Милослав Князев - Налево пойдешь?

Налево пойдешь? (Дорога-1)   (скачать) - Милослав Князев

Милослав Князев
Дорога. Книга первая. Налево пойдешь?

Серия основана в 2010 г.

Разработка серийного оформления художника А. Матвеева

В оформлении переплета использована работа художника Е. Деко


Глава 1

Алекс. Попаданец

Как сказал кто-то очень мудрый, когда спешишь, по дороге быстрее. Не раз убеждался в истинности этих слов. Стоит попытаться срезать угол, свернув в незнакомый двор, как непременно обнаруживается, что там тупик, забор, разрыты трубы отопления, а ещё – компания желающих пообщаться с тобой гопников или просто огромная лужа. И на обход всего этого требуется времени больше, чем на то, чтобы пройти знакомым проверенным путём. Не раз убеждался и всё равно свернул.

Нет, тупика или забора не было. Хотя представившийся мне вид выглядел странно и неожиданно. Длинные неровные ряды ржавых грузовых контейнеров необычной формы. Такая же ржавая стрела покосившегося крана. Возникло впечатление, что попал куда-то в заброшенный порт, а не свернул в жилом районе, чтобы срезать дорогу.

Понятно, что не центр города, но и не промышленная окраина, где такое ещё как-то объяснимо. Секунду думал, не вернуться ли, но всё же пошёл дальше. Было некоторое опасение, что с другой стороны всё же окажется забор, а не кусты, как с этой. Тем более что и с этой забор тоже был, просто как раз в кустах имелась дыра и явно хоженная тропинка.

– Фигня! Перелезу! – приободрил сам себя вслух и зашагал вперёд.

Почти сразу из довольно заметной тропа под ногами превратилась в едва различимую. Явно, если тут и ходят, то очень редко. Что подкрепляло догадку о заборе или ещё какой-то причине отсутствия сквозного прохода. Но раз уж решил в крайнем случае перелезть, то зашагал дальше. Не во фраке, в конце концов, и риск испачкаться о ржавчину старого металлического забора не слишком страшен. Оставалось лишь надеяться, что там не будет колючей проволоки или чего похуже.

В пути решил для себя один из возникших вопросов. Странная, явно нестандартная форма контейнеров. Так поэтому здесь без дела и ржавеют! Правда, сразу появился другой, куда более логичный. Почему просто на металлолом не сдадут? И по-любому хоть тут и не самый центр города, но земля бешеных денег стоит. Всяко дороже любых контейнеров. Так что даже на свалку вывезти и то получится выгодно. Или хозяин такую цену заломил, что никто покупать не хочет? Да какая мне-то разница?

Дальше взгляд зацепил торчащую из разломанного временем бетонного блока арматуру. Не сразу понял, в чём дело. Потом дошло. Да она блестит, как новая! Стоп! Арматура не блестит, даже новая, не предусмотрено у неё такое свойство, а эта должна была проржаветь насквозь. Её что, из нержавейки сделали? Так не бывает, и вовсе не из-за цены.

Прекрасно помню уроки физики. Железобетон вообще возможен только по причине идеального совпадения коэффициента теплового расширения самого бетона и железа. А у нержавейки он другой, несмотря на то что исходный материал тот же. Хоть чуть, но другой. Такое сочетание в нашем климате перепадами температур раскрошит любую конструкцию за пару лет.

Однако я действительно спешил. Поэтому не стал забивать себе голову странными артефактами заброшенных свалок. Вместо этого прибавил шагу. До первого поворота. А там…

Пятеро бомжей куда-то тащили девушку. Вернее, тащили только трое, остальные шли рядом, готовые в любой момент подсобить дружкам. Бомжи как бомжи, одетые в совсем грязные засаленные куртки не по сезону, в которых трудно опознать изначальный цвет и фасон. Разве что на меховые тулупы слегка похожи. Летом! Хотя для бомжей в пределах нормы.

А вот девушка… Она больше всего походила на непонятно как сюда попавшую участницу конкурса красоты. Костюм соответствовал.

Странно, но пытающаяся сопротивляться девушка не кричала и не звала на помощь. А ведь рот ей никто не зажимал. Потом я на мгновение встретился с нею взглядом и понял, что попал. Не, не так. ПОПАЛ!!! Бывает, увидишь такую на улице и понимаешь, что, если не подойдёшь и не заговоришь, никогда себе этого не простишь. При этом какая-то неведомая тебе сила, похожая на страх, не позволяет это сделать без очень уважительной причины, хотя раньше я подкатывался к девушкам без проблем.

На этот раз причина была. Даже целых пять.

Нет, я ни разу не супермен. Может, и не ботаник, только с пятью противниками точно не справлюсь. Однако сейчас это не имело никакого значения. Вариант получить по морде, но познакомиться меня более чем устраивал. Да и бомжи вряд ли станут драться. Они, словно уголовники или битые собаки, кусают, только когда убегаешь, а при решительных действиях сами разбегаются. Подбадривая себя где-то вычитанной фразой «Люди, которые редко хорошо едят, редко хорошо дерутся и редко хорошо бегают», я рванул вперёд.

– Эй! Придурки! Отпустите девушку!

Те ответили. На каком-то непонятном языке. Ясно, гости из южных республик или откуда-то из очень Средней Азии. По-русски либо не понимают, либо не желают понимать. В общем, не совсем бомжи, а бомжующие гастарбайтеры. Это хуже. Первые, какими бы наглыми они ни были, обычно боятся решительно настроенных людей, даже когда за ними самими численное преимущество. Как ведут себя вторые, я просто понятия не имею. Не сталкивался.

Двое что-то галдели на своём тарабарском и сразу двинулись в мою сторону. Трое других, не церемонясь, бросили девушку на землю (она ещё и связана оказалась!) и тоже присоединились к подельникам.

Страх – лучшее лекарство от романтических наваждений. Мне сразу расхотелось быть героем. Вернее, не так. Мне расхотелось быть благородным рыцарем на белом коне, спасающим прекрасную принцессу. Именно такую картинку нарисовало воображение, когда окликнул бомжей. Однако спасти девушку я всё ещё хотел. Только всегда был реалистом и прекрасно понимал, что в драке с пятёркой противников не имею никаких шансов. Нет, одного, может, и прибью, возможно, даже двух, что никак не скажется на окончательном результате.

Осмотрелся по сторонам. Взгляд сразу зацепился за обрезок ржавой трубы, метра в полтора длиной. Не двухдюймовка, но всё равно толстовата. Однако за неимением лучшего нагнулся и подобрал. Оказалась неожиданно лёгкой. Значит, тонкостенная. Тем лучше, такой и помахать можно.

Первый гастарбайтер уже побежал ко мне, размахивая ножом! Если бы я увидел оружие сразу, даже такое неказистое, уверен, убежал бы. Но сейчас, с трубой в руках… Противник сделал выпад первым. Даже не мимо, а слишком далеко. Просто пугает и всё время что-то галдит на своём зверином наречии. Я ответил тем же. Учитывая длину моей железяки, неожиданно даже для себя самого, но попал. Нет, попасть-то как раз нетрудно, но тоже пугал, предполагая, что бомж отскочит.

Противник ожидал такого результата ещё меньше. Он выронил нож и схватился за живот. Руки окрасились кровью. Как?! Как можно несильным тычком обрезка трубы проткнуть куртку и живот? Я в это просто не верил. Но кровь, собирающаяся в небольшую лужицу на камнях, была перед глазами.

Чуть не выронил трубу и не бросился помогать раненому, но его сообщники меня остановили. Нет, они вовсе не стали помогать своему товарищу, оттеснив меня, а напали. На всякий случай я больше не колол, а размахивал ржавой трубой, как дубиной. Когда на тебя лезут с оружием, причём более грозным, чем простые выкидные ножи, нет времени думать. Либо беги, либо отбивайся.

Сначала просто не подпускал к себе озверевших гастарбайтеров, размахивая трубой по широкому кругу. Потом заехал по рёбрам слишком бесстрашному, потом другому по голове, потом… Дальше не помню. Размахивал трубой и надеялся, что выживу. Слишком уж серьёзно были настроены нападающие. Когда очнулся, на ногах стоял я один. Остальные? Зря я посмотрел вниз. И хорошо, что не успел позавтракать. Если человека ударить несколько раз трубой по голове, его это точно не украсит.

Очень вовремя вспомнил про связанную девушку и побежал туда, где её бросили бандиты. Лежала и смотрела на меня. Хорошо смотрела. Мне такой взгляд понравился. Сразу полегчало. Потом она показала глазами на связывающие руки верёвки. Я засуетился, даже правую руку в карман сунул. Но быстро вспомнил, что ничего подходящего там нет.

– У меня нет ножа, – виновато произнёс я.

– Возьми у них, – ответила она.

Возвращаться к жмурикам мне совершенно не хотелось. Ещё раз посмотрел на узлы. Сразу понял, что если и развяжу, то займёт это слишком много времени. Оставаться тут хотелось ещё меньше. Пришлось идти. К тому же уверенность девушки, которая вела себя так, слово всё само собой разумеется, как-то успокаивала.

Вернулся к месту побоища, схватил первый попавшийся нож, не выбирая, и сразу назад. Тот оказался тупым, но верёвки на руках перерезать или, скорее, перепилить получилось. Дальше девушка сама деловито освободилась, встала, размяла ноги и руки, после чего подошла к убитым. Сняла с одного небольшую походную сумку, вроде рюкзака на одной лямке.

– Это моё, – пояснила она. – Теперь можем идти.

Поскольку направление соответствовало тому, которое мне было нужно, я пошёл за ней. Хотя ни о какой спешке теперь речи не шло, всё равно опоздал. Но нужно быть последовательным, раз уж решил срезать крюк, то так и сделаю.

Шли молча. Контейнеры тянулись дальше, чем можно было представить. Не скажу, что знаю этот район как свои пять пальцев, но всё же ориентируюсь в нём неплохо, и, по моим прикидкам, мы уже давно должны были выйти на соседнюю улицу. Совсем некстати возникла глупая мысль, что внутри он больше, чем снаружи. Однако вскоре подошли к неровному забору из металлической сетки, густо заросшему с обеих сторон кустарником. Сетка была разорвана как раз в том месте, где в кустах виднелся просвет.

Наконец выбрались наружу из заброшенного склада старых контейнеров. Осмотрелся и откровенно офигел. Сколько хватало глаз, кругом простирались степи, леса и горы. Ничего этого тут не должно было находиться!

– Где город?! – непроизвольно вырвалось у меня.

– Какой город? – с нотками удивления в голосе спросила девушка.

– И ты ещё спрашиваешь! Или издеваешься?

– Нет, – серьёзно произнесла она. – Что бы ни случилось, одно могу тебе пообещать: никогда и ни при каких обстоятельствах не стану над тобой издеваться.

– Неужели? Хотя…

Ещё раз рассмотрел прекрасную незнакомку. Одежда странная, но это ничего не значит. В большом городе столько всяких чудиков можно встретить, что слегка странноватая девушка вообще никого не удивит. Ярко-фиолетовые глаза тоже ровным счётом ничего не означают. В природе подобные встречаются крайне редко, зато контактные линзы такого цвета – обычное дело. Уши… Да, уши. Сначала я счёл их обычными, но теперь отчётливо рассмотрел заострённые кончики.

– Эльфийка? – улыбнулся я.

– Я не эльф! – с возмущением ответила девушка.

– А кто же тогда?

– Я анури так же, как ты.

– Ни фига себе. Какой ещё анури?

Незнакомка поведала мне бредовую историю о том, что является чуть ли не последней представительницей своего народа и всю сознательную жизнь только и делала, что искала мужчину, от которого сможет иметь детей. От когда-то великой расы, правившей планетой, остались жалкие остатки. За всё минувшее время она смогла встретить не более десятка представителей своего народа. Восемь женщин и двух мужчин. Оба были уже заняты. И вот сегодня свершилось чудо, ей попался свободный мужчина народа анури.

Полный бред. Однако большое пространство в самом центре города, заставленное ржавыми контейнерами нестандартной формы, старый бетон с арматурой из нержавейки и исчезновение самого города заставляли не спешить с выводами. Внешность незнакомки тоже. Вроде бы на первый взгляд обыкновенная женщина европейской расы. Молодая и очень красивая, но это не странность, а достоинство. На второй – понимаешь, что у неё несомненно имеется примесь какой-то другой крови. Вот только невозможно понять какой. Фиолетовые глаза – бывает, чуть заострённые уши – тоже случается. Что-то неуловимое в чертах лица?

Тут вдруг до меня дошло, что на полном серьёзе обдумываю инопланетное происхождение стоящей передо мной девушки. А это совершенно неправильный ход мыслей, думать нужно совсем о другом. Интересно о чём? Не знаю, но точно не о цвете глаз и форме ушей незнакомки. Попал неведомо куда, за спиной несколько трупов…

Трупы! В такой ситуации ещё неизвестно, сожалеть или радоваться тому, что очутился в другом мире. Самый преступный и подлый из всех возможных законов никто не отменял. Что может звучать глупее и нелогичнее, чем «превышение необходимой самообороны»? И это если защищаешь себя. При защите других вообще делать ничего нельзя, разве что кричать и звать на помощь полицию, да и то не очень громко.

То есть не исключено, что перемещению в другой мир стоит только радоваться. Если, конечно, и тут нет таких дебильных законов. Хотя сильно сомневаюсь. Вообще-то существует первое правило волшебника, которое гласит – люди глупы. Но не настолько же?!

Стоп! Опять не о том думаю. Заносит из одной крайности в другую. То глаза и уши у девушки рассматриваю, то размышляю на тему несовершенства наших законов. И кто знает, вдруг тут всё обстоит ещё хуже. Куда уж хуже, чем превышение пределов допустимой самообороны? Ну да, до такого дебилизма вряд ли где за пределами родимой Отчизны могли додуматься. Но здесь может существовать вполне логичный запрет на сопротивление аристократам. Мне-то от его логичности не легче.

Бомжи-аристократы, спросите вы? Почему бы и нет? Вон, в средневековой Европе от графов с баронами ещё как пованивало, если не сказать смердело. Французские короли если и мылись, то максимум пару раз в год, и это когда самый нищий русский крестьянин минимум дважды в месяц посещал баню. При этом варварами считались не французы, а именно русские, причём в первую очередь за то, что мылись. Другие бомжи-аристократы – монголы. Тоже считали себя выше всех остальных и тоже не мылись. Но им хоть простительно, они кочевники.

Опять меня не туда занесло. Мысли скачут от одной крайности к другой. Видимо, последствия шока от недавних событий. Необходимо успокоиться, иначе и дальше будут так скакать. Лучше всего заняться чем-нибудь полезным. Только чем? Да хотя бы…

– Надо вернуться, – наконец произнёс я.

– Не надо, – тут же ответила девушка.

– Почему?

– Места древних разломов пространства очень опасны даже для сильных и подготовленных магов. И хотя ритуал вобрал всю силу, что раньше была бесконтрольно разлита вокруг и как минимум сутки она не соберётся снова, без крайней необходимости туда лучше не соваться.

– У меня как раз есть такая необходимость, – ответил ей. – Хочу вернуться домой.

– Не получится.

– Почему?

– Проходы между мирами открываются только в одну сторону.

– Но я всё равно проверю, – заявил и решительно полез в кусты.


Глава 2

Алекс. Попаданец

Девушка не стала спорить и последовала за мной. До места драки дошли быстро. У меня была какая-то иррациональная надежда, что трупов там не окажется. Однако чуда не произошло, тела лежали там, где я их оставил. Обошёл по приличной дуге, словно опасаясь, что могут в любой момент напасть, и чуть ли не бегом направился к противоположной стороне этого контейнерного склада под открытым небом.

Тропу, кусты и дыру в заборе нашёл быстро, но город за ней отсутствовал. Только пейзаж, такой же, как с противоположной стороны. Вернулся обратно и пошёл по той самой тропинке, которая вела вдоль забора. Нашёл ещё с десяток дыр, но ни одна из них не вела туда, куда надо. Дверь в лето не обнаружилась. Зато обнаружилось кое-что другое. То место, откуда бомжи тащили прекрасную незнакомку, и семь трупов, некоторые из которых были порублены буквально на куски.

– Твоя работа? – спросил я.

– Да, – призналась она. – Была в тот момент истощена ритуалом, как магически, так и физически, поэтому они и смогли застать меня врасплох.

Что-то странное мне послышалось в голосе девушки. Да она извиняется! Мол, убила всего семёрку здоровых мужиков, а остальные меня захватили, но исключительно по важной, то есть уважительной причине. Ладно, отложим на потом. Одной странностью больше, одной меньше, сейчас не так актуально.

Как будто что-то заметив, она подошла к одному телу и перевернула. Под ним обнаружился окровавленный клинок. Изящный короткий меч странной формы. Хотя я в этом вопросе не разбираюсь, может, форма для такого типа оружия самая обычная.

– Это моё, – опять с оправдательной ноткой в голосе пояснила девушка.

– Понятно, – кивнул я.

Тут действительно всё было понятно. Красивая и дорогая вещь. Такая у бомжей может оказаться лишь случайно. Неясно другое: зачем она оправдывается? Трофеи – святое дело. Или в этом мире ничего такого не принято? Нет, ни за что не поверю! Другое дело, что у этих конкретных разбойников искать что-либо ценное желания не возникало. Уж слишком они нищие.

Когда сделал полный круг вдоль забора, окончательно убедился, что таким образом домой мне точно не попасть. Повторять попытку, но уже снаружи, не стал. Вместо этого обратился к спутнице:

– Рассказывай.

– Хорошо, – согласилась она. – Но давай сначала покинем пространственный разлом. Он хоть и лишился энергии как минимум на сутки, но всё равно небезопасен. Тем более что я после ритуала не могу использовать магию.

Что-то с этим ритуалом было нечисто. Уже не первый раз его упоминает. Но решил не спешить с вопросами. Если сама не расскажет, тогда да. А пока что мы выбрались наружу с территории контейнерного склада, отошли на безопасное, по мнению собеседницы, расстояние, и девушка начала рассказ:

– Меня зовут Аля. Я анури. Всю взрослую жизнь ищу мужчину своей расы. Сегодня нашла.

Если краткость действительно сестра таланта, то мне попалась очень талантливая девушка. Почти как Юлий по прозвищу Цезарь. Тот тоже пришёл, увидел, принял меры. По сути, повторила уже рассказанное ранее, только в сокращённом варианте.

– А нельзя ли немножко подробнее? – спросил я и подумал, что имя девушки звучит почти как земное – Алёна.

– Можно, – ответила она. – Но получится слишком долго, поэтому желательно в другой раз и в другом месте.

– Разве мы куда-то спешим? – удивился я.

– Вообще-то да, – ответила она.

– И куда?

– Готовясь к ритуалу, я спрятала все лишние вещи недалеко отсюда. Не была полностью уверена, как всё закончится, вдруг придётся покидать место в срочном порядке. Поэтому предпочла оставаться налегке.

– И куда теперь спешить? – не понял я. – Ведь возникшие проблемы вроде бы решены.

– Подозреваю, мои вещи нашли, именно поэтому меня и выследили, – пояснила Алёна. – Можно не сомневаться, кого-то оставили в лагере охранять. Тем более что там наверняка теперь не только мои вещи, но и всё, что было при разбойниках, они ведь тоже напали налегке. Лучше поспешить, иначе не дождутся сообщников и решат сбежать, прихватив всё самое ценное. А там есть некоторые предметы, терять которые мне очень не хотелось бы. Вообще терять ничего не хотелось бы, но те реально необходимы.

– И что, мы прямо так подойдём, ты скажешь: «Отдайте, это моё», они извинятся, отдадут и удалятся? – усомнился я.

– Конечно нет! Придётся драться, – словно о чём-то само собой разумеющемся сообщила девушка.

Потом продемонстрировала подобранный ранее меч и добавила:

– В охране всегда оставляют самых слабых, так что нечего опасаться.

– Подожди, но у меня нет никакого оружия.

– И не надо, я сама прекрасно справлюсь, – уверенно заявила Аля.

– Ты один раз уже справилась, – напомнил я ей.

– Их было много и напали неожиданно, – начала оправдываться она. – К тому же после ритуала на время лишилась магии. Теперь всё будет иначе.

– Всё равно, если предстоит драка, мне тоже нужно раздобыть хоть какое-то оружие.

Анури не стала настаивать, и мы опять вернулись к контейнерам. Обыскивать трупы я не стал. Да и не было при них ничего ценного. Из оружия – то ли короткие мечи, то ли длинные ножи. Такие неказистые на вид, что даже брать в руки не хотелось. Да и не силён я в фехтовании. Скорее себе причиню вред, чем противнику.

Поэтому подобрал обрезок трубы, который один раз уже сослужил мне хорошую службу. Подумаешь, весь ржавый и один конец в крови, зато надёжный. Кстати, понял, почему проткнул самого первого противника. Труба была обрезана наискосок, что делало конец острым. На всякий случай решил ещё раз испытать. Тем более что несмотря на малый вес, она оказалась вовсе не тонкостенной, как я предположил с самого начала. Подошёл к ближайшему закрытому контейнеру, просунул под запор и рванул на себя.

– Нет!!! – послышалось за спиной.

– Что – нет? – не понял я, оглядываясь на испуганную девушку. – Подумаешь, ржавчиной слегка присыпало и сорванной с петель дверью толкнуло. Чего бояться-то?

О том, что если бы не отвлёкся на её крик, то и от дверей отскочить без проблем успел бы, упоминать не стал.

– При чём тут ржавчина?! – возмутилась она. – Мы находимся в точке межмирового пространственного разлома, куда даже сильным магам без крайней необходимости лучше не соваться. Да и с ней тоже. Кругом сплошные магические ловушки.

– Но ты же сама говорила про какой-то ритуал, после которого магия тут не будет действовать минимум сутки, – напомнил я.

– Не будет действовать магия места, но ловушек никто не отменял, – пояснила она.

Я поглядел на вскрытый мною контейнер. Если снаружи он был ржавым, то изнутри как новенький. Причём не пустой, а набитый какими-то картонными коробками. Если бы не такая нестандартная форма самого контейнера и совершенно непонятные надписи на коробках, явно на инопланетном языке, счёл бы его чем-то обычным. По-любому вещь была насквозь техногенная и с магическими ловушками никак не ассоциировалась. Решительно взял одну из коробок и протянул Алиене.

– Что тут написано? – спросил у неё.

– Не знаю, – ответила та.

– Как не знаешь? Ведь вещь из твоего мира. Или ты ещё и неграмотная?

– Я грамотная, только вещь точно не из моего мира.

– То есть как? – не понял я.

– Ты меня плохо слушал. Это точка межмирового пространственного разлома. Причём попала она сюда из другого мира взамен части этого. Предполагала, что из твоего, но теперь подозреваю, из какого-то третьего.

– Тогда тем более, – сделал неожиданный для девушки вывод, протягивая ей коробку. – Держи!

– Но…

– Держи!

Алиена-Алёна, а если ещё привычней, то Аля, подчинилась, хоть и смотрела на коробку с явным опасением, словно та может в любой момент укусить. Я тем временем прихватил ещё несколько и дополнительно нагрузил девушку. Потом вытащил и для себя, сколько смог поднять. Вернее, сколько смог взять в руки, ибо коробки оказались лёгкими.

Хотел было командовать отход, но понял, что занимаюсь полной ерундой (это если без мата). В том, что в коробках не может быть никаких магических ловушек, не сомневался. Так зачем их куда-то тащить? Надо вскрывать на месте и сразу решать, брать или не брать. Вдруг там предметы женской гигиены или коньки для фигурного катания? Только время зря потеряем.

– Стоп! – скомандовал я.

Алиена сразу же замерла. С ещё бо́льшим опасением посмотрела на коробки, которые держала. Даже вытянула руки подальше.

– Опускай на землю.

Опять выполнила, причём очень аккуратно. Сам я так церемониться не стал, хотя и швырять тоже. Просто положил как сумку с одеждой, а нефарфоровый сервиз. Сразу начал вскрывать все подряд.

С женской гигиеной я попал в самую точку. В первом же ящике была именно она. Хотя, может, и нет, а просто коробочки с какой-то непонятной фигнёй, что лично для меня то же самое. К счастью, я не ошибся, хоть и на совершенно незнакомом языке, коробки в контейнере имели разные надписи. Идея вскрывать все подряд оказалась правильной. Во второй были какие-то тряпки. В третьей тоже, но эти хотя бы опознать удалось, что-то вроде платьев. Взял одно и приложил к Алиене.

– Тебе идёт, – соврал я. – Ну что стоим, давай присоединяйся.

Сначала неуверенно и с опаской, а потом, уже входя во вкус, анури принялась потрошить ящики с товаром. Что и требовалось доказать! Все девушки любят шопинг, к какой бы инопланетной расе они ни принадлежали и какие бы причудливые формы он ни обрёл.

Чего только не было в этом контейнере! Складывалось впечатление, что несколько мелких торговцев скинулись и заказали вместе полный контейнер товара из Китая. Причём каждый своего. Тут вам и косметика, и лекарства, и женское нижнее бельё… Если первые два лишь походили на земные аналоги, а на деле могли являться чем угодно, то бельё точно ни с чем не спутаешь. Предлагать Алиене тут же примерить не стал, но коробку в сторону отложил. Вдруг пригодится?

Была ещё куча различных приборов непонятного назначения. Но даже то, что легко угадывалось, трогать не стал. Вот скажите, много ли толку от инопланетного цифрового фотоаппарата, мобильного телефона или планшетного компьютера? Вот и я думаю, что немного. Если цивилизация развивалась по аналогичному пути, то и иконки с аватарками должны быть интуитивно узнаваемыми?

Тогда предложите китайцу прочитать что-нибудь на древнеегипетском. Ведь и там и там иероглифы на основе интуитивно понятных картинок. Да и зачем так далеко ходить? Взять хотя бы значок «сохранить» во всех современных компьютерах. Лет двадцать назад он действительно был интуитивно понятен, а сейчас либо знаешь, что это такое, либо нет.

Тут порой абсолютно знакомый современный гаджет с меню на японском или греческом попадётся, фиг ты им полноценно воспользуешься. И это не говоря об аккумуляторах, которые наверняка давно разрядились. Для очистки совести всё же попытался включить некоторые приборы. Ага, именно попытался. Кнопок много, и поди угадай, которая правильная. И опять же, как понять, я не туда и не так нажимаю или батарейки сдохли?

Раза после двадцатого произошло чудо, и один из приборов ожил. На этом всё и кончилось. Как я и предполагал, никакого интуитивно понятного интерфейса. Поэтому ничего брать не стал, даже включившуюся вещь.

Но самое интересное оказалось в глубине контейнера за основным товаром. Все девушки одинаковы, вне зависимости от миров и планет? Ну так вот, к военным это тоже относится, даже в большей мере. С чего я так решил? Ящики, спрятанные за прочим товаром, могли бы легко затеряться на любом земном военном складе. Никому бы и в голову не пришло, что им там не место. Чего никак нельзя сказать о контейнере, набитом разнообразными бытовыми товарами.

Хотя ничего удивительного. Как в своё время пел Высоцкий, контрабанда – это ремесло. Ничем иным данные ящики быть не могли. А мелкие ли торговцы их перевозили или спецслужбы, особого значения не имеет. Ни для определения термина «контрабанда», ни для меня лично. Поскольку военная мысль везде более-менее одинаковая (тут вам не компьютеры или фотоаппараты), разобраться с содержимым труда не составило. Это пистолет, это автомат, это…

А вот его лучше отложить в сторонку и не трогать. То ли противотанковый гранатомёт, то ли портативная ракетная установка. В любом случае без подробной инструкции на понятном языке, а ещё лучше – инструктора, связываться не стоит. Принцип «сюда жмёшь, отсюда вылетает пуля» достаточно надёжен для ручного стрелкового оружия, а дальше им лучше не руководствоваться.

Ящики с гранатами или минами туда же. Мало ли чем они могут быть заряжены? А вдруг какая химия? Зато с пистолетами разобрался очень быстро. Да и с автоматами тоже. Тем более что были они под один калибр, и как почти сразу выяснилось, под один патрон. Кстати, о патронах, неизвестные инопланетные вояки всё же кое в чём отличались от земных коллег и паковали боеприпасы не в цинки, а в вакуумную пластиковую упаковку.

Добравшись до патронов, зарядил все образцы оружия и отстрелялся из каждого. В качестве мишени выбрал один из контейнеров (раскрытый и точно пустой, не хватало ещё во что-нибудь взрывоопасное попасть). Во-первых, большая точка получилась, не промахнёшься, во-вторых, полтора, а то и все два миллиметра стали. Раз её пробивает, то и с любым доспехом справится.

Теперь можно было выбрать себе оружие. Не знаю, но, наверное, к счастью, вариантов имелось не так уж много. Да, наверное, к счастью, потому что из земных аналогов под один калибр много разного оружия не найдёшь. Вернее, найдёшь, но только если специально искать, да и то не на все. Разве что мелкашка – самый распространённый патрон – имеет полный ассортимент. Пистолеты, револьверы, ружья и даже очень мощный автомат, который огневой мощью может с тем же «томпсоном» поспорить (на него же внешне и похож).

Но я отвлёкся, инопланетное оружие имело малый, зато разный ассортимент. Два пистолета и два автомата. В смысле не штук, а типов. Со вторыми вообще всё просто: две разные модификации одного оружия. Большое и маленькое. Первый имел длинный, забранный в металлический кожух ствол и несъёмный приклад. При этом чем-то отдалённо напоминал «ППШ», но покрупнее и с коробчатым магазином. У второго всё то же самое, только укороченный ствол без защиты и складной приклад.

Поскольку бандуру тащить не хотелось, отложил в сторону два компактных автомата. И да, я знаю, что по земным стандартам это скорее пистолеты-пулемёты. Вот пускай те, кому так больше нравится, их ПП и называют. Тем более что сделаны они точно не на Земле, да и мы сейчас не там.

Пистолеты были явно разных моделей. Маленький чем-то напоминал «макаров» или скорее аналогичный ему «вальтер», только меньше размером. Учитывая, что калибр он имел даже не девять, а скорее десять миллиметров, в магазин помещалось всего пять патронов. Второй был очень похож на «кольт» 1911 года, только толстый, как «глок». В него помещалось по двадцать патронов. Взял по два того и другого, и боеприпасов побольше.

Имелись отдельные коробки с кобурами, ремнями и разгрузками. Выбрал несколько образцов. Кобуру, идеально подходящую под большой пистолет, сразу повесил себе на пояс. Не пустую, разумеется, а с оружием. Для маленького ничего не нашлось, сунул его в карман. Не исключено, что именно на такое ношение и рассчитан.

К счастью, среди обычных товаров обнаружилась удобная сумка, вот её и наполнил. Запасных магазинов ни к одному виду оружия почему-то не прилагалось. Навыдёргивал из остающихся.

– Зачем тебе столько? – спросила Алёна.

– Пригодится. Тем более что это не только мне, но и тебе тоже.

– Мне не надо, – отказалась она.

– А это мы ещё посмотрим. Ладно, выбирай, какой контейнер будем проверять следующим.

– Лучше никакого, – предложила она.

– Почему? – не понял я. – В отсутствие магических ловушек ты, надеюсь, успела убедиться?

– Дело не в ловушках, – помотала головой девушка. – Ты забыл, что мы собирались идти за моими вещами? Вот поймут бандиты, что что-то не так, убегут, и гоняйся за ними потом по всему континенту. Мы и так тут слишком долго провозились.


Глава 3

Алекс. Попаданец

Интересная ситуация. У меня возникло подозрение, что у здешней Алёны не всё в порядке с логикой.

– Тогда почему пошла со мной и даже не попыталась переубедить? – не понял я.

– Мы анури! – гордо заявила она. – У нас всегда командует мужчина.

Интересная традиция, я бы сказал, правильная. Так, глядишь, меня очень быстро убедят, что я тоже немножко анури. Правда, о том, что сама увлеклась шопингом и потрошением коробок, Аля предпочла умолчать.

– Всегда, говоришь? – усомнился я. – Даже если понятия не имеет, куда попал и что вокруг происходит?

– Всегда, – уверенно заявила она. – Умный анури в таком случае попросит совета.

– Намёк понят. Советуй.

– Быстро хватаем вещи и бежим к моему лагерю. Тут недалеко.

Я взял на плечо сумку с оружием и патронами. Оказалась гораздо легче, чем ожидал. Да и труба вовсе не тонкостенная, такая, как полноценный лом, должна весить, ан нет, по ощущениям, словно алюминиевая. Может, титан? Хотя какой, к чертям, титан?! Вся ржавая, будто из самого низкокачественного железа. Подозреваю, на этой планете сила тяжести меньше земной. Тем более себя я тоже ощущаю как бы легче. Незначительно, но заметно, особенно когда об этом задумался. Нужно будет спросить. Хотя откуда анури знать, какая гравитация на Земле? Сравнивать-то не с чем.

Алёна взяла на плечо вторую сумку, где были заранее отобранные из контейнера вещи, и мы побежали. В буквальном смысле. Это оказалось вовсе не метафорой. Какой бы ни была сила тяжести, бежать несколько километров, да ещё с большой неудобной сумкой, не самая лучшая идея.

Спутница думала иначе, хотя у неё была точно такая же сумка, только чуть легче. Всё ждал наступления момента, когда кто-нибудь из нас попросит остановиться или хотя бы замедлиться, чтобы передохнуть. Странно, но он не наступал. Ещё более странно, что и особой усталости не чувствовал. Разумом понимал, что бег на такой скорости и расстояние для меня и налегке трудноваты, тело же считало иначе. Или тут кроме силы тяжести ещё и другой процент кислорода в атмосфере? Даже если так, всё равно не ясно.

Тут вообще много странностей. Взять хотя бы бегущую рядом анури. Назначила незнакомца командиром и считает это само собой разумеющимся. Благодарность за спасение от бандитов – это, конечно, хорошо и правильно, но не до такой же степени. И ведь действительно незнакомец, её имя знаю, а сам пока представиться не успел. Она даже не спросила, видимо, решив, что всему своё время.

Наш путь лежал к отдельно стоящей рощице. Алёна не стала утруждать себя разведкой, как только подбежали к деревьям, она сбросила сумку, выхватила меч и рванула дальше. Мне ничего не оставалось, как последовать её примеру. Только вместо меча была ржавая труба, да и то в левой руке. В правую взял пистолет. Два десятка десятимиллиметровых аргументов способны решить любой спор, касающийся чужой собственности. Однако ничего не вышло. Просто не успел, «беззащитная» девушка справилась сама. Четыре удара – четыре трупа, церемониться с обидчиками она точно не собиралась.

Изначально этот лагерь, может быть, разбила сама анури, но теперь он был разбойничьим. Котёл с булькающей похлёбкой точно не мог принадлежать одной маленькой хрупкой девушке. Не влезет в неё столько. Целый табун лохматых неказистых лошадок тоже не её. Не представляю я Алю верхом на такой пародии. Зато вон тот благородный скакун точно принадлежит ей. Это можно было легко угадать, даже если бы девушка не подошла и не начала ласкать животное, после чего вообще отвязала. Тот не стал никуда убегать.

– Ты пока тут разбирайся, а я за сумками, – предупредил анури.

Та кивнула, показывая, что поняла. Воткнул трубу в землю и пошёл обратно. Когда вернулся, Алёна уже вовсю потрошила вещи разбойников.

– А тебе не кажется, Аля, что ты кое о чём забыла? – спросил я, выделяя голосом её имя.

Девушка на какое-то время задумалась, видимо, пытаясь вспомнить, что именно она могла забыть. Потом помотала головой и ответила:

– Нет. Во всяком случае, ничего важного.

– Да? Значит, моё имя тебя если и интересует, то чем-то важным не является.

Анури с удивлением поняла, что я до сих пор так и не успел представиться. Сразу начала оправдываться:

– Ты не так понял, вернее, это я неправильно выразилась. Ничего важного на тот момент. Было очень много дел, которые требовалось сделать не откладывая, а знакомство в спешке – не самая хорошая идея. Зато теперь торопиться уже некуда и можно знакомиться по-настоящему. Тем более что у тебя наверняка есть много вопросов.

– А вот тут ты не права, – заявил я.

– То есть как это? – удивилась она.

– Не много, а очень много вопросов. Но ладно, начнём со знакомства. Меня зовут Александр, можно Алекс.

– Александр, – попробовала на вкус девушка. – Алекс… Можно я буду называть тебя Алексом?

– Конечно, можно, для того и назвал оба варианта. А тебя – Алей можно? Аля с одного из известных мне языков переводится как «чужая».

– Тебе можно, – ответила девушка, почему-то смутившись. – Ты вообще можешь называть меня как захочешь.

– Хорошо…

Тут я остановился, поскольку кое-что понял. Анури было трудно произнести моё полное имя. А конкретно сочетание букв «др». Странно, ведь с остальными словами таких проблем не возникало. Вот именно, потому что она пока не произнесла ни одного слова по-русски, моё имя было первым. И как я мог этого не заметить?!

– Постой, – обратился я к ней, – на каком языке мы сейчас говорим?

– Каждый на своём, – пожала плечами она.

– Но…

– Анури всегда понимают друг друга, вне зависимости от языка. Это, кстати, ещё одно доказательство на тот случай, если ты до сих пор сомневаешься.

Ну да, после такого сомневаться трудно. Хотя, если очень захотеть, можно придумать кучу других объяснений, ничуть не более правдоподобных. Например, магия. Анури используют магию, поэтому мы понимаем друг друга. Ну а о том, что её лишилась во время ритуала, могла и соврать. Чем не объяснение? Правда, тогда возникает другой вопрос: зачем я ей нужен весь из себя такой красивый, но не анури? Поэтому, пока не получу достаточно информации, остановлюсь на первой версии. Ну а источник пока один.

– Тогда расскажи, что ещё могут анури. Кроме того, что понимают друг друга, – спросил я. – И вообще.

– Анури древняя раса! – начала Аля. – Самая древняя. Мы во всём превосходим остальных.

– Точно во всём? – усомнился я.

– Абсолютно!

– То есть уши длиннее, чем у эльфов, а бороды гуще, чем у гномов? Не знал, что ты бреешься.

– Не бреюсь, – абсолютно серьёзно ответила Аля. – И уши у нас куда более оптимальные, чем у эльфов, и слух лучше (он не от длины зависит), и живём дольше. Вообще, я имела в виду не внешние признаки.

– Это я понял, – кивнул в ответ. – А ещё заметил, что с чувством юмора у вас лучше, чем у людей.

– У нас, – поправила анури, напомнив, что я принадлежу к той же расе, что и она. – Что касается чувства юмора, то «не заметить» шутку и ответить серьёзно – тоже шутка.

– Признаю, тут ты меня обошла. Ладно, рассказывай. Почему такой крутой и превосходящий абсолютно всех народ оказался на грани вымирания, если уже её не переступил.

Аля рассказала. Причина была самой распространённой – война. И вовсе не со слабым, но более многочисленным противником. Была ещё одна раса, которую анури не превосходили, а по большинству параметров ей уступали. Драконы.

– И кто победил? – заинтересовался я.

– Конечно, мы! – воскликнула Аля. – Правда, все остальные уверены, что никто. Нас осталось очень мало. Драконов ещё меньше. Но есть один секрет, вернее, возможность, в которой мы превосходим абсолютно всех, в том числе и драконов.

– И что это такое? – спросил я, когда девушка замолчала.

– Кровь. У анури не рождаются полукровки. Все остальные расы считают это нашей слабостью. Ведь совместное потомство может быть практически со всеми, но ребёнок будет чистокровным эльфом, человеком, гномом, орком или даже драконом.

– А на самом деле?

– На самом деле в одном случае из тысячи или реже рождается чистокровный анури. Но не это главное. У любого из оставшейся тысячи через много поколений в потомках тоже может появиться анури. Ты как раз один из них.

– Извини, но всё-таки сомневаюсь, – возразил ей. – Не похож я на твоё описание супермена, превосходящего всех окружающих. Обыкновенный человек средних способностей. И всегда был средним. Если в чём-то незначительно превосходил сверстников, то в чём-то другом уступал.

– Так и должно быть, – кивнула Аля. – Это защитная реакция. Ребёнок анури ничем не выделяется среди представителей расы, в которой растёт. Самый обыкновенный человек, эльф, орк или кто другой. Если не провести инициацию, то им и останется до самой смерти. Ты, кстати, её прошёл во время ритуала переноса.

– Да? – спросил я, непроизвольно потянувшись к уху.

– Не бойся, отрастёт, – по-своему истолковала жест она. – Правда, не скоро, лет через пять или семь. Так же как хвост.

– Что?!! – воскликнул я. – Какой ещё хвост?!

Девушка расхохоталась. Очень звонко и красиво. Такой смех можно слушать долго, и обижаться на него не получится при всём желании. Отсмеявшись и вытерев слёзы, объяснила:

– Шучу, конечно. А то некоторые тут подозревают бедную маленькую анури в отсутствие чувства юмора.

Я немного успокоился, но копчик всё-таки ощупал, хвоста там не было. Только это ничего не доказывало, уши ведь пока тоже круглые. Увидев мои сомнения, Аля заговорила:

– Точно шучу. Нет у нас никакого хвоста. Сам посмотри.

При последних словах девушка скинула одежду и повернулась ко мне спиной. Хвоста там действительно не было. Зато всё остальное присутствовало в полной мере. Примерно как если бы взять эльфийку и добавить объёма во всех нужных местах. Анури не стала стоять просто так, а развернулась, демонстрируя себя всю.

– Нравлюсь? – спросила Аля.

– Да, – не стал врать я.

Девушка улыбнулась, она явно пыталась меня соблазнить. При таких внешних данных это сделать совсем несложно, никакая магия не понадобится. Чтобы сдержаться, понадобились немаленькие усилия. Сначала необходимо выяснить хотя бы основные моменты. Я задал вопрос, который давно вертелся у меня в голове:

– Ритуал? Имею в виду тот, из-за которого оказался тут. Правильно ли я понял, что именно ты его провела?

Улыбка исчезла у неё с лица, девушка накинула одежду и присела на ствол упавшего дерева.

– Да, – наконец призналась она.

– То есть практически похитила меня из родного мира и теперь рассчитываешь, что я стану тебе верным и любящим мужем?

– Да, то есть нет, то есть хотя бы любящим, верным не так обязательно… Ой! Что я говорю?! Хотела сказать, что… В общем, всё куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд.

– Если не получается рассказать просто, попробуй объяснить сложно, – попросил я.


Глава 4

Алиена. Анури

Наконец прозвучал вопрос, которого я ждала и боялась. Вины за собой не чувствовала, потому что не сделала ничего плохого. Даже наоборот, исключительно хорошее. И себе, и ему! Только каким образом объяснить это тому, кто ничего не знает не только об анури, но и о магии вообще? В том-то и дело, что не получится ни просто, ни сложно.

Я начала думать об этом не сегодня, а много лет назад, когда впервые услышала о ритуале. Так ничего и не придумала, тут нужно либо знать то же, что и я, тогда всё будет понятно, либо просто верить. Оставалось надеяться на последнее. К счастью, он анури, а у нас с этим всё в порядке.

– Это очень сложный магический ритуал, которым крайне редко пользуются. Вообще, маги не любят делать то, что лишает их силы на долгое время, а тут ещё и результат не гарантирован.

Алекс слушал, не перебивая, и я продолжила:

– Вообще-то ритуал состоит из двух довольно простых заклинаний – поиска сущности и призыва. Первое может запросто сделать любой первокурсник провинциальной магической академии, а со вторым если чуть сложнее, то не сильно. Про второкурсника не уверена, но студент третьего справится гарантированно. Вместе тоже ничего особенного.

– Тогда в чём сложность? – наконец спросил Алекс.

– В месте проведения, – пояснила я. – Мало того что межмировые пространственные разломы крайне опасны сами по себе, так они ещё меняют магию. И усиливают. Нужная сущность начинает разыскиваться не только в этом мире, а сразу в нескольких. В идеале во всех существующих, но это вряд ли, идеальных условий не бывает.

– Пока ты мне рассказываешь о самом механизме и сложностях, связанных с ним, – заметил Алекс, – но никак не о моём похищении.

– Я как раз к этому моменту и подхожу, – пообещала ему. – Даже найдя другого анури, с которым были бы родственными душами и идеально подходили, переместить к себе насильно и без его согласия невозможно. В таком случае я бы переместилась к тебе сама. Именно на это и рассчитывала, поэтому и спрятала вещи, не взяв с собой почти ничего. Крайне маловероятно прихватить в другой мир что-либо, кроме одежды. Но вышло то, что вышло.

– Не помню, чтобы давал такое согласие.

Кивнула в ответ и продолжила:

– Есть несколько исключений. Призвать в другой мир без согласия и предупреждения можно того, кого в родном мире ничего не держит. Вообще ничего.

– Как это не держит?! – возмутился мужчина. – Меня много чего держало. Родственники, друзья, любимые книги и фильмы. Страна, в конце концов!

– Значит, не держали.

– Но…

– Извини, не так выразилась. Не сомневаюсь, что все они для тебя очень важны и ты для них тоже, однако ритуал получился. Почему конкретно, сказать не могу, тут возможно несколько разных причин. Самая вероятная и лучшая для тебя – это твоя смерть. То есть всё произошло в момент твоей смерти или незадолго до неё. В таком случае твоего согласия не требуется, достаточно желания выжить.

– Ничего себе лучший! – ответил он. – Что же тогда хуже?

– Гибель всех твоих близких, в результате которой тебя больше ничего не держало бы в твоём мире, или уничтожение самого мира.

– Да… – только и произнёс Алекс.

По лицу было видно, что он мне не верит или не хочет верить, что в данном случае то же самое. Ответ на этот вопрос у меня был, но не стала спешить. Пусть сам спросит. Ждать пришлось совсем недолго. Он спросил, и я начала объяснять:

– Анури не могут врать друг другу. Вернее, врать-то мы можем, только другой сразу это почувствует.

– Ну да, опять магия, – непонятным тоном ответил Алекс. – Только я ею не владею, а если и обладаю какими-то способностями, то необучен пользоваться.

– И не надо, это врождённое, – заверила его. – Просто, пока ты не встречал других анури, не было возможности убедиться.

– Допустим, одну я уже встретил, – усмехнулся он.

– Встретил, – кивнула я. – Но она оказалась очень хитрой и ни разу тебе не солгала. Если не считать хвоста.

– Вот именно, хвост! – воскликнул он. – Я ничего не почувствовал.

– Неужели? – усмехнулась я. – Не почувствовал или не заметил, потому что был сильно удивлён? Ладно, я сейчас произнесу несколько фраз, и ты сам убедишься.

На мгновение задумалась и начала говорить:

– Моё имя Аля Тэя Иара по прозвищу Чужая. – Получила это прозвище от светлых эльфов, когда достаточно долгое время жила среди них. – От эльфов научилась хорошо стрелять из лука, если и уступаю их лучшим стрелкам, то совсем немного. – Мне двести восемнадцать лет. – У меня есть эльфийский титул, приблизительно соответствующий графскому у людей, только не обеспеченный землями. – В детстве я мечтала быть эльфийской принцессой. – Когда в четырнадцать лет мне подарили пони, я сбежала из дома, планируя доехать на нём до ближайшего эльфийского леса, чтобы осуществить мечту. – Сто лет назад в Рамарской империи орудовал неуловимый вор, сумевший однажды проникнуть даже в императорскую сокровищницу. Это была я. – И кстати, об империи, я там до сих пор числюсь принцессой, имею право на этот титул, поскольку несколько тысячелетий назад в династии была одна анури, моя много раз прабабушка. – У меня есть почётное гражданство одного из подгорных гномьих королевств и звание кузнечных дел мастера. Оно не почётное, а настоящее. – Однажды в храме Зуурраана – бога ураганов – меня ударила молния. С тех пор считаюсь отмеченной богом, и где бы я ни находилась, там всегда хорошая погода. – Ещё мне покровительствует Балур – бог удачи и… Просто бог удачи, чтоб ему его же покровительство вернулось десятикратно! – Ах да, чуть не забыла, у всех анури есть хвосты, просто они невидимые.


Глава 5

Алекс. Попаданец

Не знаю, как это работало, но я сразу почувствовал, где правда, а где ложь. Вернее, правду я вообще никак не почувствовал и не отличил от обычной речи анури, а ложь как бы светилась и горела огнём. Выходит, до этого Аля не соврала ни разу, кроме хвоста. Да и тогда что-то почувствовал, просто был сильно удивлён и не понял, что это такое. В принципе ничего удивительного: если точно знаешь, что соврать всё равно не получится, то и не станешь этого делать.

Стоп! А я сам? Вроде бы тоже ни разу не соврал, как-то не было причин. Теперь придётся всё время следить за собой. Ну а пока разберёмся с тем, что Аля наговорила.

– Тебе не двести восемнадцать лет, ты не умеешь стрелять из лука почти так же хорошо, как эльфы, ушастой принцессой быть никогда не мечтала, в детстве из дома верхом на пони ты сбегала, но совсем не туда, куда говоришь, – начал перечислять я.

Девушка кивнула, подтверждая.

– Принцессой ты ни разу не была и прав на титул не имеешь, никакие молнии тебя не били, и богом ураганов ты соответственно не отмечена. Вроде всё.

Кивок в ответ.

– Как бы странно мне это ни казалось, но выходит, что всё остальное правда, – закончил я.

– Вот видишь, анури не могут врать друг другу. Почти не могут.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я, заинтересовавшись последней фразой.

– Чтобы не осталось никаких недомолвок, открою маленькую тайну или, скорее, хитрость, – начала Аля. – Анури не могут соврать друг другу прямо, но ввести в заблуждение способны.

– И что из этого списка? – сразу догадался я.

– Возраст, – призналась она.

Попытался понять, что может быть не так с её возрастом. Земной год не совпадает с местным? Скорее всего, только в данном случае не имеет никакого значения, ведь названная цифра всё равно ложь. Лучше не гадать, а спросить, потому что сам принцип мне понятен. Он как раз на том и основан, что собеседник боится задать «глупый», по его мнению, вопрос и делает собственный, очень «умный», вывод.

– И что не так с твоим возрастом? Сколько прибавила?

– Нисколько. В этом и состоит вся хитрость, назвала почти точную цифру, но ты остался уверен, что она ложная, в результате сделал собственный вывод, основываясь на внешности. Всё бы ничего, только ты пока пользуешься привычными человеческими мерками. А на самом деле мне намного больше. Я себе убавила ровно один год.

Однако. Совсем не девочка и не девушка. Стоп! А может, этой откровенностью она и хочет ввести меня в заблуждение. Честно ошарашила одним из самых сильных различий между людьми и анури и тем самым отвлекла внимание от главного? Нужно проверить.

– Тогда подробней о ритуале, – попросил я. – И в первую очередь о том, чего недоговорила.

– Ничего, – уверенно ответила Аля. – Очень тщательно рассказала всё, ничего не пропуская. Остались только магические инструкции по проведению самого ритуала. Но там мало рассказать словами, нужно показывать. Ты пока не научился пользоваться своими магическими способностями, поэтому вряд ли сможешь понять, да и я не сумею показать, пока ко мне не вернётся сила.

– Ладно, с магией потом разберёмся. Тут ещё один вопрос: раз она у вас есть, то и упомянутые тобою боги тоже?

– К сожалению, да, – ответила она.

– В принципе твоё сожаление одобряю. Признаюсь честно, сильно недолюбливаю богов, даже наших земных, выдуманных от начала и до конца, а уж с настоящими вообще дела иметь не хочется. Но всё же непонятно, чем тебе бог удачи не угодил? Уж против его покровительства мало кто откажется.

– Против покровительства богини Ялири действительно никто возражать не станет, она самая настоящая удача, – ответила Аля. – А Балура ещё иногда называют… Нет, лучше не буду произносить вслух, а то плохо кончится. В общем, его покровительство весьма сомнительно. Повезти повезёт, но вовсе не так, как тебе хотелось бы.

– Ладно, красавица, с этим мы разобрались, – подвёл итог я. – Теперь рассказывай.

– Что? – не поняла Аля.

– Как это – что? – удивился я. – Какие наши ближайшие планы? Да и не ближайшие тоже вызывают интерес.

Девушка молчала. Да знаю я, сколько ей лет, но раз выглядит девушкой, то девушка и есть. Позже нужно будет поинтересоваться вопросом, как соотносятся между собой возрасты разных рас. Если как-то уживаются на одной планете, да ещё и вступают в интересные связи (про полукровок ведь анури не из теоретических умозаключений упомянула), то этот аспект наверняка улажен. После небольшой паузы я продолжил:

– Аль, дорогая, неужели ты хочешь сказать, что планировала вызвать с помощью ритуала мужчину своей расы и сразу начать с ним жить долго и счастливо, не сходя с места, где он появится? Ну, или максимум отойдя на сотню метров от межмирового разлома, раз они так опасны.

Поразительно, но она именно так и планировала. Вернее, совсем не так, но сути это не меняло. На самом деле Аля вообще не рассчитывала, что избранника перенесёт в её мир. Думала, будет наоборот, и готовилась соответственно. Взяла с собой минимум вещей, всё равно маловероятно перетащить что-либо в другой мир (сразу представил себе ситуацию, как эта красавица появляется прямо из воздуха передо мной в центре города, вся такая голая, без хвоста, зато с обнажённым мечом в руках).

Но я отвлёкся. Так вот, взяла с собой самый минимум, бо́льшую часть которого потом оставила в этой рощице, попрощалась с конём, привязав его так, чтобы сам легко смог освободиться, если хозяйки долго не будет, и отправилась совершать ритуал.

– Ну хоть на случай неудачи подготовилась? – спросил я.

– В случае неудачи шансов выжить было немного, – призналась она.

– Да, ситуация еще та! Но если бы выжила, что собиралась делать?

– Прятаться ближайшие полгода или год, – дала неожиданный ответ.

– От кого?

– Ото всех.

– Почему?

– После ритуала я полностью лишилась магии минимум на полгода. В таком состоянии мне лучше никому не попадаться. Сначала была идея притвориться полуэльфийкой, мы на них похожи, и пойти в наёмницы, спрятавшись таким способом, но почти сразу пришлось отказаться.

– Почему?

– Эльфийка, пусть даже полукровка, не владеющая луком и предпочитающая ему гномий арбалет, выглядит, мягко говоря, странно. О том, чтобы затеряться и не обращать на себя лишнего внимания, можно будет забыть.

– Вообще-то я имел в виду не это, – пояснил ей. – Почему, то есть зачем прятаться?

– Анури сильные маги. Нас за это очень недолюбливают. И не упустят случая навредить или просто убить, если этой силы лишимся. Мстить-то некому.

– Да… – произнёс я. – А ты думал, что в сказку попал? Принцесса вовсе не принцесса, эльфийка не настоящая, и даже волшебство как минимум на полгода откладывается.

– Что? – не поняла анури.

– Не обращай внимания, это я про себя.

– Извини, – произнесла девушка.

– За что? – не понял я.

– За принцессу и эльфийку.

– А за волшебство? – подозрительно поднял бровь.

– За него не извиняюсь, потому что оно есть.

– Но ты же сама сказала…

– Я сказала, что ближайшие полгода не смогу пользоваться магией. Но ты тоже анури, а значит, по определению сильный маг.

– Который ничего не умеет, – вставил я.

– Научу, – уверенно заявила Аля.

– Ну ладно, хоть с магической академией не обманула, – в шутку согласился я.

– Вообще-то… – начала она.

– Что теперь не так?

– Нас не берут в магические академии.

– Почему?

– Боятся. Анури и так сильные маги. Сильнее любых других.

Интересная информация. Только сам я себя магом не чувствовал. И кстати, умение распознавать ложь из уст анури магией не являлось. Это мне Аля объяснила, сама она хоть и лишилась сил, это делать могла прекрасно. Проверили. Наговорил пару десятков фраз, девушка ни разу не ошиблась.

Кстати, попытался использовать этот природный детектор лжи в качестве оракула. Попробовал несколько фраз, которые не могли являться ни правдой, ни ложью или с одинаковым успехом как тем, так и другим. Типа того, что завтра пройдёт дождь, я умер в своём мире, или Землю ждёт глобальная катастрофа. На все подобные фразы Аля отвечала одинаково:

– Ты этого не можешь знать.

– Предполагаешь или чувствуешь? – после очередного повтора спросил я.

– Или. Именно чувствую, не как ложь, но и не как правду.

– Дай мне попробовать, – попросил я у неё.

Мы попробовали. Ощущения действительно были другими.

Потом начали устраиваться на ночлег. Разумеется, не в том же месте, где произошло побоище. Трупы бандитов убрали сразу, но всё равно не было никакого желания там спать. Перенесли лагерь чуть в сторону, там нашлось даже более удобное место. Вечерело, мы с Алей сидели у костра и разговаривали…

С этим костром, кстати, интересно получилось. Бандитский анури потушила, а когда начала разводить новый, вдруг обнаружила, что «зажигалка не работает». Починить не представлялось возможным, ибо в качестве инструмента она обычно использовала собственный палец, вызывая магическое пламя на кончике. Настолько привыкла к естественности процесса, что забыла о главном – без магии ничего не выйдет. Смотрела растерянно и не знала, что делать. Я понял простую вещь – она просто не умеет добывать огонь каким-либо другим способом. И это не только проблема костра, наверняка со временем всплывут другие такие мелочи.

– Вот и повод провести первый урок, – с фальшивым энтузиазмом в голосе произнесла Аля (лжи при этом я не почувствовал). – Сейчас научу тебя добывать огонь при помощи магии. Это одно из самых простейших заклинаний. Большинство магов начинают либо с него, либо со светящегося шарика. Правда, второе используют в таких случаях чаще, но нам сейчас больше нужно первое.

– И как ты собираешься меня учить? – с подозрением спросил я у девушки.

– Не проблема, – отмахнулась Аля. – Такое простенькое плетение можно нарисовать на бумаге.

Она полезла в свою сумку за письменными принадлежностями, а я – в карман за своей зажигалкой. На самом деле не курю, но почти всегда ношу с собой. Мало ли, вдруг пригодится? Например, случайно попаду в другой мир и смогу хотя бы костёр развести или красивая девушка огоньку попросит. Поскольку курящие девушки мне встречаются несколько чаще, чем другие миры, как раз для этой цели выбрал не одноразовую китайскую, а нечто с претензией на фирменную, что-то из линейки «зиппо» на бензине (не исключено, что тоже китайскую, но, судя по картинке, скорее всего, нашу).

Пока Аля что-то рисовала, подошёл к уже готовому костру и тихо поджёг. Вопреки всякой теории вероятности, шедевр китайского зажигалкостроения пригодился и на случай попадания в другой мир, и чтобы на девушку впечатление произвести. Правда, она этого пока не заметила и старательно что-то выводила на бумаге. Вот и прекрасно, так же тихо отошёл от костра, сел на прежнее место и начал делать вид, что я тут совершенно ни при чём.

Закончив с рисунком, анури всё-таки обратила внимание на костёр. Посмотрела на огонь, на меня, опять на огонь и вопросительно подняла бровь. Хотел начать рассказывать, мол, я тут совершенно ни при чём и оно само загорелось, но вовремя вспомнил, что она сразу распознает ложь, даже если это невинная шутка. Поэтому ограничился пожатием плечами, которое обычно означает примерно то же самое или понимай как хочешь.

– Покажи, – попросила Аля.

– Держи, – протянул ей зажигалку.

Мне стало интересно, что она будет делать с маленьким металлическим бруском. Девушка повертела его в руках и задала совершенно неожиданный вопрос:

– Это твой герб?

– Где?! – воскликнул я.

– Вот, – показала она.

– Ах, это…

Давно уже привык к картинке и перестал обращать на неё внимание. Но те, кто видит, замечают сразу. Да мне и самому когда-то показалась оригинальной продаваемая в киоске, торгующем всякой мелочовкой и сувенирами, зажигалка. Цена была совсем невысокой, потому и купил. Вещь оказалась неожиданно качественной и надёжной, столько времени ношу в кармане, а краска не только не облезла, но и приобрела более благородный вид, чем в самом начале.

– Да, это мой герб, – медленно произнёс я.

Ожидал, что сейчас буду пойман на лжи, но ничего такого не произошло. Девушка лишь кивнула, принимая к сведению. Хвалёная способность анури всегда отличать правду ото лжи, в случае, если говорит соплеменник, дала сбой.

Стоп, а прозвучала ли ложь? Если подумать, нет. Слово «мой» вообще довольно интересно по своему значению. Например, моя фотография. О чём речь? Та, на которой я изображён? Та, которую я снимал? Та, которую мне подарила девушка? Или та, которую я купил на блошином рынке среди старого барахла? Ведь они все мои. В последнем случае как в том анекдоте:

– Кто изображён на этих картинах? – спрашивает посетитель галереи.

– Предки, – коротко отвечает художник.

– Чьи?

– Купите, будут ваши.

Ну так вот, в отличие от картины люди, изображённые на купленной старой фотографии, моими предками не станут, но она сама будет именно таковой. Если подумать, про герб на зажигалке я не соврал. Это действительно мой герб. Оба они мои. На красном, искусственно состаренном корпусе замотанные в кумач колосья от советского герба, а внутри тоже слегка состаренный двуглавый имперский орёл. И то, и другое Россия, и то, и другое моя Родина, и то, и другое мой герб.

И не надо мне рассказывать про несовместимость белых и красных. Они действительно несовместимы, только какое отношение белые имеют к данному гербу? Ведь белые никакого отношения к Российской империи не имеют. Значительная часть царских офицеров перешла на сторону новой власти и стала Красной армией, а бунтовщики, не пожелавшие этого сделать, позже стали называться белыми. И предатели именно они, потому что армия подчиняется политической власти, какой бы та ни была, а сама не должна занимается политикой.

Просто эта информация никогда особо не афишировалась. Ну кто бы вам в советское время сказал, что костяк командиров Рабоче-крестьянской Красной армии составляли царские офицеры? А кто вам сейчас расскажет, что большинство тех царских офицеров никогда не были белыми? Мало того, они откровенно презирали бунтовщиков, воюющих на стороне интервентов. И кстати, белая гвардия не имела права называться гвардией, как, впрочем, и любое другое вооруженное отребье.


Глава 6

Алекс. Попаданец

Если кто думает, что обладание зажигалкой избавило меня от уроков магии, то он сильно заблуждается. Зря Аля рисовала, что ли? Да и мне самому было интересно попробовать. Другой вопрос, не очень верилось как в то, что я могучий волшебник, так и в магию вообще. Но и отрицать очевидное, то есть перенос в другой мир, тоже глупо.

– И как пользоваться твоей инструкцией? – спросил я, беря в руки тетрадь.

– Ты вверх ногами держишь, – ответила девушка.

Перевернул. Яснее не стало.

– Всё очень просто, – начала объяснять анури. – Сначала представь себе этот рисунок.

– Где представить? – задал уточняющий вопрос.

– Да хотя бы на кончике пальца… Хотя, стой, первый раз лучше не надо на пальце. Тогда сразу на объекте, который хочешь зажечь.

– Хорошо, – согласился я. – Только костёр уже горит.

Аля, ничуть не смутившись, собрала ещё одну заготовку для костра, только чуть поменьше.

– Представил твой рисунок, что дальше? – спросил у неё.

– Так быстро? – удивилась девушка.

– А что тут такого?

Действительно не понимал, что тут такого? Может, раньше это было и не так просто, но живущему в век телевидения, Интернета и цифровых фотоаппаратов представить себе картинку по предложенному образцу – секундное дело.

– Хорошо, – кивнула девушка, – тогда представь ещё раз и наполни силой.

– Зачем ещё раз? – не понял я.

– Ты хочешь сказать, что всё время держишь незнакомое плетение в голове? С первого раза?!

– Ну да, – кивнул в ответ. – Что в этом такого? Ты же сама сказала, это одно из простейших плетений.

Аля сделала большие глаза. Однако не поверить мне она не могла.

– Тогда наполняй силой, только немного, ты не врага спалить собираешься, а лишь костёр разжечь.

– Ага, знать бы ещё как.

Анури опять удивилась. Оказалось, сплести магические линии в воображении, да ещё и удерживать, будучи занятым болтовнёй и вопросами, куда сложнее, чем наполнить силой. Многократно сложнее. После нескольких безуспешных попыток и повторных объяснений у меня получилось.

–..!

Поднимаясь на ноги, я громко ругался, заодно ощупывая себя. Вроде бы ничего не сгорело, разве что волосы и ресницы опалило, но это без зеркала не проверишь. Шарахнуло знатно. Разложенные в виде костерка веточки вдруг вспыхнули, превратившись в огненный вихрь. Я на ногах не устоял. Да и другой костёр сдуло. Анури принялась тушить разбросанные по поляне дрова и горящие ветки, собирая их обратно. Пошёл ей помогать. Вскоре мы сложили костёр по новой.

– На каком языке ты сейчас ругался? – спросила Аля.

– На том же, на котором мы говорим, – удивлённо ответил ей.

– Странно, я почти ничего не поняла, а такого быть не может.

– Кроме предлогов «в» и «на»? – улыбнулся я, вспомнив старую шутку.

Если меня расстроила неудача, да ещё с такими эффектами, то Аля думала иначе. О том, что силы в плетение нужно вливать только чуть, она упомянула лишь для формальности. Обычно в свой первый раз маг пытается влить всё, что у него есть, да и то не всегда получается. Показанный мною результат давал перспективы, и немалые. Если сумел влить так много сейчас, то сколько же смогу после обучения?

Правда, и тут имелись свои минусы. Мой случай хоть и был редкостью, но не являлся чем-то уникальным. Встречались маги с большим резервом и пропускной способностью сразу после инициации. Только минусов в этом всегда больше, чем плюсов. Если честно, всего один, пусть и огромный, плюс и целая куча разнокалиберных минусов.

Потенциально такой индивид – первый кандидат в архимаги. Реально ни один из них им не стал. Обычно сила и контроль растут пропорционально друг другу, а тут вдруг раз – и в дамках. Русская пословица, говорящая о том, что «сила есть – ума не надо», идеально подходит к данному случаю. Такой маг вынужден дольше других учиться контролю и в результате отстаёт от них во всём, кроме силы.

Однако любая магическая академия охотно принимает подобных самородков. Ага, на ускоренные курсы по очень узкой специализации. Армейский маг огневой поддержки. Не боевой, а именно армейский, потому что сам по себе без прикрытия других магов он очень уязвим. Зато, когда надо сровнять с землёй вражеские укрепления и пробить магические щиты, долбя по ним со всей дури самыми мощными и грубыми заклинаниями, – самое то. Тут он и настоящему архимагу фору даст.

– И чему ты радуешься? – не понял я. – Лично меня такая карьера не устраивает.

Я действительно не имел никакого желания служить местным аналогом системы залпового огня. И пусть артиллеристы считаются богами войны, но города берут и точку в любой войне ставят не они, не авиация, не танки и не рыцарская конница. Это делает прорвавшаяся к местному рейхстагу (как бы он ни назывался) и поднявшая флаг пехота. Поэтому спасибо, не надо.

– Ты анури, а значит, можешь достигнуть куда больше, чем другие! – гордо ответила Аля.

Не то чтобы прямая ложь, но и не совсем правда. Это я уловил. Заметив, девушка продолжила:

– А ещё ты сумел практически с первого взгляда представить плетение огня. Мне самой потребовался целый день, пока смогла сплести, линия за линией, целиком, не потеряв концентрацию и не разрушив в процессе. А держать в голове и при этом задавать вопросы – понадобился бы вообще год, если не больше. То есть с контролем у тебя всё в порядке, и мне достался не простой анури, а потенциально очень сильный маг. Даже по нашим меркам!

Увидев скепсис на моём лице, Аля предложила убедиться самому и попробовать ещё раз. Сложили на выжженном прошлым экспериментом участке костерок поменьше, только из сухой травы и нескольких тоненьких веточек. Я взял тетрадь, открыл и покачал головой:

– Нужный лист наполовину сгорел.

– Ну и что? – не поняла анури. – Ты же один раз воспользовался плетением, теперь оно навсегда твоё. Весь вопрос только во времени, которое потребуется на воспроизведение.

Я честно попытался. Ничего не вышло. Вроде бы рисунок простой, но во всех подробностях вспомнить не получалось.

– Извини, Аля, но не выходит.

– Как?! – удивилась она. – Но ведь ты же…

– Да, я легко могу держать в голове картинку любой сложности, но только пока смотрю на образец. Без образца, наверное, тоже смогу, только придётся долго учить.

Для девушки это было чем-то невероятным. Её всю жизнь учили по другим правилам. Однако не стала спорить, так как в правдивость моих слов верила ещё больше, чем учителям, и нарисовала ещё одно плетение. На этот раз наполнить силой удалось с первого раза. Постарался пустить её как можно меньше. Не так-то просто, если ты весьма смутно представляешь, что такое эта самая сила. Именно представляешь, потому что увидеть её не получалось.

Опять перестарался, но хотя бы взрыва не было. Трава и веточки вспыхнули и мгновенно превратились в кучку пепла. После ещё десятка экспериментов мне наконец удалось именно поджечь желаемый объект, а не спалить целиком. Прогресс налицо.

– Ещё одно доказательство, что ты сильно отличаешься от тех одарённых, которые сразу после инициации имеют большой резерв силы, – заявила Аля. – Любой из них сумеет добиться такого результата только через месяцы упорных тренировок. А ты смог быстрее, чем я в своё время. – Потом на секунду замолчала и добавила: – Ладно, пора спать.

Действительно, уже стемнело. Будь мы на Земле, где-нибудь в подмосковном лесу или вроде того, я бы ничуть не удивился такому предложению. Там опасных человеку хищников нет, а если и есть, то сами обходят двуногих десятой дорогой. А из разбойников встречаются в основном грибники. Здесь же насчёт разбойников не знаю, а зверьё точно водится.

– Хищники есть, но не здесь, – легко прочитав мои мысли, заверила Аля.

– Почему?

– Разлом. Его звери вообще не любят и без крайней нужды приближаться не станут. Разве ты не заметил, тут даже птиц не видно?

Кивнул, соглашаясь. Вообще-то не заметил, но после её слов сразу обратил внимание. Спутница тем временем продолжала:

– Что касается разбойников, то они по ночам промышлять могут, но в любом случае я услышу, как бы крепко ни спала. Уши у анури пусть и короче эльфийских, но слух не хуже.

Спали мы под одним одеялом, но именно спали, ничего больше, да ещё и в одежде. Хотя Аля дала понять, что не против любого развития событий. Я, кстати, тоже. Однако зачем спешить? Всё равно в ближайшее время точно никуда друг от друга не денемся. Да и помыться бы не помешало, только пока негде. Зачем портить первое впечатление? Я после экспериментов с огнём далеко не эталон чистоты, а её разбойники ещё и по земле повалять успели.


Глава 7

Алекс. Попаданец

Утром встал раньше Али и первым делом развёл костёр.

– Я же говорила, что у тебя всё получится, – раздался голос из-за спины.

– Что получится? – не понял я.

– Развести огонь. Без этого, – ответила она, демонстрируя свою тетрадь.

И действительно, всё проделал совершенно машинально, даже не подумав, что необходим образец плетения. Для закрепления эффекта попробовал ещё раз и вызвал огонёк на кончике пальца. Опять получилось. Пожал плечами и полез в карман за зажигалкой.

– Раз я теперь могу обходиться без неё, держи. Дарю.

Аля поднялась с бревна, на котором сидела, подошла и с какой-то торжественностью, если не сказать благоговением, приняла подарок у меня из рук.

– Благодарю! – поклонилась она. – Обещаю хранить вечно.

И что это сейчас было? Надеюсь, тут не принято при бракосочетании зажигалками обмениваться? Вдруг заметил, что чуть не произнёс это вслух. Представляю, как буду выглядеть, если задам такой вопрос.

Стоп! Какие на фиг зажигалки?! Я ведь ей только что герб подарил, который вчера назвал своим, и анурийская способность стопроцентно отличать правду ото лжи возражать не стала. Спрашивать, что у них может означать подарок предмета с гербом, тоже не буду. А если потом окажется, что и на самом деле что-то означает и мне это не понравится, всегда смогу сказать, что у нас другие обычаи. Какие главней? Конечно же, мои! Ведь вчера призналась, что у анури мужчина всегда главный.

Ага. Главный я, может быть, и главный, но в дальнейших планах Аля со мной категорически не согласилась. А я всего лишь предложил вернуться к контейнерам и поискать чего-нибудь интересного. Вполне естественное желание с моей стороны. Ведь попал в чужой мир без гроша в кармане, только одежда, которая на мне, и всё.

Аля сразу заладила про магическую опасность. Мол, вчера, после ритуала, было можно, а теперь ни в коем случае. Если честно, я в магию не верил. Не вообще, конечно. После того как сам зажигал костёр пальцем, а перед этим небольшой взрыв устроил, не поверить трудно. Но в то, что в обычных транспортных контейнерах будет магическая защита, – извините. Однако анури упёрлась и не желала идти ни в какую. Меня пускать тоже.

– В том, что в тех больших железных ящиках нет и никогда не было никакой магии, я с тобой согласна, – неожиданно заявила она.

– Тогда в чём вопрос? – не понял я.

– В самом месте. Межмировые разломы опасны сами по себе. Туда даже сильным магам лучше не соваться без крайней необходимости, не говоря о нас. Я лишилась сил, ты пока ничего не умеешь.

В конце концов она меня уговорила. Правда, подействовали не столько аргументы Али, сколько некоторые мои запоздалые мысли. Допустим, мы действительно найдём что-то полезное. И как это транспортировать? Не на себе же тащить? У нас и так добра больше чем достаточно. Имеются доставшиеся в наследство от бандитов кони, но я их как транспорт пока не воспринимаю.

– Ладно, – закончил я спор. – Отложим на потом. Когда ты восстановишь магию, а я научусь чему-нибудь большему, чем разжигание костров, обязательно вернёмся и всё тут тщательно проверим.

– Хорошо, – очень неохотно согласилась Аля.

Видимо, всё-таки вспомнила, что у анури мужчина всегда прав.

Она была против возвращения в аномалию, но уходить отсюда не торопилась. Как я понял, будь возможность тут охотиться или как-то иначе добывать пропитание, вообще предпочла бы остаться на максимально долгое время. Как минимум пока научит меня хотя бы основным магическим приёмам. Заметил, что на трофейных лошадок посматривает. Раз даже намекнула, что столько нам не нужно. Пришлось предупредить, что я не любитель конины.

Но на пару-тройку дней мы всё же решили остаться. Аля сразу попыталась научить меня ещё нескольким магическим плетениям из простейших. В первую очередь уже упомянутому ранее осветительному шарику. Он был попроще огня и получился с первого раза.

– Зажмурься, – предупредила Аля перед тем, как я попытался воспроизвести её рисунок.

– Зачем? – спросил я, хотя и сам примерно догадался.

– На всякий случай, вдруг опять слишком много силы вольёшь. У большинства ничего страшного в таком случае не происходит, просто шарик светит дольше обычного. Но у тебя может вспыхнуть.

Выполнил все её инструкции. Всё получилось, и ничего не вспыхнуло. В воздухе висел тускло светящийся шарик размером с теннисный мячик. Понятно, что это днём, а в темноте, пожалуй, на стоваттную лампочку потянет.

Кстати, я так и не понял: почему их запретили? Более глупый предлог, чем экономия электричества, запасы которого совсем малы и оно в любой момент может закончиться, придумать трудно. Это в советское время, когда всю электроэнергию производило государство и продавало населению по чисто символической цене, такая экономия была уместна. Сейчас электричество такой же бизнес, как всё остальное. Чем больше израсходуют потребители, тем выше прибыль.

Так что тут всё понятно, производители так называемых энергосберегающих ламп делают бизнес и заставляют потребителей переходить на их продукцию репрессивными законодательными методами. Я другого понять не могу: почему они не желают производить эти самые энергосберегающие лампы, равными по светимости стоваттной или выше? Нет, вроде бы делают и такие, но крайне мало, и на прилавках магазинов они появляются нечасто. Складывается впечатление, что кто-то задался целью загнать население страны в шестидесятиваттные потёмки.

Поэкспериментировав с плетением, добился стабильного срабатывания. Над поляной к тому времени уже висело больше двух десятков «лампочек». Тогда мне стало интересно и попробовал наоборот. Нет, вовсе не задался целью изготовить выключенный светящийся шарик. Но раз Аля сначала рекомендовала закрыть глаза, значит, можно сделать так, чтобы он потратил всю энергию одной мгновенной вспышкой.

Перекачал. Ничего не вышло, ещё один шарик, не отличающийся от других. Тогда попробовал по-другому. Скопировал плетение, перекачал его энергией и, перед тем как запустить, повредил одну из нитей. Зажмуриться я при этом, конечно, забыл. Получилась вовсе не фотовспышка. Вы видели когда-нибудь электросварку, причём вблизи? Ну так вот, по ощущениям нечто похожее, только гораздо сильнее. И это в яркий солнечный день, когда глаза привычны к свету!

– Предупреждать надо! – раздался недовольный голос Али.

Вообще это я сам зажмуриться забыл, но о ней решил позаботиться заранее и специально отошёл в сторону. Не помогло. Оказалось, вспыхнул не только последний шар, а все без исключения. Цепная реакция, так сказать.

Это сразу навело меня на одну интересную мысль. Развесить по всей комнате шарики, на которые никто не обращает особого внимания. А если и обратит, не придаст значения, освещение – оно и есть освещение. Зато в случае чего можно рвануть ещё один, чем оглушить или, как в данном случае, ослепить противника. Поделился идеей с анури, желая услышать мнение специалиста.

– Да, – согласилась она. – Пожалуй, это даже опытного мага выведет из себя и заставит на мгновение потерять концентрацию. Только больше так не делай.

Потом она мне показала, как можно усовершенствовать светящиеся шарики. В плетении есть несколько специальных блоков, куда можно крепить дополнительные линии. Всего лишь пара закорючек, а цвет уже другой. Аля нарисовала все, какие знала, на том же листе, где и само плетение. Оказалось меньше десятка.

– Почему так мало? – спросил я.

– Потому что можно вешать комбинациями, по два и по три, тогда получаются другие оттенки.

С одной стороны, логично, а с другой, насколько я помню школьную физику, в этом случае хватило бы трёх. Однако не стал лезть в такие дебри, всё же это магия, а просто перепробовал всё, что было, плюс разные варианты. Следившая за моими манипуляциями девушка пояснила, что на каждое дополнительное плетение можно давать больше или меньше силы, чем на другие, и тогда оттенков будет вообще безгранично много, вплоть до бесконечности. Но мне пока это было совершенно недоступно. Как мерить то, чего вообще не видишь?

– А сюда их тоже подключить можно?

Этот вопрос задал, когда обратил внимание, что у огненного плетения есть точно такие же порты подключения.

– Не знаю, – ответила анури. – Никогда об этом не думала. Скорее всего, нет.

– Надо попробовать, – предложил я.

– Нет! – воскликнула Аля.

Но было поздно. Из указательного пальца правой руки у меня появился язычок зелёного пламени. Потом синий из среднего, розовый из безымянного…

Вскоре над каждым из десяти пальцев было по своему цветному огоньку. Рядом стояла девушка и смотрела во все глаза. Немного отойдя от удивления, заговорила:

– Никогда больше так не делай. Слышишь? Никогда!

Посмотрела на меня и поняла, что ультиматумы не помогут.

– Или хотя бы до тех пор, пока не освоишь в необходимой мере исцеляющие заклинания. Ну пожалуйста! Ты сам не понимаешь, что сейчас сделал! То, что на этот раз получилось, ровным счётом ничего не значит, абсолютное большинство таких экспериментов плохо кончается. В случае неудачи хорошо если бы остался без пальцев.

– Без одного пальца, – напомнил ей. – Я же не сразу все зажёг. Но ты абсолютно права, начинать нужно было не с указательного правой, а мизинца левой. Учту.

По взгляду Али было ясно, что ей не до шуток.

– А если бы не удался не первый, а девятый или десятый? – предположила она. – Было бы, как с той вспышкой.

– Ладно, уговорила, – пообещал я, сжимая кулаки и гася огоньки. – Постараюсь не экспериментировать.

Анури тяжело вздохнула, поняла, что большего от меня не добьётся и теперь придётся самой следить. А чего она хотела? Спички детям не игрушка. Раз выдала мне их целый ящик, да ещё и канистру с бензином в придачу, то теперь отвечай за последствия.

Кстати, о бензине и спичках. Ещё раз посмотрел на оба рисунка и вдруг заметил, что огонь и светящийся шарик как бы являются половинками целого. Представил, что соединяю их вон той стороной, и понял, что сойдутся идеально. Экспериментировать не стал, для начала спросил. Оказалось, угадал. Действительно могут быть объединены и составят плетение боевого заклинания «огненный шар».

– Можно попробовать? – спросил у Али.

– Можешь, – неожиданно согласилась та. – Всё равно ничего не выйдет.

– Почему?

– Ни у кого с первого раза не выходит, – пояснила она.

Ожидал, что необходимо соблюсти какие-то особые условия или добавить в общее плетение ещё чего-то, а тут просто, ни у кого не выходит. Я уже понял, что местные маги каждый раз плетут рисунок заклинания по новой. Могут научиться делать это очень быстро, почти мгновенно, но всё равно последовательно.

Я же вырос в век цифровых технологий и привык действовать иначе. Зачем что-то плести, если можно скопировать целиком и сразу? Поэтому не видел ничего особенного в том, чтобы соединить эти два несложных узора. Из хулиганских побуждений захотелось придать шару какой-нибудь экзотический цвет, но воздержался. Просто наполнил силой. В воздухе прямо передо мной возник самый настоящий огненный шар. С первого взгляда чувствовалось, что это никакой не светильник, а грозное оружие. Аля в очередной раз удивилась, но через некоторое время спросила:

– И как ты его бросать собираешься?

– Что-то опять не так? – не понял я.

– Шар нужно создавать над ладонью, чтобы потом жестом задать направление и скорость, – стала объяснять она. – А теперь висит и висит, как светильник.

– Кое-кто, не будем показывать пальцем, но вся такая анури, от кончиков ушей до кончика хвоста, забыла мне это объяснить.

– Извини, не думала, что у тебя получится, – потупилась девушка, даже не отреагировав на продолжение шутки про хвост.

– И как теперь от него избавиться? – задал я резонный вопрос.

– Никак, повисит на месте, как светляк, и сам потухнет, когда энергия кончится. Правда, ты её вливаешь очень много, но и огненный шар расходует прилично, долго ждать не придётся.

И действительно, не прошло и десяти минут, как шар потускнел и схлопнулся.

– Можно было забрать силу обратно, но это сложно и тебе пока рано, – сказала Аля. – Действительно, рано, там не столько врождённые способности нужны, сколько опыт.

Ага, рассказала об этом только после того, как шар сам исчез. На всякий случай и во избежание. Чтобы, значит, я не вздумал попробовать. Начала осторожничать.

– Кстати, о возможности вернуть потраченную силу…

– И? – не поняла она.

– Вспомнила, как проверить свой резерв? – спросил я. – Подозреваю, он у меня далеко не бездонный, а я тут разбрасываюсь направо и налево. Как бы сила не кончилась раньше времени.

– Не кончится, – улыбнувшись, ответила Аля. – Сила восстанавливается из окружающей среды, причём чем больше способен потратить, тем быстрее сможешь восстановиться. И это ещё одна особенность магов, у которых огромный резерв появляется сразу при инициации. Когда не заняты на военной службе, подрабатывают зарядкой накопителей. Правда, им далеко не любой доверить можно, что попроще сожгут и не заметят. А как проверить твой, даже не знаю. Позже, когда научишься чему-нибудь энергоёмкому, посмотрим, сколько раз подряд сумеешь запустить такое плетение. Хотя…

Анури на минуту задумалась, после чего продолжила:

– Есть одно эльфийское плетение. Очень сложное. Наверное, самое сложное из всех существующих.

– И что? – не понял я её логику.

Действительно, то относительно простые мне ещё рано, то вдруг самое сложное предлагает.

– Эльфы с его помощью и проверяют свой резерв. Вообще-то заклинание создавалось вовсе не для этого, но по назначению его в одиночку в принципе невозможно использовать. Зато в случае неудачи, то есть всегда, без всякого риска можно увидеть, сколько силы ты в него вложил.

– И как всё происходит?

– Эльф уединяется на подходящей поляне и почти весь день плетёт нужный узор, потом вливает силу и накладывает на заранее приготовленный жёлудь. По высоте мгновенно выросшего дубка определяется резерв. Вообще можно брать семя любого растения, но там никто не просчитывал соотношения, поэтому результат получишь, а что он означает, не поймёшь.

– Ты сама пробовала?

– Да.

– И сколько?

Девушка продемонстрировала на пальцах.

– Всего?! – удивился я.

– Это эльфийское заклинание, – пояснила анури. – Поэтому для представителей других рас результат нужно умножать приблизительно на десять. Кстати, когда я использую относительно простое эльфийское плетение, специально предназначенное для быстрого роста деревьев, то за день дубок вырастает выше меня. Это лучше, чем получается у половины длинноухих, между прочим.

Аля ещё раз поинтересовалась, действительно ли я смогу повторить плетение любой степени сложности. Не задумываясь, подтвердил. Не видел в этом ничего сложного или особенного. Пока буду смотреть на рисунок, смогу держать перед глазами его копию.

– Тогда сегодня же и проверим! – заявила девушка. – Мне самой интересно.

Естественно, я не стал возражать. Правда, выяснилось, что плетение действительно невероятно сложное и рисовать его придётся почти весь день.

Представить выданное мне плетение я представил. Каким бы сложным оно ни было, ничего особенного, я ведь в мельчайших подробностях лично рисовать не собирался. А так человеческое лицо тоже куда сложнее смайлика, но пока смотришь на фото, прекрасно его себе представляешь. Другой вопрос, что, отвернувшись, смайлик всё равно в голове удержишь, а лицо сразу начнёт терять мелкие подробности.

Почему мне пришла в голову именно эта аналогия. Наверное, потому, что разница между предложенным эльфийским плетением, с трудом уместившимся на развороте двойного листа, и огненным была даже больше, чем между настоящим человеческим лицом и его копией из двоеточия и скобки. Я даже начал опасаться, что не сумею удержать в голове всё целиком. Тогда мне туда же, то есть в голову, пришла интересная мысль. А зачем, собственно, держать? Вот же оно на бумаге. Кто мешает наполнить силой сам рисунок? Так и сделал.

Сначала ничего не произошло. Жёлудь как лежал себе в ямке, так и лежал. Потом слегка вздрогнул, раскололся, и на свет появился росток, устремившийся вверх. Сначала совсем медленно, затем быстрее и быстрее. Если для эльфа два метра – это очень много, а для представителей других рас и полметра – недостижимая черта, то сколько же силы во мне?

На поляне стоял вполне взрослый дуб и всё продолжал расти. Мне пришлось пятиться назад, так как ствол раздался и в толщину. Когда всё закончилось, осмотрелся по сторонам и не поверил. Дуб – ладно, вырос и вырос. Но остальные деревья рощи словно отступили, освобождая место гиганту. Да что там словно, именно отступили, поляна увеличилась в несколько раз.

– Ну как? – вопросительно кивнул Але.

Та вышла из ошарашенного состояния и заявила:

– Надо срочно отсюда уходить.


Глава 8

Алекс. Попаданец

Вот те раз!

– Почему? – не понял я.

– Эльфам такие шутки не понравятся.

– Запрещено? – решил уточнить на всякий случай.

– Формально нет, но только потому, что никому и в голову не могло прийти запрещать невозможное. Но в любом случае эльфам не понравится, и будет лучше, если мы окажемся как можно дальше, когда они сюда придут.

– Объясни наконец нормально, в чём дело! – попросил я.

– В чём дело? – удивилась анури. – Ты хоть сам представляешь, что вырастил?! Это эльфийское Древо Жизни!

– Ну и что в этом такого? Большой дуб, согласен, да и только. На нём даже цепи нет, о коте и русалке я вообще не говорю.

– Ну и что?! – продолжила возмущаться Аля, даже не обратив внимания на всяких учёных котов и русалок. – В той роще, где я жила, тоже есть Древо. Очень старое. Ну так вот, оно раза в два меньше этого.

– Ладно, успокойся, – попросил я девушку. – Вырастил и вырастил, не рубить же теперь. Тем более кто-то говорил мне, что ничего плохого произойти не может, и просил влить в плетение как можно больше силы.

– Извини, – взяла себя в руки Аля. – Просто до сих пор не могу поверить. Это совершенно невозможно. Просто не представляешь, какой ты сильный маг.

– Не представляю, – подтвердил я. – И правильнее будет сказать – потенциально сильный. Кроме парочки простейших заклинаний, ничего не умею.

– Не страшно, научишься, – отмахнулась анури. – Дай тетрадь, я прямо сейчас тебе кое-что не очень сложное нарисую. Раз уж с Древом справился, то и остальное осилишь.

– С этим могут возникнуть проблемы, – ответил я, разглядывая тетрадь.

Она выгорела насквозь. Вместо страниц там был белый пепел. Сдув его, обнаружил то самое плетение, выжженное на внутренней стороне кожаной обложки.

– Разве что хочешь посадить ещё одно Древо Жизни, – закончил я, демонстрируя результат.

– Нет! – воскликнула Аля, отбирая у меня остатки тетради.

– Нет так нет, – пожал плечами я. – Только не жди от меня теперь ничего, кроме пиромантии.

– До ближайшего места, где можно купить бумагу, как-нибудь потерпим, – ответила она, пряча обложку тетради в сумку.

– Может, к контейнерам сходим? – предложил я. – Там полно картонных коробок, на которых рисовать ничуть не хуже.

– Не стоит, – ответила Аля не столь уверенно, как раньше, но уговаривать не стала.

Причин оставаться на месте у нас больше не было. Сборы заняли совсем немного времени. Все вещи, которые я планировал брать с собой, давно упакованы, осталось только навесить сумки на вьючных лошадей и самим лезть в седло.

Это было одной из причин, почему меня устраивали первоначальные планы анури оставаться тут как можно дольше. Единственный раз в жизни, когда я забрался на лошадь, был какой-то городской праздник. Хотел сфотографироваться верхом. Причём «забрался» самое подходящее слово. Скажу даже больше, с помощью стремянки! Впечатления остались не самые лучшие, да и фото вышло неудачное. Теперь мне предлагалось таким образом ехать. Хоть и стеснялся, но всё же объяснил Але суть проблемы. Та сначала не поверила.

– Все умеют ездить верхом! – воскликнула она. – Даже гномы.

– Ну, я не гном.

– Именно! Ты анури! Ты просто не можешь не уметь.

Видимо, действительно, тут это делать умеют все, раз у моей спутницы впервые возник конфликт между верой в то, что анури не могут врать друг другу, и невероятностью сказанного. В конце концов выбрали мне самую спокойную лошадь и отправились в путь медленным шагом.

Ну что я могу сказать. Ощущение примерно как от езды на велосипеде, только педали крутить не надо. Зато упасть, если зазеваешься, можно запросто. Поскольку выехали далеко за полдень, ни о каких перерывах до вечера не могло быть и речи.

По-хорошему, стоило вообще в тот день никуда не отправляться, а переночевать прямо там. Понравится или не понравится эльфам то, что я сотворил, не знаю, но за ночь они точно до моего творения не доберутся. Я специально интересовался, порталов в этом мире не существует, воздушные корабли, то есть дирижабли, есть только у гномов, а на лучших эльфийских скакунах до новорожденного Древа от ближайшей эльфийской рощи никак не меньше двух недель. Однако Аля почему-то не желала оставаться возле дуба ни одной лишней минуты. Вот и получилось, что вышли почти под вечер, чтобы сразу начать поиски подходящего места для ночлега.

– О какой цепи ты тогда говорил? – вспомнила вдруг анури. – Да ещё и кот с какой-то русалкой. При чём тут они? Вернее, как всё это может быть связано с эльфийским Древом Жизни?

А я думал, она внимания не обратила на мои слова. Оказывается, обратила и запомнила, просто тогда времени не было на расспросы. Стоило только появиться, сразу начала интересоваться.

– С эльфийским, скорее всего, никак, – честно ответил я.

– Тогда почему?..

– Просто у нас на Земле есть что-то вроде легенды, связанной с большим дубом, вот и пришлось к слову.

– Расскажи, – попросила девушка.

Ага, расскажи. Вот вы так с ходу вспомните то, что когда-то учили в школе? Причём далеко не слишком старательно учили. Хотя была у меня одна знакомая, которая могла запросто продекламировать «Руслана и Людмилу». Я решил попробовать (не всё, конечно, а только про дуб!):

У лукоморья дуб зелёный;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо – песнь заводит,
Налево – сказку говорит.
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит…

Дальше замолчал. Нет, помнить-то я помнил, только сильно подозревал, что на неведомых дорожках верблюды плясали в босоножках явно не у Пушкина и даже не у Высоцкого. А как было в оригинале, хоть убей из головы вылетело.

Я уже говорил, что почти сразу после того, как тронулись в путь, начали искать новое место для ночлега. Одна положительная сторона в этом была, я ещё не привык к седлу, а тут не пришлось долго трястись, хотя бы в первый раз. Рощицы в нужный момент не попалось, поэтому ночевать остановились в степи. Какой-то здоровенный камень с бьющим из-под него ключом и немного кустарника вокруг.

В том, что я вырастил Древо Жизни и попутно сжёг тетрадь, тоже имелись свои плюсы. Если с самого начала Аля довольно скептически относилась к найденному мною огнестрельному оружию, то теперь пересмотрела свои взгляды. Признала, что за неимением магии оно может оказаться приемлемой альтернативой.

– Только временно, – на всякий случай предупредила она меня.

– Конечно, временно, – согласился я. – Запас патронов-то не безграничный. Как кончатся, придётся либо выбрасывать оружие, либо возвращаться к тому контейнеру.

Но самым удивительным было вовсе не её согласие взять в руки незнакомое оружие. Я, человек, выросший в технической цивилизации и неоднократно разбиравший руками разные механизмы, а некоторые даже собиравший обратно, в том числе и автомат Калашникова, не решался это делать с инопланетными образцами. Аля спокойно всё проделала, как будто каждый день чем-то подобным занималась. Сразу вспомнил про её звание гномьего мастера. Как-то раньше о нём не задумывался, но теперь на практике убедился, что это не пустой звук.

– Всё правильно? – спросила девушка.

– Да, – кивнул я, сделав вид, что именно за тем и следил, чтобы ничего не напутала. – С этого момента назначаешься главным оружейником и механиком нашего отряда.

Анури кивнула совершенно серьёзно, как чему-то само собой разумеющемуся. После чего призналась:

– У гномов такое оружие есть.

– Что?! – вырвалось у меня.

– Ну, не совсем такое, даже совсем не такое, а во много раз примитивнее, но сам принцип понятен.

Сразу заинтересовался и расспросил подробнее. Оказалось что-то вроде аналога земных кремнёвых пистолетов и таких же ружей. Из многозарядного двух– или четырёхствольные пистолеты или многоствольные револьверы. До барабанных пока не додумались. А вообще интересная цивилизация в этом мире. Люди в своём развитии разбросаны от каменного века до Средневековья, эльфы, как положено эльфам, сидят на деревьях и стреляют из луков, а почти лишённые магии гномы активно развивают алхимию и механику. Огнестрел придумали, на дирижаблях опять же летают, паровым двигателем балуются.

Аля прервала мои размышления, задав вопрос:

– Можно зажигалку разобрать?

– Конечно, можно, она же теперь твоя, – ответил ей. – Тем более что вижу, легко справишься и точно не испортишь.

Она действительно легко справилась с «Зиппо» отечественного производства. Понять принцип действия там несложно. Труднее догадаться, что использовано в качестве горючего. Пришлось объяснять:

– У вас алкогольные напитки есть? – начал издалека я.

– Есть, – кивнула Аля, приподняв бровь в удивлении от такого вопроса.

– Вино, пиво, мёд, бражка?

– Да. Всё это есть. Эльфы ещё делают нектар, но это тоже вино, очень слабое.

– А что покрепче? – спросил я. – Перегонять спирт тут умеют?

– Конечно, умеют, – заявила анури таким тоном, словно я спросил, умеют ли они из глины горшки лепить. – Причём не только перегонять, но и получать тот же результат магическим путём.

– Вот и прекрасно! – обрадовался я.

Нет, вовсе не возможности в перспективе отведать магического самогона. Просто теперь мог точно объяснить то, что хотел.

– Ну так вот, если заправить зажигалку самым крепким спиртом, она будет работать, – выдал первый вариант.

– Но это точно не спирт, – возразила анури. – Запах не тот.

– Точно! Это бензин.

– Не знаю такого напитка, – покачала головой девушка.

– Зря, некоторые любители весьма ценят, правда, долго не живут.

– А если серьёзно? – поняла, что шучу, Аля.

– Если серьёзно, не знаю, как тебе объяснить, что такое нефть, подозреваю, ты тоже не знаешь.

– Почему же не знаю? – возразила она. – Гномам иногда встречается, они её даже используют.

Всё ясно. Никак не привыкну, что мы говорим на разных языках, при этом прекрасно понимая друг друга. И если в этом мире есть нефть, то, как бы она ни называлась, хоть земляное масло, хоть горючая грязь, хоть кровь дракона, перевод получится адекватный.

– Ну так вот, – продолжил рассказывать я, – если эту самую нефть залить в самогонный аппарат вместо браги, то на выходе как раз бензин и получится. Ну, может, не совсем бензин, но зажигалка на нём работать должна.

Задумавшись на несколько секунд, Аля улыбнулась, видимо, представила себе процесс.

– Нужно будет идею гномам продать, коротышкам обязательно понравится. Тут ведь не только огниво новой конструкции, но ещё и горючее к нему, секрета которого никто не знает. Обязательно купят.

Выходит, эта красавица не только процесс себе представила, но и бизнес-план составить успела. Ну что ж, лично я не против, тем более что вырученные деньги пойдут в нашу общую кассу.


Глава 9

Зириниэлил. Лорд эльфов

Если честно, я никогда не был особо чувствительным к силе Древа Жизни. Может, кому-то покажется, что для эльфийского лорда такое неприемлемо, но на самом деле, для того чтобы править долгоживущими, иные из которых на много столетий старше тебя, нужны совсем другие качества. Ну а для толкования сигналов Древа у нас имеются жрецы. Вот пускай этим и занимаются. И пусть только попробуют истолковать не так, как надо. Сразу своих тёплых мест лишатся.

Однако на этот раз моя слабая чувствительность не имела значения. Появление нового Древа Жизни почувствовал не хуже любого эльфа в моём лесу. Это каким же сильным оно должно быть? Кто на такое вообще способен? В нашем мире никто. Нет, если все сильнейшие эльфийские маги из всех лесов и рощ соберутся вместе, тогда, конечно, вырастят всё что угодно, хоть стебель, по которому можно добраться до Луны. Только лично я не представляю причины, которая могла бы собрать их вместе.

Зато прекрасно известны причины выращивания нового Древа. Их может быть всего две. Либо погибло старое, либо какая-то часть обитателей леса решила отправиться на поиски нового места жительства. Но ни того, ни другого в последнюю тысячу лет ни разу не происходило. И в любом случае является процессом небыстрым. Все эльфы узнали бы о таком событии задолго до его начала. Поэтому, даже если теоретически предположить, что кто-либо смог бы вырастить такое Древо, сами причины отсутствовали.

Однако это была не единственная новость. Совсем недавно ко мне явился Саркодорий, Верховный жрец нашего Древа Жизни. Без приглашения или предварительного предупреждения! Вообще неслыханно, старик очень болезненно реагирует на любые нарушения традиций, а тут сам прибежал, словно какой-нибудь короткоживущий. Но, учитывая обстоятельства, вполне понятно. Только Саркодорий не для того явился, чтобы сообщить то, что и так уже знают все эльфы, даже такие малочувствительные, как я.

Оказалось, жрецы не совсем бесполезны, они смогли не только почувствовать появление нового Древа Жизни, но и определить точное место. Когда верховный ткнул пальцем в карту, я понял, что ошибался. Кроме двух упомянутых мною, возможна и третья причина – прорыв в другой мир.

Древо вырастили в очень плохом месте – в незаселённых пустошах рядом с межмировым разломом. Но плохое оно для нас, всех местных, а для пришельцев, наоборот, весьма удобное для обустройства. Однако разлом… Селиться прямо рядом, не отойдя хотя бы на пару дневных переходов… У такого поведения может быть одна-единственная причина – это авангард чужаков, и они ждут появления остальных.

Плохо. Чужие эльфы – это всегда непредсказуемо, не обязательно в худшем смысле этого слова, но всё равно ничего хорошего. Тем более что они наверняка либо изгнанники, либо беглецы из ставшего непригодным мира. И с теми, и с другими нужно быть очень осторожными.

Разведку пришлось бы послать в любом случае, но теперь к этому делу необходимо подойти очень ответственно и, к сожалению, срочно. Ближе моего леса к тому месту есть только одна небольшая провинциальная роща. Её жители, несомненно, тоже пришлют разведку. В любой другой ситуации можно было бы подождать, предоставив им возможность наделать ошибок, и просто купить результат. Но только не сейчас. Ошибки провинциалов могут дорого обойтись всем эльфам. Ещё неизвестно, как настроены пришельцы и какими силами обладают.

Поскольку они оседлали разлом между мирами, значит, могут вызвать оттуда подкрепление или эвакуироваться. В любом случае если их намерения враждебны, то, получив повод, сумеют захватить ближайшую рощу и тогда узнают о нашем мире всё.

И как назло посылать в такую разведку практически некого. Мой лес славится лучшими рейнджерами, и среди рощ им действительно нет равных, но это не тот случай. Вообще-то одна подходящая кандидатура есть, но именно её мне посылать меньше всего хочется. Однако придётся. Только ей совсем не надо знать, что у меня нет другого выхода, пусть попробует сама добиться права куда-то отправиться. В том, что она попытается, я ни на миг не сомневался. О том, кто уже ждёт в приёмной, мне успели доложить. А о причине визита нетрудно догадаться.

Тилитриэль. Эльфийская принцесса

Обычно отец принимает меня сразу, как только попрошу. В принципе могу и так зайти, но никогда этого не делаю. Хотя бы минимальные традиции и правила необходимо соблюдать, к лорду леса без предварительного доклада не может войти никто, даже его единственная дочь. Нет, будучи совсем маленькой, могла беспрепятственно бегать по всему дворцу, но, как только выросла выше отцовского пояса, с этим было покончено.

Сразу к лорду меня не пустили. Ладно, это вполне понятно, Верховный жрец успел первым. Нетрудно догадаться, о чём он прибежал докладывать правителю. О том, о чём и так уже знали все эльфы в мире без исключения. Но потом… Старик ушёл, а меня ещё долго никто не звал. Когда наконец пригласили, я вошла без всяких приветствий. Зачем? Мы сегодня и так уже виделись дважды. К чему лишние формальности, и так в приёмной столько времени потеряла? Поэтому сразу начала говорить о том, зачем пришла:

– Отец, я хочу…

– Нет, Трель! – резко ответил он.

– Как так нет? – удивилась я такой реакции. – Ведь ты даже не знаешь, о чём я хочу просить.

Сама задумалась. Если отец назвал меня не полным именем, а боевым сокращением, значит, дело серьёзное. Уже интересно.

– Знаю, поэтому и говорю «нет!». В любой другой ситуации послал бы именно тебя. Ты сумела закончить целых две человеческих магических академии в разных королевствах, лучше тебя никто не разбирается в людях, да и в других народах тоже. Есть ещё несколько обстоятельств, позволяющих назвать тебя лучшим разведчиком леса. Но в данном случае этого совершенно недостаточно.

– Почему? – спросила я, демонстрируя одновременно терпение и упрямство.

– Есть обстоятельства, о которых ты не знаешь, – ответил отец.

– Так расскажи. Только не вздумай ссылаться на секретность, я и так одна из самых информированных эльфов в этом лесу.

– В том числе и поэтому тебе нельзя соваться к новому Древу.

– Я пока не услышала ни одного вразумительного ответа почему, – напомнила ему.

– Да как ты смеешь так разговаривать со своим лордом?! – не очень натурально возмутился отец.

– Пап, не начинай. Лучше просто объясни.

– Ладно, слушай.

Как только я поняла, в чём дело, ещё сильнее захотела попасть туда первой. Отец был категорически против, но его аргументы звучали неубедительно. Я давно не маленькая девочка и могу постоять за себя. Вхожу в сотню лучших бойцов леса, а в нетрадиционной для эльфов магии мне нет равных.

С лордом спорили долго, но я его убедила. Не в первый раз, между прочим. Помню, когда захотела изучать человеческую магию, причём не дома по книгам, а в людской магической академии, отец даже слушать меня не хотел, дней десять воевали, а тут полдня и готово.

Естественно, одну меня никто отпускать не собирался. Причём спорить было абсолютно бесполезно. Я и не спорила. Давно уже не маленькая девочка, мечтающая о приключениях. Предстоял серьёзный поход, и отряд лучших эльфийских рейнджеров точно не будет лишним. Со мной отправили два, правда, второй должен отделиться на полпути в провинциальную рощу, что находится ближе всего к новому Древу, для переговоров и на усиление.


Глава 10

Алекс. Попаданец

Утром быстро собрались, умылись, позавтракали, запаслись водой из ручья и без лишних задержек отправились в путь. Вы ездили когда-нибудь на поезде? Это вам не самолёт с маленькими иллюминаторами, через которые почти ни хрена не видно. Непонятно, зачем они вообще там. Без этих чисто декоративных кружочков стекла конструкция только выиграла бы. Цена с безопасностью – тоже.

Но я отвлёкся. Поезд, хоть и едет дольше, зато открываются прекрасные виды из окна. Леса, поля, линии электропередачи… Однако, несмотря на все красоты, подобное занятие быстро надоедает. Вот и появился термин – «железнодорожный попутчик». Совершенно незнакомые люди начинают откровенно беседовать и зачастую рассказывать друг другу о себе такое, чего бы не доверили и самым близким.

Вроде бы всё понятно, делать нечего, на разных станциях вошли в поезд, на разных сойдут и больше никогда не встретятся. Но всё равно странно. Ну так вот, конь совсем не похож на паровоз, а некоторые особенности путешествия вполне схожи. У нас с Алей было много времени для общения, и разговор строился легче, чем во время привалов. Да и заняться в пути больше нечем.

– Кстати, о магическом резерве, – вдруг вспомнил я. – Ты мне так и не сказала, какой он у меня. Зря, что ли, дуб растил?

– Ты что, издеваешься? – с подозрением посмотрела на меня девушка.

– Нет, – честно ответил ей. – И мне действительно интересно. А то вдруг магия закончится в самый неподходящий момент.

– У тебя не закончится, – заявила она.

– Откуда такая уверенность?

– Ты просто до сих пор не понял, что именно сделал, – начала объяснять девушка. – То плетение предназначено для выращивания Древа Жизни. Оно очень сложное, но эта сложность вовсе не в самом рисунке, выучить и я смогла, хотя ни разу не эльфийка. Любой опытный маг сможет, но это ровным счётом ничего не даст.

– Почему? – не понял я.

– Особенность групповых заклинаний в том, что рисунок силовых линий плетёт не кто-то один, а остальные добавляют энергию, нет, все должны плести вместе. Каждый свою часть. Ты даже не представляешь, как это сложно. И вот несколько десятков сильнейших эльфийских магов совершают обряд, после которого падают обессиленные, кто на несколько часов, а кто и на несколько дней. В результате получается не такой уж большой дубок, который потом, в течение нескольких лет, все эльфы рощи подпитывают силой, чтобы он достиг хотя бы минимальной зрелости. А ты с ходу вырастил гиганта и даже не пошатнулся. Поэтому можешь не беспокоиться, не закончится твой резерв.

– Просто замечательно, – кивнул я, выслушав этот монолог.

– Тренировать резерв для его увеличения тебе точно не надо, да и нет таких упражнений, которые подойдут в данном случае, – согласилась анури.

Довольно кивнул. Тренироваться, если честно, я никогда не любил. Но моя радость длилась недолго.

– Стой! Я поняла, что не даёт мне покоя! Тебе нужно тренироваться, но совсем в другом.

– В чём именно? – с подозрением спросил я.

– У тебя нет магического зрения, – пояснила Аля.

– И что?

– Явление довольно редкое, но не уникальное. Главная сложность для такого мага – инициация. Он сам её просто не заметит и может никогда так и не узнать, что является чародеем. Но если узнал, то учится пользоваться собственной силой вслепую. Труднее, чем остальным, конечно, но обычно больших проблем не возникает. Только не в твоём случае. Учись дозировать силу. Это очень важно! Ладно, с Древом конфуз вышел, там заклинание абсолютно безопасное, ведь иначе, если что пойдёт не так, может погибнуть целая ветвь народа. С другими всё непросто, перестараешься, от переизбытка энергии заклинание сработает не так, и пострадают окружающие или ты сам.

– И как мне дозировать то, чего не вижу и не чувствую? – спросил я.

Аля объяснила как. Маги, не имеющие магического зрения, хоть и редкость, но встречаются. На самом деле, может, и не такая уж редкость, но они даже не подозревают, что потенциально способны стать магами, ведь именно с открытия этого зрения обычно всё и начинается. Главное, они существуют, и есть специальные методики обучения, пусть не совсем подходящие мне лично.

Так что могу гордиться, я уникален вдвойне. Имею чуть ли не бездонный магический резерв и пропускную способность, при этом не могу увидеть силу. Ни свою, ни чужую. Однако Аля быстро придумала способ тренировки, позволяющий действовать вслепую и при этом ничего не взорвать, а если и рванёт, то без особенных последствий.

Обыкновенные осветительные шарики. Я должен был научиться делать их горящими нужное время. Но это позже, а для начала хотя бы короткоживущие. Долго, нудно, неинтересно, но вполне надёжно. Вот и получил на свою голову занятие. Заставить бы саму Алю потренироваться в стрельбе из автомата или пистолета, но, во-первых, я сам далеко не снайпер и, в-главных, запас патронов ограничен.

Нет, я понимаю, что дело нужное и даже необходимое, поэтому не отлынивал. Но сначала возник весьма актуальный вопрос: как в этом мире вообще время меряют? Разумеется, можно и по моим наручным часам, но их в любом случае весьма желательно синхронизировать с местной системой.

Кстати, как только Аля узнала, что браслет на руке вовсе не украшение, а сложный механизм, имеющий прикладную функцию, сразу заинтересовалась и тут же захотела разобрать. Разрешил только заднюю крышку открутить, чтобы убедилась в сложности механизма. Раскрутила и признала, что слишком мелко и сложно. Без подготовки и специального инструмента лучше туда не лезть.

Ну так вот, о времени: в местном году четыреста один день. Ровно по сто на каждое время года и один несчитающийся. Вот на весну, лето, осень и зиму разделяли год, на месяцы не делили. Луна тут была, но если земная хоть и грубо своими фазами в год попадала, то эта никак. Вместо недель использовали декады, что опять же вполне логично. Сто на десять делится намного лучше, чем на семь. Кстати, а почему на Земле принята семёрка? Ведь на неё вообще крайне неудобно делить что-либо.

Дальше, в отличие от Земли, тоже было всё логично и шла единая десятичная система. Там где не совсем подходила, подгонялась, а не выдумывалось что-то новое. День – десять часов, ночь тоже. В часе сто минут, в минуте сто секунд. Разумеется, часы, минуты и секунды не совпадали по длительности с земными, но сами по себе были логичны и удобны. Кстати, часов, в смысле механизмов, способных отмерять эти минуты и секунды, не было, но само понятие существовало, так как широко использовалось в магии.

В общем, когда услышал описание системы от анури, всё понял, признав совершенно разумным, нужно только привыкнуть. А вот она нашу систему не смогла понять с первого раза. Когда осознала, не смогла понять другого: какой сумасшедший извращенец это придумал и почему его сразу не прикончили?!

Действительно, если посмотреть со стороны, то именно такие мысли и должны возникнуть. Триста шестьдесят пять дней в году. Это ладно, планета крутится именно с такой скоростью, и тут ничего не поделаешь. Но дальше… Ведь все остальные меры ни от каких незыблемых природных законов не зависят, дели, как тебе больше нравится. Вот и поделили, наверное, самым неудобным способом из всех возможных.

Двенадцать месяцев в году. Неодинаковых месяцев! В каждом примерно по тридцать дней, а в феврале всего двадцать восемь только потому, что кому-то из древнеримских императоров захотелось, чтобы в месяце его имени был непременно тридцать один день. Очень «логичная» система! Дальше месяцы делятся на семидневные недели, которые, понятно, ровно их разделить не могут в принципе. Потом время. Двадцать четыре часа в сутки, которые делятся не как-то иначе, а по шестьдесят минут. Даже странно, что в самих минутах тоже по шестьдесят секунд, а не, скажем, по семьдесят три с половиной.

И что я мог ответить представительнице иной, в данном случае, несомненно, более развитой цивилизации? Пожать плечами, развести руками и сказать, что, мол, так исторически сложилось.

– Представляю, какая же у вас история, – усмехнулась Аля.

– Непредсказуемая, – честно ответил я.

Девушка вздохнула с каким-то облегчением. Вслух не сказала, но я догадался, о чём она только что подумала. Хорошо, что не она попала в мой мир, а я в её. Если быть до конца честным, то мне стоит радоваться по тому же поводу. Нет, вовсе не из-за способов измерения времени. Произвёл всего несколько экспериментов с магией, и уже вынуждены убегать, потому что эльфам, скорее всего, не понравится случайный побочный эффект.

А теперь представьте – я начал развешивать светляков и кидаться огненными шарами у себя дома. Ага, а в городском парке вырастил бы дубок, какие в средней полосе России даже на Лукоморье не росли. Не знаю, как наши доморощенные эльфы, а спецслужбы точно заинтересовались бы. Тут же Аля абсолютно уверена, что, если успеем уйти достаточно далеко, беспокоиться точно не о чем. В крайнем случае у гномов спрячемся.

Дома я бы такой уверенности точно не испытывал. Да и бежать там было бы некуда. Не к американцам же под лозунгом: «Магия должна быть достоянием всего человечества!» То есть только американской и никакой другой. А если иначе, то это уже угроза их национальной безопасности. А то, что они сами – угроза национальной безопасности всего остального человечества, почему-то в расчёт не берётся. Ну да ладно, янки остались там и сюда теперь точно не доберутся. А ведь я до них – может быть, когда-нибудь. Только для этого нужно учиться, чем я и занимался.

К концу дня мой самый короткоживущий светящийся шарик потух через одиннадцать с половиной минут. Правда, это был рекорд, который не удалось повторить. Зато пятнадцатиминутный получался вполне уверенно. Почти уверенно. Два из трёх точно получались, а последний мог гореть и восемнадцать, и двадцать минут.

– Неплохо, – подвела итог Аля.

– Да? – заподозрил подвох я.

Врать она не врала, но что-то такое всё равно ощутил.

– Какой самый короткий шарик получается обычно?

– Обычно в десять раз короче, – ответила она. – Если у новичка. У среднего мага с десяток ударов сердца. Я могла сделать и на три. Но в твоём случае даже то, что получилось, совсем неплохо. Тем более что в первый день.

Теперь она точно не врала.

На этот раз удалось остановиться на ночлег в более удобном месте. Тоже холмик с родником у подножия, но вокруг этого вырос не кустарник, а небольшая рощица. Аля остановилась заранее, спрыгнула с седла, взяла свой арбалет, оставила меня охранять лошадей и отправилась вперёд.

– Какая-то опасность? – спросил я, доставая автомат.

– Нет, на охоту, – коротко ответила спутница.

– Понятно.

Раз на охоту, то мне там действительно делать нечего. Хоть огнестрелом, хоть магией скорее распугаю всю живность, чем что-то добуду. Особенно магией, в этом случае если во что и попаду, трофей будет сразу зажаренным. Ага, до степени обугливания.

Не прошло и десяти минут, как подруга вернулась. Без добычи. Но почему такая довольная? Значит, охота всё-таки удалась, а сюда вернулась, чтобы помочь завести табун, я в этом деле пока далеко не мастер. И правда, на полянке перед ручьём лежала подстреленная птица. Крупная, чем-то отдалённо похожая на глухаря, но точно не он. На индейку тоже похожа, но тут уже на все сто уверенным быть не могу.

Как сказал кто-то не очень великий, зато очень практичный, для него все животные делятся на два биологических класса – съедобные и несъедобные. По заверениям охотницы, эта птица была не только съедобной, но и невероятно вкусной. А ещё редкой, встречающейся только вот в такой глуши эльфийских лесов.

– Нам повезло, – с гордостью закончила она. – Отведаем то, чего не всякий король пробовал.

Я лишь пожал плечами. В местных деликатесах точно не разбирался, но и не верить спутнице причин не было. Отведаем, так отведаем, только сначала Аля занялась лошадьми, а мне достался костёр. Совмещение полезного труда с практическими тренировками в магии. Хотя огонь я добывал уже уверенно, хоть с закрытыми глазами.

– Только корка не трогай, – на всякий случай предупредила анури.

– Какого корка? – не понял я.

– Птицу. Его нужно уметь готовить, чтобы получилось не просто вкусно, а очень вкусно. Я умею по эльфийскому рецепту.

Кивнул, подтверждая, что понял. Я, собственно, и не претендовал на готовку. Значит, корк, то есть точно не глухарь и не индюк. Будь птица существующего на Земле вида, переводчик выбрал бы соответствующее слово.

Ужин действительно получился необычайно вкусным, тут Аля не обманула. И это птица, зажаренная на костре! Что же тогда будет при готовке на кухне хорошего ресторана? Никогда не был гурманом, но, думаю, они бы оценили.

– Жаль, что нечем нарисовать плетение, – вздохнула Аля. – Есть одно простенькое, бытовое, позволяющее надолго сохранить продукты свежими.

– А на песке у ручья нельзя? – спросил я, соглашаясь, что свежие продукты – это весьма полезно. – Раз оно простое, то должно получиться.

– Ты в своём уме? – неожиданно спросила девушка.

– Да, а что?

– Да? Пальцем! На песке! Это всё-таки магическое плетение, а не чертёж корабля, тут точность нужна! И потом, оно хоть и простенькое, но предназначено для продуктов. Даже если у тебя получится произвести плетение по рисунку на песке и ничего при этом не взорвать, а я начинаю верить, что ты способен даже на такое, всё равно потом есть приготовленное тобой не рискну.

Тут она совершенно права. Я и сам, после собственных магических экспериментов, ничего пробовать на вкус не стал бы. Однако описанное анури заклинание может весьма пригодиться, особенно в походных условиях, поэтому полез в свой рюкзачок.


Глава 11

Алекс. Попаданец

Так получилось, что вещей из собственного мира я захватил немного. Только то, что было в карманах и в маленьком рюкзачке городского ношения. Никаких выживальческих НАЗов и прочих ништяков. Часы, телефон, зарядное устройство (увы, не на солнечных батареях!), связка ключей, наушники, зонтик карманного формата, пластиковая бутылка ноль три с водой, пачка одноразовых салфеток, начатая пачка жвачки и то, что в век электронных гаджетов мало кто носит. Ручка и записная книжка.

На фига мне последнее, если всё можно записать на телефон или даже им сфотографировать? На самом деле есть причины, записываю я туда не номера телефонов, а имейлы. Заметил одну вещь: каждый десятый продиктованный электронный адрес оказывается неверным. И это в лучшем случае! Поэтому обычно даю в руки записную книжку и ручку и прошу записать лично. Ошибки тоже случаются, но не так часто. И вот теперь настало время передать это сокровище Але.

– И ты молчал! – возмутилась она.

Только неопределённо пожал плечами в ответ, врать, что забыл, не имело смысла, всё равно поймёт. Девушка тем временем рассмотрела записную книжку. Совсем маленькая, всего десять на семь, да и свободных страниц никак не больше трети. Немного покритиковала странную бумагу в клеточку, но решила, что это мешать не должно. Потом взялась за ручку. Мне стало интересно, разберётся или нет в способе приведения в рабочее состояние. Разобралась. Мало того, разобрала на части. Если с самим механизмом проблем не возникло, то принцип шариковой ручки она с ходу не поняла.

– Как это работает? – спросила Аля, проводя несколько линий на пальце.

Ага, бумагу экономит, даже уже исписанные листы, хотя на некоторых там и начёркано.

– В трубке густые чернила, – начал объяснять я.

– Это понятно, – кивнула она.

– На кончике маленький шарик. Когда ведёшь по бумаге, он вращается, захватывает чернила из трубки и оставляет след на поверхности.

Дополнительно объяснять ничего не пришлось, принцип был понятен с полуслова. Ещё раз осмотрев стержень, анури сделала вывод:

– Заправлять неудобно и сложно. Любой, даже самый маленький пузырёк воздуха, и писать не будет.

Кивнул, соглашаясь. Вспомнил, как в детстве пытался заправлять стержни разными чернилами. Результат получался именно таким. Если не считать, что руки и всё вокруг было заляпано этими самыми чернилами.

– Их никто и не заправляет, – пояснил я. – Выбрасывают и вставляют новый.

Аля ещё раз осмотрела стержень.

– Кто-то придумал себе постоянный источник дохода, – хмыкнула девушка. – Но тогда производство должно быть очень простым и дешёвым.

– Так и есть, – подтвердил все её предположения разом.

Рисование нового плетения много времени не заняло. На этот раз оно было совсем простым.

– Справишься? – привычно спросила Аля.

– Конечно! – ответил, разглядывая страницу.

Правда, экспериментировать на всех остатках большой курицы мне никто не позвонил. Что вполне логично. Сначала маленький кусочек. Плетение я наложил с первого раза, без каких-либо осложнений. Во всяком случае, ничего не взорвалось и не обуглилось. Повертев кусочек мяса в руках, Аля сначала его понюхала, потом лизнула и только затем положила в рот и прожевала.

– Нормально, в смысле, приемлемо, – вынесла вердикт она. – Тебе надо на военных складах подрабатывать. Этот кусочек, например, мог бы пролежать, не испортившись и не потеряв питательных и вкусовых качеств, неизвестно сколько сотен лет, а при идеальных условиях и всю тысячу. Это надо же столько силы вбухать!

– Надеюсь, в желудке он столько же времени, не перевариваясь, лежать не будет? – на всякий случай спросил я.

– Нет, – успокоила меня анури. – Весь смысл этого заклинания в том и состоит, сколько бы ни хранились продукты на складе, при их механическом разрушении плетение бесследно развеивается. Так что смело обрабатывай остатки корка.

Утром позавтракали всё той же птицей. Первый кусочек прожевал с некоторым опасением. Всё-таки я сам заклинание накладывал, а это может быть чревато неожиданными последствиями. А ничего, почти так же вкусно, как вчера, вся разница лишь в том, что холодное. Наверняка существует заклинание вроде микроволновки, чтобы быстро разогревать завтраки (нужно будет спросить у спутницы). Но мясо и без этого вполне съедобно, к нему бы ещё хлеба. Только с помощью магии вряд ли получишь, нужно искать местных и покупать у них.

Кстати, о покупках – интересно, как дела у нас с деньгами. Мои бумажные рубли вряд ли тут ходят. При обыске бандитов попадались какие-то медяки, и анури ими не брезговала. Только сомневаюсь, что там может быть значительная сумма. Нужно поинтересоваться.

Как только поехали, поднял оба вопроса, возникшие у меня утром.

– С деньгами всё в порядке, – сразу ответила Аля. – На полгода, если не шиковать, нам хватить должно, а там ко мне магические способности вернутся, заработаем, сколько понадобится.

– Понятно. А как насчёт заклинания разогрева пищи? Согласись, удобная штука, поэтому уверен, что его изобрели.

– Изобрели, – кивнула девушка, – но оно точно не для тебя.

– Почему? – не понял я.

– Для таких целей используется значительно усложнённое огненное плетение, – начала объяснять она. – Но дело не в этом, а в том, что применяют его не только на кухне, но и в кузнечном деле для более равномерного разогрева металла, чем в горне. Да и в литейном иногда тоже. Рассказать, что получится у тебя?

– Не надо, сам представляю.

Я действительно представлял. Скорее расплавлю вольфрам и не замечу, чем подогрею курицу. А это идея! Раз тут дерутся в основном железками, в смысле, мечами и прочим холодным оружием, то почему бы его не подогреть? Так и представил противника, у которого расплавился в руках меч и раскалилась кольчуга. Не знаю, как там у местных магов, но у меня, думаю, энергии на такие нестандартные фокусы хватит.

Поинтересовался по этому поводу мнением Али. Она задумалась. А до меня вдруг дошло, что обдумывает девушка не саму гениальную идею, а как бы повежливее ответить, чтобы ненароком не обидеть художника. Что-то типа не стреляйте в пианиста. Зря она думает, что стану обижаться. Пусть играю, как умею, но стреляю не хуже некоторых. Сам уже понял, что идея не самая лучшая, осталось услышать почему.

– Нет, – ответила наконец анури. – И тут дело не в ограниченности большинства магов. Бытовые заклинания от боевых отличаются вовсе не силой, а прежде всего скоростью. Как плетения, так и воздействия. Пока один маг сделает подогрев, другой успеет бросить три огненных шара или молнии.

– Допустим, лично для меня нет разницы, – вставил я.

– Другого такого, наверное, нет, – кивнула Аля. – Но и это не единственная причина. Разогревом тоже можно проплавить дыру в стальной плите, но на это уйдёт гораздо больше времени, чем на то же самое, проделанное обыкновенным огненным шаром. Если в него, конечно, влить столько же силы.

После завтрака собрались и отправились в путь. Я опять тренировался в дозировании силы, заливаемой в заклинание, но успехов не достиг. Побить вчерашний рекорд не получалось, я его даже ни разу не повторил. Похоже, на данном этапе это мой предел.

Подруга перелистывала чистые страницы моей записной книжки и думала, какие бы заклинания нарисовать в первую очередь. Теоретически места там достаточно. Но на практике дело обстояло несколько иначе. Зачастую имейл или ещё какая информация записывались посередине новой страницы, делая её непригодной для магических плетений.

Никто ведь не думал, что может возникнуть ситуация, при которой бумага станет дефицитом. Да если бы и стала, не беда, ещё десяток телефонов или электронных адресов запросто можно записать и на начатой странице.

Это проблема номер один, присутствовала и вторая. Большинство нужных или полезных заклинаний просто не помещались на маленькую страничку, даже если рисовать шариковой ручкой. Нет, ею в принципе такое было возможно, но Аля не решалась уменьшать масштаб. По её словам, для опытного мага это вообще не проблема, а новичку лучше не рисковать.

– Даже такому, как я? – спросил, имея в виду свои нестандартные возможности.

– Прежде всего такому, как ты! – убеждённо заявила анури.

Ну вот, всего одна небольшая (если не считать буквальных размеров) ошибка с Древом Жизни, причём совсем не по моей вине, а меня уже причислили к опасным магам.

В конце концов Аля составила список заклинаний, оставив два листка в качестве резерва. Это вовсе не означает, что выбранные плетения сразу же нарисовала. Нет, решила начинать по одному и, пока полностью не освою выбранное, не переходить к следующему.

И вот тут у меня возникли первые проблемы. Воспроизвести, глядя на рисунок, мог, как раньше, а запомнить хотя бы за полдня и повторить самостоятельно – уже нет. Ничего страшного в такой ситуации не увидел, обычное в общем-то дело. Примерно как при изучении иностранного языка, выучить одно любое слово можно быстро и без проблем. Три слова тоже можно. Ну а из десятка какое-нибудь уже через час забудешь.

Рисунки плетений – не слова, они куда сложнее для запоминания, даже если совершенно разные, а уж те, у которых часть линий совпадает, тем более. Заучить так, чтобы не путать между собой, пока не проблема, а чтобы сразу восстановить в памяти всю картинку – уже намного сложнее. Чтобы так выучить консервирующее продукты заклинание, у меня ушло три дня, а на подогревающее – четыре. Нехорошая тенденция.

А ещё говорят, что чем больше запомнишь, тем сильнее натренируешь память и тем легче выучить что-то ещё. Фиг вам и маленькая пилюля! Ничего подобного даже близко не было. Может быть, когда-нибудь, но точно не сейчас. Так что проблемы с отсутствием бумаги не так актуальны.

– Не переживай, – успокоила меня Аля. – Ты всё равно учишь плетения быстрее любого новичка и даже быстрее, чем половина опытных магов.

– Тогда ладно, – кивнул в ответ. – Ты знаешь, у меня идея!

– Какая? – с подозрением спросила анури.

– Зачем вообще что-то учить? Заведу себе специальную колдовскую книгу. Представляешь, как это удобно? Открыл, колданул, забыл.

– Не представляю ничего хорошего, – возразила она. – Пока ты будешь листать страницы в поисках нужной, другой маг сплетёт заклинание и ударит.

– А тут я с тобой ни разу не согласен! Поправь, если я ошибаюсь, но сложное заклинание обычно маг будет плести линия за линией, дольше, чем я открою книгу. Ну а простое я и сам могу выучить, и опять будет быстрее.

Анури кивнула, подтверждая, но сама идея девушке всё равно не понравилась, и она попыталась зайти с другой стороны:

– Другие маги будут над тобой смеяться.

– Вот и прекрасно, – пожал плечами в ответ.

– То есть как?

– Пока он будет смеяться, я спокойно найду нужную страницу и ударю. У нас на Земле есть пословица: «Хорошо смеётся тот, кто успел выстрелить первым». Да не переживай ты так, книга – временное решение. Рано или поздно я все эти заклинания выучу. Надеюсь.

Временное решение Але понравилось куда больше. Сразу же придумала, какая это будет книга. Ага, с гномьим переплётом и коваными застёжками. Начала даже составлять содержание, чтобы до любого раздела можно было быстро и удобно добраться. Я мог только приветствовать её начинание. О том, что нет ничего более постоянного, чем временное, предпочёл умолчать. Особенно если это временное готовится так аккуратно и тщательно.


Глава 12

Алекс. Попаданец

Через неделю пути начали встречаться первые следы цивилизации. Настоящие грунтовые дороги вместо случайных троп и небольшие поселения. В тех, что стояли у дорог, даже имелось что-то вроде постоялых дворов. Но мы там не останавливались и вообще старались обходить их стороной.

Аля объяснила почему. В этих местах любой путник – редкость и легко запоминается. А эльфы обязательно будут искать и проверять абсолютно любую информацию. В принципе был с этим согласен. Во всяком случае, всё понятно и логично. Неясно другое, о чём и спросил:

– Тогда почему мы даже не пытались замести следы на месте?

– Потому что все в любом случае не получится, а замести часть не имеет смысла, – ответила спутница. – Пускай думают, что тут были те, кто не боится последствий своих действий. Мало ли кто мог выйти из межмирового разлома? Вышли, отдохнули, пошли дальше, ни от кого не скрываясь.

– И что они могут, по-твоему, подумать? – стало интересно мне. – Кстати, о разломе, полезут проверять или так же, как ты, решат, что слишком опасно и без крайней необходимости туда лучше не соваться?

– Конечно, полезут! У них ведь именно такая необходимость и появится. А подумают, скорее всего, об эльфах из другого мира. Кому ещё может понадобиться Древо Жизни? Другой вопрос зачем? И как пришельцы вообще смогли вырастить Древо всего вдвоём. Лично у меня фантазии ответить на такие вопросы не хватит. К счастью, мне и не надо, пусть у эльфов головы болят. В любом случае в первую очередь будут искать случайных эльфов. Главное, чтобы меня в ближайшее время за эльфийку-полукровку никто не принял, многих анури именно с ними путают.

– Фантазия не проблема, – усмехнулся я. – Могу тебе хоть десяток версий с ходу придумать.

– Попробуй хотя бы одну, – усомнилась подруга. – Но чтобы была правдоподобной.

– Да запросто! Какие-то сумасшедшие эльфийские архимаги…

– Почему сумасшедшие? – перебила меня девушка.

– О! – радостно начал объяснять ей. – Это незыблемый закон мироздания. Архимаги так же, как профессора, всегда сумасшедшие. Во всяком случае, те, которые реально занимаются наукой, а не по академиям заседают.

Аля мне явно не поверила, но я продолжил:

– Ну так вот, какие-то эльфийские архимаги, сумасшедшие, естественно, занимались исследованиями межмирового пролома и случайно в него провалились.

– Допустим, – кивнула Аля. – Древо-то им зачем растить понадобилось? Даже если предположить, что такой подвиг твоим эльфийским профессорам-архимагам по силам.

– Тут всё очень просто, – ответил я. – Открыть пролом, чтобы вернуться обратно, они не смогли. Тогда попытались хотя бы весточку коллегам передать. Тоже не получилось. Вот и вырастили тут дубок.

– Зачем?

– Как это зачем?! Ведь два Древа Жизни, в отличие от любого количества архимагов, могут связаться между собой на каком угодно расстоянии. Это же общеизвестно. Во всяком случае, в том мире, из которого провалились профессора.

Аля как-то странно на меня посмотрела, после чего произнесла:

– В нашем мире это тоже общеизвестно.

– Правда? – удивился я.

– Не совсем. Мало кто, кроме эльфов, знает, но сам факт соответствует действительности.

– Выходит, то, что я сейчас нафантазировал, может быть правдоподобной версией?

– Вряд ли кому придёт такое в голову, но правда ещё более невероятна. В то, что лишь на днях инициированный маг сумел вырастить Древо Жизни, точно никто не поверит.

– Вот и прекрасно, – подвёл итог я. – Осталось при первом удобном случае пустить слухи, что мы видели двух странно одетых эльфов, а ещё лучше эльфа и эльфийку, и пускай их ищут хоть до посинения.

– Кстати, о странной одежде, – вдруг вспомнила анури. – Тебе бы самому не помешало переодеться. При первой же возможности необходимо решить этот вопрос. А пока тебе нельзя никому показываться на глаза.

– И что делать? – спросил я, соглашаясь с её логикой. – Трофеи от разбойников мне бы точно не подошли. Да я и не стал бы надевать те рваные вонючие тряпки.

– Тут ты прав, – кивнула Аля. – Но не думаю, что возникнет проблема. Как только доберёмся до места, где можно купить приличную одежду, сразу так и сделаем. Вернее, я куплю, а ты тем временем подождёшь. В любом случае попадаться кому-либо на глаза до того момента не стоит.

План, конечно, хороший, только сильно сомневаюсь, что готовой одеждой торгуют в деревенских магазинах. Даже на Земле, а уж тут тем более. Ещё большой вопрос: бывают ли в этом мире деревенские магазины вообще?

Сама идея отложить контакты с местным населением на как можно больший срок лично меня устраивала. Причина была до банального проста – языковой барьер. Это с анури я мог говорить по-русски и понимать, на каком бы языке они мне ни отвечали, с остальными такой номер не пройдёт.

Мало того, в этом мире не существует языка, который понимали бы все. Эльфы говорят на эльфийском, причём не на одном, а на целых трёх. У гномов вообще десяток языков и куча диалектов, у людей, если и меньше, чем на Земле, то не очень. В качестве языков межнационального общения обычно используются человеческие. Как правило, тот, что наиболее распространён в данной местности. Таких как минимум четыре.

– Ничего страшного, – успокоила меня подруга. – Я побуду переводчицей. Тех, кто не знает местного языка, всегда хватает, поэтому никто не обратит внимания.

– И сколько языков ты знаешь? – заинтересовался я.

– Не все, – ответила она. – Три эльфийских, пять гномьих, четыре основных человеческих и ещё несколько разных, но те не идеально. Просто никогда специально не ставила себе такой цели – знать как можно больше языков. А вообще, у анури это одна из врождённых способностей – быстрое изучение чужих языков. Поэтому и ты скоро будешь говорить на тех, которые понадобятся.

– Не заметил, – честно ответил я.

Действительно, ничего подобного за собой никогда не замечал. Скорее, наоборот, иностранные языки мне всегда давались плохо. В школе изучал немецкий. Ну так вот, могу хоть сейчас посчитать до десяти, причём не с самым большим акцентом. Это было если не единственным, то главным моим достижением. Позже уже сам учил английский. Тут успехов уже чуть больше. На примитивно-бытовом уровне договориться смогу, а другой цели себе никогда не ставил.

Кстати, заметил одну интересную тенденцию или, скорее, стереотип, который на первый взгляд выглядит верным, а на деле совершенно не соответствует действительности. Всякие интеллигенты, либералы и прочие западнофилы постоянно сокрушаются, что в России очень низкий уровень языковой грамотности.

Звучит довольно забавно. Во-первых, сами сокрушающиеся иностранными языками владеют ничуть не лучше, чем остальные слои населения. То есть обычная интеллигентская претензия – сам учить поленился, но виноват не он, а государство или вообще весь народ. А во-вторых, по сравнению с кем низкий уровень грамотности?

Англичане в этом смысле более грамотны и образованны? Ага, сейчас, три раза! Возьмите тысячу первых попавшихся англичан и столько же русских. Сколько русских будут знать английский или хотя бы какой-то другой язык кроме родного? А сколько англичан смогут? Готов спорить, что среди русских знающих чужие языки будет не намного, а во много раз больше.

И это если брать действительно первых попавшихся, которые ни разу не были за границами и никогда туда не собираются. А если начать проверять в аэропорту? Абсолютное большинство русских, летящих в Англию, будут лучше или хуже говорить по-английски. Абсолютное большинство англичан, летящих в Россию, по-русски не говорят вообще никак.

Может, тогда сравним с американцами? Тут ситуация не столь однозначна. Процент американцев, владеющих хоть каким-то языком, кроме английского, будет заметно выше, чем у англичан. Неужели Задорнов ошибался? Да ни в коем случае! Просто не надо забывать, что американцы, может быть, и народ, но точно не национальность. Причём народ довольно специфический, в подавляющем большинстве состоящий из ссыльных да беглых или их потомков. И если американец говорит на каком-то языке, кроме английского, то с большой долей вероятности тот и будет его родным.

– А какого-нибудь магического амулета, позволяющего быстро выучить чужой язык, тут случайно нет? – с надеждой спросил я. – Думаю, была бы весьма полезная штука.

– Нет, – разочаровала меня Аля.

– Жаль.

– Зато есть другие, позволяющие носителю понимать чужой язык.

– Очень хорошо! – обрадовался я. – Это почти то же самое. Нужно будет обязательно приобрести.

– Тебе не подойдёт, – покачала головой анури.

– Почему?

– Причин две, – начала объяснять она, – во-первых, маг твоего уровня, таскающий такой примитивный амулет, будет выглядеть, мягко говоря, глупо.

– Ну, это я как-нибудь переживу. Вовсе не обязательно его всем подряд показывать. А то, что он примитивный, это даже хорошо, значит, недорогой.

– Показывать действительно необязательно, – усмехнулась девушка. – Любой маг сразу поймёт, что такой амулет используется. Да и не маг тоже, достаточно наблюдательный человек и тем более эльф вполне могут заметить. Но в данном случае дело даже не в этом. Во-вторых, все подобные амулеты переводят с одного известного языка на другой, поэтому, пока не выучишь хотя бы один, всё равно воспользоваться не сможешь.

Да, придётся учить. Не то чтобы я не понимал этого с самого начала: язык дело важное, если не первостепенное, ведь без него не будет и остального. Всё-таки не турист в этом мире, а, скорее всего, попал навсегда. Просто надеялся на халяву, а её не предвидится.

Однако анури считала несколько иначе. Нет, не про халяву, а про первостепенность некоторых вещей. По её мнению, самым главным было освоить магию, всё остальное подождёт. Поэтому не спешила учить меня местным языкам, обещая быть переводчицей. Поскольку самому это занятие никогда не нравилось, я не настаивал. Многие говорят, что лучший способ изучить иностранный язык – погружение в среду. Вот и посмотрим.


Глава 13

Алекс. Попаданец

Как я уже упоминал, чем дальше мы продвигались, тем более обжитыми становились места. Несколько раз нам приходилось скрываться от встречных путников, чтобы никому не попасть на глаза раньше времени. Но в любом случае можно было не сомневаться, сколько бы ни откладывали, в языковую среду попадём очень скоро.

Всё равно получилось гораздо раньше и не так, как планировали. Ехали себе, никого не трогали, как вдруг Аля навострила уши. В буквальном смысле! Они у неё хоть и не длинные, но достаточно отличаются от человеческих, чтобы позволить произвести такое действие. И шевелить ими девушка умеет, мне уже показывала.

Спрыгнула с коня, бросила мне:

– Жди здесь!

И побежала вперёд. Совершенно бесшумно, между прочим, побежала. Ну, это ладно, умеет. Но то, что с арбалетом наготове, меня насторожило. Явно расслышала что-то недоступное мне.

Поведение спутницы мне резко не понравилось. Срываться с места и бежать, ни о чём не предупредив, – это плохо. Однако, если я сейчас всё брошу и рвану догонять, будет ещё хуже. Не то чтобы лошади требовали постоянного присмотра, но сама ситуация явно была чрезвычайной. Когда Аля отправляется поохотиться, всегда предупреждает, а тут вдруг…

Ждать пришлось довольно долго. Точно дольше, чем анури обычно требуется на охоту. Она вообще не любительница этого дела, если не получается с первого раза, спокойно объявляет охоту неудачной и переходит на запасы.

– Можешь подходить! – раздался прервавший мои размышления крик.

Едва различимый, между прочим, то есть анури находилась довольно далеко. Был соблазн рвануть вперёд в одиночку, а вьючных лошадей пусть потом Аля сама вылавливает, раз такое устроила. Разумеется, это была лишь мимолётная мысль, ничего подобного делать не собирался.

Когда вышел из-за поворота дороги, моему взору предстало печальное зрелище. Пара больших гружёных телег и фургон, крытый плотной материей, мёртвые лошади и несколько десятков трупов вокруг. Догадаться, что тут произошло, не составило труда. Хозяева телег мирно себе ехали, как вдруг на них напали из засады разбойники. Дорога в этом месте петляла даже не через лес, а сквозь довольно редкий кустарник, однако он только выглядел таким, когда смотришь с небольшого расстояния. Чуть дальше уже ничего не видно, да и вблизи при желании можно спрятаться.

Однако разбойникам не повезло, полной неожиданности не получилось, и хозяева телег оказали сопротивление. В первый же момент они выбили треть бандитов. Те озверели и, вместо того чтобы убраться с дороги слишком сильной добычи, продолжили нападение, пока не перебили всех, включая лошадей, запряжённых в телеги. Обороняющимся больше не повезло, и хотя они уничтожили ещё не меньше трети нападавших, самих это не спасло.

– Откуда ты это знаешь? – спросил у Али. – Рассказываешь так, словно весь бой просидела в ближайших кустах и смогла рассмотреть в мельчайших подробностях.

– Нормально стрелять из лука у эльфов я так и не научилась, зато следопытом стала вполне приличным. Правда, сами длинноухие так никогда не считали, и доля правды в их мнении есть. Если дело касается выслеживания животных. Однако, что произошло на месте боя, прочту по следам не хуже, чем книгу. А уж тем более по таким простым, как тут. Неужели сам не видишь? Это же очевидно!

Осмотрелся ещё раз по сторонам. Лично для меня тут ничего очевидного не было. Разглядел два тела с торчащими из спины арбалетными болтами.

– Вот этого и того убила ты, – указал на них.

– Правильно, – кивнула анури. – А ещё тех двух, но уже мечом, и добила вот этого. Больше живых среди бандитов не осталось. Даже если бы мы не проходили мимо, такие потери – слишком высокая цена за захват двух телег с домашним имуществом и фургона, в котором ночуют хозяева.

– Раз тебе лично достались всего пятеро, двое из которых в спину из арбалета, а один серьёзно ранен, то почему я ждал тебя так долго? – задал волновавший меня вопрос.

– Проверяла окрестности, – ответила анури. – Надо было убедиться, нет ли где их сообщников и вообще.

– И как, проверила?

– Да. Место стоянки нашла, но там никого и ничего, кроме затушенного костра. Значит, где-то достаточно недалеко их логово, но оттуда можно никого не ждать, если кто и остался, то точно не резерв.

Оснований не верить спутнице у меня не было. Однако веские причины для неприятного разговора имелись.

Алиена. Анури

– Нам нужно серьёзно поговорить, – начал совсем другим тоном Алекс.

Я даже знала о чём. У моего мужчины имелись основания для недовольства. Оставила его с лошадьми, а сама бросилась в бой. Однако у меня тоже были причины поступить именно так, а не иначе. Во-первых, никакой реальной опасности для меня тут не было, это я поняла сразу, как только расслышала звуки боя. Так дерутся только самые неопытные разбойники или крестьяне, из которых они и состояли. В самом худшем случае обстреляла бы банду из арбалета, не покидая кустов, и всё.

По этой же причине не было никакой опасности и для Алекса. Только тут совсем другое, странно одетый человек, владеющий либо неизвестным оружием, либо сильной магией, непременно привлёк бы к себе внимание. А нам этого не надо. И то, что живых свидетелей не осталось, не меняет дела, ведь заранее знать, что получится именно так, мы не могли.

Высказать свои претензии мужчина не успел, я резко подняла руку, призывая к тишине. Он сразу остановился, хотя отреагировал скорее не на руку, а на шевеление ушей, нравится Алексу смотреть, как я это делаю, и вообще всё связанное с их заострёнными кончиками. Нет, с эльфами я своего мужчину знакомить точно не стану! У эльфиек уши длиннее и, скажем честно, красивее. И шевелят они ими лучше. К счастью, мы сейчас как раз скрываемся от лесного народа.

Что за глупые мысли в голову лезут?! Повела ухом ещё раз, прислушалась. Нет, мне это точно не показалось. Осторожно приблизилась к одной из телег и резко отбросила один из мешков, который оказался слишком лёгким для своего размера. Под ним сидела заплаканная девочка.

Как я могла её сразу не заметить? Ведь она не просто пряталась и плакала, а ещё и наблюдала за всем происходящим через довольно широкую щель между досками. А я ещё только что хвасталась своему мужчине, что являюсь опытным следопытом. Хорошо, что эльфийские учителя ничего не слышали и не видели. Точно засмеяли бы.

– И что нам с тобой делать? – обратилась я к девочке. – И как тебя зовут?

На вид ей было лет десять, максимум одиннадцать, поэтому не ожидала никакого ответа, но он прозвучал:

– Отпустить, а зовут меня Нари, папу звали Тинар.

– Вообще-то тебя никто и не держит, только куда ты собираешься идти?

– Не знаю. Моих э… маму с папой убили. Брата… обоих братьев и сестру тоже. Других родственников нет.

Десять лет по человеческим меркам уже достаточно много, но девочка смогла рассказать на удивление мало. Её отец, мастер-ремесленник, что-то не поделил с гильдией ткачей в своём городе. Что конкретно, она не знала, но дело было достаточно серьёзным, настолько, что погибло несколько родственников.

Кончилось всё тем, что мастер договорился с гильдией ткачей соседнего города, собрал все вещи, семью, подмастерьев, слуг и поехал на новое место жительства. В момент нападения его младшая дочь спала в телеге, испугалась, спряталась и оказалась единственной выжившей. Никаких других подробностей добиться не удалось. Она даже имена родственников произносила неуверенно, до того перепугалась.

Перевела весь разговор Алексу.

– Надеюсь, мы её тут бросать не собираемся? – спросил он.

– Нет, – покачала головой в ответ. – Доведём до ближайшего города, это как раз тот, в который направлялись мастер с семьёй. А там пусть гильдия решает.

– Прекрасно, тогда у меня идея легализации, – предложил он.

– Какая?

– Ты вроде собиралась стать наёмницей? Нас нанял мастер, как его там?

– Тинар, – вставила я.

– Ну так вот, мастер Тинар нас нанял, вернее, собирался нанять. Опасался неприятностей на новом месте, вот перед самым въездом в город мы должны были его встретить. Зря, бояться нужно было не гильдейских интриг, а дорожных разбойников. Не пожадничай он и заплати за весь путь, остался бы жив. Мы случайно нагнали караван раньше времени, но было уже поздно, выжила только младшая дочь. Как тебе такая версия?

– В принципе правдоподобно, – ответила я. – К сожалению, ни договора, ни свидетелей у нас нет.

– Ну, так договора и не было, планировали заключить перед въездом в город, а свидетельница у нас есть.

– Но она… – попыталась возразить я.

– Если ты сейчас расскажешь эту историю, то позже она подтвердит, не вдаваясь в подробности, откуда узнала. Разве что специально станут спрашивать. Но спрашивать как раз никто не будет, потому что и так всё ясно. К тому же есть куда более весомый аргумент в нашу пользу.

– Какой? – не поняла я.

– Раз мы не забрали вещи себе, а попытались найти владельца, требуя лишь вознаграждение, то точно были наняты. Может, и глуповатые, но охранники, а не бандиты.

Нужно признать, что тут он абсолютно прав. Люди, да и другие разумные тоже, очень не любят задавать глупые, по их мнению, вопросы там, где можно сделать свои очень умные, опять же по их мнению, выводы. Я пересказала Нари версию Алекса. Та кивнула, приняв к сведению и ничуть не усомнившись.

Решили не искать лагерь бандитов. Вряд ли там можно найти хоть что-то ценное, учитывая внешний вид нападавших. Нам бы всё имеющееся увезти.


Глава 14

Алекс. Попаданец

Неожиданно для себя придумал вполне осуществимый план легализации и, самое главное, запутывания следов. Ну кто заподозрит в наёмниках, готовых работать даже на мастера-ткача, могущественных магов, способных мимоходом вырастить эльфийское Древо Жизни? Правильно, никто. Поэтому расстаться с двумя телегами и фургоном, доверху набитых законными трофеями, было совершенно не жалко.

Да и не было там по большому счёту ничего особо интересного. Мебель, кухонная утварь, пряжа, разобранный ткацкий станок… Имущество, возможно, и ценное, но лично мне совсем не нужное. Мы бы вообще бо́льшую часть тут бросили, а так придётся тащить до города. К счастью, лошади, чтобы запрячь взамен убитых, имелись.

В телегах хватало рулонов ткани, что неудивительно, учитывая профессию хозяина. Кроме того, имелась и готовая одежда. Весьма кстати. Я смог найти, во что переодеться, без необходимости выбирать, что бы поцелее снять с убитых.

Переодеться решила и Нари. Когда мы нашли девочку, прячущуюся под мешками, на ней почему-то было даже не платье, а одна рубашка, причём явно взрослая. С одной стороны, нормально, дети в небогатых семьях чаще всего как раз и донашивают то, что осталось от старших братьев и сестёр. С другой – всё-таки ткачи и могли себе позволить больше. Теперь она выбрала тоже не женскую одежду, а явно что-то из гардероба одного из братьев. В принципе для похода правильное решение. Раз анури не сказала ни слова против, значит, никакие местные социальные нормы при этом нарушены не были.

Возникла ещё одна проблема, как раз социальная. Если разбойников никто хоронить не собирался, то как поступить с родственниками Нари? Рыть могилы на пусть и небольшую, но толпу не было ни малейшего желания. Однако и так бросать тоже нельзя.

– Некоторые народы практикуют сожжение, – сказала Аля.

Анури обратилась к девочке и на удивление быстро её уговорила. Та вроде бы сама не до конца была уверена, каким богам поклоняется её семья. Вернее, про богов знала и даже перечислила, а про то, какие обряды используют, ничего вразумительного вспомнить не смогла. Поэтому согласилась на правила наёмников, которые мы тут же на ходу и придумали.

Сооружённый наскоро погребальный костёр был настоящей пародией или шедевром, это как посмотреть. Подобной импровизацией если кого и можно обмануть, то только совсем маленькую девочку. Ага, при условии, что пару часов назад она потеряла всех своих родных и теперь точно не в том состоянии, чтобы замечать какие-то несуразности.

Нарубили кустарника, исключительно зелёных веток. Не то чтобы специально, просто других в нужном количестве рядом всё равно не нашлось. Да будь они сколько угодно сухими, нарубленного в любом случае и на один погребальный костёр не хватит, не говоря обо всех. Правда, мы и не собирались делать отдельные, сложили все тела в общий, после чего подожгли.

Ага, зажигалкой, зелёные только что отрубленные ветки. Но поскольку на зажигалке был правильный герб… В общем, из искры, как положено, возгорелось пламя. А то, что я слегка магией помог, так это мелочи.

Когда закончили со всеми формальностями, до вечера оставалось не так уж много времени. В любой другой ситуации переночевали бы, если не прямо на месте, то отойдя немного в сторону от побоища. Опыт уже был, в первую ночь возле межмирового разлома именно так и поступили. Сейчас решили отойти подальше. Насколько получится до темноты, настолько и уйдём.

Под самый вечер вышли к небольшому поселению, стоящему у дороги. Что-то вроде постоялого двора там тоже имелось. Вообще в таких местах останавливаться не планировали, но устраивать лагерь прямо на околице тоже глупо. И подозрительно. Пришлось зайти в гости.

– Такие дворы мне не нравятся, – сразу предупредила Аля.

– Почему, – спросил я. – Опасно останавливаться?

– Нет. Но качество обслуживания, мягко говоря, не на высоте. Очень мягко говоря.

– Что, хуже чем ночевать под открытым небом?

– Зачастую бывает и так, – подтвердила спутница. – Ну да ладно, хоть продуктами запасёмся.

На постоялом дворе нас встретили совсем не радостно. Не ждали тут клиентов на ночь глядя. Народу в совсем небольшом зале собралось немало, видимо, что-то своё праздновали, а тут припёрлись не пойми кто. В общем, смотрели на нас хмуро, а едва услышали о разбойниках, орудовавших совсем недалеко от их посёлка, настроение испортилось окончательно. Недовольства никто не скрывал, будто это мы тех разбойников за собой притащили.

Однако хозяин заведения не собирался упускать прибыль только из-за того, что мы своим присутствием испортили какой-то местный праздник, и выделил нам комнаты, правда, сразу предупредил, что ужинать будем не в общем зале, а у себя. Мы и не подумали спорить, хотя народ всё равно начал с ворчанием расползаться.

Комнаты откровенно были не очень, как предупреждала Аля. Даже Нари, которая далеко не принцесса, а дочь ткача, и та поморщилась. Две соединённые общей дверью каморки, одна больше, другая меньше. В маленькой из мебели только лавка и небольшая дыра в стене вместо окна с очень мутным, совершенно непрозрачным стеклом. В большей имелись почти настоящая кровать, почти настоящий стол и совершенно настоящий табурет. Наверное, потому, что табуреты почти настоящими не бывают. Окно с такими же мутными стёклами, однако нормальных размеров. Почти.

В общем, жильё самое убогое, но и цена ему соответствовала. Ужин, и тот стоил дороже. Наверное, потому, что хоть и был простым, но настоящим и съедобным без всяких почти. Хлебом местной выпечки здесь можно смело закупаться, что завтра утром обязательно и сделаем.

После ужина отправили Нари в её комнату-каморку, а сами расположились на почти кровати. Просто спать и не более того. Нет, вовсе не потому, что я русо туристо облико морале, но не в такой же убогой обстановке. Говорить откровенно на эти темы я опасался, мало того что в другой мир попал, так тут ещё целая куча разных рас. Мало ли какие могут быть запреты на обсуждения? Причём не только взаимоотношения полов, но и вообще чего угодно. Поэтому стараюсь не касаться тем, которые первой не затронет Аля. Как-то негласно получилось договориться, что подождём до настоящей постели.

Алиена. Анури

Видимо, у Алекса в мире существуют какие-то табу и условности на взаимоотношения между мужчинами и женщинами. Нет, у нас тоже есть, причём у всех разные. У эльфов свои, у гномов свои, у людей вообще чуть ли не в каждом королевстве другие, разве что у орков почти никаких. Но в их мире, похоже, всё гораздо строже, раз даже говорить на эту тему не решается. Хотя прекрасно вижу, что нравлюсь и он меня хочет. Но ничего, больше ста лет ждала своего мужчину-анури, подожду ещё немного.

Нас разбудил неожиданный шум из каморки, в которой спала девочка. Вернее, он разбудил меня, а Алекса уже я, выскакивая из-под одеяла и хватаясь за меч. В следующий момент распахнулась наша дверь. Первый сунувшийся выронил дубину, трудно держать оружие, если на руке остался всего один палец. Ночной гость завыл и отпрянул назад, мешая пролезть всем остальным.

– Где девочка? – раздалось из-за двери в соседнюю комнату.

– Нету.

– Наверное, со взрослыми.

– Что тут происходит?!

Это уже выкрикнул Алекс у меня за спиной.

– На нас напали, – дала глупый ответ я.

Или констатировала факт, кому как больше нравится. Переводить реплики нападающих не стала, пока они всё равно ничего интересного не сказали. Разве что девочка сбежала и помощь ей пока не требуется. Но на вопрос моего мужчины ответили бандиты. Вряд ли они его поняли и в любом случае выкрикнули бы то же самое.

– Вы убили наших людей!

– Мы проверили, на месте обычной засады только трупы!

– Теперь ответите за это!

Этих и прочих угроз хватало, но соваться повторно смельчаков не находилось. Вой лишившегося пальцев действовал отрезвляюще.

– Разбойники, которые напали на ткача с семьёй, из этого посёлка, – коротко перевела я.

– Очень хорошо, – пришёл к неожиданному заключению Алекс.

– Почему?

– Могу тут сжечь всех, не опасаясь, что пострадают невинные.

– Ты нас самих не сожги, – предупредила я. – И поосторожней, Нари сбежала и где-то прячется.

– Да, прятаться она умеет. Кстати, почему тут так темно?

При последних словах он щедрой рукой сеятеля раскидал по сторонам несколько десятков маленьких светящихся шариков. Невероятно! Как же он это сделал?! Каким бы простым ни было плетение осветителя, сделать столько подряд не любому под силу, но чтобы одновременно… Невозможно! Да если бы нападающие хоть что-то смыслили в магии, они бы уже бежали без оглядки, а так лишь кто-то крикнул:

– Осторожно, чародей!

Ну да, отбивающегося от смертельной опасности светляками иначе чем мелким колдуном не назовёшь. Такого всерьёз воспринимать никто не будет, примерно, как ярмарочного фокусника. Моего меча они опасались намного больше. Ещё бы, лишившийся пальцев своими воплями убедил многих. Поэтому и не рвались вперёд, выжидая.

Стоп! Выжидают они наверняка не просто так. Скорее всего, послали кого-нибудь за метательным оружием. Луки наверняка есть у многих. Кстати, не мешало бы свой арбалет зарядить, но нельзя. Если увидят, чем занимаюсь, точно бросятся в атаку. С одним-двумя справлюсь легко, остальные в такой тесноте просто массой задавят. Нужно было что-то делать. Придумать ничего не успела, потому что начал действовать Алекс.


Глава 15

Алекс. Попаданец

Когда на тебя напали, защищайся. Любыми доступными средствами, думать о последствиях будешь потом, если жив останешься. Даже при несправедливых, вернее, преступных, законах, регламентирующих пределы доступной самообороны. Лучше потом оказаться в тюрьме, чем в гробу. Нападающие-то законы в любом случае не соблюдают, чем ставят тебя в заведомо проигрышное положение.

Ну а всякие душевные терзания из-за того, что ты убил человека, не в счёт, потому что только людей и касаются. Бандиты или просто любители набить морду любому не понравившемуся таковыми не являются. Две руки, две ноги, одна голова – ещё не человек.

Такого, пусть и чисто теоретического, мнения о самообороне я придерживался, когда жил на Земле. Попав в другой мир, не собирался менять свои взгляды. Тем более что тут условия были куда лучше, а теория перешла в практику. Ещё в первый день спросил у Али, не будет ли у нас каких-либо неприятностей из-за убитых бандитов.

Анури тогда даже удивилась. Оно и понятно, это же бандиты, какие могут быть неприятности? Некоторые формальные ограничения существуют разве что в больших городах. Да и там могут наказать не за сам факт обороны, а если в процессе сильно перестараешься. Нарушение общественного порядка и тому подобное.

Поэтому сейчас совершенно не раздумывал, бить в ответ насмерть или не бить. Конечно же, бить! Вопрос лишь в том, чем именно. Огнестрельное оружие или магия? Не хотелось бы показывать все свои возможности и вызывать подозрения. Не этих бандитов имею в виду, а тех, кто узнает о произошедшем позже. Поэтому отдал предпочтение боевым плетениям, а не пистолету. Стрельбу в любом случае причислят к магии, так пускай она будет привычной и понятной.

Такого же веера огненных шаров, как до этого светляков, швырять не стал. Мы всё-таки в деревянном здании, и пожар – не самое интересное приключение, хватит и ночного нападения. Поэтому бил прицельно, одиночными. Этого оказалось вполне достаточно, тем более что вовсе не спецназ нас штурмовал. Три обгорелых трупа, и остальные бегут в панике.

И да, как я ни старался, пожара избежать не удалось. Мои шары оказались круче стандартных, горячее и с большим запасом энергии. И не важно, как именно срабатывали, прожигали противника насквозь или полностью им поглощались, превращая в огненный факел, всё равно получался пожар. В первом случае снаряд летел дальше, прожигая незапланированные стены, а во втором вспыхивал пол.

И, похоже, я не просто перестарался, а очень сильно. Коридор, куда вёл единственный выход из комнаты, уже горел основательно. Аля не стала высказывать мне никаких претензий. Вместо этого она начала паковать наши вещи.

– Забираем Нари и уходим, – предложил я. – Через окно.

Последнее можно было не добавлять, и так ясно, что другого пути не предвидится. Анури кивнула, соглашаясь, и сунулась в соседнюю каморку. Однако никого там не нашла.

– Нет, – проинформировала она меня.

– Под лавкой смотрела? – предположил я.

– Зачем? Негде там прята…

Аля осеклась, видимо, обнаружив пропавшую девочку именно под лавкой.

– Но как? – недоумевала анури, ведя дочку ткача к нам.

– Наша Нари мастерица прятаться, – прокомментировал я, выламывая оконную раму.

Мутные стёкла выбить успел ещё раньше. Закончив работу, предложил:

– Если тебя это так интересует, потом разберёшься, а сейчас надо прыгать.

Правда, сначала пришлось сделать кое-что другое. Я зарядил огненным шаром в пусть и небольшую, но толпу внизу. Аля последовала моему примеру и выстрелила из арбалета. Если я сам ни в кого конкретно не целил, а пытался разогнать бандитов, то анури поступила иначе. Мой шар воткнулся в землю, произведя красивый, пускай и не громкий взрыв, её болт поразил мужика с мечом.

Перезарядившись, Аля прыгнула вниз. Хоть высота совсем небольшая, второй этаж без выпирающего из земли подвала и низких потолков, но лично я бы так не стал. Просто шагнула вперёд, никак не пытаясь компенсировать будущий удар о землю. Ну да ладно, надеюсь, знает, что делает. Схватил девочку за руки, перебросил через подоконник и опустил вниз, позволяя Але поймать. Нари даже испугаться не успела. Следом бросил наши сумки.

Настала моя очередь, но перед прыжком зарядил пару огненных шаров побольше внутрь помещений. Всё равно никто не видит и не сможет рассказать, что я умею. Зачем? А чтобы на фиг, потому что нефиг! Или из чисто хулиганских побуждений, кому как нравится.

Прыгал я не так лихо, как спутница. Сначала согнул ноги, а перед самой землёй разогнул. Пусть Аля что хочет рассказывает, какие мы, анури, сильные и ловкие. Даже если так, сначала к новым возможностям привыкнуть надо. Не хватало ещё вывихнуть ногу в самый неподходящий момент.

Толпа отхлынула ещё после выстрелов из окна, но не разбежалась полностью. Однако нам было не до неё. Трактир пылал вовсю (по-моему, я слегка перестарался). Нужно спасать поставленные во двор телеги и фургон, а то останемся только с сумками.

Однако об имуществе уже позаботились добрые селяне. Были настолько добры, что не отказались помочь и перебрать. Пока мужчины шли нас убивать, женская часть населения решила заняться телегами и поделить добычу. И правда, зачем ждать до утра? Наглые бабы не подумали прекращать своё увлекательное занятие, даже когда появились хозяева разворовываемого имущества, то есть мы.

– А ну сложили всё на место и убрались отсюда! – крикнула Аля.

Ей ответили общим ором, языка я не понял, но догадаться, о чём речь, было совсем не трудно. Они, по всей видимости, считали это всё своим, а одной женщины, пусть даже и с мечом, не испугались. Мужчина без меча тоже не вызывал опасения. Опешившая на мгновение анури, придя в себя, в спор вступать не стала, а ткнула самой крикливой бабе клинком в живот. Ор от этого точно не уменьшился, а значительно возрос. Хотел было помочь магией, но не успел, ибо она понадобилась в другом месте.

Местные мужики наконец очухались и прибежали разбираться со слишком прыткими гостями, не желающими убиваться с первого раза. Им не повезло. Это вам не узкий изогнутый коридор трактира, где при желании и достаточной ловкости можно спрятаться. На открытом пространстве перебил всех в момент. Заодно в метании огненных шаров на меткость потренировался.

В теории всё так же просто, как стрелять из привычного оружия. Совместил целик с мушкой и жмёшь на спуск. Что может быть проще? С ходу даже трудно придумать. Но почему-то у большинства с меткостью возникают непонятные проблемы.

Да что там далеко ходить, взять меня, к примеру. В тире, размеченном на стандартную европейскую дистанцию в пятнадцать метров, бил почти как снайпер или положительный персонаж из голливудского фильма. Если не весь магазин в десятку, то близко к этому. Но стоило попробовать пострелять по российскому стандарту, с двадцати пяти метров, и всё загадочным образом закончилось. Если в саму мишень попадал, уже хорошо. А ведь тот же целик, та же мушка, то же совмещение в одну линию с десяткой. Вроде бы и результат должен получиться аналогичным, но ни фига подобного.

С огненными шарами ситуация несколько иная. Оно и понятно, на самом шаре мушек с целиками не разместишь, да и его форма не располагает к прицеливанию. Так что целиком является сам шар, а в качестве мушки представляешь любую произвольную точку между собой и мишенью. Да хоть у мишени перед носом!

Поэтому при метании огненных шаров по неподвижным объектам промахнуться довольно затруднительно. С движущимися совсем другой расклад. Ведь шар летит не быстрее брошенного камня, только в отличие от последнего ещё и светится. Трудно не заметить и, при желании, вполне реально увернуться.

Единственная, но очень существенная разница – камень под воздействием силы тяжести летит по дуге, а на шар гравитация мало действует. Сопротивление воздуха замедляет тоже слабо, так что зафигачить можно очень далеко, только попасть почти нереально. Как из той винтовки, что стреляет на три километра. Стрелять-то она стреляет, и пуля на таком расстоянии вполне способна убить, только и с километра очень мало кто попадёт, а с трёх вообще никто.

Однако это всё теория. На практике с расстояния в неполный десяток метров я ни разу не промахнулся. Никто не сумел увернуться, хотя шары в предутренних сумерках светятся прекрасно. Сам я не только их кидать, но ещё и размышлять на всякие отстранённые темы успевал. А ведь вроде бы убивал и вроде бы людей. Вот что значит магия! Стреляй из пистолета или орудуй, как подруга, мечом, наверняка бы чувствовал себя иначе. А так ощущал себя словно в какой-то компьютерной стрелялке.

Кстати, о подруге, пока я прикрывал ей спину, анури успела навести порядок среди бабской части бандитского населения. Двоих, правда, перед этим прикончила, зато остальные активно и охотно таскали вещи обратно в телеги. Когда погрузили всё и приготовили транспорт к дороге, уже рассвело. Можно было ехать.

Однако Аля решила на этом не останавливаться. Собрала всех выживших жителей и произнесла речь. Самих ответов я не понял, большинство были отрицательными, некоторые указывали на догорающий трактир, но то, что говорила анури, было понятно вне зависимости от языка.

Логика Али была проста. Они тут не первый день грабят проезжих, так пусть делятся тем, что нажили непосильным трудом. Естественно, такое предложение энтузиазма не вызвало, хотя никто не требовал отдать всё до последней рубахи, только деньги и малогабаритные ценности. Селяне пытались отбрехаться, утверждая, что во всём виноват трактирщик, а добыча, какая была, вон, вместе с заведением догорает. Это я и без знания языка понял. Как без всякой магии не сомневался, что врут. Однако номер не прошёл.

Мне надоели методы допроса, используемые Алей, и я предложил свои. Скорее всего, она бы добилась результата, но ждать пришлось бы долго. Мои сработали гораздо быстрее, ведь если кто-то не желает расставаться с награбленным имуществом, даже после потери пары пальцев, гораздо эффективнее будет угроза не третьему пальцу, а самому имуществу.

– Так, все слушают сюда внимательно! – громко заявил я. – Сейчас все возвращаются по домам и выносят деньги и ценности. Те дома, которые выплатят выкуп, останутся целыми, остальные ждёт участь трактира. Со всем, что находится внутри!

Пока спутница переводила, я зажёг на ладони огненный шар. Поскольку никто не торопился выполнять совершенно понятный приказ, запустил в ближайший дом. Полыхнуло знатно. Слушать крики и причитания не стал (всё равно ни черта не понимаю), а зажёг следующий шар. Народ понял, что шутить никто не будет, и засуетился.

В итоге почти все заплатили. Мне пришлось сжечь всего лишь ещё один дом. Да и то потом выяснилось, что там никто из хозяев не выжил. Таких, кстати, было несколько, но о них позаботились соседи, явно рассчитывая позже поделить остальное добро.

Можно было не сомневаться, нам выносили далеко не все ценности. Но попробуй проверь, лично я не собирался. Если на расстеленное на земле покрывало высыпалось достаточное количество монет и украшений, дом считался откупившимся. Тем более что и полученного было немало.

Это селение явно паразитировало на дороге не первый год, раз смогли столько накопить. По-хорошему бы их тут вообще всех добить, но раз пообещал пощадить, не буду. В любом случае, лишившись практически всех мужчин, дальше разбойничать не смогут. А учитывая местные нравы, их, скорее всего, самих захватят.

Хотя я потребовал только денег или золота, некоторые пытались расплачиваться вещами. Всякий раз утверждали, что предмет стоит куда дороже, чем отсыпали соседи деньгами. Не исключено, что не врали, но я всё равно отказывался. Вещи каждый раз были весьма приметными и, несомненно, малоликвидными. Сколько бы такое ни стоило, наверняка сразу за хорошую цену не продашь, а пока будешь искать покупателя, рискуешь на родню бывшего владельца нарваться. Так что спасибо, не надо, лучше меньше, но деньгами.

Исключение было сделано только один раз. Из одного дома вынесли оружие. Причём не абы какое, а в явно дорогих ножнах. Я хотел было отказаться. На фига мне местные железки? Однако Аля остановила, очень заинтересовавшись одним из мечей.

– Нравится? – спросил у неё. – Бери!

– Очень нравится, – кивнула она. – Но вообще-то это для тебя.

– Спасибо, не надо! – тут же открестился я. – Обойдусь без железок.

– Ты ничего не понимаешь! – возмутилась анури. – Это же старинный эльфийский клинок! Сейчас таких не делают, потому что секрет утрачен. На, подержи, тебе должно понравиться.

Был вынужден взять настойчиво протянутый меч. Скажу честно, не являюсь большим фанатом и тем более специалистом клинкового оружия. Если на Земле и существовали аналоги этому эльфийскому мечу, то широкого распространения не получили и распиарены, как та же японская катана, не были. На вид ассоциировался с чем-то восточным. Вроде большого ятагана, только с приличной гардой и длинной рукоятью. А ещё вес.

– Он что, из мифрила? – спросил я. – Больно лёгкий.

– Нет, железо, – ответила анури. – Просто внутри много полостей. В первую очередь для особой балансировки. Ну, и для снижения веса.

– И как твои эльфы умудрились такое выковать? Постой! Ты сказала железный? Точно не стальной? Железо же само по себе слишком мягкое.

– Во-первых, эльфы не мои, – начала отвечать Аля, – во-вторых, такие мечи не ковали, а выращивали. Раньше умели заставлять деревья собирать из земли любой металл и покрывать им ветви нужной формы, в-третьих, это именно железо. И оно крепче любой стали, потому что выращено в нужной структуре.

Ещё раз осмотрел клинок. Ничего особенного, если честно, не заметил. Впечатления выросшего на ветке он точно не вызывал.

– Ладно, согласен, вещь редкая и экзотическая, но мне-то зачем?

– Как это зачем? – растерялась девушка.

– А вот так, – ответил ей. – Если придётся драться, воспользуюсь магией или более привычным оружием. Зачем таскать пусть и лёгкую, но бесполезную железку, которой я и пользоваться-то не умею?

Анури скривилась от того, что я назвал древний клинок железкой. Потом ответила:

– Пользоваться я тебя научу.

– Спасибо, как-нибудь обойдусь. Мне ещё магии учиться, потом местному языку, потом ещё чему-то важному и полезному. Так что на меч точно не останется времени.

– Ты не понял! Меч – это не только оружие, но и статус. Большинство магов ими никогда не пользуются, но носят всегда. Выйдя на улицу без штанов, ты будешь выглядеть менее странно, чем без меча. Имей в виду, носить всё равно придётся, так что выбирай, этот лёгкий или что потяжелее.

Последний аргумент был решающим. Пришлось соглашаться.

– Когда спешишь, по дороге быстрее, – заявил я перед выходом.

– Это ты к чему? – не поняла Аля.

– Просто вспомнилось, что мы как раз не по основному торговому тракту идём, а по обходной дороге. Вот и нарвались сначала на разбойников, а потом на гостеприимное селение.

– Ну, во-первых, мы никуда не спешим, – напомнила анури. – А во-вторых, основной торговый путь точно не быстрее. Он петляет зигзагами, чтобы пройти через все мало-мальски значимые города. Отрезки вроде этого как раз и срезают подобные петли.

– Именно это я и имел в виду. Мы-то выкрутились, а у ткача и почти всей его семьи не получилось.

До основного тракта добирались три дня. От нечего делать попытался учить местный язык. Аля и Нари мне активно помогали. Успехи были, скажем прямо, не очень. Примерно сотня слов, причём без правил их применения и прочей грамматики. Всё исключительно на уровне «моя твоя не понимай». Дочь ткача, и та за это время больше в русском преуспела, хотя специально не учила. Анури была вынуждена признать, что врождённая расовая способность у меня почему-то отсутствует.

– Но ты не переживай, – успокоила она. – Есть другие методы. Правда, очень дорогие, зато быстрые и надёжные.

– Какие, например?

– Передача языка прямо в голову при помощи специального амулета.

– Это не опасно? – усомнился я.

Любые манипуляции с мозгом вызывали у меня подозрение, которое не могла аннулировать даже халява.

– Конечно, нет! – уверенно заявила девушка. – Это очень дорого. Такое могут позволить себе только достаточно богатые разумные, а они, поверь, не станут подвергать себя опасности за свои же деньги.

Аргумент был более чем логичен. Да и сама идея мне нравилась. Приложил ко лбу амулет, и ты уже полиглот. Аля меня разочаровала, амулет придётся носить на шее как минимум неделю, а то и месяц, пока знание языка не закрепится. Причём за один раз таким способом можно выучить только один. И каким бы богатым ты ни был, даже если закупишь полсотни амулетов с разными языками, пока полностью не усвоишь первый, бесполезно начинать второй. Но, несмотря на все ограничения, идея мне нравилась больше и больше. По сравнению с остальными методами всё равно получалось, как говорится, раз – и готово.

Придя в город, первым делом избавились от девочки и её имущества. С этим никаких проблем не возникло. Просто пришли в гильдию ткачей и рассказали печальную историю. Нари, кстати, всё подтвердила, в том числе и то, что мы были наняты её отцом. Тут я угадал, и мой нехитрый психологический приём сработал.

Местные судьбу сироты решили быстро. Её отец собирался выдать старшую дочь за сына своего коллеги из этого города и объединиться с ним. Вместо свадьбы старших детей устроили помолвку младших, а имущество перешло в новую семью в качестве приданого. Нари такая резкая смена социального статуса не понравилась, но её никто не спрашивал. Да и останься живы родители, девочку ждала бы аналогичная судьба.

Вторым делом была городская стража. Аля доложила о разбойном нападении на ткача и на нас. По её словам, это была чистая формальность, которая не займёт много времени. На деле потратила никак не меньше трёх часов. По вполне понятным причинам говорила анури, а я сидел и молчал. Поначалу было забавно понимать только ответы Али и по ним догадываться о вопросах чиновника. Потом стало скучно. Однако всё закончилось, и мы отправились искать гостиницу.

Это, конечно, не столичный город, а провинция на границе необитаемых земель, и многозвёздочного отеля тут не найти, но просто приличные гостиницы уже имелись. По местным меркам, понятно, но нам подошло и это. Достаточно большая комната с достаточно большой кроватью и с чистым бельём нас полностью устроила. И купальня с большой деревянной бочкой метра два в диаметре вместо ванны тоже. Если деревянная бочка выглядела архаично, то водопровод был более чем современным. С горячей и холодной водой!

– Откуда тут это? – удивился я.

– Магия, – ответила Аля, пожимая плечами.

Действительно, не нужно считать мир отсталым только потому, что местные воюют с помощью мечей. Сильный маг-целитель даст сто очков форы любой земной клинике и всё равно выиграет. По многим другим параметрам тоже нельзя сказать заранее, что лучше. А уж нагревать воду и гонять её по трубам магией точно можно ничуть не хуже, чем электричеством.

– Кто первый? – спросил я.

– Зачем кто-то должен быть первым? – спросила анури, начав сбрасывать с себя одежду.

Оставшись полностью обнажённой, принялась за меня. Я не сопротивлялся. Как говорится, заодно и помылись. Потом было продолжение уже в постели.


Глава 16

Алекс. Попаданец

Проснувшись утром, обнаружил, что нахожусь в кровати один. Аля успела встать, выбраться из постели, не разбудив меня, одеться и уйти. Припоминаю, что-то вчера говорила о намерении сразу с утра заглянуть в лавку, торгующую магическими принадлежностями. Вроде бы собиралась купить мне языковой амулет. Если такой тут вообще найдётся. Точнее сказать не могу, слушал вполуха. Значит, отправилась выполнять планы. Но если я не ошибаюсь, собирались идти вместе. Или ошибаюсь?

Скользнув взглядом по комнате, обнаружил то, что не заметил вчера. Большое зеркало. Не во всю стену, но всё равно достаточно крупное. Мысли со вчерашнего совместного купания и последовавшей вслед за ним бурной ночи как-то сами перетекли на кое-что другое. Девушка шептала мне на ухо, что я её анури и становлюсь им всё больше и больше. Про хвост она, понятно, шутила (я проверил!), а про уши говорила совершенно серьёзно.

– Нужно проверить, – произнёс вслух и подошёл к зеркалу.

Уши были в порядке, в смысле, самыми обыкновенными, человеческими. Других изменений тоже не обнаружил. Это, если судить по внешности. А если по моему поведению?

В самый момент попадания в другой мир, ещё не зная, что попал, я вступился за девушку. Не супергерой, и переть с кулаками, даже не попытавшись договориться, – не мой стиль. Но это ещё можно списать на любовь с первого взгляда. Аля утверждает, что мы созданы друг для друга, и не врёт. Во всяком случае, сама в это верит (а этой ночью начал верить и я).

Дальнейшее тоже можно как-то понять. За железяку схватился, чтобы напугать и отогнать тех бомжей, сам не ожидал, что убью. Наверное, и не убил бы, происходи дело в нашем мире и веди они себя, как положено пусть и наглым, но бомжам. Вон, даже помогать раненому собрался.

Потом с нападением разбойников в гостинице тоже почти всё понятно, защищаясь от нападения, пользовался тем, чем мог, кидался огненными шарами. Огнестрел для меня привычней? А вот ни фига, сколько я из него дома-то стрелял? В том-то и дело, что очень мало. Тут с магией потренироваться и то больше успел.

Ну а потом? Хохмы ради поджёг трактир, когда это уже не требовалось. Затем кучу людей. Ну пусть не кучу, а тех, кто пёр прямо на меня, остальных скорее пугал, швыряя шары под ноги, но таких было немного. Главное не это, а то, что даже не дрогнул, глядя, как бандюганы горят, как кричат при этом. Может, я действительно уже не человек?

Однако размышления на неприятную тему прервала вернувшаяся анури. Помните анекдот про жену и деньги?

«– Дорогой, пожалуйста, не ругайся, но я потратила всю твою получку, – прямо с порога заявляет вернувшаяся домой жена.

– То есть как?! – удивляется муж.

– Я купила тебе подарок на Двадцать третье февраля.

– И что же можно купить на такие деньги?

– Подожди, я сейчас надену!»

Ну так вот, когда Аля вернулась, у нас с ней состоялся примерно такой же разговор.

– Алекс, извини, но я истратила все наши деньги, – с ходу призналась анури.

– То есть как все? – не понял я. – Ведь мы целый мешок одних только монет собрали. И меди там было никак не больше половины, остальное серебро и даже золото. Плюс украшения, исключительно серебряные и золотые, да ещё с камнями. Помню, ещё было несколько кубков и чаш из благородных металлов. Или ты имеешь в виду только монеты? Но даже так всё равно много.

– Нет, я имею в виду всё перечисленное и ещё то, что было у меня, – пояснила она.

– Ладно, рассказывай, – попросил я девушку.

– Как мы договаривались ещё вчера, отправилась в магическую лавку в надежде найти для тебя амулет с каким-нибудь ходовым языком. Вообще-то они не редкость, просто очень дорогие, поэтому запросто могли не оказаться в таком захолустье.

– Когда ты говорила, что дорогие, даже не предполагал, что настолько, – вставил я. – Уж лучше бы выучил язык обычными методами.

– Нет, не настолько. Я вообще не амулет купила.

– Тогда что?

– Очень редкий артефакт, древний, сейчас таких не делают. Вот он действительно стоит огромных денег. Но дело даже не в этом, несмотря на цену, их в свободной продаже не бывает. В несвободной тоже. Вообще. И ты представляешь, захожу в магическую лавку провинциального городка, стоящего у демона на рогах, а там лежит это чудо. Не купить было настоящим преступлением, тем более что нужную сумму хоть и с трудом, но наскребла.

– Не знал, что ты у меня коллекционерка древних артефактов, – произнёс я.

– При чём тут коллекционирование?! – удивилась Аля. – Это очень нужная и полезная вещь. Я бы даже сказала полезнейшая, особенно в нашем положении.

Подруга наконец показала своё приобретение. Скажу честно, тусклый кристалл на верёвочке меня не впечатлил.

– И что оно делает?

– Как?! – возмутилась анури, явно думая, что над ней издеваются.

– А вот так. Я в ваших магических штучках ни разу не разбираюсь. То, что умею пару-тройку фокусов, не в счёт.

– Ой, извини, совсем забыла.

– Ничего страшного, – махнул рукой я.

А вообще странно её удивление. Примерно с таким же успехом можно показать доисторическому человеку навороченный планшет, а потом поражаться, что тот его разбил вдребезги каменным топором. Хотя, пожалуй, с планшетом я слегка загнул. Скорее показать миелофон современному ребёнку. Взрослый вполне может удивиться непониманию, но потом почти сразу сообразит, в чём дело.

– В этом кристалле заключена пространственная складка, – продолжила Аля. – Представляешь, положил любой предмет, и он всегда с тобой, не мешая ни размером, ни весом.

– Представляю.

Огромная сумма, потраченная подругой на этот камешек, уже не казалась такой бессмысленной. Осталось только выяснить параметры артефакта.

– И какие размеры у этой пространственной складки? – задал я главный вопрос.

– Разные.

– То есть как? Сегодня куб, а завтра только четверть?

– Нет. Размер зависит от силы мага, этим артефактом владеющего. Но даже, когда им пользуется разумный, вообще никаких магических способностей не имеющий, размер будет никак не меньше его самого.

– Какие ещё особенности?

– Вроде никаких. Магическая сила используется только один раз, при привязке к новому владельцу, потом не нужно. И ещё, пока артефакт висит у тебя на шее, его не видно. Никто, даже очень сильный маг, не узнает, что у тебя есть такая бесценная вещь. Видимым становится только в тот момент, когда что-нибудь туда прячешь или, наоборот, вытаскиваешь.

– Да, полезная штука, – окончательно признал я. – И всё же, какой у него будет размер, если воспользуемся мы?

– Если я воспользуюсь сейчас, то у меня как, впрочем, и у любого немага, то есть с меня размером. Когда силы полностью восстановятся, сказать так сразу трудно, но, думаю, не меньше каморки в том постоялом дворе, где на нас напали. А у тебя… Мне трудно оценивать твой магический потенциал, но одно сказать могу абсолютно точно, он очень большой.

Решили привязывать артефакт ко мне. Логично, учитывая, что от этого зависит размер контрабандного пространства. Сам процесс оказался до смешного прост, капелька крови на кристалл, и впустить в него свою силу. Чем больше, тем лучше. Всё.

– Точно чем больше, тем лучше? – на всякий случай уточнил я. – А то выйдет, как с Древом.

– Нет, не выйдет, – уверенно заявила анури. – Древние были сильными магами, не чета теперешним. Артефакт рассчитан именно на них, а не на нас. Как бы ты ни старался, повредить его не сможешь.

Пожал плечами и сделал, что требовалось. Ничего не произошло.

– Не вышло, – разочарованно произнёс я. – Тебе подсунули нерабочий артефакт.

– Всё вышло! – возразила Аля.

– Но…

– Посмотри! – перебила меня девушка.

Я наклонился. Кристалл на шее отсутствовал.

– И что теперь?

– Проверь имеющееся пространство складки, – предложила анури.

– Как?!

– Просто посмотри магическим зрением…

Сказав последнее, Аля осеклась. Вспомнила, что именно магического зрения у меня и нет. Однако быстро пришла в себя и с энтузиазмом заявила:

– Ничего страшного! Не маги тоже не могут видеть содержимое артефакта, что не мешает им пользоваться.

– А не маги могут себе позволить такие вещи? – удивился я. – Ты же говорила, что он невероятно редкий.

– Ну и что? – пожала плечами подруга. – Король не обязательно владеет магией.

– Понятно, как-то не подумал об этом. Ладно, что мне делать?

– Возьми любой предмет, попытайся спрятать и отпусти.

На самом деле того энтузиазма, который пыталась показать, подруга не испытывала. Но и не врала. Поэтому решил попробовать. Взял первый попавшийся предмет, которого в случае чего будет не жалко. Им оказался эльфийский меч. Представил, что он совсем маленький. Настолько, что можно засунуть в карман. Туда мысленно и положил…

Получилось! Клинок исчез.

– Как теперь достать?

– Обычно маг видит содержимое всего артефакта, – начала объяснять анури. – Просто протягивает руку и берёт. Тебе же придётся использовать воображение. Чётко представь предмет, который хочешь вытащить, и мысленно сделай это.

Ага, легко сказать. Схвати я, скажем, подушку с гостиничной кровати, которую специально не разглядывал, фиг бы её представил. Да и с клинком тоже не всё так просто. Думаю, если бы я сам этот меч туда положил, а до этого не познакомился с магией, ничего бы у меня не вышло. А так получилось. Всего лишь с пятой попытки. Проделал ещё несколько экспериментов с разными предметами. Как с совсем мелкими, так и с более габаритными.

После того как получилось один раз засунуть и вытащить, больше проблем не возникало. Причём усилия всегда были одинаковыми, вне зависимости от веса и размера вещи. Самым большим предметом в комнате была кровать, вот на ней и проверил. Засунул в артефакт без проблем, вытащил тоже. Почти. Встала не вдоль комнаты, как была, а поперёк. Замучились с Алей, пока не перекантовали в прежнее положение. Тяжеленная оказалась, зараза.

– С артефактом всё ясно, – сделал вывод я. – Теперь нужно решить одну проблему.

– Какую? – спросила анури.

– Как не забыть, что я туда клал. Иначе вещь исчезнет безвозвратно. Вроде никуда не терялась, а на деле её нет.

– Это нетрудно, – махнула рукой подруга.

– Уверена? – спросил я.

– Конечно!

– Тогда ответь на один вопрос. Что лежит в правом вьюке третьей лошади?

Девушка закусила губу, пытаясь вспомнить. И не смогла.

– Так нечестно! – наконец выдала она. – Тот тюк упаковывал ты.

– В том-то всё и дело, что я и сам плохо представляю, что туда совал. Ладно, перечисли тогда всё, что лежит во вьюках, упакованных тобою.

Задумавшись, Аля поняла, что и тут всё вспомнить не сможет. Бо́льшую часть – да, но что-то в любом случае пропустит.

– Тогда можно укладывать тюками, – нашла выход она. – Уж сколько их было, точно не забудешь. Может, не так удобно и быстро при экстренном выхватывании, но ничего страшного, самые важные вещи клади отдельно.

– Пожалуй, – согласился я. – А ещё лучше заказать нужное количество одинаковых ящиков или сундуков и пронумеровать. Знай себе вытаскивай нужный. Сундук номер один, сундук номер два, сундук номер двадцать восемь. Если столько вообще влезет.

– Влезет, – уверенно заявила анури. – Только на заказ таких вещей у нас сейчас денег нет. Вообще ни на что нет.

– Жаль.

Идея с одинаковыми сундуками мне понравилась. Если заказать походный вариант, какие тут многие таскают вместо чемоданов, вообще будет идеально. И нумеровать не снаружи большими цифрами, а маленькими изнутри.

Тогда один со всяким хламом можно таскать напоказ, типа багаж, а остальные держать внутри пространственного артефакта. Понадобилось что-нибудь из сундука номер пять – поменял их местом с демо-версией и вытащил. Понадобилось что-то, лежащее в восьмом, сделал то же самое. И удобно, и постороннего внимания не привлечёшь. Однако придётся отложить до лучших времён. Аля мою задумчивость истолковала по-своему и заговорила:

– Не то чтобы у нас совсем не осталось денег. Вернее, действительно нет, но можно продать кое-что ненужное.

– Что, например? – спросил я, вспоминая мультик про Простоквашино.

– Вьючных лошадей, – ответила девушка. – Они теперь не нужны.

И действительно, не нужны. К тому же одной заботой меньше.

– Много за них можно выручить? – заинтересовался я.

– Нет. Я вообще планировала поменять твоего коня, купив что-нибудь получше, придётся отложить. Но ты не переживай, деньги для мага не проблема. Обязательно заработаем.

– Ты кое-что забыла, – напомнил ей. – Для мага, может, и не проблема, но ни ты, ни я сейчас не маги.

– Ты – маг! – решительно возразила Аля. – Но даже если не учитывать потенциальной силы, а ограничиться лишь тем, что ты умеешь на данный момент, денег на жизнь точно заработать сможешь.

– Кто-то решится нанимать мага-недоучку? – удивился я. – Чего он может намагичить?

– Он, в смысле, ты сможешь заряжать кристаллы-накопители. К сожалению, только слабые и средние.

– Почему? Ты же сама раньше говорила, что запросто наполню любой самый ёмкий.

– Говорила, – кивнула подруга, – и сейчас повторю. Но именно этого нельзя делать ни в коем случае. Лучшего способа обратить на себя нежелательное внимание и не придумаешь. Большинство таких накопителей редко кому удавалось зарядить и наполовину, причём не за один раз, а сбрасывая туда силу долгое время.

– Можешь не продолжать, – понял я. – Сильнейшим магам не удаётся, а тут пришёл какой-то недоучка, приложил руки – и готово. Причём под самое горлышко. Последствия представить нетрудно.


Глава 17

Алекс. Попаданец

Что интересно, уже на следующий день Аля смогла найти мне озвученную работу. В той же магической лавке имелся кристалл-накопитель среднего объёма. Пустой, разумеется. Хозяин был готов заплатить немаленькие деньги за его наполнение. Анури наплела ему, что я списанный армейский маг, из тех самых, которые могут выдавать много энергии и почти ничего больше. Однако после полного магического истощения потерял и эту способность.

Нет, накопить в резерве довольно много и выдать всё практически мгновенно могу без проблем. Вся проблема в том, что после восстанавливался несколько недель вместо обычных дней. В армии такие больше не нужны, вот и списали на пенсию раньше срока. Только та пенсия даже после полной выслуги не бывает большой, а в моей ситуации вообще издевательство. Поэтому сильно нуждаюсь в деньгах и как раз сейчас имею полный резерв. Могу заполнить любой средний кристалл под завязку.

Хорошая история. Даже почти правдоподобная. Если забыть, что всего день назад эта же наёмница купила в этой же лавке безумно дорогой артефакт. Однако торговца куда больше интересовала возможность зарядить накопитель за приемлемую цену, чем истории сомнительной правдивости. Хочется сильному и богатому магу притворяться подавшимся в наёмники инвалидом-пенсионером? Имеет право. Этот ещё совсем безобидный, маги – они все с придурью, кому, как не торговцу соответствующими товарами, не знать о такой особенности.

Аля с самого начала именно на подобную реакцию и рассчитывала. Тут главное – соблюсти приличие и придумать достаточно правдоподобное объяснение, а насколько оно при этом правдиво, никого не интересует.

– А если я перестараюсь, залью больше энергии, чем надо, и кристалл взорвётся? – спросил у подруги.

– Если бы не существовало способа избежать такого результата, я бы даже не предлагала, – ответила девушка. – Вообще-то им никто не пользуется и специально ему не учатся. Даже в магической академии показывают чисто для общего развития. Но он есть.

– Что, такой опасный?

– Нет, просто бесполезный или, скорее, непрактичный из-за огромной потери энергии. Больше половины уходит вообще в никуда. Но в твоём случае в самый раз. Жаль, что так можно лишь кристаллы заполнять, на плетениях не срабатывает.

Всё оказалось довольно просто. Обычно маг строго контролирует отдачу силы в кристалл, чтобы не пропало ни крупинки. В моём случае довольно сложно следить за тем, чего не вижу и вообще никак не ощущаю. Но можно просто сделать начальный толчок и потом не препятствовать силе течь самой. Примерно как наполнять бутылку с тонким горлышком из ведра. В принципе можно, только мимо прольётся больше, чем попадёт внутрь. Ну а когда закончишь, излишки не взорвут бутылку своим давлением, а будут продолжать стекать по стенкам.

– Сначала проверим, – заявила Аля, доставая из сумки перстень с крупным рубином.

– Постой, раньше ты его всё время на пальце носила, – удивился я. – Думал, отдала вместе со всеми деньгами и другими ценностями за пространственный артефакт.

– Вовремя догадалась спрятать, – хитро улыбнулась девушка. – Нет, не будь другого выхода, отдала бы, но, к счастью, удалось сохранить. Это не просто перстень, а кристалл-накопитель объёмом чуть больше среднего. Вот на нём и потренируешься.

– Пустой? – спросил, беря его в руки.

– Абсолютно, – уверенно заявила она. – Я его в том ритуале использовала, сначала опустел камень, потом все мои резервы.

Прикоснулся к рубину и попробовал втолкнуть в него силу. Лишь на мгновение, чтобы не испортить, потом просто стоял и смотрел.

– Хватит, – прозвучало меньше чем через полминуты.

– Уже? – удивился я.

– Да. Смотри, он поменял цвет с тёмно-красного на почти чёрный. Значит, переполнен силой. Никогда таким не был. Спасибо.

При последнем слове Аля приблизилась и поцеловала меня в щёку.

– Да не за что, – отмахнулся я.

– Ты не понимаешь. Ни один маг не станет делать это для другого просто так.

Я лишь пожал плечами. А что было отвечать? Закачка силы в накопитель торговца прошла без проблем. Полминуты постоял с умным видом, держа в руках большой, но мутный кристалл. Отдал хозяину. Тот проверил, кивнул и расплатился. А уже через полчаса мы покидали город. Естественно, не сразу всё похватали и убежали, а подготовились заранее.

Одну запасную лошадь себе всё-таки оставили и два больших плетёных вьючных короба. Больше для виду, чем по необходимости. Там вообще ничего не было, кроме минимальных припасов. Если начну доставать вещи из воздуха, все сразу поймут, что имею редкий артефакт. Если при посторонних ничего подобного делать не буду, но кто-нибудь увидит наш походный лагерь с кучей вещей, которых на двух оседланных лошадях далеко не увезёшь, тоже подозрительно. А так всё ясно, вон короба, вон вьючная лошадь, которая их везёт. Чего ещё надо?

– Слушай, Аля, а ведь торговец в той лавке тоже был магом? – спросил я.

– Конечно, – ответила она. – Слабый, но довольно опытный. Другие такой торговлей редко занимаются. А почему вдруг спросил?

– Просто до меня только сейчас дошло, он ведь мог видеть, что я заливаю в кристалл гораздо больше, чем надо. Такое море энергии, льющейся мимо, наверняка светилось для всех имеющих магическое зрение.

– Не мог, – с абсолютной уверенностью заверила подруга.

– Почему?

– То, что ты заливаешь в плетение, ещё можно увидеть. Теоретически. А то, что льётся в никуда, там и пропадает, недоступное ни для кого.

– Тогда ладно, – успокоился я.

– Стой! – вдруг подняла руку анури.

– Что?

– Кто-то чихнул.

– Не я!

– Знаю.

– Но я и не слышал…

– Знаю! Не мешай!

– Всё, молчу…

Аля сидела в седле, вовсю вращая ушами и пытаясь понять, откуда раздался звук. Степь и низкая трава, насколько хватит взгляда, не то что ни одного деревца, даже кустика или кочки не наблюдается. Спрятаться совершенно негде.

Следующий чих услышал уже и я. Даже точно определил направление. Наша вьючная лошадь! Чихала, разумеется, не она. Аля выхватила меч и стала осторожно приближать своего коня к источнику звука. У меня бы так не получилось, да и не требовалось. Я заподозрил, кто бы это мог быть. И угадал! Из открытого со всеми предосторожностями плетёного короба выглянула голова Нари.

– Я сбежала! – с ходу призналась девочка.

– Видим, – ответил я.

Алиена. Анури

– Меня совершенно не интересует, зачем и почему ты решила спрятаться в наших вещах, – начала я.

– Правда?! – с надеждой спросила девочка.

– Нет! Но эти вопросы имеют совсем небольшое значение по сравнению с главным. Как?! Как ты смогла остаться незамеченной?

– Не знаю…

– Не ври! Ведь это уже не первый раз. Сначала телега твоих родителей, потом лавка в трактире. С первым – ладно, там действительно можно было спрятаться так, чтобы никто не заметил. Но совершенно ничем не прикрытая лавка… И я не увидела!

– Я просто очень хотела, чтобы меня не нашли, правда, – со слезами ответила Нари.

– Теперь не врёшь, но и чего-то недоговариваешь.

Лишившись магии, я потеряла способность отличать правду от лжи. Признаться, она никогда не была моей сильной стороной, сравнивать с тем, что чувствуют анури по отношению друг к другу, даже не стоит, но хоть какая-то была. И оказалось, что вести с кем-либо переговоры без этой способности весьма неудобно. Однако в данном случае магия и не требовалась, всё и так было, словно на ладони.

– Это магия! – наконец призналась девочка. – Если я очень сильно хочу спрятаться, то меня не видно, даже если стою рядом. Только совсем недолго. А если на самом деле спрячусь и захочу, чтобы не нашли, то могу очень долго там просидеть.

Нари увидела, что теперь никто не сомневается в её словах. Девочку прорвало:

– Я всегда хотела в магическую академию, только мне нельзя. Папа обещал что-нибудь придумать, но не успел, его убили. И я точно не хочу выходить замуж за сына ткача!

– Наверное, так же, как многие в твоём возрасте, мечтаешь о принце? – спросила я.

– Принца можно, – совершенно серьёзно ответила Нари. – Но только после того, как стану магом. Вы меня научите?

Перевела всё Алексу. Заодно высказала своё мнение. Девочка неинициированный маг. У таких иногда получается использовать свою силу неосознанно, без заклинаний и плетений. Достаточно сильного желания. При условии, что захочет чего-то совсем простого, а ещё нужен очень высокий потенциал.

– И что, у вас тут в магические академии только знать берут? – спросил Алекс. – У дочки ткача никаких шансов?

– Вообще отношения сословий у разных рас и в разных королевствах отличаются, – начала рассказывать я. – Порой очень сильно. Но в одном достаточно схожи, и это касается магов. Во-первых, на нас сословное деление либо не распространяется вообще, либо весьма условно. Во-вторых, обучение. Если у потенциального мага, ребёнка или взрослого, не важно, нет денег на образование, его всё равно возьмут. Разумеется, не в самое престижное заведение и не на любую специальность, а туда, куда надо, но точно возьмут. Даже слабого, а уж с потенциалом Нари тем более. Ей, скорее всего, создадут наиболее благоприятные условия.

– Бесплатное образование? – сделал неправильный вывод Алекс.

– С чего ты взял? – слегка удивилась я. – Всё оплатит государство, а потом магу придётся отработать эти средства. Но в любом случае взаимовыгодно.

– Тогда почему?

Я прекрасно поняла, что имел в виду мой мужчина. У меня были по этому поводу свои предположения, которыми поделилась:

– Не знаю. Скорее всего, ткач почему-то не желал отдавать дочку на обучение магии. Хоть и редко, но такое иногда бывает. Однако, вместо того чтобы прямо запретить, поступил хитрее и рассказал дочери, что для их сословия это запрещено или почти недоступно, но он попытается что-нибудь придумать.

– Я бы всё равно сбежала, – влезла в разговор девочка. – Дождалась бы подходящего купеческого каравана, идущего в соседнее королевство, и сбежала. Прятаться я умею. Там бы поступила в академию. Я даже выбрала в какую.

– Выходит, я угадала, – объяснила Алексу после того, как перевела. – Теперь главный вопрос, что нам с ней делать.

– Я в этих делах плохо разбираюсь, – сразу попытался отказаться от принятия решения мужчина. – И в местных реалиях, и в магии. Так что решай сама.


Глава 18

Тилитриэль. Эльфийская принцесса

Поставленная мне задача была куда сложнее, чем может показаться с первого взгляда. Появление нового Древа Жизни способны почувствовать только перворождённые. Поэтому заинтересованных лиц других рас можно не опасаться. И это очень хорошо, потому что их маги всегда мечтали завладеть секретами нашей силы, а тут целое Древо. Мало кто устоит перед таким соблазном.

Даже если у такого Древа есть сильный хозяин. Это с нами почти у всех равновесие, договора, династические браки и много чего ещё, с чужаками и повоевать можно. И если люди успеют начать первыми, то уже нам нельзя будет вмешиваться, всё по тем же причинам. Но, к счастью, никто, кроме эльфов, об этом событии знать не может, потому с этой стороны опасаться нечего. Будь иначе, отец послал бы не меня на разведку и с дипломатической миссией, а сразу армию.

Однако кроме людей и остальных рас есть ещё и другие эльфы, что необходимо учитывать. Наш лес самый древний и самый сильный из всех соседних, но не ближайший к тому месту, где выросло новое Древо. Есть одна роща гораздо ближе. Можно не сомневаться, что их разведка успеет первой.

Чего от этого ожидать? Там, где необходимо силовое решение, у них нет шансов. А если представить, что Древо осталось совсем бесхозным? Кое-кто из советников отца предложил и такой невероятный вариант. Попал кто-то из другого мира в наш, осмотрелся, убедился, что это не то место, куда собирался, и пошёл дальше своей дорогой. Ну а Древо вырастил в качестве источника энергии для пробоя между мирами. Звучит абсурдно? Конечно! Но кто знает логику иномирян?

В таком случае Древо будет по праву принадлежать тому, кто его первым найдёт. В теории. А на практике тому, кто сумеет удержать. У маленькой провинциальной рощи сил на такое точно не хватит, даже если удастся полностью взять под контроль новый источник энергии. Лорд рощи наверняка это прекрасно понимает и наверняка попытается продать своё право первого обладающему правом сильного.

Но это не самый худший вариант. Можно даже сказать самый лучший, потому что наиболее ожидаемый при подобном стечении обстоятельств. И наиболее фантастический, потому что бесхозное Древо Жизни вообразить крайне трудно.

Скорее всего, в наш мир решила переселиться группа эльфов. Отдельная роща, лес или весь народ – ещё предстоит узнать. И чтобы закрепиться в новом месте, принесли с собой собственное Древо Жизни. Не взрослое, разумеется, подобное в принципе невозможно, а саженец, ещё дома накачанный силой. Поэтому так быстро и вырос. Такое уже возможно, особенно если эту силу отдало ему другое Древо.

Именно в таком случае начинаются главные трудности и проблемы. С кем захотят сотрудничать новые родичи? Со всеми эльфами или выберут кого-то одного в качестве посредника? Вот тут у ближайшей, но слабой рощи самые большие шансы. Поскольку их разведчиков в любом случае обогнать не смогу, стоит сделать небольшой крюк и нанести визит вежливости.

Мои выводы были правильными, лорду этой рощи на то, чтобы отправить разведку, понадобилось даже меньше времени, чем моему отцу. Они уже успели добраться до места и прислать информацию. К счастью, лорд не стал играть в секретность и поделился со мной:

– Молодое Древо Жизни. Но по силе и размерам не меньше любого из древних, которые мне доводилось видеть.

– И кому оно принадлежит? – задала я самый главный вопрос.

– Никому. Те, кто его вырастил, пришли из межмирового пролома и ушли туда же, не оставив никаких следов. Чуть позже появились люди. С одной стороны, обычные бандиты, которые непонятно зачем забрались так глубоко в необитаемые земли.

– Может быть, искатели? – предположила я. – Достают из таких зон древние или иномирные артефакты.

– Нет, та банда точно не из этих, – возразил лорд. – Зато двое других наверняка. У них с теми бандитами возник конфликт, в результате которого выжила только парочка. Переночевали под Древом, словно это просто большой дуб, и ушли своей дорогой.

– Это всё?

– Нет. Судя по следам, с очень большой вероятностью можно утверждать, что эти двое были там, когда неизвестные вышли из межмирового пролома и посадили своё Древо. Наверняка что-то видели. Может быть, даже всё. Бандиты, кстати, тоже, но их уже не спросишь. Также не исключено, что неизвестные оставили после себя не только Древо, но и ещё что-то ценное, из-за чего у искателей и бандитов возник конфликт. Что интересно, пришельцы не трогали ни тех, ни других.

Потом я узнала, почему лорд так откровенен. Найденное Древо Жизни оказалось не просто бесхозным, а совсем ничьим, в любом смысле этого слова. Древо не только никому не принадлежало, но и не могло быть привязано ни к какой группе перворождённых. Любой желающий мог подойти и получить часть силы. Причём не обязательно эльф, но и маг любой другой расы. При наличии определённых умений, разумеется, только это уже мелочи.

Невиданная вещь! Маги неэльфы могут воспользоваться силой Древа Жизни! Тут как минимум только для обеспечения секретности этого знания придётся очень хорошо потрудиться. А в противном случае вдруг кто-нибудь откроет способ и делиться силой начнут другие Древа Жизни? Прямая угроза эльфийской расе!

Лорд маленькой провинциальной рощи сразу понял, что при сложившихся обстоятельствах его первенство не имеет никакого значения. Силой тем более удержать не сможет. Вот и ищет союзников. Мой лес в таком качестве, возможно, и не самый лучший вариант, но других просто нет. Посольские полномочия отец мне дал совсем на другой случай, но для заключения договора их хватило с избытком. Не думаю, что лорд не одобрит. Хоть наш лес и сильнее всех окружающих, но, учитывая обстоятельства, сейчас любые союзники лишними не будут.

Разделила свой отряд на три части. Во-первых, следовало послать гонцов домой с полученными сведениями. Вообще-то их можно и магическим путём передать, особенно когда есть доступ к Древу Жизни. Что я сразу и сделала. Но таким образом можно передать информацию, а не свитки с заключёнными договорами. Во-вторых, выделила несколько рейнджеров, которые были лучшими следопытами в отряде. Их отправила в помощь к разведчикам этой рощи, которые преследуют искателей. Лишними точно не будут. Как в чтении следов, так и в случае силового решения вопроса. Раз эти двое сумели уничтожить целую банду, значит, достойны уважения. Да и проконтролировать новых союзников совсем не помешает.

И наконец, в-третьих, сама с большей частью отряда отправилась к Древу. Очень любопытно на него посмотреть, но это, разумеется, не единственная причина. Вдруг удастся заметить что-нибудь пропущенное провинциалами. Вряд ли, конечно, но всякое может быть. И в любом случае нужно взять под охрану новую собственность, пока отец не пришлёт основные силы.

Древо меня впечатлило. Совсем молодое и такое сильное. Да ещё и место… Не случайно никто не селится рядом с пространственными разломами, даже мы, эльфы. Опыт многих тысячелетий показал, насколько это плохая идея. Вероятность того, что оттуда в любой момент может появиться смертельная опасность, тут совершенно ни при чём. Куда больше шансов умереть, гуляя по лесу, из-за того, что тебе на голову упала шишка. Однако разумные склонны рисковать и при самых худших раскладах.

Дело в том, что пространственные разломы возникают не на случайных местах. Вокруг всегда разлито много силы. Мечта любого архимага, строй себе в таком месте башню и живи припеваючи. Некоторые пробовали, несколько даже выжило, вовремя сбежав. Слишком уж враждебная там сила. Если найти такое место до образования межпространственного разлома, тогда, да, оно твоё, а после – лучше долго рядом не находиться. Эльфийская роща может защитить своих обитателей, но тогда почти вся сила Древа уйдёт на борьбу с внешним воздействием.

А тут всё было совсем иначе. Такое впечатление, как будто это Древо не боролось, а само собирало всю разлитую вокруг силу, очищало её, делая пригодной для использования. Вообще не ощущалось будто находишься недалеко от межмирового разлома.

Внутрь я, естественно, соваться не стала, но вокруг обошла. По ту сторону были совсем другие ощущения. Не исключено, что Древо для этого и вырастили. Выровнять магический фон и получить энергию для следующего межмирового перехода. А энергии было очень много, причём абсолютно доступной. Бери сколько сможешь.

Присланные союзным лордом эльфы времени зря не теряли. Среди них оказалась пара садовников, которые принялись облагораживать дикий лес, превращая его в более привычный и удобный для жизни. Причём не в парк, а в готовую к обороне крепость. При наличии такого количества доступной силы поменять местами старые деревья и вырастить новые совсем не трудно.

Мои рейнджеры занялись тем же. Только не деревьями, а сторожевым очень колючим кустарником. Сначала высадили несколько полос вокруг будущей рощи, а потом окружили полным периметром аномалию межмирового пролома. Понятно, что никого серьёзного такими колючками не остановишь, даже замедлишь не сильно, однако границу обозначить в самый раз.

К тому времени, когда из леса прибыла замена, я успела получить несколько сообщений от тех, кто ушёл по следу парочки. Складывалось впечатление, что искатели знают о погоне и стараются скрыться. Неужели от тех, кто вырастил Древо? Выходит, не все они покинули наш мир? Вскоре загадка была разгадана, когда удалось выяснить, кого мы всё-таки ловим. Мужчина, сильный маг, между прочим, и женщина полуэльфийка.

Бегство – явно идея последней. Уж она-то не могла не знать, что мы, во-первых, почувствуем такое событие, как появление нового Древа Жизни, а во-вторых, точно не останемся в стороне. И будем упорно искать всех, кто хоть что-то знает. Это понятно, непонятно другое – зачем ей понадобилось убегать? Дождалась бы сородичей, рассказала всё, что знает, получила солидное вознаграждение, а скорее всего, и статус в одной из рощ. Или они нашли тут нечто более ценное и теперь боятся, что оно будет отнято? Вполне логичное предположение.

Сирбиор. Наследник престола

Демоны бы побрали эту Нариэль! Десять лет планирования и подготовки пропали даром из-за одной-единственной девчонки, которая сумела сбежать оттуда, откуда сбежать невозможно. Правильней будет сказать, не откуда, а от кого. Тени с острова Зигар гарантируют результат. Скрыться от магов-убийц в принципе никто бы не смог, и вдруг это удалось маленькой девочке.

Нет, я слышал, что у кузины есть какой-то магический дар, но ведь она не инициированная! Мечтала поступить в магическую академию, но король был против. Принцессам не положено – и точка. Обещал нанять лучших учителей, но не раньше наступления совершеннолетия, а пока она не могла ничего. Такие недомаги неспособны противостоять даже худшим ученикам-первокурсникам магической академии, а тут не справились лучшие из лучших.

Тени принесли извинения и вернули все деньги до последнего медяка, не только вознаграждение, но и то, что было потрачено на расходы. Огромная сумма, но что толку, если, пока жива Нариэль, я лишь второй в очереди наследования. Не Сирбиор Второй, а просто принц Сирбиор.

Скандалить было не только небезопасно, но и бесполезно. Оказалось, в договоре имелся пункт и на такой случай. Если хоть кто-нибудь выживет, все деньги возвращаются. Раньше это выглядело простой формальностью, а теперь понятно, что нет. Они ещё и удивились моему недовольству. Всю королевскую семью уничтожили для меня бесплатно, расчистив дорогу к трону. Чего ещё надо? Тем более что реальная власть сейчас находится полностью в моих руках, а коронация – лишь формальность.

Может быть, это действительно так для убийц, привыкших всю жизнь скрываться и выглядеть не теми, кем они являются. С их точки зрения, такое положение, скорее всего, норма, но не для меня. Много лет стремился занять трон и не намерен останавливаться на полумерах.

Но пока Нариэль жива, у меня нет абсолютно никаких шансов. И объявить наследницу мёртвой без доказательств нельзя никак. К сожалению, таким доказательством может быть только одно – потухший тронный камень. Такова особенность нашего королевства, трон не только символ власти, но и сложный магический артефакт. Как, впрочем, и корона, и камни.

Эти три вещи составляют единое целое. Когда у короля рождается ребёнок, из специального углубления в спинке трона достают один из камней и вкладывают в руки младенцу. Как только тот начинает светиться, его возвращают обратно. Каждый тронный камень горит до тех пор, пока жив тот, кому он был посвящён. Все, кроме одного, недавно погасли. Но пока горит этот один, я всего лишь второй в очереди наследования.

Самое худшее, что повторно нанять теней с острова Зигар, чтобы закончили дело и убили девчонку, я не могу ни за какие деньги. У них, видите ли, свой кодекс. Один разумный – одна попытка. Если кому-то удаётся выжить или избежать покушения, он становится для них неприкосновенным. Втемяшивают своим всякую ерунду о собственной чести и о воле богов. Какая честь может быть у наёмных убийц?! Выполнить взятые на себя обязательства, вот где их честь!

Так они ещё имели наглость официально предупредить своих. Для всех зигарцев принцесса Нариэль теперь неприкосновенна. Мне не запрещается пытаться убить кузину или нанять для этого кого-нибудь другого. Однако, если в тот момент рядом окажется хоть один из теней, он сделает всё возможное, чтобы предотвратить её гибель.

Да как смеют наёмники открыто угрожать королям?! Увы, смеют. Остров далеко, а сами тени раскиданы по всему миру. Были правители, которые пытались бороться с орденом и даже его обмануть. Ни один долго не прожил. Но и оставаться вечным принцем я тоже не собираюсь. Найму других. Тайную стражу тоже пошлю. Правда, там не на всех можно положиться, но и достаточно проверенных тоже хватает.

Где бы Нариэль ни пряталась, долго она не проживёт!

Алиена. Анури

Мужчины, они все такие. Чуть дело касается детей, особенно девочек, сразу «спроси у мамы». Вообще было всего два варианта: оставить Нари в ближайшем городе, отведя в гильдию ткачей, пусть они решают, что с ней делать, или везти с собой, пока не попадётся какое-нибудь магическое учебное заведение. Ученицу с таким потенциалом точно примут. Разве что она заявится в самую престижную столичную академию. Но и там выдадут рекомендацию в школу попроще.

– Ещё можно вернуться и отдать новым родственникам, – предложил Алекс. – Мы пока недалеко ушли.

– У этого решения тот же недостаток, что и у первого, – заметила я. – Опять сбежит.

– Значит, ты уже всё решила, а меня только для порядка спрашиваешь? – сделал вывод мужчина.

– Нет! – поспешила возразить я. – То есть да, идея у меня действительно есть, но стоит тебе сказать, сразу пойдём обратно, чтобы отдать девочку жениху.

Нари всё это время слушала разговор, в котором решалась её судьба. Во всяком случае, мою часть. Теперь в напряжении замерла и даже неосознанно начала становиться невидимой.

– Слушаю, – протянул задумчиво Алекс. – Хочу сначала узнать, какая же у тебя идея.

– Проведу инициацию девочки и начну обучать её вместе с тобой.

– Если честно, я ожидал совсем другого ответа, – признался Алекс. – Например, прикинемся семейной парой с ребёнком. Чтобы ищущие нас эльфы не догадались. Ведь возле Древа мы наследили изрядно, и искать будут двоих.

– Одно другому не мешает, – пожала плечами я.

– А смысл? – всё же спросил он. – Имею в виду инициацию.

– Среди нас будет хоть кто-то способный видеть магию.

– Понятно, – кивнул Алекс. – Что потом? Или ты её до совершеннолетия обучать будешь?

– Нет, – возразила я. – До первого магического учебного заведения, которое попадётся нам на пути. Отдадим туда, раз она так хотела учиться в академии.

– Только не тут, а за границей, – вставила обрадованная Нари. – Чтобы не нашли.

– Видишь, – усмехнулась я, – ещё не успела стать ученицей, а уже условия ставит.

Потом повернулась к потупившейся девочке и пояснила:

– Не бойся, поступившего на бесплатное отделение ребёнка, пока тот не отучится и не отработает, даже граф или герцог забрать не сможет, а уж гильдия ткачей и подавно.

Та кивнула, но всё равно осталась при своём мнении. Правда, долго оставаться в таком состоянии не могла и очень скоро начала буквально сыпать вопросами:

– А когда будем проводить мою инициацию? А это больно? А как скоро я смогу выучить своё первое заклинание? А…

Вопросов было действительно очень много, и сыпались они быстрее, чем на них в принципе возможно ответить. Но я пыталась:

– Это не больно. С первым и с последующими заклинаниями всё будет зависеть только от тебя.

– А инициация?

– Ну не прямо же на дороге, да ещё и рядом с городом, из которого ты сбежала.


Глава 19

Алекс. Попаданец

Магическую инициацию новой ученицы провели не на второй и даже не на третий день. Нари каждый вечер приставала, но всякий раз получала один и тот же ответ. Место не подходит с магической точки зрения. Я бы мог возразить, что как раз этого самого магического зрения у анури сейчас нет и сделать такую оценку она не может. Но, естественно, не стал говорить ничего подобного.

Так и шли вперёд, опять выбирая самые немноголюдные дороги, пока не обнаружили чем-то приглянувшуюся Але поляну. Подозреваю, именно своей недоступностью для случайных прохожих. Она хоть и утверждает, что анури совсем не эльфы и не имеют с ними ничего общего, а заострённые уши – случайное совпадение, но всё равно лесу отдаёт предпочтение перед всем прочим.

– Здесь?! – спросила Нари, заметив, что устраиваемся более основательно, чем обычно.

– Да, – ответила Аля.

– Тогда начнём.

– Не сейчас, – возразила анури.

– А когда? – не унималась Нари.

– Завтра утром.

А утром выяснилась главная причина, почему Аля тянула всё это время. Ритуал предстояло проводить мне.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – сразу спросил я.

– Нет, – честно призналась подруга. – Мало того, уверена, что она плохая. Но другого варианта у нас нет.

Вообще-то был, даже не один. Она же сама их и перечислила в самом начале. Вернуть девочку обратно в гильдию ткачей или просто довести до первого попавшегося на пути магического учебного заведения. Но теперь уже было поздно, обещания нужно выполнять.

– А ты уверена, что я опять не перестараюсь, как тогда? – спросил ещё раз, намекая на Древо Жизни.

– Полностью, – дала совсем другой ответ анури.

– С чего это вдруг?

– Есть специальное плетение. Очень сложное, я его три дня подряд рисовала.

Мне был показан большой лист бумаги с действительно сложным узором. Правда, как выглядит не специальное, а обычное плетение для такого же ритуала, я никогда не видел, может, и не особо различаются.

– В чём его особенность? – всё же спросил у подруги.

– Это предназначено для инициации сразу большого количества учеников. Поскольку потенциал у них может быть очень разным, встроены серьёзные предохранители, чтобы не навредить. Сколько бы силы ни было влито в само плетение, каждый получит не больше необходимого.

Тут всё логично и понятно. Только особого энтузиазма Аля почему-то не испытывала.

– В чём подвох? – прямо спросил я.

– Ни в чём, – честно ответила она, – но есть некоторые особенности.

– Какие?

– Крайне нежелательно присутствие посторонних. Поэтому и выбрали уединённое место. Города и другие населённые пункты вообще не подходят. Там много всякого.

– Например? – решил уточнить я.

– Да хотя бы кладбища.

– Что, зомби поднять можно?

– Такая возможность действительно существует, – признала анури.

– А если рядом не будет ни других разумных, ни мертвецов, ни кого-нибудь другого, куда денется излишек энергии?

– В таком случае уйдёт в ближайшие растения, улучшив их качества. Может, какое-то животное приобретёт слабые магические способности, став лучшим охотником в лесу, или, наоборот, научится лучше их избегать. Но это не страшно, тем более что наш случай особенный.

– Почему?

– Видишь вот это дерево? – спросила Алёна, указывая на ничем не примечательный ствол.

– Ну?

– Это убийца магов.

– Действительно убийца? – усомнился я.

– Нет, конечно. Вернее, не совсем. Когда-то давно такие деревья вырастили эльфы. Или улучшили уже имеющиеся в природе, не важно. Главное, они впитывают всю лишнюю магию. Их часто для таких целей и используют, да и в диком виде, как тут, попадаются нередко. Именно поэтому я выбрала это место. Поверь, ничего страшного не произойдёт.

Скажем честно, местный аналог кактуса, рядом с компьютером, меня не впечатлил. Даже если эти деревья, в отличие от кактусов, заявленную функцию реально имеют. Но дело было совсем не в этом.

– Не страшно, говоришь? – усомнился я. – Звери меня не интересуют, а вот растения очень даже. След, вот что это такое. Очень отчётливый след для тех, кто будет искать вырастивших то самое Древо. Ты не находишь?

– Нет, – уверенно покачала головой подруга. – Даже если Древо и эта поляна будут находиться рядом, никому и в голову не придёт, что это дело рук одного мага.

– Почему? – не понял я.

– Слишком разные системы магии. Древо – эльфийская, а этот ритуал…

– Что? – спросил, когда увидел, что Аля не спешит договаривать.

– Некромантия, – поморщилась она.

– То есть как некромантия?

– На самом деле за основу взято плетение для массового подъёма мертвецов. Его очень сильно переработали для массовой инициации, и никого поднимать оно не должно. Однако основа осталась та же, и никуда от неё не деться. На кладбищах ритуал лучше не проводить. Всех, конечно, не поднимет, но одного или нескольких – может. Однако в нашем случае главное – след оставит именно такого оттенка. Точно ничего общего с эльфийской магией.

– А не повлияет ли впоследствии некромантия на судьбу девочки? – задал я последний вопрос.

– Нет, даже наоборот, будет только лучше, – ответила анури. – Но тут дело не в школе магии, а в способе. При обычных условиях такой ускоренный метод имеет множество недостатков. Например, неравномерное распределение силы при инициации. Те, у кого потенциал выше, возьмут сколько смогут, а остальным достанутся остатки. Обычно ведь никто не вливает с избытком, да и не может. Ну а теперь Нари получит максимум.

В общем, отделаться мне не удалось и пришлось проводить обещанный ритуал. Ничего сложного для меня в нём не было. Взять лист с нарисованным плетением, представить его копию и влить силу. Всё.

Дальше подруга объяснила девочке, что да как. Я отошёл в сторону и попытался рассмотреть, нет ли каких изменений с деревьями вокруг поляны. А что? Древо Жизни на глазах из жёлудя вырастил, почему бы и тут чего-нибудь подобного не вышло? Тем более что они тоже эльфийские. Весело будет, если целый лес превратится в энтов. Или хотя бы некоторые экземпляры.

До ритуала у Али спросить не додумался, теперь лучше не мешать. Заклинание не для того предназначено? Так и не для подъёма мертвецов, хотя и способно на такое. Кстати, деревья тоже бывают мёртвыми. Вот оживёт какой-нибудь старый пень и начнёт шататься по окрестностям. Будет весело. Сразу представил себе картинку. Получалось забавно.

Однако дальше фантазировать не удалось, раздался окрик анури:

– Алекс! Нам нужно срочно отсюда уходить.

– Что ещё случилось?

– Эта роща не такое безобидное место, как мне казалось. Прямо под ней древнее захоронение.

– И кто такой умный додумался вырастить деревья над кладбищем, не оставив никаких знаков? – спросил я, не ожидая ответа.

Однако сразу получил его от анури:

– Тут чуть ли не на каждом стволе такой знак висит. Магический предупреждающий знак. Никому и в голову не могло прийти, что кто-то, не обладающий магическим зрением, додумается провести ритуал массового поднятия прямо в центре запретного места. А я так обрадовалась, найдя тут эльфийские деревья – поглотители магии. Ведь бывает, причём нередко, и сами по себе растут, но это не тот случай.

– Может, там написано, кого именно тут захоронили? – спросил я.

– К сожалению, да. Одного из известнейших некромантов древности, когда-то чуть не завоевавшего весь континент. Имя его предано забвению, но сам он не забыт.

– Ну вот, только разбуженного Тёмного Властелина нам и не хватало, – проворчал с деланным недовольством. – А я так надеялся, что этот титул достанется мне.

– Что?!

Аля смотрела на меня с удивлением.

– Шучу, – попытался успокоить её.

– Но… – осеклась девушка.

– Что? – Теперь уже я задал тот же вопрос.

– Я не почувствовала лжи.

– Так ведь шутка – не ложь, – пожал плечами в ответ.

– Ложь, – уверенно возразила анури. – Иная, но ложь. Мы же об этом говорили, и ты сам проверял.

Однако спорить сейчас на посторонние темы не имело смысла. Быстро собрались и покинули рощу. Мне стало интересно, с чего это вдруг анурийское чутьё решило, что я говорю правду. Нет, определённые мысли у меня действительно были. Даже не мысли, а так, фантазии. Просто представлял себя Тёмным Властелином.

А что, некоторые атрибуты присутствуют. Потенциально огромная сила, почти бездонный магический резерв и способность скопировать магическое плетение любой сложности, не выучивая его. Верная соратница тоже в наличии имеется. Усмехнулся и просто рассказал о подобных «планах».

Реакция была довольно неожиданной. Алю хоть и удивили мои планы (как шутку она их не восприняла), но сами по себе неприятия не вызвали. Хочет её мужчина завоевать вселенную? Почему бы и нет? Тоже хобби, ничуть не хуже и не лучше других.

Кстати, о соратницах. Я наконец понял, какую мелочь пропустил.

– Скажи, Аля, как ты узнала о магических знаках в той роще? Увидеть их и Нари могла, но понять, что именно означают…

– Я их сама увидела, – ответила подруга. – У проведённого тобой ритуала оказался ещё один неожиданный результат.

– К тебе вернулась магия? – обрадовался я.

– Нет.

– Тогда как?

– Я прошла повторную инициацию. Никогда не слышала ни о чём подобном и даже не подозревала, что такое возможно.

– А какая разница? – не понял я. – Главное, что ты опять можешь магичить.

– К сожалению, нет. Не буду вдаваться в подробности и объяснять, в чём тут разница. К тому же ты прав, само по себе это не важно. Я прошла инициацию, не обладая вообще никаким магическим потенциалом. Удивительно только то, что повторно, а само по себе не является чем-то особенным, хотя и проводится редко. Но исключительно потому, что дорого, а толку мало. Такой инициированный немаг может только видеть силу, но не управлять ею, как я сейчас. А возвращения прежних способностей придётся ждать ещё долго.

– Понятно, – кивнул, выслушав. – Но и это тоже хорошо.

– Конечно, – согласилась она. – Теперь хотя бы не чувствую себя слепой. Да и тебя смогу нормально обучать, потому что буду видеть происходящее.

Мы хоть и сбежали из рощи в спешном порядке, на самом деле Аля не очень опасалась последствий. Вернее, опасалась, но в первую очередь того, что кто-нибудь узнает о наших проделках на территории древнего захоронения, а не гипотетического подъёма лежащих там останков некромантов.

– Эльфийские деревья, поглощающие магию, более чем надёжная защита, – ещё раз повторила она.

Я лишь пожал плечами. Как по мне, древние злодеи были опасны исключительно в своё время. Призови кто-нибудь из прошлого Гитлера, Наполеона или Вашингтона, никто из них не сумеет повторно изменить мир. В лучшем случае будут зарабатывать на жизнь, фотографируясь с туристами. Это если сразу в психушку не попадут. Ведь любой уважающий себя публичный, то есть, я хотел сказать, сумасшедший, дом просто обязан иметь в штате своего личного Наполеона. От Гитлера с Вашингтоном тоже не откажутся.

Однако анури была настроена более чем серьёзно. То, что мы изначально планировали провести весь день и следующую ночь в рощице (от чего пришлось отказаться), это понятно. Но зачем убегать очертя голову с максимальной скоростью, какую только позволяли лошади? Будь её воля, Аля продолжала бы двигаться ночью. Но животные такого выдержать не могли. Её конь – может быть, а наши – точно нет. Так что место для ночлега пришлось выбирать не заранее, а уже в темноте.

– Неужели ты действительно боишься, что некромант оживёт после того ритуала, выберется из своей гробницы и первым делом, даже не разбираясь, какие изменения произошли в мире за время его отсутствия, бросится за нами в погоню? – спросил я перед сном.

– Нет, конечно, – ответила подруга, устраиваясь поудобней у меня под боком. – Вряд ли он вообще поднимется, те деревья достаточно надёжны и впитывают все излишки магии. Но даже если это произойдёт, сама гробница довольно надёжно замурована. Выбраться из неё архимагу в самом расцвете сил непросто, а только что поднявшемуся некроманту, да ещё и отрезанному от внешней магии корневой системой, тем более. Так и будет неизвестно сколько времени лежать в своём саркофаге, пока накопит необходимые силы. И в любом случае в погоню за нами он точно не бросился бы. Ни ради мести, ни чтобы наградить за спасение.

– Тогда почему мы так спешим? – абсолютно искренне не понял я.

– Проведение каких-либо ритуалов в подобных местах крайне не одобряется, – пояснила Аля. – А имеющих хоть какую-то связь с некромантией – в особенности. Поэтому будет лучше, если никто и никогда не узнает, что мы вообще там были и тем более чем занимались.

– Так бы сразу и сказала.

Действительно, этот аргумент был куда более логичен. Если совершил что-нибудь запретное, пусть даже по незнанию, лучше этим не хвастаться, а раз повезло не попасться, то следует приложить усилия, чтобы всё и дальше так оставалось.

Дариашер. Тёмный Властелин

И они, после всего этого, ещё называют меня злодеем? Гнусные лицемеры! Нет, я давно подозреваю, что всё это было подстроено специально. Как минимум на вторую тысячу лет исчезли любые сомнения. Захоронить так, чтобы никогда больше не воскрес, а если даже воскресну, не смогу выбраться наружу – ещё куда ни шло. На самом деле существует не один способ меня убить раз и навсегда, но о них почему-то никто не вспомнил. А я, по вполне понятным причинам, не подсказывал. Захоронили. Специалисты, чтоб их демоны побрали!

Не знаю, сколько времени мне понадобилось на то, чтобы воскреснуть, но точно не очень много. Никак не больше пары-тройки столетий. И всё. С тех пор несколько тысяч лет лежу в своём саркофаге без малейшей возможности выбраться. Можно не сомневаться, это специально подстроил кто-то из моих врагов. И главное тому доказательство – заблокированная сила. Очень хитро и умело заблокированная. Её поступает в гробницу ровно столько, чтобы я оставался в сознании, и ни капли больше. В моём распоряжении тысячелетия, но даже за такое время ничего не накопишь. Пытка, придуманная изощрённым умом и мастерски исполненная.

И они после этого называют меня главным злодеем! Повторяюсь? Ну и что? За то время, что я тут, все темы давно исчерпаны по множеству раз, и ничего, кроме повторения, не остаётся. Нет, настоящий Тёмный Властелин победил и остался на поверхности, а в этой гробнице закопали неудачника.

Первое время я очень много думал, кто бы это мог быть. А потом перестал. Всё равно не смог найти ответа, да и не нужен он больше. Кем бы он ни был, он уже проиграл. Да, именно проиграл, хотя бы потому, что я его, несомненно, пережил. Осталось только выбраться.

И вот произошло что-то новенькое. Кто-то сверху проводил ритуал. Сначала я решил, что это делается специально для моего освобождения, потому что почуял следы некромантии. Однако нет, это были лишь следы, а сам ритуал предназначался для чего-то совсем другого. Я так и не понял, для чего именно.

Но совершалось явно нечто грандиозное. Столько силы! Я даже в свои лучшие годы не мог выдать и половины того, что почувствовал. А ещё понял, что сложный и загадочный ритуал совершается совсем неопытным магом. Очень много силы совершенно без всякой пользы растворялось в пространстве. Но, похоже, мага это нисколько не волновало, недостаток опыта он компенсировал избытком силы. Что бы он там ни делал, у него получилось.

Но столько силы! Тот, кто строил мой склеп, явно на такое не рассчитывал. Несмотря на все слои защиты, часть просочилась и ко мне. Какое счастье, после тысячелетий мучительного голода получить хоть каплю. Тем более что это была не капля, а значительно больше. Из саркофага я теперь могу выбраться в любой момент. Только стоит ли спешить? Истрачу нежданно свалившийся на меня дар – и всё. Ведь кроме саркофага есть ещё надёжно замурованный склеп, и, скорее всего, не только он.

К демонам осторожность! Выберусь и пройдусь собственными ногами по каменному полу, а там видно будет. Тем более что прорвавшаяся сила повредила защиту, и теперь что-то через неё будет просачиваться. Мало, очень мало, но уже можно накопить для побега.


Глава 20

Алиена. Анури

Первый урок магии для Нари я провела только через три дня после инициации. Когда сочла, что ушли от того места достаточно далеко и ни один случайный прохожий не свяжет нас с ним. Как это приятно – снова почувствовать себя зрячей. Я даже предупреждающим знакам на деревьях обрадовалась, пока не осознала, что именно они означают.

Как я уже говорила Алексу, вероятность разбудить нашим ритуалом древнего некроманта ничтожно мала. Даже если бы в роще не было деревьев-поглотителей. Но сам факт – серьёзное преступление. Это, рассорившись с эльфами, можно спрятаться у гномов (как я уже однажды делала). Тут искать будут все, пока не поймают и не накажут. Чтобы другим неповадно было.

Обучение Нари я начала с ошибки. Вместо того чтобы использовать проверенную тысячелетиями методику, предложила посмотреть, как это делает Алекс, и попытаться повторить. Хотела показать, что именно проверенные методы надёжней, хоть и значительно медленней. А такие уникальные способности есть только у моего мужчины, и не стоит отвлекаться, пытаясь их повторить.

Вся беда в том, что у неё получилось! Не с первой попытки, разумеется, но получилось. Девочка не сплела, а скопировала светящийся шарик. Почему беда? Простейшие плетения она будет копировать, а дальше? Рано или поздно Нари столкнётся со слишком сложным заклинанием, и что тогда? Копировать не выходит, а плести не умеет.

– Не вижу никакой проблемы, – ответил Алекс, после того как меня выслушал. – Простейшие будет копировать, как я, а сложные плести, как ты. Если у неё вообще возникнут проблемы со сложными.

– Возникнут, – убеждённо ответила я.

– Не хочу тебя разочаровывать, но я не так уникален, как тебе кажется. Тут дело не во мне лично, а в подходе. Если с самого начала учиться именно так, то большой разницы между копированием простого и сложного не будет. Ведь это не от руки перерисовывать. А просто представлять перед глазами картинку. Раз и готово.

– Что-то не верится, – усомнилась я.

– Вот и будет возможность проверить, – пожал плечами Алекс. – Думаю, в результате Нари освоит оба метода и станет пользоваться наиболее подходящим, в зависимости от обстоятельств. Даже если мы её уже завтра пристроим в магическую академию, такой замечательный способ она уже не забудет, что бы там ни говорили учителя. Поскольку они для неё не будут первыми, то и абсолютными авторитетами не станут. Кстати, помнишь мою идею про колдовскую книгу? Нужно девочке рассказать, вдруг ей пригодится.

Не знаю почему, но мне эта идея не понравилась. Вернее, прекрасно знаю, меня саму учили именно так и всех до меня тоже. Способ проверен веками и тысячелетиями. Если бы то, что предлагает мужчина, было настолько хорошо, то давно бы уже использовалось. С тем, что сам Алекс себе заведёт нечто подобное, я смирилась за неимением других вариантов. Он именно уникален, и этим всё сказано. Но для способных изучать магию традиционными методами – неприемлем.

– Тебя учили так, значит, так и должно быть, – усмехнулся Алекс. – Инерция мышления или тот самый эффект первого учителя. Для многих он остаётся авторитетом, даже если давно превзойдён.

Алекс. Попаданец

Каждый из нас остался при своём мнении, а саму ученицу никто не додумался спросить. Лично я почему-то не сомневался, что ей больше понравится мой метод. Ещё и шансы на исполнение мечты Нари поступить не в ближайшее учебное заведение, где преподают магию, а в заграничную академию резко возросли. Знаков, предупреждающих о древнем захоронении, девочка не увидела, а если бы рассмотрела, то всё равно не сумела бы понять.

В общем, о настоящих причинах срочной эвакуации после ритуала она не знала, но Аля решила, что подстраховаться не помешает. Чем дальше Нари окажется от того места, тем меньше шансов, что случайно проговорится, пусть даже сама не знает о чём.

– А там, значит, может говорить про странное бегство и никто ничего не заподозрит? – усомнился я.

– Там пусть рассказывает то, что было на самом деле, – кивнула Аля. – Провели инициацию, магический фон оказался неподходящим для нового мага. Обычно на это не обращаешь внимания, но сразу лучше не рисковать. Вот и пришлось покинуть место.

– Я, допустим, тебе поверю, а как насчёт опытных магов?

– И они поверят, – улыбнулась анури. – Тут нам повезло, ничего удивительного в этом нет. Именно поэтому ритуалы обычно проводят в специально подготовленных местах, а не на лесных полянах.

Аля обучала нас обоих. Мне новых заклинаний не выдавала, настаивая на повторении уже освоенных, пока их учит Нари. Причём это было не просто тупое повторение. Учительница, наконец, могла видеть, что и как я делаю, и сразу вносить поправки. В первую очередь по дозированию силы в плетение.

У меня, после достаточно долгих тренировок, даже стало получаться, если не видеть магию саму по себе, то хотя бы чувствовать, когда нужно остановиться. В этом, кстати, была большая заслуга Нари, а не Али. Мелкая одноклассница обладала намного лучшим магическим зрением, чем то, которое было доступно на данный момент анури. И если той удавалось объяснить, что нужно рассмотреть, дальше дочка ткача помогала мне сама.

У девочки был особый природный дар – хорошо прятаться (ну, это мы и так знали) и наоборот. То есть могла рассмотреть в магическом зрении недоступное другим. Причём не только видела лучше, чем Аля. Подруга призналась, что она и раньше так не могла, а о некоторых возможностях даже не подозревала.

На этом преимущества Нари заканчивались. Магический потенциал средний, причём в перспективе, а прямо сейчас – какой бывает у любой только что инициированной девочки. Скорость обучения тоже не выдающаяся. Вернее, была бы такая без моих жульнических штучек. Кстати, немного подумав, Аля пришла к выводу, что, не будь у Нари такого магического зрения, она и копировать, как я, не смогла бы.

Тут тоже получалось далеко не всё и с ходу. Осветительный или огненный шар – пожалуйста, а прикрепить к светляку простейший элемент, меняющий цвет, – никак. Вообще никак, сколько бы Нари ни старалась. Это при том, что более сложное, но цельное плетение, после некоторой тренировки, она воспроизводила без проблем.

В этом конкретном случае препятствие удалось обойти. Аля нарисовала плетение с уже прикреплённым элементом, я его наполнил силой, а Нари сняла копию уже с моей копии. Вывод из этого эксперимента следовал очень простой, самостоятельно комбинировать плетение из готовых элементов Нари вряд ли когда-нибудь сможет.

– Вот и хорошо! – обрадовалась Аля.

– Почему? – не понял я.

Девочка тоже слышала это утверждение, её ответ анури интересовал куда больше, чем меня.

– Потому, что такие комбинаторы очень плохо кончают, – заявила она. – Рано или поздно, но обязательно. Поэтому пусть лучше учится плести от начала до конца, а не цеплять друг к другу готовые, часто не предназначенные к такому использованию куски. Медленнее, зато надёжнее и безопаснее. Если отдельные части несовместимы, то они распадутся раньше, чем удастся сплести целиком.

Кстати, этому Аля свою ученицу тоже учила. За неделю девочка смогла самостоятельно сплести простенькое бытовое заклинание и наполнить его силой. Вернее, в течение недели она зубрила процесс, а сплела и воспользовалась почти так же быстро, как при копировании готовых. Результат был именно тем, который планировался, – вывела пятно на штанине.

– И зачем? – спросил я.

– Что, надо было так с пятном ходить? – сделала вид, будто не поняла Аля.

– Зачем учить неделю то, что можно сделать сразу? – терпеливо спросил я.

– Зато теперь это плетение с ней навсегда. В любой момент сможет воспользоваться без каких-либо картинок.

– Тем же светляком она тоже может без картинок пользоваться, – возразил я.

– Очень хороший пример! – обрадовалась анури. – Напомни, сколько времени Нари понадобилось на то, чтобы не просто повторять, а сделать самой? Тоже неделя, если я не ошибаюсь. Только моим способом можно чёрточка за чёрточкой выучить заклинание любой сложности, было бы время и желание. А твоим? Не повторить, а именно выучить на всю жизнь?

Подруга была права. Думаю, есть предел тому, что можно запомнить одним взглядом и потом, а не сразу повторить. Я даже согласился попробовать так выучить другое бытовое заклинание. Дырку в штанах я тоже зашил и тоже через неделю. Но не потому, что научился делать по правилам. Так и не научился. На бумаге рисовал без проблем, на мой взгляд, совершенно так же, как подруга, только анури была другого мнения.

– У тебя половина линий неправильные, причём каждый раз другие, – возмущалась она. – Как так можно?!

– Извини, я ни разу не художник, – попытался оправдаться. – И вообще, предпочитаю не рисовать, а фотографировать.

– При чём здесь художник? – не поняла анури, даже не поинтересовавшись, что такое фотография. – Плетение потому и называется плетением, что его не рисуют, а именно плетут. Силой в воздухе или краской на бумаге, не имеет значения.

– В том-то и дело, что для меня имеет.

В конце концов анури смирилась и нарисовала для меня полный вариант, который я и использовал для ремонта одежды. Оказалось удобной штукой, небольшую дырку или разошедшийся шов восстанавливало на раз. Интересно, откуда берётся материя или нитки? Подруга не смогла ответить на этот вопрос, просто никогда не интересовалась. Работает и ладно.


Глава 21

Дариашер. Тёмный Властелин

Выбраться из саркофага – это одно, а из гробницы – совсем другое. На самом деле это был лишь маленький шажок к свободе. Да, но важнейший. Только совсем маленький. По сути, сам саркофаг и защищён-то не был. Вернее, плетений на нём стояло немало, но подавляющее большинство защищало от взлома снаружи, а не изнутри.

На тот случай, если кто-нибудь из моих выживших последователей придёт воскрешать своего властелина. Тогда всерьёз опасались именно их, а не меня. Что в общем-то правильно, в том состоянии я даже крышку без всякой защиты не поднял бы. Сам вес камня был более чем надёжной гарантией.

Зато склеп защитили куда серьёзней. И от желающих проникнуть внутрь и от тех, кто захочет выбраться, то есть от меня. Словно знали, что я когда-нибудь попытаюсь. Плетения более чем надёжные, на нейтрализацию подобных надо тратить много сил и времени. Как раз с последним не было никаких проблем – в запасе целая вечность. С первым – намного хуже.

Недавно проведённый на поверхности ритуал слегка повредил сеть, не пропускающую ко мне ни капли магии. Теперь кое-что просачивалось. Но какие крохи! Такими темпами нужное количество накоплю, действительно только через вечность к тому же не одну. Однако теперь это не имело значения, если освобождение – вопрос времени, готов ждать столько, сколько понадобится.

Я опять ошибся. К счастью, оказался слишком пессимистичным. Мог сказать с точностью до дня, сколько придётся ждать, и мои расчёты были абсолютно верны. Вмешался случай. Кто-то прямо над моим склепом проводил ещё один ритуал (популярным в последнее время место становится).

Хлынувшая сила больно меня обожгла, но я даже не поморщился. Хоть и враждебная магия жизни, но это сила! Сила!!! Да, чужую использовать нельзя никак, но она усиливала магический фон в склепе, а уж его-то я мог откачивать себе. Не знаю, что там сверху затеяли эльфы, я в их магии не очень разбираюсь, но опознать могу.

Это могло сократить срок моего заточения вдвое или даже втрое, но произошло совершенно невероятное событие. В сети, окутывающей мой склеп, оборвалась одна нить. Вроде бы ничего особенного. Их, таких оборванных, накопилось уже несколько десятков. Однако эта связывала магический источник со всей паутиной. Да, место моего погребения построили прямо на магическом источнике. Это гарантировало, что сила в защитных плетениях никогда не иссякнет. И вот она полилась, но не на защитную сеть, а прямо внутрь купола.

На самом деле всего лишь едва заметный ручеёк, но для меня, после тысячелетий голода, он был срывающим все преграды опьяняющим бурным потоком. Сам не знаю, как сумел себя сдержать и не попытался вырваться сразу. Вряд ли бы получилось, а внимание эльфов такими действиями не привлечь невозможно. В моём теперешнем состоянии даже маг чуть выше среднего – серьёзный противник. Да ладно, не стоит себя обманывать, даже слабый маг может со мною справиться. Пока. А сверху творились довольно сложные заклинания. Так что вовремя сдержался и затаился.

На то, чтобы выбраться наружу, мне понадобилось больше десяти дней. Мог бы и быстрее, примерно вдвое, но поставил себе цель сделать это, не повредив защитных чар. Слишком уж зачастили маги к моему склепу, поэтому нежелательно, чтобы кто-нибудь из них раньше времени обнаружил, что меня там уже нет.

Никогда не был любителем свежего воздуха. Лесного в особенности. И что остальные в нём находят? Но после стольких лет заточения вдохнул полной грудью и признал, что он может быть приятным. Какое-то время. Первым делом исследовал поляну, на которой проводились нечаянно вызволившие меня ритуалы. Меня интересовало, кто и зачем. Нет, догонять и благодарить не собирался, просто любопытство, не более.

Эльфы кого-то искали, очень тщательно, поэтому их магия пошла не только в стороны, но и вниз. Я даже догадываюсь, кого именно. Тех, кто тут провёл свой ритуал первыми. Только о них ничего узнать не удалось, если какие следы и были, остроухие всё затоптали.

Ну и ладно, стоит подумать прежде всего о себе. К людям, как, впрочем, и к другим разумным сразу лучше не соваться. Столько времени прошло, вряд ли кто меня вспомнит, но всё равно. Да и не похож я на себя прежнего. Высушенный до состояния мумии голый старик. Кто узнает в таком красавца-блондина в сверкающих чёрных доспехах? Никто. Скорее за ожившую мумию и примут, что технически близко к истине, но, по сути, не верно.

В любом случае в таком виде нельзя нигде показываться, сначала необходимо привести себя хоть в какой-то порядок. Однако для того, чтобы достать одежду, необходимо выйти к людям, к которым выходить крайне нежелательно. Не самому же из шкур животных шить? Не то чтобы я не смог, Тёмный Властелин обязан уметь всё, просто в таком одеянии буду выглядеть ничуть не лучше, чем без него. Но вообще, про зверей мысль правильная, не мешало бы поохотиться. Я сейчас невероятно слаб, не то что с архимагом, просто с сильным противником не справлюсь, однако на дичь это точно не распространяется.

Мясо, зажаренное на костре, далеко не деликатес. Однако сейчас мне было всё равно, что есть, лишь бы побольше. Через неделю я был всё таким же худым, как с самого начала, но уже перестал походить на ожившую мумию. Можно было выходить к людям, однако оставалась проблема одежды. Из шкур не стал делать даже набедренную повязку. Зачем, если позже всё равно носить не буду.

Алекс. Попаданец

Когда мы прошли достаточно большое расстояние, Аля наконец решила, что прятаться хватит. Вовсе не значит, что нам нужно явиться в ближайший город, выйти на базарную площадь и громко заявить о своём существовании. Но и скрываться даже от случайных прохожих нет никакой необходимости. Если увидят и даже запомнят, то с древней гробницей точно никак не свяжут. Даже если Тёмный Властелин вылезет оттуда прямо сейчас и начнёт завоёвывать мир.

Вообще какой-нибудь город посетить совсем не помешало бы, необходимо закупиться некоторыми вещами. Вся проблема в том, что бесплатно никто ничего не продаёт, а почти все средства анури потратила на артефакт. Штука, безусловно, полезная, но сейчас даже питаться приходится исключительно за счёт охоты, хорошо хоть пока имеется, где и на кого. Но есть одно мясо без хлеба – не самый лучший гастрономический опыт. Разве что хлеб без мяса был бы ещё хуже.

Однако о финансах стоило подумать. А то меня уже пару раз успела посетить шальная мысль о разбое на дорогах. Нет, сам грабить никого не собирался, но от нападения на нас бандитов побогаче не отказался бы. Мысль плохая и ущербная. Если два раза повезло, это вовсе не означает, что так будет продолжаться вечно. Рано или поздно, но обязательно плохо кончится, особенно если самому провоцировать такие приключения.

Ещё можно продать что-нибудь ненужное. Всем известно, что для этого сначала надо купить что-нибудь ненужное. К счастью, не в нашем случае. Большая половина добычи из бандитского посёлка была при нас. Аля распродала лишь самое ликвидное или, наоборот, совершенно неликвидное, но охотно скупаемое торговцами за бесценок.

Остались вещи двух типов. Во-первых, очень дорогие и при этом приметные. Мало того что быстро за нормальную цену не продашь, так ещё есть риск нарваться на родню прежнего хозяина. Напрямую вряд ли, а засветиться на торговле краденым – запросто. Во-вторых, вещи не то чтобы дорогие, но трудно реализуемые. Каждой нужен свой покупатель, который ищет именно это. Такое даже купцы не в два-три раза дешевле берут, а в двадцать-тридцать. Вот из последних можно что-нибудь продать.

Лично я считал, хоть всё. Если мне на фиг не нужна сломанная швейная машинка «Зингер», то я её либо выброшу, либо продам тому, кто пожелает её у меня купить. За любую смешную цену при условии, что сам приедет и заберёт. Да, я знаю, что такая машинка да ещё с челноком, а не со шпулькой, даже сломанная, стоит приличных денег. Ещё я знаю, что продать её за настоящую цену очень трудно и очень долго.

Нет, я не специалист по антиквариату, просто у меня когда-то была такая. Стояла, место занимала, о ремонте и использовании по назначению никто даже не задумывался. И вот однажды, когда стало совсем тесно, решил пристроить эту бандуру в хорошие руки. Посмотрел объявления по Интернету, оказалось, скупают, причём многие. Позвонил по одному объявлению, по второму, по третьему…

Все предлагали сущие копейки, на металлолом и то выгодней сдать, но это ладно, только они ещё хотели, чтобы я сам этот «Зингер» им привёз. Не повёз я её тогда ни скупщикам, ни на металлолом, а просто разобрал на части и вынес на мусорку. Освободившееся пространство в комнате мне понравилось. Поступил аналогичным образом ещё с целой кучей абсолютно ненужных вещей, которые держал только потому, что было жалко выбросить. Правда, некоторые из них совершенно неожиданно вскоре понадобились, но это уже совсем другая история.

Главное, что имелась возможность получить пусть и совсем маленькие, но всё же деньги за кучу абсолютно ненужного барахла. Ни на что серьёзное не хватит, но хотя бы продуктов купим. Однако Аля придерживалась немножко другого, а если точнее, полностью противоположного мнения. Мужчина, конечно, главный, с этим никто не спорит, но разбазаривать семейное имущество направо и налево она не позволит.

Я даже не нашёлся, что сразу ответить. С одной стороны, когда это мы успели стать семьёй? Или тут браки заключаются прямо в постели? С другой – после того, как вбухала все наши деньги, пусть в очень нужный, но единственный артефакт, даже не посоветовавшись, такого рода заявления звучат странно. В результате вообще ничего не сказал.

Если честно, я её даже понимаю. Другой мир – другой менталитет. Это на Земле технический прогресс и массовое производство. Само по себе ни то, ни другое неплохо, будь они основой, а не инструментом. Основа же – банковская система. Вслух говорят одно: товар – деньги – товар. То есть произвёл товар, продал, купил другой товар, который тебе нужен, но сам ты его производить не можешь. Красота!

На деле же всё с точностью до наоборот. Деньги – товар – деньги. Взял кредит, произвёл товар, продал, деньги вернул банку. С большими процентами! На ту мелочь, что осталась, живи. И если на хлеб, возможно, даже с маслом хватит, то на продолжение производства точно нет, придётся брать очередной кредит. И так по кругу.

А чтобы деньги крутились ещё быстрей, в продукцию закладывают срок годности уже на стадии производства. Дефекты, которые проявятся не сразу, а когда это надо производителю. Если у тебя есть дедовские часы, то существует неплохая вероятность оставить их кому-нибудь из своих внуков, а если ты купил новые сам, то не то что бы внукам или детям, и на свою жизнь не хватит. И так во всём.

Аля выросла совсем в другом мире, и здесь ещё не забыли, что вещи нужно делать на века. Вообще любые вещи. Да и к деньгам тоже совсем другое отношение даже у тех, кто сделал их накопление целью своей жизни. Тут они настоящие, а не виртуальные и не имеют золотого эквивалента, потому что сами этим золотом являются.

То есть для меня продать ненужную вещь за чисто символическую цену, а то и выбросить – нормально, для Али уму непостижимо. Максимум, что может сделать, – это распродать вдвое дешевле что-то и так дешёвое. Вот именно, в два, а не в двадцать раз. Анури была готова тащить за собой целый караван вьючных лошадей, а уж при наличии почти бездонной пространственной складки вопрос об избавлении от чего-то лишнего вообще не стоял.

– Зачем таскать с собой всю жизнь то, что, скорее всего, никогда не понадобится? – попробовал ещё раз я.

– Кто тебе сказал, что мы будем таскать это всю жизнь? – возразила подруга. – Продадим.

– Так какая разница, сейчас или потом? – не понял её.

– Разница в цене. Если ты забыл, мы к гномам идём.

– Помню. Просто не знал, что они тут отличаются невероятной щедростью и готовы скупать любой хлам по хорошей цене.

– Во-первых, от всего хлама я избавилась ещё в городе, а остались только хорошие, пусть и мало кому нужные вещи, – начала Аля. – Во-вторых, гномы никогда щедростью не страдали, наоборот, коротышки очень жадные, но при этом честные. Торговаться будут за каждый медяк, однако в конце концов цена устроит обе стороны. А ещё они запасливые. Если недорого предложить что-то относительно ценное, пусть и совершенно ненужное, всё равно возьмут. Самим не понадобится, так наследникам оставят, которые в конце концов найдут покупателя за максимальную цену.

Оказывается, моя подруга вовсе не хватает всё подряд, лишь бы было. Давно всё распределила и спланировала. Тогда ладно, если не принимать во внимание тот факт, что мы на мели.

– Всё это, конечно, хорошо, только деньги нам нужны не когда мы придём к гномам, а сейчас, – напомнил я.

– Я могу дать, – вдруг предложила Нари.

– И много у тебя есть? – с сомнением спросила Аля.

– Вот, – ответила девочка, развязывая шнурки тугого кошелька.

Я ожидал увидеть обычную детскую копилку. Много меди и, возможно, даже пара мелких серебряных монет. Однако ошибся. По взгляду анури понял, она предполагала примерно то же самое, что и я. В кошельке было только золото.

– Откуда столько? – спросила подруга.

– Это папино, – грустно ответила Нари.

А ведь правда, ткач с семьёй навсегда переезжал в другой город. Движимое имущество взял с собой, но ведь была у него какая-нибудь недвижимость. Её наверняка продали. Не исключены также сбережения, да и некоторые вещи удобней продать, чтобы на месте купить такие же, чем тащить с собой. И всех этих денег никто не видел.

Выходит, наследница их просто спрятала. Всё это время никому не показывала. Последнее правильно, маленькая девочка даже с одной такой монетой многим может показаться лёгкой добычей. А теперь, видимо, решила, что нам действительно по пути, и предложила свой вклад.

Только лучше бы Нари попридержала свой кошель до более подходящих времён. Так бы и дальше шли, огибая населённые пункты просто потому, что там нечего делать без денег. Нет, в мелких деревнях нам ничего не угрожало, но и толку от их посещения тоже не было никакого.

В кошельке у девочки оказались исключительно золотые короны, то есть монеты королевской чеканки. Всем хороши, и масса больше, и проба выше, и везде принимают без сомнений и подозрений. Только номинал слишком уж большой, не любой купец с ходу разменяет, не говоря уже о деревенском трактирщике. Отец Нари явно недвижимость продал, ни за что другое такой монетой не расплачиваются. А мы оказались в положении, когда деньги есть, а купить продукты не на что. Ну не телегами же затариваться.

Пришлось искать более крупный населённый пункт. А вот в городе нас и ждал неприятный сюрприз. Сначала всё было нормально, внутрь прошли без проблем. Стража на воротах всех досматривала более тщательно, чем в городе, где мне довелось побывать перед этим. Но Алёна успокоила:

– Тут это обычное дело, потому что граница с соседним королевством уже недалеко. В общем, как положено бдят, ловят шпионов и контрабандистов. Причём преимущественно вторых, а не первых.

– Понятно, – согласился я.

У нас тоже особенно внимательно осмотрели вьючные короба, предварительно согнав с лошади Нари. Видимо, решили, раз девочка сидит сверху, значит, что-то скрываем. Естественно, ничего не нашли, всё самое ценное и сомнительное я держу в пространственном артефакте. Кстати, странно, раз такие есть, то должны существовать и методы обнаружения. О чём и спросил у Али, когда прошли досмотр.

– Нет, – ответила девушка.

– То есть как? – не поверил я. – Вези себе контрабанду и никто даже не почешется?

– Таких артефактов очень мало, они очень дороги, и тот, кто может себе позволить нечто подобное, точно мелкой контрабандой заниматься не станет, – ответила анури. – И это только во-первых. Во-вторых, обнаружить их всё-таки можно, но сложно и нужен для таких целей маг более сильный, чем владелец артефакта. Не архимагов же на ворота ставить. Даже если согласятся, такая стража обойдётся куда дороже любых убытков от контрабанды.

Вполне логично. Правда, подобный артефакт можно использовать в других преступных целях. Например, проносить оружие во дворец для убийства короля. Но там-то как раз наверняка проверяют, какой бы высокой цена ни была.

В городе первым делом разменяли деньги, потом нашли где остановиться. И только после этого отправились на местный базар закупаться продуктами. Вот там нас и встретили неприятности. Вернее, не они сами, а их предвестник. Лично я бы ничего и не заметил. Ну столб с какими-то прибитыми к нему листками. Обычная для любого базара доска объявлений. Продам, куплю и всё такое. Однако Аля взяла меня за руку и подтащила поближе.

Оказалось, это вовсе не биржа базарного значения, а аналог местных СМИ. Объявления, возможно, и писались от руки, но специально обученным человеком, который делал это ничуть не хуже печатного станка. А ещё на некоторых листках были портреты. В общем-то обычные листовки, типа разыскивается опасный преступник.

Только если на земных фото обычно так ксерокопировано, что узнать по нему кого-либо в принципе невозможно, или, наоборот, хватай любого, подойдёт, то тут портреты рисованы очень хорошим художником. Причём не каким-нибудь Рафаэлем, Микеланджелом или да Винчи, а современным, хорошо владеющим фотошопом. Примерно как на книжных обложках, получается даже лучше, чем на фото и при этом абсолютно узнаваемо. Вот с одного из таких листков на нас смотрела Нари.

– Разыскивается опасная преступница, – «прочитал» я.

Анури сначала вопросительно приподняла бровь и лишь затем поняла, что читать на местных языках я не умею и просто шучу.

– Нет, тут говорится, что разыскивается пропавший ребёнок. Сирота, находящаяся под опекой гильдии ткачей города Сувана.

– Тогда нормально, – успокоился я.

– Нет, ненормально, – возразила Алёна. – Всё гораздо хуже, чем будь она на самом деле настолько опасной преступницей, что разыскивается короной.

– Что тут не так? – не понял я ход мыслей анури.

– Многое. С ходу могу назвать две наиболее явные несуразности. Даже три. Во-первых, награда. Гильдия ткачей такую сумму, возможно, и наскребёт, но я сильно сомневаюсь. И в любом случае не станет предлагать за сбежавшую девочку, будь она хоть любимой внучкой главы гильдии, а не никому не нужной сиротой.

– Понятно, – кивнул я.

– Во-вторых, опять деньги, – продолжила подруга. – Передача простого текста с помощью магии само по себе дорогое удовольствие, а с подробным изображением вообще запредельно. По сравнению с этим сумма, обещанная в качестве награды, уже не кажется такой большой. Простой городской гильдии её не осилить. Но первые два пункта несущественны по сравнению с главным. В-третьих, такие розыскные объявления по всем городам страны рассылает королевская стража, и никто посторонний не может туда влезть.

– Да, – согласился я, – государственные спецслужбы точно не станут искать дочку ткача.

У нас сразу появилось много вопросов к Нари. Не сговариваясь, развернулись и пошли обратно в гостиницу, где осталась девочка. Она, кстати, сама вызвалась «охранять вещи». До этого отсутствие у неё стремления гулять по городу вызывало только одобрение, теперь наводило на мысли.


Глава 22

Алиена. Анури

Девочку в гостинице мы не застали. Это ещё полбеды. Зато застали отряд городской стражи и перевёрнутую вверх дном комнату.

– Что здесь происходит?! – громко потребовала объяснений я.

– Где девчонка?! – вместо ответа выкрикнул хозяин гостиницы.

Теперь всё понятно. Увидел, узнал и решил заработать награду. Пока мы отсутствовали, позвал стражу, но в комнате никого не оказалось. Интересно, где Нари? Сбежала или прячется у всех на виду?

– Какая девчонка? – спросила тем временем я.

– Та, которая была с вами! – прозвучало в ответ.

– С нами?! – изобразила удивление на лице. – Никого не было, мы только вдвоём.

– Но я сам видел!

– Как ты мог видеть то, чего не было? – начала я и осеклась. – Ах, эта девчонка? Крутилась какая-то недалеко от ворот, обещала за пару медяков показать лучшую гостиницу в городе. Обманула! Привела в худшую.

– Моя «Медный котёл и кабан» худшая?! – возмутился хозяин.

– Конечно! – подтвердила я. – В лучших гостиницах в вещах постояльцев во время их отсутствия никто не копается.

– Мы искали девчонку, а её видели с вами, – попытался оправдаться трактирщик.

– Скажи, что мы нашли её первыми, – обратился ко мне Алекс, который понимал только половину разговора.

Это мысль. Нас сейчас подозревают в укрывательстве разыскиваемой, а так будут думать, что сами охотимся за премией. Конкуренты и не более того. Если же ещё и хозяина гостиницы обвинить в её побеге…

Так я и сделала. Простая и понятная всем версия. Нашли девочку недалеко от городских ворот (снаружи! пусть проверяют), провели в город, оставили в гостинице, пообещав накормить. Купили немного продуктов и собирались идти за стражей, но один придурок всё испортил. Спугнул девочку. Вот пусть теперь он и платит премию. Нам-то без разницы, от кого её получать, от гильдии ткачей или от трактирщиков. Хозяин от такой наглости даже дар речи потерял. И тут Алекс ещё добавил:

– Скажи, что он нас ещё и обокрал.

Тоже идея. Звучит вполне правдоподобно, учитывая, что в обеих вьючных корзинах не было ничего ценного. Хозяин гостиницы пытался оправдываться. Мол, он ничего не брал, а если что и было украдено, то взяла девочка, которую мы сами в номере оставили. Звучало неправдоподобно.

– Ничего не знаю, – заявила я. – Без премии мы из города не уйдём, а пока не будут возвращены пропавшие вещи, из гостиницы – тоже. Причём за номер платить не будем.

Начался спор. В конце концов начальнику стражи наши пререкания надоели и он вмешался:

– Премию получит только тот, кто приведёт Нари лично. Никакие «Я первый увидел» не учитываются.

– А как же кража? – не пожелала сдаваться я.

– Разбирайтесь сами. Что именно пропало и была ли кража вообще.

Алекс. Попаданец

Алёна у меня настоящая артистка. Такой спектакль разыграла, хватило только пары намёков, дальше она сама. Я-то её ложь чувствовал, а вот остальные точно нет. Даже Нари и та поверила. Да, девочка всё время находилась в комнате. Правда, я её заметил только ближе к концу заварушки, и то случайно. Сидела себе на шкафу, свесив ножки.

Когда стражники удалились, Аля тут же предъявила трактирщику список «украденного». Я тоже туда кое-что внёс. Три золотые шкатулки для благовоний, отечественные, три куртки из драконьей кожи, импортные, магические музыкальные артефакты, тоже импортные и тоже три. Анури мою часть списка переводить отказалась. Зря, я точно помню, что в корзинах это было. Сам туда клал.

На следующее утро мы предупредили Нари, чтобы никуда из комнаты не выходила, и отправились в город «её искать». И были такие не одни. Слухи о том, что девочка где-то тут, разнеслись молниеносно, и началась золотая лихорадка. Каждый мечтал её найти и получить награду. И ведь находили!

В городскую стражу тащили буквально всех девочек и девушек, какие только попадались. Несоответствие возраста и отсутствие внешнего сходства никого не смущало. Многие были готовы продать собственных дочерей, уж больно заманчивая предлагалась награда. Нам это было только на руку. Чем быстрее властям надоест подобная вакханалия, тем быстрее можно будет покинуть город. По-хорошему надо было рвать когти в тот же день, но нельзя никак, было бы слишком подозрительно. Приходилось участвовать в поиске.

Самое плохое, что время утекало. Если местные спецслужбы способны передавать магическим путём информацию и даже изображение во все города государства, значит, и обратно она тоже шла. О том, что Нари видели в пограничном городке, в столице наверняка уже известно. А учитывая важность информации, сюда обязательно пришлют агентов. Плохо, что информация действительно государственной важности. Мы допросили Нари ещё в первый день начавшейся суматохи.

– Ты нам ничего не хочешь рассказать? – начала Аля.

Та не хотела, но рассказала. Принцесса Нариэль, единственная прямая наследница престола. Заговор, устроенный дядей Сирбиором, двоюродным братом короля. Гибель всей королевской фамилии.

Что интересно, это был не просто спонтанный побег от смерти, принцесса давно к нему готовилась. Правда, с другой целью. Нариэль мечтала поступить в магическую академию, а членам королевской семьи, особенно девочкам, не положено. Всё, что ей по этому поводу рассказывала Аля, она и сама прекрасно знала, даже лучше некоторых.

Дочку ткача действительно никто бы не смог забрать домой после поступления, как бы ни старался. Дочку барона или графа тоже. Были случаи, что девушки таким способом сбегали из-под венца. Но принцесса – совсем другое дело. Вот она и планировала поступить не в свою, а в заграничную магическую академию. Всё хорошо спланировала, почти подготовилась, и тут вдруг заговор.

Но сбежать она всё-таки сумела. Причём не куда глаза глядят и с пустыми руками. Были заранее приготовлены и одежда, и деньги, и, что самое невероятное, временное убежище в городе. Деньги – ладно, наименьшая из проблем. С её талантами Нари могла проникнуть в королевскую сокровищницу и вынести оттуда что угодно. По крайней мере, всё, что сумела бы поднять.

Достать одежду простолюдинки или дочери небогатого дворянина во дворце – задача не из лёгких. Там таких вещей просто нет. Во всяком случае, нужного размера. У принцессы Нариэль имелся охотничий костюм, теоретически пригодный для побега, но он её совершенно не устраивал. Передвигаться в нём удобней, чем в платье, но девочка здраво рассудила, что в нём не удастся остаться неопознанной.

Ну ладно, одежду она как-то раздобыла, а снять комнату в городе принцессе, которую вообще ни разу в жизни не выпускали из дворца, невозможно в принципе. Да что там принцессе. Представьте девочку непонятного происхождения, которая приходит в гостиницу и снимает там номер. Думаете, у неё получится?

У Нари получилось. То, что её никуда не выпускали, вовсе не означает, что она не могла выйти. Как только достала подходящую одежду, так впервые и покинула королевскую резиденцию. Во дворце все точно знали, что маленькая принцесса любит играть в прятки. Так же, как то, что найти её практически невозможно. Давно привыкли и почти не беспокоились. Забралась принцесса на чердак, в шкаф или ещё куда. Пускай сидит, если ей так нравится, в первый раз, что ли?

Некоторые такие дни она действительно проводила на чердаке, но не дворцовом, а гостиничном. Сняла маленькую комнатку и посещала её несколько раз в месяц, чтобы внести плату вперёд и примелькаться. Как ей это удалось? Просто пришла и сказала, что хочет снять комнату?

– Я знаю как! – вдруг воскликнула Аля. – Теперь многое становится понятным.

– Что именно? – спросил я.

– А ты сам разве не заметил? Нашли мы выжившую девочку в разграбленном разбойниками караване и согласились отвезти в ближайший город. Тут всё в порядке, хотя тоже имеются странности. Слишком быстро согласились, почти ни о чём не расспрашивали и во всё поверили, хотя она явно что-то недоговаривала. Но, повторяю, тут ничего особенного. Довели девочку до ближайшей родни и ладно. А поверили и не расспрашивали, так это потому, что дочка ткача не очень-то интересна. Зато дальше…

Аля могла не продолжать, я и сам понял, куда она клонит. Легко согласились взять случайную попутчицу. Маленькую девочку, сбежавшую от помолвки! Потом так же легко Аля согласилась провести инициацию и обучать её магии. Теперь укрываем от стражи. Каждое по отдельности событие не выглядит очень уж нормально, хотя и как-то объяснимо. Но всё вместе! И мы преспокойно к этому относились.

– И какой вывод ты сделала? – обратился я к анури.

– Она маг разума! – заявила Аля. – Очень сильный маг, если добивается желаемого от окружающих, даже сама не понимая, что делает. И ещё. Ты заметил, что она уже говорит на твоём языке, хотя специально ты её не учил, а, наоборот, пытался выучить местный? Тоже особенная черта магов разума.

– И ничего тут особенного нет, – влезла молчавшая до этого Нари. – Я много языков знаю.

– Какие, например? – сразу спросила анури.

– Эльфийский высший, эльфийский обыкновенный, все три гномьих, драконий, но там слов совсем мало, оркский и все пять, на которых говорят в соседних королевствах.

– Один забыла, – усмехнулась Аля.

– Какой?! – удивилась девочка.

– А на котором мы сейчас разговариваем?

– Ой! Ещё и наш.

Дальше последовал экзамен. Аля захотела проверить все языки, которые сама знала. Оказалось, что на обычном эльфийском она говорит лучше девочки, а на высшем – наоборот.

– Вообще-то мы отклонились от главной темы, – напомнил я. – Нари начала с того, что сбежала из дворца.

Дальнейший рассказ много времени не занял. Сбежала точно так же, как много раз до этого. Поселилась в гостиничном номере и стала ждать, что будет дальше. Новости появились очень быстро. Практически в тот же день глашатаи разнесли по столице весть, что подлые шпионы из Коташа проникли во дворец и убили всю королевскую семью. Выжил только двоюродный брат короля принц Сирбиор, который в ближайшее время займёт престол и непременно отомстит врагам за столь дерзкий поступок.

А ещё через три дня выяснилось, что принц занять трон не может, потому что является только вторым в очереди на наследование. Новая версия гласила, что убийцы специально похитили девочку, чтобы в столь сложный час оставить страну без короля. Но врагу нас не сломить и дальше в том же духе.

– Почему ты думаешь, что во всём виновен именно твой дядя, а не те самые шпионы? – спросил я. – Ведь соседнее королевство не просто так назначили виновным, наверняка отношения были не самыми лучшими, а такого рода обвинение гарантирует войну.

– Потому что я слышала, как дядя разговаривал с убийцами и требовал найти меня, – ответила Нари. – А войны с Коташем и так почти никогда не прекращаются.

Поняв, что в городе оставаться опасно, девочка решила – настало время исполнить свою мечту и поступить в заграничную магическую академию. А после обучения сможет вернуться и заявить о правах на престол. Будучи совершеннолетней и сильным магом легче получить своё и отомстить.

Однако появились непредвиденные проблемы, у неё кончились деньги, вернее, кончились мелкие монеты, а когда Нари попробовала разменять двойную корону у хозяина гостиницы, в которой жила, тот неожиданно попытался её ограбить. Для девочки это было шоком, ничуть не меньшим, чем смерть семьи. Такой милый улыбчивый старичок и вдруг.

– И почему на этот раз не сработала магия разума? – спросил я у Али, которая переводила рассказ.

– Всё просто, – ответила анури. – Даже инициированному и обученному магу разума очень трудно заставить разумного делать то, чего тот не хочет или что противоречит его убеждениям. А если маг сам не знает, что он маг, то вообще невозможно. Пока Нари снимала самый дешёвый номер, расплачиваясь не более чем за пару недель вперёд, это полностью соответствовало собственным желаниям хозяина. Магия разума лишь заставляла его не обращать внимание на то, что постоялица – маленькая девочка. А как только появились большие деньги, вступили в силу совсем другие желания.

Окончание рассказа было коротким. Сбежав из гостиницы, Нари отправилась в путешествие с попутными караванами. Их владельцы чаще всего даже не подозревали о ещё одной попутчице. Как тот же ткач с семейством. Ну а что было дальше, мы знаем.

– И что будем делать? – спросил я у Али.

– Проводим до магической академии, – пожала плечами подруга.

Вопросительно поднял бровь, потому что не ожидал такого ответа.

– Не смотри на меня так, – успокоила она. – Магия разума тут ни при чём. Во-первых, если о ней знаешь, воздействие резко снижается, а во-вторых, нам самим это выгодно.

– И чем же? – не понял я. – Ещё засветиться со сбежавшей принцессой нам не хватало. Это сейчас мы охотники за премией, а тогда станем её сообщниками.

– Именно этим, – улыбнулась анури. – Карманная кража на базаре – лучшее алиби против обвинений в ограблении королевской сокровищницы, произошедшей в то же самое время.

Сравнивать сопровождение беглой наследной принцессы с карманной кражей – сильно. Но я понял, что Аля имеет в виду. Засветимся в одном громком деле, вряд ли нас свяжут с другим. Древом Жизни, например. Как мы можем иметь к нему хоть какое-то отношение, если в это время сопровождали принцессу? От самой столицы, разумеется. А убийство королевской семьи и переворот произошли до моего попадания в этот мир. Ага, как бы потом нас не связали и с этими событиями.

Дальше работали по плану. Каждый день выходили в город и «искали» там сбежавшую дочку ткача. Глядя на толпы таких же охотников за удачей, не мог понять одного, мы-то ладно, отрабатываем свою роль, а они? Неужели не понимают всю бесперспективность данного занятия. В первый день, да по горячим следам шансы были весьма неплохи, но раз тогда не поймали, то дальше уже не стоило утруждаться. Городская стража – другое дело, им по долгу службы положено изображать активность, но неужели остальным больше нечем заняться? Не затрагивай это нас, мне было бы глубоко плевать, а так приходилось постоянно быть начеку и ждать когда же остальным надоест.

Совсем не бездельничали, попутно закупили припасы на дорогу. Только это мелочи, дел на один, максимум два дня. Ещё пришлось вести незримый бой с местной мафией. Нет, воровской или гильдии убийц тут не было. Ни в этом конкретном городе, ни в королевстве. Во всяком случае, Аля ничего о них не слышала. А что это за тайная организация, о которой никто не знает? Смех один да и только, ведь вся их сила как раз в том и заключается. Официально нет и призвать к ответу невозможно, но при этом каждая собака знает и боится. А кто не знает, пошлёт таких ко всем чертям, и им придётся идти в указанном направлении.

Примерно как было в советские времена с ворами в законе. Среди своих шестёрок они что-то из себя представляли. Эти самые шестёрки знали, с кем имеют дело, и боялись. А любая старушка-пенсионерка ни о каких преступных авторитетах слыхом не слыхивала. Да и такие слова как «вор» и «авторитет» для неё вместе абсолютно не сочетались. Поэтому могла шугануть в любой момент, и грозный «законник» бежал поджав хвост. Потому что прекрасно знал, это для всякого уголовного отребья он кто-то, а для нормальных людей – никто и звать его никак.

Ну так вот, здесь, конечно, не СССР, но и не демократия, поэтому власти с преступностью не церемонились и возникновения ночных гильдий не допускали. Однако и полностью искоренить не могли. Вот с одной такой группой мы и познакомились в первый же день «поисков» девочки. Правда, сначала заочно. Пока бродили по городу вместе с другими охотниками, эти залезли к нам в номер и устроили там обыск.

Умные ребята, наверняка справедливо решили, что даже если девочку у себя не прячем, то смогут поживиться тем, что плохо лежит. Не удивлюсь, если поддавшиеся золотой лихорадке горожане тоже чего-нибудь ценного недосчитались в эти дни. Правда, с нами ворам не повезло. Опять забравшуюся на шкаф Нари они не обнаружили, а в самом номере ничего ценного не было. Нет, были ещё лошади в гостиничной конюшне, но уводить их, когда вся городская стража стоит на ушах, – верх безумия. Воры Нари не заметили, зато она их рассмотрела прекрасно. Мало того, проследила до самого логова.


Глава 23

Алиена. Анури

– По-моему, тебе было ясно сказано – на улицу ни ногой! – воскликнула я, услышав рассказ девочки. – Мы ведь договаривались, если хочешь идти с нами, должна слушаться во всём.

– Договаривались, – согласно кивнула она. – И я слушаюсь. На улицу не выходила.

На последней фразе Нари явно сделала ударение.

– Тогда как? – спросила я, вместо того чтобы пытаться разгадывать ребусы.

– Вылезла в окно и забралась на крышу. Тут легко. Потом следила сверху, перебираясь по крышам. Дома близко друг к другу, большинство вообще прилеплены. А к брусчатке я ни ногой, как мне и было приказано.

– По-моему, она опять чего-то недоговаривает, – заявил Алекс, когда я перевела.

– С чего ты взял?

– Всё очень просто. Ни дочкам ткачей, ни принцессам уметь лазать по крышам не положено. Никто их такому не учит.

– И в чём ты её подозреваешь? – улыбнувшись, спросила я.

– Ну… – начал он и недоговорил.

Действительно, не диверсантку же в маленькой девочке подозревать. А крыши… Подумаешь, какая невидаль. Я сама в её возрасте могла ничуть не хуже, если родители не видели. Подробно расспросила Нари о месте, куда вернулись воры. Оказалось, живут совсем рядом с нашей гостиницей и у дома есть особая примета.

Я решила этой же ночью нанести ответный визит вежливости. Алекс сразу начал возражать. Наверное, зря сказала. С другой стороны, сначала сделать, а потом поставить перед фактом нельзя никак, мы должны доверять друг другу. Что интересно, заявлений, мол, не женское это дело, из его уст не прозвучало. Просто считал риск совсем не нужным.

– Во-первых, нет причин для мести, у нас ведь ничего не пропало, – начал он, – а во-вторых, это даже хорошо, что они пытались нас обокрасть.

– То есть как? – не поняла я.

– Всё просто. Теперь местные воры точно знают, что у нас брать нечего и, самое главное, разыскиваемую девочку мы не прячем.

– Знания воров особого значения не имеют, – возразила ему. – Что же касается мести, это не только причина, но ещё и повод. У нас, между прочим, нет денег, все принадлежат Нари. Так почему бы не воспользоваться возможностью и не забрать у тех, кто сам вызвался поделиться?

– Экспроприация экспроприированного – это, конечно, хорошо, но ты уверена, что справишься?

Впервые за всё время я не поняла слов, произнесённых моим мужчиной, но смысл вопроса был ясен и без того.

– Да, уверена. Я всё-таки боевой маг и воин.

– В том-то и дело, что сейчас ты не маг, – напомнил Алекс.

– Всё равно, с любым количеством обыкновенных воров справлюсь без проблем. Я ведь и раньше магию пускала в дело далеко не всегда и не по любому поводу.

Спорили мы ещё долго, но в конце концов смогла убедить своего мужчину. Потом пришлось пройтись по второму кругу, когда он собрался идти со мной. И тут убедила, что кто-то должен остаться в номере, чтобы обеспечивать алиби. Правда, времени на это понадобилось очень много. Сам визит пришлось отложить на следующую ночь. Оно и к лучшему, успеют пустить слух о том, что нас проверили и ничего не нашли. К тому же, если они воспользовались возможностью и занялись дневными кражами, добыча будет куда больше.

Один анури не может соврать другому при всём желании. И я не собиралась обманывать своего мужчину. Просто когда Алекс сказал, что раз у нас ничего не украли, то и причин для мести нет, не стала возражать. Честно призналась, что дело не только в ней. На самом деле причины были и очень серьёзные. Никто не смеет воровать у магов или даже пытаться. Нельзя таких оставлять безнаказанными. Их незнание о статусе обворованного не имеет никакого значения, так же, как моя временная потеря сил.

Нужный дом нашла без труда, Нари описала его очень точно, и дорогу к нему – тоже. Да, я тоже передвигалась по крышам. Там, где сумела легко пройти девочка, я смогу тем более. Залезла через чердак. Обнаружила, что здесь имеется удобная дверь, которой часто пользуются. Видимо, воры считали, что, кроме них, никто не знает этого пути. Ни охраны, ни запоров. Внимательно осмотрев дверь изнутри, поняла, что запоры там всё-таки есть, но они почему-то открыты. Не стала гадать о причинах такой беспечности воров, а начала искать лестницу, ведущую с чердака.

Обнаружила её быстро. Люк на чердачную лестницу тоже не был заперт и не охранялся. Не пуганные тут какие-то воры. Понятно, что мы не в столице, и тут стража, скорее всего, не свирепствует, но городок всё же пограничный, а это кое-что значит. Однако обижаться на подарки судьбы не собиралась. Я всё-таки не воровка, чтобы хитрые замки вскрывать. Вернее, когда-то ею была, но давно и навыки так сразу не восстановишь. Убить или незаметно для окружающих оглушить охранника могу даже без применения магии. Но раз нет такой необходимости, то очень хорошо.

Некоторое время посидела у люка, наблюдая и прислушиваясь. На лестнице никого, но в самом доме есть люди, и, несмотря на позднее время, спать они явно не собираются. Слышны громкие разговоры, а иногда даже крики. Всё понять не удалось, но и расслышанного было достаточно. Нари не ошиблась, тут обитают именно воры, а не мирные горожане. Кто-то праздновал удачную добычу, кто-то строил планы на завтра или на эту ночь. Ещё ждали уже вышедших на охоту.

Последнее меня насторожило. А не по этой ли причине оставлена открытой дверь на крыше? Вовремя прислушалась не к тому, что происходит внизу, а к чердаку. Шаги! Хотя я бы их заметила и так. Может быть, расхаживая по чужим крышам, воры ведут себя осторожно, скорее всего, так и есть, но тут они были у себя дома. Нет, вовсе не шумели и громыхали, просто не считали нужным прилагать какие-нибудь усилия для соблюдения тишины.

Шаги по черепице услышала чуть раньше, поэтому успела занять место возле двери. Подумала, что это могла быть любопытная принцесса. А что? Сбежала от Алекса и пошла за мной, дорога ей известна. Но нет, наверху были двое, и поступь одного слишком тяжёла для девочки. Дверь открылась, и вниз сразу упал мешок со звоном металлической посуды. Ого, серебро!

– Ты что, совсем дебил! – раздался приглушённый окрик. – Всех соседей перебудишь.

– Да не спят они ещё, – прозвучало в ответ.

– Не спят, говоришь? Это хуже.

– А что мне было делать? Я с занятыми руками в этот люк не пролезу.

– Так оставил бы мешок здесь, спустился сам и принял у меня. Неужели такие простые вещи понять не можешь?

Возникла небольшая пауза, после которой первый голос воскликнул уже погромче:

– Куда?! Не вздумай и сундук бросать!

– Сам бы и нёс, раз такой умный.

Однако сундук на чердак никто не бросил. Последовала возня, спуск одного из воров, передача тяжёлого предмета, появление второго. Первый, не сходя с места, уселся на свой сундук, спиной ко мне. Подозреваю, этого здоровенного, но явно туповатого только для переноски тяжестей на дело и взяли.

Меня в тёмном углу никто не заметил, осталось решить, что делать с этими двумя. Отпустить, а потом столкнуться с ними уже в доме? Или убить сейчас? Второе предпочтительней. Но что, если внизу слышали падение мешка с посудой? Да и сундук был опущен вовсе не беззвучно.

Однако сидящий ко мне бугай – заманчивая мишень. Сейчас могу прикончить одним ударом, а потом неизвестно. Конечно, вряд ли он хороший боец, но всё равно лишний риск никому не нужен. Долго думать не пришлось, всё решил его напарник:

– Ладно, Нурил, сиди, отдыхай. Я сейчас наших позову, заодно расскажу об удачной ходке.

– Хорошо, – согласился тот. – Я пока добычу посторожу.

– От кого? – удивился первый вор.

– Не знаю, от кого-нибудь.

– Ну ладно, сторожи, – усмехнулся тот и пошёл к люку с лестницей.

Как только малорослый и умный вор исчез, большой и глупый умер. Я решила, что нет смысла ещё чего-то ждать. Эффект неожиданности? Получат, когда полезут на чердак за сундуком и мешком. Только произошло всё не так, как я планировала. Вся банда на чердак не полезла, вообще никто не полез, снизу раздался окрик:

– Эй! Нурил, хватит дрыхнуть. Тащи сюда сундук.

Времени на размышления не оставалось. Решила, что хуже уже не будет, и попыталась ответить, имитируя голос мёртвого вора:

– Чего шумишь, дай чуток отдохнуть.

Специально говорила приглушённо, и это сработало. В искусстве имитации чужих голосов я слаба. Это эльфы умеют повторять за любыми птицами, после чего обмануть человека им несложно. Но тут помогла нестандартность ситуации.

– Что?! – раздалось снизу. – Немедленно тащи сюда свою задницу. И если у тебя на чердаке заначка с брагой, пеняй на себя.

– Постой, Сури, – раздался другой голос. – Придурок явно пьян. Когда успел и где прятал, сейчас не важно. Лично мне не хочется находиться внизу и принимать тяжёлый сундук, если подавать будет он.

– Ты прав. Полезли наверх, а он пусть принимает. Уронит, так себя зашибёт.

– Да что с ним, пьяным, станется?

Воры полезли наверх. Всего двое, больше никого внизу не было. Неожиданная проблема обернулась такой же неожиданной удачей. Первого пропустила вперёд, а второго встретила ножом. Живой даже не повернулся на пусть и слабый, но всё же слышимый вскрик. Вместо этого шагнул к телу бугая.

– Смотри, Сури, этот дурак успел напиться до беспамятства.

Естественно, ему никто не ответил. А я смогла убить трёх бандитов так, что ни один из них меня не заметил. Теперь нужно срочно спускаться вниз и разбираться с остальной шайкой. Однако меня остановило едва, но уже знакомое ощущение. Не может этого быть! Хотя очень даже может. В любом случае проверить стоит.

– Нари, мы ведь договаривались, что ты останешься в гостинице, – строго произнесла я.

– Мне было интересно, – прозвучало в ответ из дальнего угла чердака.

Только её тут не хватало! Теперь нужно бросать всё и убираться. Или нет? Напарницей её делать точно не собиралась, но дать задание можно.

– Ладно, сейчас нет времени. Накажу позже, а пока держи добычу и неси домой. Понятно?

– Да! – радостно воскликнула Нари, принимая мешок с серебряной посудой.

Не то чтобы всякие кубки и блюда были очень тяжёлыми. Даже девочка справится, но ноша неудобная, особенно если необходимо соблюдать тишину. О чём я специально предупредила. Быстро наверняка не получится. Значит, донести мешок и вернуться точно не успеет.

А мне самой нужно спешить. Стоит хоть чуть задержаться, и остальные обитатели дома поймут: что-то не так. Нападение, скорее всего, не заподозрят. Того, что по их души пришла всего одна мстительница, да ещё лишившаяся магических способностей, точно никто не подумает. А вот своих подельников в желании присвоить часть краденого такие всегда подозревают хотя бы потому, что сами случая не упустят, если тот представится. В моём случае не суть важно, почему вся банда полезет наверх. И это произойдёт очень скоро, и так времени много потеряла. Но не отправить девочку куда-нибудь подальше я не могла.

Теперь всё решала скорость. Подойти к люку, выглянуть, убедиться, что никого нет, и прыгнуть вниз (некогда тратить время на лестницу). Приземляться бесшумно я умею. Пол под ногами предательски затрещал. Не хватало ещё провалиться на первый этаж. Не спорю, появление выйдет весьма эффектным, только вряд ли удастся ничего себе не сломать.

Доска под ногой всё-таки провалилась, к счастью, только одна, остальные выдержали. Я даже не упала, сумев сохранить равновесие, но шуму получилось всё равно слишком много. Надо было сундук скинуть, грохотало бы знатно, зато лучшего способа отвлечь внимание не придумаешь. Только теперь уже поздно.

Пока высвобождала застрявшую ногу, из ближайшей двери появилась первая рожа. Вот и прекрасно, не нужно далеко бежать. Один удар мечом, и вор не успел выкрикнуть, что собирался. Толкнуть его обратно в комнату и самой следом. Ещё двое, один не успел опомниться, а другой уже вскочил с ножом в руках. Видимо, всегда готов к неприятностям.

Только нож против меча – не аргумент. Даже в руках того, кто умеет с ним обращаться и когда бой идёт в помещении. Этот умел. От первого моего удара увернулся, второй отклонил, на этом всё завершилось. Попадись ему кто-нибудь владеющий мечом похуже, дело могло бы закончиться иначе, но не в моём случае.

Минус шесть, а тревогу ещё не подняли. Словно в ответ на мои мысли, из коридора раздался голос:

– Что там у вас грохнуло? Опять Нурила заставили тяжести таскать, а он их уронил?

Это точно не тревога, значит, можно действовать дальше.

– Ничего я не ронял, оно само упало, – ответила голосом здоровяка.

Если в прошлый раз получилось, то почему бы и на этот не сработать?

– У тебя всегда само, – раздался ещё один голос.

Выходит, в коридоре как минимум двое. Сделала шаг к двери и сморщилась от боли в правой ноге. Значит, всё-таки повредила при прыжке. Плохо. Демоны бы побрали гнилые доски, но нужно что-то делать. Драться с повреждённой ногой – не самая лучшая идея, к сожалению, убегать ещё худшая.

Нет, не должно там быть ничего серьёзного, иначе почувствовала бы сразу. Сделала ещё один шаг. Больно, но ходить можно. Всё равно деваться некуда, однако теперь лучше перейти к обороне. Эффективно нападать в таком состоянии очень неудобно. Перебросила меч в левую руку, подняла правой табурет и начала ждать. Вскоре в дверях появился ещё один вор.

– Ты кто? – удивлённо спросил он, увидев вместо сообщников меня.

Ну да, я совсем не страшная, чего меня бояться? Пусть в мужской одежде, но всего лишь красивая девушка с табуреткой в руках (меч предусмотрительно спрятала за спину).

– Нурил, – ответила я на вопрос, швырнув мебелью.

Получилось даже лучше, чем я ожидала. Вора хорошо приложила сиденьем по голове, и он вылетел обратно в коридор. В бессознательном состоянии.

– Эй, ребята, все сюда! – раздалось оттуда. – Пьяный Нурил опять буянит, Шика табуреткой прибил.

Ну вот и тревога, только совсем не та. Вместо нападения посторонних внутренняя разборка. Никто не ожидает, что их будут убивать, самое большее – можно получить мебелью по голове, за что потом дать сдачи. Да и этого они не ждут, ибо считают себя предупреждёнными. Готовятся к очередной драке, словно к хорошему развлечению. Это, конечно, только мои предположения, но не думаю, что они сильно расходятся с действительностью. Как раз в такой драке, я не имела бы никаких шансов. Но мне и не надо, пришла мстить, а не доказывать свою силу.


Глава 24

Алекс. Попаданец

Слушая рассказ Али о произошедшем, поймал себя на одной мысли: воспринимаю его совершенно спокойно. Нет, я её, конечно, обругал за множество необдуманных поступков, за то, что она не отступила вместе с Нари, когда поняла всю серьёзность ситуации. Особенно за необдуманный прыжок вниз и повреждённую ногу. А ещё за то, что не взяла меня с собой. Плохой боец на мечах? Так и подруга показала себя не лучшим образом, хоть и победила. Зато я смог бы собрать в свой пространственный карман куда больше трофеев. Да, всё бы собрал, включая мебель.

При этом тот факт, что девушка перебила кучу народа, у меня никаких отрицательных эмоций не вызывал. Пусть они и воры, но всё-таки тоже люди. А может, в этом всё дело? Они всего лишь люди, а я анури? Да нет, вряд ли. На самом деле сам считаю себя человеком и ни на секунду в этом не усомнился. Что же касается моей второй расовой принадлежности, просто принял это к сведению и не более того. Тогда почему так спокойно отношусь к смертям?

Думаю, дело совсем в другом. Возьмём большую часть современных фильмов и книг. Из тех, где положительные персонажи направо и налево убивают отрицательных. И что? Кто-нибудь их осуждает? Лично я – нет и за другими что-то не замечал.

Понятно, бывают исключения, и некоторые сочувствуют старушке-процентщице, а не студенту с топором. Но таких совсем немного. И лучшее тому доказательство – анекдоты про пять старушек по двадцать копеек. Анекдотов с противоположным смыслом я почему-то не встречал.

Да и Достоевский – не лучший пример. Нет в той его книге персонажей, которых по нынешним меркам можно назвать адекватными или положительными. Да и самого его тоже. Вы себе представляете, каково это назвать книгу «Идиот»? Посмотрите на обложку, что вы видите? Имя, фамилию и главную характеристику. Уж лучше на лбу вытатуировать, меньше народу узнает. Правило, как вы лодку назовёте, так она и поплывёт, никто не отменял.

Ладно, оставим в покое Достоевского и возьмём современные книги и фильмы, которыми правит простой принцип: все хорошие люди должны собраться вместе и поубивать всех плохих. Вот главный герой (по определению хороший) и убивает главного злодея (по определению плохого). Просто работа у него такая. И всех это устраивает.

Причём никто даже не задумывается, что главный герой крайне редко делает что-то хорошее, а злодей плохое. Но им и не надо ничего делать, автор развесил ярлыки, этого больше чем достаточно.

Объявил Дюма, что Д’Артаньян с мушкетёрами хорошие, а кардинал с гвардейцами плохие, значит, так и есть. И мало кто задумывается, что если судить по их поступкам, то всё как раз наоборот. Чем же прославились мушкетёры? Список впечатляет: дезертирство, измена, сотрудничество с врагом, убийство агента, находящегося при исполнении обязанностей, незаконное использование чужих документов. А что же гвардейцы? Просто выполняли свой долг и им за державу обидно. Но раз автор заявил, что первые хорошие, а вторые плохие, значит, так тому и быть. Очень талантливый автор, между прочим, если сумел убедить столько поколений читателей.

Но я опять отвлёкся. Большинство подобное поведение книжных и киногероев вполне одобряет, но если так же начнут поступать соседи по лестничной клетке… Убийство недолюбливаемого вами соседа с перфоратором мало кто одобрит, хотя все его считают несомненным злом. Они прекрасно отдают себе отчёт, что там просто вымышленное кино, а тут реальная жизнь. Вот и я, попав в ситуацию, которая ближе к вымыслу, чем к реалу, начал вести себя по более соответствующим правилам.

– Всё же могла взять меня с собой, – в очередной раз упрекнул я анури. – Тем более что Нари всё равно сбежала и сторожить её не имело смысла. А так хотя бы тот сундук унесли.

– Как раз из-за того сундука переживать не стоит, – возразила анури. – Это был переносной сейф с очень сложным гномьим замком. Именно поэтому воры унесли его целиком, а не вскрыли на месте.

– Думаешь, и мы не смогли бы вскрыть? – спросил я. – Ты вроде говорила, что в гномьих механизмах разбираешься получше других.

– И не собираюсь этого отрицать. Там прямо на месте сундук и вскрыла. Не скажу, что плёвое дело, но для того, кто действительно в нём смыслит, нетрудно.

Намёк я сразу понял. Аля мне кое-что о своём бурном прошлом рассказывала. Не удивлюсь, если к гномам как раз за тем и пришла, чтобы научиться делать замки. Ведь лучше всех их вскроет мастер, который изготовил.

– И что же было в сундуке? – задал вполне ожидаемый вопрос.

– Камни. Много камней. Каждый завёрнут в отдельную тряпочку.

– Драгоценные? – спросила Нари.

– Нет, обычные булыжники, – усмехнувшись, ответила Аля.

Услышь я это от кого другого, принял бы за шутку, но прекрасно чувствовал, что анури говорит правду.

– Зачем тогда тряпочки? – не поняла девочка.

– Чтобы при переноске не гремели. Думаю, настоящие ценности хозяин спрятал в другом месте, а переносной сейф набил камнями и выставил специально для воров.

– Тогда ладно, – согласился я.

А что ещё было делать? Не спорить же со свершившимся фактом, который всё равно уже не изменишь. Свою позицию по вопросу показал, а это главное. То, что в вышеупомянутом сундуке были камни, вовсе не означает, будто мы остались совсем без добычи. Принесённый Нари мешок с серебряной посудой можно не считать, там находились слишком уж приметные предметы, продавать которые прямо в этом городе стало бы верхом глупости.

И совершенно не имеет значения, что у владельца их украли не мы. Поэтому сразу сунул в пространственный артефакт вместе с мешком. Перейдём границу, тогда можно будет начать продавать, да и то, если достойные покупатели найдутся. Если нет, толкнём гномам, как всё остальное ненужное.

Кроме того мешка и сундука с булыжниками у Али имелась и другая добыча. Во-первых, все деньги, которые она смогла собрать с убитых бандитов и вообще в доме. Не так уж много, но на какое-то время нам хватит. Во-вторых, то, что было в двух тайниках. Их Аля не сама нашла, хотя, по её словам, в данном вопросе неплохо разбиралась.

Однако допрос последнего живого вора потребовал куда меньше времени и усилий. В первом опять же оказались мешочки с монетами уже на вполне приличную сумму. Теперь могли вернуть Нари её деньги и обходиться своими. Второй тайник был куда объёмнее. Содержал в основном драгоценности и дорогие предметы, исключительно из тех, которые воры не рискнули продавать, значит, и нам не стоит. Опять в артефакт, до лучших времён.

С этими ворами разобрались и хорошо. Однако, как говорил выше, был ещё и второй случай, совсем не такой прибыльный и безопасный, как первый. На этот раз злоумышленники не стали подбирать время, когда в номере никого не будет. Наоборот, напали ночью, когда все заведомо дома, правда, спят. Для меня это было уже второе такое нападение за совсем небольшой срок пребывания в этом мире. Нетрудно догадаться, что мне это сильно не понравилось.

Однако объективной реальности глубоко плевать на симпатии и антипатии тех, кто в ней живёт. Это вовсе не означает, что самое лучшее поведение – плевать в ответ. Нужно изучить мир вокруг и постараться не попадать в ситуации, которые не нравятся. Такая стратегия поведения верна для любого мира. Весь вопрос в том, почему анури не придерживается аналогичной точки зрения. Надеюсь, тому виной обстоятельства, а не её мировоззрение.

Нужно сказать, что нападение на единственных постояльцев деревенского трактира, совершённое самим хозяином и его сообщниками, сильно отличается от такого же в городской гостинице, произведённого посторонними без ведома хозяев. Совсем другой уровень опасности и организации. Да и постояльцы кроме нас имелись. Однако преступников это не остановило.

Такое сложное и опасное нападение обычно совершается в двух случаях: либо месть по личным мотивам, либо выгода превышает предполагаемый риск. Бывает ещё третий вариант – умственная неполноценность напавшего, но такие действуют намного проще, поэтому их сразу исключили. Месть безоговорочно исключать нельзя. У Алиены было довольно бурное прошлое, она сама это признала. Но выясняли мы это уже потом, а для начала нужно было отбиться от нападения.

Ещё после первого случая Аля научила меня ставить сигнализацию. Звучит красиво, а на деле нарисовала шпаргалку, которой я и пользовался, даже не пытаясь выучить наизусть. Уж слишком сложное у неё было плетение. По словам подруги, простых сигнализаций нет вообще, потому что такие не составит труда обойти. Разве что лесные, от диких зверей, но это не наш случай.

Правда, имелась одна несложная, но если её поставлю я, она окажется не по зубам даже архимагу. Там неснимаемость обеспечивается количеством влитой силы. Рассказать про неё Аля рассказала, но показывать не стала. Чтобы даже не пробовал. По причине ряда недостатков. Во-первых, фонит силой безжалостно. Даже самый слабый маг заметит. Во-вторых, чуть ли не аналог русского выражения: сила есть, ума не надо.

Вот и нарисовала куда более сложное плетение. Наверное, первый случай, когда мою способность пользоваться без заучивания наизусть признала бесспорно полезной и не ворчала, что так никто не делает. Мало того, была рада и дорисовала дополнительный блок, благодаря которому сигнал о нарушении периметра поступал не только мне, но и ей. Поэтому ночевали в незнакомых местах вполне спокойно.

А после посещения номера в наше отсутствие ворами Аля нарисовала мне ещё и плетение ловушки. Совсем простое, даже примитивное. Вернее, само плетение было чуть сложнее, чем у огненного шара, чего нельзя сказать о его действии. Оглушающий разряд, валящий без сознания любого, на него наступившего. Именно он и сработал, а не хвалёная суперсложная сигнализация. Поэтому, когда в головах загудела и она, мы с подругой были уже на ногах.

Проникший в комнату злоумышленник валялся прямо у дверей. Сумел не потревожить сложнейшую систему и даже не подумал о примитивной. Но он был не один, и сообщники ломились к нам с оружием в руках.

Будь на моём месте какой-нибудь спецназовец со вбитыми в подкорку рефлексами, скорее всего, схватился бы за привычное оружие или полез врукопашную, если такого нет. Только меня не учили ни тому, ни другому, ни третьему, ни десятому. Соответственно нужным рефлексам появиться было неоткуда.

Обычно это минус, но не всегда. Где-то слышал, что профессионал имеет все преимущества в ситуации, к которой его готовили, а в необычной часто теряется и порою проигрывает любителю или случайному гражданскому. Не знаю, насколько это правда, но слышал из разных источников, в том числе и от одного профессионала.

Сам я не полез в складку пространства за хранящимся там инопланетным огнестрелом, а воспользовался тем, что применял недавно. Запустил в ближайшего нападающего огненным шаром. Шарахнуло знатно. И не нанесло противнику ровным счётом никакого вреда. Вернее, не совсем так. Шар взорвался, налетев на какую-то защиту, и всех ослепило вспышкой.

Как это ни странно, самым подготовленным к такому эффекту оказался я. Мало того что до сих пор слегка опасаюсь всякой магии, так ещё и знаю, в моём исполнении она иногда взрывается. В общем, зажмуриться успел первым и повторил удар, теперь уже специально заранее закрыв глаза. Вспышки не последовало, то есть защита выгорела ещё в первый раз. То ли была одноразовой, то ли мои шары слишком сильно наполнены энергией. В подобной ситуации точно не до контроля. Ещё одного нападавшего прикончила Аля с помощью меча. Она как-то говорила, что зрение у анури превосходит человеческое, не только видим лучше, но и адаптируем, восстанавливаем быстрее.

На этом всё закончилось. Нападавших было только трое. Один – маг, вскрывший сигнализацию, и двое боевиков. Видимо, решили, что против нас хватит. В результате боевики мертвы, а маг без сознания.

– Нужно его допросить, пока есть время, – сразу заявила Аля.

– Как? – не понял я. – Пока приведём в сознание, здесь наверняка будет городская стража.

– Есть способы, – ответила она, доставая бумагу. – Я сейчас, а ты пока сделай свет и свяжи его покрепче. Не забудь предварительно забрать амулеты и вообще всё лишнее.

– Хорошо, – согласился я.

Повесить несколько осветительных шариков проблемы не составило. Вопрос с обыском решил кардинально. Зачем проверять карманы и искать скрытые тайники в одежде, когда можно снять саму одежду. Ну и все обычные амулеты с украшениями тоже снял, разумеется.

Можно ли связать мага обычной верёвкой? Конечно, можно. Другой вопрос, удержит ли она его? Запертого в одиночестве, без всякого сомнения, нет. Ну а если рядом будут стоять те, кто на любую попытку освободиться, отвечает ударом по голове, то вполне. Особенно, если присматривающие тоже маги.

– Наложи на него это плетение, – протянула Аля лист бумаги. – Приведёт в чувство. А это заставит отвечать на вопросы.

– Сработает даже на маге? – с сомнением поинтересовался я.

– Ты прав, не всё так просто, – покачала головой подруга. – Обычно на сильных магов действует слабо или не действует вообще. Но в твоём исполнении должно сработать, тут многое зависит от количества энергии.

– Ну раз так…

Больше всего мне нравятся те заклинания, где нет необходимости контролировать силу. Сколько сама влилась, столько и хорошо. С первым было всё в порядке, вражеского мага аж передёрнуло. Со вторым плетением сначала не заладилось.

– Кто ты? – спросила Аля.

Молчание в ответ.

– Кто вас послал?

Тот же результат.

– Зачем вы к нам залезли?

Опять тишина.

– Не работает? – спросил очевидное я.

– Нет, – ответила девушка. – Вернее, работает, но не так. Совсем забыла, что задавать вопросы должен наложивший плетение.

Как раз с этим у меня были проблемы, знание местного языка пока заставляло желать лучшего. Уже не на уровне «моя твоя не понимай», но всё ещё плохо. Подруга предложила решение, она будет медленно произносить каждый вопрос, а я повторять. Мне пришла в голову идея получше. Просто приказал пленному отвечать. Правда, приходилось повторять этот приказ после каждого вопроса, по-другому не работало, но это уже мелочи.

Оппонент оказался слабым, но весьма опытным и искусным магом. Силы недоставало, зато знаний и умений хватило на десятерых. Если надо сделать что-то быстро, не к нему, а если время есть, то сложность плетения не имеет особого значения. Особенно это касается сигнализаций и прочих охранных систем. На этом и попался, обезвреживая очень сложную систему, не подумал, что та дублируется примитивной.

К нам он забрался не просто так, а специально следил за Нари. Сначала услышал историю о странных наёмниках, поймавших разыскиваемую девочку, но почему-то не побежавших сразу сдавать её и получать награду. В результате остались ни с чем. Потом случайно увидел на улице меня с Алей и заметил, что хоть и принимаем участие в общих поисках, но как-то совсем без огонька. Всем остальным и дела не было до посторонних, а он заинтересовался. Стал следить за гостиницей и не ошибся. Однажды всё-таки смог увидеть в окне девочку.

Сразу понял (по его мнению), в чём дело, но не побежал докладывать властям. Справедливо заподозрил, что в таком случае награду придётся делить со стражей, которая примет участие в поимке, то есть почти со всеми, сколько будет. Решил воспользоваться ситуацией и провернуть всё самостоятельно. Нашёл пару толковых наёмников для силовой поддержки, думал, что хватит за глаза, но недооценил противника – и вот он тут.

Маг отвечал на все вопросы, но что-то мне в этом не нравилось. Не ситуация сама по себе, хотя и в ней ничего хорошего, а совсем другое. Мысль была где-то рядом, но постоянно ускользала. Может, это из-за того, что получаю не прямую информацию, а переводы от Али? Нет, не то! Тут дело совсем в другом.

Когда наконец понял, в чём именно, было уже поздно. На несколько последних вопросов Али пленный ответил сразу, не дожидаясь моего подтверждения. Вроде бы и мелочь, только такого не должно быть, а это значит, что субъект уже действует по собственной воле.

Собрался в профилактических целях врезать ему по голове, однако не успел. Одним плавным движением маг сбросил с себя все путы и сиганул в окно. Пускай стукнуть его я не успел, чего не скажешь о запуске вслед огненного шара. Тут сработал штатно. Вроде бы даже попал. Аля тоже в долгу не осталась и метнула нож. Она точно попала, только непонятно, каким концом, лезвием или рукояткой?

Я сразу подбежал к окну посмотреть, как там дела. Оказалось, совсем неплохо. Попали мы оба, на мостовой лежал труп. Упал он как раз под ноги подоспевшим стражникам.

– Теперь придётся объясняться ещё и с ними, – проворчал я.

– Как раз тут не должно возникнуть никаких проблем, – возразила анури. – В конце концов, именно мы потерпевшая сторона, а не наоборот.

– Ну да, – согласился я. – Главное, Нари ещё с самого начала исчезла по своему обыкновению.

– Кстати, где она? Ты не видишь? – спросила подруга.

Попытался присмотреться внимательно. Не знаю почему, но если специально ставил такую задачу, то мог разглядеть затаившуюся невидимку без всякого магического зрения. На этот раз не получилось.

– Нет, – объявил вслух. – Значит, покинула комнату.

Утром устроили полный разбор полётов. Анури сразу признала, что высвободившийся и почти сумевший сбежать пленник – полностью её вина. Как-то забыла, что я магическим зрением не обладаю и соответственно сам не могу принять своевременных мер противодействия. В результате слишком увлеклась допросом.

– И то, что оппонент оказался настоящим мастером по части мелких незаметных манипуляций силой, ничуть моей вины не умаляет, – закончила подруга.

Но всё это было мелочью по сравнению с ситуацией в целом. Если один сумел сопоставить факты и выследить, значит, это под силу и другим. И чем дольше мы будем оставаться в городе, тем выше опасность.

С другой стороны, покушение – прекрасный повод покинуть столь негостеприимный населённый пункт. Мол, награда – это, конечно, хорошо, но жизнь дороже. Им и воспользовались. Уходили не просто так и даже не скрываясь под покровом ночи, а со скандалом, который устроила анури.

Подруга жаловалась властям, жаловалась на власти, обещала дойти до самого регента и пожаловаться ему. Обвиняла в заговоре с целью выгнать нас из города и не платить награды. Мол, девочку давно нашли и теперь от нас прячут. Требовала выплатить компенсацию хотя бы в размере половины обещанной премии. Позже согласилась на десятую часть.

Разумеется, никто ничего не выплатил и не собирался, проси Аля даже половину процента. Мы и не надеялись, но определённой цели этим скандалом достигли. Покинуть город незаметно не светило в любом случае, причём сама попытка это сделать не могла не вызвать подозрений. А если сделать то же самое с шумом, то не в чем нас подозревать, кроме глупости и наглости. Ишь чего удумали, получить компенсацию за непойманную девочку! Но стражу не проведёшь, так что проваливайте ни с чем.

Понятно, что никакой скандал не отменял самой тщательной проверки при выходе из города. Однако нам нечего скрывать, кроме содержимого моего пространственного артефакта, которого здесь всё равно никто не обнаружит. А вьючные корзины пусть смотрят сколько хотят, там только всякий, никому не нужный хлам и припасы на дорогу, тут же и купленные в последние дни. Ну а Нари с нами не было. На самом деле, а не потому, что стала невидимкой. Девочка покинула город самостоятельно на день раньше и должна была дожидаться в условленном месте.


Глава 25

Дариашер. Тёмный Властелин

Самый простой способ добыть одежду – отобрать у того, у кого она есть. Только делать это надо не на центральной городской площади, да и не доберусь я туда голым. К счастью, через лес идёт дорога, и по ней иногда проезжают путники. Дорожный грабитель – не самая лучшая строка в биографии Тёмного Властелина, но это всего лишь означает, что не надо оставлять свидетелей, тогда никто и не узнает. А сам я точно подобным хвастаться не буду.

Специально забрался подальше в глушь, чтобы никого случайно не встретить, теперь настало время выбираться обратно. Тут тоже имелись лесные дороги, но путники по ним ходили редко. Устраивать засаду бессмысленно, можно и неделю, и две просидеть, так никого и не дождавшись. Да и не собирался я организовывать засаду или ловушку, это недостойно Тёмного Властелина! Если этот властелин имеет возможность получить желаемое другими методами. А на лесной дороге вряд ли мне встретится кто-нибудь, кого я не смогу победить. Если же встретится, просто пройду мимо, не ввязываясь в драку. Кому интересен бредущий по лесу голый старик?

Оказалось, что интересен. Когда редко кем используемая лесная тропа вышла на более хоженую дорогу, меня окрикнули:

– Эй! Стой!

– Стою, – ответил я голосу.

Ну вот – ещё одна ошибка: привык к былому всемогуществу и безопасности, которую оно даёт, и не слежу постоянно за пространством вокруг. Только когда специально проверяю, нет ли кого рядом. И перекрёсток заметил, только подойдя к нему вплотную, а тех, кто здесь прятался, лишь после окрика.

Никого видно не было, но разве от мага смерти можно скрыть жизнь? Если, конечно, он сам хочет её увидеть. Это была хорошо подготовленная засада. Понятно, что не на меня и вообще не на этой тропе, а на перекрёстке с основной дорогой. Моё появление для бандитов оказалось столь же неожиданным, как для меня. Просто они таились, а я нет, поэтому меня и заметили раньше.

– Почему ты голый? – последовал вопрос.

– Это же очевидно, – ответил им. – Потому что у меня нет одежды.

– И как нам теперь тебя грабить?

Бандитам явно надоело сидеть и ждать свою жертву, поэтому они были рады возможности развлечься. Ну что ж, предоставлю им эту самую возможность, только потом пусть пеняют на себя.

– Тут вы абсолютно правы, ограбить голого действительно весьма затруднительно. Но у меня есть встречное предложение: давайте я ограблю вас? Обзаведусь одеждой и ценными вещами, тогда следующим бандитам повезёт больше.

Из кустов раздался взрыв хохота. Отсмеявшись, первый переговорщик продолжил:

– Весёлый ты старик. Мы тебя даже убивать не будем. Оставим в банде шутом. А пока выходи на основную дорогу, становись посередине и жди там. Представляю, как удивятся купцы, увидев такую картину. Наверняка не меньше нашего. Тут-то мы их и возьмём.

– Интересное предложение, – кивнул я. – В другой ситуации я, возможно бы, с ним согласился, но не сейчас. Мой план по вашему ограблению мне нравится больше.

– Слышь, дед, пошутил и хватит, – раздался другой голос. – Быстро пошёл, куда сказали!

– Ну вот, уже ничем не обоснованные грубости, – с грустью вздохнул я. – А так хорошо всё начиналось. Вежливая беседа между интеллигентными людьми. Но раз вы настаиваете, я тоже умею разговаривать на таком языке.

Давно уже засёк всех разбойников. Двенадцать человек, семеро по ту сторону дороги, пятеро по эту. На двоих есть даже защитные амулеты, в том числе и от магии смерти. У восьмерых обычные, общей защиты. Всё примитивная дешёвка, мне на один удар. Даже в таком состоянии. Раньше мог пол-леса накрыть, а теперь придётся бить каждого по отдельности, но это ничего не меняет.

– Хорошо, иду, – громко крикнул я, нанося первый удар по самому грубому.

Никаких вспышек и взрывов или какого другого шума. Смерть наступила тихо и незаметно для окружающих. Вопреки мнению многих, именно такие заклинания требуют больше сил, чем огненные шары, ледяные копья и прочие эффектные штучки из арсенала боевого мага.

Вложил в удар практически весь свой теперешний резерв. Сделал это совершенно осознанно. В этом и заключается главное преимущество магии смерти в бою. Чтобы ею кого-то убить, необходимо потратить больше сил, но это не страшно, потому что они тут же вернутся. Ведь, умирая, каждый выделяет большое количество всё той же магии смерти. Только успевай собирать и обращать в собственную силу.

Конечно же, на скорую руку всё не соберёшь. Некогда сосредотачиваться на рассеивающейся энергии, больше половины уходит в никуда, но и оставшейся хватает с избытком. Это когда настоящий бой с серьёзным противником, а тут… Мог не спешить и собрать всё доступное до капли.

На этой стороне дороги уже все умерли, а на той ещё ничего не поняли. Даже такого небольшого количества смертей хватило, чтобы переполнить меня опьяняющей силой. Хотелось остановиться и отдаться чувству, которого не испытывал уже целую вечность, но не стал. Нужно было уничтожить остальных бандитов, пока не разбежались. Гоняйся потом за ними по всему лесу. А я пока решил не оставлять свидетелей.

Все, кроме одного, умерли, так ничего и не поняв. Последний бросился передо мной на колени и закричал:

– Пощади, повелитель!

Что! Как же он узнал?! Во мне теперешнем меня былого вряд ли опознает кто-то из лучших врагов или злейших друзей, а тут простой бандит. Да, кажется, я поспешил с выводами. Для столь жалкого создания, которое стояло передо мной на коленях, любой, кто сильнее его, будет повелителем. Такого даже убивать противно. Может, сделать слугой? Как же низко я опустился… Хотя каков Тёмный Властелин, таков и слуга. Всё закономерно.

Но я вроде бы не собирался оставлять свидетелей? А что он, собственно, видел? Отбывший положенное наказание Тёмный Властелин вышел на свободу с чистой совестью. За время длительного заточения осознал свою вину, раскаялся и решил, что больше так не будет. Вон даже ничего из своих старых вещей не взял, чтобы не напоминали о прошлом.

Иду я, значит, такой, никого не трогаю, как вдруг на меня нападают разбойники. Пришлось защищаться. Вы даже не представляете, как это неприятно убивать разумных, особенно если решил исправиться и больше никогда этого не делать. Разочаровали они меня в моих добрых намерениях. То есть желание забыть о прошлом и начать новую мирную жизнь было, но возможностей не было.

Так и запишем! И до нового слуги донесём, чтобы всем рассказывал. А пока посмотрим, как там с трофеями. Это добропорядочный гражданин может голым шастать, Тёмному Властелину такое по статусу не положено. С добычей было, мягко говоря, не очень. Ничего ценного у разбойников не нашлось. Да и откуда?

Жак раздевал убитых и всё приносил мне (это я его так назвал, какое он носил имя раньше, не интересовался). Выбирать было откровенно не из чего. Даже главарь не выглядел оборванцем только на фоне других бандитов. Да и размеры были исключительно неподходящие, а менять на временной одежде – нерационально.

Скажу честно, бытовая магия никогда не являлась моей сильной стороной. Разве что пятна крови с одежды выводил неплохо, тут сказывалась большая практика. Проще сделать самому, чем раздеться, отдать слугам, после чего одеться обратно. Ну, ещё мог дырку заштопать или пуговицу пришить. На этом всё. Размеров и фасонов сам никогда не менял.

В результате выглядел я как самое настоящее огородное пугало, хотя, с точки зрения Жака, вполне прилично. Причём он это говорил вполне искренне, а не со страха. Ну да ладно, всё равно это временное решение. При первой же возможности сменю гардероб.

Случай представился гораздо раньше, чем я мог предполагать, причём вовсе не на бандитской базе. Я о ней Жака даже расспросить не успел. На дороге появились путники. Вовсе не пешие, несколько крупных телег в сопровождении конной охраны. Я ещё только прикидывал, как поступить, попроситься в попутчики, чтобы довезли трофеи, продать добычу прямо на месте по дешёвке или отойти в сторону? Не позволили. Несколько всадников устремились вперёд, явно имея в виду нас с Жаком. Слуга собрался юркнуть в кусты, но не успел, в землю у его ног вонзилась стрела.

– Попались, разбойники! – воскликнул один из всадников

– Вообще-то разбойники они, – указал на раздетые тела. – А я мирный путник, на которого напали.

– Это ты расскажешь судье, – прозвучало в ответ. – Хотя зачем разводить бюрократию? За разбой на дорогах положена либо смерть, либо пожизненная каторга, вот мы вас туда и продадим. За тебя, старик, много не дадут, но ты на рудниках долго и не протянешь, так что справедливо.

Понятно. Этих путников совершенно не интересовало, разбойники им попались или нет. Раз есть возможность захватить и продать в рабство, то так и сделают.

Ну что ж, запишем ещё одну страницу в свою новую биографию. После того как я отбился от разбойников, подумал и решил ещё раз попытаться осуществить свою мечту о мирной спокойной жизни. В конце концов, бандиты – изгои общества, и оно, это самое общество, за их злодеяния не отвечает.

Не успел я принять такое решение, как на дороге появился этот торговый караван. Купцы – не разбойники. Это уважаемые граждане, по которым можно судить об обществе в целом. Ну так вот, эти уважаемые граждане первым делом попытались захватить меня в рабство, чтобы продать на рудники. Даже не попытались выяснить, кто перед ними. Вот стою и думаю, а действительно ли я хочу мирно жить в таком обществе?

Размышления о высоких материях не мешали готовиться к бою, тем более что противник облегчил мне задачу. Всадники ничего не стали делать, лишь следили, чтобы мы не сбежали, пока не приблизится караван. Просто замечательно! Теперь я мог дотянуться своей силой до любого. Или нет? В караване целых два мага. Правда, один слишком слаб и мне совершенно не опасен, а второй куда более серьёзный противник.

Справиться-то я с ним справлюсь, только это займёт какое-то время. Стражники успеют расстрелять меня из луков. Если же начну с них, то ответный удар нанесёт маг. Дилемма. Почти. Что такое несколько стрел для уже давно неживого? Неприятные ощущения и не более. Правда, эти ощущения могут сбить концентрацию и развеять готовое плетение, что, в свою очередь, облегчит задачу магу противника. Если же, наоборот, сначала займусь лучниками, то один пропущенный магический удар как-нибудь переживу. Даже концентрации, скорее всего, не собьёт, ведь против простых воинов используются простейшие плетения. Там и сбивать-то нечего.

Решение было принято, и я начал действовать. Почему свалился с седла один из охранников, никто не понял. Когда упал второй, все стали вертеть головами, ища незамеченного противника. В лесу – разумеется. Откуда ещё может прилететь невидимая смерть? Один из воинов не выдержал и выстрелил в ближайшие кусты, где ему что-то померещилось. Он следующим и упал. Пусть думают, это пришёл ответ.

Теперь уже никто не сомневался, что караван попал в засаду, а я и Жак – всего лишь приманка. Отряд ощетинился оружием, в лес полетели стрелы. Оттуда ответили чем-то магическим, воины просто умирали без каких-либо видимых эффектов. Когда до мага дошло, кто виновник происходящего, было уже поздно. Я успел прикончить всех лучников и мог заняться им.

Поединки магов нередко проходят в полной тишине. Стоят двое напротив друг друга, стоят, а потом один падает или признаёт поражение. Нет, бывают, конечно, очень шумные – со швырянием друг в друга огненных шаров и прочего боевого инвентаря, но то дилетанты. Они бы ещё мебелью кидались.

Нашего поединка никто не заметил. Караванщики были заняты отражением атаки из леса, которая уже прекратилась. У этого на первый взгляд слабого мага оказались серьёзные щиты. Собственный и амулетный. Второй, что интересно, был рассчитан специально против магии смерти. Неприятный сюрприз. Но и я могу отплатить тем же, сюрпризом. Амулет был рассчитан на более низкий уровень, чем мой.

Вообще-то он и меня бы удержал, начни я с атаки на этого мага, однако повезло. Сначала разбойники, потом лучники. Успел несколько раз опустошить и заполнить резерв магией смерти. Теперь был заметно сильнее, чем с утра. Мог себе позволить давить грубой силой, не отвлекаясь на тонкие плетения. В результате его амулет сгорел, полностью исчерпав ресурс, а собственный щит этого мага вообще не мог сопротивляться заклинаниям из арсенала смерти. Покончив с самым опасным противником, принялся за остальных охранников, которых осталось совсем немного.

– Ты! – раздалось от первой телеги.

На меня обвиняюще указывал пальцем толстый купец.

– Я, – не стал спорить с ним. – Как догадался?

Тот не ответил, да это и не требовалось. Меня выдало выражение лица. Да, совсем распустился, раньше себе такого не позволял, мог контролировать эмоции не хуже эльфийского лорда. Даже лучше, магия смерти способствует, знаете ли. Несмотря на то что купец изрядно оброс жиром, он выхватил меч, спрыгнул с телеги и неожиданно проворно побежал в мою сторону. И был такой не один, остальные присоединились к своему начальнику.

У меня на поясе тоже висел меч. Жак подобрал лучший образец из того убогого набора, который имелся у бандитов. Но я и не собирался пускать его в ход, причём вовсе не потому, что не желал позориться. Пока есть магия, оружие может спокойно лежать в ножнах. Никогда не понимал тех магов, которые думают иначе. Купцы и их помощники умерли раньше, чем хоть один успел добежать до меня. А я стал ещё сильнее.

– Жак, займись трофеями! – приказал слуге.

Тот почесал затылок, осматривая фронт работ. Это не с десяток своих бывших сообщников раздеть, а целый торговый караван. Но роптать не стал. Похоже, это занятие ему нравилось, даже если делалось не для себя. В чём-то, несомненно, полезный слуга, несмотря на всю свою ничтожность. Этот ни одного старого медяка не пропустит.

Сам я пошёл смотреть на второго мага, который в бою участия не принимал. Так и остался сидеть в своём фургоне, словно ничего не случилось. Да, на этот раз я убил не всех, а лишь тех, которые сами нападали. Я уже говорил, что хочу быть мирным и добропорядочным? Ну так и поступаю соответственно. Кроме того, такое количество трофеев вдвоём не утащить, нужны как минимум возницы для теперь уже моих фургонов. Да и конюхи лишними не будут, один Жак со всей работой точно не справится.

В том, что не смог накрыть весь караван одним мощным ударом, а был вынужден работать по каждому противнику в отдельности, нашлись и свои преимущества. Во-первых, выброс магии смерти. Умри все сразу, я успел бы собрать только мизерную часть. Да и она в мой теперешний резерв не поместилась бы. А так его заметно прокачал. Во-вторых, ни лошадей, ни пленников тоже не осталось бы.

Подошёл к нужному фургону. Уже интересно. Он только на первый взгляд не отличался от остальных, а на деле был совсем другим. Железная клетка, выполненная в виде каркаса и обтянутая парусиной. И кто же мне достался по наследству от бывших владельцев? Внутри стало ещё интересней, фургон больше походил на комфортабельный дом на колёсах, чем на тюрьму. Хотя замок висел всё-таки снаружи. Четыре молодые женщины, насколько могу судить, красивые. Теперь всё понятно, дорогой товар требует соответствующего обращения и упаковки. На одной ошейник, блокирующий силу. Именно в ней я и почувствовал слабого мага.

– Жак, найди мне ключ от этого замка! – приказал я.

Как ни странно, слуга управился очень быстро. Притащил целую связку ключей, изъятую у того жирного купца. Мало того, сразу выбрал один из них, лишь мельком глянув на замок. Надо же, он, оказывается, что-то умеет. Скорее всего, бывший вор, подавшийся в разбойники.

– Открывай!

Он открыл замок. Отворил дверь и отошёл в сторону. Пленницы не спешили выбираться из своего убежища, кроме одной, той, что с подавляющим магию ошейником. Эта решительно вышла, стала передо мной на одно колено, словно воин, и произнесла:

– Повелитель!

Ещё одна? Хотя – стоп. Через ошейник сразу не заметил, но ведь она маг тьмы. Значит, реально опознала во мне повелителя, даже не подозревая, кто я такой на самом деле. Интересно. Вот значит, против кого у караванного мага был защитный амулет именно с такими свойствами. И во внешности этой женщины что-то странное просматривается. Лучше всего подходит слово – экзотическая. Только непонятно, кто с кем намешан. Так, так, так… Неожиданно.

– У тебя в предках, случайно, не было демонов? – обратился я к ней.

– Были, – кивнула она. – Дедушка. А также орки, люди и эльфы. Все дедушки и бабушки.

Я попытался представить, как такое возможно. Не получилось. Нет, технически всё вполне осуществимо. Но как такое могло произойти естественным путём, невообразимо.

– Повелитель! – воскликнула, всё ещё стоящая на одном колене, женщина. – Я Гридана, прошу принять мою клятву верности.

Я кивнул скорее своим мыслям, чем в знак согласия, а эта Гридана сразу произнесла клятву. Древнюю, настоящую. Откуда только узнала? И в моё время она была мало кому известна, а тут рабыня, которую везли на продажу. Однако слова прозвучали, и от моего согласия или несогласия уже ничего не зависело. Сила решила всё, сама подтверждая и закрепляя.

Я лишь поморщился. Да, вернее сторонницы, чем эта экзотическая красотка, у меня теперь не будет. Но это и на меня самого, в свою очередь, накладывает немалые обязанности. Поскольку ничего изменить уже нельзя, лишь пожал плечами. Зато теперь мог удовлетворить своё любопытство, как такое чудо вообще появилось на свет? Девушка рассказала:

Много лет назад одно орочье племя проигрывало войну соседям. С любым из вражеских племён по отдельности они бы справились, но со всеми вместе – увы. Нужно сказать, что были они далеко не самыми лучшими соседями, всех успели достать, вот те и объединились. Шансов выжить не оставалось, тогда-то и решили, что раз всё равно терять нечего, то почему бы не призвать демона? Идея сама по себе хорошая, но, учитывая специфику…

Все шаманы – немного маги. Именно, что немного, к тому же весьма посредственные. Демонологи из них ещё хуже. Нашли нужное заклинание, приготовили алтарь, положили на него в качестве жертвы самую красивую девушку племени. В общем, всё как положено.

Только призванный демон сразу повёл себя не так, как ожидалось. Вместо того чтобы разорвать жертву на куски, использовал её совсем по-другому. Эти шаманы вместо демона войны умудрились вызвать демона похоти. Нет, он вовсе не отказывался помогать, тем более что жертву получил. Только делал это по-своему, не стал бросаться в бой против вражеских воинов, а прошёлся по стойбищам противника, отлавливая их жён и дочерей. Объединённому войску пришлось срочно возвращаться, чтобы наказать наглеца, и война прекратилась.

А через год во всех орочьих племенах родилось много полудемонов. Вообще-то орки к полукровкам относятся вполне спокойно. Если ты хороший воин, то совсем не важно, сколько в тебе орочьей крови, половина, четверть или меньше. Из полудемонов плохих воинов не получается. Обычно. А эти все пошли в отца и не пропускали ни одной юбки.

В результате до совершеннолетия дожил только один, зачатый на алтаре. Этот вёл себя чуть приличней и, главное, в отличие от остальных, силой был не обделён, хотя и на легендарного героя не тянул. Во время одного из набегов захватил в наложницы полуэльфийку, и у них родилась Гридана.

Девочка с самого детства отличалась от окружающих. Мечтала стать великим воином, но так и не поднялась выше среднего, имела таланты к магии смерти, но почти ничего не достигла в этом направлении, а учить на шамана её отказались после первых же неудачных уроков.

Повзрослев, она сбежала из племени и подалась в наёмники, но и там особо не преуспела. Единственное, чем выделялась, – экзотическая внешность. Именно из-за этого оказалась среди рабынь, которых везли для продажи в какой-нибудь гарем. В общем, если охарактеризовать всё одним словом – неудачница.

Нехорошая тенденция намечается, почему-то именно такие попадают в мои слуги. Если от Жака можно избавиться в любой момент, то с Гриданой после ритуала так уже не получится. И с этими мне прикажете завоёвывать мир? А если и дальше так пойдёт? Представил целую армию подобных слуг. Может, действительно податься в садовники? Учитывая, что уже не второй и не третий раз пытаюсь завоевать мир и раньше слуги у меня были не в пример лучше. Хотя не стоит судить по самому началу.

Пока Гридана рассказывала свою историю, Жак зря времени не терял. Взял под начало выживших возниц и слуг, раздел трупы и унёс прочь с дороги, даже пересчитал товары в фургонах и явился с докладом. Теперь осталось решить, куда мне двигаться с моим новым караваном?

Вообще-то цель у меня уже была намечена. В горах на северо-востоке должен быть тайник. Если какой и сохранился, то именно этот. Правда, там гномы живут, но их я опасался меньше всего. В ту часть гор коротышки не суются и не будут соваться никогда. Я в своё время позаботился.

Однако и до гор можно дойти разными путями. За прошедшее время многое должно измениться: и дороги, и королевства, по которым они проходят. Поэтому сначала необходимо узнать политическую обстановку и только потом прокладывать маршрут. То есть держим путь к ближайшему городу.

По пути решил сменить гардероб. Бандитские лохмотья – не то, в чём должен ходить будущий повелитель этого мира. Да и преуспевающему купцу они не к лицу. Доставшиеся в наследство от прошлого владельца каравана вещи подходили куда больше. Если бы не размер. Гридана владела бытовой магией ничуть не лучше меня. Но я нашёл выход. Отдал одежду наложницам и приказал перешить.

Им такое задание явно не понравилось. В отличие от Гриданы, их всё устраивало. Рассчитывали попасть в гаремы к богатым людям, и там их ждала бы сладкая жизнь, как вдруг такой поворот… Продавать или оставить себе, ещё подумаю, хотя, пожалуй, продам. Тёмному Властелину по статусу совсем другой гарем положен. Из принцесс завоёванных королевств.


Глава 26

Алекс. Попаданец

Ушли из города хоть и со скандалом, но абсолютно без проблем. Самое главное, никто нас не преследовал. Слежку тоже не обнаружили. Однако, как мы и договаривались, Нари сразу присоединяться не стала, а какое-то время путешествовала сама чуть в стороне невидимкой. Заодно всё проверила и убедилась в отсутствии хвоста. То есть больше таких умников, как тот безымянный маг, решивший, что мы хотим доставить девочку лично в гильдию ткачей, не было. Если кто другой что-нибудь и заподозрил, то не был настолько уверен в своих выводах, чтобы организовывать преследование.

Границу пересекли незаметно. Не додумались местные её как-то оборудовать или хотя бы обозначить. О выставлении таможенного пункта тем более речь не шла.

– Почему так? – обратился я к подруге. – Если бы эти королевства были лучшими друзьями и союзниками, ладно, подобное доверие понять можно, но я не раз слышал, что они на ножах и постоянно воюют.

– Именно поэтому, – ответила подруга.

– Не понял?

– Эти земли слишком часто меняют хозяина, нет смысла что-то организовывать.

– То есть таможни нет вообще? – не поверил я.

– Конечно, есть! Её роль играет стража пограничных городов с обеих сторон. Достаточно далеко от границы, чтобы не опасаться за территорию в случае не слишком серьёзной войны. Есть ещё одна причина – это единственная дорога, идущая через эти города. Пешком или верхом обойти можно, но караван с телегами никак не проскочит.

– Понятно.

У нас телег не было, поэтому решили пограничный город обойти. К счастью, отмеченная на официальной таможне подорожная не требовалась. От контрабандистов, везущих свой товар не телегами и кораблями, а мешками и сумками, никогда и никакими силами не избавишься. То есть подобный подход, когда на них смотрят как на неизбежное зло и активно не борются, имеет право на существование не только по военным, но и по экономическим причинам.

Как кто-то правильно заметил: где есть цивилизация, есть и воры. Ну так вот, как только этой цивилизации удаётся построить больше, чем одно государство, кроме воров появляются ещё и контрабандисты. Нам даже не пришлось особо напрягаться, чтобы найти следы их деятельности. Это была удобная тропа, ведущая в обход. Она сворачивала с официальной дороги, совершенно не таясь.

В любом другом случае можно было бы подумать, что это ответвление ведёт в какую-нибудь деревню. Но мы-то точно знали, тут между двумя пограничными городами нет никаких других населённых пунктов. Следовательно, эту тропу протоптали контрабандисты и прочие личности, не желающие обращать на себя лишнее внимание властей, а лишним они считают абсолютно любое.

– Не знаю, куда эта тропа нас приведёт, но точно мимо города, – обратился я к спутницам. – Осталось решить, как поступить: пойдём по ней или попробуем проторить свой собственный путь по лесу?

– Лучше по дороге, – предложила Аля. – Если окажется, что ведёт совсем не туда, всегда сможем свернуть и искать свою.

Я сам придерживался примерно такой же точки зрения, поэтому так и сделали. Очень скоро поняли, что совершили ошибку. Во-первых, тропа вела по таким диким зарослям, что свернуть в любой момент было весьма сомнительно. Даже пешком и в одиночку, а верхом и с вьючными лошадьми без шансов. Не исключено, что вообще таких удобных мест не будет.

Но это ещё полбеды. Если тропа идёт в нужную сторону, то в принципе не проблема. Самое плохое, что мы почему-то решили, будто дорога, по которой ходят исключительно преступники, безопасна. Парадоксальное утверждение, основанное на заблуждении, будто эта публика грабит исключительно невинных, а своих не трогает.

Я – ладно, мозг засорён массовой информацией, где в фильмах у иностранной мафии доминирует честь, а у наших бандитов – понятия. Ага, три раза. Тот, кто склонен нарушать законы, тот будет это делать вне зависимости от того, государственные они или частные. Мало того, как раз неписаные понятия нарушаются в первую очередь и наиболее охотно. Ведь вор на то, что его обокрали, жаловаться не побежит.

Поэтому нашлись и те, кто промышлял на контрабандной тропе. Почему бы и нет, ведь крупных караванов с большой охраной тут точно можно не ждать, а устроить засаду на мелкий или одинокого путника сами боги велели.

Не скажу, что у меня появилось плохое предчувствие, но, когда тропа вышла на более широкое место, это мне сразу не понравилось. Может, потому, что там, где трудно свернуть с тропы, там и трудно на неё неожиданно выскочить, а тут появилась такая возможность. Я был не один, кому в голову пришла подобная мысль, пусть и по несколько другим мотивам.

– Здесь применяли боевую магию, – предупредила Аля. – Нужно быть осторожными.

– Интересно как? – спросил я. – Если тут засада, то нам всё равно деваться некуда.

Вопрос был скорее риторическим и ответа не требовал. Так же, как и предупреждение до него. Я же начал готовиться дать достойный отпор, если на нас произойдёт нападение. Идея, как именно, уже появилась. Её мне подсказала прогалина. Раз другие так поступают, то и мы можем. Только если я начну боевой магией направо и налево кидаться, прогалина получится куда больше.

Представил себе плетение огненного шара и приготовился вливать туда силу. На этот раз совсем без контроля, сколько влезет, столько и будет хорошо, ну а не понадобится, потом придумаю, как разрядить. Или пусть анури думает, она у нас по этой части умная. В крайнем случае в небо запущу, а дальше на кого местные боги пошлют.

Алиена. Анури

Место мне не понравилось. Хотела предупредить Алекса, но не понадобилось. Видимо, тоже что-то почувствовал. Увидела, что он готовит заклинание огненного шара. В обычной ситуации, до того как плетение не наполнится силой, его заметить невозможно. Не амулетное имею в виду, а производимое самим магом. Однако у меня начало получаться и вовсе не потому, что мой мужчина анури.

Скорее всего, тому виной повторная магическая инициация. Порой удаётся увидеть то, чего раньше не могла, или даже считающееся невозможным. Правда, действует это избирательно, и отбор происходит по непонятному принципу. Например, спрятавшуюся Нари Алекс находит без всякого магического зрения, а у меня не получается.

Как я уже сказала, место мне не понравилось само по себе, а немного присмотревшись, увидела и по какой причине возникло такое ощущение. Магическое зрение выявило всех сидящих в засаде. Даже не подозревала, что так могу. Правда, увидела не самих людей, а их амулеты. Кстати, серьёзные бандиты, если могут себе позволить подобные. А один к тому же ещё и сам маг.

Долго ждать не пришлось, не сочтя нас опасными, разбойники решили показаться. Вышли на дорогу только четверо, ещё двое остались в кустах. Маг стоял чуть позади, а заговорил самый крупный мужчина:

– Мы вас не знаем.

– И чё? – спокойно, будто речь идёт о погоде, спросил Алекс.

– А то, что для незнакомцев тут проход платный.

– И сколько?

– Две рабыни, один раб, четыре лошади и все вещи, что на них, – заржал бандит, видимо, решив, что придумал очень весёлую шутку.

Тут Алекс не понял всего, и я перевела.

– Спроси, где этот придурок увидел вторую рабыню? – предложил он. – До чего безграмотный разбойник пошёл, даже до двух сосчитать не может.

Шутить в ответ – не самая хорошая идея, у нас не светская беседа. А смысл вопроса заключался в том, что Нари опять спряталась.

– Где девчонка?! – крикнул главарь, заметив её исчезновение.

– Алекс! Вон тот – маг, и сейчас он готовит заклинание, – предупредила я. – Бей в него.

Мой мужчина не стал дожидаться и швырнул свой огненный шар. Очень большой шар. Не знаю, насколько сильным был маг противником, но амулеты имел серьёзные. Только и они его не спасли. Чтобы удержать такой перекачанный силой шар, нужны щиты архимага, да и ему придётся туго. А тут какой-то бандит. Сожгло сначала щиты, потом его самого до состояния пепла. Потом просеку за его спиной.

Самый крупный бандит, который играл роль главаря, выхватил меч и с рёвом бросился на нас. Одновременно с этим из кустов прилетели две стрелы. Моя отскочила от грудной пластины скрытого доспеха. Я сразу выпрыгнула из седла, заряжая арбалет. Успела выстрелить в засевшего в кустах стрелка. Попала! Посмотрела на Алекса. Жив! Но в бедре торчит стрела.

Он не поддался боли и сжёг вначале главаря, а потом кусты со своей стороны. Куда нужно целиться, не видел, но при таком количестве огненной магии это и не требуется. Двое оставшихся бандитов развернулись и побежали в лес. Одного рванувшего напрямик шар догнал, второму удалось скрыться.

– Нари! Не вздумай за ним следить! – крикнул Алекс в пространство.

Девочка появилась на уже другой стороне прогалины.

– Я и не собиралась, – соврала она.

– Ты ранен, – обратилась я к Алексу. – Болит?

– Терпимо, – поморщился мой мужчина.

– Нужно скорее вытащить стрелу и исцелить рану. Сейчас нарисую нужное плетение.

– Стой! – возразил он. – Не здесь же, в самом деле. Сейчас лесной пожар начнётся.

– Но рана…

– Нет. Отступаем назад по тропе, я как-нибудь потерплю.


Глава 27

Алекс. Попаданец

Удар в бедро я почувствовал, но не придал этому особого значения. Вообще не воспринимал, как что-то опасное. Боль была такая сильная, чтобы прыгать с лошади и лежать, пока окажут помощь.

Отступили назад по тропе. Остановиться пришлось прямо на ней, свернуть было некуда. Но это и не требовалось, ветер гнал огонь от нас, а сам лесной пожар точно никого сюда не пропустит, даже если сбежавший бандит приведёт подкрепление. Хотя бы на этот счёт можно было не волноваться.

Тайные лесные тропы и скрытые выходы на дорогу очень даже возможны. Но точно не те, которыми можно ехать верхом. Так что бояться прямо здесь и сейчас не стоит. Быстро сюда прорваться не удастся никому, каким бы путём разбойники ни пошли.

Анури через какое-то время принесла два листа бумаги с уже нарисованными плетениями. Возилась на этот раз дольше, чем обычно требуется для заклинаний такого уровня сложности. Объяснила это тем, что для целительства ошибка может стоить дороже, чем промедление.

– Сначала это, – сунула мне первый листок с растительным орнаментом.

– Эльфийское? – угадал я.

– Да, используется для лёгкого извлечения стрел из любых ран и с любыми наконечниками. Накладываешь на стрелу, я её выдёргиваю, потом сразу это. Готов?

– Давай.

Так и сделали. Плетение, рывок, резкая боль (я почему-то думал, раз эльфийское, значит, её не должно быть), ещё одно плетение – и всё прошло. Не только боль прекратилась, даже рана исчезла. Осталась только окровавленная дырка в штанине. Её я заштопал тут же, с помощью уже известного бытового плетения.

– Не думал, что исцеление произойдёт так быстро, – признался я Алиене.

– Это заклинание известно практически всем, но редко используется, – пояснила она. – Требует слишком много сил, и потом маг несколько дней должен восстанавливаться, поэтому выбирают другой вариант, при котором несколько дней выздоравливает раненый. Выбираясь из седла, на всякий случай поберёг ногу. Но никаких отрицательных ощущений не было, всё зажило прекрасно. А у меня в папочке появились ещё два листа с плетениями. Многовато их там уже, к тому же свалены как попало. Пора заводить колдовскую книгу, где всё будет систематизировано. Для начала эти стоит хотя бы озаглавить, а то сам не определю, что для чего. И как это всё в голове подруги умещается? Ведь она, по её словам далеко не самый сильный и не самый знающий маг.

Однако несистематизированные листки с магическими плетениями на данный момент были нашей наименьшей проблемой. Куда более актуальный вопрос, что делать здесь и сейчас? Вариантов ответа имелось не так уж много. Если конкретно, то всего два. Возвращаться назад и пытаться найти другой обходной путь или ждать окончания пожара и идти дальше. У каждого варианта имелись свои недостатки. В первом случае большая потеря времени, мы ведь уже прошли немало. Во втором тоже время, неизвестно, как долго будет гореть лес. А ещё – местные бандиты, сбежавший точно предупредит своих.

– Слушай, Аля, у тебя в арсенале, случайно, нет какого-нибудь эльфийского заклинания для быстрого передвижения по лесу? – спросил я спутницу. – Чтобы деревья расступались перед идущими и сходились у них за спиной.

– Нет. Эльфам ничего такого не нужно. Их леса больше похожи на парки.

– Жаль, было бы очень удобно. Идёшь себе, никого не трогаешь, тебя тоже никто не обидит.

– Нет, – ещё раз покачала головой анури. – Ничего подобного никогда не было. Зато есть другое эльфийское плетение, предназначенное для тушения лесных пожаров. Если хочешь, могу нарисовать.

– Давай, – согласился я.

Действительно, если решим идти вперёд, то чем быстрее, тем лучше. Пока сообщники уничтоженных бандитов не получили сообщение и не устроили комитет по встрече. Даже если решат, что мы не дураки и не пойдём дальше, всё равно должны проверить место побоища. Нам выгодно проскочить опасную прогалину до этого момента или подловить их в пути.

Рисование пожарного плетения много времени не заняло.

– Это упрощённая версия, накрывающая только совсем небольшой участок леса, – пояснила Аля. – Но ты сможешь повторить столько раз, сколько понадобится. Есть ещё специальное побольше, которое может сразу потушить любой пожар, даже если будет гореть вся тайга. Такое мало кто осилит. Ты бы справился, но я его буду самое малое полдня рисовать.

Взял листок, мы сели на коней и поехали обратно. Хорошо, что пусть и не сильный, но заметный ветер дул в спину, животным и так не нравилось, а если бы дым и огонь били нам в лицо, могли вообще отказаться идти.

Наша часть поляны почти не пострадала, противоположная была вся в огне. Пожар и не думал утихать сам собой, а, наоборот, постепенно разгорался. Потушить самый край получилось без проблем. Глянул на листок, вообразил себе плетение, влил силу и бросил. Всё, даже дыма не осталось. Дальше было куда сложнее. К счастью, речь шла только о количестве заклинаний. На некоторые участки хватало трёх, а на другие приходилось тратить по десятку.

Многие в детстве мечтали стать пожарными, но так и не смогли. Я вот стал, хотя хотел быть космонавтом. Когда разобрался с поляной, начал методично очищать от огня остальной лес. Не так уж его много загорелось. Дальше всего прошёлся по просеке, которая осталась от моего первого огненного шара. Хоть бери на вооружение такой метод прокладывания дороги через бурелом. Запускаешь перекачанный силой огненный шар, он проделывает прямую линию, ты идёшь следом и тушишь всё, что успело загореться.

Хорошая идея, от которой, увы, пришлось отказаться. Снизу такой шар выжигает стволы деревьев до состояния пепла. Потом всё, что было сверху, падает вниз и горит. Если потушить сразу, фиг ты через эти завалы переберёшься. Кое-как перелезть самому ещё можно, а на лошади даже пытаться не стоит. А если ждать, пока полностью всё выгорит, строительство такой дороги займёт немногим меньше времени, чем обычная вырубка.

Трупы бандитов на предмет трофеев даже не стали проверять. От тех, кто сгорел в лесном пожаре, мало что осталось, а от тех, кого я ещё до этого сжёг магией, вообще ничего. Но место засады всё же осмотрели, и оказалось, что не зря. Не прямо же посреди дороги разбойники жили, нашлась скрытая тропка, ведущая к их логову. Там тоже всё сгорело, в том числе и привязанные лошади.

– А это значит, что сбежавший бандит ушёл на своих двоих, – сделал вполне очевидный вывод я. – То есть можно попытаться его догнать.

– Если побежит не прямо по дороге, то в таком лесу почти без шансов, – возразила Аля. – Разве что с хорошими собаками, а ещё лучше с отрядом эльфийских рейнджеров. Но попробовать всё же стоит, хуже точно не будет.

– Вот именно, если он ждёт преследования и специально прячется, – не согласился я. – Не забывай, что нас разделял лесной пожар и бояться бандиту почти нечего. Скорее всего, именно по дороге и пойдёт. Тут у нас могут быть неплохие шансы.

– Согласна, – кивнула анури. – Тогда поторопимся.

Как далеко может убежать среднестатистический человек? Это смотря среди каких людей рассчитывать среднее. Статистика – наука хитрая, какой результат нужен заказчику, тот и посчитает. Современный городской житель, увидев подъезжающий к остановке автобус, может рвануть на стометровку со вполне приличным результатом. Догнать автобус он, пожалуй, догонит, только потом ему понадобятся две или три остановки, чтобы отдышаться.

Те, что находятся в худшей физической форме, вообще за городским транспортом не бегают. Прекрасно знают, что всё равно не догонят. Эти любят гордо повторять: «Никогда не бегайте за автобусами и за женщинами, всё равно через пять минут подойдёт следующий или очередная». Одна из тех фраз, которые звучат красиво и при этом глупо. Если говорить о женщине, подойти-то она, возможно, и подойдёт, но не та, которую хочешь ты, а та, которая осталась, потому что никому не нужна. Хотя пара из вас получится хорошая, ибо сам ты ничуть не лучше. Ага, как те два сапога, которые оба левые.

А если рассчитывать среднестатистического из тех, которые о существовании автобусов даже не подозревают? Тут может получиться совсем другой результат. Да что там может, обязательно получится! Особенно если перед забегом его хорошенько напугать. Поэтому ничего удивительного в том, что мы, хоть и ехали верхом, да ещё прибавив ходу, сразу никого не нагнали.

– А есть заклинание, позволяющее идти по следу? – спросил я у Али.

– Есть, – ответила она. – И не одно.

– Сложное?

– Разные бывают. Для свежего следа и совсем простенькое сработает.

– Так почему не нарисуешь? Вдруг он давно с дороги на какую-нибудь тайную тропу свернул? Так и пройдём мимо, ничего не заметив.

– Нарисовать, конечно, могу, только толку не будет никакого.

– Почему? – не понял я.

– Для подобных заклинаний нужен какой-нибудь предмет, принадлежащий преследуемому. Можно и без, но тогда всё гораздо сложнее, причём дело не только в плетении как таковом. Необходим человек, который лично знаком с разыскиваемым и хочет его найти.

– Понятно, – согласился я. – У нас нет ни того, ни другого.

Проехав ещё немного вперёд, тайную тропу мы всё-таки нашли. В основном потому, что она не была тайной. Просто развилка дороги и на ней след, явно показывающий, в какую сторону направился спешащий человек. Я бы сказал, очень подозрительно, особенно учитывая то, что до этого никаких следов ни разу не встретилось, а тут, как на заказ. С другой стороны, в прочих местах земля довольно плотная, и только тут тропу протоптали до песка. На нём и осталось несколько отпечатков ног.

– Я могу пройти вперёд и посмотреть, – предложила Нари. – Меня точно никто не увидит.

С одной стороны, посылать на разведку в бандитское логово маленькую девочку – не самая хорошая идея. С другой – пора переставать мыслить земными категориями. Кто это сможет сделать лучше, чем Нари? А никто. Причём не только из нас троих, а вообще. Не знаю, сколько в этом мире наберётся специалистов такого уровня, но уверен, что немного.

Проблема совсем в другом. Если бы она только сбегала посмотреть, что там впереди, и вернулась, было бы всё в порядке. Тем более лес тут уже не столь густой, и в любой момент можно незаметно убраться с тропы. Но мы уже достаточно хорошо знаем эту девочку. Полумеры это не про неё. Не только сбегает посмотреть, но обязательно в самую гущу событий влезет. Если ничего не будет происходить, не беда, сама же их и спровоцирует. Немного подумав, посмотрел на Алю. Та кивнула.

– Иди, но только быстро! – стал ставить условия я. – Туда и сразу же обратно. Никаких авантюр и похищений свитков с тайными планами. Тем более что разбойники всё равно неграмотные и никаких свитков у них нет.

– Хорошо! – обрадовалась Нари.

– Именно так, как сказал Алекс, – добавила анури. – Сначала достаточно узнать, что там вообще есть. И не переживай, если понадобится более подробная разведка, всё равно пойдёшь ты.

Девочка кивнула более серьёзно, спрыгнула с лошади и исчезла. Мы не стали торчать на перекрёстке, а отошли под деревья и завели туда лошадей так, чтобы не было видно с тропы. Каким бы неинтенсивным было тут движение, но по закону подлости кто-нибудь решит проехать именно сейчас. И потом, раз бандиты сидели в засаде, значит, тут кто-то ходит и достаточно регулярно, иначе пропадает весь смысл.

Ждать пришлось недолго, Нари вернулась и нашла место, где мы спрятались. Сначала незаметно подкралась, потом материализовалась. Раз так быстро, значит, либо тропа никуда не ведёт, либо Аля была достаточно убедительна и девочка ни во что не ввязалась, ограничившись только поверхностной разведкой. Оказалось, второе.

– Там что-то вроде деревни, – сообщила она. – Не знаю почему, но выглядит она как-то странно.

Ну да, откуда принцессе разбираться в подобных тонкостях? Естественно, она не может знать, как должна выглядеть лесная деревня.

– Охрана есть? Забор, или частокол, или любые другие укрепления? Сколько домов? – начала задавать вопросы анури.

– Никакого частокола или общей стены точно нет, – ответила Нари. – Охрана если и была, то сейчас её точно нет.

– Почему?

– Все собрались в центре и что-то громко обсуждают. На вид бандиты, а не крестьяне. А дома я не посчитала, сразу вернулась, чтобы сообщить.

– Понятно, – одобрил я. – Нетрудно угадать, что именно обсуждают. Нас, конечно. Вернее, неудачную попытку захватить неопасных на вид путников. Значит, сбежавший успел-таки добраться до своих.

– А сколько там народа? – спросила Аля.

– Десятка три, может, больше. Издали точно не посчитать.

– Ясно, – кивнула анури. – Нам с ними лучше не встречаться.

– Полностью согласен, – поддержал я. – Только боюсь, может не получиться.

Аля не стала спрашивать, почему я так думаю. И без объяснений ясно. Это пешком можно пройти по тропе, не оставляя следов, кони, увы, так не умеют. Те, кто пойдёт проверять донесение выжившего, сразу увидят, где мы проехали. Оставалась надежда, что бандиты не захотят связываться с магом такого уровня, который сначала сжёг засаду вместе с лесом, потом всё за собой потушил и пошёл дальше своей дорогой как ни в чём не бывало.


Глава 28

Круждор Одноглазый. Атаман разбойников

Ну почему мне приходится командовать такими идиотами? Хотя чего я, собственно, хочу, не королевская гвардия и не регулярная армия. Больше половины моих парней – бывшие крестьяне. Абсолютно безграмотные и невероятно суеверные. Магов боятся, как огня, а любой, кто сильнее деревенской знахарки, по их меркам, уже архимаг. Да и остальные не очень от них отличаются.

Нужно признать, что маги действительно опасные противники, этого никто не станет оспаривать. Но и непобедимыми они никогда не были. Даже в последнем случае всё могло пойти совсем иначе. Несколько стрел из засады, скорее всего, решили бы ситуацию в нашу пользу. Так ведь нет, захотели покрасоваться. Результат, более чем закономерен. И если тех придурков не жалко, то где мы ещё одного мага в отряд возьмём?

Но даже сейчас ситуация далеко не безнадёжная. Сильный маг сжёг засаду и лес вокруг. Вот и прекрасно, подходи и бери буквально голыми руками. Ведь не архимаг на самом деле тайными контрабандистскими тропами путешествует. Наверняка ненамного сильнее нашего, просто умеет быстрее использовать свой резерв. Слышал я о таких, способных израсходовать весь свой запас силы буквально за несколько ударов сердца. В это время он не слабее архимага, а потом несколько дней восстанавливается.

Но в данном конкретном случае всё это вторично. Не так давно у меня один за другим появились агенты тайной стражи обоих королевств. Причём по одному и тому же вопросу. И того, и другого интересовала девочка, которая умеет хорошо прятаться или просто исчезать. И если нашей охране трона она нужна живой и невредимой, то соседи не обидятся, если беглянка «случайно» умрёт. Причём очень сильно не обидятся.

Пожелания с обеих сторон были высказаны более чем убедительно. И дело не только в весьма нескромной награде. Наказание за невыполнение тоже предусматривалось и ещё более нескромное. Ситуация, мягко говоря, безвыходная. Стоит угодить одним, сделаешь врагами других. Ведь кто мы для них такие? Разбойники и контрабандисты. Использовать таких и даже потом наградить – можно. Но защищать точно никто не станет.

Если честно, я очень надеялся, что эта девочка пройдёт другой дорогой. Но теперь уже ничего не поделаешь, надо хотя бы попытаться её поймать, а потом уже решать, как быть дальше. Самое паршивое, что тайну никак не сохранить. Одна половина банды стучит нашей спецслужбе, вторая – соседней, а третья обеим сразу. Разве бывает три половины? Поверьте, бывает. Когда дело касается охраны трона, их может быть столько, сколько понадобится.

Некоторые думают, что бандиты и контрабандисты на границе существуют сами по себе, а власти о нас даже не подозревают. Или знают, но смотрят сквозь пальцы. Ничего подобного. Всё они прекрасно знают, только позволяют нам существовать. Не просто так, разумеется. Постоянно приходится выполнять разного рода поручения. Чаще всего это указания, кого пропустить и даже обеспечить охрану от стихийных мелких банд, а кого не пропускать ни в коем случае.

Агенты этих королевств прекрасно знают, что я сотрудничаю с обоими одновременно. Мало того, сами хорошо знакомы и нередко договариваются по спорным вопросам. В результате только выглядит, что оба королевства махнули рукой на охрану границы.

На самом деле переложили её на нас, позволяя перевозить немного неучтённой контрабанды. А много и не требуется, основная добыча – другие контрабандисты и их товар. Система настолько устоявшаяся, что работает, несмотря на очень плохие отношения между государствами. Иногда даже войны нам не мешают.

Но на этот раз, впервые на моей памяти, система дала сбой. Не знаю, кто эта девочка и зачем она нужна обеим службам охраны трона, но чувствую, всё может плохо кончиться, даже если поймаем и отдадим. Причём убьёт всех не проигравшая сторона, а получившая желаемое. Есть дела, в которых не оставляют свидетелей, какими бы надёжными те ни были. А таких, как мы, тем более.

Алекс. Попаданец

Принять какое-нибудь решение мы так и не успели: на тропе появился конный отряд в десяток всадников. Пронеслись максимально быстро, насколько позволяла дорога.

– Уже хорошо, – прокомментировал я.

– Почему? – не поняла анури.

– Если мы и оставили какие-нибудь следы, а ведь наверняка оставили, они их вытоптали.

– Это даст нам только небольшую фору и не более того, – не согласилась она. – Как только увидят потушенный пожар, сразу поймут, что мы прошли дальше, и повернут назад.

Не успела Аля договорить, на тропе появился ещё один отряд, на этот раз пеший. Шли, растянувшись длинной цепью, поэтому удалось точно пересчитать – двадцать четыре бандюгана. Учитывая, что Нари разглядела около трёх десятков, выходит, они отправились нас ловить полным составом. И ведь почему-то уверены, что смогут справиться.

– У меня есть идея, – предложил я.

– Даже знаю какая, и она мне не нравится, – сразу ответила Аля.

– Ну вот, а говорила, что анури не умеют читать мысли друг друга, – пошутил в ответ.

– Я серьёзно. Нападать на лагерь, в котором почти никого не осталось, – не самая хорошая идея.

– Нападать на лагерь, в котором вся банда находится в полном составе, – идея ещё хуже, – возразил я.

– Только время потеряем и ничего не добьёмся, – закончила она, пропустив мимо ушей мою последнюю реплику.

– И что ты предлагаешь, двигаться дальше? Так ведь нагонят. Ну а если обнаружат уничтоженный лагерь, может, и образумятся.

Не то чтобы мне удалось полностью убедить Алиену, но она решила вспомнить, что у анури мужчина всегда главный, и согласилась. На разведку отправилась Нари с чётким приказом всех пересчитать, запомнить расположение и не заниматься авантюрами. Когда это действительно требуется, она умеет вести себя правильно. Иначе маленькая девочка не прошла бы сквозь половину страны, никем не пойманная.

Лошадей дальше в лес, и двинулись параллельно дороге. Из-за того, что Нари нас потеряет, не переживали, она умеет не только хорошо прятаться, но и наоборот. Вскоре подошли к открытому пространству. Поляной это назвать было нельзя, скорее сильно и бессистемно прореженным лесом. Захотел построить дом? Зачем далеко ходить, вали деревья прямо на месте. Понадобились дрова? Поступай точно так же.

То, что бандиты обосновались тут всерьёз и надолго, было видно сразу. Но и населённым пунктом, в обычном понимании этого слова, их логово назвать не получалось. Правильно Нари охарактеризовала, странная деревня. Несколько приличных и хорошо укреплённых срубов, но остальные постройки – примитивные бараки и навесы. А ещё то ли голубятня, то ли курятник на одном из деревьев. Но построенная не абы как, а не хуже тех же срубов.

Вскоре появилась Нари и начала докладывать:

– Охранников всего трое. В двух бараках заперты то ли рабы, то ли пленники. В основном женщины, не очень много, но точно я не считала. Остальные пустые. В самом дальнем доме какой-то мужчина собирает вещи, явно готовится бежать.

– А в том курятнике? – указал я на дерево.

– Не знаю, я старалась туда не приближаться.

– Почему?

– Там кто-то есть, и он меня видел.

– Видел и не поднял тревогу? – переспросила анури.

– Да.

– Откуда ты знаешь?

– Почувствовала взгляд. У дяди Алекса похожий.

Это было новостью. Оказывается, мой взгляд можно почувствовать. Нужно иметь в виду и ни на кого не пялиться, особенно из засады.

– С тремя охранниками справимся легко, – начала Аля. – Беглец, скорее всего, ничуть не опаснее, но и его лучше задержать. Пленницы вообще не в счёт. Остаётся неизвестный на дереве, который наверняка маг.

– Нападаем и смотрим, что будет, – предложил я. – К дереву можно не приближаться или вообще сжечь с безопасного расстояния.

План из тех, которые принято называть гениальными, исключительно из-за отсутствия других вариантов. Да и время поджимает, нужно всё успеть до того, как все остальные разбойники вернутся. Распределили роли. Мне достались два охранника с одного края, Але один с другого и тёмная личность, собирающаяся сбежать. Нари оставили следить за дорогой.

На этот раз никакого неожиданного (для нас) нападения не было. Я кроме магического боевого плетения держал ещё и пистолет. Стрелять не собирался, но в руки взял, так чувствовал себя увереннее. Анури предпочла меч и арбалет. Всё произошло быстро и почти буднично. Аля постаралась подкрасться незаметно, а я вышел не скрываясь. Как в том анекдоте:

– Стой! Стрелять буду.

– Стою.

– Стреляю.

Первый из оставленных в качестве охраны бандитов заметил меня далеко не сразу. Явно воспринимал обязанности как дополнительную возможность отдохнуть. Да и не ожидал увидеть посторонних, если за чем и следил, то чтобы рабыни не разбежались. Когда наконец увидел, даже что-то выкрикнул.

Не стал ни отвечать, ни стрелять, просто запустил в него огненным шаром. Совсем маленьким, чтобы без лишних спецэффектов. Хватило и такого. Другой стоял подальше и успел подготовиться, но это его не спасло. Такой же огненный шар с таким же результатом. Пистолет использовать не пришлось.

Посмотрел, как там у подруги. С моего места не видно, но помощь вроде не требуется. Переключил всё внимание на дерево с курятником. Не знаю, что почувствовала Нари, но лично я ничего такого не заметил. Присмотревшись, увидел, что из темноты окна кто-то на меня смотрит. Именно увидел, а не почувствовал.

Конечно, можно превентивно шарахнуть чем-нибудь мощным, тем более что мы с самого начала собирались тут всё сжечь, но не стал. Решил, что, представляй тот, кто там находится, реальную опасность, давно бы воспользовался ситуацией или как минимум поднял тревогу.

Услышал какие-то звуки в противоположной стороне, бросился туда. Однако моя помощь не понадобилась, Аля справилась сама. Стражника убила, а того, который собирал вещи, захватила. Только в доме оказался ещё один труп.

– Значит, Нари не всех посчитала, – сделал вывод я.

– Нет, – возразила анури. – Этот уже был мёртв.

Выходит, что наш пленный друг, оказавшийся главарём банды, не только хотел сбежать, но и свидетеля убрал. Подозреваю, чтобы не делиться деньгами. У бандитов всегда так, общак – святое. Но только до тех пор, пока у кого-нибудь из них не появляется возможность наложить на этот общак лапу и свалить вину на других.

Неплохо было бы допросить пленного, но времени буквально в обрез. Тут надо сжечь всё, что горит, и сваливать. К счастью, бандит сам был готов всё рассказать, а идею с пожаром полностью одобрил.

Единственное, что ему не понравилось, – это наше намерение освободить рабов. То, что они разбегутся по лесу и остальные бандиты будут заняты ловлей, это хорошо, но живые свидетели – плохо, причём второе сильно перевешивает первое.

Главарь банды сам собирался сначала перебить всех охранников, позвав к себе по одному, затем уничтожить рабов и поджечь бараки. Однако его планам не суждено было сбыться. Разве что самого можем запереть и поджечь, если так сильно хочет. Он почему-то не хотел.

– А кто у вас там? – вспомнил я про курятник.

В домике на дереве жила ещё одна пленница. Особенная. Светлая эльфийка и сильный маг по совместительству. Захватили её бандиты совершенно случайно и теперь не знали, что делать. Требовать выкуп – замечательная идея. За такую пленницу можно просить и получить очень много. Только есть один маленький, но очень большой недостаток. Эльфы обязательно заплатят, а потом обязательно отомстят. Долгоживущие не успокоятся, пока не уничтожат всех участников банды без исключения.

Государство ещё могло заключить договор, который потом будет выполняться обеими сторонами, частным лицам и тем более бандитам – без шансов. Поэтому ушастую посадили на цепь, надели блокирующий магию ошейник и пытались придумать способ, как получить выкуп, оставшись при этом в живых.

Идея отпустить эльфийку не понравилась не только главарю бандитов, но и Але. Не то чтобы она хотела спалить ушастую вместе с деревом, просто анури почему-то недолюбливала всю их расу. В результате на дерево пришлось лезть мне. Ключ от цепи бандит нехотя отдал, а такого же от ошейника у него не оказалось. Тот, по его словам, был у мага, которого я сжёг самым первым. Может, и не соврал. Да мне и без разницы, из плена освободим, а дальше пусть сама выбирается.

Местным языком владел пока ещё довольно плохо, поэтому не стал вести светскую беседу. Залез по специальной лесенке, сунул голову в комнату через люк в полу, бросил пленнице ключ и спустился обратно. Та почти сразу появилась следом. Что можно сказать? Красавица (они наверняка все такие) одета не очень, даже скорее очень не, хотя и не оборванка.

– Я Лючиэль, дочь Люрвиэль и Эсвилора из Серебряного леса, благодарна за своё спасение, – с поклоном обратилась она ко мне.

– Не за что, – буркнула в ответ Аля. – Надеюсь, в Серебряном лесу тебя очень ждут.

Намёк был более чем прозрачен. Спасли и спасли, на материальной благодарности не настаиваем, а если свалишь к себе в лес или ещё куда, то будет вообще замечательно. Странно. Кто-то очень точно заметил, что благодарность, так же как любой другой благородный металл, можно отлить в конкретную форму. И обычно моя Аля от такой конвертации не отказывается, а тут вдруг.

Понятно, что в данный конкретный момент ушастой нечего терять, кроме своих цепей и ошейника (от первого и так уже избавилась), но вообще если и бывают нищие эльфы, то исключительно по собственным меркам. С точки зрения других народов, любой перворождённый, даже простой садовник, побогаче иного человеческого барона или графа. Что неудивительно, живут-то они долго, накапливают много, тратят редко. Однако, поскольку забота о наших финансах лежала в основном на подруге, решил не возражать. Вдруг есть что-то очень важное и мне неизвестное.

Потом я пошёл освобождать запертых в бараках. В первом находились пятеро оборванцев. Явные рабы, потому что трудно их представить в любом другом качестве. Во втором – одиннадцать молодых женщин. Этих правильнее всего назвать шлюхами вне зависимости от того, находятся они по своей воле или нет.

– Господа и дамы! – начал толкать речь (анури переводила). – Меня зовут Робин Гуд. Благородный разбойник и вообще хороший человек. Граблю, как водится, богатых и раздаю бедным. А поскольку бедные сейчас именно вы, то можете разбирать из бандитского имущества всё, что вам понравится, и идти куда угодно при условии, что не с нами. Однако советую поторопиться, потому что мы уничтожили только половину банды, и вторая скоро будет здесь.

Народ очень быстро очнулся и разбежался по лагерю собирать трофеи. Не жалко, тем более что всё самое ценное мы уже прихватили. Я нёс откровенную чушь про Робина Гуда не просто так, а с определённой целью. Большую часть освобождённых бандиты опять переловят и допросят. И те расскажут. Скорее всего, с такими подробностями, каких я и за неделю не насочиняю.

Жестоко бросать людей на произвол судьбы? Ничуть. Я их и так освободил и дал шанс, воспользуются или нет, зависит уже не от меня. Вон те двое, которые успели устроить драку за какую-то приглянувшуюся обоим вещь, точно останутся рабами. Подозреваю, некоторые будут заниматься грабежом и разборками до тех пор, пока не вернутся хозяева.

Решил сделать ещё одно доброе дело и поторопить самых жадных и глупых. Сначала поджёг пустые бараки, потом дерево с эльфийской избушкой, за ним сруб главаря, а потом все остальные постройки. Некоторые бывшие рабы таким поворотом были явно недовольны. Но высказывать претензии сильному магу никто не решился. Вон стоят, трофейное оружие сжимают. Они что, рассчитывали присоединиться к банде уже в новом статусе? Не исключено и, возможно, не без оснований. Но теперь точно без шансов. Кому-то придётся отстраивать сожжённое, и я даже знаю, кто это будет.

Однако нас их дальнейшая судьба не интересовала. Собрали трофеи, сели на коней и поехали тайной тропой, которую обещал показать бывший главарь разбойников. Он сам как раз по ней и собирался сбежать.

Не успели пройти несколько шагов, как сзади появились две фигуры. Во-первых, эльфийка. Из всех трофеев при ней был какой-то свёрток за плечами и лук. Причём второго она явно стыдилась, иначе не стала бы заворачивать в тряпку. Во-вторых, одна молодая женщина из барака. Теперь она меньше всего походила на шлюху.

Прежде всего потому, что переоделась в мужскую одежду, кроме того, вооружилась. Меч, кинжал, топорик, кольчуга, поножи и наручи. И это то, что на виду. Не удивлюсь, если есть и припрятанное. И где только набрать успела? Да и отстоять у других желающих тоже. За спиной мешок раза в два больше, чем у эльфийки.

Я вопросительно поднял бровь. Мы довольно ясно дали понять, что в спутниках не нуждаемся.

– Можно мне с вами? – попросила женщина. – Хорошо владею мечом и кинжалом, бросаю топор и ещё много чего умею. Куда бы вы ни шли, вместе будет больше шансов.

– Куда бы мы ни шли, не имеем ни малейшего желания, чтобы об этом знали посторонние, – возразила Аля.

– Могу дать клятву наёмника, – предложила девушка.

Анури вопросительно посмотрела на меня. Значит, сама вовсе не против наёмницы.

– Почему тебе хочется идти с нами? – задал прямой вопрос.

– Я уже сказала, вместе больше шансов, прежде всего для меня. Остальных переловят. Если кто и сбежит, то одиночек всё равно ничего хорошего не ожидает.

– Понятно.

Перевёл взгляд на эльфийку, ожидая ответа от неё.

– Хочу вернуть долг за освобождение, – гордо ответила она.

– И?

Та немного помолчала, а потом произнесла:

– И в одиночку у меня мало шансов. Во всяком случае, пока не сниму это украшение.

Лично я был не против обеих спутниц, но предоставил решать анури, а то приглашу эльфийку, а подруга обидится.


Глава 29

Лючиэль. Светлая эльфийка

Человеческую женщину приняли сразу. С ней проще всего, произнесла клятву наёмника – и порядок. Правда, перед этим поторговалась из-за платы. Тут тоже всё понятно. Одно дело просто идти вместе и помогать друг другу по мере надобности, с возможностью расстаться в любой момент, и совсем другое – наняться и взять на себя определённые обязательства. Наёмники бесплатно не работают.

Я же никаких клятв давать не собираюсь, да и не смогу при всём желании. Блокирующий магию ошейник не позволит. Мужчина не стал сам принимать решение, а передал это право своей спутнице. Условия, которые она поставила, меня не просто удивили, а в первый момент поставили в тупик. Никому и никогда не рассказывать о том, что увижу и узнаю, путешествуя вместе с ними. Это ещё понятно, у каждого свои секреты. Но второе…

– И самое главное, ни прямо, ни косвенно, вообще никак не пытаться соблазнить моего мужчину, – выдала Аля.

Именно на это заявление я и не смогла сразу найти ответ. Нужен мне её мужчина! За освобождение я, конечно, благодарна, даже очень благодарна, но не более того. Потребуй он в качестве оплаты, чтобы с ним спала, точно отказала бы. А тут вдруг, «не вздумай соблазнять».

– Ты, конечно, извини, – наконец ответила ей, – но я светлая эльфийка, и твой человек в этом плане меня интересовать не может. Вообще никакой человек.

– Знаю я вас, светлых эльфиек, были случаи, – проворчала она. – И вообще, Алекс не человек, он анури. А мы почти как эльфы, только лучше.

Ага, лучше они, как же. Будь это правдой, не осталось бы анури так мало. Почти как эльфы? Тоже нет, хотя внешне на полукровок похожи. Но на самом деле не имеют с нами ничего общего. Даже то, что живут дольше, не аргумент. Тут всё очень индивидуально, иногда действительно дольше, а иногда и наоборот. Вслух ничего этого говорить не стала, с анури по данному вопросу всё равно спорить бесполезно.

Ещё эта Аля слишком болезненно воспринимает возможность того, что мужчину у неё может отбить не кто-нибудь, а именно эльфийка. Были случаи? А ведь на самом деле могли быть. Какой-нибудь эльф с ней временно сошёлся, а потом бросил, найдя более подходящую пару своей расы. Анури же в произошедшем винит исключительно ту эльфийку и всех нас, поэтому и недолюбливает.

Заверила, что на её человека, в смысле мужчину анури, не претендую, вообще и ни при каких обстоятельствах. Как только избавлюсь от ошейника, готова принести клятву, что это так.

Алиена. Анури

Не зря мне не нравятся эльфийки. И эта – вполне подходящий пример. Не успели ей разрешить идти с нами, как начала чуть ли не собственные условия ставить. Зачем нам пленный бандит, да ещё живой? Может, лучше его убить? Не собираюсь защищать главаря разбойников, но в этом конкретном случае не её ушастое дело.

Понятно, что Лючиэль хочет отомстить за своё пленение, но поскольку не сама захватила, не ей и решать. К тому же он нам пока нужен. Знает тайную тропу, выводящую на настоящие контрабандные пути, а не на этот бутафорский. И ещё не всё рассказал о причинах, побудивших попытаться совершить побег, которые почему-то связаны с нами.

Ответ на последний вопрос мне не понравился. Причиной всему была Нари. Оказалось, принцессу Нариэль тайно, но активно ищут не только в соседнем королевстве, но и в этом. То есть о поступлении в магическую академию можно забыть. А это означает, нам придётся тащить её с собой ещё дальше. Тут бандит прав, власти данное дело так не оставят и постараются избавиться от всех лишних свидетелей. Это он ещё не обладает всей информацией.

А вот напросившаяся в наёмницы бывшая рабыня лишней не будет. В отличие от эльфийки, она мне понравилась. Правда, возникли некоторые вопросы.

– Ты утверждаешь, что хорошо владеешь мечом и другим оружием, как тогда оказалась в рабынях? – решила уточнить я.

– Случайно, – ответила Тара. – Там вон могучая эльфийская чародейка оказалась, чего уж мне стыдиться?

Говоря последнее, она, не таясь, указала глазами на Лючиэль, которая сделала вид, что её это не касается. А потом добавила:

– Вообще никто из воинов от попадания в плен не застрахован.

– С этим не спорю, – продолжила я. – Но почему не сбежала? Тебя ведь не на цепи держали.

– Не успела. Всё произошло достаточно недавно. Рвануть в лес можно было в любой момент, но бегут не для того, чтобы сразу быть пойманными. Нужно сначала подготовиться и раздобыть хоть какое-то оружие. Появись вы на неделю позже, скорее всего, меня уже не застали бы.

Я ей поверила. Учитывая то, что из всех освобождённых рабов и трофеи быстрее собрала, и вооружилась лучше, и шансы оценила.

Алекс. Попаданец

Нас теперь в отряде шесть человек. Вернее, три человека, одна из них – беглая принцесса, другая бывшая рабыня и нынешняя наёмница, а третий бывший атаман разбойников и двойной агент королевских спецслужб. Затем – одна эльфийская магичка в ошейнике, одна анури, тоже маг и тоже временно лишившаяся возможности использовать магию и, наконец, я. Не совсем ясно кто, то ли человек, то ли анури.

К чему такие подробные подсчёты? А к тому, что лошадей у нас всего пять. Две наши с Алей, две вьючные и одна трофейная, на которой собирался сбежать атаман. Пока шли по тайной тропе, проблемой это не было. Тут вообще мало где можно ехать, приходилось идти, ведя животных под уздцы. Однако, когда выйдем на более подходящую дорогу, всё изменится.

Ладно, на вьючных тоже можно ехать, как это делает Нари. Тем более в корзинах почти пусто, все наиболее тяжёлые трофеи я давно переложил в артефакт. Но одной лошади не хватает. По счастливому совпадению один человек в нашем отряде как раз лишний. Осталось решить, когда и как от него избавляться. Отпустить или убить?

Большинство было за второй вариант. Так надёжней. Даже если сам не побежит рассказывать властям, опасаясь, что потом уничтожат как нежелательного свидетеля, то ведь может и случайно попасться. А у Лючиэль с Тарой имелись и личные мотивы.

Сам он это тоже понимал и всячески старался быть полезным. Только в его искренность не верилось, и даже, наоборот, стало ясно, что туда куда более опасен, чем кажется. Вряд ли случайный разбойник так просто стал агентом обеих разведок. Наверняка в прошлом что-то было.

Бдительность мы, конечно, повысили, только это не помогло. Очередным утром пленника на месте не оказалось. Что характерно, поставленная мною сигнализация не сработала. Сбежал пешком в том, в чём был. Видимо, своего или любого другого коня увести незаметно не смог бы, поэтому и рисковать не стал.

– А ведь я предупреждала, – сразу заявила эльфийка. – Странно, что он ночью никого не зарезал.

Вообще-то она ни о чём таком не предупреждала, а просто предлагала убить бандита. Раз дорогу и так уже знаем, толку от него больше никакого. Заявляла это, никого не стесняясь и не понижая голоса, так что в этом побеге есть и часть её вины. А в том, что никого не зарезал, как раз ничего странного. Он не мстить любой ценой собирался, а именно сбежать. Всех бы всё равно убить не смог. В любом случае уже поздно жалеть. Проблема решилась сама собой и ладно. Пусть не самым лучшим способом, но и не худшим.

В этот же день вышли на более широкую дорогу. Дальше можно было ехать верхом, а не плестись. Эльфийка почему-то решила, что лишний ездовой конь достанется ей. А вот фиг вам, Аля распорядилась иначе и отдала его наёмнице, ушастой же осталось довольствоваться вьючным. Я, между прочим, такое решение одобрил, потому что оно наиболее логично.

Кто такая Тара? Правильно, ещё один член нашего отряда и дополнительная боевая единица. А Лючиэль? Просто случайная попутчица. Случись что, в стороне стоять не будет и в общем бою поучаствует, но из лука откуда угодно стрелять можно. Магией пользоваться, впрочем, тоже, а мечом или топором драться лучше верхом на хорошем коне.

Почти всем прекрасно известно, что меч и топор лучше подходят для пешего боя, чем для конного. Для сражений верхом есть другие средства. Не случайно все более-менее приличные кочевые народы пользовались саблями и им подобными клинками, а не мечами с прямыми лезвиями. В итоге сабля вытеснила мечи и прочие прямолезвенные клинки у кавалеристов. А потом и у пехотинцев. В нашем же случае главное оружие всадника – копье. Ну, или пика. А уже потом клинок. Однако за неимением оного…

Эльфийка осталась недовольна, но это уже её проблема. Никто не держит.

То, что главарь сбежал, вовсе не означает, будто мы потеряли всякую ориентацию, лишившись проводника. Его подробно допросили обо всех возможных маршрутах и даже карту заставили нарисовать. Соврал? Это вряд ли, откуда он мог знать, когда и как ему удастся сбежать, поэтому был вынужден говорить правду.

Только утаить – совсем не означает соврать. Несомненно, спланировал побег заранее и именно ту тропу, по которой ушёл, сохранил в тайне. Но я подозреваю, что нам она всё равно не подошла бы. Там у него наверняка имеется личная нычка на чёрный день с возможностью залечь на дно.

На тропу, где водятся настоящие контрабандисты, а не подконтрольные спецслужбам, нас никто не вывел. На самом деле не очень-то и хотелось. Сбежавший подробно рассказал, что да как, к тому же выдал все известные ему пароли и явки, но самим туда без крайней необходимости лучше не соваться. Да и далеко не факт, что те действительно никому не подконтрольны. Не исключено, что тоже работают на государство, просто на другом уровне подчинения. Поэтому спасибо, не надо. Тем более что путь в обход главной таможни нам теперь известен.

А вообще, не зря мы свернули с основного пути. По дороге, конечно, быстрее, особенно когда спешишь, но вовсе не обязательно – лучше. Не попытайся я срезать угол, не попал бы в аномалию со ржавыми контейнерами, а через неё в этот мир. Выиграл ли от этого или проиграл – вопрос спорный. Я на него пока сам для себя не ответил. Хотя зачем врать? Давно решил. Как только увидел мою Алёну, так и решил. Без неё теперь не представляю свою жизнь в любом из возможных миров.

Не сверни мы на контрабандную тропу, не столкнулись бы с местными гаишниками, то есть бандитами, и не узнали бы, что беглую принцессу тайно, но очень активно ищут и в этом королевстве. А значит, ни о каком поступлении в здешнюю магическую академию и речи быть не может. Не знаю, что у них там написано в уставе о заграничных принцессах, однако, являясь частью государства, учреждения подчиняются не только его законам, но и интересам.

– А ещё целую эльфийскую принцессу в спутницы получили, – пошутил я.

Зря это сделал. Вообще-то у Али с чувством юмора всё в полном порядке, но только до тех пор, пока дело не касается эльфов, а особенно эльфиек.

– Она не принцесса, – холодно возразила анури. – И вообще, с нами временно. Очень временно. Дойдём до первого места, где могут снять магический ошейник, и до свидания.

– Почему ты тогда вообще согласилась на то, чтобы Лючиэль шла с нами, если так не любишь эльфов?

– Лично против этой конкретной эльфийки я ничего не имею, – ответила Аля. – Мою нелюбовь к эльфам некоторые тоже сильно преувеличивают. Но в любом случае нельзя оставлять мага в таком беспомощном состоянии.

Ну да, последнее анури испытала на себе и теперь такого даже врагам не желала. Что касается первого утверждения, то она впервые мне соврала. Возможно, даже не умышленно, а веря в то, что говорит. Значит, было между нею и ушастыми что-то такое, о чём она не желает рассказывать.

Имелись некоторые опасения, что Нари упрётся и всё равно захочет поступить в магическую академию. Когда сбываются мечты, для многих цена перестаёт иметь значение. Вообще-то это её личное дело. В конце концов, местные спецслужбы не убить чужую наследную принцессу хотят, а использовать в своих целях. Но фраза «мы в ответственности за тех, кого приручаем» вдруг оказалась не пустым звуком. Не хотелось бы для девочки такой судьбы.

Однако Нари вовсе не была наивной и ничего не понимающей в политике. Какая-никакая, а всё-таки королевских кровей. Поэтому прекрасно всё поняла и сама отказалась от мечты о местной академии. Также согласилась, что теперь ей вообще нежелательно показываться на глаза посторонним. Последнее, при её умениях, – не проблема. Тем более что за время нашего совместного путешествия они успели усовершенствоваться. Нам теперь вообще необходимо как можно быстрее покинуть королевство.

С другой стороны, что могут знать о ней сыщики? В смысле, конкретно. По непроверенным слухам, в последний раз принцессу видели путешествующей с человеческим мужчиной и эльфийкой-полукровкой, причём другие слухи упорно утверждают, что эти двое на неё охотились, с целью получения вознаграждения. Значит, на такие пары могут обращать более пристальное внимание.

Вот и прекрасно, потому что сейчас у нас совсем другой состав отряда. Эльфийская магичка в сопровождении помощницы-полукровки и двух наёмных охранников: мужчины и женщины. Если кто-нибудь думает, что эту легенду придумал я, то он глубоко заблуждается. Аля собственной персоной. Пусть ушастых она сильно недолюбливает, но рационально мыслить это ей не мешает. Если эльфийка всё равно с нами, то пускай приносит пользу хотя бы в качестве прикрытия, раз другого толку от неё нет.


Глава 30

Алекс. Попаданец

В первый город вошли вообще без проблем. Ну эльфийка, ну путешествует, ну с небольшой охраной… И что? Явление, может быть, и редкое, но отнюдь не небывалое. То есть всё прошло просто замечательно. На нас обратили внимание, запомнили и причислили к конкретной категории разумных. Всё! Больше мы в отрыве от этой категории как бы и не существуем.

Однако городишко оказался совсем уж захолустным. Снаружи выглядел куда солидней. Мага, способного снять с Лючиэль ошейник, там не нашлось. Те, кто оказывал магические услуги, знали ненамного больше, чем я, а умели, пожалуй, меньше. Что навело меня на одну мысль.

– Аля, может быть, тебе известно плетение, с помощью которого этот ошейник смог бы снять я, – спросил у подруги.

– Известно, – кивнула та.

– Так почему не нарисуешь?

– Я, конечно, эльфов недолюбливаю, – улыбнулась она, – но не настолько.

– То есть? – не понял я смысла шутки.

– В твоём исполнении заклинание гарантированно сожжёт все плетения в таком ошейнике.

– Ну, так нам именно этого и надо.

– Ага, вместе с тем, у кого он на шее.

– Не слушай её, она наговаривает, – обратился я к повернувшей в нашу строну свои длинные уши эльфийке.

– Вовсе нет, – покачала головой анури. – Там как раз весь смысл в том, чтобы перенасытить защитные плетения магией. С этим ты точно справишься, но если залить хоть чуточку больше, то плохо кончится для носителя.

– Ну так пусть не заливает больше необходимого, – предложила, переставшая делать вид, что нас не подслушивает, Лючиэль.

– Не умеет, – с сожалением вздохнула Аля. – Больше – всегда пожалуйста, меньше – когда как.

– Тогда я, пожалуй, не буду рисковать, – решила эльфийка. – Подожду, пока найдём того, кто сможет снять ошейник, без непредсказуемых последствий.

– Только не забывай, ты обещала держать в тайне всё, что узнаешь, путешествуя с нами! – вдруг опомнилась анури. – И это в первую очередь.

– Не забуду, – кивнула эльфийка.

Городишко был хоть и захолустным, но кое-что тут всё же имелось. Например, совсем неплохие верховые кони. Даже по эльфийским меркам. Во всяком случае, Лючиэль выбрала себе скакуна и осталась довольна покупкой. Весь вопрос, откуда у недавней пленницы бандитов деньги. Мы её, конечно, не обыскивали, но никогда не поверю, будто этого в своё время не проделали бандиты. Хотя вовсе не обязательно, что всегда имела и хорошо прятала. Могла и во время сбора трофеев найти. С чего мы взяли, будто она подобрала только плохонький лук?

А ещё могла и прямо в городе украсть. Кто сказал, что эльфы все исключительно честные, возвышенные и благородные? Насколько я помню, такой ерунды даже всем известный профессор не писал. В любом случае, выезжая из города, мы будем больше похожи на свиту надменной эльфийки (затруднительно изображать надменность, восседая среди корзин на вьючной лошади).

Можно было бы сказать, что тут заодно и свою маскировку проверили, но это вряд ли. В такой глуши, скорее всего, и не слышали об агентах госбезопасности. Зато местная городская стража оказалась вполне активной, бдели и службу несли.

К сожалению, не по причине рвения начальства. Была более прозаическая причина. Разбойники. И если бы они только в округе пошаливали, как случается у всех. Один раз настолько обнаглели, что даже попытались захватить городок, словно в Америке во времена Дикого Запада. Отбиться-то от них отбились, всё-таки не регулярная армия и даже не бандитская дружина дикого барона. Но этим всё и закончилось.

Столица на просьбы реагировала отписками, мол, раз город защитить смогли, то и с остальным справитесь. И вообще, почему у вас стража вдвое меньше, чем положено по штату. Всё это мы узнали в подробностях, когда местные чиновники попытались временно завербовать в ополчение меня и Тару. Мол, пока госпожа эльфийка в городе, ей и так ничего не угрожает, а покидать стены с такой малой охраной сейчас слишком опасно.

Опять нашли приключение на свою… голову. Это ещё повезло, что вышли с той стороны, где редко кто ходит, а следовательно, и разбойникам делать нечего. Другой вопрос: что делать дальше? Надолго селиться в гостинице и ждать, пока власти решат проблему? Они бы с радостью, только вот не выходит, и ожидание может затянуться на слишком неопределённый срок. Прорываться на свой страх и риск? При моих магических возможностях это вполне реально.

К сожалению, небезопасно и негарантированно. Я, по местным меркам, что-то вроде тяжёлой артиллерии. Сама по себе она оружие грозное, никто не спорит, однако стрелять по воробьям из пушек… Нет, если бы дело было только в этом, можно и пострелять. Бо́льшая часть воробьёв от страха грохнется на землю. Увы, главная проблема в другом, в реальном бою артиллерия без прикрытия очень уязвима. И именно с этим у нас неважно.

Имелся ещё и третий вариант. Скооперироваться с кем-нибудь, оказавшимся в похожем положении. Такие в городке присутствовали. Как не местные, случайно здесь застрявшие, так и те, кому требовалось съездить по делам. Если большинство было готово подождать, то один купец – никак. Прибыл в город буквально за день до нас, каким-то чудом миновав бандитские засады.

Чудо называлось – срочный заказ. На двух телегах и с небольшой охраной ехал иногда даже по ночам, вот и проскочил. Товар он сдал и теперь собирался отправляться дальше по таким же не терпящим отлагательств торговым делам. Только в первый раз он проскочил по незнанию, а осознанно рисковать не хотел. Вот и агитировал всех желающих ехать вместе с ним, собравшись в достаточно большой и сильный караван.

Желающих нашлось совсем немного. В городе просто не было других купцов, готовых куда-то ехать, а остальные караван бы не составили, при всём желании. Купец пытался пойти другим путём, нанять дополнительную охрану, но и тут не преуспел. Почти всех свободных воинов уже загребли городские власти. И вот он обратился к нам с таким же предложением.

Его две телеги, двое возниц, пятёрка охраны и он сам. Негусто. Плюс мы, тоже слишком мало, но если считать исключительно как воинов. Если эльфийку причислять к магам – совсем другой расклад (то, что она в ошейнике, никто не знал, а плетениями, в случае надобности, буду швырять я). Против большой банды, претендующей на захват городка, всё равно слишком мало, но шансы уже есть.

Мы всё-таки дали предварительное согласие при условии, что купец сумеет набрать ещё хотя бы столько же в охрану. Он сумел. Во-первых, всё-таки нанял ещё трёх воинов, посулив совсем уж баснословную плату. Интересно, что же он везёт, если готов идти на такие расходы? Потом прибавилась парочка путешественников, которых приняли в караван бесплатно при условии, что в случае нападения будут принимать участие в общей обороне. А куда они денутся? Впечатления серьёзных воинов не создавали, но два вооружённых всадника точно не будут лишними хотя бы самим фактом присутствия.

Во-вторых, нашлись две семьи со своими каретами. В первой – мать с дочерью, две служанки, кучер и конный охранник. Во второй – муж с женой, трое детей, кучер и двое плохо вооружённых слуг, по всей видимости, считающихся ещё и охранниками. Обе кареты были заполнены барахлом под завязку. Эти, по всей видимости, пытались воспользоваться случаем и сбежать из обречённого, по их мнению, городка. Только большой вопрос, какой вариант безопасней. А ещё мне было непонятно: на фига эта толпа в караване? На тринадцать человек всего один, кого можно назвать воином. Разве что для общего количества.

И в-третьих, три кибитки, до отказа набитые местным аналогом цыган. Этих купец поначалу брать не хотел, видимо, действительно, цыгане, а не просто похожи. Потом махнул рукой, мол, держитесь сзади и не путайтесь под ногами. А если кто приблизится к его телегам, лишится обеих рук, невзирая на пол и возраст. Именно если приблизится, а за кражу будет вырезан весь табор. Те не возражали. Толерантностью в этом мире и не пахло, поэтому вора можно называть вором, не опасаясь, что это ему не понравится.

И наконец, моя Алёна отыскала в одном трактире двух гномов, которые тоже хотели покинуть город. Оказалось, купец к ним уже подходил со своим предложением, и те его послали. Но анури, имеющую звание гномьего мастера, выслушали и присоединились. Бородатые коротышки путешествовали на каких-то низкорослых лошадях. Видимо, специальной гномьей породы.

Имел ли такой караван шансы прорваться? По всей видимости, да. Купец был весьма доволен. На выходе из города нам навязали ещё двух попутчиков. Гонцов в два ближайших города. Предупредили сразу, что драка и защита каравана в их обязанности не входит. Главная цель – прорваться и доставить послание. Купец поворчал для вида, даже попытался стребовать хоть какую-то плату. Неудачно. После чего махнул рукой, почти как на цыган.

Но на самом деле именно от этих двух гонцов пользы было больше, чем от кого-либо другого. Их снабдили последней информацией о лагере бунтовщиков и о местах возможных засад. Очень полезные сведения. И да, городские власти решили пойти на хитрость, назвали банду мятежниками, о чём и должны были сообщить гонцы. Тогда столичные власти наверняка зашевелятся.

Я думал, что во время совместного путешествия самым сложным будет прятать Нари. Ничего подобного! Чем больше толпа, тем легче в ней затеряться. Девочка не очень-то и скрывалась. Её даже видели, но не обращали особого внимания. Кто-то думал, что она из табора, кто-то – что из семьи с детьми, а большинству было без разницы. Стало понятно, как проехала она, никем не замеченная, через половину королевства.

Мало того что она пряталась на виду у всех, так ещё и шпионила за попутчиками. Не потому, что в чём-то подозревала, а скорее забавы ради. И совершенно неожиданно добыла серьёзную информацию. На ближайшем привале расположилась рядом с нами и сказала:

– Купец задумал что-то нехорошее.

– Что именно? – сразу спросила Аля.

– Точно не знаю, не всё расслышала, но охране он раздавал указания насчёт всех попутчиков вообще и нас конкретно. У меня сложилось впечатление, будто караван он организовал вовсе не для того, чтобы пройти всем вместе. В случае нападения разбойников собирается бежать, бросив остальных.

Действительно, вполне возможный вариант. И как мы раньше о нём не подумали. Стали внимательно следить за купцом, и информация, полученная от Нари, вскоре подтвердилась. Если сначала обе его телеги ехали вместе, примерно в середине каравана, то теперь их расположение изменилось. Одна осталась где была, а вторая переместилась вперёд. Значит, решил пожертвовать не только случайными попутчиками, но и частью имущества. А скорее всего, только телегой, ведь половину товара уже продал в заблокированном городке.

– Что будем делать? – обратился я к подруге.

– Вне зависимости от того, чем всё кончится, просто так это оставлять нельзя, – сразу ответила она. – Наказать нужно обязательно.

– Тут я с тобой согласен. Весь вопрос, как именно. Причём это даже во-вторых, а во-первых, как не позволить им сбежать, оставив нас на растерзание банде?

– Первое очень просто, – улыбнулась анури. – Есть одно плетение. Совсем не сложное, обычно бесполезное, скорее хулиганское. Одно из тех, которыми ученики развлекаются.

– И как вы развлекались? – заинтересовался я.

– По-разному. Но в данном конкретном случае накладывали заклинание на колёса телеги или кареты и смотрели, как хозяин безуспешно пытается сдвинуть её с места. Вернее, сдвинуть как раз можно, только придётся тащить, потому что колёса крутиться не будут.

Да, видимо, детские шалости мало чем отличаются в разных мирах. Мы машинам шины спускали. Во всяком случае, я спускал, другие предпочитали прокалывать, потому что так быстрее.

– Значит, мне придётся в нужный момент оказаться достаточно близко от его телеги, чтобы наложить твоё хулиганское заклинание, – сделал вывод я.

– В том и хитрость, что нет, – возразила Алёна.

– Действует на большом расстоянии?

– Тоже нет. Накладывается заранее, а потом активизируется в нужный момент. Последнее действительно можно делать с большого расстояния.

– Понятно.

Анури нарисовала нужное плетение (на самом деле – простенькое), и я наложил его на обе телеги хитрозадого купца. Его ждёт большой сюрприз. Придётся сражаться вместе с остальными, а не сбегать, ими пожертвовав. Уж товар-то он точно не оставит. Немного подумав, сделал то же самое со всем остальным транспортом, включая цыганские кибитки. На всякий случай. Если бандитам удастся что-нибудь захватить, сюрприз будет ждать уже их. Пусть повозятся, пытаясь разблокировать колёса.

По заверениям Али, это совсем просто. Справится любой, даже слабый маг. Да и она сама в своём теперешнем состоянии, скорее всего, тоже. Но этого мага для начала нужно ещё найти, потом ему сообразить, в чём тут дело, а уже после этого – раз плюнуть.


Глава 31

Алекс. Попаданец

Как мы ни готовились к нападению разбойников, оно произошло совершенно неожиданно. Совершили ошибку, делая выводы из неполной информации. Нари подслушала разговор, но не весь, да и поняла неправильно. Нападение произошло не снаружи, а изнутри.

Первыми ударили растянувшиеся вдоль всего каравана охранники купца. Да и он сам в стороне не стоял, так же как успевшие вооружиться возницы обеих его телег. Били не просто так, а по заранее выбранным, наиболее боеспособным охранникам. Промахнулись только дважды, и оба раза фатально для себя. Первый с эльфийкой Лючиэль легко увернулась и нанесла ответный удар маленьким стилетом в шею нападавшего. Смертельный. Второй раз промахнулись со мной. Правда, сам я об этом узнал чуть позже. Предотвратила нападение находившаяся у меня за спиной Аля. Анури тоже не церемонилась.

Почти в это же время с обеих сторон от дороги появились бандиты. Достаточно далеко, видимо, чтобы не спугнуть раньше времени и не мешать своим сообщникам (да и прятаться на этом участке близко не получалось, при всём желании). То, что план сработал не на все сто, их не смущало. Фальшивый купец забрался на свою телегу и закричал:

– Бросайте оружие и сдавайтесь! Тогда останетесь живы.

Потом повернулся, указывая пальцем в нашу сторону, и добавил:

– В первую очередь это касается эльфийки. Попробуй начать магичить – и тут же будешь утыкана стрелами, как ёжик иголками. Тебя сейчас держат на прицеле пять лучших лучников.

– Ты кое-что забыл упомянуть, – спокойно и при этом надменно произнесла Лючиэль. – Пять человеческих лучников. Не вам тягаться с перворождёнными! Я и без всякой магии двух убью, до того как эти ублюдки успеют выстрелить, от двух других стрел увернусь, а третью поймаю и верну владельцу. В глаз или в сердце, по его выбору!

– Я видел, как стреляют эльфы, – возразил купец. – Да, лучше людей. Готов даже признать, что намного лучше. Но не настолько. С двумя нашими ты такой фокус, скорее всего, смогла бы проделать, но с пятью тебе не справиться. Поэтому повторяю, не смей магичить. И лук брось, он тебе в ближайшее время не понадобится.

Почему бандит обращался к Лючиэль? Да всё потому, что наша маскировка прекрасно работала. Для посторонних эльфийка изображала начальницу и главную магическую силу нашего отряда, скрывая свой ошейник под высоким воротником. Вот и тянула время, заговаривая подонку зубы.

А тем уже прикидывал, в кого и чем лучше запустить. Увы, ничего рассчитанного на работу по площадям у меня в арсенале не было. Нужно позже исправить этот недостаток. Так в кого бить первым? В фальшивого купца? Нет, сейчас окружающие нас разбойники куда опаснее. Жаль, не видно, кто из них главарь.

Пока я размышлял, произошло событие, которое и послужило началом боя. Помните великую фразу Весельчака У? Нет, не про местный кефир «Гостьи из будущего», а из «Тайны третьей планеты»: «Меня уронили!» Ну так вот, купца тоже уронили. Только что стоял на телеге и вещал, словно Ленин на броневике, и вдруг упал.

С чего это я вдруг вспомнил великий советский мультик? Просто тут, как было и там, явно не обошлось без одной мелкой искательницы приключений. Алиса, кстати, тоже числилась заграничной принцессой. И не просто числилась, а соответствующий документ имела! В отличие от Нари, у которой даже таких опознавательных знаков, как роскошные усы и хвост, нет.

Бандит упал, и я, больше ничего не дожидаясь, швырнул давно напитанный энергией огненный шар. Такие у меня получаются весьма эффективными. На раз прожигает просеку и в лесу, и в рядах противника. Не исключено, что и тоннели в скалах (при случае нужно будет попробовать). Вслед за первым полетело ещё несколько огненных заклинаний, не таких мощных, но не менее смертельных.

Однако уроненный с броневика купец стал сигналом не только для меня, но и для тех пяти лучников. Они почему-то решили, что боевой магией швыряется эльфийка, и выбрали мишенью именно её. То, что одну половину перестреляет ещё до того, как те успеют натянуть луки, а вторую их же стрелами, пойманными на лету, Лючиэль явно преувеличивала. Но увернуться от всех пяти смогла, особо не напрягаясь. Даже грациозно и красиво. После чего ещё и сама пару раз выстрелила в сторону дальних кустов.

Это послужило для меня целеуказанием, и следующий огненный шар полетел именно туда. Вооружённая толпа тоже не подарок, но лучники в нашей ситуации куда опаснее. Причём не мне, а спутникам, я-то себе магическую защиту поставил. После того ранения Аля озаботилась плетением и ещё долго извинялась, что забыла это сделать раньше.

– Там и там, – указала эльфийка, поднимаясь с земли.

– Хорошо, сделаю, – ответил я ей.

Ага, как бы ни хвасталась своим превосходством перед людьми, но эти засели достаточно качественно, и их достать не может. Почти синхронно с движениями её руки в нужные стороны полетели огненные плетения. Пусть враг и дальше думает, что маг у нас именно она. Ну а я просто погулять вышел. Теми двумя огненными шарами не ограничился и запустил ещё по нескольку в том же направлении.

Когда Лючиэль начала отстреливать находящихся в наших рядах охранников купца, понял, что лучников у противника больше не осталось. Это позволило мне перевести огонь на остальных бандитов, которые немного осмелели.

Устрой они классическую ловушку где-нибудь на лесной дороге, у нас было бы мало шансов. Такая большая банда задавит массой кого угодно, не понеся серьёзных потерь. Даже сильного мага (если успеет к нему подобраться достаточно близко). Но они решили соригинальничать и нанести удар изнутри. Идея интересная, но не сработала. С новыми делами всегда так, а классика на то и классика, что всё проверено и надёжно.

Вообще-то и этот план, скорее всего, сработал бы. Бандиты совершили всего две ошибки. Перепутали магов и не представляли моих настоящих возможностей, а вернее, объёма моего резерва. Лючиэль точно не смогла бы жечь нападающих быстрее, чем они бегут, а у меня получилось. Во всяком случае, сначала.

Будь нападающие регулярной армией ветеранов, которые не умеют отступать, всё могло бы сложиться иначе. Ценой больших потерь, но могло. Бандиты же – совсем другое дело. Тут они похожи на американцев, которые нападают исключительно на заведомо слабых и для которых собственные потери в десять процентов равны поражению.

Бандиты дрогнули и побежали, бросая убитых (раненых просто не было). Нам осталось подсчитывать собственные потери. Во-первых, все дополнительные охранники, которых нанял сам фальшивый купец. Тут, если честно, я не понял его логики. Зачем усиливать караван, который собираешься грабить? Зато стало понятно, почему предлагал за наём такие большие деньги. Всё равно платить не собирался. Во-вторых, охранники и возницы обеих карет. В-третьих, один из гонцов. Совсем не пострадали только мы и цыганский табор. Последнее исключительно потому, что на фиг не были нужны даже бандитам.

И именно они стали теперь главной проблемой. Во время боя повыскакивали из своих фургонов и сидели тихо как мыши, а только опасность миновала, первыми бросились собирать трофеи. И не в общую кучу, чтобы потом честно поделить (такое поведение от не участвовавшего в бою, но желающего внести хоть какой-то вклад, нормально), нет, тащили всё исключительно себе. И если бы обирали только трупы бандитов. Так ведь нет, по-хозяйски залезли в телеги фальшивого купца и что-то там перебирали. И апогей – пытались тащить имущество из карет у семей, оставшихся без защитников.

Я был зол. Очень зол. Во-первых, на купца, который так подло нас всех обманул. Во-вторых, на разбойников, у которых почти получилось. И самое главное – на себя за то, что совершил такое количество глупых ошибок. А тут ещё полный аналог земных цыган, как по их повадкам, так и внешне. Им не повезло. Бояться надо было не бандитов, а меня.

– А ну прекратить! – рявкнул я.

Никакой реакции.

– Прекратить немедленно!

Опять ноль внимания. Ну что ж, сами виноваты. Как говорил великий американский философ Аль Капоне, добрым словом и пистолетом можно добиться понимания даже от самого тупого американца. Выбрал один из цыганских фургонов. Для моих целей очень удачно получилось то, что хозяева при малейшей остановке распрягали лошадей. Я собирался сжечь кибитку, но не хотел убивать животных. А теперь, один удар – и готово. Такой аргумент они поняли сразу. Ко мне подошёл глава табора с вопросом:

– Почему?

– Потому что по-другому вы понимать не желаете. Я сказал прекратить грабёж!

– Но военные трофеи – это святое! – попытался возразить он.

– Правильно, – согласился я. – Но вы в бою никакого участия не принимали, поэтому и на трофеи претендовать не можете. Разве что-то останется что-нибудь никому не нужное. Но точно не первыми!

– Но мы были вместе, поэтому нам полагается равная доля, – словно не расслышав моих аргументов, заладил своё цыган.

Спорить с ним было бесполезно, что-либо доказывать тоже. Я одного не мог понять. Тут вам не Земля с её либерастией и толерастией, так с чего эти паразиты решили, будто могут что-то требовать и ставить условия более сильному? Раз других аргументов не понимают, пришлось повторить проверенный и сжечь второй фургон.

– Так нельзя! – закричал он.

Загорелся третий.

– Теперь слушай сюда. Вы немедленно возвращаете всё награбленное, подходите к любому костру и складываете в него всю свою одежду до последней тряпки. После можете идти на все четыре стороны, но только не с нами.

– Этого не будет! – гордо заявил главарь. – Никто не смеет так обращаться с моим народом, даже бандиты.

– Тебе не повезло. Я не бандит.

Злость никуда не делась, а фургоны кончились. Шар полетел в главаря табора.

– Повторять не буду, – заявил я. – Или выполняете то, что приказано, или все умрёте.

На меня бросилась, завизжав, одна из женщин. Зря она так поступила! В этот момент исчезли последние различия между ними и цыганами. Потому что хуже цыган могут быть только цыганки. И взбесившаяся баба не добежала, вспыхнув факелом.

– Кто следующий?

Задавая вопрос, очень надеялся, что цыгане начнут вести себя адекватно, до того как закончатся у них взрослые. Детей жечь не хотелось. Любому понятно, что из них вырастет абсолютно то же самое, но всё равно не хотелось. Повезло, табор начал раздеваться и кидать одежду в догорающие фургоны. Уходя, многие бросали на меня злобные взгляды, но ими и ограничивались.

А я стоял и думал, что это вообще было. Почему поступил именно так? Обернулся на спутников. Некоторые смотрели одобрительно, некоторые равнодушно, но никто – осуждающе. То есть за местные рамки добра и зла я не вышел. Но в том-то и дело, что это они местные, а я-то с Земли. Для нас такое поведение абсолютно ненормально.

Все не любят цыган, многие ненавидят, надо сказать, заслуженно. Но держат себя в руках. Вернее, никто ничего не держит, просто и в голову не приходит, что надо сразу убивать. Большинство ворчат на власти, почему те не принимают мер. Мало того, если что-то подобное совершает представитель любой другой национальности, его, скорее всего, накажут, а этим сходит с рук.

Как кто-то очень точно сказал, все мы восхищаемся цыганами, встречая их на страницах у Пушкина или Толстого, но, увидев на улице, предпочитаем перейти на другую сторону. Вот именно, у нормального человека желание убивать не возникает, просто хочется, чтобы они находились как можно дальше.

До недавнего времени я мог то же самое сказать и о себе. А сейчас? Ладно бы действовал в состоянии аффекта, ярости, временного помешательства или ещё чего-нибудь подобного. Так ведь нет! Всё прекрасно осознавал, даже думал, как бы не убивать детей и при этом не нарушить слово. Может, сам того не замечая, превращаюсь в местного? Или вообще в анури, для которого все остальные – низший вид, убивать которых хоть и нежелательно, но вполне допустимо. Нужно будет поговорить об этом с Алёной. Но потом, поскольку сейчас есть более неотложные дела.

Пленных нам не досталось, эльфийка ни разу не промахнулась, а била она насмерть. Я особо не целил, но в моём случае этого и не требовалось. Если не в ногу и не в руку, то удар будет гарантированно смертельным.

Чуть позже выяснилось, что один живой всё же остался, причём совершенно невредимый. И как это мы умудрились забыть про главного виновника? Того, которого Нари уронила. Вытащенный из-под телеги и грубо приведённый в чувство, он был допрошен со всем возможным пристрастием.

Оказалось, что выманить из города беженцев с имуществом и привести в ловушку было не основной целью, а его частной инициативой. Хотел добиться хоть чего-то, после того как главный план провалился. На самом деле его послали в город совсем с другим заданием: нанять как можно больше воинов и увести их в ловушку, ослабив таким образом оборону. Не получилось, городские власти успели немного раньше.

Самое интересное, он был не поддельным, а настоящим купцом, привёзшим настоящий срочный заказ. Только проскочить мимо бандитов ему не удалось. Поймали и оценили товар. Тот оказался довольно дорогим, но никому, кроме заказчика, не нужным. Во всяком случае, в такой глуши даже за бесценок реализовать не просто. Вот главарю и пришла в голову идея.

Бандиты сделали купцу предложение, от которого тот не смог отказаться. Да и не захотел. Доля в добыче – хороший стимул. А купец или разбойник – в такой глуши не всегда можно сразу понять. Как в своё время на Земле пират или моряк. У тех же древних греков эти два понятия вроде бы вообще не различались и назывались одним словом.

В результате ему вернули весь товар и отправили выполнять задание. Только охрану на всякий случай поменяли, но он и без этого честно отработал, хотя и клялся в обратном. Что сильно противоречило дальнейшему рассказу. Когда посланец мятежников понял, что не сможет выполнить задание и завербовать приличный отряд воинов, решил вывести из города хоть кого-нибудь (желательно побогаче). В этом случае и про свой карман не забудет, и хоть частично выполнит поручение, ведь где богатые клиенты, там и охрана. Пусть это совсем не те воины, которые стоят на стенах, но их отсутствие город всё-таки ослабит.

Самое интересное, купец был абсолютно спокоен за свою судьбу. Как был готов служить бандитам, так же собирался и нам. Мол, такие всем нужны. Единственное, чего серьёзно боялся, что мы отнимем оставшийся товар, но с этим, похоже, уже смирился. И что с ним делать? Лично мне подобные типы не нужны ни в каком качестве. Ни союзниками, ни наёмниками, ни агентами. И я не один придерживался такого мнения.

– Госпожа, позволь мне, – обратился к эльфийке один из нанятых купцом воинов.

Сначала, когда считали потери, мы решили, что он погиб, но позже выяснилось, лишь легко ранен.

Официально главной у нас в отряде, а теперь и во всём караване числилась Лючиэль. То, что окружающим стали известны мои магические способности, ничего не изменило. Один маг служит другому, обычное дело. В сознании большинства окружающих эльфы были, как до недавнего времени иностранцы для русских. Пукают исключительно бабочками, писают французскими духами, какают швейцарским шоколадом. Как же иначе, они ведь иностранцы! И только после беспочвенных санкций, введённых по приказу из Вашингтона, до многих стало доходить, что это не совсем так, а точнее – совсем не так. До многих, но не до всех.

Однако тут никаких санкций ещё не придумали, поэтому репутации эльфов ничего не угрожало. Поэтому мы могли легко выдавать Лючиэль за главную, не рискуя вызвать подозрения. Она сама была ничуть не против. Лучше только изображать главную, о чём знают всего один человек и пара анури, чем быть подчинённой, о чём знают все.

Ушастая кивнула в ответ на просьбу наёмника. Тот не стал дожидаться других подтверждений, шагнул к купцу, вытащил кинжал и перерезал ему горло. Лично я предполагал нечто подобное, но для бандита это стало полной неожиданностью. А чего он хотел? Мало того что сам назначил этого наёмника, как, впрочем, и других, в жертву, так ещё и с оплатой обманул. Неизвестно, какое из преступлений хуже, но оба точно тянут на смертельный приговор.

Вытерев кинжал, воин опять обратился к эльфийке. Раз предыдущий контракт только что был расторгнут самым радикальным способом, захотел наняться к ней в охрану. Лючиэль пожала плечами и указала на меня. Мол, она нанимает только командира отряда, а уже тот заботится обо всём остальном. Выкрутилась. Теперь мне нужно было делать то же самое и при этом не испортить легенду. Учитывая, что вокруг опасностей не убавляется, а скорее наоборот, я был не против. Уловив едва заметный кивок Алёны, перенаправил наёмника к ней.

– Я согласен. Охрана нам нужна, а ты показал себя неплохо. Сумел выжить и дать отпор, где другие не справились. О цене и всём прочем договаривайся с полуэльфийкой, касса отряда у неё.

Тот не сильно удивился, раз у эльфов такой авторитет, то и на полукровок его часть распространяется. Первым делом наёмник попытался выторговать такую же плату, какую ему наобещал купец. Ага, размечтался. Ни у кого бы он столько не получил, а уж тем более не у моей анури. Сильно по этому поводу не расстроился, просто попробовал на «а вдруг?!», изначально не рассчитывая услышать положительный ответ.

Однако с Алей этот номер не прошёл даже как точка отсчёта, от которой можно начинать торговаться. Сразу назначила цену. Не нравится? Пойди поторгуйся с разбойниками. Парень немного помялся и согласился. Тем более что анури не собиралась пользоваться ситуацией и платить грабительски мало. С наёмниками, от которых может зависеть твоя собственная безопасность, так поступать глупо. Ровно столько же, сколько получает Тара, и хоть немного, но всё же больше, чем предлагал город за добровольно-принудительную мобилизацию.


Глава 32

Алекс. Попаданец

Когда двинулись в путь, я перебрался на одну из трофейных телег купца. То, что научился почти нормально ездить верхом, вовсе не означает, будто это обязательно должно мне нравиться. Местные телеги тоже не подарок, зато хотя бы нет необходимости постоянно думать, как бы не свалиться. Да и не доверяю я лошадям. Если этой скотине придёт в голову плохая мысль, у телеги достаточно массы и инерции, чтобы не позволить ей взбрыкнуть. Алёна предпочитала ехать верхом, но не на этот раз. Позвал подругу к себе для серьёзного разговора.

– И что тебя беспокоит? – спросила анури, когда я не сразу начал.

– Ничего особенного, – ответил ей. – Можно сказать, сущие мелочи. Например, готовность убивать людей направо и налево. Ладно бы врагов или напавших на тебя бандитов, так ведь просто обнаглевшее до потери берегов ворьё.

– Действительно, мелочи, – махнула рукой Аля.

– Я серьёзно.

– И я тоже. Ты поступил абсолютно правильно. Даже излишне мягко. Кстати, эта мягкость и была главной причиной произошедшего.

– Мягкость?! – не поверил я.

– Да, она самая. Ни с кем другим они вести себя так не посмели бы. Крикни «Прекратить!» эльфийка, и команда была бы выполнена мгновенно. Меня послушались бы, может, и не так быстро, но исключительно потому, что номинально не являюсь главой отряда. За тобой почувствовали слабину, поэтому так себя и вели.

– То, что ты называешь слишком мягким, по меркам моего мира, наоборот, очень жестоко, – напомнил я подруге.

– Но ты-то сейчас не в своём мире, – логично заявила она.

– Миры, возможно, и разные, но я один и тот же. И для меня такое поведение абсолютно нетипично.

Анури отрицательно помотала головой:

– Меняются обстоятельства, меняемся и мы. И поверь, ты не совершил ничего плохого, как с точки зрения этого мира, так и с точки зрения твоей совести.

– Откуда ты знаешь?

– Нет, мысли читать я не умею, – на всякий случай заверила она.

– Именно это я и заподозрил.

– Знаю. Тут и без телепатии по лицу видно, но дело не в этом. Возникни у тебя из-за последних действий серьёзный внутренний конфликт, я бы обязательно почувствовала. Поверь. Мало того что ты мой мужчина, так ещё единственный анури рядом.

И ведь не соврала ни на полслова. Потом заверила, что я её устраиваю такой, какой есть, а табор паразитов ничуть не жалко. Тут была ещё более искренна. А я ещё раз задумался. Говорят, что человек почти никогда не нарушает моральных принципов. Не общепринятых, разумеется, а своих собственных. Если нарушил, позже оказывается, что они были не настоящими, а навязанными извне.

Как всем известно, совесть – самый строгий судья, и поскольку она признала тебя невиновным, значит, так и есть. Если задуматься, а нарушал ли я какие-нибудь моральные принципы? Зло должно быть наказано. Кто-нибудь с этим спорит? Думаю, нет. Око за око или суд присяжных с кучей всяких презумпций и адвокатов – это уже частности, зависящие исключительно от местных обычаев.

Теперь об этих частностях. По местным меркам, я поступил мягко, а по своим? Изначально ли был готов действовать так или во мне что-то сильно изменилось? Не знаю, наверное, всё-таки изменилось. Но и предпосылки должны быть. Например, что вы думаете, когда видите знаменитую фотографию с площади Тянь ань мынь? Ту, где студент останавливает колонну танков.

Лично у меня всегда возникает одна и та же мысль. Вернее, вопрос: почему его не расстреляли? Не студента, его место однозначно в психушке, между Наполеоном и Александром Филиппычем по прозвищу Македонский. Почему не расстреляли остановившегося танкиста? Встал у тебя на пути стопроцентно неизлечимый шизофреник? Смело дави. Сэкономишь койко-место в дурдоме и народные деньги.

Откуда такая уверенность в диагнозе? Всё очень просто. Вышел человек в открытую с бутылкой бензина против танка? Герой! Глуповатый, конечно, танк надо брать из засады, а не так, но всё равно герой. Если танк вражеский. А если свой, то предатель. Тоже глупый, тоже смелый, но предатель. Заметьте, оба выходят хоть с каким-то оружием, которое имеет шансы повредить тому танку. Близкие к нулю, но имеет.

Вышедший без оружия – сумасшедший. И его место в психушке или на гусеницах того танка. Надеется на то, что не посмеет? Нет более гнусного, более мерзкого и более подлого расчёта. Поэтому я никогда не испытывал уважения к Ганди и ему подобным, готовых ради политических целей вести безоружных на верную смерть. Нет, англичане, несомненно, враги, и бороться с ними необходимо, но враг моего врага вовсе не обязательно хороший человек.

Философия – вещь прекрасная. В том случае, если не мешает, а помогает жить. Что я там, в самом начале, вспоминал про совесть, которая самый строгий судья? Так и есть, более строгого придумать трудно. Единственное спасение в том, что она же самый хитрый и изворотливый адвокат. А когда одно лицо одновременно работает и судьёй, и адвокатом (на полставки, наверное), нетрудно догадаться, какой получится результат. Судить будет строго, но в конце концов обязательно оправдает. Вот и моя оправдала, доказав, раз у всяких Ганди руки по шею в крови, то я рядом почти святой.

Только зря мы расслабились, отбившись от бандитов. Не то что бы совсем, о бдительности не забыли, а остальные попутчики её даже усилили, но это было скорее формальностью. Откуда-то появилась уверенность, что, получив такой отпор, бандиты-мятежники больше не посмеют нападать, даже если соберутся с силами. И чем дальше отходили от места побоища, тем заметнее усиливалось это чувство. Даже настоящее войско не может растягивать силы на слишком большие расстояния, а тут банда. Плюс элементарная логика говорила, что если они так хотят захватить городок, то должны держаться к нему поближе.

Начнём с того, что, слукавив и объявив бандитов мятежниками, городские власти неожиданно угадали. Сначала это была действительно банда, но потом разрослась, и главарю захотелось объявить себя правителем хоть чего-то. Только для начала это что-то надо иметь. Быть королём лесных дорог вроде Робин Гуда ему хорошей идеей не показалось (если такая вообще в голову пришла), вот и решил захватить городок в самой глуши.

Понимал ли, что власти королевства этого так не оставят и рано или поздно уничтожат самозванца? Вряд ли. Преступники народ туповатый и дальше классического украл, выпил, в тюрьму планировать не умеют. Или тут не так? Не стал гадать и спросил у подруги.

– Так, – уверенно ответила она. – Этот, скорее всего, начитался (если умеет) или наслушался древних историй о разбойниках, сумевших захватить город с окружающей территорией, после чего принести присягу королю и править там от его имени.

– И насколько они правдивы? – с сомнением спросил я. – Те истории имею в виду.

– Вполне. Причём подобные вещи происходили не только с великими героями древности, но хоть и редко случаются и в наше время. Правда, данный конкретный случай к таким точно не относится.

– Почему?

– Нужно захватить чужую территорию на границе диких земель и попроситься в вассалы. Тогда да, шансы есть. Какой-нибудь формально числящийся в составе королевства вольный город, который на деле центральной власти не подчиняется, тоже можно. Но то, что и так принадлежит короне, бандитам никто не отдаст.

Вполне логичное объяснение. Но меня в словах анури заинтересовало кое-что другое.

– А тут есть ничейные дикие территории?

– Конкретно вокруг этого королевства нет, а вообще хватает. Например, за теми гномьими горами, к которым мы идём, точно есть. Самой там бывать приходилось.

– Что, совсем ничейные? – не поверил я. – Или пустыня, где вообще никто жить не сможет?

– Совсем, – уверенно ответила анури. – Там живут какие-то дикари, которые считают те территории своими, но кого может интересовать их мнение? Если ты не способен защитить свою землю от посягательств соседей, которым она приглянулась, значит, она не твоя и никогда твоей не была. Она всегда принадлежала более сильному соседу, просто он из великодушия разрешил тебе там немного пожить.

– Интересная философия, – кивнул я в ответ, – а если земля вообще никому на фиг не нужна?

– Если ты там живёшь только потому, что никому другому это место просто не нужно, то оно тоже не твоё, – так же уверенно ответила Аля.

Действительно, интересное мировоззрение. В какой-то мере даже справедливое. Существует только одна вещь, заставляющая смотреть на это с некоторым сомнением. Высказывает всё это представительница расы, которая своих земель не имела уже несколько тысячелетий. Причём как в качестве хозяина, так и в качестве бедного родственника, которому временно разрешили пожить в ненужном углу.

– Это твои личные взгляды или общепринятые в этом мире? – на всякий случай спросил я.

– Общепринятые, – ответила Алёна. – Те дикари, кстати, мнение которых никого не интересует, думают примерно так же. Во всяком случае, до тех пор, пока отбирают территории друг у друга.

Пока она рассказывала, я вспомнил ещё кое-что. Собирался попросить для пополнения магического арсенала какое-нибудь плетение, работающее не точечно, а по площадям. Если оружие массового поражения тут доступно далеко не любому архимагу и его применение категорически не приветствуется, то системы залпового огня – обычное дело, доступное многим. Ну, не совсем обычное, и под многими имеются в виду сильнейшие маги, главное – никаких запретов, как гласных, так и негласных, не существует.

Принцип очень простой: можешь – значит, имеешь право. И хоть несколько таких плетений моя анури знать должна. Давно заметил, что Алёна знает очень много заклинаний, причём из тех, которые сама применять никогда не могла. Однако на этот раз девушка неожиданно воспротивилась.

– Почему? – не понял я. – Ведь чем больше в моём арсенале боевых плетений, тем мы сильнее и тем безопасней.

– Сильнее? Да, – согласно кивнула подруга. – Безопаснее? Сильно сомневаюсь. Скорее наоборот. В твоём исполнении простое заклинание, бьющее по площадям, может превратиться в то самое оружие массового поражения.

– Тебе жалко всяких бандитов? – удивлённо поднял бровь. – Не ожидал.

– Ничуть. Но у нас сейчас серьёзные неприятности из-за эльфийского Древа Жизни, выращивать которые никем и никогда не запрещалось. Что будет, если тебе удастся сотворить нечто действительно запрещённое?

– Будут искать ещё и из-за этого? – улыбнулся я, бросив взгляд на находящуюся довольно далеко Лючиэль (про Древо она, скорее всего, не услышала).

– С такими вещами не шутят! – строго ответила Аля. – Именно поэтому не буду рисовать подобных плетений. Во всяком случае, до тех пор, пока не научишься контролировать свою силу.

– Но согласись, лучше иметь под рукой и не пользоваться, потому что не понадобилось, чем оказаться в критической ситуации и не успеть нарисовать.

– Нет, – отринула анури мой аргумент.

– Ну, тогда нарисуй и держи у себя, – предложил я компромиссный вариант. – Если попадём в ситуацию, когда без этого никак, передашь мне. Всяко лучше, чем с нуля рисовать.

Алёне не понравился и этот вариант. Но его логичность оспорить не смогла и обещала нарисовать, когда появится свободное время.

– Так в дороге его с избытком! – обрадовался я.

– Но не в седле же плетение рисовать, – возразила она. – И не на телеге.

– А как ты их плела, когда сама магичила? Или тоже исключительно стоя на твёрдой поверхности?

– Нет, конечно! – удивилась анури. – И в седле, и бегом, и вверх ногами. Но творить магию и изображать её на бумаге – это совершенно разные вещи.


Глава 33

Алекс. Попаданец

В результате плетение нам понадобилось раньше, чем осторожная анури успела его нарисовать. Что может быть проще, чем накрыть всю засаду одним большим заклинанием? Вариант такой мне точно известен – совсем в неё не попадать. Но это скорее лучше, а не проще.

У меня такого, в смысле мощного, заклинания в запасе не было, пришлось действовать по старинке. Хотя, если совсем честно, нарисуй Алёна нужное плетение, вряд ли удалось бы им воспользоваться. Во-первых, подруга разрешить могла только в совсем безвыходной ситуации (как мы и договаривались). А поначалу ситуация редко выглядит таковой. Во-вторых, чтобы накрыть засаду одним ударом, нужно хотя бы знать, что она есть, и желательно, где именно. Хотя в моём случае, когда сила есть – ума не надо, можно бить по площадям (что точно не одобрит анури). Если же в ловушку уже попал, разбрасываться оружием массового поражения поздно.

Оказалось, что мятежники многочисленнее и контролируют куда большую территорию, чем мы предполагали. В принципе нам по фигу, но они ещё держат заставы на дорогах, что куда хуже. Причём не на виду и со шлагбаумом, как положено, а скрытые, больше похожие на ловушки, которыми по сути и являлись.

Рассчитывали, скорее всего, на идущих в сторону города, но больно уж место удобное попалось. Одинаково скрытое с обеих сторон, мало того, совершенно не похожее на пригодное для засады. С одной стороны невысокая скальная стена, прекрасно просматриваемая даже с большого расстояния, с другой – заболоченный лес. Второй настолько зарос кустарником, что при желании можно спрятать и армию. Пройдёшь рядом, ничего не заметив. Только внезапно выскочить и напасть эта армия точно не сможет, будет долго вылезать и материть полководца, их туда засунувшего.

То есть тропа хоть и широкая, но без возможности свернуть вправо или влево. Только конкретно здесь засады можно не бояться, чуть дальше, за поворотом, очень даже может быть, но не тут. Мы соответственно настроились и нарвались. В заболоченном лесу никого не было, тут мы точно угадали, а со скалами ошиблись. Каменная стенка оказалась безобидной и безопасной только при осмотре снаружи, а на деле имела целую удобную галерею.

Сотворённая самой природой, почти готовая крепость. Находись она не в такой глуши, после небольшой доработки стала бы внешней стеной чьего-нибудь замка. Странно, что местные ничего о ней не знали. Даже гонец, снабжённый подробной картой, на которой были отмечены все потенциально опасные места. Нам позволили всей колонной войти в ловушку, после чего раздался окрик:

– Стойте! Таможенный досмотр!

Бандитские рожи, появившиеся над невидимой снизу галереей, на таможенников были похожи меньше всего, при том что настоящие тоже далеко не ангелы. Разве что выкрикнувший команду их главарь, да и тот не очень. Наше положение вовсе не было безнадёжным. Бандитов не достать, но и они сразу вступить в бой не могут, способны только обстреливать сверху. Вряд ли там засели эльфы, так что наша Лючиэль сможет дать достойный ответ, да и я магией добавлю.

То есть пусть и с потерями, но прорваться можно. Весь вопрос куда. В болото, понятно, соваться не стоит. Вперёд – легче всего, но там наверняка засада, бандиты умными не бывают, но грабить путников всё-таки умеют. Остаётся путь назад, который никто не блокирует (очень вовремя от табора с их кибитками избавился).

Однако, если решим прорываться, придётся оставить телеги и кареты. Это обуза, с которой не уйти. Одна стрела в лошадь – и финиш. Лично мне не жалко, всё самое ценное из нашей части трофеев давно перекочевало в мой пространственный артефакт. Про обе семьи этого сказать нельзя, всё их и так небольшое имущество достанется бандитам.

Но отступать я не собирался. Пока обдумывал ситуацию и слушал диктующего условия главаря, качал силу в плетение огненного шара. Хотел проверить, будет ли он прожигать тоннели в камне, как просеки в лесу? Вот повод и предоставили. Когда решил, что хватит, произнёс:

– Работаем!

Думаете, то, что ушастая никогда не слышала такой команды, ей помешало? Ничуть. Мало того, успела выхватить стрелы, лук, натянуть его и выстрелить в главаря раньше, чем я материализовал и выпустил свой шар. Оказалось, если простое боевое заклинание накачать силой по самое не могу (я-то как раз могу и больше), то скалы оно прожигает прекрасно.

Однако элементарных законов физики никто не отменял. А я о них как-то забыл, почему-то решив, что, раз магия, значит, всё можно. Хотел оружие массового поражения? Получи и распишись. Только гранаты надо кидать во врага и желательно подальше, а не себе под ноги. Пятитонные авиационные бомбы тем более.

При чём тут гранаты? Тот же физический принцип, по которому расширяющиеся в момент взрыва газы толкают в разные стороны осколки и любые другие предметы. Если в приличной толщины скале мгновенно прожечь сквозную дыру, опять же приличного диаметра, вся лишняя порода никуда не исчезнет, а испарится в газообразное состояние. Очень много, очень горячего и очень быстрого газа. Если бы он просто выжег прячущихся на галерее разбойников, всё было бы прекрасно. Однако он ещё и саму скалу взорвал, раскидав во все стороны осколки разного размера.

Физика – не магия, и ей плевать на то, кто инициировал процесс. Досталось всем. Возможно, существуют специальные горнопроходческие плетения, которым, в свою очередь, плевать на законы физики. Не потому, что их игнорируют, а наоборот, заранее учитывают и обезвреживают. На то, чтобы обуздать расширяющиеся газы, сил надо куда меньше, чем на прожигание скалы.

Однако в боевые плетения никто не додумался вставить такие блоки. Видимо, считается само собой разумеющимся, что достаточно сильный для резки скал маг достаточно умён, чтобы делать это с соблюдением элементарных мер техники безопасности.

В общем, нам досталось по полной. К счастью, каменные осколки были в основном мелкими и никого не убили. Вроде бы. Основной удар пришёлся по центру каравана, где находился я сам. Ударной волной меня выкинуло из седла, к счастью, при падении ничего не сломал. Несколько синяков не в счёт. Значит, остальным повезло куда больше.

На этом хорошие новости заканчивались. На том участке скалы, куда я запустил шар, бандитов перебило всех. Тут с гарантией, после таких ударов не выживают. Но те, что сидели справа и слева, похоже, даже испугаться толком не успели. Открыли ураганный огонь из луков. Мазали много, но при таком количестве это не могло продолжаться долго. А отвечала им только Лючиэль. Она-то как раз не промахивалась, но стреляла как-то медленно, если не сказать вяло.

Да ушастая ранена! Причём не камнем приложило, а стрела из груди торчит. Самая большая помощь, которую я мог оказать в данный момент, это поддержать огнём, сняв таким способом часть нагрузки. Начал кидать привычными огненными шарами. Не прицельно, зато с максимальной интенсивностью. Да и не снайперское это оружие даже в обычной обстановке, а уж против такого укрытия тем более.

Почти все летели выше голов, бились о стену сзади, там взрывались и обдавали врагов мелкими осколками и брызгами расплавленного камня. С первым взрывом эти фейерверки даже рядом не стояли, но нервировали бандитов, доставляя массу неприятных ощущений и сбивая прицел. Сам тем временем успевал вертеть головой, оглядываясь по сторонам. Высматривал Алёну. Вскоре увидел, вон она за телегой выцеливает из арбалета кого-то наверху. До ушастой, конечно, ей далеко, но вообще стреляет очень хорошо, я знаю.

Отвлёк небольшой толчок, это стукнулась о защиту стрела. Наконец вражеские лучники решили, что я не менее опасен, чем эльфийка. Не стал их разочаровывать и ответил чуть большим огненным шаром, чем стандартный. На этот раз неспешно и прицельно. Оплавил камень, за которым прятался лучник, и наверняка его самого. Во всяком случае, больше он не появлялся.

Так постепенно перебили всех противников. Оказалось, из арбалета стреляла не только анури, но ещё и оба гнома. А это уже серьёзно. Два бородатых коротышки с арбалетами точно не уступят одному эльфу с луком. Если устроят с ушастым поединок, да ещё и в лесу, то, пожалуй, проиграют, а если с бандитами, то ещё большой вопрос, кто больше их перебьёт – пара гномов или эльф. Тут даже большая скорострельность лука – не гарантия. Поэтому неудивительно, что лучники и арбалетчики у противника очень скоро кончились, а если кто и остался, то предпочёл не геройствовать, а сбежать по-тихому, пока есть такая возможность.

Нам же осталось зализывать раны. Их оказалось неожиданно много. Мелким щебнем досталось всем без исключения. Кое-кому и крупным. Самыми непострадавшими оказались оба коротышки. Оно и неудивительно, гнома камнем не испугаешь. Мало того, они были и самыми нерастерявшимися и после взрыва схватились за арбалеты даже раньше, чем очухалась и продолжила стрелять из лука эльфийка. Взрывные работы подобными методами для подгорного народа – обычное дело. Разве что мощность удивила, да и то не сильно.

Самой пострадавшей была Лючиэль. Сначала получила камнем по голове, потом стрелу в грудь, а позже ещё две, в бок и ногу. Каждая в отдельности, раны не такие опасные, но все вместе практически смертельные. Если не оказать вовремя помощь. Вся беда в том, что магический ошейник не только блокировал её силы, но и ослаблял внешнее воздействие. Своего рода защитный амулет, только своеобразный. Вредные воздействия ослабляет лишь слегка, а полезные почти полностью сводит на нет.

Определённая логика в таком варианте была. Накачай эльфийку магией по самые уши, плюс по максимуму усиль, и вполне сможет сама снять ошейник. Вот и позаботились изготовители, чтобы подобного не случилось. Теперь сколько бы я ни старался, исцеляющие плетения рассыпались, едва успев начать действовать, а сырая сила уходила в никуда. Всего результата – не давал умереть от ран, а скорее замедлял смерть, которая стала вопросом времени.

– Снимите это с меня, – попросила Лючиэль, имея в виду ошейник.

– Предупреждаю ещё раз, снять можно, но в результате ты почти наверняка умрёшь, – напомнила Аля. – Серьёзно.

– Я и так умру, – поморщилась эльфийка. – А без ошейника такие раны и сама залечу.

Анури пожала плечами, мол, я предупреждала, потом достала письменные принадлежности и начала рисовать плетение. Подняла на минуту голову и бросила:

– Это займёт много времени.

Намёк понял и начал раздавать указания и оказывать помощь. Серьёзных ран ни у кого не было, а синяков хватало. Тут имеющееся у меня неспециализированное, общеисцеляющее плетение работало прекрасно. Может, нерационально, в смысле расхода силы, но это не беда. Лошадей, кстати, побило ничуть не меньше, даже больше учитывая размер. Им тоже помог, предварительно спросив у Алёны, не повредит ли заклинание, рассчитанное на людей.

Также расставил наблюдателей. Лезть на скалу и смотреть, остались ли там разбойники, запретил, рано распылять силы – вдруг впереди ещё одна засада. Нари, кстати, рвалась проверить, но не пустил. Регулярно подходил к эльфийке и накладывал исцеляющее плетение, оно хоть и замедляло смерть, однако не сильно.

Лючиэль становилось всё хуже и хуже. Оставалось надеяться, что анури успеет. Предложил выдернуть стрелы и попытаться залечить каждую рану локально. Однако эльфийка отказалась. Не была уверена, что у меня получится. Мало того, выдёргивая стрелы можно навредить ещё больше. Пришлось ждать.

Аля принесла лист бумаги и пояснила:

– Нужно влить очень точное количество силы. Больше – и сожжёшь ошейник вместе с носителем, меньше – и он успеет поглотить и развеять магию, для чего, собственно, и предназначен. А я не могу тебе даже объяснить, сколько именно. На словах не получится, а показать – не увидишь.

Интересная задача – прогнать стадо верблюдов через игольное ушко. И если бы обычных, ладно, говорят, иногда получается. Но мне достались невидимые верблюды. Покрутил лист в руках, перевернул, как будто это что-то меняло. Даже с обратной стороны посмотрел. И тут мне в голову пришла одна идея.

– Почему бы этого не проделать Нари? Она ведь умеет пользоваться моим способом.

– Во-первых, у неё получается далеко не всегда и только с самыми простейшими плетениями, – ответила Алёна. – А главное, даже если бы девочка могла гарантированно скопировать любое, у неё просто не хватит сил.

Как всегда. План-то я придумал хороший, только исполнителей не нашлось.

– Делайте уже хоть что-нибудь, – вздохнула эльфийка. – Скоро будет совершенно без разницы, получится или нет.

Я всмотрелся в рисунок плетения, представил точную копию, влил самую малость силы (одну секунду) и наложил на пациентку. Ничего не произошло.

– Слишком мало, – тут же прокомментировала анури. – Нужно значительно больше. Можешь вдвое, а то и втрое.

Сразу втрое я не решился. Для начала отсчитал две секунды. Ничего не произошло. Три. Тоже ничего.

– Уже ближе, – пояснила подруга, – теперь осторожней.

Легко сказать. Какой самый маленький отрезок времени, доступный человеку? Увидеть быстро меняющееся на экране электронных часов, десятые доли секунды, можно без труда. Сотые тоже. Хотя тут я не уверен. Просто взгляд вылавливает то, что успевает, в результате складывается ошибочное впечатление, будто всё подряд. Но в любом случае это можно увидеть, а не отсчитать самому. Решил, что полсекунды всяко осилю, и сделал наполнение силой на три с половиной (в любом случае точно не проверишь даже при наличии нужных приборов). Четыре, четыре с половиной, пять…

На седьмой секунде меня резанул по ушам очень неприятный визг. Это кричала эльфийка. У меня всё-таки получилось вложить в плетение столько силы, чтобы сжечь ошейник и при этом пациентка осталась живой. То, что было очень больно, – не беда. Главное получилось, а значит, дальше всё будет хорошо. Если прямо сейчас от болевого шока не загнётся. Но это вряд ли, потому что я сразу после снятия ошейника наложил общеисцеляющее плетение, не поскупившись на силу.

Эльфийка тут же перестала визжать, пришла в себя и первым делом вынула стрелу из груди. Сделала это просто, словно не инородный предмет в теле, а вязальная спица в клубке мягких ниток. Хотя ничего удивительного, ушастые такие трюки со стрелами проделывать умеют, их фирменная магия. Мне, между прочим, тоже это плетение знакомо, но Лючиэль сделала куда лучше. Потом надолго ушла в себя, занимаясь исцелением раны. Когда закончила, повторила то же самое со стрелой в боку.

– Всё, силы кончились, – наконец произнесла она, глядя на раненую ногу.

Я пожал плечами и наложил на эльфийку ещё одно исцеляющее плетение.

– Если бы всё было так просто, – с сожалением вздохнула она. – Я не могу забрать твою силу и сделать своей. Но всё равно спасибо, так восстановлюсь намного быстрее.

С Лючиэль разобрались, теперь можно было осмотреть бандитскую засаду. Очень быстро нашли место, где можно залезть наверх. Вернее, Нари давно нашла, но это не важно, главное – послушалась и сама раньше времени не сунулась. Когда поднялись на галерею, я понял, как нам повезло. И не я один. Аля очень многозначительно на меня посмотрела.

– И ты ещё просил заклинание помощнее? Да тем, что уже есть, запросто всех нас угробишь.

Трудно было спорить с таким утверждением, и вовсе не потому, что оно осталось невысказанным. Взрыв, который хлестнул по дороге, вовсе не являлся таковым, просто побочный выхлоп и не более того. Основная сила ушла в противоположную сторону. Вот там рвануло, так рвануло.

Мало того что выходное отверстие было не аккуратной (два метра в диаметре) дырочкой, как входное, а воронкой, разворотившей ту сторону скал, так ещё взрывной волной весь лес положило более чем на пару сотен метров вокруг. Характерные борозды в земле показывали, что волна была не единственным и не самым страшным ударом по разбойникам, там ещё и всё посекло осколками от мелкого щебня до глыб с телегу размером.

А теперь представим, что я неумело воспользуюсь не банальным огненным шаром (пусть и перекачанным силой), а чем-нибудь действительно массовым. Недаром тут маги десятилетиями учатся, причём большую часть этого времени не магии как таковой, а самоконтролю. Неправильное обращение с силой – очень большие шансы навредить и окружающим, и себе.

Это при боевых действиях нанести урон врагу не просто, а случайно – запросто. Дети спичкам не игрушка? Ерунда! По сравнению с сильным, но необученным магом даже обезьяна с гранатой выглядит милой няшкой. Разве что кличка у обезьяны Обамка и граната у неё атомная.

– У меня один вопрос, – обратился я к подруге.

– Какой?

– Почему всё это ты мне только сейчас рассказываешь?

– Не знаю, – потупилась девушка, – наверное, потому, что до этого не осознавала твоей силы.

– Даже после того, как я вырастил твоё эльфийское Древо?

– Оно не моё! – возмутилась анури. – И да, даже после того случая. Знать знала, но осознавать не осознавала. Правда, постепенно начало доходить. Поэтому, когда ты попросил чего-нибудь помощнее, отказала. Теперь думаю, не сжечь ли мне листки с уже нарисованными плетениями.

– Не надо! – тут же возразил я. – Вдруг всё-таки пригодятся?

Значит, она их всё-таки успела нарисовать, просто мне не показывала?

– Вот этого-то я и боюсь, – вздохнула Аля. – Причём не знаю, чего больше. Того, что мы попадём в ситуацию, когда придётся их применять, или последствий такого применения?

Глядя на раскуроченную скалу и поваленный лес, возразить было трудно. Однако я всё равно предпочёл бы иметь и не воспользоваться, чем наоборот. Да и контролю когда-нибудь так или иначе научусь.

Главной целью проверки скал было вовсе не убедиться, как нам повезло. В первую очередь требовалось посмотреть, остался ли здесь кто-нибудь из бандитов. Таких не было. Потом собрать трофеи, если подобные найдутся. С этим тоже проблем не возникло и времени много не заняло, по причине малого количества чего-либо полезного.

Ещё со скалы очень хорошо просматривалась дорога вперёд. Я оказался прав, отсюда было прекрасно видно, что поворот – лучшее место для засады. Не будь этой галереи, тогда единственное пригодное, а так просто хорошее, но не более того. Разве что, кто прорвётся тут, и тогда его можно встретить там.

Однако так далеко стратегическое мышление бандитов не распространялось. Это же надо додуматься, что предполагаемая жертва окажется достаточно шустрой, чтобы проскочить тут, или достаточно сильной, чтобы всех их перебить. В первом случае она и через следующую проскочить сможет, а со второй они в любом случае не станут связываться.

Главное – сверху поворот хорошо просматривался, и засады там точно не было. Мы спокойно пошли дальше. По всей видимости, это была последняя черта, которую повстанцы-разбойники считали нужным или могли контролировать. И так под их властью оказалась слишком большая территория. Исключительно из-за своей удалённости от центра и малонаселённости. Дальше можно было идти, не опасаясь бандитов. Все другие проблемы и опасности никуда не делись.


Глава 34

Алекс. Попаданец

Поскольку в магическую академию больше никто поступать не собирался (во всяком случае, в этом королевстве), то и в столице нам делать было нечего. А это значит, можно воспользоваться советом нормальных героев и идти в обход. С одной стороны, были свои минусы, в толпе не затеряешься, а с другой – даже если заметят и поймут, что это именно те, кого спецслужбы разыскивают, – не страшно. Пока весть дойдёт куда следует, нас уже в королевстве не будет. Магическая связь в этом мире есть, но распространяется далеко не везде, иначе осаждённый бандитами городок не рассылал бы конных гонцов.

К тому же в ближайшее время должна уйти своей дорогой эльфийка, это заметно снизит маскировку. Ошейник сняли, магию восстановила, больше с нами её ничего не держит. Кстати, об ошейниках, полностью избавиться от «украшения» Лючиэль не смогла. На шее у ушастой остался шрам-ожог, похожий на татуировку в виде плетения. Причём избавиться от него с помощью магии жизни не получилось. Все другие вывела легко, а этот ни в какую.

Правда, очень скоро изменила мнение и даже не стеснялась ругать себя за саму попытку. Оказалось, на шее осталось не то плетение, что было заложено в артефакт, и не то, что использовал я для его снятия. Каким-то непонятным образом они перемешались и слились в единый узор. Алёна заинтересовалась, перерисовала, что-то посчитала и пришла к интересному выводу:

– Я, конечно, не уверена, это надо проверять на практике, но, по-моему, твоё новое украшение не такое бесполезное, как кажется.

– Только не надо сейчас рассказывать, что это может быть красиво, – поморщилась эльфийка. – Я в данный момент не склонна понимать такого рода шутки.

– Некоторые племена орков наверняка оценили бы, – усмехнулась анури. – У них татуировки в почёте, но я сейчас имею в виду чисто практическую сторону вопроса.

– И какую же?

– Повторяю, абсолютно не уверена и в любом случае надо проверять, но, по-моему, получившееся плетение должно нейтрализовать ошейник. Скажу даже больше, если кто-нибудь на тебя такой наденет ещё раз, ему будет казаться, что всё прекрасно работает.

– Ты уверена? – спросила Лючиэль.

– Нет. Но смотри сюда. Видишь этот узел? А этот? Кстати, именно поэтому шрам не получается вывести магией жизни. Она не действует так же, как любая другая.

Дальше обе ушастые долго и увлечённо разбирали получившееся плетение по кусочкам. Лично я там вообще ни фига не понял (да и не пытался). Зато по Алёне и Лючиэль в этот момент ни за что нельзя было сказать, будто они друг друга сильно недолюбливают. Да с чего вы взяли такую глупость?! Если не лучшие подружки, то единомышленницы. Обе хотели обязательно проверить получившиеся выводы. Сожалели, что ошейник сгорел безвозвратно (хорошо хоть меня в этом никто не обвинял). Теперь наверняка не успокоятся, пока не найдут новый.

Я и не подозревал, что моя подруга увлечена теоретической магией. Думал, она больше практик. А зря, ведь всё более чем логично. Откуда бы ей тогда знать такое количество плетений, на использование которых у самой сил бы никогда не хватило? Только мне интересно, каким образом они в этой глуши что-нибудь такое отыщут. Где нет магов, способных снять ошейник, там и его самого не найдёшь.

С энтузиазмом Лючиэль всё тоже понятно. В конце концов, узор выжжен именно у неё на шее. Вообще, у эльфов, в отличие от орков, такого рода украшения тел не в чести. Ни татуировок, ни тем более шрамов. Да что там, даже дырки в ушах под серьги не прокалывают, не говоря о прочих местах.

Но я почему-то не сомневался, что эта конкретная эльфийка ни за что не станет убирать получившийся узор. Если, конечно, выводы Алёны окажутся правильными. После того как посидела в плену в подавляющем магию ошейнике, некоторые традиции и условности общества ей больше не кажутся такими уж важными. Но это точно не наше, а её дело, если хочет, пусть хоть в шапочке из фольги ходит, тоже, говорят, от космических лучей помогает.

Лючиэль. Светлая эльфийка

Кто же они такие? К своему огромному стыду, я далеко не сразу поняла, что Аля не эльфийка. В смысле, не полукровка из наших. Когда была в ошейнике, ладно, могла ориентироваться только по внешности. Хотя, если внимательно присмотреться, и она немного отличается от обычной. Совсем немного, но заметно. Только кто же на этих полукровок внимательно смотрит? Почти сразу назвала свою расу – анури, но я особого значения не придала.

Много позже я вспомнила, кто они вообще такие. Когда-то очень давно действительно существовала такая раса – анури. Они и сейчас есть, только крайне редко встречаются, а знают о них ещё меньше. Очень похожи на эльфов-полукровок, чем и пользуются. Иногда живут у нас в лесах, правда, никогда не приживаются.

Вспомнила! Лет сто назад жила одна такая в соседней роще. Там даже какой-то скандал был, связанный с ней и младшим сыном лорда. Подробности никому не известны, дело тогда быстро замяли, а её саму выперли. Не знаю имени, но, скорее всего, эта самая Аля и есть. Откуда другой такой взяться?

Анури – ладно. Явление очень редкое, но ничего необычного в них нет. О человеке, который с ней, того же самого не скажешь при всём желании. Во-первых, внешность. Вроде бы ничего особенного, да и кому она интересна? Раз мы полукровок особо не разглядываем, то людей тем более. Однако если всё же присмотреться внимательно…

Я так и не смогла понять, к которому из многочисленных людских народов он принадлежит. Что не местный, понятно, даже языка толком не знает. Наверное, этот Алекс прибыл издалека, поэтому внешностью и выделяется.

Во-вторых, опять же язык. То, что не говорит ни на одном из местных наречий, понятно, но он и на человеческом варианте общего с трудом несколько фраз связать может. А это для путешественников совершенно нетипично. Где его такого анури откопала и куда, а также зачем тащит?

Да, да, именно она тащит. Всячески подчёркивает, что главный у них Алекс, а на деле руководит точно она. Не любой это заметит, но я внимание обратила. Ещё они от кого-то скрываются, и это уже в-третьих. Иначе с чего бы предложили мне почётную, но при этом чисто формальную роль командира отряда?

Но всё выше перечисленное ерунда по сравнению с в-четвёртых. Магия! Такая сила может быть только у эльфийского архимага, напрямую подключившегося к Древу Жизни. Да и то не во всём. А этот Алекс способен выдать столько, сколько понадобится, и даже не заметить. В буквальном смысле.

Как такое вообще возможно?! Этого типа удивительно точно характеризует одна из его присказок – сила есть, ума не надо. При этом он способен с первого раза запомнить и воспроизвести любое, даже очень сложное плетение. Представляете, каково было мне, когда ошейник снимал. Мало того что не видя, сколько силы влил, так ещё и по листку бумаги с картинкой.

Но ничего, обошлось. Боль, какой бы сильной она ни была, – ерунда (после того, как закончилась). Невыводимый шрам в общем-то – тоже. А его возможные свойства вселяют некоторую надежду. Если предположение анури окажется верным, я не против такого «украшения». Что другие эльфы подумают? А ничего, шрам всегда можно спрятать под воротником, платком или ожерельем.

А ещё, выжженное у меня на шее плетение – прекрасный повод оставаться поближе к этому человеку. Ведь мы с анури сейчас заняты очень важными исследованиями, которые никак нельзя прерывать, не закончив. Заодно и внимательнее присмотрюсь к тому, чем пренебрегала раньше.

Не прошло и дня после принятия решения, как наше совместное путешествие чуть не прервалось. Мы ехали по довольно широкой лесной тропе, скорее даже дороге. Я выбралась немного вперёд, сама не знаю зачем. И в один совсем не прекрасный момент почти под копыта моего коня в тропу воткнулась стрела. Более чем красноречивый знак, требующий остановиться.

Оперение эльфийской стрелы может очень многое рассказать о том, кто её выпустил. Другому эльфу, естественно, а не всем желающим. И не любая стрела, понятно, а официальная. Так… соседняя роща, дочь лорда, официальный посол с очень широкими полномочиями, командир отряда рейнджеров и командир группы разведчиков… И то, и другое с точно такими же полномочиями. Последнее вообще-то не принято, но, раз значок вплетён после каждого звания, значит, так оно и есть. И что же такой высокой особе понадобилось от скромной эльфийки вроде меня?

На дороге показалась сама принцесса. Одна. В том, что её рейнджеры сейчас держат нас под прицелом, можно не сомневаться. Молодая девушка, значительно моложе меня. На прекрасном эльфийском скакуне, тот, который подо мною, тоже не плох, но исключительно по человеческим меркам, а рядом с этим красавцем даже не пасся. Лук?.. Тут без комментариев, свой лучше не вытаскивать, чтобы не позориться.

– Я принцесса Тилитриэль, дочь лорда Зириниэлила из леса изумрудных листьев, преследую двух беглецов, – официальным тоном заявила она.

Понятно. Я даже догадываюсь, кого именно. Только все её самые высокие полномочия, хоть посла, хоть командира рейнджеров, хоть главного разведчика, на меня никак не распространяются. Даже если она посол в моей роще и лорд официально все эти полномочия подтвердил…

Во-первых, маловероятно, а во-вторых, лично я от своего лорда таких приказов не получала. И на мне кое-какие обязательства: вызволили от плена, спасли жизнь, сняли ошейник… Поэтому ответила именно так, как должна была:

– Я Лючиэль, дочь Люрвиэль и Эсвилора из Серебряного леса, объявляю, что те, на кого вы охотитесь, находятся под моей защитой.


Глава 35

Тилитриэль. Эльфийская принцесса

Искатели убегали как-то странно. Вовсе не по прямой, что гарантировало максимальное расстояние за минимальный срок. Сначала сделали большую дугу, потом несколько зигзагов. Словно сами не знают, куда им надо, или убегают от преследования. Но не нашего, а идущего буквально у них по пятам. Благодаря этому мне не составило труда нагнать передовую часть отряда, срезав очень приличное расстояние.

Ни на миг не сомневалась, что нагнать беглецов теперь вопрос времени, причём совсем небольшого. Однако как-то так получалось, что мы всякий раз немного опаздывали. Вот буквально только что они были тут – и уже след простыл. К тому же несколько раз искатели отрывались, потому что мои лучшие следопыты теряли след. Два раза это произошло совершенно случайно, а про третий так и не получилось понять. Только уж слишком много совпадений в этом преследовании.

Постепенно о беглецах накапливалась информация. Довольно противоречивая, нужно сказать. Одни о них рассказывали одно, другие другое. А подобранная девочка чего стоит? Зачем она им? Позже выяснилось, что это сбежавшая, после заговора дяди, наследная принцесса. Вопрос, зачем она искателям, всё равно остался. Появился ещё один: нужна ли она нам? С этой девочкой вообще непонятно, половина свидетелей её вообще не смогли вспомнить.

Но всё рано или поздно кончается, даже такая безумная, полная необъяснимых событий гонка. Мы их нагнали и зажали с обеих сторон на дороге (часть отряда осталась позади, часть вырвалась вперёд по соседней тропе). Поскольку в отряде была эльфийка и, по мнению всех опрошенных, именно она являлась главной (хоть какая-то однозначная непротиворечивая информация), я лично выпустила официальную стрелу.

Эльфийка оказалась из союзной рощи, той самой, что ближе всего к новому Древу Жизни. Только повела она себя довольно неожиданно, объявила, что наши беглецы находятся под её защитой. И не просто от своего имени, нет, сказала за всю рощу. Самое забавное, она пока не знает о наших договорённостях с её рощей. Это с одной стороны. А с другой – действительно имеет право делать такое заявление. То есть оба варианта имеют законную силу.

Было бы забавно, случись подобное с кем другим. И ведь нельзя воспользоваться правом более сильного. У нас всё-таки союзный договор, который должна соблюдать только я. Она, пока не получит официального подтверждения, имеет полное право мне не верить. Официальные полномочия принцессы чужого леса для неё ничего не значат. Всё положенное по этикету уважение окажет, но подчиняться не обязана.

Вот и стояли мы друг напротив друга, переругиваясь. Нет, исключительно в вежливой форме, в высшем эльфийском вообще нет слов, которые можно назвать бранными. Что ничуть не мешает и не меняет сути. Обе при этом прекрасно понимали, что сами загнали себя в тупик. Наш спор неожиданно прервала искательница, за которой мы гнались. Во-первых, оказалось, что она не полуэльфийка. А во-вторых…

Алекс. Попаданец

Вы видели когда-нибудь эльфийское кино? Нет? То есть как? Совсем, совсем? Ой, извините, не эльфийское, а индийское имел в виду. Не трюки, рядом с которыми Голливуд нервно курит в сторонке, а человеческие отношения. То есть когда для того, чтобы с кем-нибудь поругаться, помириться, объясниться в любви или ещё что-нибудь подобное, нужно обязательно спеть. Вот Лючиэль и перегородившая нам дорогу принцесса этим и занимались. То есть препирались в песенной форме.

Если бы не синхронный перевод Алёны, я бы решил, что просто поют. Сам и человеческий язык пока плохо понимаю, а уж эльфийский – и подавно. Причём перевод был не точный, а скорее адаптированный с комментариями, что она об эльфах и их нелепых обычаях думает. В другой ситуации, может, было бы весело, но, увы, не здесь и не сейчас.

Главный вывод был неутешителен: нас в конце концов поймали и отпускать не собираются. А спор двух эльфиек – формальность, которая может быть отсрочкой, но никак не решением проблемы. Тем более странным выглядело полное спокойствие анури. В конце концов, Алёне надоело, она шагнула вперёд и заговорила:

– Всегда недолюбливала эльфов. Не без серьёзных причин, между прочим. Но даже я никогда не могла предположить, что твой отец пошлёт охотиться на меня именно тебя.

У принцессы от удивления расширились и так большие глаза. Еле слышно она произнесла:

– Мама?


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Глава 28
  • Глава 29
  • Глава 30
  • Глава 31
  • Глава 32
  • Глава 33
  • Глава 34
  • Глава 35
  • X