царапина действительно не такая плохая. Зашивать не нужно, но какое-то время голова поболит. Извините, если говорю очевидные вещи, но, возможно, у вас сотрясение мозга. Вам лучше все-таки поехать в больницу; там вас осмотрят врачи.

Он жестом пригласил Кейт сесть в машину, но она поспешно встала и улыбнулась, словно извиняясь.

– Со мной все будет хорошо, – сказала она. – Спасибо за заботу.

Медик вопросительно посмотрел на Джонатана.

– Кейт, ты уверена? – спросил тот.

Кейт кивнула:

– Когда я училась в колледже, я попала в аварию; тогда у меня было сильное сотрясение. Сейчас голова болит, но не так сильно, как тогда. Больше всего я хочу поскорее вернуться в отель.

Джонатан оглянулся на медика:

– Извините, и спасибо за то, что осмотрели ее.

Молодой человек пожал плечами и направился к другим пострадавшим. Джонатан и Кейт направились в сторону отеля, из-за угла вывернул пикап коронерской службы. Все затихли. Джонатан и Кейт обернулись.

– Невероятно! – прошептала Кейт, когда они снова зашагали к отелю. Джонатан шел ближе к дороге. Он заметил, что Кейт держит чемодан в левой руке, между ними. Интересно, отпускала ли она его хоть на секунду после того, как они вышли из кофейни? – Я только одного не понимаю, – продолжала она. – Если в машине сидела та самая женщина, значит, все, что случилось, – точно не совпадение. Ты рассказал копам о ней и о мужчине из отеля?

Джонатан кивнул:

– Мне дали понять, что считают произошедшее несчастным случаем. Женщина-водитель бежала либо потому, что находится под воздействием алкоголя или наркотиков, либо от страха из-за того, что потеряла управление. Но мне обещали проверить мою версию.

– Несчастный случай?! – воскликнула Кейт. На них стали оборачиваться прохожие. Кейт не понизила голос. – Нет, она поступила так нарочно. Грег оказался в больнице, потому что она точно знала, что делает! – Она сжала свободную руку в кулак; дыхание у нее участилось. – Пешеходные переходы, по идее, должны быть безопасными для людей!

Джонатан не отвечал ей, пока они не вошли в отель и не очутились в кабине лифта. Когда дверцы закрылись, он обернулся, приподнял ее подбородок пальцами, заглянул в глаза и задал вопрос, который уже давно вертелся у него в голове:

– Кейт, что в чемоданчике?


Глава 11

Лифт звякнул на их этаже; только тогда Кейт перевела дух. Она смотрела в его красивые синие глаза и размышляла. Хочется ли ему поцеловать ее? Хочется ли ей поцеловать его? «Нет, Кейт, – подумала она. – Он хочет знать, что в чемоданчике, только и всего».

– Джонатан, ты спас мне жизнь, – сказала она, уклоняясь от ответа. – Спасибо тебе!

Телохранитель не собирался сдаваться – Кейт сразу поняла это по тому, как тот стоял, не двигаясь с места.

– Ты уверена, что не пострадала? – спросил Джонатан, когда они зашагали к своим номерам. Она радовалась уже тому, что телохранитель не упорствует, не давит на нее, но понимала: он задаст свой вопрос снова.

– Да, уверена… только голова болит. – Кейт достала ключ-карту и замялась. – Не хотела тащить его в больницу, – она показала на чемоданчик. – Но вообще-то я очень хочу поехать туда, проверить, как там Грег. Хотя посещения больницы и нет в нашем расписании.

Джонатан немного смягчился:

– Никаких проблем! Я тоже хочу выяснить, как он себя чувствует.

Кейт искренне улыбнулась человеку, который должен ее защищать.

– Дай мне умыться, и поедем.

Они расстались. Кейт заперлась на задвижку.

Еще вчера она думала, что никакая опасность ей не грозит. Ей казалось, что гиперопека Джонатана вызвана паранойей, которой он невольно заразил и ее.

Она вспомнила жуткий хруст, который послышался, когда машина сбила первых мужчину и женщину. Она бы до сих пор, наверное, стояла там столбом, не в силах пошевелиться, и ее сбили бы, если бы Джонатан не действовал решительно, он спас ей жизнь, убрав из-под колес машины-убийцы.

Ей вспомнилось безжизненное тело Грега на асфальте. Неужели та женщина в самом деле убила его – и остальных пешеходов – из-за нее?

Мысли стремительно сменяли друг друга. «Нет, невозможно, чтобы его ранили из-за меня, – думала она. – Не может быть!»

Она затолкала чемоданчик под кровать. Потом отправилась в ванную смывать кровь и грязь, включила воду и встала под душ. С ее губ слетел вздох облегчения. Потом мысли Кейт невольно обратились к человеку, занимавшему смежный номер.

До встречи с Грегом ей казалось, что телохранитель, как и она, больше всего на свете любит свою работу. И вдруг возник разговор о корнях.

Последние пять лет ее жизнь вращалась вокруг желания спасти людей от той трагедии, с какой пришлось столкнуться ей самой. Она встречалась с мужчинами, у нее было несколько поклонников. С кем-то она спала в одной постели… Но ни один из них не задержался надолго.

Затылок вдруг взорвался болью, жаркой, электрической. Кейт приложила ладонь к голове. Вскоре боль прошла. Она в замешательстве провела пальцем по коже возле того места, которым ударилась об асфальт. Острая боль возобновилась…

– Какого…

Ощупав место вокруг источника боли, она нашла маленький бугорок. Боль ширилась, переходила на шею и ниже.

– Боже мой!

Ее мысли заметались, сердцебиение участилось.

Она поняла, в чем дело. Горячая вода не способна все исправить… Она на автопилоте выключила душ, с трудом вышла из ванны, стараясь глубоко дышать.

Внезапно ее одолела зевота. Кейт поняла, что сейчас заснет. Веки отяжелели… Как быстро! Озабоченность и замешательство перешли в страх по мере того, как усиливалась усталость.

Кейт потянулась за полотенцем, но промахнулась. Мозг еще работал, разрабатывая план действий, но туман вокруг нее сгущался. Она стала искать телефон – он лежал рядом с раковиной. Единственная мысль, как молния, пронзала сгущающийся туман. Она пролистала список контактов и нашла нужное имя.

Ее пальцы порхали по крошечной клавиатуре; перед глазами все поплыло. Она еще успела нажать кнопку отправки сообщения, а организм уже перестал реагировать на сигналы. Вокруг все расплывалось.

Из последних сил она вышла из ванной и побрела к внутренней двери, отделявшей ее номер от номера Джонатана. Она надеялась, что эсэмэска дошла до адресата. Но, судя по ее состоянию, она не успеет сказать Джонатану то, что ему нужно знать.

Карточка-ключ лежала на столике у телевизора. Кейт сумела взять ее, но, когда повернулась к двери, ноги ее подкосились. Карточка выпала из рук, Кейт опустилась на четвереньки, надеясь, что сможет постучать в дверь.

Однако туман вокруг нее сгустился. Он навалился до того, как она успела придумать другой план. Совершенно мокрая, голая Кейт упала на пол.


– Что?!

Джонатан смотрел на телефон, склонив голову набок, сдвинув брови. Он не ожидал, что получит эсэмэску от Кейт, и не понимал ее смысла.

«Зови Джейка, а не 922».

Что еще за Джейк? И почему 922?

– Что? – снова спросил он в пустой комнате. Посмотрел на стену, разделявшую их номера, и тут до него дошел смысл текста. Не 922. 911!

Джонатан подошел к двери в ее номер и постучал.

– Кейт!

Не услышав ответа, он не медля отпер замок, толкнул дверь, но что-то мешало ей открыться до конца. Он заглянул в смежный номер.

Кейт лежала на полу, скорчившись на боку и подпирая дверь плечом. Рядом с вытянутой рукой валялась карта. Похоже, она пыталась открыть дверь, но не успела. Она была без сознания и голая.

Джонатан сжал кулаки, готовый наброситься на тех, кто причинил ей зло. Но ни в самом номере, ни в ванной никого не обнаружил. В ванной клубился пар. Перед тем как упасть, она принимала душ.

Что же случилось? Неужели все из-за травмы головы? Но в чем дело?

– Кейт! – снова позвал он. Женщина на полу не шелохнулась. Джонатан опустился на одно колено, чтобы получше осмотреть ее.

Пульс у нее был. Правда, слабый, но ровный. Джонатан вздохнул с облегчением. Стараясь не слишком глазеть на нее, прислушался к ее дыханию. Потом, наконец, осмотрел, стараясь не переходить грань, которая разделяет телохранителя и клиента. Ему не удалось найти следов физического насилия.

– Кейт! – снова позвал он, убирая с ее лба мокрые волосы. Лицо казалось почти безмятежным.

Он потянулся за телефоном, понимая, что Кейт не собирается приходить в себя, но вспомнил ее послание: «Зови Джейка, а не 922».

Он не сомневался, что она имела в виду службу спасения – девятьсот одиннадцать. Значит, понимала, что теряет сознание. Джонатан не сомневался в том, что его клиентка очень умна, возможно, даже гениальна. Поэтому нетрудно представить, что Кэтрин Спирс известно о ее теперешнем состоянии больше, чем ему.

Остается надеяться, что Джейку, кем бы он ни был, тоже все известно.

Телефон Кейт лежал на раковине. Он пролистал список контактов, нашел в нем единственного Джейка и, не колеблясь, нажал кнопку посыла вызова.

– Кейт? – отозвался после двух гудков удивленный мужской голос. – Можно перезвонить тебе через две секунды? – На том конце линии слышались другие голоса.

– Это не Кейт, и нам нужно поговорить немедленно.

Джонатан сразу понял, что Джейк очень удивлен, и даже уловил в его голосе агрессивные нотки:

– Кто говорит? Где Кейт?

– Меня зовут Джонатан Кармайкл, и я…

– Ее телохранитель?

– Да.

– Что с Кейт? – Джейк по-прежнему держался агрессивно, но явно встревожился. Кем бы он ни был, Кейт ему небезразлична.

– Откровенно говоря, не знаю, – признался Джонатан. – Она послала мне сообщение, в котором велела позвать не службу спасения, а вас. Я вошел к ней в номер и увидел, что она лежит на полу без сознания… – Джонатан умолчал о том, что Кейт голая. То ли, как ни странно, ревновал, то ли решил, что обязан охранять ее честь. – Она дышит, и пульс у нее нормальный, но ни на что не реагирует. Меньше часа назад она ударилась головой, но чувствовала себя нормально и была уверена, что у нее не сотрясение.

На заднем плане послышался звонок – возможно, кабины лифта. Джейк явно куда-то ехал.

– Совершенно верно. Если Кейт велела звать меня, а не службу спасения, гарантирую, она отключилась не из-за сотрясения. Вы кому-нибудь звонили или говорили о ней? – спросил Джейк.

– Нет, – Джонатан ненадолго задумался. Может быть, он все-таки совершил ошибку, позвонив Джейку? – Но, поскольку приказ звонить вам стал последним перед тем, как она потеряла сознание, я решил, что ничего лучше все равно не придумаю.

– Хорошо, очень хорошо, – снова негромкий гудок. – За последние полчаса кто-нибудь выходил с ней на связь?

– Повторяю, произошел несчастный случай, во время которого она ударилась затылком.

– Нет, я имею в виду, прикасался ли к ней кто-нибудь, вступал ли в физический контакт?

– Если не считать меня и ее коллеги, который стал жертвой несчастного случая… нет. Хотя… ее голову осматривал медик рядом с машиной скорой помощи. Меньше получаса назад. – Еще не договорив, Джонатан снова упал на колени рядом с Кейт. Зажал трубку плечом и провел ладонями по ее затылку, стараясь найти рану. Нашел ее и запекшуюся кровь вокруг.

– Проверьте ее затылок – нет ли там ссадины или синяка, – быстро велел Джейк.

– Уже проверяю, – буркнул Джонатан, проводя пальцами вниз от раны к шее. Кожа Кейт была теплой, мокрой и нежной. – Погодите! – Его палец наткнулся на крохотный бугорок с тыльной стороны ее шеи. Он убрал оттуда волосы и склонился ближе, прищурившись. – У нее на шее бугорок. Посередине есть крохотная дырочка… – Джонатан повернулся к ванной. Если не считать ее одежды, там, насколько он видел, не было ничего необычного. – Она сама себя уколола?

– Если да, значит, она безумнее, чем я думал, – ответил Джейк. – Нет, я думаю, что тип, который ее осматривал, был не обычным медиком.

– Что?! – Мышцы у Джонатана снова напряглись. Ему стало жарко; он готовился к бою. – Зачем ему колоть ее?

Он посмотрел на расслабленное лицо Кейт.

– У меня есть кое-какие предположения, но пока я буду говорить, упустим драгоценное время. Перешлите мне в сообщении адрес отеля и ее номер. Мне нужно по пути сделать несколько звонков.

– Что с ней? Она придет в себя?

– Нет. Особенно если вы и дальше будете много болтать! – рявкнул Джейк. – Если мне придется терять время и определять ваш номер, мы потеряем драгоценные минуты, которые могут ее спасти.

– Слушайте, приятель, я ведь даже не знаю, кто вы такой! – возразил Джонатан.

Джейк досадливо вздохнул; хлопнула дверца машины.

– Вы меня не знаете, зато знает Кейт… Она хотела, чтобы вы звонили мне, а не властям, потому что я знаю, зачем она приехала в Нью-Йорк.

– Конференция… – начал Джонатан, но Джейк перебил его:

– Конференция – только верхушка айсберга!


Глава 12

Джонатан осторожно поднял Кейт с пола и уложил на кровать.

Его грызла тревога.

– Не волнуйся, Кейт, – шептал он, укрывая ее простыней до плеч. – Я все исправлю. Что бы там ни было!

Кейт по-прежнему не реагировала. Он не знал, что с ней, но понимал: ей сделали укол, из-за которого она потеряла сознание.

Он снова посмотрел на ее расслабленное, мирное, безмятежное лицо. До чего же она красива! И удивился – как женщина, с которой он знаком всего два дня, сумела проникнуть к нему в душу?

Джонатан не отходил от нее, пока в дверь его номера не постучали. Он еще раз быстро взглянул на нее, затем вышел через смежную дверь, закрыл ее за собой и подошел к двери своего номера, готовый к прыжку при первых признаках угрозы. Посмотрев в глазок, он увидел мужчину. Тот был один.

Джонатан открыл дверь. Джейк показался ему ровесником. Ростом он чуть уступал телохранителю, но телосложения был такого же, худощавого. Джонатан не сомневался, что под черным блейзером и такими же брюками скрывались накачанные мускулы. О том же свидетельствовала и отличная выправка. Под блейзером на Джейке была белая рубашка и галстук в черную и синюю полоску. Костюм довершали туфли, блестевшие почти зеркальным блеском. Его светлые короткие волосы лежали очень аккуратно; лицо было чисто выбрито, светло-голубые глаза смотрели прямо и уверенно. Джонатан почти не сомневался, что Джейк служит в правоохранительных органах. Правда, место службы не делало его автоматически достойным доверия.

– Где она? – спросил Джейк вместо приветствия.

Он не представился, но голос был тот же самый, что Джонатан слышал по телефону. И все же он решил вначале убедиться, что Джейку можно доверять, и только потом подпускать его к Кейт.

– Откуда мне знать, что ты хочешь помочь? – грубовато спросил он.

– Ниоткуда, – Джейк не скрывал досады. – Но клянусь, если Кейт умрет, пока находится на твоем попечении, тебе конец!

После этих слов Джонатан почти перестал сомневался в намерениях нового знакомого и отпер соседний номер.

– Если ты попробуешь ей навредить, я тебя прикончу, – проворчал он.

Джейк вошел в номер следом за ним.

– Я думал, телохранители охраняют, а не убивают.

– Ради нее сделаю исключение.

Джейк не ответил.

– Я перенес ее с пола, – пояснил Джонатан на всякий случай – вдруг его действия повлияют на волшебство, которое готовится произвести Джейк, чтобы ее вылечить. – Перед тем, как она упала, она принимала душ.

Джейк так быстро подошел к Кейт, что Джонатан сжал кулаки. Он тоже подошел поближе и стал наблюдать. Джейк склонился над ней.

– Осторожно! – проворчал Джонатан.

Джейк осторожно повернул ее голову вбок и посмотрел на отметину на шее. Осмотр продолжался меньше секунды.

– Тот медик осматривал ее после того, как машина сбила Грега? – спросил он, отворачиваясь от Кейт.

– Да, – удивленно ответил Джонатан. – Откуда ты знаешь про Грега?

Джейк указал на Кейт:

– Она позвонила мне.

Джонатан понял, Джейк был тем близким другом, которого Кейт попросила приехать вместо нее в больницу.

– Я работаю над проектом вместе с Грегом здесь, в Нью-Йорке, – продолжал Джейк, как будто его слова что-то объясняли. Джонатана волновало только одно:

– Что же с Кейт?

Впервые с тех пор, как Джейк вошел, он посмотрел Джонатану прямо в глаза:

– Насколько серьезно вы воспринимаете работу ее телохранителем?

– Очень серьезно, – Джонатан расправил плечи.

– Тогда нам сейчас же нужно ехать в одно место, – Джейк уже направился к выходу, по-прежнему ничего не желая объяснять.

– Погоди… куда ехать?

Джейк с сердитым видом развернулся:

– Слушай… – начал он, но Джонатан понял, что с него хватит. Он толкнул Джейка к стене и схватил за рубашку.

– Нет, это ты послушай! Я тебя не знаю, не знаю даже твоей фамилии, не знаю, куда ты меня зовешь. Но заруби себе на носу: слова для меня ничего не значат! Мне нужны факты.

В крови у Джонатана бурлил адреналин. Он мог показать Джейку, на что способен – если бы не одно-единственное обстоятельство, которое сдерживало его гнев. Кейт попросила позвать именно Джейка и никого другого.

Похоже, Джейк сам сдерживался из последних сил. Он заговорил сдавленным голосом:

– Меня зовут Джейк Харпер, и я агент ФБР. Мое служебное удостоверение в правом кармане блейзера… – Джонатан отпустил агента и жестом велел достать удостоверение. Тот извлек из кармана черный бумажник. Джейк Харпер не соврал, он действительно оказался агентом ФБР. – Кейт я знаю с тех пор, как ей было восемь лет, а с Грегом работаю последние пять лет.

– Ты знаешь, что за дрянь ей ввели? – спросил Джонатан.

Джейк кивнул:

– Я бы не знал, если бы она поехала в больницу, но, если она в самом деле попросила тебя вызвать меня, значит, рассчитывала, что я ей помогу. Есть только один препарат, который оказывает такое действие… – Он убрал жетон в карман. Джонатан мельком заметил под блейзером кобуру. – Если я прав, а скорее всего, так и есть, нужно как можно скорее ввести ей противоядие, которое есть в лаборатории Грега.

– А если этого не сделать? – со страхом спросил Джонатан.

– Тогда она умрет. – Джейк почти без паузы продолжал: – Итак, телохранитель, ты говоришь, что готов ради нее на все. Я не прошу тебя никого убивать. Но способен ли ты ради нее на кражу?


Шел дождь.

Капли дождя стучали по металлической крыше. Ее окружал океан звуков, наполняя крошечную спальню уютным фоновым шумом. Сотни звездочек отлетали от мерцающего ночника к потолку. Она смотрела на них с пола – она заснула прямо на ковре – и мысленно проводила линии в воздухе, соединяя созвездия, без труда создавая Пояс Ориона. Раньше ей ни разу не удавалось нарисовать созвездие, но она почему-то не сомневалась в том, что все делает правильно. Она радовалась, сама не зная почему.

Дождь стал сильнее и отвлек ее внимание. Она услышала, как вдали хлопнула дверь. Послышались голоса. Она быстро вскочила и забралась в постель. Никто не должен знать, что она не спит.

Дождь усилился, и звезды пропали. Комната погрузилась во мрак. Ей стало страшно. В коридоре послышались шаги – легкие, летящие. Радость прогнала страх. Звезды замерцали снова, и даже дождь утих, когда дверь спальни приоткрылась. На пороге стояла женщина, она смотрела на Кейт.

– Кейт, тебе давно пора спать!

Кейт хихикнула.

– Мама, я ждала тебя, – радостно прошептала она. – Ты так давно не приходила!

Кассандра разулась, сняла с себя куртку, подошла к кровати и легла рядом с дочерью.

– Я ведь просила тебя не ждать меня, – сказала Кассандра, прижимая дочь к себе. – Завтра у тебя первый день в третьем классе. Ты очень устанешь, – Кассандра пощекотала дочку, и Кейт захихикала.

Шум дождя стал таким громким, что заглушил все остальные звуки. Звезды замерцали и погасли. Кейт накрыла холодная волна.

– Не бойся, – прошептала Кассандра, и все сразу стало хорошо.

– Я не боюсь, – надулась Кейт. Она не хотела, чтобы мама считала ее слабой. Она провела рукой по значку, прикрепленному к поясу. Погладила пальцами выпуклые буквы.

Кассандра поцеловала Кейт в макушку.

– Бояться – не значит проявлять слабость.

Кейт почувствовала, как горят ее щеки. Она смутилась оттого, что матери пришлось напоминать ей. Она должна была усвоить урок сама.

– Джейк говорит, что он ничего не боится, потому что его папа дал ему такой значок, и он везде его носит, – сказала Кейт. Кассандра рассмеялась, но негромко, как будто была под водой. Кейт склонила голову, чтобы посмотреть, в чем дело. Глаза у Кассандры были закрыты, уголки губ опущены, словно она спала.

– Мама! – позвала Кейт.

Кассандра не шелохнулась.

– Ты тоже хочешь такой значок, да? – спросила мама, и, хотя ее губы не двигались, Кейт все понимала. К ее виску прижали палец. Он был холодным. – По-моему, твое главное оружие вот здесь. Ты тоже должна так считать. Ты умная и сообразительная, и мир содрогнется под твоими ногами, если ты решишь его завоевать.

Застывшая Кассандра оттаяла в приступе смеха. Кейт присоединилась к ней. Ей нравилось, как сочетаются их голоса.

– Если бы я правила миром, я бы заставила всех есть брауни на ужин, – заявила Кейт. – А ложиться можно было бы, когда захочешь.

– Умница.

Кейт подняла голову, ей надо было убедиться, что мама в самом деле ее хвалит, но Кассандры рядом не оказалось. Кейт выбралась из кровати, стараясь избавиться от растущего чувства: случилось что-то ужасное. Что-то не так, совсем не так. Она вбежала в дверь, думая пройти в родительскую спальню, и вдруг очутилась не в своем доме.

Запахи были старые и странные. Одну половину Кейт еще могла понять, вторую совсем не понимала. Кроме того, было темно.

Кто-то тянул ее за рукав.

Она повернула голову, чтобы разглядеть, кто это.

– Кейт!

На нее смотрел Джонатан; его синие глаза почти сливались с окружающей их темнотой.

– Где Джейк? – спросила она. Замешательство сменилось страхом.

Джонатан с любопытством смотрел куда-то поверх ее головы. Кейт повернулась и увидела, что привлекло его внимание. Одинокая фигура вдали в совершенно пустой комнате.

– Нам туда нельзя, – прошептал Джейк откуда-то сбоку. В его голосе слышался неподдельный страх. Страх, который просачивался через их сплетенные руки. – Надо позвать на помощь!

– Бояться не значит проявлять слабость, – нараспев произнесла Кейт и шагнула вперед, медленно приближаясь к фигуре, сидящей на стуле.

Кейт слышала, как Джейк идет за ней – слышала его шаги, которые эхом отдавались в заброшенном здании, – это придало ей смелости. Она станет такой же сильной, как ее мама. Она всем поможет!

Однако фигура все удалялась от нее. Коридор, по которому она шла, казался бесконечным и все более темным. Наконец старое здание, Джейк и фигура в кресле совершенно исчезли.

– Не волнуйся, Кейт, – произнес голос Джонатана. Только он и остался с ней рядом. – Я все улажу.

Звезды на потолке снова включались по одной. Кейт вернулась в свою спальню, но на сей раз все было по-другому. На ковре сидела заплаканная девочка в черном. Она сжимала в руке сверкающий золотой значок.

Она по-прежнему слышала голос Джонатана; он что-то уверенно говорил, но Кейт понимала: это всего лишь слова.

– Ты ничего не можешь сделать, – прошептала она. – Никто не может!


Глава 13

На бешеной скорости, не реагируя на красный свет, Джейк пересекал перекрестки, обгонял, подрезал. Джонатан вцепился в ручку на пассажирской дверце. Они с Джейком мчались в какую-то, судя по всему, секретную лабораторию за противоядием.

Все как в кино про Джеймса Бонда.

– Я знаю, у тебя нет никаких оснований доверять мне, но, боюсь, придется, – повторил Джейк. – После того, как мы возьмем то, что нам нужно, и введем средство Кейт, я попрошу ее объяснить тебе все, что она пожелает – у нее это получится лучше, чем у меня, – и тогда все происходящее покажется тебе более осмысленным.

– Может, хотя бы расскажешь подробнее, что это за секретная лаборатория? – попросил он, изобразив пальцами знак кавычек. Их диалог как будто взят из фильма про шпионов. – Она числится за ФБР?

Сбоку загудел клаксон – Джейк снова совершил рискованный маневр. Вместо того чтобы нажать на тормоз, он рванул на встречную полосу и в последнюю секунду успел перестроиться, обогнав такси, водитель которого решил почему-то их подрезать.

– И да и нет. – Казалось, Джейк не обращает внимания ни на скорость, ни на более серьезные препятствия на пути. Джонатан заподозрил, что такие гонки для Джейка не в новинку. – Лаборатория создана ФБР, финансируется на средства ФБР, но о ней известно немногим. Ее возглавляет ведущий специалист Грег Кэлхаун.

– Он сказал, что сейчас занимается бизнес-консалтингом и только иногда участвует в научных исследованиях, – возразил Джонатан, вспоминая слова Грега.

Джейк фыркнул:

– Он солгал! И прежде чем ты возмутишься и скажешь, что обманывать нехорошо, пойми: даже Кейт не знает о том, что Грег работает на ФБР, как, кстати, и то, что Грег живет вовсе не в Буффало. Он ни разу в жизни не был в Буффало. Кстати, Кейт не знает даже о моем сотрудничестве с Грегом!

– Вы сотрудники?

– Я его куратор. В обычных условиях я не взялся бы за такую работу; мне поручили ее, едва я закончил академию… Но Грег согласился сотрудничать с ФБР при одном условии: если сам выберет человека, который будет курировать его работу и повседневные действия. Он выбрал меня.

– Ты вырос вместе с Кейт, – добавил Джонатан, улавливая связь. – Значит, ты…

– Я знаю Грега с детства, – кивнул Джейк. – Потому-то он меня и выбрал. Он доверял мне, а теперь… – Джейк прервался, вцепившись в руль внедорожника. – Теперь он в больнице, а Кейт… – Он помолчал. Джонатан собирался ответить, но Джейк продолжил: – Вчера ночью в нашем доме произошло короткое замыкание, и у меня вырубился будильник. Я не из тех, кто просыпается только под звук своего телефона. Мне нужны и телефон, и будильник. Без первого я проспал и пропустил звонок от Грега, в котором он сообщал, что едет на встречу с Кейт. Я должен был пойти с ним. Я должен был поехать с ним и охранять его. – Он ударил кулаком по рулю.

Джонатан понял: они с Джейком тесно связаны. Джейк был телохранителем Грега, только назывался по-другому. Он отвечал за безопасность Грега, как Джонатан отвечал за безопасность Кейт. Джейк обязан был защищать человека, который ему доверился…

– Почему противоядие находится в лаборатории Грега? – спросил он.

Джейк не ответил.

– Слушай, – не сдавался Джонатан, – я помогу украсть что-то из секретной лаборатории ФБР, но ты обязан объяснить, зачем мы так поступаем.

– Кейт трудилась над созданием препарата, способного облегчить жизнь сотрудников правоохранительных органов. Оно оказывает влияние на ход допроса, не вредя здоровью допрашиваемого, – объяснил он. – Много лет назад Кейт поделилась своими соображениями с Грегом, который тогда, в числе прочего, был научным консультантом ФБР. К его удивлению, планы Кейт оказались вполне осуществимыми. Он передал ее замысел в спецгруппу ФБР, которая занималась научными разработками. Вместо того чтобы просто передать им суть идеи, Грег убедил их в том, что энергичная, одухотворенная Кейт способна сделать больше, чем целая группа пожилых ученых, которых волнует только собственная слава. По-моему, наше начальство согласилось с ним лишь отчасти. Грег обеспечил финансирование ее исследований, и она приступила к работе. Параллельно над тем же работал и Грег. Ему велели руководить опытами Кейт. Хотя Грег поручился за Кейт, она казалась нашим слишком молодой и неопытной. Мало кто верил, что она в одиночку достигнет намеченной цели, тем более раньше них, – агент ФБР криво улыбнулся. – Но у нее все получилось!

– Значит, она не знает о том, что Грег трудился над тем же, что и она?

Джейк покачал головой.

– Что будет, когда она закончит работу? – Джонатан не понимал, при чем здесь научная конференция. Ему показалось, что Джейк понял его недоумение.

– Научная конференция – в некотором смысле частная вечеринка. На ней ученые представляют свои разработки потенциальным инвесторам с целью получить больше финансирования. Кроме того, на таких конференциях выявляются потенциальные угрозы. Сразу видно, кто вставляет палки в колеса «сумасшедшим ученым», – добавил он. – По-моему, ее пригласили в Нью-Йорк с тем, чтобы она изложила суть своего изобретения. После этого ее пригласят к нам на работу. И только потом сообщат об истинной роли Грега.

– А если она не согласится идти к вам, что вы будете делать?

– Ей помогут продолжить исследования, но позаботятся о том, чтобы она не получала финансирования из других источников. Так будет до тех пор, пока она не перейдет к нам. – Джейк, похоже, не радовался такому варианту развития событий. – И, предупреждая твой следующий вопрос… да, в конце концов она непременно согласится работать на нас. Пусть Кейт и не прошла тот же путь, что и я, но она всегда мечтала работать в ФБР. Это у нас с ней в крови.

Прежде чем Джонатан успел спросить, что это значит, в голову ему пришли другие вопросы:

– Так что за дрянь ей вкололи? Тот самый созданный ею препарат? Откуда она знала, что надо звать именно тебя, если она не в курсе того, чем занимается лаборатория Грега?

Джейк стиснул челюсти.

– Кейт очень осторожна по натуре. До последнего времени она не начинала испытывать конечный продукт – испытания должны были начаться на следующем этапе. Зато Грег не так осторожен. Он синтезировал препарат по ее записям и передал ей в подарок – в знак проделанной ею работы.

– И она его приняла, – угадал Джонатан, видя, как напрягся его собеседник.

– Да. Только результат ее не порадовал. Первая опытная партия препарата вызывала опасные побочные эффекты. Если бы Грега не оказалось рядом и если бы он не нейтрализовал действие… Ну, скажем, в таком случае тебя бы сейчас не было в Нью-Йорке. – Впервые после того, как Джонатан сел во внедорожник, они замедлили ход. – Грег уверяет, что изготовил еще несколько ампул с противоядием – на всякий случай, если кто-то случайно примет препарат. Поскольку я его куратор, я присутствовал при всем. Наверное, только поэтому Кейт попросила вас позвонить мне.

– Она знала, что ты сразу все поймешь.

– Она не знает, что мне известно местонахождение лаборатории Грега, но, наверное, догадывалась. Все-таки я служу в ФБР и могу кое-что просчитать.

– Кроме того, это значит, она поняла, что ей ввели недоработанный препарат, – заметил Джонатан. – Неудачную, так сказать, версию. Изготовленную в лаборатории, которая финансируется ФБР…

– Значит, та парочка, о которой ты рассказал, когда мы садились в машину, каким-то образом проникла в лабораторию и заполучила первые образцы, которые Грег хранил для дальнейших исследований.

– Или кто-то помог им проникнуть туда.

– Давай об этом побеспокоимся потом, – процедил Джейк, крепче сжимая руль, пока не побелели костяшки пальцев. – Сейчас нам необходимо сосредоточиться на том, как украсть кое-что из как бы несуществующей лаборатории.

– Разве ты не имеешь права туда входить?

Джейк покачал головой:

– Брать что-либо из лаборатории запрещено всем, кроме Грега. Даже если я объясню, зачем мне понадобился препарат, мне все равно не позволят взять ампулы. Наоборот, скорее всего, их запрут подальше.

– Что нужно делать мне?

Джейк в последний раз повернул и въехал на двухэтажную парковку. На ходу показав удостоверение охраннику, Джейк покатил в дальний угол. Внедорожник он оставил на месте, зарезервированном для ночной парковки. Выключил зажигание и обернулся с широкой ухмылкой:

– Ты будешь отвлекать внимание.


Дождь не возвращался.

Вместо него Кейт слышала голоса, которые плыли по коридору к ее комнате. Голоса ей не нравились. От них ей делалось холодно.

– Хочешь еще раз посмотреть?

Она покосилась на стоящего рядом мальчика. Он что-то перебирал в руках.

– Джейк, у тебя не настоящий жетон, – ответила она. – Там даже буквы другие!

Джейка ее резкость нисколько не задела. Он пожал плечами.

– Нам нужно подойти поближе, чтобы я все слышала, – потребовала она.

– Кейт, ты плохо придумала.

В углу неожиданно возник мужчина; он стоял, прислонившись к комоду.

– Я их не слышу, – не сдавалась она.

– Тебе и не нужно, – ответил он. Звезды с ее лампы теперь перешли на его рубашку.

– Если я не подойду ближе, не узнаю, о чем они говорят. – Она встала, взяла Джейка за руку и потащила за собой в коридор. Голоса стали громче.

– Если он лжет, что тогда? – спросил ее отец.

Кейт замерла, услышав, какой испуганный у отца голос.

– Можешь вернуться в свою комнату, – предложил Джонатан, очутившийся с ней рядом. – Кейт, ты не должна снова идти туда. Ты не можешь изменить то, что происходит.

Кейт покачала головой, стараясь выгнать из головы его голос.

– Дикон, они их найдут, – сказала женщина.

В доме послышался пронзительный звонок.

Кейт зажала уши руками и попыталась закричать, но с ее губ не слетело ни звука.

Неожиданно она очутилась на работе. Джейк прижимал к уху трубку стационарного телефона, прикрыв рукой микрофон. На глазах у Кейт он осторожно нажал отбой и заговорил с человеком, который тоже находился в комнате.

С девочкой.

Их губы шевелились, но с них не слетало ни звука. Кейт понимала, что они оба очень взволнованы. Испуганы, но и взволнованы.

Следом за ними она вошла в спальню девочки и стала смотреть, как они с Джейком открывают окно.

– Не уходите! – предупредила Кейт, хотя и не помнила, почему. Джейк и девочка ее не слушали; вскоре они вылезли в окно и побежали по траве к своим велосипедам.

– Они волнуются за маму с папой, – объяснил Джонатан, очутившийся на кровати. – Они храбрые.

Кейт покачала головой; она все больше понимала: что-то не так. Глаза наполнились слезами.

– Они не должны уходить! – закричала она. – Я не должна уходить!


Глава 14

План Джейка не нравился Джонатану. Совсем не нравился.

– Ты готов? – спросил Джейк, беря с заднего сиденья мешок.

Джонатан раздраженно посмотрел на агента ФБР.

– Из того, что ты тут наговорил, выходит, что времени у нас не хватит даже на то, чтобы вернуться.

Джейк вывернул мешок наизнанку.

– Ты прав, – сказал он и, не колеблясь, нахлобучил мешок Джонатану на голову. Все вокруг почернело.

Полностью и совершенно.

– Руки за спину.

Джонатан подчинился, хотя план Джейка по-прежнему не нравился ему. Он почувствовал, как руки ему стягивают шнурами; правда, к счастью, не слишком туго.

– На всякий случай, – сказал Джейк, понижая голос. – А теперь вперед! И помни, ни слова! Мы должны все провернуть втайне, и мне меньше всего хочется, чтобы тебя обвинили в преступлении.

Джонатан фыркнул. Очень, очень плохой план!

Джейк схватил его за плечо; они вместе отошли от машины.

– Знаешь, – прошептал Джейк, – должен заметить, если ты идешь на такой риск, то либо очень любишь свою работу, либо Кейт произвела на тебя неизгладимое впечатление.

Джонатан ничего не ответил. И работу свою он очень любит, и Кейт в самом деле произвела на него неизгладимое впечатление. Меньше чем за два дня ей удалось вызвать в нем целую бурю эмоций: раздражение, досаду, гнев… и удивление. Да, она не переставала его удивлять. Ее страсть, ее энергия были такими сильными, что можно только удивляться, но Джонатан углядел и кое-что другое. Он увидел в ней любовь, упорство и терпение. Кейт была так сосредоточена на достижении результата, призванного спасти много жизней, что практически пожертвовала собой ради любимого дела. Конечно, работать с ней не слишком легко, но у нее доброе сердце.

И ее сердце нуждалось в защите.

– Сейчас мы войдем в лифт, который спустит нас в цокольный этаж, – прошептал Джейк. – Это не обычный способ для входа. Молчи!

Джонатан кивнул. Вскоре звуки внешнего мира стали приглушенными, а потом и совсем исчезли, кабина поехала вниз. Миновав один этаж, кабина остановилась.

Дверцы разъехались в сторону, и на них повеяло холодом. Мешок на голове не давал Джонатану осмотреться. Он слегка пошевелил запястьями, убедился, что в случае надобности сумеет освободить руки.

Они вышли из лифта и сразу повернули налево. Потом с полминуты шли прямо, а затем спустились на одну ступеньку – Джейк придержал Джонатана за плечо.

Джонатан расправил плечи, отстраняясь от Джейка. Агент в ответ снова крепче схватил его, а потом толкнул Джонатана вперед с явной агрессией.

– Если не успокоишься, прострелю тебе коленные чашечки, – громко проворчал Джейк. Джонатан продолжал вырываться, но Джейк одержал над ним верх. Он толкал его вперед, пока Джонатан наконец не услышал посторонний голос.

– Что там? – спросил кто-то. Послышался скрип – видимо, человек развернулся на стуле.

– Кое-кого не помешает поучить хорошим манерам, – отозвался Джейк, по-прежнему держа Джонатана. – Мне нужно задать ему несколько вопросов, а здесь ближе и спокойнее всего.

– Но после того, как нас засекретили, вход к нам запрещен для всех, – возразил неизвестный. – Извините, но вам придется отвести его в другое место.

– Слушайте, вы слышали, что случилось с Грегом?

Последовало молчание; Джонатан угадал, что сторож кивнул.

– Я считаю, что этот тип может навести нас на организаторов покушения. – Видимо, слова Джейка не убедили охранника. – Пока мы не выясним, кто за всем стоит, Грегу по-прежнему грозит опасность, и я не допущу, чтобы он умер из-за пробок на пути отсюда до штаб-квартиры… А вы?

Джонатан именно вырвался из хватки Джейка и бросился в неизвестность. Люди у него за спиной среагировали быстро. Кто-то обрушился на него всей тяжестью и пригвоздил к полу. Второй подоспел на помощь; они вместе рывком поставили Джонатана на ноги.

– Отведите его в подсобку, чтобы он здесь ничего не разбил, – велел охранник.

– Спасибо, Барри! – ответил Джейк, уже толкая Джонатана вперед.

Они прошли еще несколько сотен шагов, потом услышали, как где-то открылась и закрылась дверь. Джейк сильно толкнул Джонатана, и он споткнулся, как ему показалось, о стол.

– Садись и не двигайся! – рявкнул Джейк.

Джонатан послушался, обнаружив, что сидит в кресле на колесиках. Как только он уселся, Джейк схватился за ручки кресла и развернул его спиной к столу, лицом к середине комнаты, очевидно, подальше от всего. Джонатан услышал, как скрипнули ролики еще под одним креслом; видимо, его поставили напротив.

– Барри неплохой человек, но считает, что должен защищать Грега и тех, кто здесь работает, – пояснил Джейк. – Как он на меня смотрел, когда я сказал, что тебе, возможно, известны организаторы покушения на Грега… Он охотно изобьет тебя до полусмерти, даже если я запрещу ему приближаться к тебе. – Джонатан услышал, как Джейк встает и куда-то отходит. Он окликнул Барри, не ожидая ответа от Джонатана. – Присмотри за ним, пожалуйста! Мне нужно поговорить по телефону!

На сей раз Барри ни о чем не спрашивал и не возражал. Джонатан услышал его шаги; затем Джейк и Барри о чем-то заговорили шепотом. Потом Джейк заговорил в полный голос. Притворившись, будто разговаривает по телефону, он направился в лабораторию, в то время как их единственная помеха – Барри – остался в одном помещении с Джонатаном.

На сей раз дверь не закрыли.

Джонатан надеялся, что Барри будет наблюдать за ним и не услышит, чем занимается Джейк в лаборатории.


Кейт ничего не видела, но знала, что она в каком-то ящике, и знала, что она голая. Она водила ладонями по дереву, окружавшему ее со всех сторон, стараясь нащупать выход и одновременно пытаясь понять, зачем она вообще здесь оказалась. Неожиданно в ящике зажегся свет.

Это был не просто ящик. Она лежала в гробу.

Боль в затылке и раньше ужасала ее, но теперь дошла до своего предела. Слезы брызнули из глаз, когда она вскинула кулаки и ударила в крышку. С деревом ничего не случилось.

– Помогите! – крикнула она.

Ей никто не ответил.

Ей показалось, что она целую вечность молотит кулаками в крышку и стенки гроба. Дерево не поддалось, и никто не откликнулся. Она была одна.

Не желая сдаваться, она сдвинулась как можно дальше вбок, чтобы понять, откуда проникает свет. Глаза застилали слезы, и она с трудом различала звездный свет, просачивающийся в щели между досками.

– Кейт!

Кто-то кричал у нее над головой. Вдруг она почувствовала, как ее окутывает холод. Он зародился в спине и медленно поднимался вверх. Звездный свет замерцал. Кейт повернула голову, чтобы узнать, в чем дело, и пронзительно закричала. Из всех звезд в гроб лилась вода, она поднималась с тревожной скоростью. Вода уже доходила ей до ушей.

– Помогите! – крикнула она снова и замолотила кулаками в крышку.

Вода поднималась. Она уперлась локтями в днище, подняла голову, прижимаясь щекой к дереву, и сделала последний глубокий вдох за несколько секунд до того, как гроб полностью заполнился водой.

Мерцающий свет выровнялся, стал ярким, как раньше. Кейт не просто тонула, она, похоже, наблюдала за своей смертью со стороны…

Боль в затылке ушла куда-то вниз и растворилась.

Она умирала.


Удар стал полной неожиданностью. Если бы Джонатан мог видеть хоть чуть-чуть, он бы наверняка заметил, что Барри собирается его проучить. Он бы уловил замах руки, выражение лица… Охранник, видимо, принимал близко к сердцу безопасность сотрудников секретной лаборатории.

Кулак Барри угодил Джонатану в правую сторону подбородка. Его голова дернулась влево. Джонатан не знал, как выглядит Барри, но, судя по голосу, предполагал, что комплекция у охранника примерно такая же, как у него. Правда, если судить по силе удара, Барри было до него далеко… Что очень кстати, учитывая создавшуюся ситуацию.

– Говори, кто его сбил? – спросил Барри, понизив голос, чтобы Джейк не услышал. – Кто та женщина, которая наехала на мистера Кэлхауна?

Джонатан фыркнул.

– Ты что, смеешься? Тебе, значит, смешно?! – прошипел Барри. Джонатан приготовился к очередному удару и повернулся боком, надеясь, что второй удар придется в другое место. Послышался скрип колесиков: Барри встал с кресла. Джонатан понял, что второй удар будет куда больнее первого.

Со стороны лаборатории послышался звон разбитого стекла, и Барри отвлекся. Джонатан оцепенел. Если Барри заподозрит Джейка в нехороших намерениях, Джейку придется заручиться его молчанием. У него не останется другого выхода.

– Если есть хоть какая-то вероятность, что к случившемуся с Грегом и Кейт причастен кто-то из своих, я хочу все выяснить сам, – произнес Джейк после того, как они повторили план действий на парковке. – Не сомневаюсь, потом Кейт объяснит тебе причины моей осторожности. Но до тех пор, пока я не пойму, в чем тут дело, я не намерен никому доверять. И поэтому в одиночку я сейчас не справлюсь. Если я хочу довести все до конца, я не должен навлекать на себя подозрения.

Джонатан понял: Джейк предан своей работе – как и Кейт. Агент ФБР заподозрил, что их группу или команду кто-то выдал, и собирался во что бы то ни стало разгадать тайну.

У него ничего не получится, если его схватят.

– Джейк, что вы там… – начал было Барри, но закончить ему не удалось. Джонатан вскочил и с силой ударил охранника плечом в грудь. При этом споткнулся и тяжело рухнул на пол. Барри упал на него. Поспешно высвободив одну руку, Джонатан ударил Барри кулаком в нос, тот зарычал и обмяк.

Джонатан немного выждал, охранник не шевелился.

Джонатан медленно встал и приподнял край мешка на своей голове. Он услышал чьи-то быстрые шаги и, обернувшись, увидел на пороге Джейка. Джейк посмотрел на Джонатана, а потом на лежащего Барри.

– Не хотел, чтобы он поймал тебя на месте преступления, – объяснил Джонатан в ответ на невысказанный вопрос. – Кроме того, ты был прав.

Он правда пытался нанести мне тяжкие телесные повреждения.

Джейк вздохнул и кивнул. В руке он держал черный мешочек.

– Нам надо уходить.

– Молодец, ты быстро соображаешь. Я нечаянно разбил пустую пробирку, – на ходу пояснил Джейк, распахивая дверь в комнатку с другой стороны зала. – Сейчас перенастрою камеры видеонаблюдения. Надеюсь, на то, чтобы добраться до машины, времени нам хватит.

– Здесь есть камеры? – спросил Джонатан, идя следом за Джейком. Тот по-прежнему держал мешочек в руке.

– Нет, в самой лаборатории их нет. Зачем следить за учеными? Камера направлена только на выход.

– Что будет, когда Барри придет в себя? Разве он не поймет, что ты мне помогал?

Пальцы Джейка запорхали над клавиатурой компьютера.

– Я бы не отправился сюда, не будь у меня плана, – сказал он, закончив. – А теперь бежим!

Джонатан следом за Джейком побежал по коридору. Здесь было темно и холодно. Штукатурка на стенах осыпалась, тусклые лампы под потолком едва светили. Они повернули направо, и вскоре уже вошли в лифт, в котором имелось лишь две кнопки.

Джейк несколько раз нажал на них в определенной последовательности, и лифт начал подниматься. Через несколько секунд дверцы открылись на первом уровне парковки. Вдали Джонатан видел внедорожник.

– Ваша секретная лаборатория находится под парковкой, – ехидно заметил Джонатан, как только они сели в машину. Джейк завел мотор и передал мешочек Джонатану.

– Раз ее до сих пор никто не обнаружил, значит, мы неплохо замаскировались.

Джонатан вынужден был согласиться с агентом.

– Надо было взять с собой Кейт, – заметил он. – Сейчас мы бы уже ввели ей противоядие.

Джейк покачал головой:

– Я не был уверен в том, что у нас все получится, – признался он.

Джейк был прав, и все же время работало против них. Кейт уже долго находится без сознания, о чем Джонатан не забывал ни на секунду.

– Ты уверен, что противоядие ее спасет? – мрачно спросил он.

– Очень на это надеюсь, – таким же тоном ответил Джейк.


Глава 15

Кулак прошел крышку гроба насквозь, когда тело Кейт погрузилось на дно. Медленно, а потом все быстрее вода выливалась из гроба сквозь образовавшуюся брешь.

Кейт старалась смотреть только на кулак, по-прежнему сжатый. Она закашлялась, хватая ртом воздух.

– Ты кто? – спросила она, когда к ней вернулась способность дышать.

Кулак наконец разжался, и к ней потянулась рука, маня ее, приглашая ухватиться за нее. Так она и сделала. Рука легко вытянула ее из гроба, разбив крышку. Ненадолго ее снова окружил мрак, а потом она, голая и мокрая, очутилась на том самом складе.

Кейт хотелось повернуться и посмотреть, стоит ли ее спаситель у нее за спиной, но она не могла пошевелиться. Все ее внимание было приковано к противоположному углу большого помещения. Там спиной к ней стояли люди. Они окружили фигуру, привязанную к стулу…

Босые ступни Кейт коснулись холодного бетона, и она бесшумно зашагала к людям. Просторное помещение… фигура на стуле… Она не помнила, почему она там оказалась.

Придется все выяснить. Она должна вспомнить.

Кейт очутилась в толпе людей. Она подошла довольно близко к стулу, но не узнавала той, кто на нем сидит. Зато рядом мелькали знакомые лица.

Ближе всех к ней стоял Джейк, высокий, в форме ФБР. Он не сводил взгляда с фигуры, сидящей на стуле. Рядом с ним стоял Грег, улыбаясь, как всегда, с серебристым чемоданчиком в руке. Чуть дальше она увидела отца – молодого и очень расстроенного. Она не могла вспомнить, почему Дикон так расстроен.

– Кейт, нам нельзя здесь оставаться!

Она обернулась, и увидела девочку и мальчика, которые держались за руки. Девочка словно не слышала, что сказал мальчик. Она смотрела сквозь Кейт на женщину, привязанную к стулу.

Ужас и тоска охватили ее, и она вспомнила, где она. И кто та женщина.

Кейт развернулась – и неожиданно очутилась на коленях перед стулом.

– Мама!

Кассандра не шелохнулась. Ее волосы были растрепаны и закрывали половину лица. Вторая половина была в крови. Заплывшие глаза закрыты, рот заклеен клейкой лентой.

Кейт попятилась, увидев, как девочка дрожащими руками схватилась за край клейкой ленты и содрала ее.

– Мама! – прошептала она.

Мальчик обнял ее, но вдруг его внимание привлекло что-то в углу.

– Папа! – закричал он, отбегая от девочки. Кейт не следила за ним; все ее внимание было приковано к девочке.

Неожиданно девочка исчезла – как и все остальные, кроме Кассандры.

– Я нашла тебя, – прошептала Кейт. – Папа решил, что нас пытаются сбить со следа, но мы не послушали и нашли тебя первыми, – она неуверенно шагнула вперед. – Ты не дышала. Я слышала, как они говорят папе, что тебя уже несколько часов нет в живых. Я пыталась отвязать тебя, – голос у Кейт задрожал, – но тебя привязали слишком крепко, мне не хватало сил.

Она снова посмотрела на веревки, злясь, как тогда, много лет назад. Вдруг она почувствовала потребность попробовать еще раз. Кейт обошла стул и увидела три узла. Ни на что особенно не надеясь, коснулась первого, и он неожиданно быстро развязался. Она замерла в удивлении, но быстро опомнилась и перешла к следующему. Второй узел тоже распался в ее руках. С криком радости Кейт развязала и третий, последний узел.

Она зажмурилась, пытаясь остановить слезы.

– Получилось, – дрожащим голосом произнесла она. – Наконец-то я их развязала!

– Умница.

Она открыла глаза. Она больше не стояла на том складе, а снова лежала в гробу. Однако на сей раз крышки не было; она смотрела в белый потолок. Ее снова охватил страх, когда на нее полилась вода. Она забилась, замахала руками и ногами.

– Не волнуйся, я здесь, – произнес чей-то голос совсем рядом. – Кейт, я здесь, я с тобой!

Джонатан. Он прижал ее к груди, а вода поднималась все выше и выше.

– Не волнуйся, теперь ты в безопасности, – сказал он.

Кейт решила, что больше ей ничего не нужно слышать.


Кейт перестала вырываться.

– По-моему, она тебя слышала, – заметил Джейк, стоявший рядом с ванной. – Значит, действует.

Джонатан отбросил с ее лба мокрую прядь волос; холодная вода из душа поливала их обоих. Он крепко прижимал ее к груди, гладил по голове, успокаивал.

– Кейт, это я, Джонатан, – повторил он. – Ты меня слышишь?

Сначала он решил, что ему показалось, но потом Кейт медленно открыла глаза.

– Кейт! – воскликнул Джейк, наклоняясь и заглядывая ей в лицо. Она моргнула и посмотрела на него. Получилось.

– Я ее развязала, – прошептала Кейт, и Джонатан удивился. Покосившись на Джейка, он увидел: агент ФБР прекрасно понимает, что Кейт имеет в виду. Сначала лицо у Джейка вытянулось, но он тут же едва заметно улыбнулся. Кейт наклонила голову и посмотрела на Джонатана.

– Я рада, что это не гроб, – устало произнесла она.

Джонатан невольно усмехнулся, услышав такие слова.

– Я тоже, – ответил он. – Как ты себя чувствуешь?

Кейт так долго молчала, что Джонатан испугался: вдруг она опять потеряла сознание?

– Чувствую себя так, будто только я одна здесь голая, – сказала она наконец. Голос у нее ощутимо окреп. Джейк рассмеялся и вышел из ванной. Через несколько секунд вернулся с длинным халатом. Когда Джонатан выключил душ, Джейк, отвернувшись в сторону, протянул ему халат, чтобы он одел Кейт.

Кейт попробовала сделать шаг, но у нее подкосились ноги.

– Похоже, мистер Телохранитель, мне еще нужна ваша помощь, – прошептала она.

Джонатан даже не сознавал, как приятно снова услышать свою язвительную кличку. Он осторожно прижал к себе Кейт и, стараясь не слишком жадно смотреть на нее, кое-как закутал ее в халат и даже завязал его поясом на талии.

– Который час? – спросила она.

– Почти три, – ответил Джонатан. Ему по-прежнему было неспокойно. Кейт долго пролежала без сознания, прежде чем они ввели ей антидот. Они с Джейком вывели ее из ванной и уложили на кровать. Джейк взбил подушки, и она оперлась о них спиной.

– Ей пока нельзя спать, – предупредил агент ФБР, поворачиваясь к Джонатану. – По крайней мере, несколько часов… На всякий случай.

Джонатан кивнул:

Джейк развернулся к Кейт.

– Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил он.

– Очень устала и немножко болит голова, – призналась она. – И вот тут на плече болит, но это, наверное, от укола.

Джейк кивнул.

– Мы очень торопились… Извини, если я немного задержался.

Кейт пожала плечами:

– Я не жалуюсь.

Она улыбнулась им в знак благодарности. Джонатан снова обрадовался: еще один признак того, что Кейт лучше. Правда, улыбка вскоре исчезла.

– Медик из скорой, – произнесла она, хмурясь. – По-моему, это он сделал мне укол!

Джейк кивнул.

– Джонатан так и подозревал. Я уже занимаюсь тем парнем вплотную.

Кейт метнула на Джонатана удивленный взгляд, а потом задала самый главный вопрос:

– Судя по тому, что я жива и даже что-то соображаю, он ввел мне ту самую первую версию препарата, которую я изготовила несколько лет назад. Но как препарат оказался у него?

– Как раз это я сейчас и намерен выяснить, – ответил Джейк. – Но сначала мне нужно кое-что тебе сказать, хотя, наверное, следовало все объяснить гораздо раньше… – Он развернулся к Джонатану. Тот понял намек.

– Пока вы тут беседуете, я пойду переоденусь, – сообщил он. – Если что, я рядом, за стенкой.

Кейт посмотрела ему в глаза и кивнула. Джонатан с трудом отвел взгляд в сторону. Он слышал, как Джейк начал рассказывать о Греге и участии ФБР в ее исследованиях.

В ванной Джонатан сбросил с себя мокрую одежду, вытерся и глубоко вздохнул. Он не первый год работал телохранителем. Ему доводилось охранять клиентов, с которыми не происходило ничего необычного; бывали у него и другие клиенты, с которыми, что называется, не соскучишься. Но такого с ним не случалось: Кэтрин Спирс, ФБР, секретные лаборатории, экспериментальные препараты… Он явно покинул свою зону комфорта!

Но он добровольно взялся за это задание и ни перед чем не остановится, лишь бы Кейт осталась цела и невредима. Именно так!

Выйдя из ванной, он переоделся в зеленые брюки цвета хаки и бело-серую рубашку с рукавами до локтей. Взъерошил мокрые волосы и даже подровнял эспаньолку. Когда он шнуровал ботинки, из смежной комнаты постучали.

Джонатан открыл дверь и впустил Джейка в свой номер.

– Я все ей рассказал, – без предисловий заявил Джейк. – Теперь, когда она знает то же, что и мы, возможно, вам обоим станет легче жить. Тот, кто за всем стоит, наверняка захочет отобрать у нее чемоданчик до конференции. Поэтому еще раз напоминаю: очень важно, чтобы этого не произошло.

– Почему бы тебе не включить нас в какую-нибудь программу защиты свидетелей? – спросил Джонатан. – Кстати, раз ей все равно предложат на вас работать, может, ей не стоит участвовать в конференции?

– В обычных условиях мы бы так и поступили, но кто-то имеет доступ в секретную лабораторию, а это значит, что преступникам станет известно о наших последних шагах. – Джейк взял со стола ручку и блокнот с логотипом отеля и быстро записал адрес и телефонный номер. – По пути сюда я попросил об услуге одного из немногих людей, кому могу доверять. Если кто-то из наших сотрудников попытается запеленговать мобильные телефоны Кейт или Грега, я первый об этом узнаю. Кстати, в этом отеле, по-моему, небезопасно, Кейт со мной согласна. Здесь адрес моей квартиры. Кейт знает, где лежит запасной ключ.

Джонатан взял листок.

– Она скоро придет в норму? – встревоженно спросил он.

– Да, наверное. – Джейк направился к выходу, но на пороге остановился. – А если тебя интересует, что имела в виду Кейт, когда очнулась… сам спроси, что ей приснилось. Однажды она уже принимала этот препарат, поэтому нам известно, что у него есть побочный эффект: необычайно яркие сны или воспоминания. Мне кажется, ей пойдет на пользу, если она поделится ими с тобой, – Джейк едва заметно улыбнулся. – А тебе она, похоже, небезразлична, раз ты так рисковал!

Кейт стояла как раз за смежной дверью и слышала их разговор.

Она знала: если бы ее друг сомневался в том, что противоядие подействует, он бы сейчас никуда не ушел. Хотя ему еще предстоит объясняться по поводу охранника из лаборатории Грега, которого они бросили без сознания.

Лаборатория Грега!

Кейт закрыла глаза. Подумать только, она ничего не подозревала!

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Дверь в комнату Джонатана открылась и закрылась. Телохранитель заперся на замок и на задвижку. Кейт покраснела, вспомнив, что Джонатан видел ее голой – не только видел, но и трогал.

– Можно войти?

Кейт отбросила сумбурные мысли и кивнула стоящему на пороге мужчине. Джонатан придвинул к ее кровати стул и сел.

– Я поняла, что ты не оставишь меня одну, – сказала она. – Учитывая все, что произошло.

– Вряд ли тебе сейчас хочется быть одной, – с улыбкой заметил он.

– Я не боюсь одиночества, мне нравится быть одной. – Она взяла Джоната за руку. – Но с тобой… все по-другому. Ты – исключение из общего правила.


Глава 16

Глядя в глаза Кейт, Джонатан думал; может, она хочет, чтобы он был рядом, потому что он ее телохранитель? Или за ее словами кроется другой смысл?

В любом случае нельзя принимать ее слова слишком близко к сердцу! Впрочем, Кейт не дала ему много времени на размышления. Она убрала руку.

– Кстати, ты поступил очень умно, – заметила она. – Джейк сказал, что ты придумал сунуть меня под воду, чтобы я быстрее пришла в себя. Скорее всего, сейчас вы с ним снова спасли мне жизнь – точнее, ее качество.

– Когда Джейк сделал тебе укол, ты не проснулась. Он сказал, что прошло слишком много времени; если ты не проснешься в самое ближайшее время, в твоем мозгу произойдут необратимые изменения. Я подумал, что душ поможет.

– Что ж, спасибо, – сказала Кейт. – Насколько я могу судить, здесь, – она постучала себя пальцем по виску, – все как обычно, как всегда. Она поморщилась. Джонатан склонился над ней.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – спросил он заботливо.

– Просто голова болит, так же, как раньше.

– Несколько лет назад, в первый раз, когда ты приняла свой препарат… – начал Джонатан.

– Да. Похоже на начало приступа мигрени, смешанного с похмельем.

– Звучит не слишком приятно, – поморщился Джонатан.

– Точно, – вздохнула Кейт.

– Кейт, я знаю, ты, скорее всего, не захочешь, но…

– Ты хочешь узнать о препарате, – перебила его она. – Сегодня ты спас мне жизнь по меньшей мере дважды. Поэтому ты заслужил правду.

Джонатан чуть ниже склонился над ней. Он предчувствовал, что сейчас многое узнает о Кэтрин Спирс.

– В детстве я больше всего на свете мечтала стать танцовщицей, – начала она. – Точнее, танцевать степ. Мне ужасно нравилось, как стучат каблуки у танцоров. – На ее губах появилась мимолетная улыбка. – Ну а Джейк… он чуть ли не с рождения мечтал служить в правоохранительных органах – он повсюду разгуливал с пластмассовым жетоном и показывал его детям на площадке, перечисляя их проступки. А мне кажется, если бы у него было достаточно времени на раздумья, он бы посвятил свою жизнь архитектуре. – Кейт замолчала.

– Ну и что? – спросил он. – Почему у вас все сложилось по-другому?

– Ты знаешь, что мы с Джейком – друзья детства. Дело в том, что его отец и моя мать были напарниками…

– Они служили в ФБР? – уточнил Джонатан.

Кейт кивнула.

– Наши родители подружились, и мы тоже. Несколько лет они дружили и добивались успехов по службе. До той самой ночи, когда они оба не вернулись домой, – Кейт глубоко вздохнула, видимо, набираясь сил. Потом она заговорила скупо, отрывисто. – Прошла одна ночь, за ней вторая. Машину матери нашли брошенной, с признаками борьбы; кабинет Билла разгромили. Тогда я, конечно, не знала подробностей. И, разумеется, мне не говорили, что при обыске маминой машины ее коллеги нашли доказательства того, что они с Биллом что-то расследовали на свой страх и риск. Они не докладывали начальству о своих подозрениях и не получали санкции на слежку. – Кейт улыбнулась. – Ты думаешь, что я упрямая, но видел бы ты мою мать! – Джонатан невольно ответил ей улыбкой. – Последние два года многие дела, которые они вели, неожиданно разваливались. Исчезали вещественные доказательства. Свидетели внезапно меняли показания или заявляли, что ничего не знают… В общем, ты примерно представляешь, как все было. Билл и моя мать считали: за всем стоит кто-то из их же команды и работает против них.

– Двойной агент, – сказал Джонатан.

– Да. Их босс нашел их записи и сумел вычислить предателя. Его арестовали и немедленно приступили к допросу. От отца и Грега я узнала: мамин босс обмолвился, что мама и Билл поторопились. Они более-менее сообщали о своих действиях, но потом получили один адрес на окраине города и помчались туда. Отец дружил с маминым начальником; его держали в курсе дела. Помню, папа даже заехал к Джейку и его матери и уговаривал их подождать. Мама не сразу поверила полученным сведениям, ей казалось, что все слишком просто… – Кейт нахмурилась. – Она оказалась права. Тот тип лишь через несколько часов признался, где они на самом деле. Мамин босс позвонил нам и сообщил, что они напали на след. Мы с Джейком подслушали адрес. То место… заброшенный склад… находилось совсем недалеко от нашего дома, мы знали короткую дорогу. Мы выбрались из дома и поехали туда на велосипедах, потому что надеялись первыми найти и спасти наших родителей.

Глаза у Кейт заблестели. Она сделала несколько глубоких вдохов, сдерживая слезы. Джонатан не произносил ни слова. Он ждал, пока она возьмет себя в руки.

– Сегодня я отчетливо вспомнила тревогу, которая охватила меня, когда я вошла на заброшенный склад. То чувство, когда понимаешь: случилось что-то ужасное. Джейк хотел уйти – он тоже что-то почувствовал – но я была упряма. Мама, бывало, говорила: «Бояться – не значит проявлять слабость». Я очень старалась быть сильной… – Одинокая слезинка покатилась по ее щеке. Кейт смахнула ее тыльной стороной ладони. – Мы нашли их в подсобке. Мама была привязана к стулу… Ее страшно избили. Билл тоже там был, но в углу. Его не привязали, а застрелили – потом нам сказали, что он, скорее всего, пытался спасти свою напарницу… – Кейт откашлялась. – Как только мы их увидели, поняли, что они мертвы, но мы были детьми и не хотели верить. Джейк все звал отца, надеялся его разбудить, а я пыталась развязать маму, как будто это могло чему-то помочь, но узлы оказались слишком тугими. Мне не хватило сил.

– «Я ее развязала», – кивнул Джонатан, вспомнив слова Кейт. – Вот первое, что ты сказала, когда очнулась.

Кейт кивнула:

– Мне померещилось, что я наконец освободила ее. Наверное, те детские воспоминания много лет мучили меня, не давали покоя. Тогда мне казалось: я спасу ее, если развяжу. Правда, времени у меня не было. Вскоре подоспели взрослые. Улик на предателя набралось столько, что он отправился за решетку на два пожизненных срока. После того, что случилось, наши семьи продолжали дружить. Нас с Джейком в конце концов перестали мучить страшные сны, но Джейк поставил себе цель стать агентом ФБР, как его отец. Он променял свой пластмассовый жетон на настоящий. Ну а я стала одержима только одним.

Джонатан вопросительно поднял брови:

– Если бы предатель сказал правду в самом начале допроса, мама и Билл остались бы в живых.

– Вот почему ты начала работать над препаратом, – сказал Джонатан.

– Я постоянно думала о том, как ложь погубила двух человек… две семьи. Но отчаяние не ослепило меня, я все же понимала: есть определенные границы, которые нельзя переступать, и поставила перед собой задачу разработать препарат, который не причинит вреда жизни и здоровью. Как-то мне целый месяц снились очень яркие, подробные сны. В них я снова была ребенком и разговаривала с матерью, с радостью делясь с ней всеми своими тайнами, наверное, потому, что знала – все происходит во сне… Потом мне в голову пришла мысль, которой я поделилась с Грегом… а он, как я теперь понимаю, с ФБР. Если я создам препарат, погружающий человека в такие яркие сновидения, он скорее ответит на любой вопрос, который ему задают.

– Он будет считать, что ему все только снится, – кивнул Джонатан.

– Да. Сыворотка не причинит ему вреда, зато он охотно ответит на любые заданные вопросы.

– Очень гуманно.

– Недавно Грег подарил мне опытный образец сыворотки в память о проделанной работе. Я ввела себе препарат, хотя понимала, что он еще не готов. Тогда я чуть не впала в кому. Меня посещали яркие видения… Если бы не случай, я бы, скорее всего, вообще не проснулась. Снова и снова я переживала смерть матери, пока не умерла во сне сама… Такого злейшему врагу не пожелаю! Нужно провести еще много испытаний, прежде чем запускать мой препарат в производство… В чемоданчике, который Грег передал мне в кофейне, лежит еще один опытный образец, более современный, усовершенствованный. Так сказать, материальное воплощение моих трудов.

– Такой препарат вполне стоит того, чтобы его украсть, – заметил Джонатан.

Кейт чуть не убили препаратом, который она создала. Кто-то очень хочет получить то, на что Кейт потратила пять лет жизни. Джонатан переслал на телефон Джейка фото мужчины, который приклеил записку к двери Кейт. Может быть, удастся установить его личность. Полицейские так до сих пор и не сообщили, есть ли у них новости.

Голова у Кейт болела все сильнее; постепенно боль расползалась по всему телу. Она сказала Джонатану, что кофе поможет ей прийти в себя.

– Я никуда отсюда не выйду, – сурово заявил Джонатан.

– Я тоже. Но я проголодалась.

У нее в животе громко забурчало, и телохранитель засомневался. Наконец он вздохнул:

– Сейчас что-нибудь придумаем. А выходить совсем не обязательно!

Он вышел к себе. Кейт опустила голову на подушку, стараясь не обращать внимания на тупую боль, которая усиливалась с каждой минутой. Возможно, все пройдет, если она уснет, но последние несколько часов она и так спала достаточно.

Кейт удивлялась тому, что телохранитель регулярно появлялся в ее снах-видениях. С ним был связан даже звездный свет… И голос человека, который держал ее за руку и предупреждал об опасности, и спас из гроба… Ее телохранитель выполнял свой долг не только в реальном, но и в вымышленном мире. Она невольно улыбнулась. Интересно, что скажут коллеги и спонсоры, если она опишет свои видения в докладе на конференции?

– Итак, я все устроил. Сегодня дежурит Джетт. Он обещал лично принести нам пиццу, как только ее доставят. И кофе, – сказал Джонатан. – Я не должен отходить от тебя до того, как мы сядем в самолет. По-моему, чем скорее мы вернемся домой, тем лучше!

Кейт приложила палец к его губам, и ее словно ударило током. Его губы оказались теплыми, мягкими… восхитительными. Джонатан напрягся. Неужели он ощутил то же самое?

– Джонатан, – произнесла Кейт едва слышно. – Давай не будем говорить о том, что нас ждет. По крайней мере, до тех пор, пока не поедим. Пожалуйста!

Джонатан пытливо смотрел на нее. То, как он на нее смотрел, вызывало у нее странное чувство. Странное и чудесное. Он улыбнулся уголками губ.

– Согласен, – сказал он. – Мне нужно доложить своей начальнице, сообщить, что у нас все хорошо. Пока мы были в лаборатории, она прислала мне несколько текстовых сообщений. Кстати, предупреждая твой вопрос… нет, я не собираюсь рассказывать ей обо всем, что здесь произошло. По крайней мере, до тех пор, пока мы не поймем, кто за всем стоит. Не хочу подвергать ни ее, ни «Орион» ненужной опасности.

Джонатан скрылся за дверью своего номера, а Кейт попробовала сделать дыхательную гимнастику. Как будто получилось. Она не сразу услышала, как в дверь к Джонатану постучали, затем раздался глухой удар, похоже, о стену. Кейт пулей выскочила из кровати. Услышав еще один глухой удар, она остановилась посреди комнаты, словно приросла к месту.

– Джонатан! – крикнула она. В ответ – тишина. Потом послышалось шарканье, и на пороге показался телохранитель.

– У тебя кровь! – воскликнула Кейт. Он отмахнулся:

– Иди в ванную и запри дверь. Он здесь!


Глава 17

Кейт хотела возразить, помочь ему, но она поняла: если она сейчас вбежит в соседнюю комнату и ввяжется в драку, никому и ничему не поможет, скорее наоборот. Поэтому она послушно заперлась в ванной и, затаив дыхание, прислушивалась к тому, что происходило в соседнем номере.

Кто «он» и зачем явился? У нее засосало под ложечкой. Блондинка, наехавшая на Грега, хотела убить ее. Если она снова пожаловала в отель вместе со своим спутником, вполне можно сделать вывод: парочка навестила ее не для того, чтобы посидеть и поболтать.

Сначала из номера телохранителя не доносилось ни звука. Она все больше волновалась за него. Вдруг с грохотом захлопнулась дверь. Потом кто-то с силой замолотил кулаками во внутреннюю дверь, соединявшую два номера. Стучали с ее стороны. Кто же остался в номере Джонатана?

И кто сейчас проник в ее номер? Очень хотелось выглянуть и посмотреть, но ее опередили, кто-то дергал дверную ручку ванной.

Кейт едва не закричала. Замок сидел неплотно. Ручка задергалась, и дверь чуть приоткрылась. Кейт не сомневалась, что Джонатан непременно окликнул бы ее, значит, этот не он. С нарастающим ужасом она навалилась на дверь спиной.

Человек по другую сторону громко выругался. Определенно не Джонатан. Кейт пошире расставила ноги на скользком кафельном полу и затаилась. Долго ли ей удастся удерживать дверь?

Оглядевшись, она заметила кое-что полезное. Единственным предметом, который при желании можно было использовать как оружие, была вешалка для полотенец. Правда, она находилась слишком далеко. Кроме того, Кейт сомневалась, что ей удастся оторвать вешалку от стены. С нарастающим страхом она покосилась на столешницу…

Ура!

Она поспешно схватила дорожный баллончик с лаком для волос, сняла крышку. Неизвестный с силой ударил в дверь. Ноги Кейт заскользили. Незваный гость был гораздо сильнее. Наконец Кейт резко отскочила от двери и положила палец на распылитель.

Дверь ванной распахнулась настежь. На пороге незнакомец замер. Мгновение они смотрели друг на друга. Перед Кейт стоял тот, кто следил за ними на улице, кого она видела на записи с камеры в отеле. Он оказался высоким, хорошо сложенным и гораздо моложе, чем она думала. На вид ему можно было дать тридцать с небольшим. Как и у Кейт, у него были черные глаза и волосы. В отличие от Кейт, он улыбался. От его улыбки ей стало нехорошо. Кейт не стала выяснять, что у него на уме.

Сжимая в руке баллончик, Кейт неожиданно шагнула к незваному гостю и с силой нажала на клапан, направив струю прямо ему в лицо. Такого он от нее явно не ожидал. И, хотя он успел схватить ее за халат и потащить за собой в коридор, но выпустил ее и с воплями принялся тереть глаза. Воспользовавшись случаем, Кейт замахнулась и ударила ему ногой в пах.

Он согнулся пополам. Кейт попятилась, потом метнулась к двери, ведущей в коридор, и успела открыть ее. Вдруг послышался громкий треск, Кейт полуобернулась, пытаясь понять, что случилось, когда звякнул приехавший лифт. Ей не повезло.

Из лифта вышла та самая женщина, что была за рулем машины, сбившей Грега. От ее взгляда кровь застыла у Кейт в жилах.

Женщина была молодая, с темно-русыми волосами. В правой руке она держала пистолет.

– Ну, здравствуйте, мисс Спирс!

Она подняла пистолет и выстрелила.


Дверь не слетела с петель и не разломилась пополам, но, когда Джонатан пнул ее ногой со всей силы, она все же поддалась. Она треснула неровно; какое-то время пришлось освобождать проход от щепок. Наконец, вне себя от ярости, он пролез в смежный номер.

Когда в его дверь постучали, Джонатан, конечно, посмотрел в глазок, надеясь увидеть Джетта. Но стекло было мутным – не разглядеть. И Джонатан открыл дверь, за что и поплатился. К нему ворвался тип, оставивший Кейт окровавленное послание. Они схватились в крошечной прихожей; Джонатан нанес удар, ненадолго вырубивший противника, и успел предупредить Кейт об опасности. Однако противник довольно быстро пришел в себя. Надо сказать, что драться он умел. После особенно меткого хука правой Джонатан на какое-то время потерял сознание.

К тому времени, как он очнулся и вскочил на ноги, противник уже оказался в смежном номере. Оба ключа от той двери лежали на комоде у Кейт.

Стараясь отдышаться, Джонатан пытался понять, что здесь произошло. Незваный гость стоял у двери ванной, согнувшись в три погибели, и грязно ругался. Он покосился на Джонатана, и тот заметил, что глаза брюнета заплыли и превратились в злобные красные щели. Дверь ванной у него за спиной была открыта, но Кейт не было видно.

Джонатану немного полегчало; он понял, что ученая дама нанесла ответный удар и нейтрализовала нападавшего, пусть и ненадолго. Но в следующий момент в коридоре прогремел выстрел.

Кейт!

Брюнет, с трудом разлепив веки, мгновенно развернулся к двери. Очевидно, и его выстрел застал врасплох. Джонатан бросился к противнику.

Хотя брюнет был не в лучшей форме, его рано было списывать со счетов. В последнюю секунду он успел ловко уйти от удара. Зато Джонатан раскрылся, представляя собой легкую цель. Брюнет замахнулся ногой и с силой пнул Джонатана в живот, так, что тот отлетел к стене. Под его тяжестью перегородка треснула.

Джонатан зарычал от боли, но оттолкнулся от стены локтями, подпрыгнул и нанес удар сверху. И хотя противник выставил руки, блокируя удар, все же отлетел в ванную.

Джонатан набросился на него и замахнулся левой рукой. От этого удара брюнет не успел уклониться. Раздался тошнотворный хруст, брюнет попятился и, поскользнувшись на мокром полу, ударился затылком о край ванны. Он безвольно обмяк. Джонатан не стал выяснять, мертв ли его противник или только потерял сознание. Он выбежал в коридор и невольно вздохнул с облегчением, потому что не увидел на полу трупа Кейт. Но где же она?

Их новые номера находились посередине между лифтами и лестницей. Он метнулся влево, надеясь, что она побежала туда, а не в противоположном направлении.

Он должен найти ее и спасти. Когда он добежал до лифтового холла, послышался звонок. Из кабины на него с изумлением смотрел пожилой постоялец в дорогом синем костюме. Прежде чем Джонатан успел предупредить его, что здесь небезопасно, прогремел еще один выстрел. Постоялец съежился и поспешил нажать кнопку. Джонатан бросился к лестнице.

– Кейт! – крикнул он. Его голос эхом прокатился по бетонной шахте. Лестничная площадка оказалась слишком мала, он не видел, что происходит этажом ниже. Никто ему не ответил. Он побежал вниз, но остановился и вернулся на четвертый этаж, ему показалось, что выстрел прогремел там. Почему Кейт побежала наверх, а не вниз?

Джонатан распахнул дверь, ведущую в коридор четвертого этажа, в тот миг, когда кто-то открывал ее с другой стороны.

– Кейт! – воскликнул он, испытывая несказанное облегчение. Она удивленно посмотрела на него и шагнула вперед, и упала бы, если бы он ее не подхватил.

– Бежим! – задыхаясь, проговорила она.

Ее слова подтвердил еще один выстрел, прогремевший совсем близко. Джонатан вытащил Кейт на лестницу и, держа за руку, понесся вниз. Спустившись на один этаж, он забежал в коридор и захлопнул за ними дверь. Кейт задыхалась. Джонатан оглянулся и вовремя подхватил ее, не давая упасть.

– Голова кружится, – прошептала она.

Он подхватил ее на руки и побежал к их номерам, хотя и понимал: вполне возможно, брюнет пришел в себя и окажет сопротивление. Зато у него нет оружия. Во всяком случае, он не спешил пускать оружие в ход, в отличие от своей сообщницы. Долго ли им удастся бегать вверх-вниз по узким лестницам? Кейт совсем выбилась из сил.

Джонатан потянулся к карте-ключу, лежавшему в заднем кармане, когда в их планах случился очередной крутой поворот. Кто-то открывал изнутри номер Кейт! Выругавшись и крепко держа Кейт, Джонатан понесся по коридору. Через несколько секунд дверь с лестницы настежь распахнулась.

– Не стреляй, идиотка! – заорал брюнет у них за спиной. Джонатан не стал тратить драгоценное время и оглядываться. Он машинально спрятал Кейт у себя за спиной и нажал кнопку вызова лифта. Для разнообразия удача им улыбнулась: лифт подошел почти сразу.

– Держи их! – завопил женский голос. Если им и требовалось еще одно подтверждение, сейчас они его получили: блондинка, сбившая Грега, охотилась на Кейт.

Джонатан нажал кнопку первого этажа, он по-прежнему заслонял Кейт своим телом, прижимая ее к задней стенке. Дверцы начали медленно закрываться. Он услышал, как вздохнула Кейт.

Когда между дверцами осталась узкая щель, внутрь проскользнула рука. Джонатан метнулся вперед, стараясь вытолкать противника, но дверцы уже разъехались в сторону, пропуская его. Джонатан ожидал, что тот подождет свою вооруженную спутницу, но противник его удивил.

Брюнет нажал кнопку закрывания дверей. Его сообщница что-то сердито крикнула, когда дверцы захлопнулись и лифт поехал вниз. Джонатан снова заслонил Кейт собой. На губах брюнета заиграла дьявольская улыбка.

– Моя подруга постоянно отклоняется от курса, – произнес он. – В отличие от меня!


Глава 18

Кейт пронзительно закричала.

Сжав кулак, брюнет ткнул Джонатана в щеку и потянулся свободной рукой к Кейт. Ему удалось схватить ее за волосы, но, прежде чем он успел дернуть, Джонатан ударил его локтем. От боли брюнет выпустил ее волосы, но прежде сильно дернул. Кейт снова вскрикнула, но Джонатан оттолкнул ее к стенке, подальше от брюнета.

Она испуганно затихла.

Брюнет быстро пришел в себя и снова бросился на телохранителя. Однако Джонатан, вместо того чтобы уклоняться от ударов, свободной рукой лишь прикрывал лицо. Они занимали невыгодную позицию: стоит Джонатану хотя бы чуть-чуть сдвинуться с места, он подставит Кейт под удар…

Джонатан защищал ее, хотя при этом страдал сам.

Ей это не нравилось. Совсем не нравилось!

Лифт звякнул, они спустились в вестибюль. Брюнет снова бросился вперед и с такой силой ударил Джонатана в солнечное сплетение, что тот согнулся пополам. Кейт снова была в опасности.

Брюнет снова схватил ее за волосы. Она порылась в кармане халата, стараясь нащупать лак для волос. Если она снова попадет ему в глаза, у Джонатана появится преимущество…

– Нет уж, хватит, – проворчал брюнет, увидев, что Кейт достала баллончик. Выходя из лифта, он с силой дернул ее за собой. Ее замутило; голова болела нестерпимо. Рука разжалась, и баллончик упал в шахту лифта.

– Помогите! – закричала она.

В вестибюле зашумели. Брюнет двигался быстро, таща ее за собой. Она ничего вокруг не замечала – даже того, как побелело от гнева лицо ее телохранителя.

Зато она услышала тяжелые шаги за спиной, потом глухие удары. Брюнет выпустил ее. Кейт упала на бок, подняла голову, готовая к очередному нападению. Джонатан сильно дернул брюнета за волосы. Лица у обоих были в крови.

– Что, не нравится? – процедил Джонатан, метя кулаком противнику в лицо. Тот ловко пнул телохранителя ногой в живот. Кейт огляделась по сторонам. Неужели им никто не поможет?! На диване у окна застыла пожилая пара; рядом стояли двое подростков и мужчина с чемоданами в обеих руках; возле стойки она заметила молодую мать с коляской. Никто не хотел вмешиваться. Кейт поняла, что никто не придет им на помощь. И вдруг мужской голос громко произнес:

– Полиция уже едет!

Повернув голову, Кейт увидела Джетта. Вдали завыла сирена, показавшаяся ей сладкой музыкой. Брюнет, дравшийся с Джонатаном, тоже все слышал. Он замолотил руками, стараясь дотянуться до Джонатана.

К счастью, Джетт не ограничился одним предупреждением. Он подбежал к дерущимся и попытался разнять их. Его поступок заставил отца подростков бросить чемоданы и подскочить к ним. Они вместе оттащили неизвестного от Джонатана. Пожилой мужчина вскочил с дивана и крикнул:

– Я их вижу!

Брюнет наконец-то сообразил, что полиция уже близко и расстановка сил изменилась не в его пользу. Он развернулся, собираясь бежать. Джетт пытался схватить его, но брюнет проворно отскочил за спину отца семейства. Он оказался не только сильным, но и сообразительным.

Кейт видела, что Джонатан готовится погнаться за брюнетом, который устремился к главному выходу. Его тело наклонилось вперед, он готов был остановить нападавшего.

Про себя Кейт не могла сказать того же самого.

Она не хотела, чтобы ее телохранитель снова пострадал.

Особенно из-за нее.

– Джонатан! – окликнула она его. Он обернулся, и у Кейт перехватило дыхание. Его синие глаза полыхали таким гневом, что часть его передалась Кейт. Она увидела, что он сильно пострадал – нижняя губа разбита, челюсть в кровоподтеках, бровь рассечена – и испытала ярость, которую не в силах было погасить ничто. Эта парочка свое получит! Но, вспомнив о спутнице брюнета, Кейт похолодела от ужаса:

– Джонатан, а как же женщина?

Джонатан опомнился. Кейт понимала, что теперь он ее не бросит, даже ради погони за брюнетом. Он тут же предупредил Джетта о том, что по отелю разгуливает вооруженная блондинка. Джетт громко позвал всех собравшихся за стойку и поспешно увел всех служебным ходом. Джонатан подал Кейт руку и повел к остальным.

– Как ты? – спросил он, улучив минутку. Он приподнял ее подбородок, и ей пришлось заглянуть ему в глаза. Неожиданно Кейт поняла, что готова смотреть в его синие глаза целую вечность. Ей расхотелось куда-то бежать.

– Сейчас – хорошо, – честно ответила она. На его лице появилось непонятное выражение, и Кейт недоуменно сдвинула брови. – А ты? – Она потянулась к нему, ей хотелось погладить его по лицу, убедиться, что с ним тоже ничего страшного не случилось, когда к ним подбежал Джетт.

– Мы вызвали полицию, когда услышали первый выстрел, – сообщил он. – А еще мы не можем найти Артура.

– Артура? – хором спросили Кейт и Джонатан.

– Дежурного охранника. Его нигде нет, поэтому…

Дверь в коридор распахнулась с такой силой, что удар эхом отразился по всему вестибюлю. Джонатан инстинктивно снова задвинул Кейт себе за спину. Отец подростков заслонил собой своих детей и пожилую пару. Джетт – молодую мать. Все затаили дыхание, ожидая худшего.

Из-за поворота вышла Лола Тиг; она была вне себя.

– Я только что видела на мониторе, как та женщина бежала черным ходом, через кухню, – сообщила она. Ее волосы, вчера безупречно уложенные, сейчас растрепались. Морщинки в углах глаз появились явно не от смеха. – Прошу всех сохранять спокойствие и проявить терпение. Мы постараемся быстро со всем разобраться. – Сирена выла совсем рядом с отелем. Сейчас здесь будут полицейские! – Лола поспешила к двери, встретить стражей порядка, но возле Джонатана и Кейт остановилась и прошептала: – Не знаю, кто эта парочка, но они решили добиться своего!

Второй раз за два дня в отель вызывали полицию. Накануне стражи порядка не проявили особой тревоги из-за окровавленной записки, но сейчас они слушали показания Джонатана и Кейт с большим интересом. Джонатан договорился с Кейт, что они не станут рассказывать о препарате. Однако о машине-убийце они все же напомнили. Джонатану казалось, что даже новичку или последнему тугодуму стала ясна связь между всеми событиями.

– Мы пропустили фото того типа через нашу базу данных, но безрезультатно, – признался один из полицейских. – Письмо испачкано человеческой кровью, но мы не знаем, кому она принадлежит. Зато в объектив попала его сообщница. Теперь, наверное, легче будет установить их личности.

«Наверное»? Кейт заставляла себя молчать. Полицейские не знают всего, как же можно ожидать, что они сделают свое дело?

– Боже мой! – выдохнула она, едва не подавившись водой. Джонатан стоял в шаге от нее и беседовал с Лолой. Когда он услышал возглас Кейт, развернулся к ней.

– Что случилось?

– Чемодан… – прошептала она.

Джонатан взял ее под локоть и повел к лифту, тому самому, где они схватились с брюнетом.

– Не понимаю… – начала Кейт. Джонатан не сводил взгляда с дверей лифта. Точнее, ждал, что из лифта кто-нибудь набросится на них, как только дверцы разъедутся в стороны. – Если бы ты тогда не оттолкнул меня, блондинка переехала бы меня на машине… А сейчас застрелила бы меня, если бы мне не удалось выбежать на лестницу. Зато ее спутник почему-то пытался утащить меня с собой. – Лифт поднялся на третий этаж. Снова прикрывая Кейт своим телом, Джонатан вышел, осторожно озираясь по сторонам. Через несколько секунд он кивнул, показывая, что все чисто, и зашагал рядом с ней. – Похоже, они настроены на разную волну. Кроме того, мое убийство никому не принесло бы пользы. Я ведь не единственная, кто занимался препаратом. Зато…

Они остановились у двери. Джонатан достал ключ-карту.

– Зато опытный образец есть только у меня.

Джонатан снова проделал все как положено: вошел первым и осмотрел комнату. Только потом он разрешил Кейт войти. Она разглядела несколько дыр в стене в том месте, где Джонатан дрался с брюнетом. На полу в ванной растеклась лужа.

– Я уж решил, что ему крышка, – признался Джонатан, показывая на край ванны. – Мне показалось, он, падая, сломал себе шею. Оказалось, нет.

Кейт направилась к кровати. Попробовала нагнуться, но у нее закружилась голова. Джонатан тут же подлетел к ней.

– Со мной все в порядке, – сказала она, отталкивая его руки. – Чемоданчик там?

Он еще не успел нагнуться, а она уже поняла, что чемоданчика нет. Зачем нужно было идти на такой риск, если не ради прощального подарка?

Джонатан покачал головой и спросил:

– Зачем им препарат?

Кейт пожала плечами.

– Уничтожать его бессмысленно, ведь его можно изготовить… Воспользоваться им они не смогут, продать – тоже. Честно говоря, мы пока не до конца понимаем, как именно он действует. Велика вероятность, что опытный образец не намного отличается от более старой версии. Они, конечно, могут попытаться воссоздать его своими силами. Изучить, понять, из чего он состоит, чтобы произвести то же самое. Правда, зачем им понадобилось так рисковать, если они могли попасть в лабораторию?

– А если мы ошибаемся?

Кейт удивленно посмотрела на него.

– Если у них все же нет доступа в лабораторию? Что, если они действуют извне, а не изнутри? Может, мы слишком сложно мыслим оттого, что много знаем?

Кейт изумленно посмотрела на Джонатана.

– Что? – спросил он.

– Красиво, – признала она, не успев опомниться. Джонатан расплылся в улыбке, от которой у нее пересохло во рту.

– Что именно? Объективное мышление или решение задачи?

– И то и другое.

Джонатан рассмеялся, но тут же посерьезнел и шагнул к ней. Что-то в воздухе изменилось. Ее лицо запылало сильнее. Она так давно не была с мужчиной – и не только в интимном смысле.

Кейт отвела глаза в сторону. Сейчас не время.

– Нам нужно срочно позвонить Джейку и рассказать, что случилось, – сказала она. – Если ты прав и наши враги не имеют доступа в лабораторию, надо выяснить, откуда у них опытный образец препарата. Тогда мы поймем, что происходит. Кроме того, теперь, когда у нас есть изображение женщины, возможно, удастся установить их личности с помощью базы ФБР…

Кейт не смотрела на Джонатана; она и так знала, что он согласен. Она повернулась к комоду. Выдвинув верхний ящик, она порылась в нижнем белье и достала отвертку.

– Интересно, зачем ты таскаешь с собой эту вещь? – спросил Джонатан. Кейт криво улыбнулась. Что бы между ними ни произошло несколько минут назад, сейчас все вернулось в прежнее состояние. Она подошла к кондиционеру, опустилась на колени и начала отвинчивать крышку.

– Когда я была еще маленькая, мама многому меня научила. Например, как важно хранить то, чем ты дорожишь. Иногда самые ценные вещи приходится хорошо прятать. – Она вывинтила последний шуруп и осторожно сняла крышку. К ней с внутренней стороны была приклеена небольшая записная книжка в кожаном переплете. Кейт сняла клейкую ленту. Джонатан подошел поближе. – Хотя я храню свои материалы в цифровом виде, в компьютере есть не все. Я всегда боялась, что информация так или иначе может просочиться наружу. – Она раскрыла записную книжку. – Поэтому с самого начала работы я все копирую на бумагу. Вот здесь подробно описан весь процесс изготовления препарата. Если наши таинственные враги не имеют доступа к лаборатории и нашим базам данных, им следовало забрать вот это.

– А если они узнают о существовании твоей записной книжки, они могут нанести нам еще один визит, – прошептал Джонатан, разрываясь между гневом и усталостью.

Кейт листала страницы; ее глаза скользили по записям, цифрам и расчетам, которым она посвятила последние пять лет.

Они – ее неотъемлемая часть. Они связаны с ее матерью.

А теперь и с Джонатаном.


Глава 19

Кейт позвонила Джейку, но тот не ответил. Звонок сразу переключили на автоответчик. Кейт не решилась сообщать ничего конкретного, а лишь сказала: «Перезвони, как только сможешь, нужно поговорить». И все же Джонатан поехал к нему домой. Надо где-то переждать до тех пор, пока они не покинут Нью-Йорк.

Внедорожник остановился у жилого комплекса в Верхнем Ист-Сайде.

– Его квартира на третьем этаже, – сказала Кейт, вытаскивая из салона дорожную сумку. Перед отъездом она переоделась из халата в синюю блузку с длинным рукавом и джинсы. На ногах у нее были удобные балетки. Волосы она скрутила в пучок и даже побрызгала лаком непослушные пряди, чтобы лучше держались. С косметикой возиться не стала. В конце концов, уезжали они под вечер. Скорее всего, в квартире Джейка они и заночуют.

– Ты уже бывала здесь раньше? – спросил Джонатан, пропуская ее в подъезд. Справа от входа располагалась лестница. Кейт вздохнула.

– Да, один раз, но я успела запомнить, что, к сожалению, лифта в доме нет. Видимо, сегодня я еще не набегалась по лестницам, – буркнула она. – Но теперь в меня хотя бы не стреляют!

Джонатан улыбнулся. Они стали подниматься. Джонатан охранял ее, как ребенка. На нее покушались уже три раза за два дня. Телохранитель понимал, что его тревога более чем обоснованна.

На площадке третьего этажа Джонатан увидел четыре двери; Джейк жил в квартире окнами на улицу. Кейт склонилась над придверным ковриком с вышитой надписью «Добро пожаловать!».

– Неужели агент ФБР держит запасной ключ под ковриком? – удивился Джонатан. Значит, Джейк не так осторожен, как он думал…

Кейт хихикнула и поставила сумки на пол. Поставив ногу на черный резиновый коврик, она отогнула пластиковую ленту с краю. Послышался треск – пластиковый уголок держался на липучке.

– Хотя здесь не Форт Нокс, не думаю, что многие догадались бы заглянуть сюда.

Кейт протянула ему ключ.

– Ты, случайно, не ревнуешь? – спросила она, глядя на Джонатана снизу вверх.

Джонатан закатил глаза:

– Отпирай!

Квартира оказалась маленькой, угловой; белая кухня переходила в гостиную с кирпичной стеной. От кухни гостиную отделяли квадратный обеденный стол со стульями, темно-зеленый диван, бочка, которую превратили в журнальный стол, и большой плоскоэкранный телевизор, привинченный к стене. Остальные стены украшали картины и снимки в рамках – афиши, плакаты боевиков, а также дорожные знаки и семейные фотографии. Кейт следила, как Джонатан рассматривает интерьер, иногда на чем-то задерживаясь взглядом.

– В юности Джейк тоже пережил бунтарский период, который выразился в том, что он воровал дорожные знаки. Он до сих пор ими гордится! – Она показала на складной стол. – Его мой отец в шутку подарил Биллу за год до того, как тот погиб. Не думаю, что Джейк когда-нибудь его выбросит. – Она показала на дверь наискосок от стола. Дверь была маленькая, как, наверное, и расположенная за ней комната. – Гостевая спальня, – пояснила Кейт и показала на соседнюю дверь: – Там ванная, она совсем крошечная. К тому же от стен отлетает плитка… Последняя дверь, как ты, наверное, догадался, ведет в его комнату, тоже не самую просторную на свете.

Джонатан рассмеялся и поставил свою сумку рядом с диваном. Потом он вышел на кухню. Они так и не дождались заказанной в отеле пиццы, и он надеялся, что у Джейка найдется хоть какая-нибудь еда.

Кейт бросила свои вещи в гостевой спальне и тут же перешла в комнату Джейка. У агента нашлись продукты для приготовления сэндвичей с индейкой и жареной картошки.

– Ужин готов! – позвал он, разложив еду по тарелкам.

Кейт вышла, когда он раскладывал столовые приборы. Лицо у нее раскраснелось, и она не сразу посмотрела ему в глаза.

– Выглядишь подозрительно, – заметил он. Кейт криво улыбнулась и с делано беззаботным видом всплеснула руками. – Чем ты там занималась?

– Ничем, – ответила она, как ребенок, и села за стол. Джонатан обрадовался, заметив, как она оживилась при виде еды.

– Знаешь, мне бы в голову не пришло рыскать в комнатах у Марка или Оливера – примерно то, чем ты сейчас занималась. И уж точно я не заглядывал в комнату Никки, хотя все они – мои лучшие друзья, – с улыбкой заметил он. – По-моему, ты излишне любопытна.

– Хотя я почти ничего не знаю о Никки Уотерс, наверное, хорошо, что ты не заглядывал к ней в комнату, когда был у нее дома, – уклончиво ответила Кейт. – Мне кажется, что владелица охранного агентства должна высоко ценить личное пространство. – Джонатан поднял вверх большие пальцы рук в знак согласия. – Я тоже не имею обыкновения рыться в комнатах своих друзей… разве что мне кажется, что в них есть нечто, достойное моих усилий. – Она покосилась на комнату Джейка. – Кое-что, способное помочь нам докопаться до сути.

– Ты нашла там что-нибудь полезное?

– Нет, но у меня ведь и не было достаточно времени, верно? – Она подмигнула, и ему стало радостно от этого. Как ни пытался он скрыть свои чувства, выражение лица его выдавало. Он повернулся к стене и стал рассматривать фотографии.

– Это Билл? – спросил он, увидев на одном снимке широко улыбающегося смуглого блондина. За его спиной расстилался океан, блондин щурился от яркого света. Снимок был явно старый.

– Да, его сняли за несколько лет до того, как… – Кейт помолчала. – По-моему, его снимал мой отец. – Она положила на тарелку недоеденный сэндвич и встала. Прошла вдоль стены, разглядывая фотографии, пока не нашла ту, которую искала. – Однажды наши родители решили устроить совместный семейный отдых. Мама Джейка очень давно не была на море, поэтому мы взяли все необходимое на несколько дней и поехали…

Джонатан подошел к ней и посмотрел на снимок. Билл сидел на песке; рядом с ним стоял маленький Джейк. Чуть дальше, в полосатом шезлонге, сидела улыбающаяся блондинка. Джейк в объектив не смотрел. Он сосредоточился на недостроенном песочном замке. Джонатан узнал Дикона, он видел его фото в деле Кейт. Дикон, только моложе, чем на снимке из досье, сидел тоже в полосатом шезлонге рядом с матерью Джейка; оба смеялись. Рядом с ним стояла женщина в черном цельном купальнике; она смотрела на улыбающуюся девочку, которая помогала Джейку строить замок из песка. Это несомненно была Кейт, единственная из всех, она смотрела прямо в объектив. Все они выглядели такими счастливыми! Такими довольными.

– Ты очень похожа на мать, – заметил Джонатан, глядя на женщину в черном купальнике. Когда их фотографировали, мать Кейт была старше, чем Кейт сейчас, и все же сходство было невероятным.

Кейт улыбнулась:

– Спасибо. То был редкий случай, когда мы собрались все вместе. Какой-то турист согласился нас снять, но вдруг моего отца что-то насмешило. Я даже не знаю, есть ли у нас другие общие снимки. Несколько лет назад мать Джейка обнаружила фотографию в альбоме и сделала копии для нас и моего отца. Это одна из моих любимых. – Кейт повернулась, и Джонатан понял, как сильно она любит своих близких, в том числе Джейка и его родителей. Он непроизвольно сделал шаг назад. Жаль, что у него нет таких же, как у нее, детских воспоминаний о семье. У него семейных воспоминаний просто нет.

Джонатан вернулся за стол и снова приступил к еде. Спустя какое-то время она тоже села за стол. Они молча доели сэндвичи и картошку. Кейт, не говоря ни слова, убрала со стола и помыла посуду. Джонатан старался прогнать мрачное настроение, но ничего не получалось. Вокруг него словно выросли стены. Он даже не заметил, что Кейт снова села напротив.

– Ты вырос в приюте? – Джонатан вздрогнул от удивления и, вскинув голову, встретился с ее вопросительным взглядом. Она улыбнулась, как бы извиняясь, и поспешила объясниться: – Вчера ты обмолвился, что в детстве часто переезжал; мне показалось, ты говорил об этом с горечью или с досадой… Кроме того, ты дал понять, что хочешь пустить корни. Ты больше всего на свете любишь свою работу, «Орион» и своих друзей. Кроме того, я видела твою татуировку – домик… – она показала на его предплечье.

– Ты делаешь поспешные выводы, – буркнул он, но Кейт не обиделась и не смутилась. Ее черные глаза были добрыми; они пытливо смотрели на Джонатана, но он не знал, что они ищут. Видя, что Кейт молчит, он наконец решил рассказать ей то, о чем никому прежде не рассказывал.

– Моя мама умерла сразу после моего рождения, а отец не хотел возиться с ребенком. Поэтому он предпочел устраниться. – Гнев и презрение к отцу, которые он испытывал когда-то, совершенно прошли. Теперь он просто констатировал факты. – Меня, как и тысячи других таких же брошенных детей, не усыновили. Много лет я переезжал из одной приемной семьи в другую. По тем или иным причинам я не уживался в приемных семьях. И с детьми как-то не получалось сдружиться. – Он вздохнул.

Пусть он больше не испытывал горечи из-за того, что отец его бросил, не думал, что когда-нибудь забудет тяжесть одиночества.

– В старших классах я какое-то время жил у женщины, которая брала таких, как я – которых никто не хотел усыновлять, – продолжал он. – Ее я никогда не забуду, пусть даже только из-за татуировок. Почти все ее тело сплошь было покрыто сложными узорами, настоящими произведениями искусства. Я спросил, по какому принципу она выбирает рисунки. Она ответила, что как-то задумалась, чего ей хочется больше всего в жизни. Представив себе свою мечту, она сделала соответствующую татуировку. Так и пошло до тех пор, пока на ее коже буквально не осталось ни одного живого места… Однажды я тоже задумался, что же я люблю и чего мне больше всего в жизни хочется. И тогда я нарисовал вот что, – он повернулся боком, чтобы Кейт лучше разглядела татуировку. – Такие же домики я рисовал на обложках школьных тетрадей. Наверное, я банален. Больше всего на свете мне нравится мечтать о своем доме.

Кейт встала так быстро, что стул отъехал по половицам. Джонатан напрягся, готовый броситься ей на помощь, но Кейт неожиданно подошла к нему и обвила его шею руками.

– Ты не банален, – чуть приглушенно сказала она, утыкаясь носом в его шею.

И Джонатан почувствовал, как рушатся стены, которые он вокруг себя возвел. Он тоже обнял ее и улыбнулся. Кейт была теплой и мягкой. Перед уходом из отеля она надушилась; он вдохнул ее цветочный аромат.

– Спасибо, – тихо сказал он, словно боялся ее спугнуть. Кейт шагнула назад, вытирая лицо рукой. Джонатан испугался. – Ты что, плачешь?

Кейт поспешно вытерла слезы.

– Прости, пожалуйста! – воскликнула она. – Твой рассказ… видимо, сильно меня задел. – Она неловко попятилась. Лицо у нее раскраснелось от смущения.

– Нет. – Он взял ее за руки, чтобы она не сбежала. – Не хочу, чтобы ты плакала. Тем более из-за меня. – По щеке Кейт покатилась еще одна слезинка, Джонатан осторожно вытер ее пальцем. – Не скрою, мое детство не было идеальным, и я довольно часто жалею, что все пошло именно так, а не иначе, но потом вспоминаю: если бы все было по-другому, я бы не познакомился с Никки. Она не дала бы мне рекомендацию для работы в «Редстоун», я бы не познакомился с Оливером и Марком. Я бы не ушел оттуда, не поступил в «Орион» и не приобрел лучших друзей на свете.

На последних словах он понизил голос и заметил, как смягчилось лицо Кейт. Неожиданно ему захотелось признаться: теперь он рад, что познакомился и с ней.

– Кейт, не беспокойся за меня. Лучше я буду беспокоиться за тебя.


Глава 20

Кейт очень хотелось поцеловать стоящего перед ней мужчину. Обнять его по-другому, не по-дружески, как несколько секунд назад. Ей захотелось забыться в чем-то помимо работы.

Но она отпрянула от него, прежде чем поняла, в чем дело.

– Конференция завтра во второй половине дня. Что бы ни случилось, я должна хоть немного поспать, – сказала она.

Джонатан тоже опомнился: расправил плечи, откашлялся и кивнул. Она почувствовала себя виноватой, как будто подвела его.

– Да, ты спи, а я посижу здесь и подожду Джейка.

– Пожалуйста, разбуди меня, когда он придет, – попросила Кейт, уходя.

– Конечно, – кивнул он. – Спокойной ночи, мисс Ученая дама!

Ей было не по себе, но она скороговоркой ответила, уже открывая дверь гостевой спальни:

– И вам того же, мистер Телохранитель!

Словно спасаясь от страшного сна, Кейт закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и постаралась собрать ускользающие мысли.

Только что он раскрылся перед ней, а что же она? Сбежала. Как он смотрел на нее, как вытирал ее слезинку, как гладил по лицу… У нее был прекрасный миг для того, чтобы изменить свою жизнь. Но она не могла.

Джонатану нужны корни. Ему нужны друзья, семья, дом. Если не считать отца, который приезжает ее навестить, да редких писем по электронной почте или телефонных звонков от Грега и Джейка, жизнь Кейт крутится вокруг работы. Она не умела и не могла справляться с чем-то другим. Правильно отец обвинил ее в зашоренности, ограниченности. Правильно сказал, что за деревьями она не видит леса. Ей не просто тяжело разглядеть общую картину; иногда это становится для нее совершенно невозможным.

Неожиданно ей показалось, что она потеряла опору в жизни. Сейчас она была совершенно уверена только в одном. Мужчина в соседней комнате достоин самого лучшего. Он не должен связываться с зашоренной, эмоционально нечуткой женщиной, которая спотыкается на том, что другие преодолевают без всякого труда.

Ему не нужны лишние осложнения… такие, как она.


Кейт повернулась на бок, закуталась в одеяло и посмотрела в темноту. Она пролежала в постели почти два часа, а сна не было ни в одном глазу.

Сначала она думала, что боится снова погрузиться в мир снов, откуда ее с таким трудом извлекли Джейк и Джонатан. Потом подумала, что обязательно позвонит отцу. Последние два дня она не отвечала на его звонки или отделывалась эсэмэсками. Он обрадуется, услышав наконец ее голос. Она позвонит ему завтра, сразу после конференции, и скажет, что любит его. Когда пошел второй час ее бессонницы, она начала понимать, чего боится на самом деле.

Темноты.

Мира, когда она бодрствовала.

Пары, которая неоднократно и недвусмысленно покушалась на ее жизнь.

При воспоминании о брюнете и его черных глазах рука непроизвольно взлетела к волосам. Она помассировала голову, вспомнив, как ей было больно, когда враг тащил ее за волосы, и поняла, что не заснет. Крошечное окошко, выходившее в переулок и на соседнее здание, почти не пропускало света.

Стараясь двигаться бесшумно, как на Рождество, когда ей хотелось хоть одним глазком увидеть Санта-Клауса, она на цыпочках подошла к двери и приоткрыла ее. Зажмурилась, когда дверь ужасно заскрипела. Свет в кухне и гостиной не горел; Джонатан оставил включенным лишь торшер рядом с телевизором. Джонатан мгновенно обернулся на скрип.

Она подняла руки вверх:

– Извини, – прошептала она. – Я хотела выйти тише.

Джонатан положил на стол спортивный журнал, который читал.

– Все хорошо?

Кейт кивнула и спросила:

– Что, не спится?

Джонатан ухмыльнулся:

– Я и не пытался.

– Даже тебе иногда надо спать, – заметила она.

– В моем контракте нет слова «иногда».

Кейт собралась возразить, но передумала. Она сама никогда никого не слушала. И все же она переминалась с ноги на ногу, подбирая нужные слова.

– Итак, – начала она, чувствуя, как краснеет, – в ближайшем будущем ты спать не собираешься?

Джонатан немного удивился, но кивнул.

– Мне приходилось работать и в более трудных условиях, – заметил он.

Кейт буквально пылала. Ей казалось, что жар поднялся до самых ушей.

– Я просто подумала, может, посидишь немного со мной? Я просто… ну, не могу заснуть, – поспешно продолжала Кейт, смущенно растирая руки.

– Ясно, – произнес Джонатан после короткой паузы. Кейт начала пятиться в спальню; она всплеснула руками, словно отмахиваясь от собственной просьбы:

– Не важно, на самом деле это не обязательно… Я сама…

Джонатан встал и расхохотался.

– Кейт, все нормально, – сказал он. – Я нисколько не возражаю. Кроме того, на этом диване в самом деле очень неудобно.

Кейт невольно улыбнулась. Наверное, последние слова сказаны ради нее. Телохранитель шагнул к ней, и она включила свет, чтобы он увидел комнату. Она была маленькой; в ней умещалась лишь двуспальная кровать, прикроватная тумбочка, комод и небольшой коврик. Обернувшись, Кейт увидела, что он измеряет глазами пространство. Должно быть, он сам не знал, на что соглашается.

– Здесь ничего нет, кроме кровати, – прямо заявила она. Джонатан снова расхохотался. Он скинул ботинки и сел с той стороны, что была ближе к двери. Кровать немного просела под его тяжестью, когда он лег; его длинные ноги доставали до изножья, а руки он заложил за голову.

– Ничего, если я выключу свет? Тебе не захочется спать? – спросила Кейт, поднося руку к выключателю. Джонатан покачал головой. Она выключила свет и легла с другой стороны. Не будь она в длинной футболке и пижамных шортах, она не предложила бы ему перейти в одну с ней комнату… По правде говоря, ей в самом деле не мешало выспаться.

Она юркнула между разноцветными простынями и одеялом. Хотя на нем были те же рубашка и брюки, что и днем, их отделяло друг от друга одеяло, но она чувствовала, как ее согревает его тепло. Оно не просто успокаивало.

Кейт подождала, пока глаза привыкнут к темноте и узкой полоске света из окна; она повернулась на бок и наконец посмотрела на лежащего рядом мужчину. Она различала во мраке его профиль. Она протянула руку, собираясь дотронуться до него, но в ней шла внутренняя борьба. Что важнее – ее счастье или его? Рука застыла в воздухе.

«Давай же, Кейт!»

Она не могла. Рука скользнула под подушку.

– Извини, – прошептала она. Он повернул к ней голову, и лицо у нее снова запылало.

– За что?

Кейт просила прощения за то, что раньше грубила ему, была бесцеремонной и бестактной, отпускала замечания о его профессии при их первой встрече. Ей было жаль, что с ней было так трудно и что из-за нее он подвергался опасности. Он спас ее не меньше трех раз, а она не знала, как его отблагодарить. Она не могла найти нужных слов, чтобы выразить свои мысли.

– Я не очень хорошо умею ладить с людьми, – только и выговорила она. Мысленно она охватила все, за что чувствовала себя виноватой.

– Для меня в самый раз.

Несмотря на недостаток света, губы Джонатана сразу нашли ее губы. Поцелуй вызвал в Кейт желание, которое она все время пыталась в себе подавить. Однако оно разрасталось, делалось сильнее и сильнее.

Джонатан прервал поцелуй и отодвинулся.

– Извини… – внезапно очень хрипло сказал он. – Я…

Кейт метнулась вперед, вытянула руку, обхватила его лицо ладонями, снова приближая его губы к своим. Он впился в нее голодными губами, и скоро их языки сплелись в сладостной игре.

Кейт со стоном прижалась к нему. Ее стон подхлестнул его. Он перекатил ее на спину, лег сверху и приподнялся на локтях. Кейт тут же обвила его шею руками и притянула к себе. Много лет – а может быть, и всю жизнь до сегодняшнего дня – она никого так страстно не желала, как сейчас желала этого мужчину. Проведя руками по его спине, она дернула его за рубашку и нахмурилась, когда рубашка не слетела с него, как в кино, и почувствовала, как его губы изгибаются в улыбке. Джонатан снова прервал поцелуй.

Не говоря ни слова, он сел. Грудь у Кейт ходила ходуном, лицо раскраснелось, но, когда она увидела, как Джонатан раздевается, ее снова обдало жаром, как будто у нее поднялась температура. Телохранитель рывком снял рубашку и швырнул ее на пол. Потом снова прильнул к ней губами, но на сей раз поцелуй оказался не страстным, а нежным и легким, отчего ей захотелось продолжения. А он прошептал ей на ухо:

– Твоя очередь!


Кейт открыла глаза. Она проснулась, как от толчка. Что-то таилось в подсознании, готовое вырваться на свободу. Какая-то мысль, недосказанные слова, волновавшие ее во сне настолько, что она даже проснулась.

Она собралась выбраться из постели, когда ее взгляд упал на мужчину, который лежал рядом. Джонатан крепко спал, лежа на боку и положив на нее руку – он охранял ее даже во сне. Кейт улыбнулась. Она помнила, что Джонатан должен был устать не меньше нее.

Кейт села и залюбовалась им. В слабом предутреннем свете она могла без помех смотреть на его мускулистую грудь с порослью черных волос, которая переходила в плоский живот. Ниже все было закрыто простыней. Лицо у нее запылало, когда она вспомнила, чем они занимались почти всю ночь.

Она осторожно убрала его руку и выскользнула из постели, стараясь не разбудить его. Он пошевелился, но не проснулся. Кейт на цыпочках подошла к двери. У нее болело все тело, но боль была приятной. Снова вспомнив, чем они занимались с телохранителем, Кейт улыбнулась.

Она собрала разбросанную на ковре одежду. Вошла в ванную и быстро приняла душ. С трудом заставила себя отвлечься от Джонатана и сосредоточилась на том, что не давало ей покоя. Ей показалось, она кое-что поняла, но никак не могла поймать, что именно и почему это ее так беспокоит. Она была уверена, что в ближайшее время больше ни за что не заснет, и оделась для конференции – черное белье, а сверху легкую блузку винно-красного цвета с рукавами три четверти. Блузку заправила в черные свободные брюки. Думая по-прежнему о другом, она подвела глаза, нарумянилась, накрасила губы темно-красной помадой. Кейт размышляла о том, что, судя по всему, попасть на конференцию будет непросто. Вряд ли парочка их врагов успокоится, особенно если они работают на какого-то безумца.

Она посмотрелась в зеркало. Выражение ее лица стало жестче. Она повесила полотенце на вешалку и, сжав зубы, причесалась. Покончив с этим, едва заметно кивнула своему отражению.

Пора положить конец вражеским проискам.

Надев туфли, Кейт прошла в спальню к Джейку и удивилась, заметив, что Джейк не ночевал дома. Конечно, специфика его работы не располагает к размеренному образу жизни. В хозяйской спальне умещались кровать, письменный стол, стул и три шкафчика для документов высотой ей по пояс. Все ящики в шкафах были заперты на ключ. Кейт подошла к одному, который она вскрыла накануне вечером – перед тем, как Джонатан позвал ее ужинать, заметив, что у нее подозрительный вид – и выдвинула его. У Джейка был кабинет и в штаб-квартире ФБР, а также в лаборатории Грега. На работе он, конечно, хранил важные документы, в основном, в таких местах, куда непросто было добраться посторонним. С возрастом Джейк приучился не только к аккуратности. Он понял, что необходимо делать бумажные и цифровые копии всех важных документов. В ящике, который она взломала, содержались сведения о датах и событиях, которые показались ей связанными с Грегом. Почти все были написаны шифром; насколько она могла судить, о ее препарате нигде не упоминалось.

И все же именно вчера она заметила здесь кое-что, что теперь не давало ей покоя. Она порылась в папках, напряженно вспоминая, что зацепило ее внимание. Шли минуты; она листала документы наугад.

В досаде она обернулась и прислонилась к шкафчику, стараясь вспомнить, обводила комнату взглядом, в голове стало пусто. Она рассматривала скудный интерьер – несколько безделушек, фотографии из поездок, сувениры, которые он собирал или которые ему подарили – и вдруг вспомнила.

Догадки, бродившие у нее в подсознании перед тем, как она проснулась, нашли свое подтверждение. Внутри у нее все сжалось. Она подошла к столу Джейка, на котором стояла рамка с листком бумаги внутри. Дрожащими руками взяла рамку в руки…

Вот оно!

Наконец-то кусочки сложились в цельную картину.

В кармане завибрировал телефон. Кейт вздрогнула от неожиданности и выронила рамку. Стекло треснуло, когда рамка ударилась о пол.

Разбитое стекло – самая малая из бед…

На экране высветился номер Джейка. Она откашлялась, не зная, как начать.

– Джейк… – произнесла она, но ей ответил другой голос:

– Нет, но ты можешь его спасти!


Глава 21

Джонатан перевернулся на бок и осторожно опустил руку, стараясь не задеть Кейт. Рука опустилась на простыню… Он открыл глаза.

Кейт рядом не оказалось.

В комнате было светло. Джонатан посмотрел на то место, где еще совсем недавно лежала Кейт, и ему стало и жарко и холодно одновременно. Он живо вспомнил, чем они занимались совсем недавно, и его охватило незнакомое ощущение счастья. Но где она?

Он сбросил с себя простыню и замер, когда что-то упало на пол. Смущенный, он нагнулся и поднял с пола записную книжку.

– Кейт! – позвал он, вскакивая и поспешно натягивая брюки. Он побежал на кухню, в гостиную – ее нигде не было. Заглянул в ванную. Кейт не оказалось и там. Негромко выругавшись, Джонатан открыл дверь в комнату Джейка.

Никого.

– Кейт! – снова позвал он, хотя было очевидно: в квартире ее нет. Он тщательно осмотрел входную дверь. Замок не был взломан. Все выглядело так же, как вчера, после того, как он заперся. Джонатан проверил окна – с тем же результатом.

– Что происходит? – спросил он себя.

Он взял телефон. Ни одного нового звонка или сообщения, набрал номер Кейт, но звонок сразу перевели на автоответчик. Из-за этого в нем сразу зародился страх, смешанный с паникой. Он посмотрел на черную книжечку, которую не выпускал из рук. Кейт не случайно оставила ему самую большую свою драгоценность. Но почему? Где она? И где Джейк? Они ушли вместе, или агент вообще не возвращался домой? Джонатан открыл книжку на первой странице, надеясь, что она оставила какую-нибудь подсказку.

Его ждало разочарование. В руках у него лежали последние пять лет работы Кейт. Она доверила их ему. Зачем?

Джонатан быстро оделся и решил еще раз обыскать квартиру – вдруг отыщутся какие-нибудь зацепки. Все вещи Кейт по-прежнему находились в гостевой спальне, но он заметил, что туалетные принадлежности она перенесла в ванную. Увидел там мокрое полотенце, значит, она успела принять душ. Он перешел на кухню, осмотрелся. По сравнению со вчерашним вечером ничего не изменилось. Наконец он вошел в комнату Джейка, где меньше всего ожидал найти какие-нибудь подсказки. Судя по всему, Кейт ушла отсюда по своей воле.

Или?..

Он сразу заметил, что один ящик в шкафчике под окном задвинут не до конца. И замок на нем явно взломан. Подойдя поближе, он увидел, что документы валяются кое-как, словно их вынимали по одному, а потом в спешке запихивали назад. Так вот чем занималась Кейт перед ужином!

Джонатан начал перебирать бумаги, стараясь понять, что искала Кейт, но не мог сообразить, нашла ли Кейт что-нибудь. Он задвинул шкафчик и уже собрался уходить, когда увидел на полу у стола разбитую рамку. Ничего не подозревая, он машинально нагнулся и поднял рамку. Разбитое стекло осталось на ковре. Движимый любопытством, он перевернул ее, чтобы посмотреть на снимок.

Однако под стеклом хранился вовсе не снимок.

Там было письмо.

Его обдало холодом.

Джонатан достал свой телефон, открыл галерею изображений и нашел фото окровавленной записки, приклеенной к двери номера Кейт. Он открыл электронную почту и нашел досье Кейт из «Ориона». Стал просматривать копии писем, полученных ею до того, как она улетела из Флориды. Да, все верно… Почерк, каким были написаны слова в письмах, был тем же самым, что и на письме, которое он держал в руке.

– Как мы могли не заметить?!

Гнев овладел им, он вспомнил события трех последних дней. Теперь все происходящее предстало перед ним в совершенно новом свете. Он уже не сомневался, что Кейт пришла к тому же выводу, когда увидела письмо. Что она должна была почувствовать, как отреагировать? Сердце у него заныло – Джонатан даже не подозревал, что Кейт успела занять в нем такое большое место. Он положил рамку и хотел позвонить своей начальнице. И вдруг ожил его телефон. Номер был незнакомым, поэтому он ответил осторожно:

– Да?

– Мистер Кармайкл?

Джонатан сразу узнал голос:

– Джетт?

– Да, это я. Подумал, вам следует знать: тот человек вернулся.

– Вернулся? В отель?

– Я сохранил вашу с мисс Спирс бронь в нашем компьютере, – быстро заговорил Джетт. – Если они будут думать, что вы еще у нас, вы успеете скрыться.

Джонатан покачал головой. Он готов был обнять администратора.

– Джетт, пожалуйста, окажите мне услугу, – сказал Джонатан, вбегая в гостиную и хватая ключи. – Кейт ушла, и сейчас тот тип – единственный след, по которому я могу ее найти. Пожалуйста, последите за ним, только чтобы он ничего не заметил. Если получится, я хочу знать, куда он пошел. Справитесь?

Джонатан захлопнул за собой дверь, не заботясь о том, что теперь он не попадет внутрь. Ключ у Кейт, а когда он ее вернет, все будет хорошо.

– Джетт! – позвал он, когда на том конце линии последовала пауза.

– Да, хорошо. Я позвоню вам из машины.


Кейт выглянула в окно. Соседнее здание было на несколько этажей ниже; его как раз надстраивали, чтобы оно сравнялось с тем, в котором она находилась. Правда, стройка шла довольно медленно.

– Прогресс не всегда движется так быстро, как нам бы хотелось.

Кейт повернулась в кожаном кресле и посмотрела в глаза человеку, который все время дергал за ниточки. Ей хотелось плакать. Одновременно изнутри поднимался гнев.

– Теперь все понятно, – сказала она. – Наверное, ученый-аналитик во мне должен радоваться хотя бы этому. – Она невесело усмехнулась. – Тебе было известно все – от того, в каком отеле я остановилась, до моих планов в Нью-Йорке. – Она снова рассмеялась. – Ты все знал, потому что мы сами все тебе рассказали!

Грег стоял во главе стола, но не садился. На нем был темно-коричневый костюм и галстук в синий горошек, который она сама подарила ему на день рождения несколько лет назад. Правая бровь была заклеена пластырем; из-под него были видны кровоподтеки и порезы. Он положил ладони на спинку кресла. Он не улыбался, но и не хмурился. И в том, и в другом случае Кейт бы только разозлилась, но его ровный взгляд был почти невыносимым.

– Грег, насколько глубока кроличья нора? С каких пор ты сделался таким… даже не знаю, как тебя назвать. – Глаза у Кейт наполнились слезами. Она надеялась, что сумеет продержаться и понять хоть что-нибудь. – Почему ты все время меня запугиваешь… почему хочешь меня убить? – У нее прервался голос, и она с трудом задала следующий вопрос: – И где Джейк?

Грег крепче сжал спинку кресла, как будто движение помогало ему собраться с мыслями.

– Кейт, помнишь, когда мы с тобой познакомились? Тебе было лет восемь. Я спросил, кем ты хочешь стать, когда вырастешь. Помнишь, что ты ответила?

Несмотря на нежелание играть в его игры – чем бы они ни были, – Кейт кивнула:

– Танцовщицей.

Грег щелкнул пальцами.

– Танцовщицей, – повторил он. – Я ничего не имею против исполнительского искусства и тех, кто им занимается, но, когда я посмотрел на тебя, понял, как работает твоя голова, увидел, как ты говоришь и как относишься к окружающему миру, я понял то же, что и твоя мать. Увидел в тебе безграничный потенциал, помноженный на безграничное же любопытство. Ты не просто интересовалась устройством мира, ты искренне пыталась его понять. При виде такой чистой невинности во мне зародилась надежда на будущее настолько яркое, что я сказал тебе нечто, чего не говорил ни одной живой душе. Помнишь, что я тебе сказал?

На сей раз Кейт не кивнула. Ей вовсе не нужно сидеть здесь и подтверждать, что она помнит все. Оба прекрасно понимали: она не забыла слов человека, которого ее мать однажды назвала умнейшим из всех, кого она знает.

– Я сказал тебе, что когда-нибудь ты изменишь мир. – Он хлопнул в ладоши. – Когда ты сообщила, что добилась успеха в своей работе, доказала, что я был совершенно прав! Я так гордился тобой, что сначала даже не понял, что означает твое открытие. Тебе нет еще и тридцати лет, но ты нашла ответы на вопросы, над которыми безуспешно бился я, несмотря на свои широкие возможности. Более того, твои поразительные достижения подчеркивали другое: у меня таких достижений нет; они показывали моим начальникам, что, хотя за мной вся мощь ФБР, а за тобой – всего лишь два лаборанта на полставки, которые помогали тебе, понятия не имея, чем занимаются… – Он сжал руку в кулак и вдруг словно состарился на глазах. – О твоих достижениях пошли слухи. Все только и говорили о твоих экспериментах, о твоем таланте… Первое время меня хвалили за то, что я тебя нашел – и за то, что верил в тебя и поручился за тебя перед руководством. Я просил дождаться результатов, дать тебе закончить испытания. Мне не хотелось, чтобы у тебя просто отобрали плоды твоего труда. Но потом похвалы превратились в свою полную противоположность. Может быть, я просил подождать именно потому, что не знал, как сделать то же самое? Может быть, я у тебя за спиной помогал тебе и просил привлечь тебя к проекту, потому что знал, ты не попросишь меня уйти, когда со временем займешь мое место и возьмешь бразды правления в свои руки. Может быть, я старею, а руководству нужны свежие силы, молодость, талант. – Лицо у него побелело, в глазах мелькнула ярость.

Впрочем, вспышка быстро прошла. Резкая перемена настроения ненадолго лишила его дара речи. Кейт этим воспользовалась:

– И ты решил убрать меня с дороги, чтобы сохранить свой пост, лабораторию и репутацию, – наугад сказала она.

Он кивнул, а девочка, которая привыкла смотреть на Грега как на образец для подражания, еще пыталась его оправдать. Он не мог ничего ей сделать! Ведь он… Грег.

Но, когда его подбородок опустился, а потом дернулся вверх, взрослой Кейт стало тошно.

– Сначала я пытался тебя предупредить, – сказал он. – Потом отпугнуть.

– Записки, – кивнула она. – Вот что она увидела в комнате Джейка. Написанное от руки письмо, которое Джейк вставил в рамку и держал на своем столе. Грег написал то письмо, когда Джейк окончил академию. Этот почерк она видела всю жизнь, но не думала о нем, когда смотрела на записки, написанные той же рукой.

– Я хотел тебя запугать, чтобы ты поняла: слава должна достаться человеку более опытному.

– Вроде тебя.

– Да, вроде меня.

– Но я не испугалась, так?

Выражение лица у Грега снова изменилось: глаза зажглись злобой, которую она в нем раньше не замечала.

– Ты не испугалась. Даже когда очередную записку полили настоящей кровью и приклеили к двери твоего номера. Мы с тобой встретились на следующий день, ты о ней даже не упомянула! Мне пришлось усилить давление.

Кейт была потрясена. Ее мир перевернулся с ног на голову… Она словно вернулась в кошмарный сон. Только на сей раз рядом не было Джонатана, который спас бы ее.

– Ты заставил ту женщину наехать на меня на улице, – негромко произнесла она. – Ты думал, она задавит меня у тебя на глазах. Ты хотел не просто отобрать у меня работу. Ты хотел убить меня!

– Что поделаешь, – почти насмешливо произнес Грег.

– Но ведь тебя самого чуть не убили!

– В самом деле, произошел несчастный случай. Дело в том, что Кэндис рассвирепела. Видишь ли, Донни порезал ей руку ножом, чтобы добыть кровь для письма. – Он провел пальцем по своему предплечью. Кейт вспомнила, что накануне рука у блондинки была на перевязи. – Понимаешь, в таком деле бывает непросто найти хороших помощников, даже среди профессионалов. Из-за стресса она действовала заторможенно, что в конечном счете сыграло мне на руку. Кому придет в голову меня подозревать? Ведь жертвой нападения стал я! К счастью, я выглядел гораздо хуже, чем чувствовал себя, и, к счастью, у меня имелся запасной план, который воплотил в жизнь один знакомый Донни… – Кейт поняла, что речь идет о молодом медике. – И все же ничего не получилось. Появился тот, на кого я не рассчитывал.

– Джонатан. – Одно его имя слегка осветило помрачневший вокруг нее мир.

– Честно говоря, я не рассчитывал на то, что ты согласишься нанять телохранителя. Особенно такого, который отнесется к своей работе неформально, – Грег покачал головой, словно распекал ее. – Он вломился вместе с Джейком в секретную лабораторию, чтобы спасти тебя, то есть сильно рисковал ради человека, которого почти не знал. Кто мог такое предвидеть? – Он снова покачал головой. – Подумать только, если бы Джонатан не послушал тебя и не спас тогда, мы не оказались бы в теперешнем положении.

– Что ты сделал с Джейком? – прошептала Кейт. Да, она доверяла Грегу, но ее доверие было пустяком по сравнению с тем, как относился к Грегу Джейк. Для нее Грег был любимым наставником; Джейку он во многом заменил отца.

– Устранение Джейка не пойдет на пользу ни мне, ни моим планам. Отвечать за смерть агента ФБР, к тому же моего куратора, мне не хочется. Не хочу привлекать к себе ненужное внимание. Не говоря уже о том, что его привязанность ко мне не давала ему понять, что я сделал.

– Он не знает, что за всем стоишь ты? – изумилась Кейт.

Грег покачал головой:

– В своем стремлении отомстить моим обидчикам и защитить тебя он слишком близко подобрался ко мне… Вчера я послал за ним Донни. Когда все закончится, Джейка отпустят. Обещаю, он не пострадает.

Для Кейт было облегчением знать, что Джейк жив и, возможно, будет жить. Но ее тут же охватил гнев оттого, что Джейк, скорее всего, не узнает правды, потому что любит человека, который устроил весь этот кошмар.

– Ты нас предал, – сказала Кейт. Голос у нее дрожал.

Грег мрачно кивнул:

– Я знаю, твоя семья уже пережила большое горе, но знай, твоя смерть не была в моих планах. Ты просто вынудила меня.


Глава 22

Кейт сжала кулаки, думая, что то же самое чувствовала ее мать, когда поняла: предатель находится среди ближайших ее сотрудников, людей, которых, как она считала, она знала и понимала.

– Что дальше? – спросила она. – Если ты хотел просто убить меня, зачем было приводить меня сюда?

– Я вспомнил о твоей записной книжечке в кожаном переплете, куда ты записывала все формулы и все результаты, боясь, что твои идеи украдут из компьютера… Зная тебя, я почти наверняка могу сказать: в ней есть то, чем ты не поделилась со мной. Ты почти наверняка спрятала записную книжку в номере отеля. Как только Донни принесет мне твою записную книжку, мы с тобой распрощаемся.

У Кейт пересохло во рту.

– Видно, поговорка о том, что лучше не знакомиться с кумирами, – не шутка, – прошептала она. Губы Грега дернулись в подобии улыбки.

– И верно то, что дети – наше будущее.

Кейт смотрела на человека, которого любила как родного. Она ему доверяла, а он ее предал! Грег подошел к двери, стукнул в нее один раз, и дверь открылась. На пороге стояла блондинка по имени Кэндис.

– Никого не впускать, никого не выпускать, – распорядился Грег. – Если она поднимет шум, заткни ей рот.

Кэндис покосилась на Кейт и ухмыльнулась:

– С удовольствием!

Кейт не отвела взгляда; ей не хотелось опускать голову, пока не закроется дверь и она не останется одна. То, что начиналось как теория, превратилось в сплошной кошмар, страшный сон наяву. Она не взяла с собой записную книжку, что спасло ей жизнь, во всяком случае, временно, но что, если она подвергла опасности жизнь Джонатана, оставив книжку у него?


Джонатан стоял напротив еще одного отеля – тоже на Манхэттене, но совершенно не похожего на тот, в котором работал Джетт.

– Он вошел туда, – сказал Джетт, подбегая к Джонатану. Джетт на всякий случай снял форменный блейзер и повесил его на сгиб локтя – видимо, чтобы меньше бросаться в глаза. Джонатан задрал голову, осмотрел пятнадцатиэтажный отель с застекленным фасадом. Возможно, и он будет выделяться здесь на общем фоне.

– Конечно, – сказал он, – Именно здесь через несколько часов состоится конференция.

Джетт тоже задрал голову и вздохнул:

– Когда-то я пробовал устроиться сюда на работу. Шикарное место. Там внутри есть застекленный атриум; в нем кажется, что ты вообще не в отеле.

– Значит, вы уже здесь бывали.

Джетт кивнул.

– Я им не подошел – может, стрижка моя не понравилась. – Он пожал плечами. – Так что видел только вестибюль, да и то недолго. Они не церемонятся с теми, кто у них не живет.

Джонатан понял: если он просто войдет и спросит о Греге, ему ничего не ответят.

– Что будем делать? – спросил Джетт, по-прежнему не сводя взгляда с отеля.

– Хотите нам помочь? – удивился Джонатан. – Хотя понятия не имеете, что происходит?

Джетт снова пожал плечами:

– А что изменилось? Ведь мисс Спирс по-прежнему грозит опасность?

– Да, – помрачнел Джонатан.

– Говорите, что делать!

Джетт зашагал за ним к ближайшему переходу.

Они перешли на другую сторону. У массивных двойных дверей Джонатан сказал:

– Забейте номер в свой мобильный телефон. – Джетт достал телефон; он продиктовал номер и дождался, пока Джетт его сохранит. – Позвоните по этому номеру и скажите женщине, которая ответит, что я просил кое-что передать. Запомнили? – Джетт кивнул. – Передайте вот что. За всем стоит Грег Кэлхаун. Покушения на жизнь Кейт – его рук дело. Это он посылал ей письма. – Джетт вытаращил глаза, но снова кивнул. – Сообщите ей, где мы, а еще передайте: мне очень жаль, что я не предупредил ее заранее. Понятно?

– Да. Когда мне ей позвонить?

– Ждите здесь пять минут и звоните. Не хочу пока давать им понять, что я близко.

– А вы что будете делать?

Джонатан достал из бумажника двести долларов купюрами по пятьдесят и по двадцать.

– Врать!


Внутри отеля была суперсовременная обстановка – модульные диваны и кушетки, интерьер выполнен в белых и серых тонах с пятнами ярко-оранжевого или синего, закругленные стойки, отодвинутые в стороны, под низкую часть атриума… Ступая по серой плитке, Джонатан старался не глазеть на гигантские инсталляции, которые тянулись ввысь к стеклянному куполу. Владельцы задумали не просто отель, а пункт назначения…

Едва он подошел к одной из трех стоек, как его поприветствовала женщина-администратор, которую, судя по бейджу, звали Джулией. Она спросила, чем может помочь. Джонатан постарался изобразить приятную и самую невинную улыбку:

– Откровенно говоря, вы поможете и мне, и одному вашему гостю, – сказал он, протягивая деньги. – Я как раз садился в такси у входа в отель, когда заметил купюры на заднем сиденье. Водитель предположил, что деньги, скорее всего, выпали из кармана кого-то из ваших постояльцев. – Джонатан описал внешность брюнета так, словно слышал о нем опосредованно, от водителя такси. Он еще не договорил, а Джулия уже кивнула, давая понять, что знает, о ком идет речь.

– Похоже на мистера Смита, – воскликнула она. Джонатан с трудом удержался от иронии. Ну и фамилию выбрал негодяй!

– Отлично! Значит, вы передадите ему пропажу, – воскликнул Джонатан, копируя ее радость. Джулия часто закивала и схватила лежащий рядом телефон. Джонатан собирался задержаться здесь подольше, притворившись, будто любуется инсталляциями, пока не увидит, как спускается мистер Смит, когда Джулия вдруг, сама того не понимая, помогла ему. Она протянула деньги, которые он положил на стойку:

– Я думаю, мистеру Смиту захочется поблагодарить вас лично, – сказала она, набирая номер. – Не каждый день встречаешь такого альтруиста! Многие просто забрали бы деньги себе.

Джонатан пожал плечами:

– Такое не в моем стиле!

Джулия показала, из какого лифта, скорее всего, выйдет счастливый обладатель купюр. Джонатан не стал прятаться в тени в надежде наброситься на Смита из засады. Он решил, что прямой подход сработает не менее верно. Рано или поздно ему все равно придется схватиться со Смитом.

Меньше чем через две минуты дверцы лифта открылись, и Джонатан увидел Смита.

– Хочу вернуть то, что вы потеряли в такси, – произнес Джонатан наигранно бодрым тоном. Он улыбнулся, помня о присутствии Джулии; видимо, его противник поступил так же.

– Как это мило с вашей стороны! – воскликнул Смит, растягивая губы в улыбке. Он протянул руку и взял деньги, а затем жестом пригласил Джонатана войти в лифт. – Может быть, в уплату за вашу доброту согласитесь чего-нибудь выпить наверху?

Не переставая улыбаться, Джонатан вошел в кабину. Обернувшись, он увидел, как Джулия одобрительно кивает.

– Вы не думаете, что пить еще рановато? – спросил он.

– У меня есть повод!

– Что за повод? – спросил Джонатан, напрягшись, когда его собеседник нажал кнопку предпоследнего этажа.

– Я как раз собирался выйти, чтобы доделать одно дело, – ответил брюнет, прислоняясь к стенке. Дверцы кабины закрылись, и он договорил: – Но теперь, похоже, мне вообще не придется никуда уходить.

Он достал из кармана блейзера нож одновременно с тем, как Джонатан нанес удар ногой. И все же Смит успел задеть ему голень. Лезвие ножа распороло брючину и чуть оцарапало кожу.

Смит повернул рукоятку; теперь лезвие ножа было направлено вниз. Он с силой замахнулся. Джонатан бросился вперед, схватив противника за запястье. Смит дернулся, готовый к очередному удару. Джонатан свободной рукой ударил его в лицо, но Смит успел уклониться, а Джонатан по инерции выпустил руку противника, и ему пришлось отскочить назад.

Драться в замкнутом пространстве было не очень удобно, и на сей раз Джонатану не повезло, лезвие ножа задело его предплечье. Джонатан охнул от боли, но, мельком взглянув на рану, понял, что она неглубокая. Он развернулся боком, загораживаясь от очередного выпада, и локтем ударил противника в нос. Он услышал хруст; из носа Смита фонтаном хлынула кровь.

Смит взвыл и круто развернулся. Нож снова царапнул кожу Джонатана – на сей раз плечо.

Джонатан почувствовал, как потекла кровь. Лифт замедлил ход.

– Драться с безоружным противником – это трусость. – Он схватился за плечо и забился в угол. Но Смиту тоже было больно.

– Где записная книжка? – рявкнул он.

– Где Кейт? – тем же тоном ответил Джонатан.

Его слова еще больше разозлили негодяя, он бросился на Джонатана в порыве ярости. Дверцы начали разъезжаться в стороны. Поскольку у Джонатана не было времени оглянуться и проверить, куда они попали, он попятился и вышел в более просторное пространство. Краем глаза он снова заметил модульные диваны и закрытые двери по обе стороны. Времени на дальнейшую разведку не было.


Кейт не везли сюда силой. Оставив Джонатану записную книжку, она вызвала по телефону такси, приехала в отель и сказала администратору, что ее ждут. Ее попросили подняться на четырнадцатый этаж; она вошла в этот самый зал заседаний. Попасть сюда оказалось легко. Она понимала, что выбраться будет гораздо сложнее.

Кейт постучала в дверь костяшками пальцев и отошла к столу, показывая, что не собирается делать глупости. Дверь медленно открылась; на лице ее надзирательницы явственно читалось раздражение. Она смерила Кейт злобным взглядом.

– Я хочу только поговорить, – взмолилась Кейт. Кэндис фыркнула и зевнула.

– Ну, говори, – сказала она. Кейт шагнула вперед.

– Вы знаете, кто такой Грег Кэлхаун на самом деле? – спросила она. Кэндис, необычайно хорошенькая, когда не покушалась ни на чью жизнь, замялась, но дверной ручки не выпустила. – Вам известно, на кого он работает?

– Мне безразлично, откуда берутся деньги, которые мне платят, – ответила Кэндис.

– Он работает на ФБР, – быстро продолжала Кейт. Кэндис не шелохнулась, но закатила глаза.

– Ну и что?

– Делился ли он с вами своими планами? Или деньги настолько затмили вам глаза, что вас не волнует, что вы можете попасть за решетку?

Кэндис быстро-быстро заморгала – похоже, у нее начался нервный тик. Она по-прежнему не двигалась с места.

– Грег ученый. Он хочет меня прикончить, потому что мечтает отобрать мою работу, результаты моего труда – и после моей смерти продолжать работать на ФБР. Известно ли вам это? – Кейт прекрасно понимала, что ее надзирательнице ничего не известно. Она поджала губы. – Моя мать служила в ФБР, мой друг, которого захватил Донни, служит в ФБР, да и я последние пять лет находилась под пристальным наблюдением ФБР. Неужели вы думаете, что, если меня найдут мертвой, не говоря уже о похищении моего друга, не начнется следствие? И если Грег хочет сохранить место за собой, ему наверняка потребуется железное алиби плюс один убийца… точнее, одна убийца. Кстати, чемоданчик, который вы вынесли из моего номера, дал мне сам Грег. Как по-вашему, для чего он велел вам украсть его? Наверняка он рассчитывал, что с его помощью вас будет легче подставить! – Кейт помолчала, давая собеседнице время переварить услышанное. Она заметила, как Кэндис сжала кулак.

– Слушайте, – снова заговорила Кейт. – Я знаю Грега почти всю жизнь. В детстве я считала его своим кумиром, восхищалась им… Сейчас он пытается уничтожить то, что, как я надеялась, станет делом всей моей жизни… ну и заодно меня саму. Если уж он твердо решил убить меня, хотя, по его же словам, любил меня как родную дочь, как вы думаете, он хоть на миг задумается, прежде чем толкнуть вас и вашего напарника под автобус?

Кэндис прислонилась к двери, по-прежнему держа ее открытой, и скрестила руки на груди.

– Ну и что? Мне его опередить и прикончить вас всех? – язвительно спросила она. Кейт не дрогнула.

– На вас будут охотиться, и вам это известно.

Кэндис прищурилась. Кейт продолжала:

– Если хотите знать мое мнение, а меня, напоминаю, ценят в ФБР именно за мой ум, на вашем месте я бы сбежала. Прежде чем все раскроется, вам лучше оказаться за границей… Я непременно расскажу, что вы помогли мне бежать, так что, даже если вас схватят, вы будете выглядеть намного лучше, чем если застрелите беззащитную женщину. Что скажете?


Глава 23

Джонатан уклонился от очередного замаха Смита, правой рукой перехватил запястье противника и с силой надавил на него. Потом заломил ему руку с ножом за спину и крутанул. Смит взвыл от боли. Нож с тихим звоном упал на пол. Этот звук показался Джонатану сладкой музыкой. Смит, однако, не желал утихомириваться. Он нанес Джонатану мощный удар кулаком в висок. Джонатану показалось, что он ослеп. Он невольно выпустил противника и зашатался.

И все же успел отпихнуть нож ногой.

– Ты – настоящая заноза, о которой он нас не предупредил, – заметил Смит, по-прежнему прикрывая разбитый нос другой рукой. К Джонатану постепенно вернулась способность видеть. Несколько раз он открыл и закрыл глаза, стараясь не потерять сознание. Наконец ему полегчало. Он оттолкнулся от стены и снова бросился на противника. Он понимал, что должен справиться с ним до того, как тот получит подкрепление. Пусть у Смита только нож, но он точно знал, что у его сообщницы есть пистолет.

Джонатан с силой толкнул Смита плечом в грудь, тот пошатнулся и попятился, но успел схватиться за рукав Джонатана, чтобы не упасть. Блейзер на нем распахнулся, и Джонатан на мгновение замер.

Смит воспользовался минутным замешательством Джонатана к своей выгоде. Замахнулся и с силой ударил по ране на плече Джонатана, той, что была глубже и сильнее болела. Джонатан скривился от боли.

– Вижу, ты хорошенько рассмотрел мою коллекцию, – задыхаясь, проговорил Смит, снова распахивая блейзер. Джонатану сделалось не по себе. На внутренней стороне блейзера крепились по крайней мере десять ножей разного размера. – Красивые, правда? – Смит прислонился к стене. Он явно пытался отвлечь внимание Джонатана. – Некоторые предпочитают огнестрел, но не я. Холодное оружие гораздо красивее, верно?

Джонатану было все равно, какой формы ножи у его противника. Он бросился назад, к лифту, потом помчался в небольшую нишу в углу. Жаль, что он точно не знал, где находится электрошокер, который он дал Кейт. Вскоре он заметил кое-что, способное его защитить. Он выдернул из бетонной подставки зонтик и замахнулся им как мечом, снова пожалев, что не взял с собой в Нью-Йорк оружие. Он не взял с собой даже электрошокер перед тем, как ехать сюда…

Смит вскоре догнал его; он несся, как бык на матадора. Один нож он держал в левой руке лезвием вниз, напоминая типичного бандита из фильмов ужасов, а другим замахивался сверху, собираясь колоть противника. Джонатан быстро оценил обстановку: небольшая ниша, лифты слева, коридор, который ведет к залам заседаний. Хуже положения не придумаешь. Здесь невозможно одолеть разъяренного, окровавленного противника.

Поэтому Джонатан решил прорываться с боем. Он раскрыл зонтик и ткнул им Смита в грудь. Оттолкнул его к дальней стене, прежде чем тот успел разрезать материю. Джонатан старался отдернуть зонтик, чтобы можно было пользоваться им как битой, но Смит тоже не дремал. Скоро он располосовал ножом ткань и снова ткнул Джонатана в плечо. Зонтик упал между ними. Джонатан попятился, но Смит оказался проворнее. Он поставил Джонатану подножку, и тот упал, не успев сгруппироваться.

– Я ведь предупреждал, – на губах Смита снова заиграла улыбка, – будет больно…

И тут прогремел выстрел. Джонатан скорчился, ожидая приступа боли. Однако больнее ему не стало. Зато Смит вдруг зашатался и рухнул на пол. Пуля угодила ему в голову.

Джонатан развернулся в замешательстве и увидел блондинку с пистолетом в руке.

– Джонатан!

Из-за угла выглянула Кейт. Джонатан успел подумать, что она настоящая красавица. Но сразу же переключил все свое внимание на блондинку. Та ухмыльнулась, заметив его взгляд, и убрала пистолет в задний карман брюк.

Джонатан смотрел, как блондинка подходит и склоняется над своим сообщником.

– Это тебе за то, что порезал меня, – проворчала Кэндис и выругалась. Кейт бросилась к Джонатану:

– Ты ранен! – воскликнула она, касаясь раны на предплечье.

– По сравнению с ним мои раны – ничто…

Кэндис выпрямилась и фыркнула. Джонатан готов был драться с ней за пистолет, но та неожиданно повернулась к Кейт:

– У Донни пентхаус на последнем этаже, – сообщила она. – Твой друг как раз там. Вот, возьми, это для лифта. – Она вытащила из кармана золотой ключ-карту. Кейт кивнула и посмотрела на мертвеца на полу. Сцену и правда нельзя было назвать красивой. – Если тебе от этого будет легче, Донни был настоящим подонком даже по моим меркам. – Словно подчеркивая свою неприязнь к убитому, Кэндис быстро пнула его носком туфли в ребра.

Кейт не ответила. Джонатан схватил ее за руку и потащил к лифту.

– Не волнуйся, – прошептала Кейт, когда закрылись двери. – Пусть бежит, она не сможет прятаться всю жизнь!

– Наверное, если я велю тебе вызвать полицию, ты меня не послушаешь, – заметил Джонатан. Кейт уже подносила карту к специальной прорези.

– Грег не хочет, чтобы Джейк знал о его причастности ко всему. Наверное, Грег воспользуется своим влиянием, чтобы все повесить на Кэндис и ее напарника. Поскольку Джейк доверяет Грегу так же, как когда-то доверяла я, наверное, Грегу нетрудно будет его убедить. Как бы то ни было, я не оставлю Джейка, – добавила она, вставила карту в прорезь, и лифт пошел наверх.

– Я бы тебя и не просил, – ответил Джонатан, беря ее за руку. Насколько он мог судить, физически она держалась неплохо. А вот что касается ее чувств… тут он ни в чем не был уверен. Предательство Грега больно ранило ее, и душевная рана, возможно, никогда не заживет. Но Кейт сильная. Она переживет это, как пережила все остальное.


Дверцы кабины разъехались в стороны, и они очутились на площадке, утопающей в роскоши. Все сверкает, все подобрано со вкусом… Кейт невольно присвистнула. Откуда у головореза Донни деньги на такие апартаменты? Хотя, пожалуй, Грег предложил им столько денег, что они не задавали ему никаких вопросов. Наверняка Донни не в первый раз выполнял подобные заказы и вполне мог себе позволить остановиться в пентхаусе.

Джонатан был весь в крови, но держался прямо, крепко сжимая ее руку. Он не спрашивал, почему она не разбудила его перед тем, как ехать сюда, Кейт показалось, что он уже знает ответ: она хотела оградить его от опасности. Он вышел из лифта, чуть пригнувшись: если бы на них напали из засады, он бы принял на себя всю тяжесть первого удара. Она сжала его руку, надеясь, что он понимает, как она ему благодарна.

Перед ними раскинулась панорама города, из-за которой, как она подозревала, пентхаус и стоил бешеные деньги. Окна здесь шли от пола до потолка; они составляли всю стену гостиной и исчезали из виду за углом, где, судя по всему, находилась кухня. За жилой зоной Кейт увидела коридор, ведущий в спальни. Они заглядывали по очереди в каждую просторную, роскошно обставленную комнату. Наконец, осталась самая большая спальня с примыкающей к ней ванной.

У Кейт вспотели ладони. Что, если Кэндис солгала? Что, если Грег ее обманул? Что, если они убили Джейка еще вчера, и она напрасно пришла обменять свою жизнь на его жизнь?

– Не могу, – у самой двери Кейт попятилась. Больше он нигде не мог быть. Джонатан застал ее врасплох, развернув к себе так быстро, что она чуть не упала. Он поцеловал ее в губы – крепко и властно.

– Можешь, – сказал он, когда они наконец прервали поцелуй. – Я здесь, с тобой.

Больше ей ничего не нужно было услышать.

Она толкнула дверь и вошла. Ванная, как и спальня, к которой она примыкала, была просторной и красивой. Мраморный столик, душевая кабина, куда могло поместиться человек десять, и джакузи, в которой сидел агент ФБР.

– Джейк!

Кейт и Джонатан подбежали к нему. Его руки, ноги и лодыжки были стянуты веревкой; рот заклеен клейкой лентой. Кейт ненадолго показалось, что она вернулась на заброшенный склад. Только сейчас перед ней не мать, а ее лучший друг.

– Он дышит, – сказал Джонатан, врываясь в ее страшные воспоминания. Кейт покачала головой. Ей трудно было сосредоточиться.

– Джейк! Ты меня слышишь? – спросила Кейт. Она пощупала его пульс и вздохнула с облегчением. Пульс был слабым, но отчетливым.

– По-моему, его выключили на время, – Джонатан показал на лоб агента ФБР. Запекшаяся кровь приклеила прядь волос к черепу.

Кейт нагнулась и содрала клейкую ленту с губ Джейка. Джонатан развязал ему руки и предплечья, когда раздался голос, от которого оба замерли:

– Отойдите от него!

Кейт обернулась. На пороге стоял Грег с пистолетом в руке.

– Грег… – начал было Джонатан, медленно вставая перед Кейт, – давайте поговорим.

Грег, который раньше казался воплощением расчетливого хладнокровия, заметно изменился. Одежда его выглядела слегка помятой, как будто он в ней спал. На лбу между бровями появилась складка. Очки он сдвинул на переносицу. Повязка немного мешала, но пистолета он не опустил. Он целился в Кейт.

– Да-да, отойдите. – Он почти шептал. – Сейчас, или я пристрелю всех троих!

Джонатан покосился на Кейт, словно говоря, что убрал бы Грега, если бы мог, но она уже оценила расстояние между ними и пистолетом Грега. Он успеет выстрелить хотя бы раз до того, как Джонатан бросится на него.

– Ладно, мы идем, – сказала Кейт, пытаясь его успокоить.

Грег кивнул и попятился, маня их за собой в комнату, как будто тянул за невидимую нить. Прежде чем закрыть дверь ванной, Кейт остановилась и оглянулась на лучшего друга. Она надеялась на то, что Джейк придет в себя, и поймет, что произошло.

Как будто Джейк услышал ее внутреннюю тревогу, он вдруг открыл глаза. Ей понадобилась вся сила воли, чтобы не выдать своего облегчения. Ни Грег, ни Джонатан не заметили, что Джейк очнулся. Кейт молила Бога, чтобы друг ее не окликнул, иначе Грег заткнет рот и ему. Однако Джейк сидел тихо и даже поднес палец к губам, показывая ей, чтобы она молчала. Кейт кивнула, развернулась лицом к Грегу и взяла Джонатана за руку. Грег все манил их за собой. Они вышли в гостиную.

– Спиной к окну! – скомандовал Грег. Он все время перемещался и следил за Джонатаном – очевидно, боялся, что телохранитель бросится на него. И правильно боялся! Кейт сжала его руку, надеясь, что Джонатан поймет: Джейк уже в сознании и на него можно рассчитывать.

– Так и знал, что с вами будет непросто, – вздохнул Грег, когда они встали, как он хотел. Джонатан снова заслонил ее собой, а Кейт прижалась к нему. Она хотела смотреть врагу в лицо. – Меньше чем… за час вам удалось все перевернуть с ног на голову.

– А может, все наоборот? С головы на ноги? – Джонатан не скрывал злости. Он чуть сгорбился, готовясь к прыжку.

– Ты, наверное, понимаешь, что сюда уже едут полицейские и агенты ФБР, – заметила Кейт. – Кто-то внизу наверняка слышал выстрел.

Грег фыркнул:

– Я знаю. – Его губы дернулись в подобии улыбки. – Пусть вы и доставили мне немало хлопот, но на самом деле помогли больше, чем вам кажется. – Кейт вопросительно подняла брови. – Два моих козла отпущения все сделали как надо. Один явно применил к вам силу, – он указал на порезы Джонатана, – а вторая бежала, подтвердив свою виновность, – Джонатан несколько раз подряд сжал Кейт руку. Ее замешательство уменьшилось, когда она увидела, как Джейк пробирается по коридору за спиной Грега. Несмотря на то, что он хромал, передвигался почти бесшумно. Кейт решила продолжать разговор – на всякий случай.

– Ну, убьешь ты нас, а дальше что? – В ней тоже проснулась злость. – Вызовешь полицию и притворишься, что нашел нас и Джейка? Думаешь, они тебе поверят? Кстати, раз уж об этом зашла речь, ты думаешь, в ФБР в самом деле передадут тебе мою работу? Ты ведь умный человек и понимаешь: раз я догадалась по почерку, что за всем стоишь ты, агенты ФБР тоже не дураки и быстро сообразят, в чем дело…

Кейт старалась не смотреть на Джейка. Тот подходил все ближе к Грегу. Джонатан снова напрягся, сжал ей руку и тут же отпустил. Кейт поняла: вот, сейчас.

– Кейт, возможно, ты и умница, – сказал Грег, – но это не значит, что я дурак, – он поднял пистолет, и тут все смешалось.

Джейк бросился на Грега сзади; тот выстрелил. Кейт приготовилась к удару, но ее отшвырнуло вбок. Джонатан своей тяжестью придавил ее к полу и закрыл собой. Послышался звон разбитого стекла – пуля угодила в окно у них за спиной. Кейт зажмурилась и стала ждать, когда шум стихнет.

– Как ты?

Кейт подняла голову и несколько раз моргнула.

– Кейт! – не сдавался ее телохранитель. Он погладил ее по щеке. Они по-прежнему лежали на полу; в разбитое окно врывался ветер, почти заглушая его слова.

– Н-нормально, – ответила она, прислушиваясь к себе. Кроме того, что она ударилась о пол при падении, больше нигде ничего не болело. – А ты?

Джонатан встал, кивнул вместо ответа и подбежал к Джейку и Грегу. Кейт с трудом встала и последовала за ним.

– О, Боже мой! – в ужасе воскликнула она.

Джейку удалось прижать Грега к полу и отобрать пистолет, но ее ужаснул способ, каким Джейк нейтрализовал Грега. Ее бывший наставник сидел, прислонившись спиной к дивану, и держался за шею. В свободной руке Джейк держал шприц.

Пустой.

– Ты ввел ему препарат! – воскликнула Кейт. В ответе она не сомневалась.

Джонатан помог агенту встать. Джейк кивнул:

– Я нашел его в спальне. Пришлось импровизировать.

Грег переводил взгляд с одного на другого; зрачки за линзами очков расширились. Без оружия он выглядел таким беспомощным, что при других обстоятельствах Кейт стало бы его жаль. Однако теперь она испытывала лишь горечь утраты.

Сев на колени, она посмотрела ему в глаза.

– Поздравляю, Грег! – сказала она. – Ты только что стал первым подопытным нового препарата.


Глава 24

– Давно ты догадался? – спросила Кейт.

Они с Джейком сидели за обеденным столом в пентхаусе; полицейские обыскивали все вокруг.

Скоро их отзовут: начальник Джейка уже едет сюда.

– Только что, – признался Джейк. – Точнее, когда очнулся в джакузи…

– Но он говорил, что ты подобрался к нему слишком близко, – в замешательстве возразила Кейт. – Поэтому он и приказал Донни тебя схватить.

Джейк стиснул челюсти:

– Он ошибся. Когда Донни неожиданно набросился на меня возле моего подъезда, я все еще пытался установить его личность и личность Кэндис. – Джейк хватил кулаком по столешнице. Потом он посмотрел Кейт в глаза, и она поняла, что ее другу очень грустно. Она прекрасно понимала, в чем дело. – Кейт, главное, мне и в голову не приходило его подозревать. Никогда я не думал, что за всем стоит именно Грег. Подумать только, из-за моей тупости вас с Джонатаном чуть не убили!

Кейт погладила его по руке. Она любила Джейка как брата.

– Тебя, как и меня, ослепляла любовь, – сказала она. – Грег знает нас, он знает наших родителей. Он ловко манипулировал нами, мы его ни в чем не заподозрили. Он использовал нашу любовь к нему в своих жестоких целях, и никто из нас не мог ни о чем догадаться.

Джейк едва заметно кивнул. Он знал, что Кейт права, но пройдет еще много времени, прежде чем он простит себя.

– Так что считай, что нас всех спас твой отец, – произнес Джейк спустя какое-то время. Он жестом попросил Джонатана подвинуться и посмотрел на Джетта, сидевшего на диване с самым ошеломленным видом. Джетт тоже пострадал – на его лице остались многочисленные порезы от разбитого стекла. Фельдшер обрабатывал ему лицо антисептиком. К счастью, ни один из них не был серьезным. Телохранитель оглянулся на Кейт, и она улыбнулась. – Если бы рядом с тобой не оказалось Джонатана…

Договаривать не было нужды. И Кейт не нужно было отвечать. Она понимала, что обязана Джонатану жизнью, но за помощью в агентство обратился ее отец.

Через несколько минут прибыла начальница Джейка, женщина по имени Мелани, которая как будто сошла со страниц каталога под названием «Те, кто не позволяют себя дурачить». Она была рада, что с Джейком и Кейт ничего не случилось, но облегчение быстро сменилось гневом – ведь Грег обвел вокруг пальца и ее. Джонатан и Кейт рассказали обо всем, что с ними случилось. Джейка отправили в больницу – Мелани настояла, чтобы его осмотрели.

– Что теперь будет с Грегом? – спросила Кейт, когда опрос закончился. К тому времени, как пришли полицейские, он был в сознании, но ни на что не реагировал. Позже его забрали представители ФБР и повезли в больницу. – Препарат еще не прошел необходимых испытаний… Он экспериментальный. Если он действует так же, как предыдущая версия, у нас есть лишь небольшой промежуток времени, в течение которого мы сможем ему помочь. Хотя, откровенно говоря, если у него нет готового антидота, времени, возможно, и не осталось.

Мелани посмотрела на Джонатана и попросила ненадолго оставить их. Он кивнул и подошел к Джетту, которого допрашивал еще один сотрудник ФБР. Помощь Джетта тронула Кейт. Парень не знал их и все же поспешил на выручку. Несмотря на все, что случилось, она оставит великолепные отзывы о сотрудниках отеля.

– Кэтрин, я пойму, если вы недовольны нами и теми решениями, которые мы принимали в прошлом относительно вашей работы, – без предисловий заговорила Мелани. – Но мы организовали конференцию с одной целью: хотели предложить вам работать у нас. Вы получите свою лабораторию, талантливых ученых, которые будут вам помогать, и почти неограниченное финансирование, считайте мои слова официальным предложением.

Кейт смотрела на нее со смешанными чувствами. Ей не нравилось, как с ней обошлись, но она по-прежнему доверяет Джейку, который любит свою работу.

Предательство, опасность и горечь утраты… Кейт задумалась. В той области, где она работает, велика вероятность столкнуться и с тем, и с другим, и с третьим. Но ее ничто не остановит.

Вместо ответа, который она знала заранее – «да», – Кейт посмотрела на Джонатана. И легкий, как ей раньше казалось, ответ стал не таким легким.


– Похоже, мистер Телохранитель, ты все-таки доставил меня на конференцию, – заметила Кейт.

Их попросили покинуть пентхаус, и они сидели в углу прихожей, а вокруг сновали люди в форме.

– Твое последнее задание было не из легких!

– Что ж, – усмехнулся Джонатан, – значит, я этого достоин!

Кейт улыбнулась и вся словно осветилась изнутри. Но Джонатан уже знал, что будет дальше.

– Тебе предложили работу.

Кейт кивнула.

– Очевидно, Грег сейчас сидит в больнице и отвечает на вопросы, – сказала она. – Не знаю, как его организм отреагирует на неиспытанный препарат, но я по собственному опыту могу сказать: он действует.

– Вот и отлично, – искренне отозвался Джонатан.

– Меня торопят. Скоро меня отвезут домой, только для того, чтобы забрать все необходимое. Потом я должна вернуться сюда и покопаться в материалах Грега. – Она слегка покраснела. – Все происходит так быстро!

Джонатан улыбнулся, он по-настоящему радовался за нее.

– И что же дальше? – спросила она после небольшой паузы. Ее черные глаза пытливо смотрели на него; она искала в нем то, в чем он был не совсем уверен. Наконец-то осуществилась мечта жизни Кейт… здесь она сумеет проявить все свои способности. Ее жизнь изменится в лучшем смысле слова. И хотя ему больше всего хотелось, чтобы так и случилось, Джонатан понимал: он не будет частью ее жизни. Кейт находится на другом, гораздо более высоком уровне. Впрочем, он сразу это понял. С их первой встречи.

– Что ж, мое задание выполнено, – ответил он. – Я вернусь в Даллас и наконец займусь административной работой, к которой всегда стремился, а ты… – он помолчал, справляясь с волнением, – а ты, мисс Ученая Дама, по-прежнему будешь стараться спасти мир.

* * *

– Рада, что ты справился с речью.

Джонатан обернулся и посмотрел на свою начальницу Никки. На ней было длинное темно-серое платье, на тон темнее, чем у остальных подружек невесты. В нескольких шагах от их столика танцевали новобрачные и гости; из динамиков лилась музыка восьмидесятых.

– Откровенно говоря, был момент, когда мне показалось, что меня вот-вот стошнит, – признался Джонатан. – Но потом я вспомнил, как вы с Марком и Оливером меня расхваливали, и понял, что должен соответствовать.

Никки рассмеялась и прислонилась к стоящему рядом с ним пустому стулу.

– Вот что я тебе скажу: ты произнес очень веселую и прочувствованную речь, – сказала она. – Марк, по-моему, даже прослезился.

Услышав ее слова, Джонатан невольно расхохотался.

Прошло два месяца с тех пор, как он вернулся из Нью-Йорка. Два месяца он не видел Кейт и ничего не слышал о ней. Никки, верная своему слову, перевела его на административную работу. Теперь он больше не разъезжал по всей стране. Правда, и за столом не сидел. Он стал инструктором и специалистом по подбору персонала. Общался с нынешними и потенциальными агентами. Оказалось, что такая работа ему очень нравится – хотя вначале он боялся, что Никки уволит его после того, как узнает обо всем, что случилось в Нью-Йорке. Следовало выгнать его уже за то, что он держал все в тайне до тех пор, пока дело не было раскрыто.

Но Никки его не уволила, в конце концов, она была одним из его лучших друзей.

– Так-так, смотрите, кто тут у нас, – Джонатан обернулся и увидел Оливера Куинна и его жену Дарлинг. На Оливере был такой же смокинг, как на Марке и Джонатане; на его жене – платье особого фасона, обтянувшее большой живот. – Джонатан и Никки, единственные, кто не танцует! – Оливер повернулся к жене и ухмыльнулся: – Давай покажем им, как это делается?

Дарлинг рассмеялась, а Оливер протянул руку Никки. Джонатан, предчувствуя свою судьбу, вскочил и с улыбкой пригласил на танец Дарлинг.

– Не волнуйся, – сказала она, когда они, шаркая, вышли на танцпол. – Я сейчас могу только стоять на месте и раскачиваться из стороны в сторону!

Джонатан засмеялся; они задвигались в такт музыке. Он радовался дружеской, счастливой атмосфере, танцу и их разговору о деле, которое она только что раскрыла. Конечно, его окружали ближайшие друзья, которые заменили ему семью, и их любимые, а счастье должно было быть заразительным, но чего-то недоставало… Точнее, кого-то.

– Извините, – послышался голос у него за спиной, – можно украсть у вас кавалера?

Дарлинг смотрела на женщину, которая прервала их танец, с понимающей улыбкой. Она быстро подмигнула застывшему на месте Джонатану:

– С удовольствием! – Она вернулась за столик, к мужу и Никки.

– Кейт! – Джонатан не верил своим глазам.

На Кейт Спирс было длинное голубое платье.

Она завила волосы на кончиках, а на ее чувственных губах играла смущенная улыбка. Она взяла его за руку, а вторую его руку положила себе на бедро.

– Я тоже люблю покачиваться, если ты не против, – заметила она.

Джонатан смотрел на себя словно со стороны. Он пришел в полное замешательство. Быстро оглянулся на друзей. Марк и его молодая жена Келли показывали ему большие пальцы на обеих руках.

– Как ты здесь оказалась?

Кейт усмехнулась, и Джонатану немного полегчало. Они задвигались в такт музыке.

– Меня разыскал человек по имени Марк, – начала Кейт, – и сказал, что скоро у него свадьба. И что на ней будут все самые интересные люди… – Она пожала плечами. – Я решила, что мы с моим куратором нуждаемся в небольшом отдыхе, ведь последние два месяца мы работали практически без выходных… – Она скосила глаза в сторону, и Джонатан заметил Джейка, тоже в смокинге. Джейк беседовал с красивой молодой гостьей, родственницей Марка.

– Что ж, все ясно, – ответил Джонатан, переводя взгляд на нее. – Как вообще дела?

– Все очень интересно. Я объединила свои исследования с исследованиями Грега; мне даже удалось сохранить в лаборатории нескольких его бывших сотрудников. Они как будто не против того, что я так молода. Очень мило с их стороны. Тебе что-нибудь известно о Кэндис?

Джонатан кивнул:

– Никки сказала, ее арестовали на мексиканской границе.

– Точно. Теперь она, как и Грег, ответит за свои преступления.

Джонатан не спросил о Греге. Он понимал, что для Кейт этот вопрос болезненный – даже сейчас.

– Значит, теперь ты живешь в Нью-Йорке?

Кейт слегка покраснела:

– Как раз об этом я и хотела с тобой поговорить… Я надеялась, что ты поможешь нам подыскать хорошие квартиры в Далласе. Пока мы остановились в отеле недалеко отсюда, но ты, наверное, догадываешься: в последнее время отели вызывают у меня… мягко говоря, неприязнь.

– Погоди, ты хочешь снять квартиру здесь, в Далласе?

Кейт покраснела еще сильнее, но она по-прежнему улыбалась.

– Если учесть, что мою лабораторию переводят сюда… я подумала, что снять здесь квартиру было бы совсем неплохо.

Джонатан улыбнулся самой широкой, самой искренней улыбкой и крепче прижал к себе Кейт.

– Думаю, я сумею тебе помочь, – сказал он и закружил ее, а потом снова заключил в объятия. Она рассмеялась.

– Кто бы мог подумать, что вы умеете танцевать, мистер Телохранитель! – поддразнила она.

– Мне нужна была хорошая партнерша, мисс Ученая дама!

Они продолжали танцевать, даже когда медленная музыка кончилась. Оглядевшись по сторонам, Джонатан понял, что его окружают друзья и их близкие. А рядом с ним – женщина, сумевшая завоевать его сердце.

Он улыбнулся. Он никак не ожидал, что когда-нибудь ему станет так хорошо…


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • X