Джоджо У. - Большие девочки не плачут!

Большие девочки не плачут! (пер. Гуржий)   (скачать) - Джоджо У.

Джоджо У.
БОЛЬШИЕ ДЕВОЧКИ НЕ ПЛАЧУТ!

Книга вне серий

Переводчик — Татьяна Гуржий

Обложка — Наталия Айс


* * *

Перевод выполнен для группыhttps://vk.com/beautiful_translation

Любое копирование без ссылки на группу и переводчика ЗАПРЕЩЕНО! Также запрещается распространение этой книги на любые другие ресурсы.

Уважайте чужой труд!


Пролог

«Алоха! Я должна сказать о себе пару слов: я восемнадцатилетняя Мэйби Кларк.

Моя самая большая мечта — это стать чемпионкой по серфингу и покорить самую большую волну. Я живу в идеальном месте — в городе Венис[1]. Пляж Венис — это длинная песчаная полоса и лучшая погода для серфинга, которые приветствуют людей ежедневно.

При звуке шумящих волн, при том как они бурлят, мое сердце стучит быстрей. И этого не изменила даже авария, которую я переживала в течение двух лет. В течение времени, когда я не хотела оглядываться назад. Но знающие люди говорили: „Ты сможешь с этим справиться, только когда встретишься лицом к лицу со своим прошлым. И примешь то, что случилось“. Это я и пыталась сделать, пока писала рассказ о горе. Будто это случилось только вчера. Я сделала это только благодаря истинной дружбе, вере в себя замечательной песне Ферги „Большие девочки не плачут“. Вы не можете этого увидеть, но я оттопыриваю большой палец и мизинец[2], означающие: „Расслабься и получай удовольствие“. Желаю, чтобы вы получили удовольствие от моей истории.

Целую, Мэйби»


Глава 1
Жизнь — это пляж

Теплый мягкий песок просачивается сквозь пальцы. Смотрю на свои покрашенные красным ногти и смеюсь. На мне гидрокостюм, влажная ткань которого плотно облегает тело. От соленой воды мои пальцы сморщились. Солнце в самом зените и покрывает весь Венис Бич золотистым светом. Вокруг ходят толпы туристов, многие из которых лежат на шезлонгах. Остальные наслаждаются приятным освежающим океаном.

— Би, давай еще раз!!! У нас нет времени проводить тут весь день. Кроме того, говорят, что ветер сегодня не на нашей стороне. — Внутренне я закатываю глаза, но в действительности согласно киваю. Джош, мой учитель по серфингу, выглядит как типичный серфер: загорелая кожа, светлые волосы, которые я никогда не видела сухими. И если бы я не была занята, я бы подкатила к нему. С широкой улыбкой подхожу к его сине — белой доске.

— Ты помнишь, что в субботу состоится чемпионат, моя дорогая?!

— Конечно, я знаю. — Сдержанно отвечаю я, наклоняюсь к своей доске и тащу ее к воде.

Мои родители подарили мне ее на шестнадцатилетие прямо из Бали. Огромные пальмы на бирюзово-розовой земле, а из волн выныривают дельфины. Я люблю свою доску.

— Стоп! — Останавливаюсь я.

— Мы должны еще раз проделать ЧопХоп. На мелководье ты часто падаешь с доски.

— Как, по твоему мнению, я должна действовать, чтобы улучшить результат? — Раздраженно пытаюсь отвлечь его от моего порозовевшего лица.

— Эрин! Покажи ей! — Вызвали мою лучшую подругу. Длинные каштановые волосы, которые чуть завились на конце, спадают вдоль ее спины. Она смотрит на меня лукавыми серыми глазами.

— Ну что, идем. — Вместе мы проводим два часа, прежде, чем я бросаю доску на песок.

— И так, у нас здесь горячие обломки судна? — Джон появляется на береговой линии, где мы и устроились в качестве выброшенных на берег обломков.

— Слишком горячие. Моя кожа аж стала голубой. — Беру свою доску и следую за преподавателем в наш лагерь.

Да, в нашей школе есть серфинг. Эрин — последовательница дарквэйва, хотя мне сложно ее сопоставлять с этим направлением, потому что это ведь настоящий Метал.

Собираю свою спортивную сумку, надеваю черные очки Рэй Бэн и, прокричав громкое «Чао», иду к Хафпайпу. Пока я тренируюсь, мой брат Алек проводит здесь время, уже положив взгляд на мой скейтборд.


* * *

— Эй, Бро!!! И сколько раз ты упал носом вниз? — Приветствую его.

— Ни разу. — Отвечает он. Алек на два года моложе меня, но у него есть такой же великий талант к серфингу и скейтборду. — Я хочу еще побыть тут.

В таком случае я забираю свою доску для серфинга, перекидываю ее на спину и ухожу под свисты его друзей. Сколько раз колесам велосипеда пришлось ездить вдоль тропинки, простирающейся через все побережье.

Я живу вместе со своей семьей на севере Санта Моники. Сворачиваю на нашу улицу и останавливаюсь перед большими воротами. Весь район пестрит богатством, и мы не исключение. Мой отец — адвокат, а мама — брокер по недвижимости, занимающийся всеми виллами в Лос-Анджелесе. Для строительства нашего дома отец нанимал высококлассного архитектора. В саду у нас огромный бассейн, который виден со стеклянной террасы.


* * *

Поднимаюсь по винтовой лестнице и бегу к своему гардеробу. Сегодня вечером мой друг Тэд заберет меня на своем Харлее. Ведь нас ждет грандиозная вечеринка в Лос — Анджелесе.

Так как у меня нет ни минуты для принятия солнечных ванн, наношу на тело специальный спрей для автозагара. Наношу на лицо толстый слой румян и крашу губы светлым блеском. С помощью плойки превращаю свои длинные русые волосы в ангельские кудряшки. Критично осматриваю себя в зеркале. Мне бы не помешало сходить к парикмахеру. Из-за соленой воды кончики волос очень сухие. Сажусь в своей комнате на постель и поднимаю голову вверх, чтобы увидеть бесконечное небо. Каждую ночь я чувствую себя как принцесса. Хватаю ноутбук, который лежал на прикроватной тумбочке.

Захожу на Фейсбук. Безумие. Больше тысячи приглашений на следующие вечеринки. С помощью Твиттера и Инстаграма выбираю самый подходящий наряд благодаря друзьям.

Надеваю короткое черное платье и лосины. Звонят в дверь, и, довольная, я покидаю свою комнату.


Глава 2
Разжигай огонь

С предыханием открываю тяжелую входную дверь и смотрю прямо в глаза Теда Уолберга. Его взгляд заставляет мое сердце биться быстрей. Когда он так стоит, спрятав руки в карманы низко висящих джинсы, а на его лице играют лукавые тени.

— Привет, детка, — мурлычет он и быстро обнимает меня. — Мой Харлей ждет. — Прежде, чем я успеваю что-либо ответить, он берет меня за руку и ведет меня за собой. Я не сказала о вечеринке своим родителям. В качестве безобидной лжи — я на пижамной вечеринке у Эрин.

— Он ужасен. — Бормочу я, когда он протягивает мне простой белый шлем.

— Черт, но, к сожалению, у меня нет другого, а мы ведь не хотим, чтобы с твоей головкой что-нибудь случилось. — Сладко отвечает он, обернувшись, когда я сажусь позади него. После чего звучит оглушительный рев мотоцикла, и я оглядываюсь на нашу окрестность. Замечаю, как у соседей сдвигаются шторы на несколько миллиметров. Но мне все равно, я обнимаю Теда, и меня охватывает чувство, будто я лечу с невероятной скоростью.

— Свободна, как птица, — кричу я, хихикая. Холодный вечерний ветер морозит руки и взлохмачивает торчащие из под шлема волосы. Мы делаем резкий поворот, и я еще крепче сжимаю куртку Теда.

Чем ближе мы к Лос-Анджелесу, тем темнее становится небо, и среди облаков появляются звезды. Смотрю через плечо Теда в зеркало заднего вида. Внезапно замечаю какой-то свет и еще один звук мотора. Не совсем удачно для себя оборачиваюсь. В высоту поднимается рука. Это Эрин и лучший друг Теда Фил. Оба в отличие от нас сидят без шлемов. Иногда я поражаюсь невнимательности и безответственности Эрин.


* * *

— Мы первые! — Приветствует их Тед, и я переполненная предвкушением иду в сопровождении друзей вероятно, на самую большую вечеринку в городе. Организатор мероприятия — Флойд Янг, по совместительству хороший друг Теда. Я знаю Флойда благодаря дружбе наших родителей, так как мы оба принадлежим к высшему обществу.

Мы оказались уже не первыми гостями, потому что повсюду были группы людей, притоптывающих в ритм музыки. Тед повел меня к помпезному фуршету, от взгляда на который у меня все в животе заурчало. Я хватаю пластиковую тарелку и кладу на нее креветки и салат. Эрин как заведенная прыгает рядом со мной, выискивая потенциальных жертв. Фил ей не интересен. Его пухлое лицо, маленький рот и большой зеленый колпак делают его похожим на лягушку. Тед затерялся где-то в толпе. Так как у меня нет настроения его искать, я усаживаюсь в кожаное кресло.

Блэкберри оживает в моем клатче. С интересом смотрю на дисплей — новость из Фейсбука. Музыка на вилле становится громче, а настроение становится все более бешеным. В течение нескольких минут прочитываю сообщение из социальной сети. Эрин запостила фотку Майи со своей фейковой странички. Она ходит в нашу школу и стала жертвой издевательств не только Эрин. Мне не очень нравится, когда люди поступают таким способом. Соответственно я могу только качать головой, читая текст под фотографией:

«Ты такая же ненужная, как песочница в Сахаре!». На данный момент уже 120 человек лайкнули этот комментарий.

— Чтоооо ты сидишь здесь в одиночестве? — Бормочет мне Тед на ухо, и прежде, чем я успеваю улизнуть, он выталкивает меня на улицу. Позади дома огромный бассейн.

Несколько парней плавают туда-сюда.

— Время пива!!!! — Мы встаем в очередь. Встаю на цыпочки и вижу впереди здоровую бочку с пивом. Позже с помощью Теда я выпиваю приличную порцию алкоголя, который проникает в каждую клетку тела и оставляет сладкий привкус.

Мы бросаем пластмассовые стаканы на лужайку, где уже скопилась целая свалка.

— Тед!!! Давно не виделись!

Пораженная хриплым голосом, подпрыгиваю на месте. Парень с кучей татуировок присоединяется к нам. Он улыбается мне, а его глаза опасно сверкают. Такие типы отвратительны. Почему Тед общается с ним? Незнакомец достает из кармана джинс что — то очень маленькое. Это оказывается скрученная бумага.

— Хотите прикурить? — Спрашивает он.

— Конечно, трава никогда не помешает! — Потрясенная и ошеломленная я наблюдаю, как Тед берет у татуированного монстра сигарету и засовывает ее в рот.

Он снова взялся за старое? Он ведь клятвенно обещал, что больше не будет делать подобных вещей. Но, похоже, с этим недостатком я должна смириться.

— Может, попробуешь, сладкая? — Спрашивает он меня. Меня пронзает паника.

— Я, я… — Заикаясь, пытаюсь подобрать правильные слова.

— Эй, вы там! Ты не могла бы убрать посуду? — Брюнетка показывает на меня.

— Ты ведь не собираешься это делать? — Тед сильно сжимает мою руку, делая мне больно.

— Я не принимаю наркотики! И ты не должен! — Отмахиваюсь от него, радуясь, что девушка приблизилась к нам.

— Я Хэйли. — Она дружелюбно представляется, и я благодаря тусклым фонарям различаю несколько веснушек на ее лице.

— Проблемы с парнем? — Она с сочувствием смотрит на меня, и я киваю. Остальную часть вечера мы проговорили. Я узнала, что она тоже серфингистка. Теда я больше не видела, и меня стало беспокоить, как теперь мне добраться до дома.

— Если хочешь, я могу довезти тебя. — Предлагает Хэйли. — Санта Моника будет по пути. Так как мое настроение на уровне подвала, я принимаю ее предложение.

Во время поездки в ночи мой сотовый дважды вибрировал.

«Мэйбииии!!! Где ты???»

Раздраженно удаляю сообщения Теда и удаляю его из своих мыслей. Пусть он поймет, к чему привела эта вечеринка. Следующее сообщение было от Эйрин:

«Бии, где ты прячешься?? Ты не представляешь, кого я здесь видела?».

Это меня совершенно не интересует, и я удаляю и это сообщение. Хэйли останавливается прямо возле ворот моего дома, и я тихо прохожу внутрь вплоть до своей комнаты. Умываюсь и укладываюсь в постель, ожидая, когда меня сморит сон принцессы.


Глава 3
Королева шопинга на Тёрд-Стрит

— Все ушли на серфинг. Серфинг по США. Все ушли на серфинг. Серфинг в США.

Просыпаюсь под песню Beach Boys на следующее утро. Сначала смотрю на свой Блэкберри, ни Тед, ни Эрин больше не присылали сообщения. Видимо, я им больше не нужна. Один взгляд в зеркало и становится ясно, что мне необходим макияж. Первые солнечные лучи проникают сквозь жалюзи и отбрасывают тени. Беру свой коричневый рюкзак — прошлогодняя модель коллекции Louis Vuitton. Особенно я горжусь классными застежками в виде ключиков.

— Би! Мы должны идти! У меня встреча с важным клиентом. — Кричит отец. Бегу вниз по винтовой лестнице и натыкаюсь на брата. Алек вешает рюкзак на плечо и перестает жевать яблоко. Быстро перекусываю сочными фруктами, и чуть позже сажусь в машину к папе. Шум кондиционера — единственный звук, который сопровождает нас во время поездки. Мои мысли крутятся вокруг Теда. Уверена, он так и не появится в школе.

Телефон Алека пронзительно звенит, и я разворачиваюсь назад. Раздраженно смотрю на него.

— Ты можешь сделать тише? Ты, избалованный ребенок, никогда не повзрослеешь?

— Но я не получаю никакого внимания в ответ, кроме того, что мой отец своей сильной рукой разворачивает меня на прежнее место.

— Би, не вымещай свое плохое настроение на брата! — Предупреждает он. Обиженно отворачиваюсь к окну, рассматривая высшую школу[3]. Без разрешения выхожу из автомобиля и захлопываю дверь.


* * *

Мое настроение ниже плинтуса, и семь часов учебы невыносимы в конце недели.

Глубокий вдох, и я вхожу в современное здание. Стены добела оштукатурены, только в некоторых местах есть цветные пятна, закрашенные зеленым. Это все продуманная акция, демонстрирующая, что наша школа борется за экологию.

— Причем тут экология, — размышляю я.

В холле повсюду ходят тысячи школьников. Круглолицая девочка из младшего класса грубо толкает меня.

— Смотри, куда прешь! Толстуха! — Кричу я, тут же пожалев о своих словах. Люди ведь не виноваты в моем плохом настроении.

— Что это за утробный взрыв? — Приветствует меня Эрин. У нее на носу солнцезащитные очки. Видимо, она пытается скрыть последствия вчерашней вечеринки.

Игнорирую ее вопрос.

— Ты знаешь, где у нас математика?

— Ах, да что с тобой? Проблемы с Тедом?

Без слов разворачиваюсь и следую за одноклассником, которого нашла в толпе.

Мистер Галбрайт ожидал нас в 126 кабинете. Скучные уроки я коротаю вместе с жевательной резинкой и каракулями на деревянном столе.

— Мэйби! Что вы скажете об этом решении? — Резко поворачиваю голову и рассматриваю непонятные символы, перемешанные с цифрами. — Мэйби, я жду. — Упорствует учитель.

— Вы знаете, что я полный ноль в математике. Вы можете оставить меня в покое? — Шиплю я, а мои брови ползут вверх. Рука Майи взлетает вверх, и я благодарна, что теперь все внимание приковано к ней. Следующим предметом следует история, где дела обстоят не лучше. Мы проходим колониальную эпоху. Кого интересует то, что случилось сто лет назад? Единственный предмет, который меня радует, это физика. Конечно, не сам предмет мне нравится. Я в восторге от мистера Тофама.

— Какими были великие физики для окружающих? Например, Альберт Эйнштейн был общительным, а Андерс Цельсиус был очень вспыльчивым. — Добавляет он, и весь класс смеется, включая меня. Шутки мистера Тофама божественны.

После двух часов дня я нашла друзей Теда в столовой. Сегодня он так и не появился, и я стала еще больше раздражительной, когда спрашивала о нем. Оставшуюся часть дня я провела на курсах по Зумбе и чирлидингу. После занятий мы с Эрин договорились встретиться на стоянке. Местом встречи является тень под пальмой, рядом с которой должна припарковаться машина.

— Би, как прошла тренировка с Кенией? — Спрашивает она.

— Супер утомительно, как всегда. — Кения еще является школьницей, но она уже как два года ведет занятия по чирлидингу. Мне очень комфортно с ней, и я получаю невероятное удовольствие от тренировок.

— Вот вы где! — Сестра Эрин Мэдисон подъезжает на белоснежном VW Beetle Cabrio. У нее такие же длинные каштановые волосы, как и у сестры. Только они отличаются личиками. У Мэдисон более крупный нос и длинные ресницы.


* * *

Освежающий ветер развивает наши волосы, а мы подпеваем песням по радио. Нам предстоит длинный шопинг на Тёрд Стрит в Санта Монике. Первым делом мы покупаем капкейки Yummi. Я не могла сразу определиться с выбором среди множества сладостей. С наполненными животами мы идем в магазины Abercrombie Fitch, Forever 21 und Guess.

Витрины привлекают новыми летними платьями и стильными аксессуарами. В магазине Burberry я покупаю платье-тюльпан с вышивкой. Кроме серфинга, прогулка по бутикам — это мое второе страстное хобби. Время пролетает незаметно, и я чувствую себя гораздо лучше, нежели утром. Пусть Тед горит в аду. Мы примеряем новинки в НМ, и в качестве ужина наслаждаемся хрустящей пиццей в пиццерии Джонни.

— Ты полностью готова к завтрашнему дню, — говорит Мэдисон и кладет руку мне на плечо. Порой с ней мне намного проще, чем с Эрин. У нее всегда хорошее настроение, которым она делиться с окружающими.

— Конечно, готовы. — Говорим мы одновременно.

По мне проходит небольшое волнение. За предстоящий чемпионат по серфингу я готова отдать все.


Глава 4
Малибу: дорога жизни

На следующее утро нас с Алеком забрали Эрин и Мэдисон. Мы проносимся вдоль помпезных фасадов домов Санта Моники. Когда в поле зрения появляется высшая школа, Мэдисон замедляет скорость.

— Ну, сегодня ты хорошо выспалась? — Джош оказывается рядом с нами и с широкой улыбкой открывает нам дверь машины.

— Мы лучше подготовлены. — Отвечает Эрин и идет к складу, где размещены наши доски и другое оборудование.

— Я приеду по раньше. В конце концов, мне требуется лучшее место. — Мэдисон поднимает огромный розовый плакат.

— Как неловко, — думаю я. Сестра Эрин всегда самая громкая среди публики, и чаще всего она перекрикивает любого в толпе. Причем ее не волнует, понимает ее слушатель или нет. С громким шумом она уезжает прочь.

— Ну вот, мы идем! — Джош гонит нас вперед. Рядом со мной, Алеком и Эрин стоит наша команда по серфингу, состоящая из лучшего друга моего брата и Келли, которая была нашей заменой и первый раз участвовала в чемпионате. Ребята закрепили доски на крышу машины, а мы проверили содержимое багажника. К счастью, этот процесс контролирую я. Постоянная перепроверка — моя раздражающая привычка. В любом случае, моя бирюзовая доска четко выделяется среди остальных. В автомобиле хватает мест на семерых человек. Я сажусь между Келли и Эрин. Келли нервно кусает ногти, что вызывает всеобщую напряженность.

— Все пристегнулись? — Спрашивают спереди.

— Конечно!!!

Рядом с Джошем села наша физиотерапевт. По непонятной причине мы не близко с ней общаемся, избегая контактов друг с другом. И это правильно, потому что я терпеть не могу, когда кто-то пытается за мной ухаживать. Я сама в состоянии со всем справится. В этом году чемпионат проводится в 34 километрах от Малибу. Нас ожидает сорокаминутная поездка. Перевожу взгляд в левое боковое окно, за которым простираются бесконечный морские просторы. Тихоокеанское шоссе простирается вдоль прибрежной полосы.

— Как думаешь, в этот раз мы сможем обойти команду Чик? — Эрин с любопытством наблюдает за мной. Бездарные подражатели серферам стали нашими сильнейшими конкурентами, обойдя нас всего на несколько очков.

— Мы так жестко тренировались, поэтому в этот раз мы не отдадим им победу. — С таким положительным настроем я откидываюсь на спинку сидения и наслаждаюсь приятными солнечными лучами, падающими на мое лицо.


* * *

— Конечная остановка! — Кричит Джош и рывком открывает дверь. Мы выходим, и я сразу ощущаю сильный западный ветер. Легкие условия нам сегодня не светят. Кристина провожает нас в раздевалку. На чемпионат я купила новый гидрокостюм. Так как длинные рукава и штаны мне всегда мешают, я остановила свой выбор на шортах. Вода в заливе Малибу никогда не бывает особенно теплой, но это мне нисколько не мешает. В любом случае, когда занимаешься серфингом, на такие вещи не обращаешь внимания. Когда я выхожу на улицу, то узнаю сквозь громкую музыку-рингтон, голос Теда. Прибавляю шаг, держа первоначально нацеленный путь. Он полон решимости, чтобы извиниться передо мной.

Заворачиваю за угол здания и останавливаюсь. Здесь собралась большая группа, и рядом с Тедом я замечаю второе знакомое мне лицо. Татуированный наркодилер. К сожалению серферы не отличаются идеальной репутацией, и многие отчаянно нуждаются в деньгах. Именно поэтому мы стараемся выиграть чемпионат. Серферов, которые славятся подмоченной репутацией, называют пляжными бродягами. Они живут в старых автомобилях и целыми днями только и делают, что катаются на досках и курят травку.

Разворачиваюсь в противоположную сторону, когда они, к сожалению, все-таки замечают меня.

— Би! Иди к нам! — Кричит Тед, и я не совсем уверена, как должна поступить. На мгновение замираю, раздумывая, стоит ли к ним подойти.

— Что это? — Злая, скрещиваю руки на груди и встаю перед ними.

— Ах, дорогая!!! Не будь такой кислой. Это ведь такие мелочи. — Тед наблюдает за мной остекленевшими глазами.

Он снова под кайфом.

— Мы сможем поговорить, когда ты придешь в себя! — Огрызаюсь я, получая в ответ лишь смех.

— Что происходит с твоей крошкой? Что ей не нравится? — Темнокожий указывает на меня.

Как можно быстрей разворачиваюсь в противоположную сторону и иду к лагерю.

Еще нужно перенести доски. Прикладывая все силы, чтобы забыть о Теде, растираю воск по доске. Это необходимо, чтобы уменьшить скольжение. Джош подбегает к нам с белым листом бумаги.

— И так, сегодня мы начинаем командные соревнования, а завтра одиночные. — В команде должно быть две девушки и два парня. Падаю на песок рядом с Алеком, дожидаясь начала соревнований.

— Алек, если сегодня ты будешь бултыхаться в волнах, мы точно проиграем.


* * *

— Следующая команда — Темная Волна. Состав: Эрин Уолтер, Шон Лантер, Мэйби и Алек Кларк. — Прозвучало в громкоговорителе. Мое тело пронзила нервозность. По коже пробежали мурашки.

— Би! — Джош снова зовет меня. — Помни! Следуй вдоль линии волны, а не бросайся в разрывы волн. Идеальная — это линия между гребнем и ложбиной.

Я нетерпеливо киваю, беру доску под мышку и мчусь с полной уверенностью к Тихому океану.


Глава 5
Сердце серфера рождено среди волн

Вспененные волны обрушиваются на песчаный пляж, создавая белоснежную линию, которая граничит между землей и водой. Прежде, чем мои ноги оказываются в океане, я кладу доску на землю. Для уверенности каждый серфер, участвующий в соревнованиях, обязан проверить на лодыжке крепление. Это крепление называется Лиш[4], и дает серферу возможность остановиться, если это необходимо. Дрожащими пальцами я закрепляю лиш, и делаю глубокий вдох.

— Би! Ты сделаешь это! — Алек оказывается рядом со мной и хлопает меня по плечу.

Наша команда стоит вдоль старта и ждет команды Эрин. Моя доска снова под мышкой, но ее пошатывает ветром.

— Жизнь слишком коротка, — начинает Эрин, и мы заканчиваем наш девиз парой слов: «Go Surfing[5]».

Мои ноги автоматически погружаются в воду. Холодная температура заставляет меня вздрогнуть и пускает по телу мурашки, но от этого шока я быстро отхожу. Широким брасом мы достигаем идеальной глубины. Ветер снова усиливается, и мы ждем идеальной волны. Эти секунды можно сравнить с тем ожиданием, с которым смотришь на красный сигнал светофора, который вот-вот сменится на зеленый. В нескольких метрах справа от меня волна превращается в огромную стену. Ложусь животом на доску и начинаю судорожно грести обеими руками, чтобы набрать нужную скорость. Морозная вода ударяет по лицу, вызывая у меня энергичный кашель, когда она попадает в нос. Шум воды становится все громче, пока не заполняет мои уши. Сейчас она всего в семи метрах.

Медленно поворачиваю доску, чтобы она оказалась под прямым углом к волне. Со всей силы запрыгиваю на нее, то есть выполняю Тэйк-офф. Мои руки в сильнейшем напряжении, пока я выполняю этот прием, чтобы устойчиво встать на доску. Искоса замечаю, что мои партнеры так же запрыгнули на доски. А теперь важнейший шаг — сохранение баланса и силы. Я чувствую толчок позади, когда волна подхватывает доску.

Наша команда действует синхронно, как в хореографии. Гармонично, словно единое целое, мы движемся вдоль океана. Слышны громкие возгласы с берега, и я могу различить голос Мэдисон. Голубое золото океана бурлит так же, как адреналин в моей крови. Первый этап мы прошли, и, ликуя, мы возвращаемся на берег.


* * *

— Вы сделали это превосходно! — Джош подбегает к нам.

— Надеюсь, это сработает против команды Чикс. — Пессимистично добавляет Эрин, кладя доску на землю. Она всегда была скептиком, и она умеет радоваться, только когда конечный результат становится определенным.

— Ты не должна смотреть на все так мрачно. — Подбадривает ее учитель, провожающий нас к раздевалкам.

Кристина раздает нам нарезанные бананы и рисовые лепешки, которые должны укрепить наши желудки. Осматриваюсь вокруг, чтобы понять, последовал ли за нами Тед.

Вероятно, он полностью поглощен компанией своих приятелей.

Нетерпеливо наблюдаю за соревнованием на воде, которое похоже не только нам одним приносит высокие баллы. Последними выступает команда Чик. Келли нервно грызет ногти, но мой взгляд прикован к доске с результатами.

— Дерьмо!!! — Кричит Алек и бьет кулаком в песок так, что песчинки разлетаются в разные стороны.

— Да ладно, разница всего в десять очков. — Успокаивает его Шон. Я тоже осознаю, что еще не все потеряно.

Начинается второй раунд. Нервно барабаню по поверхности доски, которая натерта приятным кокосовым воском, который является моим самым любимым ароматом. Только он способен немного успокоить мои нервы.

Ветер увеличился и даже начался мелкий дождь. Мои губы дрожат, и я молюсь, чтобы нас вызвали как можно скорей. Послеобеденное солнце скрылось за горизонтом и Тихоокеанская голубизна превратилась в черноту.

— Мэйби Кларк. — Произнесенное мое имя пугает меня. Шаги позади меня заставляют меня обернуться.

— В этот раз принеси нам больше 100-а процентов. — Убеждает Джош, и я нервно киваю.

От дополнительного давления кажется, что мои мышцы становятся тяжелей.

Жесткая напряженность воцарилась в теле. Мои руки крепко сжимают доску, и со всей силы я выкрикиваю наш девиз. На этот раз все зависит от нашей техники.

Мы синхронно направляемся к мутной воде. Благодаря усилившемуся ветру двигаться стало гораздо проще. Со всей своей энергией я гребу по волнам. Кажется, они стали больше на протяжении соревнований. Адреналин заполняет мой организм, и я дико кричу, когда встаю на доску. Рассекаю воздух и решительно двигаюсь на гребне волны.

Делаю все, чтобы удержаться в необходимом положении и готовая в любой момент сменить направление, чтобы вынырнуть из-за волны. Но моя правая нога не двигается ни на сантиметр. В панике хлопаю по лодыжке. Лиш словно за что-то зацепился. Давление увеличивается, и доска кренится, что вызывает дикую боль в ноге. Воздух в легких уменьшается с каждой секундой. Я отчаянно машу руками, но я бессильна перед массой воды. Неожиданная тишина прерывается громким шумом, и я прищуриваюсь. Но мой взгляд затуманивается, и я стараюсь вырвать ногу из крепления, но мне не удается этого сделать. Вдруг над головой становится темно, и меня поглощает мощь океана. Вокруг воцаряется абсолютная тишина, нарушаемая лишь легким шумом волн.

— Затишье перед бурей. — Думаю я с горечью.

И мое предчувствие сбылось. Мощный толчок в спину ударяет меня в землю с невероятной силой. Меня покидает последний воздух. Я не могу двигаться. Тьма коварно приближается ко мне и обнимает меня. Из этих объятий нет выхода.


Глава 6
Шаг назад

— Пип! Пип! Пип! — Эти громкие звуки вызывают дикую головную боль.

Соленый морской запах сменился химическими дезинфицирующими средствами.

Смущенно открываю глаза. Но это действие лишает меня последних сил, да и к тому же из-за яркого света я все равно ничего не вижу. Почему солнечные лучи сменились на холодный свет ламп, и где голубое море?

— Бэлла, она слаба. Свяжись с доктором Фишбон! — Этот обрывочный диалог словно цепляет каждый мой нерв в голове, от чего мозги вот-вот взорвутся.

Почему они вообще говорят обо мне, если я уже в сознании? Неужели Тед убедил меня попробовать наркотики? И результатом явилось мое пробуждение в больнице?

Да, должно быть, так и было. Белые цвета, запахи, трубки и доктор Фишбон — доказательства того, что я нахожусь в больнице.

— Привет, ты слышишь меня? — Что-то темное мелькает перед моим глазами туда — сюда.

Похоже, голос принадлежит мужчине, возможно, он и есть этот доктор. Проявляю все усилия, что у меня остались, чтобы сконцентрировать взгляд. Первые контуры начинают проявляться, и в темноте я замечаю врача.

— Мэйби, спокойно. Ты не должна много двигаться. — На моем плече оказывает рука, которая там и остается, как тяжелый свинец.

— Что, — говорю я, но мой язык отказывается нормально функционировать. Весь мой рот жутко пересушен, и слова остаются где-то в горле. Отчаянно вжимаюсь в неудобную подушку под спиной. Как я должна объяснить, что очень хочу пить?

Возможно, доктор Фишбон обладает способностью к телепатии, так как мгновение спустя, он подает мне холодную воду, которая приятно скользит по моему организму.

Тяжело дыша, я совершаю вторую попытку.

— Что случилось? — Очень странно слышать собственный голос, который звучит неестественно и незнакомо.

— Во время серфинга произошел несчастный случай, Мэйби. — Отвечает мужской голос, и я, наконец, могу разглядеть лицо моего собеседника. У него азиатские черты лица, не совсем соответствующие его имени, обрамленные черными как смоль волосами.

— Несчастный случай? — Хриплю я, и получаю в ответ сочувственный кивок.

Напрягаясь, я вспоминаю случившееся — запомнившиеся образы вполне могли стать причиной моего пребывания здесь. Слезы скатываются по моим щекам. Ударяю кулаком по матрасу, что вызывает в спине дикую боль. Словно огонь в одно мгновение охватил все мое тело.

— Ах!!! — Вырывается из моего горла, и я стискиваю зубы.

— Ты должна заботиться о себе. — Успокаивает меня доктор Фишбон, чье имя отлично ассоциируется с несчастным случаем во время серфинга.

— Я больше не хочу здесь оставаться!!! — Сетуя, я хочу согнуть ноги, но я абсолютно ничего не чувствую. В панике хлопаю руками по нижней части своего туловища, чувствуя что-то твердое. Значит, ноги на месте.

Азиат, кажется, заметил мое наблюдение.

— Мэйби, у тебя паралич, неполный паралич ног. Причина в повреждении спинного мозга, вызванного несчастным случаем.

— Это не несчастный случай, черт побери!!!! И я могу двигать ногами!!!! — Я бы отдала все, чтобы опровергнуть слова доктора. — Тед предлагал мне наркотики! — Кричу я.

— О чем ты говоришь? Ты не принимала наркотики. — Последние слова как будто ударом тяжелого молота обрушивают на меня безжалостную реальность.

В голове проигрывается жизнь, словно фильм, как если бы нашлась потерянная пленка: Эрин и я едем на машине на соревнования в Малибу, Тед с пляжными бродягами, небольшое отставание после первого раунда, и, наконец, я, пытающаяся освободить лодыжку, чтобы избежать столкновения с водой. Последнее, похоже, мне не удалось сделать.

Я хотела бы избавиться от этого ужасного воспоминания. Осматриваю комнату.

Бесперебойное мигание аппарата меня нисколько не успокаивает.

Кто-то откашливается. Доктор Фишбон продолжает излагать страшный диагноз.

— В дополнение к параличу у тебя несколько ушибов и сломанные ребра. Из-за гипоксемии, так называемого недостатка кислорода, нам пришлось ввести тебя в искусственную кому, чтобы предотвратить дальнейшее повреждение мозга.

— Зачем Вы все это мне рассказываете?! Я не хочу этого знать!!! Уйдите в другую комнату. Рассказывайте это дерьмо кому-нибудь другому!

Врач робко открывает и закрывает рот.

— Я знаю, что поначалу с таким диагнозом сложно справиться. Но твой паралич обратим, со временем ты снова сможешь ходить!

Все вокруг рушится как картонная стена.

— Я должна сидеть в инвалидном кресле?!

Я вырываюсь из хватки доктора, но лишь до тех пор, пока меня не охватывает усталость, и я отчаянно закрываю глаза. Мышцы очень слабые, отчего я проваливаюсь в сон.


* * *

Во второй раз за день просыпаюсь из-за неприятного шума, который на этот раз похож на металлический грохот лифта. Искоса замечаю множество белых халатов и бесконечные двери. Наконец, моя кушетка останавливается, в которой я чувствую себя как в плену. Между тем я отчетливо вижу светло-коричневую дверь перед собственным носом.

— Что вы так возитесь с этой калекой? Я рассчитывала на большее внимание.

— Больше уважения, Рэйчел! — Знакомый голос достигает моих ушей.

Меня провозят через порог, и я оказываюсь рядом с кроватью. Сканирую взглядом светлые волосы, тонкие брови и загипсованную правую руку. И ее враждебный взгляд неприятен.

— Добро пожаловать из долгого сна. — Звонкий смех вызывает головную боль.

Теперь я еще и должна делить с ней палату.

— Мэйби, ты должна отдохнуть здесь несколько дней. Я обговорю с твоими родителями реабилитацию.

Как будто из неоткуда всплывает вопрос, который я должна была задать с самого начала.

— Как долго я пробыла в коме? — Очень сложно произнести эти четыре буквы.

— Две недели. — Отвечает доктор Фишбон.

— Как это две недели? — Спрашиваю я в ужасе, и он кивает. Этого не может быть. 14 дней моей жизни пролетели впустую. И что еще хуже, уже начались летние каникулы, которые я должна буду провести здесь в одиночку, при этом не в состоянии сделать ни шагу.


Глава 7
Я убиваюсь одиночеством

Доктор Фишбон прощается со мной, и я остаюсь наедине с неприятным монстром.

Со словами: «Утро вечера мудреней», дверь запирают. Чем здесь заниматься, если я даже не в состоянии встать с кровати. Слева искоса замечаю движение, когда Рейчел спрыгивает с кровати.

— Мои ноги отчаянно нуждаются пройтись, тем более, что ванная здесь просто замечательная. Может, хочешь пойти со мной? — Она делает задумчивое лицо, и я пересиливаю себя, чтобы не бросить в нее подушку.

— Ох, я забыла. Ты больше не можешь ходить. — С широкой улыбкой она покидает палату.

Делаю глубокий вдох и лезу в стоящий рядом ящик, как дверь вновь открывается.

— Ну что, забыла что-то? — Раздраженно кричу я.

— Насколько я знаю, нет. — Передо мной останавливается медсестра.

Проглатываю смущение и неловко бормочу извинения.

— Совсем забыла, что Рейчел известна на всю больницу. На самом деле я пришла, чтобы принести тебе твои вещи.

Блондинка ставит вазу с цветами на стол рядом со мной вместе с пластиковой карточкой. Цветы кажутся настолько бесцветными и бледными, что я практически решаюсь попросить медсестру выбросить их. Беру карточку, на которой написано «С наилучшими пожеланиями». Откладываю открытку, заметив в нижнем углу подчерк мамы.

Совершенно понятно, что этот букет отец с матерью купили на заправке по дороге сюда.

Бросаю карточку в мусорное ведро.


* * *

Медсестра оставляет пузырек с лекарством, чтобы принести мне вкусный обед.

Мой мобильный громко вибрирует. Беру блекберри и в течение нескольких секунд вспоминаю, какой код сама же на него установила. Испытываю небольшую гордость, когда, наконец, ввожу правильный пароль. Две недели комы не все стерли из моей памяти.

СМС от Теда. Мои руки дрожат, когда я открываю сообщение и читаю совершенно бессмысленные пустые слова.

— Эй, Би. Я приду утром, если будет время.

Мои глаза напрасно пытаются разглядеть что-нибудь вроде «Как ты?» или «Я по тебе скучаю».

Никогда еще я не чувствовала себя так паршиво. Даже суп кажется мне совершенно безвкусным.

С извиняющимся выражением лица она подвигает мне десерт: зеленый желейный пудинг, в котором видны какие-то темные пятна. Пришлось заставить себя съесть это, так как желудок нуждается в реабилитации.

После обеда я проваливаюсь в спокойный, но поверхностный сон. Именно в этот момент объявляется Рейчел. В этот раз не одна, а с тремя девушками, которые очень похожи друг на друга.

— Не удивляйся, я пригласила моих друзей. Мы немного поедим, потому что еду, которую дают в больнице есть невозможно, так ведь?

Она ехидно глядит на мой наполовину съеденный пудинг. Ее друзья полностью игнорируют меня, расставляют принесенные с собой складные стулья и окружают постель Рейчел. С завистью мне приходится наблюдать, как они едят картошку фри и нагетсы из Макдональдса. Частенько они бросают на меня осуждающие взгляды и что-то тихонько обсуждают. Уверена, что они говорят именно обо мне. Когда в очередной раз они громко смеются, я закрываюсь какой-то бесполезной газетой, которую читают только старики.

— Сара, сериал «Сплетница» уже идет. — Рейчел объясняет своим подругам, указывая на пульт, который лежит на моей тумбочке.

Собираю всю волю в кулак, чтобы первой дотянуться до пульта, но, к сожалению, Сара оказывается быстрей. Как и на протяжении всего дня, я опять лузер. С другой стороны, телевизор стоит ко мне спиной, поэтому я все равно не вижу экран. Почему никому не пришло в голову поставить телевизор у каждой кровати? Вероятно, предполагалось, что соседи по палате могут договориться между собой. Но это не про нас с Рейчел.

Однако в газете нашлось кое-что хорошее. Я наткнулась на кроссворд, разгадыванием которого я и занялась. Позже я слышу разговор возле двери.

— Мэйби необходим отдых, но вы можете побыть с ней несколько минут.

— Тогда давай ты Алек, используй это время. — До меня доходит голос Джоша.

Девушки сразу стали собирать свои вещи.

— Би! — Мой инструктор по серфингу стремительно подходит ко мне и буквально душит меня в объятьях. К счастью, мой брат обнимает меня немного мягче. Конец дня проходит намного лучше, чем его начало. Весело наблюдать, как удивленно и завистливо теперь смотрит на меня Рейчел. Еще бы, ведь таких классных друзей, как у меня, у нее нет. Мои посетители принесли с собой жареную лапшу. Джош рассказывает мне новости из мира серфинга.

— Чем закончился чемпионат? — На самом деле врач советовал мне забыть о серфинге на некоторое время, но мое любопытство невозможно победить. Алек откашливается, растирая свою голубую футболку, на которой изображены автомобили, движущиеся по дороге в Беверли Хиллс.

— Наша команда была исключена. — В его глазах что-то промелькнуло, но я не успела понять, что именно. — Одиночный зачет прошел по плану на следующий день.

— Эрин стала победительницей. — Сообщает Джон.

— Хорошо. — Произношу я одними губами.

Я не могу радоваться, потому что где-то в желудке формируется тугой узел.

Похоже, для нее стать победительницей было важней, чем навестить меня. Кажется, брат замечает мое расстройство.

— Она все время занята на интервью, поэтому она не смогла прийти к тебе. — Я бы хотела поверить его словам, но в животе по-прежнему отвратительно сжимается узел.

— Время посещения закончено! — Сообщает доктор Фишбон.

— Жаль. — Вопит Джош и обиженно надувает щеки, чем очень смешит меня.

— Я позвонил твоим родителям, и мы решили, что завтра утром они смогут тебя забрать. Наше решение одобрено Медицинским центром Керна в Бэйкерсфил. Я уверен, там ты быстро поправишься.

— Это отличная новость. — Кричит Джош и хлопает меня по плечу.

Только сейчас замечаю, что его волосы непривычно сухие и стоят торчком. Ему идет.

— Я буду часто навещать тебя при каждом удобном случае. — Обещает Алек, и гости покидают меня.

Расслабившись, откидываюсь спиной на подушку. На несколько секунд мои мысли возвращаются к смс от Теда. Но у меня нет никакого желания сообщать ему, что завтра утром меня здесь уже не будет. Пусть потратит время на общение с «чудесной» Рейчел. Я рада, что смогу покинуть больницу. Эта мысль настолько твердо сидит в моей голове, что меня нисколько не расстраивает факт проведения остатка вечера за отгадыванием кроссворда.


Глава 8
Жизнь как коридор, бесконечный и угнетающий

— Мэйби, мы погрузили твой чемодан в машину, — слова моей матери пропадают в освященном коридоре, ведущем из моей палаты.

Дверь палаты открыта настежь, поэтому мне с кровати хорошо видно происходящие в коридоре оживленные события. Рейчел с утра не произнесла ни слова.

Она все время сидит на своей кровати с наушниками в ушах. Я даже не ожидаю от нее пары ласковых слов на прощание.

— Мы ничего не забыли? — Стоя в дверном проеме, мама изучает палату вопросительным взглядом.

— Не считая того, что вы не спросили собственную дочь, хочет ли она переехать в другую клинику, в принципе больше ничего не забыли. — Гневно стискиваю зубы, чтобы этот ответ не вырвался из моего рта. Я предпочитаю избегать споров с родителями. Так что я оставляю этот монолог в своих мыслях.

— Ты нигде не видела нашу карту? — Останавливается возле меня Адриана Кларк.

Среди врачей в белом, снующих между пациентами, она выглядит неуместной в идеально отглаженных элегантных черных брюках.

— Нет, Мам. Думаю, ты спрятала ее в моих вещах. — Мельком гляжу на мусорное ведро, в котором виднеется открытка с подписью «Всего наилу…».

— Доктор хотел еще кое-что обсудить с тобой. Я подожду тебя в машине с отцом, — Мать покидает палату, запнувшись из-за высоких каблуков на пороге.

Секунду спустя на мою кушетку садится доктор Фишбон.

— Мэйби, я уверен, что переезд в Бэйкерсфилд пойдет тебе на пользу, и ты быстро поправишься.

— О каком прогрессе он говорит? Мои ноги неподвижны как бетонные блоки.

Врач откашливается, когда в палату заходит медсестра с креслом-каталкой.

— С ним тебе придется подружиться.

— Как это возможно? — Указываю пальцем на инвалидную коляску. — У меня вообще будут друзья?

— Ты должна понять, что другой возможности передвигаться у тебя некоторое время не будет. Но ты должна научиться как-то перемещать свои ноги.

— Откуда вы знаете, что я снова смогу ходить. Люди из медицинского центра не смогут помочь мне больше, чем вы. Я бы лучше вернулась домой. — Я настолько вошла в раж, что не заметила, как его рука оказалась на моей левой кисти.

— Тебе это необходимо. А теперь давай посмотрим, как ты сможешь справляться с двумя колесами. — Доктор Фишбон слегка усмехнулся, вопреки моему настрою, вызывая у меня улыбку.

Он помогает мне сесть в кресло и ставит каждую мою ногу на подставку. До этого момента я пользовалась этим креслом, только преодолевая путь до туалета. Теперь мне придется справляться с гораздо более длинными расстояниями. Вместо того, чтобы позволить родителям подтолкнуть меня, я вынуждена управляться сама. Когда я сжимаю пальцы вокруг железных колес, руки пронзает холод. Мне сразу хочется одернуть их, но, смирившись, я все-таки оставляю ладони на местах. Уверенное выражение лица доктора Фишбона заставляет меня сделать первое движение, и я удивляюсь сама себе, обернувшись, осознав, что могу преодолеть несколько метров одним махом.


* * *

Возле шикарной БМВ родителей, я чувствую острую боль в мышцах рук.

— Ты отлично работаешь, — встречает меня отец.

Вместе с врачом они пересаживают меня на пассажирское сидение.

— Желаю тебе всего наилучшего на предстоящем пути. — Доктор садится на корточки, наблюдая за мной своими азиатскими глазами. Я могу только тихо ответить «Спасибо». Дверь автомобиля закрывается, и мы едем в больницу.

Чем дальше мы едем, тем быстрей исчезает голубое небо, а мое настроение снижается ниже плинтуса. Сейчас мои друзья наверняка отдыхают на пляже и наслаждаются каждым мгновением летних каникул.

Прежде, чем я окончательно погружаюсь в хандру, звонит мой блэкберри. Смс от Теда.

— Би, где ты? Я пришел в больницу, но мне сказали, что утром ты уехала. Может, стоило меня предупредить?!

И в сообщении снова не было слов, типа: «Я скучаю по тебе». В добавление к моему настроению с неба падают крупные капли дождя, громко стуча по крыше. Перед глазами разводы на лобовом стекле преображаются в причудливые образы. Низкий гул стеклоочистителей возвращает меня в реальность. Вместе с самоуничижением я еще глубже оседаю в кресле, чувствуя себя как капли дождя, размазанные по стеклу. Меня просто выбросили из жизни. Из жизни моих друзей, моего дома и моря.

— Да, да, да. — Звучит по радио. Голос женщины заставляет меня выпрямиться.

Особенно на меня произвели впечатления строчки песни.

«Это личное, я и я. Мы должны ходить прямо… Но я должна двигаться дальше по жизни. Пришло время повзрослеть. А взрослые девочки не плачут».

Каким-то удивительным образом эти строчки соответствуют моей жизни. Делаю глубокий вдох, и ухожу в себя, вслушиваясь в слова певицы. Большие девочки не плачут, они должны управлять своей жизнью самостоятельно и идти по собственному пути, своему жизненному пути.

— Ох, Боже. — Я размышляю как правильный философ. Но теперь я лучше чувствую себя, так как узел в моем желудке немного ослаб.

Остальное время поездки я пытаюсь поспать, что невозможно при стиле вождения моего отца. Я касаюсь головой стекла в тот момент, когда отец торжественно кричит.

— Мы приехали!

У меня закружилась голова. Разминаю руки, которые жутко затекли.


* * *

Чуть позже я сижу в кресле-каталке перед Медицинским Центром Керна. Из серой тюрьмы к нам подбегает фигура в белом халате. При ближайшем рассмотрении я распознаю женщину, чьи огромные серьги подчеркивают ее заостренное лицо. Черные вьющиеся волосы обрамляют ее плечи.

— Должно быть, вы семья Кларк. Меня зовут доктор Сара Харсен. Добро пожаловать в Медицинский Центр Керна.

Это эмоциональное приветствие звучит слишком наигранно, и я концентрируюсь на мрачном здании впереди. Судя по количеству окон, здесь живет довольно много пациентов. И теперь я стану одной из них.

С небольшим рывком моя коляска приходит в движение, и я пересекаю порог клиники. Сначала я хотела возразить и настоять, что могу передвигаться сама, но я слишком устала за эту долгую поездку.


Глава 9
Люди очень странные

Доктор Харсен ведет меня с родителями к стойке регистрации. Я сижу возле пышного ярко-зеленого искусственного дерева и радуюсь, что на некоторое время могу побыть под прикрытием. Я полностью погрузилась в изучение абстрактных картин, когда слышу шорох позади себя.

— Мэйби, мы договорились с госпожой Харсен, что тебе выделят лучшую одиночную палату. — Рассеянно киваю. Мои родители всегда знают, что для меня лучше.

Единственное самое главное преимущество индивидуальной палаты — это то, что мне не придется мириться с такой соседкой, как Рейчел.

— Тогда я проведу Вас наверх. — Доктор Харсен указывает на большую деревянную дверь. Мы двигаемся вперед, и я чувствую на себе чужие взгляды, ощущая себя золотой рыбкой в аквариуме. На меня уставились бесчисленное количество пар глаз.

— Черт! — Кричит моя мама, когда кресло неприятно скрипит по полу. Мы останавливаемся, и я чувствую себя еще более беззащитной.

— Добро пожаловать в дом пираний, где они полакомятся золотой рыбкой. — Мрачно думаю я. Среди поглощающих взглядов мое лицо заливается краской. Маленькая золотая рыбка могла бы просто выброситься на берег, но у меня такой возможности нет.

Слева от меня стоит группа из четырех девочек, чей шепот явно был обо мне.

— Так, все обязанности лежат на плечах других.

Словно в замедленной съемке я двигаюсь дальше, пока мы не достигаем двух лифтов. Как-то нелогично, что в клинике, где большинство не могут ходить, все палаты расположены на втором этаже. Отец нажимает на металлическую кнопку, и на дисплее загорается сигнал, означающий, что лифт движется вниз. На самом деле я рада, что местные пациенты остались позади. Из любопытства оглядываюсь — большинство вернулось к своим занятиям и утратило ко мне интерес. Но я замечаю холодный взгляд темноволосого парня, который сидит в инвалидном кресле за шатким деревянным столом.

В его лице читается презрение, из-за которого я чувствую себя неуютно. Я не провела в этой тюрьме и десяти минут, а у меня уже появились враги.

Демонстративно отворачиваюсь к металлическим дверям, с трудом сдерживая накопившиеся во мне слезы. После громкого сигнала мы попадаем в длинный узкий коридор с бесконечными дверьми. Номер моей палаты 42.

Холодные желтые стены, на которых отчетливо можно увидеть износ, и красный пол встречают нас. Старый телевизор и дешевая деревянная мебель теперь мой новый дом, который совершенно не пригоден для жилья. В комнате не присутствует ни капли индивидуальности.

— Какой потрясающий вид на горы. — С эйфорией замечает мама, стоя возле большого окна. Следую за ней, но не могу разделить ее восторг. Передо мной открывается мрачный серо-коричневый пейзаж. Даже небо не хочет сегодня открыть для меня хотя бы кусочек голубизны.

— К вечеру одна из свободных сотрудниц придет к тебе и поможет распаковать чемоан. — Доктор Харсен делает шаг к двери.

— У нас нет времени. Мы должны идти, Мэйби. — Отец быстро обнимает меня, а мама целует меня в лоб. Уже через мгновение я остаюсь одна. Для них работа всегда важней дочери. Эрин и Тед такие же ненадежные. У меня достаточно «настоящих» друзей, которые даже не знают, где я.

Подавленная, я продолжаю смотреть в окно, мечтая, чтобы темные тучи уступили место солнечным лучам. Мне одиноко в этой холодной комнате. Мне понадобится время, чтобы наладить контакт с людьми из клиники. Прежде, чем поддаться истеричным рыданиям я решаю найти здесь парк.


* * *

Свежий воздух идет мне на пользу. Не спеша качусь по тропинке, вокруг которой растет небрежная зелень. В конце пути замечаю небольшой пруд. Собираюсь ускориться, но я не могу двинуться ни на сантиметр.

— Ты застряла между двумя бордюрами. — Посторонний голос вмешивается в мое уединение прежде, чем я осознаю произошедшее.

— Какого черта здесь нельзя проехать на кресле-каталке! Такого просто не может быть! — Рядом со мной появляется светловолосая девушка на костылях.

— Это возможно. Я тоже не раз выходила здесь из себя. — Блондинка дружелюбно протягивает руку. — Я Ханна. Ты новенькая здесь, не так ли?

— В точку. Я Мэйби.

Я сразу проникаюсь к Ханне симпатией, даже если она не входит в категорию моих друзей. Она без макияжа, немного полновата, а ее волосы закреплены в простой хвост.

Несколько прядей небрежно спадают ей на лицо. И ее одежда явно не из тех магазинов, платья из которых заполняет мой шкаф. Но в этот момент это все не имеет значения, так как я встретила того, кто не держит на меня зла.

— Могу я спросить, как ты здесь оказалась? — Ее прямота меня удивляет, и я задумываюсь, должна ли я ответить правду. Наконец, я решаюсь.

— Несколько недель назад несчастный случай во время серфинга. — Без труда сообщаю ей истинную причину.

— Ммм, понимаю. У меня тоже был несчастный случай во время спорта. Хотела доказать одноклассникам, что я отличная гимнастка на перекладинах. К сожалению, это произвело обратный эффект. Вместо перекладины я оказалась здесь. — Ханна криво усмехается, и я не в силах скрыть удивления от того, насколько похожи наши судьбы.

— Ты не проголодалась? — Она наклоняется ко мне, и ее волосы касаются моих плеч.

— Когда ты спросила, я сразу захотела. — Принимаю ее приглашение и слегка улыбаюсь.


* * *

Не представляю, как ей удалось вытолкнуть меня, учитывая, что она на костылях, но мы добрались до столовой. Сначала мы заняли свободный столик, а затем встали в очередь. Пахнет жареным мясом и свежими овощами. Верчу головой, осматриваясь. Вдоль стены огромное панорамное окно, открывающее вид на темное небо. Получив дымящуюся еду, мы возвращаемся к столу, что оказалось не просто. С одной стороны я пыталась удержать поднос, а с другой стороны я пыталась управлять креслом.

— Здесь целый театр, чтобы мы не теряли свою независимость. — Ханна заметила мою отчужденность и остановилась. К сожалению, я ошиблась, думая только о себе.

Слишком поздно я осознаю, что мой поднос во что-то врезался.

— Куда ты смотришь?! — Предупреждает меня ни кто иной, как тот темноволосый парень. Он предостерегающе сводит брови. Его глаза сверкают так же, как пирсинг в его губе. Прежде, чем я успеваю возразить, он отворачивается от меня, словно ничего не произошло.

— Нелепое стечение обстоятельств. — Мелькает в моей голове, когда мы с Ханной все-таки устраиваемся за столом.

— Кто этот парень? — Интересуюсь я.

— Его зовут Тристан. Он кажется довольно холодным. Но со мной он очень мил.

— Ааа, со мной очевидно нет. — Ставлю точку на разговоре и концентрирую все свое внимание на еде. Несколько часов назад я думала, что буду сидеть за столом одна. Но сейчас я счастлива, что познакомилась с таким открытым человеком, как Ханна.

Возможно, мы станем друзьями.


Глава 10
Изгой

Между тем прошло несколько дней моего проживания в медицинском центре Керна. В том числе бесконечные часы, в течение которых я чувствую себя чужой.

Большинство и словом со мной не обмолвились, так как никак меня не воспринимают.

Единственное утешение — это разговоры с Ханной, которая каким-то образом стала для меня хорошей подругой. Однажды вечером во время ужина в столовой я спросила у нее о странном поведении окружающих. Я не смогла сама себе объяснить, почему они так меня ненавидят. Ханна вздохнула и серьезно посмотрела на меня.

— Единственное, что я могу предположить, это твое происхождение. Мэйби, ты отличаешься от остальных. Состоятельные родители и беззаботная жизнь.

Прежде, чем я это осознаю, резко отвечаю.

— Что я могу сделать, если родилась в такой семье?!

— Наверно, тебе стоит дать им немного время. Большинство делают выводы, основываясь на первом впечатлении.

— Я должна не мыть голову три дня, носить спортивные штаны и грязную майку, чтобы разговаривать с людьми?! — Негодую дальше. Я не смогла сдержать накопившееся негодование. Ханна могла бы хоть чуть-чуть войти в мое положение.

На ее лица мелькает расстроенное выражение.

— Подумай об этом, Мэйби. — Она оставляет меня в столовой в одиночестве.


* * *

На следующее утро у меня не оказалось возможности, чтобы поговорить с ней. Мы разделились по индивидуальным группам восстановительной терапии. И, к сожалению, я на своем инвалидном кресле не могу быть в группе Ханны. Вместо этого я должна терпеть общество недружелюбного Тристана и еще четырех человек, лица которых мне уже знакомы. Именно эти четыре человека обсуждали меня при появлении в Бэйкерсфилд.

Даже сейчас мне все еще кажется, что они шепчутся обо мне. Руководитель нашей группы — Люси Хастингс, психотерапевт. Она — единственная, кто любезна со мной.

— Можешь звать меня Люси. — Предлагает она, чем зарабатывает от меня несколько баллов по шкале симпатий.

Первое упражнение проходит на оборудовании, которое помогает укреплять мышцы спины и рук. Из-за отсутствия физической нагрузки они могут атрофироваться.


* * *

На второй день мы собираемся в узком фитнес зале, где парит неприятный запах пота, а вид из окна открывается такой же унылый, как и из моей комнаты. Вместе с Люси я направляюсь к углу зала.

— Этот тренажер поможет укрепить мышцы от низа живота до плеч. — Объясняет она, а затем показывает, как это работает.

— Ты хорошо справляешься. — Похвала дарит мне приятное чувство, благодаря чему я не обращаю внимания на усталость.

— Ооо, да у нас здесь настоящий одаренный гений. — Комментирует Сэнди, после того, как Люси принимается за следующего пациента. Она одна из участниц квартета, настроенного против меня. Но у меня нет настроения вступать с ней в спор, поэтому я двигаюсь на электрофизиотерапию.

— Ты не сможешь справиться с этим в одиночку. — Кричит мне вслед Люси. По выражению моего лица она понимает, что я чувствую себя неуютно. — Ну хорошо, теперь можем идти. — Добавляет она, и я радуюсь, когда оказываюсь в своей изолированной комнате.


* * *

С помощью ассистентки она закрепляет на моих ногах электроды. Электрические импульсы стимулируют нервные окончания, тем самым расшевеливая мои обездвиженные мускулы.

— Мэйби, могу я спросить? — Голос Люси звучит обеспокоенно.

— О чем? — Стараюсь звучать спокойно.

— У меня создалось впечатление, что у тебя возникли сложности в общении с другими. Это так?

Когда она это произносит, я тяжело сглатываю. Понятия не имею, что лучше ответить — сказать правду или соврать. Люси замечает мой дискомфорт. А у меня нет настроения объяснять ей что-либо. В этот момент я чувствую себя так же, когда Ханна произнесла эти же слова. Похоже, проблема во мне. В Санта-Монике у меня никогда не было трудностей в общении. Здесь все по-другому. Все видят во мне эгоистку, которая смотрит на всех свысока и не думает ни о ком кроме себя. Но мне не хочется такой быть.

Истина состоит в том, что мне бы хотелось иного мнения о себе.

— Я не хотела тебя обидеть. — По ссутуленной спине Люси я понимаю, что она искренне извиняется. Электрофорез продолжается в молчании. Тот факт, что я не чувствую своих ног вызывает очередной поток слез. После процедуры Люси везет меня к бассейну.


* * *

С нетерпением жду, когда окажусь в воде, в которой я провела большую часть жизни. Спокойная зеркальная поверхность бассейна успокаивает меня, и я расслабляюсь.

Мне помогают как ребенку, надевая в специальный купальный костюм. Я все еще не привыкла к тому, что не могу справиться с такой простой задачей в одиночку.

— Давай! С нашей помощью ты сможешь проплыть пару кругов. После мы проведем водное поло. — Когда Люси закончила речь, вся группа восторженно захлопала в ладоши. Даже я вскрикиваю, получая удовольствие от того, что скучная программа разбавлена водными процедурами. Сэнди и Карла первыми погружаются в бассейн.

Очарованно я наблюдаю, как вода колыхается и превращается в волну. Она настигает меня. Она становится все больше и больше. Водный массив обрушивается на меня, я же пытаюсь выкарабкаться с громким криком. Но мне это не удается, я захлебываюсь водой.

— Нет, нет, нет! — Мой призыв о помощи звучит в тишине. Насколько это возможно, вцепляюсь руками в колеса кресла и со всей силы бросаюсь на утек, по дальше от воспоминаний.

— Вероятно, она еще не справилась со своей травмой.

— Посещение психиатра ей поможет. — Похоже, голос принадлежит Сэнди.

Я же думаю только об одном: «Беги».


* * *

В раздевалке я хватаю сумку и направляюсь в столовую. Трясущейся рукой достаю блэкберри. Единственный, кто может мне помочь, это мой брат.

— Эй, Мэйби! Как ты?

— Ты должен забрать меня, Алек! — Со слезами на глазах я рассказываю ему все.

— Как ты себе это представляешь? И для начала успокойся.

Но этими словами он вызывает во мне абсолютно противоположные чувства.

— Тебе просто все равно. Мать с отцом избавились от меня. Мэйби сама справится.

Пусть все смотрят, как она приходит в норму в одиночку. И ты думаешь так же, как и они!

— Кричу я в телефон.

— Би, это не так. — Начинает оправдываться брат, но я отключаю связь прежде, чем он заканчивает разговор.

— Побег — это не решение.

Сквозь рыдания я пытаюсь найти источник этого голоса. По моим щекам текут соленые слезы, но я отчетливо вижу фигуру рядом. Ну отлично, не хватало еще и того, что мои рыдания видит этот эмо-парень Тристан. Я не помню, был ли он в бассейне. Не смотря на его присутствие, я продолжаю рыдать.

— Эй, просто попробуй встретиться со страхом лицом к лицу.

Делаю глубокий вдох, пытаясь внутренне собраться.

— С чего вдруг ты такой силый?! Только потому, что я плакса, тебе не обязательно строить из себя «Лучшего друга»! — Но Тристан проигнорировал мою враждебность.

— Я был таким раньше. Но из этого ничего не вышло. Ты не сможешь справиться с этим в одиночку. Так ты только продолжишь убегать.

— Вот ты где! Я беспокоилась. — Ханна, прихрамывая, подходит ко мне, и угрюмо смотрит на Тристана. — Оставь ее в покое, ладно?!

— Все хорошо. Он ничего не сделал. — Исподлобья бросаю взгляд на Тристана. Но он уже принял незаинтересованное выражение лица и сосредоточился на эскизе, над которым работал.

— Идем, я уведу тебя отсюда. — Говорит Ханна, и мы покидаем зал.


* * *

Под открытым небом события постепенно рассыпаются по частям. Сейчас мне не хочется ничего, кроме как смотреть на голубой горизонт, который открывается перед нами.

Он дает надежду, что когда-нибудь я вернусь к нормальной жизни. Но это случится только если я смогу выжить в этом аду.


Глава 11
Если ты уйдешь

На обратном пути Ханна мне все рассказала. Во время поездки домой, она все рассказала и Тристану. Уже завтра она покинет медицинский центр Керна, а значит, и нас.

В течение нескольких минут я едва могла ее слышать. Меня одолел слишком сильный шок. Даже тот факт, что я смогла пошевелить пальцами на ногах, отошел на второй план.

И почему все не может остаться таким же беззаботным, как на протяжении последних пары часов. Когда мое хорошее настроение идет рука об руку с отличной погодой и морской волной. Теперь в своей тонкой белой футболке я чувствую холод, и я жалею, что не взяла с собой кардиган.

— Я знаю, что это не честно, обрушивать на тебя такую новость сегодня. Но я откладывала эту тему каждый проклятый день.

— Почему это произошло именно сегодня? День был таким замечательным, а ты все испортила! — Даже не пытаюсь скрыть разочарование, хотя и знаю, что я не права. Ханна была пациенткой в Бэйкерсфилд задолго до меня. Я надеюсь на поддержку Тристана, но его лицо остается бесстрастным. Скорей всего, он по своему справляется с этой новостью, погруженный в свои мысли.

— Би, для меня это тоже не просто. Но ты должна меня понять. С того момента, как я попала сюда, я только и ждала той минуты, когда Доктор Харсен скажет, что я могу уйти.

Наконец, вернуться домой, к моей семье и друзьям.

— Ты права, но… — Начинаю я. Сжимаю в руках ремень безопасности. Невольно в глазах образуются слезы. Быстрым движением смахиваю их с лица. Слишком поздно.

Ханна кладет ладонь на мое колено и с грустью смотрит на меня.

— Мы продолжим общаться. — Уверяет она меня.

Я лишь киваю и тихо произношу: «Ммм». Всю оставшуюся дорогу царит тишина, которую никто не хочет нарушать. Ханна нерешительно смотрит на меня, когда мы выходим из машины и двигаемся к зданию медицинского центра.


* * *

— Мне нужно время.

— Я понимаю. — Она шепчет мне вслед, когда я скрываюсь в кабине лифта.

Вернувшись в комнату, я ощущаю приступ ярости. Возможно, это по детски, но мне все равно. Когда я познакомилась с Ханной, то обрела подругу, которая всегда поддерживала меня и помогала стать смелей. Она была настоящей подругой. И для нее не имело значение, как ты одеваешься или сколько у тебя друзей на фейсбуке. В отличие от Эрин.

— Ты говоришь так, словно она умерла. — Со злости бросаю сумку в угол комнаты, от чего на пол выпадает ее содержимое.

— Ну отлично! — Проносится в моей голове. Осматриваю хаос вокруг. Бросаю еще несколько попавшихся под руку вещей в груду хаоса. Неожиданно в дверь стучат.

— Ханна, оставь меня в покое! — Возмущенно кричу я.

— Это я. — Звучит голос Тристана.

Резко открываю дверь, зло глядя на него. Я хочу побыть одна, неужели это так сложно понять?

Тристан упрямо проезжает в узкий проход на своем кресле, не смотря на то, что я не до конца распахнула дверь.

— Что за детский сад? — Как точно он подметил. — Хоть раз подумай о Ханне, о том, какого ей. Но тебе это даже не приходит в голову, потому что ты как и всегда устраиваешь в своей комнате представление.

К сожалению, мне не приходит остроумного ответа в голову. Так что он продолжает говорить.

— Мэйби, ты, наконец, должна чему-то научиться. Ты здесь всего несколько недель.

По сравнению со сроком Ханны — это ничто.

— Ладно, ладно. Не стоит изображать из себя святого и читать мне мораль. Просто я буду по ней жутко скучать. Последние слова я громко выкрикиваю со слезами на щеках.

— Мне тоже будет ее не хватать. — Отвечает Тристан.

Сквозь мою эгоистичность я ощутила его чувства. Он достает из кармана черной ветровки лист бумаги. Я сижу от него слишком далеко, чтобы разглядеть что там. Но он идет мне навстречу и, заметно смутившись, протягивает лист. Я удивленно смотрю на изображение нас с Ханной буквально лицом к лицу. Нас невозможно не узнать. Провожу пальцем по четким линиям наших лиц. Каждый штрих аккуратен, а подходящие цвета делают изображение словно живое. Это не просто какие-то пустые лица. В наших глазах отчетливо виднеется искренняя радость и дружба.

— Вау. Я не знала, что ты настолько талантлив. — Не могу отвести взгляд от картины.

— Когда ты это нарисовал?

— Сегодня на пляже. Думаю, мы должны сделать Ханне прощальный подарок.

Надеюсь, ей понравится.

Моя совесть обрушивает на меня чувство вины. Чувствую себя виноватой. Вместо того, чтобы думать о других, я думала только о себе. А ведь Тристану не легче.

— Мне жаль. — Виновато опускаю голову.

— Скажи это завтра утром Ханне. А пока придумай, как лучше упаковать ей подарок.

Внутренне я благодарю его за смену темы. Благодаря ему мне стало легче. Мой взгляд бесцельно пробегает по комнате. Никаких идей. Еще раз осмотрев свой хаос, я кое — что придумываю.

— А что, если мы сами сделаем рамку?

— Отличная идея. — Тристан улыбается мне. — Давай начинать.


* * *

Я рада, что смогла чем-то заняться. Мы с Тристаном выкладываем ракушки на деревянные панели, предварительно смазывая их клеем. У Тристана пальцы гораздо тоньше моих, поэтому он оказывается более ловким. Он смог выполнить самые мелкие детали работы, что в итоге оказалось впечатляющим.

— Хана будет рада. — Смотрю я на отличный результат работы.

— Я тоже так думаю. В конце концов, она отсюда уходит.

Следует длинная пауза прежде, чем я решаюсь задать ему вопрос.

— Как долго ты здесь находишься?

В комнате воцаряется прежнее напряжение. Вероятно, я ступила на опасную территорию. Тристан смахивает со своих джинс невидимый пух. Он откашливается, избегая зрительного контакта.

— С прошлой осени.

Я не ожидала, что он честно признается. Тристан редко говорит о своей жизни и о прошлом. По сути я ничего не знаю о Тристане.

— Мы с братом попали в аварию. Мы были на пути к Восточному побережью. Нас ждал летний отдых во Флориде. Мы с нетерпением ждали этого и продумали все вплоть до мелочей. Мы не просчитали только одно — гонщика на трассе.

Не смею прерывать его. В тишине комнаты слышно только жужжание ламп.

— Джейсон скончался. Сторона водителя врезалась в дерево. Меня вытащили с тяжелейшими травмами. Два месяца спустя меня перевели сюда.

Потрясенная, я прикусываю язык. Мне кажется, что этого он еще никому не рассказывал. Мой несчастный случай был всего лишь неудачей. Спортивной травмой. Но есть вещи, которые нельзя ни с чем сравнить. Никто не может вернуть человека из мертвых.

— Мне очень жаль. — Лишь это мне удается произнести. Тристан бормочет что-то нечленораздельное. Но у меня складывается ощущение, что ему стало немного легче после того, как он рассказал о случившемся.

Мы прощаемся, потому что становится ясно, что это все, что он хотел сказать. Я не знаю, как должна реагировать в подобной ситуации, поэтому просто отпускаю его. Уже полночь, но я трачу еще несколько часов на то, чтобы подготовиться к прощанию с Ханной.


Глава 12
Долгое время

До рассвета я не видела кошмаров, потому что так и не сомкнула глаз. Мне очень нужен тот, кто в темной комнате смог бы выслушать меня, понять мои чувства и страхи.

Тот, кто мог бы меня вразумить, прислушаться ко мне и быть на моей стороне. Из-за такого направления мыслей, я вспоминаю об Эрин. Но я бы не хотела сейчас с ней говорить. Может, стоит навестить Тристана или Ханну. Для этого мне придется пересесть в инвалидное кресло и катиться по пустынным коридорам. При мысли об этом смелость покидает меня. В ответ меня пронзает отчаянное желание стоять на своих ногах и желание двигаться самостоятельно. Тристан, Ханна, Джош и Алек помогли мне выбраться из черной дыры. Благодаря помощи медсестер я научилась выбираться сама из постели. Так же мне помогают принимать ванну.

Смотрю на себя в зеркале. Под глазами у меня темные круги. Несчастный случай отразился на моем лице.

Солнечный свет заливает комнату, демонстрируя, как танцует в лучах пыль, и ко мне возвращается хорошее настроение. Сегодня день Ханны. Мои проблемы могут подождать каких-то 24 часа. Надеюсь, что мой вчерашний спектакль не помешает сегодняшнему дню. Машинально наношу на ресницы тушь. Обычно серферы не наносят мейк-ап. Тонкими линиями подвожу глаза. После несчастного случая я изменилась. И здесь я не чувствую потребности носить маску.


* * *

Около восьми я спускаюсь вниз. Тристан ждет у столовой, где царит шум и суета.

— Доброе утро, — сонно бормочет он. Его черные волосы, которые обычно спадают на лоб, сегодня уложены гелем назад. Я не единственная, кто подготовился ко дню Ханны.

— Доброе. — Отвечаю я. Тристан мельком глядит на меня, но ничего не говорит. Я вспоминаю наш вечерний разговор. Его взгляд красноречиво означает то, что я не должна снова открывать эту тему. Я и не собиралась этого делать, поэтому просто спрашиваю, видел ли он Ханну.

— К ней приехала сестра. А мы должны подготовиться. — Правой рукой он указывает на стеклянную дверь, за которой находится столовая, залитая солнечным светом. Отсюда можно увидеть бесконечно голубое небо. Фантастическая погода.

На улице нас встречает приятный утренний воздух. Пение птиц нарушает тишину.

И я понимаю почему. Перед нами накрыт стол. Запах свежих круассанов заполняет мой нос. Между белыми тарелками для контраста накрыты красочные салфетки и банки с мармеладом.

— Как думаешь, Ханне понравится? — Тристан изумленно смотрит на меня, ожидая ответа. Его пирсинг блестит, когда солнечный луч падает на него.

— Более чем. — Говорю я правду.

И так оказалось на самом деле. Когда Ханна увидела накрытый на улице стол, она заплакала от счастья. Мне пришлось бороться с собой, чтобы не заплакать вместе с ней.

Наша ссора была забыта. В конце концов, мы обе смирились с происходящим.

— Люди, вы лучшие! — Она благодарит меня теплыми объятьями. — Ты чокнутая. — Добавляет она, подмигнув. После того, как мы начинаем есть, радость смешивается с напряжением и страхом. Кажется, словно время проходит мимо нас, словно масло по хрустящему тосту. Завтра все изменится. Будет пусто и одиноко. Конечно, мы останемся с Тристаном, но Ханны нам все равно не будет хватать. Она показала мне, какой может быть настоящая дружба.

Тристан первым произносит слова.

— У нас есть небольшой подарок для тебя. — Он отдает Ханне картину в рамке. Это стало концом моей выдержки, и я начинаю рыдать.

— Я буду очень сильно по тебе скучать. — Произношу я сквозь рыдания.

— Я тоже. — Она гладит мою руку, пытаясь успокоить. Несколько минут спустя я прихожу в себя, нормализуя дыхание и соленые слезы постепенно останавливаются.

— Би, я не улетаю с планеты. Мы сможем созваниваться, и я смогу тебя навещать.

Обещаю.

— В таком случае я устрою вечеринку в честь Ханны. — Шутит Тристан. Его голос звучит странно, и нам не остается ничего другого, кроме как хохотать. Остальная часть времени прошла незаметно. Ханна рассказывала о своем доме на севере государства, о своей матери, которую видела всего несколько раз за последние месяцы.


* * *

Около одиннадцати часов подъезжает такси, которое отвезет Ханну до вокзала Бэйкерсфилд. Ее мать не смогла получить водительские права. Ее родители развелись, и она уже несколько лет не контактирует с отцом. Пытаюсь взять себя в руки, когда мы крепко обнимаемся. Мои глаза снова сырые, но я не могу остановиться. Я наблюдаю за такси до тех пор, пока автомобиль не скрывается за ближайшим углом. Теперь она свободна от системы медицинского центра Керна.

Замечаю на горизонте другую машину, которая постепенно приближается. Похоже из-за солнца у меня галлюцинации. Неужели Ханна решила вернуться? Нетерпеливо вцепляюсь пальцами в подлокотники. Автомобиль приближается. Но это не желтое такси.

Просто черный фургон. Меня накрывает волна разочарования и раздражения. Ханна окончательно уехала, и я должна с этим смириться. Я не должна здесь задерживаться.

Необходимо поскорей уехать отсюда.

— Твой брат едет. — Морщусь, когда слышу голос Тристана. Когда он успел появиться рядом? — Это я позвонил ему. Сейчас проводятся соревнования на пляже Хантингтона. Он как раз был по близости. — Объясняет он. Это все проясняет. Это не обычный автомобиль. Это фургон Джоша.

— Откуда у тебя его номер? — Мне бы очень хотелось это знать.

— Профессиональный секрет. — Загадочно подчеркивает Тристан.

Мгновение спустя перед нами уже стоят Джош и Алек. Пассажирская дверь открывается, и брат выскакивает из фургона, бросаясь обнимать меня. Я невероятно рада видеть их здесь.

Произношу губами «Спасибо», смотря на Тристана.


Глава 13
Парни лета

Менее чем через час я сижу в комнате с упакованной сумкой. Встреча с друзьями уже прошла. Пристально смотрю на свою темно-синюю спортивную сумку, не сдвинувшись ни на миллиметр. Джош и Алек так сильно обнимали меня, будто не собирались больше отпускать. То, что они были так рады видеть меня, тронуло мои чувства. С трудом подавленные слезы все-таки скатились по щекам. Это были слезы радости, так как я знаю, что эти двое никогда меня не подведут. Улыбаясь, они спросили, буду ли я сопровождать их в качестве зрителя и поддержки на соревнования. У Алека было такое счастливое лицо, что я просто не смогла сказать «нет». Но сейчас я беспокойно сижу, с содроганием вспоминая несчастный случай. Я не смогу с этим справиться. Поездка с Тристаном и Ханной на пляж была совершенно иной. Он не был предназначен специально для серферов, и нас не окружал запах новых досок. В этот раз все по-другому, это как путешествие в прошлое. Я должна это выдержать, но я не знаю как.

— Би, ты готова? — Джош стучит в дверь.

— Почти, я скоро. Только сложу еще несколько вещей. — Чтобы подкрепить свое вранье, наклоняюсь и расстегиваю молнию на сумке.

— Хах, я знал, что ты не изменилась. — Последние слова прозвучали издалека.

Похоже, Джош ушел к лифту. Делаю глубокий вдох и выдох. Прежде, чем я передумаю, хватаю сумку и покидаю комнату.

Под палящим солнцем фургон здорово нагрелся изнутри. В качестве меры предосторожности, брат сложил задние сидения, чтобы я смогла уместиться вместе со своей коляской. Но я оказалась не единственная калека в этой поездке. Ребята помогли устроиться в машине и Тристану. Он улыбается, и я не могу не улыбнуться в отве.

— Ты ведь не рассчитывала, что я отпущу тебя на Хантингтон Бич одну?

— Нет. — Этот факт меня утешил. Так я не останусь на песке в одиночку, пока брат будет участвовать в соревнованиях. Частично мое напряжение начало стихать.

— Кроме того, я еще ни разу не был на чемпионате по серфингу. — На лбу Тристана образовалась капля пота, и я подавляю импульс, чтобы не смахнуть ее. Я не знаю, могу ли это делать, ведь мы с ним мало знакомы.

— Это самый настоящий стресс. Но когда ты пробуешь однажды, весь мир вокруг перестает существовать. Есть только ветер, вода и волны. — Отвечаю я, и перевожу взгляд на улицу. На протяжении всего пути мы обсуждаем обыденные темы, в том числе обучение в школе. Тристан на год старше меня и до автокатастрофы ходил в высшую школу искусств. Родители потратили почти все накопленные деньги на его реабилитацию.

Я не могу представить, чтобы мои родители бросили все ради меня. В конце концов, они никогда ничего подобного не совершали.


* * *

Когда мы проехали указатель Хантингтон Бич, нервозность вновь овладела мной. Я старалась скрыть это, когда мы парковались на переполненной стоянке.

— Повезло, что мы вообще нашли место. — Говорю я, когда мой взгляд падает на группу молодых людей, которые держат доски для серфинга, ступая по песку.

Джош беспокойно стучит по наручным часам.

— Алек, лучше иди вперед, отметься, встретимся на месте сбора.

— Договорились, босс. А вы двое…. — Мой брат заговорщически подмигивает Тристану. — Скрестите пальцы, ладно?

— Конечно! — Отвечаем мы с Тристаном одновременно.

— Звучит отлично. — Алек хватает вещи и присоединяется к одной из групп, пока в итоге он не теряется среди толпы.

— Теперь посмотрим, как лучше провести вас обоих по песку.

Через минуту он возвращается с другом, которого я смутно помню, и с его помощью уверенно помогает нам добраться до берега.


* * *

Передо мной простирается белоснежный песок и кристально чистый океан. Нас обдувает легким свежим морским бризом, и я стараюсь быть здесь и сейчас, а не вспоминать прошлое. То, что рядом Тристан — очень мне помогает. Он засыпает меня всеми возможным вопросами. Я объясняю ему, в какой номинации участвует мой брат. На самом деле он бьется за звание лучшего серфера. Здесь важна техника исполнения. Самым сложным является вхождение в волну и дальнейшее движение. Так или иначе, но мне становится лучше, когда я рассказываю о своей самой большой страсти. Таким образом время ожидания старта пролетело незаметно.

— Насколько сильным должен быть ветер, чтобы серфить? — Тристан прикрывает глаза левой рукой, чтобы лучше видеть меня в солнечном свете.

— Двадцать километров в час.

— Должно быть, это невероятное чувство.

Так и было. В этот момент я бы отдала все, лишь бы поменяться местами с загорелой девчонкой, которая смело заходит в воду. Громкий голос из динамиков отвлекает меня от этих мыслей.

— Следующими представляю вам команды: Темная волна, Укротители акул и Колебания.

Пытаюсь найти своего брата среди молодых людей. Наконец, узнаю его с бело — зеленой доской. Он выглядит очень сосредоточенным. Соперники погружаются в воду, и я задерживаю дыхание. Сжимаю руки, стараясь дышать спокойно.

— Би, спокойно. Мы всего лишь зрители. — Успокаивающе говорит Тристан и ободряюще хлопает меня по руке. Странно, он впервые назвал меня сокращенным именем.

— Я стараюсь. — Добавляю я и демонстрирую сосредоточенное выражение лица.

Мой рот раскрывается, когда толпа бросается в воду. В этот момент становится нереальным разглядеть хоть кого-нибудь.

— Твой брат сделает это. — Говорит Тристан. Заведенная из-за нервотрепки, я смотрю на него, но его напряженный взгляд направлен за мою спину. Медленно поворачиваю голову.

И там стоит он. Его руки как всегда спрятаны в карманы джинс. На его русых волосах как всегда черная кепка. Моргаю, так как предполагаю, это лишь плод моего воображения. Но нет, он все еще стоит рядом в полный рост.

— Привет, Би. — Его голос заставляет меня вздрогнуть, и я без понятия, что должна отвечать. Моя голова забита вопросами, но я не могу сказать и слова. Я столько раз рисовала в воображении прощание с Тедом Уолбергом. Но не сейчас, только не таким образом.


Глава 14
Оставь меня

В ответ я лишь молчу, пялясь на своего бывшего парня. Точнее я даже не уверена, вместе мы до сих пор или нет.

В отличие от меня, Тед, похоже, не имеет никаких проблем с нашим воссоединением.

— Что ты здесь делаешь? — Спрашивает он самоуверенно. Должна признать, что его грубый голос вызывает у меня мурашки по рукам.

— Я поддерживаю Алека, а ты, что привело тебя на Хинтингтон Бич? — Шок от его присутствия стал ослабевать, и мой голос постепенно приравнивается к тому, каким он был раньше.

— Наслаждаюсь каникулами и пришел поболеть за Эрин. — Его зубы блестят, контрастируя с загорелой кожей.

— Здорово, что у тебя все хорошо. — Отвечаю я вместо тех бесчисленный вопросов, которые вращаются в моей голове.

Почему ты редко общался со мной? Почему ни разу не навестил? Неужели я настолько мало для тебя значила, что ты ни разу мне не позвонил?

На моих глазах наворачиваются слезы, и я рада, что Тед смотрит в другую сторону, но, к сожалению, он заметил слезы.

— Би, не нужно плакать. Мы можем все обсудить. Наедине. — Последние слова были адресованы Тристану. Не знаю, смогу ли я вынести присутствие Теда в одиночку и прошу Тристана остаться. Напрасно.

— Я буду неподалеку. — Он с силой выруливает инвалидную коляску и покидает нас.

— Мы справимся с этим. Если кто и сможет это преодолеть, то мы вместе. — Погружаясь в страх и надежду одновременно, я наблюдаю, как Тед устраивается рядом со мной на одном уровне. Сквозь его серую футболку отчетливо видны контуры мышц.

Очевидно, он много занимается спортом. Не только футболом, но и баскетболом и греблей.

— Ты говоришь так, словно это очень просто. — Указываю на свои ноги, которые раньше всегда были загорелыми, а теперь они мертвенно бледные. — Ничего не будет.

— Би, — он снова пытается заговорить, но я останавливаю его поднятой рукой. Мое сокращенное имя из его уст кажется сейчас таким же неправильным, как если бы я вскочила на ноги и бросилась к нему в объятья.

Я больше не принадлежу к этому миру, проносится в моей голове. И в первый раз за эти недели я понимаю, что изменилась. Его брови сужаются. Мое молчание говорит само за себя, и он все понимает.

— Что ты хочешь от меня услышать? — Он смотрит на меня со смущенным лицом. И правда, что я хочу от него услышать? Я не хочу ничего знать. Кладу руку на его напряженные мышцы. Я ничего не могу сказать, потому что уже не хочу ничего знать. Нет смысла ворошить прошлое. Никто из нас больше не нарушает молчание.


* * *

Голос из громкоговорителя нарушает нашу тишину. Из воды возвращаются спортсмены с досками. Мои глаза лихорадочно бегают по табло. Алек на третьем месте.

— Поздравляю. — Тед встает и его крупное тело загораживает меня от солнца. Он злится.

— Подожди! — Говорю я, не желая вот так заканчивать наш разговор. Тед был частью моей жизни, и он может остаться в ней в будущем.

— Так не может больше продолжаться. Определись с тем, чего ты хочешь. — Его голос ледяной, не такой, как прежде. — Если ты за две недели сможешь повзрослеть, то мы можем попробовать снова.

— Я не изменюсь. Что тебе не нравится в новой Мэйби? — Отчаяние разгорается во мне, и мои руки потряхивает от судороги.

— Но ведь это не ты! — Кричит он. Его взгляд падает на инвалидную коляску.

— Так вот это я! И если тебя это не устраивает, тебе не нужно ждать две недели. Ты можешь уходить! — Меня охватывает волна гнева и разочарования, и мои руки сжимаются в кулаки. Это все, что я могу делать. И мне этого не достаточно. Я хочу вернуть подвижность ногам, танцевать по песку, кататься на своей доске в океане. Слезы текут по моим щекам. Лицо Теда становится слегка размытым, но даже так я вижу его равнодушное выражение лица. И э то приносит мне гораздо большую боль. Он все это время просто ждал, когда я встану на ноги. Так он смог бы быть свободным. Но так и правда больше не может продолжаться.

— Уходи, пожалуйста. — Рыдаю я.

— Но…

— Уйди, наконец!

Шаги Теда постепенно заглушаются песком. Часть меня хотела остановить его, хотела уцепиться за него в попытках вернуть прежнюю жизнь. Но другая часть, которая преобладает в данный момент, никогда больше не хочет его видеть. И именно это часть постепенно теряет надежду, что мне станет лучше. Позитивные события, произошедшие за последние недели уступили место тяжелому грузу, который словно паутина, поглощает все хорошее.

Мои плечи трясутся от рыданий.

— У тебя все нормально? — Пожилая женщина останавливается рядом со мной и протягивает носовой платок.

— Я в порядке. — Заикаюсь я в надежде, что ее устроит мой невнятный ответ.

— Мне кажется, что это не так. — Не сдается женщина.

— Что происходит? — До меня доносится голос Тристана.

— Думаю, у твоей подруги что-то случилось.

— Окей, спасибо, я позабочусь о ней.

Я все объясняю ему и понимаю, что мое лицо слегка погорело на солнце. Молча Тристан садится рядом со мной и нежно сжимает мою руку. Неожиданно для меня это прикосновение оказывается невероятно комфортным. Казалось, он знает, что делать, и я рада, что он на моей стороне. Мои липкие пальцы скрещиваются с его, и я постепенно восстанавливаю дыхание. Мы наблюдаем, как команды приступают ко второму этапу соревнований.


Глава 15
Хорошие старые друзья

Обеденное время на Хантингтон Бич было худшим в моей жизни. Во мне кипело множество эмоций, но толком мне не удалось справиться ни с одной из них. Я самый настоящий комок нервов. В результате у меня был нервный смех и истерика. Я больше ничего не хочу. Даже второе место Алека оставило меня равнодушным.

Следующие несколько недель прошли не лучше. Мое здоровье совершенно незначительно улучшается, и с каждым днем я становлюсь все раздражительней и нетерпеливей. Тед ни разу не появился в клинике. В конце концов, я могу понять его поведение. Что ему делать с девушкой, которую он не может взять с собой на пляжную вечеринку? Ему придется стоять все время на краю танцпола, чтобы приносить мне напитки, а затем провожать в туалет. Такие отношения никому не нужны. Тристан старался изо всех сил подбодрить меня. Он приглашал меня на уроки живописи в свою комнату или на большую террасу в саду. Только в саду красные листья на деревьях напоминают мне, что я упустила самое лучшее лето в своей жизни.

Наступил конец сентября, а значит на пороге мой семнадцатый день рождения.

Ханна обещала, что в любом случае навестит меня в этот день. Я счастлива, что она сможет прийти, но я понятия не имею, как в моем положении устроить праздничную вечеринку. Управление медицинского центра Керн разрешило мне использовать большой конференцзал. Раньше я всегда устраивала грандиозные праздники в этот день. Но сейчас мне хочется, чтобы этот день прошел так же незаметно, как и все остальные. Но я не могу всех подвести. Джош и Алек всегда полны сюрпризов. Это они доказали на соревнованиях на Хантингтон Бич. В любом случае этот день неизбежен, поэтому я попросила доктора Харсен перенести наш сеанс.

— Это поможет тебе отвлечься и пойдет на пользу. — Говорит она, перенося наш сеанс на другой день в календаре. Я демонстрирую необходимую улыбку, но она понимает, что я не хочу говорить о дне рождении. Когда я ухожу, она ухмыляется. Эта женщина так и не стала мне симпатичней.


* * *

Хлоп. От испуга я вздрагиваю так, что лэптоп чуть ли не падает с моих ног. Окно новостей в фейсбуке открывается. После несчастного случая я впервые выхожу в онлайн.

Ящик забит сообщениями с наилучшими пожеланиями и озабоченными вопросами, где я прячусь все это время. Я ошеломлена тем, что еще не все знают, что со мной случилось.

Большую часть сообщений я пропускаю. Только на некоторых я задерживаюсь дольше, чем на две секунды. Мэдисон написала длинный текст, в котором цитировала китайскую мудрость, и у меня наворачиваются слезы. Я задаюсь вопросом, может, стоит пригласить ее на день рождения? Ведь на самом деле будут только мои родители, Джош, Алек, Ханна и Тристан, так как мне бы не хотело слушать очередные сочувствия. С другой стороны Мэдисон всегда была на моей стороне. Она с необходимым хладнокровием сопровождала нас на соревнованиях и была с нами до последней секунды. Но ее имя в списке приглашенных означает, что мне придется выйти и на контакт с Эрин. Я бы могла попросить Мэдисон ничего не говорить Эрин, но тогда ей придется лгать. Я в безвыходном положении. Нервно стучу указательным пальцем по клавиатуре, не написав ни одного слова, в то время как мои глаза смотрят на имя в контактах Эрин. Должна ли я ей написать? Но что я должна написать?

— Привет Эрин. Для информации. Как ты знаешь, у меня день рождения, но это сообщение не приглашение, а просто информация о том, что ко мне придет Мэдисон. Так что не удивляйся, если в следующую субботу она не придет к тебе домой. — Нет, это никуда не годится. Мы ведь были друзьями, даже если в последние недели это не ощущалось. Она сейчас там, где хотела быть я. Она чемпионка Калифорнии по серфингу.

Чемпионат ведет за собой следующий чемпионат, интервью — следующее интервью. Когда недавно я была в киоске, то наткнулась на журнал с ее фотографией — загорелое лицо на обложке журнала о серфингистах.

Прежде, чем я принимаю решение, на экране высвечивается значок нового сообщения. Чат от Эрин.

— Привет, Мэйби. Ты в онлайне?

Судьба вызывает у меня шок, и я не понимаю, что должна отвечать.

— Привет, ты здесь?

— Привет, да я в онлайне.

— Это отличная новость. Как ты?

Можно прочитать между строк, что она спрашивает это механически. Может мы и были друзьями, но ее отношение охлаждает мой пыл на распространенный ответ.

— Как может быть в реабилитационной клинике…

— Делаешь успехи? — Почти сразу задает она следующий вопрос.

— Не особо.

— Очень жаль. Но я уверена, ты справишься.

— Ммм.

— Нет, серьезно. Я правда так думаю.

Я пыталась представить ее голос, но это оказалось очень трудно, потому что мы очень давно не общались друг с другом. Ее оптимизм не совсем совпадает с моим пессимизмом.

— Серьезно?

— Да, серьезно. Что ты обо мне думаешь? — Прежде чем разозлиться, я решаю перевести вопросы в другое русло.

— Хватит обо мне. Как ты? Что нового?

— Две недели назад у меня было интервью с Джоном Уэлцем. Би, представь, с Джоном! — Уэлц был главным редактором журнала о серфингистах и обозревает всех молодых талантов из мира серфинга. Комната Эрин обклеена его плакатами, где его спортивное тело демонстрируется во всей красе. Она влюблена в него с десяти лет, и это кажется невозможным, что она встретила его в живую. То, как насыщенно проходит ее жизнь меня задевает. Зависть глубоко засела во мне, и несколько минут я выжидаю, чтобы успокоиться.

— Классно.

— Это не просто классно, это удивительно! Ты бы его видела. Он настоящий джентльмен. Он показал нам с Тедом фотографии из своего альбома и рассказал о своей юности.

Тед? Мои пальцы оказались проворней мыслительной деятельности, и его имя в чате появляется раньше, чем я это осознаю.

— Тед?

Молчание. Мое подозрение обретает форму ревности.

— Би, я должна идти. Было приятно с тобой поговорить. Всего хорошего.

До того, как я успеваю написать сообщение, статус Эрин перестает быть зеленым и она исчезает из онлайна.


**КОНЕЦ**


Примечания


1

Город Венис — Лос-Анджелес, Калифорния (прим. переводчика)

(обратно)


2

Жест «Шака» — распространенное приветствие в среде серферов, парашютистов (статья из Википедии, где можно посмотреть изображение данного жеста. Примечание переводчика).

(обратно)


3

В тексте указана школа: Animo-Venice-Charter-High-School. Т. к. нет официального названия на русском, в переводе просто указано «высшая школа» (прим. переводчика)

(обратно)


4

Лиш — дословно, «поводок». В серфинге это шнур, соединяющий серфера с его доской. (прим. переводчика).

(обратно)


5

Дословный перевод — «Идем серфить». Так как по-русски это странно звучит в качестве девиза, я оставила английское выражение так же, как оно написано в книге. (прим. переводчика).

(обратно)

Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1 Жизнь — это пляж
  • Глава 2 Разжигай огонь
  • Глава 3 Королева шопинга на Тёрд-Стрит
  • Глава 4 Малибу: дорога жизни
  • Глава 5 Сердце серфера рождено среди волн
  • Глава 6 Шаг назад
  • Глава 7 Я убиваюсь одиночеством
  • Глава 8 Жизнь как коридор, бесконечный и угнетающий
  • Глава 9 Люди очень странные
  • Глава 10 Изгой
  • Глава 11 Если ты уйдешь
  • Глава 12 Долгое время
  • Глава 13 Парни лета
  • Глава 14 Оставь меня
  • Глава 15 Хорошие старые друзья
  • X