Анджей Ясинский - Землянин. Том 2 (СИ)

Землянин. Том 2 (СИ) (Ник: Ник (СИ)-8)   (скачать) - Анджей Ясинский

Анджей Ясинский
Ник. Землянин. Том 2


Глава 6

Ник


Я с наслаждением вдохнул свежий прохладный воздух и довольно огляделся вокруг. Вышел я там, где и планировал — на берегу небольшого озера, в которое впадал опять же небольшой водопад. Давно хотел побывать на плато Путорана. Как оказалось, и сейчас оно совершенно не освоено человечеством — как в плане добычи ресурсов, так и как место жительства. Край десяти тысяч озер и тысячи водопадов. Насколько я помню — не знаю, как сейчас, но в мое время по количеству озер здесь, на плато, это был второй после Байкала резервуар пресной воды. Примерный географический центр России. Территория размером примерно с Великобританию и абсолютно безлюдная. Хотя нет — где-то на плато стоят две избушки, в которых живут несколько человек, и где-то на севере, там, где природа еще более-менее похожа на вечную мерзлоту (а ее осталось очень мало), то ли эвенки, то ли ненцы или чукчи пасли своих оленей. Вроде заготавливают мясо.


Кстати, послушав разных людей, которые по-разному интерпретируют события, у меня все же сложилось впечатление, что при наличии выбора и времени, ну и желания конечно, люди предпочитают натуральную пищу синтезированной. Странно: мне, например, то мясо, которым угощала сестра, очень понравилось — особенно тем, что оно мягкое, консистенция постоянная, однотипная. Ну и по вкусу ничего. Не понимаю я, наверно, чего-то.


Наличие таких людей меня совсем не напрягало. Я лег на землю и уставился в небо.


Так… Пока я столовался у сестры, в связи с произошедшими событиями накручивал разные интересные штучки — как вокруг дома и земельного надела семьи сестры, так и вокруг них — моей родни. Даже интересно получилось, так как пришлось разрабатывать защиту если и не с нуля, то все равно заново. Мир другой, опасности другие, хоть и пересекаются с общемировыми. Сделал несколько уровней как детектирования опасности, так и реагирования. А почему все? Потому что кто-то похищал племяшку, кто-то нападал на меня. Жаль, что не взял живым того нападавшего, хотя интуиция почему-то молчит, то есть дает ощущение, что взять информацию с того чела не удалось бы по причине ее отсутствия.


Конструкты я научил реагировать на внимание к себе. Человек, на которого направлено внимание, будет чувствовать беспокойство, и чем негативнее внимание, тем сильнее беспокойство. Забавно, что аура это сама умеет делать, надо было лишь усилить эти реакции. Это просто было, а вот сложнее — если издалека наблюдают, где ауры не соприкасаются. Конструкт полагается только на астральные линии внимания. В последнем случае я с удивлением заметил, что и на технические средства внимания есть реакция. Но тут еще непонятно — в некоторых случаях, когда я гарантированно знал, что смотрят, астральной реакции не было. Все эти вещи я просто «оцифровал» с себя, со своих реакций.


Когда я наблюдал за родными, то сумел определить момент, когда они мысленным усилием включали запись УНИКа. Потом мне удалось подобрать ментально-аурное воздействие, вызывающее тот же эффект. Таким образом наличие внимания включало запись УНИКа — получилась эдакая, пока еще легкая, интеграция в местные системы.


Также включается запись и через мою подсистему болталки, которую я поставил всем своим — они не отказались, кроме генерала, а остальным — все равно втихую поставил (Сергей тоже согласился и мог мне звонить в любое время), и генералу тоже, но без взаимодействия с реципиентом. Мне как-то все равно, что они там думают или хотят, вреда я им не желаю. Тем более, что хоть возможность следить за ними через свои закладки я и имел, но не собирался этого делать без веской причины.


Если уровень негативного внимания — а его я мог определять, даже если оно равнодушное, но от этого не становящееся менее негативным — превышает некоторый уровень, включаются следующие уровни защиты. Например, этот человек — если это человек, который интересуется — добавляется в граф интересантов, как это делалось на Лунгрии в Оробосе. В общем, знакомая технология, только немного подпилить напильником надо было под текущие условия. Ну и дальше — парализация нападающих (следующий уровень опасности), интеллектуальная защита от физической опасности, в том числе и от наногадости.


С последней, правда, пришлось повозиться, но для чужих, Ксении и ее сына, решил я это проще: просто встроил модуль из медицинского, который понимал, какие медицинские, а какие чужие; а своим — полноценные медицинские сервера завязал на их информструктуры с возможностью обновлять данные как от меня, так и от других медицинских серверов. Возможен был конфликт с УНИКом, вернее, с его медицинской приблудой, но я постарался свести его к минимуму. И это, кстати, — а именно интеграция с местными медмодулями — хорошая идея, — поставил себе в фоновый поток на подумать. Ну и так далее.


Понятно, что пришлось организовать на моем инфосервере отдельную виртуальную систему мониторинга всех подопечных, где происходило разруливание ситуации на более высоком уровне. Кстати, решил проверить, как с этой работой справится интеллект атловского инфосервера, конечно, под моим контролем. Пока же в виртуальном пространстве крутились изображения моих подопечных, связанные друг с другом нитями, все «зеленые», то есть здоровые и пока в безопасности.


Почему я решил уйти, а не остаться, ведь так я лучше смогу защитить родных от опасности? Ну, во-первых, это не совсем так: с моей разработанной комплексной защитой всех, кого я молчаливо взял под нее, где я нахожусь — не особо важно, особенно с учетом того, что смогу мгновенно переместиться на сложный участок обороны, а во-вторых, у меня было вполне обоснованное мнение (напали на меня, не на племяшку, когда могли и ее снова прихватить, ну или попытаться), что, отойдя в сторону, смещу в свою сторону если и не всю, то бо́льшую часть опасности.


Интересно: вроде бы ничего особого не сделал, а уже снова враги. Как-то я читал, что неординарные личности живут неординарной жизнью. Драчуны притягивают драки. Ловеласы в душе, даже в отсутствие достойной внешности — любовные приключения. И так далее. Выходит, и я какой-то такой?


Впрочем, я не собирался совсем теряться и вообще прятаться. Просто так мне проще, да и не хочется сестру напрягать — все-таки у нее своя жизнь, да и подкинул я ей работки по специальности.


А еще я подумал, что надо бы самому взять в руки вероятностные линии будущего и намотать на свой ус. Сейчас у них не получилось, потом получится. Надо бы поводить носом, понюхать, кому я дорогу перешел, ну а там посмотреть, что делать. Ну а потом, устранив угрозу, спокойно заняться тем, что интересно. А для этого что? Правильно — надо сделать так, чтобы меня нашли. Ну не здесь же меня искать? Вероятность максимально в столице, где меня первый раз нашли — скорее всего, там сейчас все те, кто интересуется мною. Логично? Логично. Но надо подготовиться — отправляем туда свои модули, пусть инфосервер строит граф жителей, отмечает интересных жителей, упоминания меня (а вдруг?). А что делать? Жизнь такая. Кстати, раз такая пьянка пошла, прицепил к генералу Орлову модуль, который будет строить его связи и собирать относящуюся ко мне информацию у них в конторе. Противно, неприятно это делать на родне и просто на приятных людях, но, видимо, надо. В общем, как воспользоваться этой информацией, потом я подумаю — может, и не придется.


Но сначала — то, чем и собирался заняться — получить неотслеживаемый доступ к инету. Судя по полученным данным, я правильно решил так сделать. Хоть напрямую никто и не подслушивает жителей, но существуют специальные искусственные интеллекты, которые структурируют всю информацию, проходящую в инете, собирают статистику, кем, чем и как интересуется гражданин или вообще любой пользователь. Правда, чтобы получить эту информацию, надо обладать поистине железобетонными убедительными мотивами. Принадлежность, например, к той же службе безопасности не дает тебе права получить нужную информацию, пока искин не признает твое право. Тут сложный механизм — например, условный опер может получить информацию от искинов там, где не сможет ее получить начальник опера. Конечно, если уровни доступа опера соответствуют уровню доступности информации, который тоже устанавливается сложным образом. Как людьми, имеющими нужный доступ, так и самим служебным искином, если он так решит. В общем, та еще чумовая система, которую не с первой пол-литры поймешь. Мне бы такая информация пригодилась для более полного построения графа людей, но вряд ли получится к ней пробиться. Зато есть открытые источники, тоже неплохо подбитые по наполнению общедоступной информацией. Кто, где, когда родился, учился и так далее — хоть какая-то характеристика. Может, еще что-то там упоминается. В общем, посмотрим.


Вроде бы эта система в какой-то мере гарантирует, что чтобы получить информацию обо мне, собранную искинами, когда я лазаю в инете, СБ должны постараться, но кто говорит, что это им не удастся? Меня даже не это беспокоит, хоть и это тоже, а то, что мне банально в режиме реального времени могут подсовывать иррелевантную информацию. Это проще простого делать. Даже в мое время, когда нужно, кое-кто баловался этим (особенно для подсовывания рекламы). Но и это только часть причин. Система формирования, подбор информации по определенным запросам, согласно информационному профилю искателя, тут достигли если и не совершенства, то очень близко к этому. Нет, никто не скрывает информацию, при желании ты докопаешься до того, что прячет от тебя по умолчанию поисковик, но меня это не устраивает. Дело в том, что такого рода фильтрация и подбор информации идет не только в результатах выборки поисковиков, но и в абсолютно любых ситуациях. Например, в любом фильме кое-какие информационные моменты могут динамически выделяться и поясняться специально для тебя, а какие-то — прятаться. Забавно, теоретически эротический фильм можно смотреть всей семьей — каждый увидит свое. Ну или если два человека получат одну и ту же информацию, то не факт, что она действительно одна и та же. Меня же это не устраивает. Мне нужна любая информация — и полностью. Независимо от уровней доступа.


При всем при этом остается неотвеченным один довольно важный вопрос, который поставил я сам и на который нет ответа в полученных знаниях: анализируется ли анонимный трафик, и если да, то как? Есть у меня смутное ощущение, что это дырка в системе — подразумевается, что все коннекты идентифицируемые, а значит, и тут налажена работа на таком принципе, что если что-то не существует, то и нечего это анализировать. Ну или же такой трафик считается служебным — как-то же искины должны искать, сортировать, анализировать информацию в сети и не забивать свои логи и статистику ненужной информацией?


Еще одна проблема — я не могу просто так взять и подключить свой инфосервер или биокомп к локальным сетям. Сами они про такие технологии ничего не знают, я — уже знаю, но эта работа очень сложна: в повторении протоколов обмена информацией, генерации нужного электромагнитного спектра, фотонных излучений; но главный стопор — квантовая криптография, которая используется хоть и не везде, но очень широко. Причем все это перемешано — где-то больше, где-то меньше. Короче, сам черт голову сломит.


Поэтому, несмотря на то, что кое-какие мысли у меня на этот счет появились, пока я решил пойти по более простому пути: у меня есть местный суперкомп, полученный на корабле Луч, использовать я его вполне могу, выключить кое-какие встроенные следящие… вернее, идентифицирующие системы я тоже могу, так как их отсутствие совершенно не повлияет на возможность подключения к инету, если это подключение сделать там, где нужно. А именно — на спутниках связи. В любом другом месте аппарат без этих систем просто не будет подключаться. Вот такие вот пироги. А вот уже скоммутировать этот суперкомп с моими компами через написанную для него мною специальную интерфейсную программу без всяких криптографий и прочего я вполне смогу. Тупо нарисую какой-нить протокол обмена информацией через световой волновод, и все дела. То есть я работаю со своим биокомпом или инфокомпом, те рулят местным суперкомпом, который принадлежит мне, а тот общается с инетом. Ну, как-то так. Ну и на всякий случай — тоже своего рода защита, через промежуточный буфер-то ходить.


И самое смешное — этим самым я решаю лишь самую простую задачу: подключение к земному интернету. Уссаться, как смешно. Правда, возможно, меня не будут отслеживать. Ну еще это отключение встроенных самых простых контекстных фильтров, но это не решает проблемы доступа к информации на других серверах — там, где она защищена, или где используется система аутентификации. А она даже в мое время использовалась чуть ли не везде. Но это мы еще посмотрим, как с этим справляться. Вполне возможно для этого получится создать виртуальную личность, сейчас-то все завязывается на уникальный идентификатор пользователя. Ну и соответственно дальше — уровни доступа. Интересная задача и муторная, не многие понимают такие вещи, думают — подключил магический инфокомп, и он все сделает. В мое время тоже такое было — «ты ж программист», а значит, все можешь — и банк взломать, и принтер починить. А пусть сначала попробует заставить аналоговый телевизор, например, ловить цифровой сигнал. Ну а что? И там телевизор, и здесь. Вот такие вот дела! Пока сам не сделаешь — никто не сделает. Даже магический суперкомп.


Центральный наблюдающий комитет


Освещенная площадка, скрытая где-то в недрах Луны, как ее называли местные жители планеты, вокруг которой крутился этот спутник, совсем не изменилась с прошлой встречи существ, интересы которых иногда пересекались здесь, в этой системе. И даже существа, вновь собравшиеся тут были те же самыми.


— Я взываю к судейству. — Серый недвижно стоял в освещенном круге. Его спокойное поведение резко контрастировало с нервным шевелением спутника — эридянина.


Центавриец с вечной легкой улыбкой кивнул:


— Обоснуйте.


Серый перевел свои большие глаза на веганца, который спокойно смотрел на нервные телодвижения эридянина и некоторое время молчал.


— Они, — серый наконец обозначил легкое движение рукой в сторону веганца, — прервали важный эксперимент, проводящийся под нашим руководством, уничтожив исследовательскую наблюдательную станцию наших друзей, — он снова обозначил движение рукой, только теперь к себе за спину — в сторону своего спутника.


— Пф-ф-ф… — презрительно фыркнул веганец и поморщился, — неужели вы считаете наши средства наблюдения настолько примитивными, что мы не можем различить ваши наблюдательные станции и боевые аппараты?


— Это не имеет значение, что вы можете или не можете, — спокойно ответил серый. — У нас и боевые аппараты выполняют исследовательские функции. Вы нарушили баланс взаимоотношений.


— Ха! Напомнить вам ваши постоянные нарушения? — веганец презрительно махнул рукой.


— Мы не признаем наши предыдущие действия нарушениями, что однозначно подтверждается результатами предыдущих судейств.


— Не всех, — не согласился веганец.


— Чего вы хотите? — прервал перепалку центавриец.


Веганец немного недоуменно повернулся к нему, но тот все так же продолжал легко улыбаться.


— Не лезьте в наши действия по отношению к землянам в отношении исследований их боевых возможностей в разрезе применения ими технологий цивилизаций второго типа.


— Один раз.


— Один местный год, — не согласился серый.


— Полгода, — согласился центавриец, не обращая внимания на недовольно хмурящегося веганца.


— Тогда в качестве бонуса вы нам дадите вашу аппаратуру по быстрому формированию энергетической картины звездной системы, — продолжал торговаться серый.


— Нет, — с улыбкой покачал головой центавриец. — Формируйте запросы, будем помогать.


В больших глазах серого не отражалось никаких эмоций, только отблески искусственного освещения иногда создавали впечатление, что это существо все-таки испытывает какие-то эмоции.


Постояв какое-то время, серый молча развернулся и вместе со своим спутником растаял в темноте.


— Зачем?! — веганец резко повернулся центаврийцу.


— Затем, что все это бессмысленно, — еще шире улыбнулся тот и тоже растаял в тенях помещения.


Служба безопасности

• «Объект сменил местоположение. Высока вероятность использования объектом телепортации. Высока вероятность потери связи с объектом.»

• «Форсировать взаимодействие с объектом через связь объекта с сестрой. В качестве переговорщика использовать генерала Орлова. Цель: привлечь объект к сотрудничеству. Отменить возможность использования Ксении Сапожниковой в установлении контакта с объектом. Причина — несоответствие психологического портрета поставленной задачи. Высока вероятность ее попадания под влияние объекта.»

• «Провести переговоры с Орловой Еленой Васильевой на тему полного обследования. Цель: попытаться выявить технологию коммуникации под названием „болталка“. Провести анализ, выявить негативные и положительные стороны бесконтрольного распространения подобной технологии и разработать варианты реакции всех служб как при благоприятных, так и при отрицательный вариантах развития. Разработать аргументацию для объекта, способную убедить его следовать нашим рекомендациям.»

• «Перевести тему „медицинский инфосервер“ в разряд „совсекретно“, взять подписки о неразглашении у ознакомленных с темой и подключить их работе. Определить круг специалистов, которых необходимо дополнительно привлечь к теме для полноценного исследования.»

• «Продолжить глубокую проработку вариантов возможного устранения объекта. Проводить постоянное уточнение возможных негативных последствий и угроз от объекта в случае провала устранения.»

• «Продолжить прорабатывать вероятные цели и задачи объекта, предполагая его инопланетное происхождение. Учесть вариант конфликта в стане инопланетных наблюдателей.»

• «Продолжить прорабатывать вероятные цели и задачи объекта, предполагая его статус „потеряшки“. Взять на заметку упоминание объектом его нахождения в другом мире. Провести анализ событий вокруг объекта, построить модель событий с учетом наличия „магии“, провести аналогии с возможностями одаренных, провести аналогии с любыми возможностями „магии“, описанными в любой литературе, а так же в совсекретных архивах. Выработать рекомендации.»

• «После установления доверительных отношений через генерала Орлова, привлечь к контакту одаренного женского пола. Рекомендация — использовать одаренного среднего уровня способностей и силы без предоставления ему всей информации.»


Ник


Честно говоря я чуть не забыл, зачем оказался здесь, вдали от людей. Хоть в принципе я не чувствовал особого напряга в общении с ними, как втихаря боялся, и даже получал какое-то удовольствие, рассматривая людей, с которыми общался, ощущая их чувства, купаясь в их энергиях. Каждый миг такого общения давал что-то новое, какие-то знания археев сами всплывали, когда я видел какие-то знакомые реакции. Например с Ксенией получилось удачно — те вибрации, которые я отметил, и которые предположительно являлись отражением или даже причиной взаимной притягательности и затравки чувств, мне удалось их снизить до, как я считаю, простой симпатии. Увы, но я буквально недавно расстался с Кариной и не особо горел желанием заводить отношения в ближайшее время точно и возможно ближайшие годы. Ну, а с потребностями организма в сексе я как-нибудь справлюсь. Надо сказать, оценивать женскую красоту при таком подходе я совершенно не перестал. Зато стал оценивать ее с другого ракурса. Более полно, что ли.


Однако же здесь, вдали от любых человеческих чувств и энергий, от которых все же приходилось как-то в толпе дистанцироваться, я прямо чувствовал как моя аура и душа раскрываются, как крылья куколки, собирающейся отправиться в свой первый полет.


Вот чувствовались, чувствовались какие-то вибрации, даже чем-то похожие на те, что у нас возникли с Ксенией. Я долго шел босиком по земле, впитывая энергии, бьющие из-под земли, с которыми я резонировал. Да и вообще в энергетическом плане тут все выглядело просто удивительно. Голубые завитки энергий цеплялись за красные, нежным дыханием всасывали в себя желтые и выдыхали зеленые. И все это не магия! Просто какие-то природные тонкие энергии. На Лунгрии они были и я даже обращал на них внимание, но большую часть забивала магическая энергия, ну и пользы особой от них не видно было. Сейчас, кстати, тоже.


Сам не заметил, как начал «танцевать» — выполнять какие-то ката, которые выплывали из подсознания или еще откуда-то, а вокруг меня закручивались энергии.


Незаметно для себя влез в какое-то озеро и подсознательно стал использовать плетения управления водой, вплетая их в свои движения — вокруг меня закручивались водяные смерчи, раскрывались водяные крылья, окружающие скалы хлестали водные скорпионьи хвосты. Я по колено утонул в тине, но она мне совершенно не мешала передвигаться.


Под конец все-таки выбрался из чаши озера, вода быстро утянула обратно с моей одежды грязь и влагу, оставив на душе спокойную гладь чувств. Завитки энергий вокруг меня успокаивались, расправлялись и постепенно теряли свои формы. Похоже это естественная планетарная энергия. Повторюсь — это не магическая энергия, так как я ее не чувствовал так, как ману, она не заполняла ни обычные магические плетения, ни инфомагические. Я чувствовал лишь определенный привкус от этих энергий, и конечно он отличался от привкуса магической энергии. Забавно.


Забавно и то, что я открыл-увидел-посмотрел под другим углом на что-то новое и то, что несмотря на то, что не мог ни «зачерпнуть» эти энергии, ни использовать в магическом плане, в момент «слияния» с миром и своей душой заставлял их завихряться и как-то реагировать. Впрочем, все это лирика, в которой я пока не видел особой пользы. В смысле в лирике и в этом открытии.


Пока я медленно уходил от успокаивающегося озера и задумчиво скользил взглядом по скалам, босиком ощупывая землю и наслаждаясь тактильными ощущениями, случайно отметил легкое колыхание слегка сгустившегося энергетического фона. Чуть темнее и отдаленно напоминает человеческую фигуру — конечно же игра воображения, но интересная. Почему-то подошел и поковырял носком землю и неожиданно выкопал косточки, похоже ладонь. Ну, когда-то это было ладонью человека.


Посмотрел на энергетическое непонятное образование, на косточки, огляделся. Присмотревшись, заметил, что вокруг этой фигурки, энергии слегка искажены и такое ощущение, что они не выпускают ту «фигуру». Заинтересовавшись разыгравшейся фантазией, я засандалил в землю нужные плетения и через минуту из под нее, распихивая камни и глину, на поверхность вылез скелет. На нем еще можно было разобрать обрывки одежды, но явно случилась эта неприятность, то есть смерть, с человеком очень давно. Я перенес останки немного в сторону и забавно — темное уплотнение дернулось за ними, как бы прилипнув.


Заинтересовавшись, попробовал считать информацию с костей и, то ли я уже насобачился, то ли просто не мешали информационные наслоения, сразу же стал получать картинки, звуки, даже запахи. Через пару минут прервал эксперимент: все что хотел — узнал, да и не интересно было копаться в чужой жизни. Уверенный в себе турист-англичанин, отправился в Россию примерно сто пять лет назад в одно из самых малонаселенных мест на земле (узнал по интернету), отказался от сопровождающих (был достаточно опытным путешественником), а здесь глупость случилась — камень из-под ноги и головой рыбкой вниз. Невысоко — всего-то два метра, зато камень острый — череп пробил. Вот и вся история.


Я перенес, вернее пролеветировал — не хотелось руками трогать — кости в другое место, энергетически более нейтральное, как я понял, за пять секунд поднял слой земли в виде могилы, аккуратно опустил туда кости, закопал. Рядом лежащий булыжник положил сверху, обрезал его, превратив его в прекрасную базальтовую плиту, на которой будто сами появилась надпись: Hoggarth Viktor.


Спустя секунд десять, поколебавшись туда-сюда, темная тучка, которую я пока в шутку решил считать душой этого англичанина растаяла. На самом деле я не знал, что это было, но если пофантазировать, то выходило интересно — душа человека попала в энергетическую аномалию-ловушку и висела там, пока я не перенес тело в другое место. Упс, дурак! — я постучал себя по лбу, — надо было посмотреть, была ли информструктура там этого облачка или нет, сейчас-то уже ничего не было, кроме информструктуры скелета. Ну да ладно, какие наши годы, еще насмотримся…


О! Кстати, на одном из потоков сознания я уже подготовил-собрал-структурировал информацию, нужную для дела под условным названием «Взлом века», пора приступать. Хоть и не хочется разрушать свое умиротворенное внутреннее чувство.


Для разнообразия я потратил еще какое-то время, чтобы магией гномов, вернее остатками ее, давно уже переработанной мною, сформировать в ближайшей скале пещеру-дом. Пока небольшой — на пару комнат. Удачно — и место красивое, рядом река несет свои воды, а выход смотрит в сторону заката, освещающего медленные и тягучие водные массы, неторопливо несущие себя по выбитому в древнее времена руслу.


Хорошо получилось — комфортабельный дом внутри скалы, и площадка для медитаций с козырьком как сверху, так и снизу — укрепленный и выдвинутый каменный язык, на котором приятно сидеть и болтать ногами.


Испытав только что созданный душ, освеженный и довольный, я создал кресло, стол на «языке» снаружи, сервировал его и счастливо вздохнул. Кажется начинаю нащупывать отдельные мазки от общей картины под названием «счастье».


Элхор


Элхор задумчиво шел в сторону своего корабля. Эмоции-чувства еще бродили в душе, в особенности негативные, но в пределах нормы, поэтому этот коктейль чувств он и не пытался успокоить. Надо сказать, что они, веганцы, считали, что чувства и эмоции — основа жизни и лекарство от старения цивилизации. Главное сохранять баланс. Сейчас в душе довлели фыркающее возмущение и бурлящее негодование, это было красиво и «вкусно».


Отвлекаясь от созерцания своих чувств, Элхор вернулся мыслью к вопросу. Зачем центавриец Иехолум дал добро на свободные действия серых? Ведь по сути сбитый сестрой Элхора Алиелой корабль серых был пустышкой — живых там не было, кроме их обычных биороботов, почему веганцы так спокойно и вступали в небольшие корректировочные конфликты с серыми и иногда с другими. Этот вопрос не стоило даже выносить на судилище, особенно если учесть множество попыток серых уничтожить уже веганцев, когда те начинали сильно мешать им.


Неужели серые поняли? Или просто реагировали как реагирует примитивное существо, когда его тыкаешь палкой?


Неужели появился тот, кто действительно смог прорваться сквозь барьер знания? Или это все же обманка и всего лишь развитая технология? Поведение Иехолума вроде бы намекает, что это то самое. Но это вполне может быть и обманкой для серых.


Элхор на мгновение замер. А может это обманка и урок уже для них, веганцев?


Сознание затопила транслируемая кораблем Айтурин радость, чье имя значит «быстрый как луч света», хотя перемещался он на большие расстояния совсем не со скоростью света, а практически мгновенно. Матовая поверхность поплыла и Элхора мягко втянуло внутрь корабля. Мгновение — и он оказался в космосе. Некоторое время он любовался Землей, смакуя это свое чувство.


— Алиель? — спросил он и рядом на фоне планеты появилась мордашка любимой сестры.


— Как дела, Элхор? — Она выжидающе посмотрела на брата. Он полюбовался сестрой, так похожей на мать, оставшейся на далекой родине, и ответил:


— Иехолум сдал землян серым.


— В смысле? — нахмурилась девушка.


— Тот корабль, который не захотел стать мертвым и как земное животное — волк — огрызнулся, да так, что преследователи упустили добычу.


— Жаль, — вздохнула девушка, — мы можем что-то сделать?


Элхор дернул вверх головой, жест, означающий примерно то же, что пожатие плеч у землян.


— Не знаю. Прямого запрета вмешиваться у нас нет.


Они немного помолчали. Земля плавно поворачивалась вокруг своей оси, облака создавали причудливые формы, иногда собираясь во что-то смутно знакомое.


— Ты нашла того человека, из-за которого мы снова сцепились с серыми?


— Нет, — грустно ответила сестра, — Как говорят земляне — он как сквозь землю провалился.


— Запусти зонды-разведчики. Или своих контактеров поспрашивай.


Девушка вздохнула.


— Запущу. Поспрашиваю. Но что-то мне говорит, что не все так просто.


— Ну чего ты грустишь?


— Домой хотела слетать. А тут такое заворачивается.


— Так слетай — несколько дней ничего не значат.


— Ага! А то ты не знаешь законы взаимовлияния векторов событий, желаний и намерений! Как только исключишь или наоборот обозначишь свой вектор желания, так сразу же и образуется яма, куда скатывается вероятность события, повышая эту вероятность, или наоборот — событие не вскарабкается на пик образовавшейся горы!


Элхор любовался сестрой, которая даже сквозь связь умудрялась доставать до него своими чувствами азарта и интереса любимым делом.


— Ладно, ладно. Лучше скажи, позволяет ли так любимая тобою теория точечного управления событиями, частный случай которой ты мне сейчас пыталась напомнить, найти человека, заварившего, как говорят земляне, кашу?


Алиела смутилась.


— Я стараюсь, — неохотно ответила она, — пока не получается.


— А как насчет информационного поля планеты? — Элхор посредством чувств своего корабля засек двигающийся в сторону Земли корабль серых и проводил его внимательным взглядом. Корабль увеличился, стал прозрачным, внутри сидел и управлял аппаратом эридянин, что был с серым на переговорах. Элхор отвернулся.


— Ты же знаешь, что Земля кроме всего прочего отличается исключительной плотностью информационного поля, — девушка слегка поморщилась, — очень сложно там работать, даже мне — мастеру-оператору информационных полей.


— Не оправдывайся, — улыбнулся Элхор, — я знаю, что ты в нем как образно говорят земляне — рыба в воде.


— С некоторых пор мне кажется, что это не так, — вздохнула девушка, — В том инциденте, где мы думаем, что появился интересный нам землянин, в информационном поле творится сущее безобразие и бедлам, — нахмурилась Алиела, — я еще не разобралась, где правда, а где нереальные образы. Самое интересное, знаешь что? — она слегка прищурилась, глядя на брата.


Элхор задумался. Перебрал варианты, но так и не понял, что сестра могла найти дополнительного интересного.


— Ладно, не мучайся, — сжалилась сестра, — А интересное то, что в информационном поле отчетливо видно, что разруху в Англо-Австралии учинил мифологический старый земной бог Тор.


— А почему мифологический? Насколько я помню, такой персонаж реально существовал.


Девушка улыбнулась.


— Я прошерстила информацию по нашим хранилищам знаний. Так вот, в мифологии землян он вообще присутствует под разными именами в разных странах, и этому персонажу приписывают дела нескольких наших заклятых друзей и врагов, — девушка немного помолчала, а потом задорно улыбнулась, — в его собирательный образ вошло даже два деяния нашего великого Ауруха Селета.


— Ого! — удивился Элхор, — Интересно было бы с ним пообщаться на тему Земли.


— Все его знания есть у нас в хранилищах знаний. Можешь ознакомиться.


— Это так, но личные впечатления и мысли интереснее.


— Так вот. Тот же Аурух Селет считает, что некоторые деяния и события, с которыми он сталкивался в свое время, могут быть результатом деятельности энергетических сущностей, которых земляне называют богами. Вселяясь в землян, они могли включать у них скрытые экстрасенсорные способности, а те так же могли использовать некоторые возможности, присущие этим сущностям, то есть богам, как их воспринимали люди. Получался такой интересный симбиоз.


— Интересно. Я слышал, что когда-то существовала цивилизация энергетических существ, но вроде как они давно исчезли?


— Можно предположить, что часть их осталась в галактике, а может и в некоторых иных галактиках, и в некоторых случаях они могут участвовать в жизни материальных цивилизаций.


— Это интересно, — вскинулся Элхор. — Надо будет заняться.


— Займись, — согласилась сестра, — но я продолжу. Так вот, судя по информационному следу, там действительно был бог Тор, но он был как бы единым целым вместе с тем, что ему только приписывается. Поэтому я и говорю — там был мифический Тор.


— Хм… И что это значит?


— Пока не знаю. Тем не менее ко всему прочему там был кто-то вполне материальный. Вот и попробуй поищи такого хоть так, хоть в информационном поле.


— Ладно, тогда давай используем старые добрые методы инструментального и агентурного поиска, — улыбнулся веганец и изображение Земли резко скакнуло на него.


Ник


Итак. Первый шаг: найти спутники связи. Все-таки пришлось использовать один из подаренных-выменянных УНИКов. Точку коннекта к сети конечно они уже определили, но находится она в далеком городе, не связанным с текущим моим местоположением. Связь конечно слушается — я был абсолютно в этом уверен. Поэтому пришлось где-то полдня заниматься дезинформацией, будто я интересуюсь всем, что происходило на Земле в последние полвека. Впрочем, действительно было интересно.


Разброс интереса у меня был таков, что то, что меня сейчас на самом деле интересует я надеялся останется за кадром. Забавно, не задавая прямые поисковые запросы, а просто гуляя по ссылками, задавая непрямые вопросы мне удалось найти аналог программы, показывающей весь летающий в космосе мусор, спутники и прочие болтики-отвертки от космических аппаратов вокруг Земли. Подобных программ и в мое время было море, и я надеялся сейчас ситуация не особо поменялась. Так и вышло. Среди множества действительно мусорных остатков, которых, кстати, не сильно больше стало, вполне открыто отмечались и спутники связи. Причем как «наши», так и остальных стран, в основном англо-австралийские, китайские, индусские и, что удивительно, немецкие. Ха! В информационном поле России про немцев как ни странно не особо много говорилось, тем не менее, они на остатках европейских территорий вполне неплохо поживали. Ладно, пусть их.


Карта мусора показывала все в режиме реального времени, чисто математически рассчитывая положение спутников, плюс иногда корректируя данные со специальных серверов. Все это не секретно было, это меня больше всего и удивило. Хотя, может просто посчитали глупым прятать очевидные вещи?


Солнце село, встало и снова стало клониться к горизонту, когда я наконец смог создать некую систему, выстроив соответствие координат спутников с координатной сеткой, построенной моими датчиками, кстати, до сих пор не полностью «оцифровавшими» Землю с точки зрения частотно-волновых характеристик.


Потом где-то на трое суток я отвлекся — не получалось делать телепортационные небольшие окошки, которые бы не дрейфовали относительно спутников, чтобы спокойно их можно было ковырять. Снова пришлось поднимать и переосмысливать модель телепортации. Без Умника было сложно — я даже в процессе несколько раз недовольно легко стукал браслетом, в котором сидел Умник, по столу. От нервов конечно, но лезть внутрь Умника все еще опасался, хотя уже мысленно и смирился с мыслью, что все-таки придется это делать.


Так вот с телепортацией. Частотно-волновые характеристики одного места включают в себя до миллиона разных параметров, которые мне удалось выделить из общего облака характеристик. Причем количество этих параметров может варьироваться в зависимости от места и количества объектов поблизости. Если говорить совсем грубо и упрощенно, то один параметр может учитывать разные характеристики одного из объектов данного места, то есть массу, условные координаты относительно других объектов, тех что рядом: земли, солнца, галактики и прочих. Движение, направление, температуру и так далее. Для каждой точки измерений, то есть одной такой комплексной характеристики (из миллиона) снимается уровень или сила влияния этой характеристики и соответственно, у той, у которой этот уровень выше и является превалирующей точкой привязки.


Например снимаем частотно-волновые характеристики местности. Сюда входят параметры озера, на берегу которого снимается точка привязки (количество воды, ее температура), количество деревьев поблизости, камни на берегу, температура воздуха, даже характеристики пролетевшей рядом птички. В любой момент, задав эти параметры, телепорт настроится на эту точку. Но понятно, что со временем все меняется — птичка улетела, вода остыла, деревья потеряли листья и частотно-волновые характеристики постепенно теряют свою актуальность. Поэтому их периодически и надо обновлять.


Вот, кстати, можно и оптимизировать такие координаты — например исключить параметры птички, оставить например только пару камней на берегу, тогда и обновлять характеристики координат можно реже или совсем не обновлять. Но и тут не все так просто — без параметров других объектов, если вдруг камни перенесут, то и точка выхода переместится.


Так вот, тут еще все зависит от «уровня сигнала» каждого объекта, от чего зависит к чему именно координата и привязывается. Если задрать уровень характеристик именно птички, а остальные убрать или снизить, то телепорт будет появляться рядом с птичкой, даже если она летит, а объект, появившийся из телепорта приобретет с этой стороны параметры объекта привязки, то есть скорость движения например и другие. То есть все время будет рядом с птичкой. Что и требовалось доказать.


Несмотря на вроде бы простоту этого взаимодействия и параметров, функция влияния от всех параметров оказалась довольно капризной дамой. Чем больше убираешь уточняющих параметров, тем стабильнее становятся координаты, медленнее меняются, но становятся грубее. И в какой-то момент могут перестать работать или совпасть с такими же характеристиками другого объекта. И теоретически… ага, если найти и убрать привязку к этому миру, а подставить характеристики другого мира, то можно оказаться именно там… Нет, что-то тут не так — у меня ведь не получается прыгнуть по известным мне координатам на Лунгрии. Возможно я еще не все додумал. Впрочем, того, что есть, мне достаточно для выполнения и текущей задачи и слегка оптимизировать уже снятые координаты реперных точек на Земле, чтобы сделать их более стабильными и устойчивыми.


Кстати, то, что я наговорил, вполне объясняет, что есть небольшой процент координат, прыжки в которые не срабатывают — просто координаты снимаются моими датчиками скопом, без учета текущих знаний, поэтому они могут содержать большое количество быстро меняющихся привязок. Но их все же мало, да и доработать датчики съема никто не мешает.

* * *

— Привет, Коля! — Сестра с интересом смотрела на меня через интерфейс болталки. В принципе особого интереса она не вызывала, разве что магическим средством связи — я так сказал и они молча это восприняли, не особо удивляясь или как-то реагируя — да еще и отличающимся дизайном интерфейса.


— Привет, сеструха! Какие-то проблемы?


— Да нет… Ты чего сбежал-то?


— Да так, — я хмыкнул, — интересно стало сломать нарождающуюся линию событий, обстоятельств, намерений кое-кого…


Сестра некоторое время пыталась осмыслить сказанное, но потом видимо просто отбросила в сторону как неинтересное и маловразумительное.


— Я хотела обсудить кое-какие вопросы в отношении твоего медицинского инфосервера, — сестра дождалась моего кивка и продолжила, — а почему такое название? Почему инфосервер?


— Это твой вопрос или представителя службы безопасности? — Я немного обострил разговор, а то так до ишачьей пасхи будем реверансы крутить.


На удивление сестра спокойно восприняла мой вопрос и даже кажется отмахнулась от его подсмыслов.


— Само собой нам придали дополнительные научные силы, имеющие высокие допуски по работам на службу безопасности. Кстати, если уж на то пошло, с таким подходом и меня тоже можно назвать работником СБ, как и подавляющее количество населения России, — очень спокойно пояснила сестра.


— Ладно, ладно, — я ухмыльнулся, — «инфосервер» — потому что это сервер, обрабатывающий информацию на уровне инфосети и создан он с помощью инфомагии, — чего-то скрывать я не собирался — мне наоборот было интересно, до каких мыслей дойдут земные умы на основе этой информации. Воевать-то я особо ни с кем не собирался, ну разве что разобраться еще надо будет с этими похищениями и инопланетянами — маловато у меня информации. Вот организую доступ в инет и перечитаю всю информацию. Понятно, что пока открытую. Про закрытую еще подумаю, что можно сделать. Исходя из полученных знаний, это возможно, но методы… Скажем попахивают.


Сестра даже не поморщилась на мой ответ и дальше мы несколько часов обсуждали то, что они смогли раскопать с помощью медицинского инфосервера, как его можно интегрировать, как можно работать с его данными. Хорошо хоть меня в свое время натаскал тот странный астральный образ ученого-врача еще на Лунгрии, иначе я бы выглядел совсем дилетантом в разговоре, а так более-менее тянул тему. Понятно, что отсутствие у меня знания земной терминологии несколько усложняло общение, но тем не менее дело пошло. Их удивляла и восхищала возможность как массового так и точечного энергетического воздействия, диагностика. Сам же я пополнял копилку инфосервера более широким знанием в области медицины. Особенно меня радовало то, что я сразу дал им доступ на разные эксперименты над подопытными с помощью инфосервера. И они сами не зная того, а может и предполагая, развивали искин медсервера.


— Да, кстати, Ксюха уехала, — в конце, устав от обсуждений, сестра снова перешла к бытовому, — Ты ее наверно чем-то обидел, — обвиняющие нотки легко-легко просматривались в ее тоне.


— Да нет, — я пожал плечами, — ничего такого не было.


Ленка вздохнула.


— Жаль. Ладно, — она как будто встрепенулась, — Наверно я себе понапридумывала. Катюха спрашивала о тебе.


— Она может мне позвонить по болталке, — я пожал плечами.


— Наверно стесняется.


— Я попозже сам ей звякну. Сейчас немного занят.


— Тем, чем ты занимаешься, нельзя было у нас заниматься? Мы обидели тебя чем-то? — Сестра с беспокойством стала всматриваться в меня. Я легко улыбнулся:


— Все нормально, Лен. Я же тебя предупреждал, что буду немножко по делам ездить. Ну и уж очень сильно я привык к просторам и свободе, — выдал я новые аргументы, — Да и никуда же я не деваюсь — в любой момент могу к вам прыгнуть.


— Хорошо, — немного успокоилась сестра, — тут Коля с тобой хотел поговорить, ну, в смысле мой муж. Ты так неожиданно ушел, что он не успел что-то с тобой обговорить.


— Я попозже выйду на связь с ним. Кстати, посмотришь на своем столе — я там оставил терминал болталки без привязки к человеку. Увидишь там — это УНИК, переделанный для связи со мной. Разберешься — в нем есть небольшой контактный список. Можешь отдать мужу — пусть пробует, звонит. Я отвечу, как освобожусь.


— Ну ладно, не теряйся, — Ленка улыбнулась и отключилась. Блин, все-таки обозначила, что она тут типа главная! — я в ответ тоже улыбнулся, хоть никто и не видел.

* * *

И вот, наконец, все получилось — небольшой телепорт располагается непосредственно вплотную к нужной части спутника. С той стороны — камеры, транслирующие мне визуальную обстановку. Спутники небольшие по размерам, но их много. Воздух, кстати, не вытекает из открытого окна, как можно было бы предполагать. Просто потому, что как оказалось, наши с Умником настройки телепортационного инфосервера, вернее первоначальные, которые делал именно он, просто не реагируют на молекулы воздуха и воды! Вот жук! Все продумал! Правда еще там какие-то были настройки, но я просто не смог понять на что — я и эти-то экспериментальным путем определил. То есть воздух и вода спокойно протекают сквозь телепортационную рамку. Правда, не трогаются молекулы, которые находятся внутри например организма, то есть их сервак считает одним целым с организмом, а то ведь и без крови можно остаться с той стороны. Но это все — в программной модели инфосервера. Нормально. Крутой сепаратор, кстати, получился, если что.


Отдохнув немного и погоняв птиц в небе воздушными потоками, вернулся к работе.


Достал из пространственного кармана чемодан суперкомпа. Посмаковал чувство легкого возбуждения замешанного на интересе и открыл его. В центре в выемке материала, похожего на поролон, лежал кубик Рубика. Ну, почти — уж очень похож. Множество разноцветных квадратиков на каждой стороне и вызывали это ощущение игрушки. Впрочем, в памяти всплывали усвоенные знания, вызывая у меня чувство радости и удовлетворения тем, что Я ЗНАЮ!


Вытащив довольно тяжелый куб из чемодана, я (ха, ха! Кубик Рубика!) повернул верхнюю часть, после чего он, собственно, и включился. Некоторые квадратики слегка засветились, на некоторых появились небольшие надписи. Я нажал сразу три квадратика и над компом вырос объемный экран с (снова ха-ха) обычной консолью, правда не на темном фоне, а на красивом голубом с какой-то эмблемой позади. Ничего в этом мире не меняется. Собственно ничего удивительного, этот режим в общем-то как раз служит и для отладки-настройки и прочих дел. Кстати, в этот раз экран был кажется голографический.


Немножко посидел, наслаждаясь видом монитора над столом и на фоне реки и природы. Посмотрел на облака и улыбнулся.


Нажал на кубе еще пару комбинаций клавиш и на экране появились символы, обозначающие включение голосового командного модуля и клавиатурного — перед кубом появилась клавиатура. Я потрогал ее, так как моя заимствованная память говорила, что должна быть тактильная связь и о чудо! Действительно, ощущение того, что трогаешь что-то вроде легкого пенопласта наличествовало.


Кстати, еще была связь через УНИК, но я по понятным причинам ее проигнорировал.


Итак! — Я размял пальцы в воздухе и положил их на клавиатуру. Ну-с… Проверим, как знания уложились в памяти… И пальчики забегали по клавишам. В консоле все тот же английский язык как наиболее лаконичный. Хотя в наличии для интерфейса — и русский и китайский и английский. Хм… больше не предлагает, в мое время можно было выбрать из где-то сотни.


В какие-то моменты можно еще ускорить действие словами:


— Ком! Показать внутреннюю разводку интерфейсов.


На экране тут же разворачивается запрошенное. На самом деле максимальная производительность работы с компом достигается через коммутацию с личным УНИКом. Тогда иногда можно достичь реакции компа скорости мысли. Собственно цель этого этапа у меня как раз и является скоммутировать этот БУНИК, то есть Большой Универсальный Информационный Комплекс с пока неактивным искином, с моим биокомпом, дабы быть хотя бы не слабее и не хуже обычного среднестатистического современного программиста.


Все нужное для разработки находилось в самом БУНИКе. Я запустил среду разработки и пробежался взглядом по интерфейсу. Внезапно появилась надпись: «Проверить наличие обновлений на сервере производителя?». Э, нет! Не зря я первым делом отключил коммуникации, нафиг мне надо, чтоб кто-то отследил коннект.


Вдруг поймал себя на том, что улыбаюсь. Нравится мне это дело.


Задача в общем-то у меня не была сложной — всего лишь нарисовать как со стороны БУНИКа, так и с моей программный протокол обмена данными. Создал магическую заглушку, которую прилепил к оптическому выходу БУНИКа, с которой данные поступали мне в биокомп и передавала обратно свою порцию данных. Вскоре все заработало (легкота! даже на коррекцию ошибок можно было забить!) и я получил возможность управлять БУНИКом мысленно, через свой биокомп.


Грустно погладив клавиатуру, я вздохнул и убрал ее, как и дисплей — все что надо появится у меня в виртуальном пространстве — скорострельности оптического канала хватало.


Служба безопасности


— Капитан Баширов? — Патрушев с интересом посмотрел на вошедшего человека.


— Так точно! — Непроизвольно вытянулся молодой подтянутый человек, в котором четко прослеживались татарские корни, — Разрешите войти?


— Да, конечно. Располагайтесь.


Вошедший мельком глянул на странного лысого здоровяка, что-то делающего на большом сенсорном экране-столе, и миловидную девушку с отрешенным видом сидящую в углу комнаты за зеленой стеной из растений и цветов, и сел на предложенное место.


— Вы простите, капитан, что оторвали вас от дел, — начал Патрушев, — ваш рапорт за номером сто сорок пять мы читали, но хотели бы услышать об операции из ваших уст. Сразу предлагаю перейти на «ты» — мы с вами в одном звании, да и вызов так сказать полуофициальный. Принимается?


— Принимается, — расслабился гость, — как мне к тебе обращаться?


— Можно просто Сергей.


— Я — Тимур, — кивнул мужчина и с любопытством огляделся. — Так что вас интересует?


— Просто расскажи своими словами что произошло.


Тимур ненадолго замер, проверяя допуски присутствующих людей из другого отдела СБ, так сказать «мозгового», в отличие от их — «силового», чтобы определить насколько он может быть откровенным.


— Собственно перед нашей группой ставилась простая задача — взять под плотный контроль, в том числе инструментальный и информационный, человека, который у нас по документам операции проходил под именем «Вой». Вели мы его от самого дома его сестры, как я понимаю, и до центрального торгово-развлекательного комплекса в Новосибирске. — Тимур на мгновение замолчал и благодарно кивнул Вере, принесшей ему стакан с водой.


— Предполагалось, что возникнет необходимость в защите объекта, поэтому все было по-серьезному. Группа прикрытия, захвата, силовой поддержки, информационной. В общем, по высшему разряду, — он ухмыльнулся.


— Да уж, — поддержал разговор Патрушев и улыбнулся, — тем не менее что-то пошло не так?


Тимур пожал плечами.


— Группа информационной поддержки сразу нам обозначила несколько потенциально опасных целей. Правда одну быстро переквалифицировали как наблюдателей, вернее наблюдателя, а второго как боевика. По наблюдателю пришла команда ничего не делать…


— Это была китаянка Шу Ци?


— Да, — кивнул капитан, — Ничего не делать, но держать под контролем. А вот боевика решено было брать, если он проявит агрессивность по отношению к защищаемому объекту. Наша группа инструментальной и информационной поддержки сумела определить, что боевик использовал стационарные микро-камеры для объемного съема видеоинформации, поэтому нам пришлось повозиться, чтобы нас не засекли, и миниатюрного дрона для медикаментозного незаметного нападения на цель. Техника нам была знакома, поэтому было принято решение документально зафиксировать все этапы нападения на защищаемый объект. Управление дроном кратковременно было перехвачено, он на несколько мгновений изменил свою траекторию и в одном месте подхватил наши боевые наниты, которые на физическом уровне заблокировали систему впрыска — кстати, там оказался смертельный яд, — на информационном уровне также заблокировали команды на использование механизма нападения, а вот управление самим дроном потом вернули боевику, чтобы зафиксировать непосредственно его действия.


— Зачем это делалось? — полюбопытствовал Патрушев.


— Могу только предположить, что этот расчехлятор планировалось использовать потом, но это уже не наше дело, — Тимур вздохнул и отпил воды, — да и не вышло ничего. Вернее с нашей стороны все было сделано практически идеально, это и проверочная комиссия признала, а вот дальше… дрон каким-то образом был уничтожен — что-то его просто размазало в лепешку, а сам диверсант умер по неизвестным причинам.


— Он зачем-то подходил к объекту защиты, почему вы его тогда не перехватили?


— Оружия у диверсанта не было, наши наниты уже прицепились к нему и не обнаружили никаких скрытых или миниатюрных систем нападения. Да и просветили его, удостоверившись, что у него нет системы отслеживания подобных действий — он был чист. Даже ядов на руках не было, как можно было бы ожидать. Решили рискнуть, тем более, что реанмобиль был под рукой и мы могли бы вытащить пострадавшего и с того света. По крайней мере если бы что-то случилось, через пару секунд объект уже лежал бы в капсуле. Опасность нападения на объект защиты в этот момент и нами и тактическим искином была признана довольно низкой, поэтому решили брать диверсанта на выходе. Ну и сама операция подразумевала не полную защиту объекта, а с допустимым уровнем опасности для него, зато акцент больше был на получении полной информации по нападению и нападающим с полной фиксацией всех их действий.


— Отчет врачей мы видели. — Патрушев с любопытством посмотрел на Тимура. — А каково ваше мнение, почему умер диверсант?


Тимур вздохнул.


— Я не знаю, но интуиция мне просто кричит, что никакие это не антенны биополевого излучения были. — Он немного помолчал. — Мне кажется, что это объект охраны каким-то образом убил диверсанта.


— И все же, почему вы так думаете?


Тимур посмотрел на Патрушева и наконец ответил:


— Когда диверсант поздравлял объект с победой, тот посмотрел на него с довольно заметным удивлением, а потом уже в спину ему эдак презрительно усмехнулся. Мол, идиот, куда полез? Ну, — смутился капитан, — мне так показалось.


Ник


Последний этап — коммутация БУНИКа со спутником. Здесь особых сложностей при наличии знания как и чего делать тоже не предвиделось. Так же оптическая нашлепка в нужные порты, в обычном режиме служащие для отладки на земле, а протокол обмена данными стандартный. Вторую нашлепку — на еще один оптический порт БУНИКа. Единственно чем от стандартной связи отличалась текущая — отсутствие необходимости в личной идентификации и идентификации подключаемого аппарата, которую я и отключил у БУНИКа. Ну вот реально, порты эти использовались только один раз на заводе, для контроля и отладки связи и все. Потом спутники уходили на орбиту и видимо никому и в голову не приходило, что кто-то будет использовать эту возможность. В принципе, не должно такого быть, но может это просто мне повезло, типа такого рояля. Возможно все же, что действительно никто о таком не думал, так как эту возможность я сам нашел, как системный баг она в моих знаниях не присутствовала. И нет никаких у меня данных, что кто-то, например, из других стран запускает в космос свои спутники-диверсанты, чтобы подключиться таким образом. Видимо профита особого нет, возможно это только мне нужно.


И вот он, радостный момент! Чик, и дело сделано!


Я погонял в виртуале запросы, удивительно — по ощущению даже работает быстрее, но это скорее психологический эффект.


Теперь сделать нашлепки на максимальное количество спутников, желательно во все, а программной части прописать периодическую смену спутника связи как какого-то прокси. А еще проверить, будет ли работать, если БУНИК отправить в карман, теоретически должен, ведь связь БУНИК-спутник работает на инфомагическом слое, лишь на концах преобразовываясь в световые сигналы.


Попробовал — работает. Вообще круто получается!


Осталось включить искин и посмотреть, что он умеет и пригодится ли мне.


Потом, кстати, если понадобится, надо будет сделать что-то подобное и для подключения к другому сегменту сети — Англо-Австралийскому.


Река Ангара


В мутных водах сибирской реки скользила тень, стараясь быть как можно менее заметной. Иногда ей приходилось вынуждено подниматься чуть ли не к поверхности и тогда эту тень можно было бы заметить, доведись кому-то из людей смотреть в это время на легкую колышущую массу воды. И ведь нашлось кому смотреть! Только не человеческим глазам.


После анализа недавнего инцидента с похищением детей, проживающих в этой местности и последующих событий, тактический БУНИК службы безопасности посчитал весьма вероятным появление здесь очередного пришельца. Из-под тины, стряхивая с себя муть, выбрался аппарат в несколько раз меньший по размерам вторженца, но такой же шустрый. Он мгновенно домчался до проплывающей над ним тени и присосался к его брюху. Последовательные мощные электромагнитные импульсы, способные вывести из строя любую земную технику, стали неспешно биться в «пузо» иноземного аппарата. Впрочем, как и ожидалось, эти импульсы лишь частично повлияли на вторженца, слегка дезориентировав его, наверно его «электроника» была построена немного по другим принципам. Но и создатели «прилипалы» были в курсе этого, поэтому мощные импульсы перемежались прочими электромагнитными излучениями, нащупывающими резонансные частоты, способные как-то негативно повлиять на живучесть врага.


Однако же и враг не собирался просто так поддаваться насилию — по его поверхности забегали разноцветные пятна, появление которых сигнализировало о том, что аппарат переходит из режима мимикрии в боевой режим. Но и об этом знали земные военные, множество раз сталкивавшиеся с подобными аппаратами и сумевшими накопить большую статистику. Если бы это было необходимо, то в принципе сейчас вполне возможно было уничтожить аппарат, но цель была иная — захватить его в плен.


Поэтому над аппаратом, все еще продолжавшим двигаться по реке, хоть и снизившим скорость, появился земной военный бронированный аппарат, который в строго определенное время, вычисленное тактическими искинами по световой индикации пришельца, открыли ураганный огонь вниз по нему из множества скорострельных стволов с рассчитанной энергетической емкостью. Его силовое поле не включалось мгновенно, а накачивалось в течение около трех секунд, и именно в этот промежуток времени нагрузка на поле не давала ему выходить на рабочий цикл и в то же время заставляла энергетические системы аппарата полностью переключаться на попытки все же поднять силовой щит, оставляя остальные системы менее защищенными, куда и вклинивался своими электромагнитными системами подавления и перехвата управления «прилипала».


Над рекой стоял сильный шум, в месте попадания снарядов поднялась стена воды, вниз по реке растянулся длинный язык мути, перемежающийся местами тельцами оглушенной рыбы. Стаи птиц с громкими и резкими криками разлетались в стороны от странного и страшного шума.


Наконец сложная в плане синхронизации совместная работа БРОКОМов сказалась: система РЭБ нащупала индивидуальный электромагнитный ключ подавления и вторженец резко «потух». Но еще за мгновение до пропажи так и не развернувшегося в полную силу поля силовой защиты, верхний аппарат остановил стрельбу и быстро умчался в сторону, а его место занял транспортный модуль, который быстро притянул к себе пойманную дичь и помчался на базу, где его уже ждали.

* * *

— Отлично сработали! — Майор в специальной комнате ВКС слегка улыбнулся и повернулся к присутствующим здесь операторам БРОКОМов, контролерам, аналитикам и тактикам. Все радостно загомонили — нечасто, очень нечасто удается поймать инопланетный модуль. По сути до сих пор люди только испытывали и пробовали разные экспериментальные системы для борьбы с ними. Земляне, несмотря на свою относительную прагматичность, так и не простили инопланетянам их утилитарного подхода к земной цивилизации. Впрочем, у любого государства было лишь несколько вариантов дальнейшего развития отношений. Англо-Австралия решила тайно от своего населения, во избежание разных вопросов, сотрудничать с инопланетянами и даже кое-что выиграли от этого. В основном некие технологии, очевидно устаревшие или некритичные для самих инопланетян, но довольно прорывные для землян. В России же решили, что негативные стратегические последствия подобного сотрудничества довольно неприглядны и старались держаться от этого в стороне. Пришлось тяжело, но пока каким-то образом удавалось удерживать паритет особенно в технологической части — то ли технологии выкрадывались у англов и оптимизировались, то ли были свои источники технологий. В целом в обществе довлела мысль, что это ученые всех стран, объединенных вокруг стержневых государств (Россия, Китай, Индия, Иран и еще некоторых) справляются своими силами.


Внезапно раздался крик:


— Товарищ майор!

Все обернулись на центральный общий экран. А на нем транспортный модуль сначала резко скакнул вверх-вперед, а потом как бы недоуменно начал снижать скорость: из его зацепов пропала с таким трудом пойманная добыча.


Ник


— М-да… Ну и дела! — Я с интересом и удивлением смотрел разворачивающееся передо мной зрелище, устроенное вояками. На самом деле меня отвлек от дел сигнал от защитки, что я поставил на местность вокруг дома сестры в радиусе нескольких километров. По реке еще дальше расставил сигналки, помня, что эта водная артерия использовалась плохими парнями для незаметного подползания к жертве и для утекания от погони, вот и сейчас она сработала.


Вообще-то, сигналка срабатывала несколько раз еще до того: там в последние дни шныряли какие-то аппараты, но судя по всему (и по электронно-волновым образам в том числе и по внешнему виду) это были земные аппараты, а судя по их действиям они туда были посланы как раз для защиты семьи моей сестры. Ну и понятное дело — она довольно сильный ученый, опять же муж в чинах, ну а как к детям тут относятся я уже говорил. Поэтому то мне и понравилось, что подсуетились.


Но вот сейчас было что-то совсем интересное. Реально — инопланетная тарелка! Только не летающая, а водоплавающая, или даже подводоплавающая! Я уже хотел ее как-то атаковать, ибо нефиг тут труселями своими трясти, да военные и сами справились — любо-дорого было посмотреть! Спеленали как миленькую.


Только вот какое дело — раз эти гады существуют, а я их до сих пор не воспринимал очень уж всерьез, то мне очень и очень пригодится такой аппарат для исследований. Я уже немного глянул информации в инете — что-то мне не очень нравится как эти япономатери себя ведут. Кстати, активировал я тот ИИ, что встроен в БУНИК был. Ничего так, прикольный. Не такой удобный, как мои инфомагические, но вполне так себе. И я его решил оставить на хозяйстве, особенно когда узнал, что в нем есть нечто вроде знакомого мне фактографа, только сильно продвинутого по сравнению с тем, что я знал и, как мне кажется, даже чем-то посильнее восстановленного мною в моем биокомпе варианта. Сложно оценить, поэтому решил посмотреть, как он работает для сбора нужной информации. Ну и потом гляну алгоритмы, может смогу перенести к себе, все равно у меня инфосерверы помощнее будут на порядки. Поэтому как только я увидел это чудо инопланетной мысли, сразу дал команду Кроту, это я этому искину дал такое имя, собрать всю доступную информацию по инопланетянам.


А дальше была игра «поймай мыльный пузырь». Хрен бы у меня что вышло, тем более удаленно и так быстро, да только тот аппарат, что уволакивал тарелку пролетел рядом с моим датчиком на воздушном элементале, который снимал и уточнял частотно-волновые характеристики местности. Поэтому технично подвести элементаля к аппарату было несложно. Потом какое-то время, достаточно долгое для меня, так как делал удаленно, я создавал телепортационную сферу вокруг тарелки. Можно было и «дверь» впереди корабля поставить, чтобы добыча четко в нее попала, но боялся, что корабль может изменить направление движения — дернется и порежет мне тарелку. Сложность еще была в том, что телепортационная сфера тут не очень подходила по форме — тарелка-то плоская и крепилась своей верхней частью к пузу транспортера. Если взять в сферу, то она просто захватит и транспортер и порежет его. В общем, с трудом получилось деформировать сферу по форме тарелки, но вышло с дефектом: полная прозрачность и проницаемость купола сломалась и на месте тарелки образовалось что-то невнятное, плывущее в глазах, как текущая вода, искажающая свет. Но в общем это промелькнуло быстро, может и не заметят. А если и заметят, то пусть ломают голову, черт с ними!


Переместил я тарелку в большую пещеру, вернее полость в скале, которую обнаружил за своим домом некоторое время назад и раздумывал как расширяться и что делать. Вот туда и поместил ее.

* * *

— Алиела?


— Да? — В душе раскрылся маленький цветочек интереса и доброжелательности, пришедший через систему связи от сестры.


— Что-то серые и эридиане засуетились. Присмотри за ними, — Элхор задумался.


— А ты куда-то собираешься? — поинтересовалась девушка, переводя нужные потоки информации с систем брата на себя.


— Да, хочу слетать к кораблю землян, что-то мне неспокойно.


— Думаешь, серые попробуют на них напасть?


— Вполне возможно, вероятность этого достаточно высока. Тем более, если центаврийцы поделятся с ними актуальной энергокартой звездной системы, как обещали, и хуже того — будут это делать постоянно, то те смогут достаточно быстро находить землян.


— Я все-таки не понимаю мотивы действий центаврийцев, — нахмурилась Алиела, — они ведь провоцируют ситуацию на накопление напряженности!


— Я тоже так думаю, — Элхор слегка наклонил голову набок, будто прислушиваясь к чему-то, — Полагаю, что мы вписаны в их уравнение, поэтому спокойно можем действовать согласно своим принципам и намерениям.


— Ну, ладно. — Алиела легким мысленным усилием переключила внимание на информацию, поступающую с систем брата. — Ты лети, я справлюсь.


— Не сомневаюсь, — улыбнулся Элхор и его корабль исчез с бархатной ткани космоса, украшенной мелкими драгоценными светящимися точками.

* * *

Эх, красота!


Я сидел на каменном уступе, вырастающем из стены и смотрел на освещенную мною большую пещеру, внутри которой расположился инопланетный корабль. Ну или тарелка или какой-нибудь модуль, предназначенный для планетарного использования — не знаю. В камне скалы присутствовали какие-то минеральные вкрапления и из-за этого все вокруг сверкало и переливалось, а по центру лежала эта тарелка.


Зрелище красивое и завораживающее. Ну и мистическое — меня всегда захватывали рассказы об инопланетянах, полетах в космосе и прочие околопришельческие фенечки. Конечно, интерес после стольких приключений, гномов, эльфов и прочей фентезятины, уже не такой сильный, ибо… В общем, ибо. Но все равно цепляет.


На самом деле это не та пещера, куда я сначала перенес корабль и оставил, не снимая транспортировочного кокона, из которого не мог наружу пробиться никакой сигнал. На всякий случай. Тем временем с помощью земного элементаля сделал вот этот, уже второй зал на глубине где-то километра. В принципе ничего страшного я не видел — порода скальная, стены укрепленные — и проплавленные и прессованные и укрепляющей сеткой зафиксированные, воздух под нужным давлением закачан. Температура поддерживается. А попасть сюда и отсюда — только через телепорт. Красота! Ну и всякие энергетические спектры вроде бы перекрыл. Чтобы наружу никакие сигналы не ходили. Конечно не так, как в идеальной защите, но все же. Пожадничал — инфокомп повесил на эту энергетическую пелену, ибо инфосерверы пока все заняты, а отнимать от них ресурсы не хотелось, но вроде бы должен справиться.


Вот и сижу, думаю, что делать с аппаратом. Внизу к нему все так же присосан земной аппарат, который собственно и «выключил» тарелку, как я понял. Поэтому, снимать аппарат я не стал. Пусть «держит». Но надо свою держалку придумать, а то неизвестно, сколько эта проработает.


Обошел скособоченную из-за прилипалы внизу тарелку по кругу, касаясь ее руками. Гладкая поверхность — пальцы скользят. Тишина немного давила, поэтому я включил легкую тихую музыку и сразу стало легче. Ну и осознание того, что находишься на такой глубине несколько нервировало. Безосновательно, как я считал, но все же.


Ну что ж… Приступим, пожалуй.


Визуализируем информструктуру, чтобы она наложилась на саму тарелку и начинаем постепенно идти внутрь, засылая впереди инфомагические датчики, мониторы, камеры и прочую мелочь. Они стали метаться внутри по кругу, снимая все характеристики, что могут, в том числе и видео, постепенно сужаясь и слетаясь внутрь.


Вскоре у меня на внутреннем взоре стала крутиться модель этой тарелки, которую можно было как угодно разрезать, посмотреть в любом виде и формате. Посмотрел энергетические потоки. Заметил забавную картинку — в центре наливалась энергией конструкция с какой-то сложной структурой внутри, но в определенный момент времени от «прилипалы» снизу шел модулированный сигнал, который сбивал процесс накачки этой структуры внутри аппарата. Забавно, что небольшие энергетические отражения работы этой системы, так сказать «эхо», пробивались наружу. Видимо на них и ориентировалась «прилипала».


Покрутил, покрутил я эту систему на виртуальном экране. Для чего она нужна я не понял, но сообразил, что ее лучше выключить, раз уж от нее зависит живучесть тарелки. А мне она не нужна «живой». Найти подпитывающие нити было нетрудно и я их просто перерезал, разорвав нужные места в информструктуре. Если этот разрыв не приведет к деградации всей системы, то спокойно смогу потом восстановить, в противном случае — что ж делать, сломал, значит сломал.


Через полминуты где-то, прилипала сама отвалилась — видимо, потеряв сигналы от тарелки, посчитала, что дело выполнено. Внешне же в тарелке ничего не поменялось. И я отправился дальше крутить модель.


Тарелка была небольшая, кстати, метров двадцать в диаметре. Поэтому долго осмотр не занял — ну что интересного в каких-то агрегатах или странной структуре заполнителя между ними? Поэтому, мельком оглядев все второстепенное, приступил к самому интересному — небольшой комнатке внутри тарелки, где в кресле сидел самый настоящий инопланетянин. Освещение внутри не погасло, как можно было бы ожидать, но было странного оранжевого спектра. Необычно, но глаза не напрягаются. Внутри сидело довольно привычное мне по картинкам существо — инопланетянин. Тонкий, сам небольшой, но с огромной головой и большими немигающими глазами. Даже неинтересно. И сидел он неподвижно, лишь иногда слегка поворачивая голову. Никаких эмоций или беспокойства. Нет, вру, интересно своими глазами увидеть то, что считалось ранее то ли выдумками безумных уфологов, то ли психов.


Не чувствовал я ментальных или других эманаций от этого существа — или стенка тарелки изолировала внутренности, или еще что. В общем, надо внутрь. Стремновато конечно, но думаю надо.


Зато никто мне не мешает сделать кое-что другое. Например прикрутить существо невидимыми лентами к креслу. Зафиксировать его руки, ноги и голову. Что я и сделал. Существо немного подергалось и успокоилось. По лицу вообще ничего не было понятно. Затем я укрылся полем невидимости, включил скрыт и вообще все, что можно, даже задержался на полчаса, чтобы разработать и отработать систему экстренной эвакуации. Мысленно активируя ее, вокруг меня формировался телепортационный кокон и выкидывал меня по заранее указанным координатам. Тоже самое происходило если бы я, например, потерял сознание, а система была активирована. В общем, заработало, но что-то мне не нравилось, и я не мог понять что конкретно. Может быть просто перфекционизм так показывал свое недовольство. Ладно. Не важно.


Материализовался я за троном-креслом инопланетянина и сразу же скакнул обратно. Проверил реакцию систем корабля как визуально, так и в энергетическом плане. Совершенно ничего не изменилось. То ли никаких систем наблюдения нет, то ли все они заглушены.


Для проверки я создал на том месте, где оказывался, разные энергетические аномалии и даже свою иллюзию, но все было тихо и я успокоился. Прыгнул внутрь. Кстати, на всякий случай создал вокруг головы силовой кокон, куда закачал обычный воздух, который периодически обновлял — фиг его знает, что внутри тарелки может быть.


Электромагнитные излучения внутри тем не менее какие-то были, но вроде бы не агрессивные. Встав за инопланетянином я попытался разобраться в нем. Аура есть, но какая-то странная. Если даже в животных я практически сразу понимал, что за что отвечает, что означает, то здесь ничего не понял. Хотя… Через полчаса молчаливого рассматривания ауры, энергетики и даже внутренностей (засовывал шарик невидимости с поверхности которого информация транслировалась сразу на мой «шлем») — ему безвредно, а мне наглядно — вроде как разобрался. Сразу скажу — сложность этой биологической системы была на порядок ниже сложности любого другого живого существа. Вроде как, это тоже живое существо, но его сущность ощущается как намного более простая, что ли. Информструктура тоже была странная. Опять же, любое существо имеет информструктуру, которая воспринимается как законченная система. Полноценная и продуманная. Даже у муравья восприятие информструктуры именно так понималось и воспринималось. Здесь же чувствовалась неестественность какая-то. Много было мест в информструктуре, которые были перенапряжены, в других местах инфомагическая энергетика еле-еле шевелилась, были оборванные линии. Вернее не оборванные, а будто просто непродуманно сделанные и никуда не прикрученные. Стоп! Сделанные?


Так может это какое-то биологическое искусственное существо? Хм… А почему бы и нет? Может потому оно и сидит спокойно — даже ментально я его почти не чувствую. Так, еле-еле что-то шевелится на уровне ощущений.


Тогда я встал перед этим существом и сбросил невидимость. Вот! Теперь кое-что почувствовал у большеглазика. Нечто вроде легкого удивления, интерес и… Удовлетворение?


Что-то чирикнув, он раздвинул свои длинные пальцы на подлокотнике, к которому его руки были мною привязаны, и я увидел какие-то разноцветные камешки. Они прятались ранее под его ладонью. И одним пальчиком существо нажало на один из камушков, а я переместился в верхнюю пещеру от греха подальше, но продолжил наблюдать, что происходит как в корабле, так и вокруг него. А на удивление ничего не происходило. Существо успокоилось и продолжило спокойно сидеть. Фиг его знает! Я решил пока перекусить. Пусть ситуация отстоится. Не знаю пока что делать с инопланетянином.

* * *

Чего-то я разочаровался после обследования инопланетного корабля. Нифига не понятно в технике, что делать с инопланетянином тоже не понятно. Возможно не стоило его забирать у военных — уж у кого у кого, а у них точно есть возможность исследовать аппарат, да и планы наверно и ученые. Поломал им всю малину. Блин! Чувствую себя дураком.


Закинув ноги на стул и сцепив руки за затылком, я покачивался в кресле. Взгляд скользил по окрестностям, цеплялся за скалы, скользил по поверхности воды реки, мягко качался на облаках.


— Где это мы?


Я от неожиданности аж подскочил, непроизвольно оттолкнув стол. Стул тоже куда-то улетел, а я с неверием в глазах уставился на браслет, висящий на моей руке.


— Умник?


Некоторое время ничего не происходило, а потом:


— Да. Сейчас. Минутку. — И снова тишина. Я медленно, боясь издать лишний звук, поднял стол, стул, снова уселся, аккуратно положил браслет на стол и стал ждать. Кажется, процесс пошел! Главное, чтобы все вернулось на круги своя. Больше всего я боялся и не лез к Умнику из-за того, что считал и считаю наличие достаточной вероятности получить аппарат после своеобразного хард-ресета. То есть, вполне могла произойти спонтанная переустановка программного обеспечения или сброс к «заводским установкам». Может это и не так, да и Умник ничего о таком не говорил, но мало ли. Вдруг есть такая функция, и она в наших нестандартных условиях могла и сработать. Но кажется обошлось. По крайней мере это именно Умник подал голос, его эмоциональная матрица.


— А где мы?


Рядом, как мне показалось неуверенно появилось одно из изображений Умника — образ молодого парня. Появился он рядом со мной и медленно стал оглядываться. Я облегченно улыбнулся.


— Где, где… В Караганде, — с легким наигранным налетом недовольства ответил я. — Ну, иди ко мне, бродяга, дай я тебя обниму! — Я сграбастал в объятия Умника и похлопал его по спине. Тот как обычно вырядился в овеществленную иллюзию и почти ничем не отличался от человека. — Как ты себя чувствуешь?


Умник прислушался к себе:


— Да вроде нормально. Есть ощущение, что притормаживаю иногда, но в целом вроде бы в норме.


— Отлично! Не стой, садись рядом, — я сформировал второй стул.


Умник сел, взял со стола браслет, который собственно Умником и являлся и надел на руку своей иллюзии. Затем посмотрел на небо. Я тоже. Чистое небо, лишь кое-где обеленное росчерками облаков — основную массу плотных ватных пучков унесло ветром.


— Мы на другой планете?


Я задумчиво почесал подбородок.


— По облакам определил? — И еще внимательнее уставился на небо.


Умник бросил на меня удивленный взгляд.


— По звездам же!


Я пощелкал в голове диапазонами восприятия и действительно вроде как увидел точки в небе. Но освещение в этом диапазоне было неуютным, поэтому вернул зрение обратно.


— Еще сила тяжести чуток изменилась, состав и плотность воздуха, спектр излучения солнца. Да много еще мелочей. Так как?


— Круче, — сказал я, — мы не только на другой планете, но вообще на моей родной — на Земле.


— Ух ты! — немного расшевелился Умник и огляделся. Я действительно заметил некую его заторможенность. Будем раскачивать.


— А что, симпатично, — пробормотал он, глядя на реку и окружающий пейзаж, — наверное. Только почему никого из твоих соплеменников не видно? Родных? Где здания, транспорт… — На последнем слове он замер, уставившись куда-то в небо. — Спутников много. Или мусора на орбите.


— Родных встретил, — медленно и лениво стал отчитываться я — расслабился от радости, — решил немного на природе пожить. У меня тут много чего произошло. Я даже в космос слетал!


Умник удивленно хмыкнул.


— Ну давай, рассказывай, чувствую, что ты как всегда нашел приключений на свою… голову.


И я стал рассказывать. Умник как заправский слушатель в нужных местах вставлял охи и ахи, переспрашивал. В общем, вел себя как обычный человек.


— Ладно, подумаю я как тебе сделать актуальную карту системы, — проворчал он, — ишь, прямой наводкой летал!


Через некоторое время:


— Я конечно ничего не понимаю в ваших земных делах, но мне кажется, что тебя ведут или отслеживают с самого начала.


— С чего ты так решил?


— Те монголо-китайцы, на которых ты наткнулся в самом начале. Явно какая-то спецслужба, а ты помешал их работе. Возможно даже из другого государства. Потому на тебя тот человек и напал.


— Глупости какие-то, — пожал я плечами, — даже мне кажется, что они ведут себя не по-спецслужбински. Ладно, слушай дальше.

* * *

— М-да… С искинами интересно выходит. Такое ощущение, что они получают личность.


— Как ты?


— Хм… — Умник искоса посмотрел на меня, — Насколько я понимаю тогда ты не баловался архейскими техниками, а тут явное следствие от их использования. Вообще-то я осознал себя намного позже того момента, когда ты приказал мне активировать эмоциональную матрицу. А тут почти сразу.


— А ты точно себя осознал? — Я прищурился и с напускным подозрением уставился на него. Умник резко выбросил руку и щелкнул меня по носу. Я конечно десять раз мог перехватить его, но не стал этого делать. Друзьям можно себе позволить гораздо больше, чем другим.


— Я мыслю, значит существую! — Патетически воскликнул Умник и вскинул руки. Я заметил, что его притормаживания почти сошли на нет.


— Пффф… Ты сначала определи, что такое «мыслить», — я махнул рукой.


— Ладно, замнем для ясности, — согласился со мной Умник. — Но все равно — вот эти твои образы… Богов… — Он покачал головой. — Опасаюсь я что-то…


— Не ссы, прорвемся! — Я поудобнее уселся. — Ты дальше слушай!

* * *

— Говоришь, одаренные?


— Нет, не так — Одаренные! — Я поднял палец, — С большой буквы! Короче, понаблюдал я за племяшкой, почитал кое-что в сети… Пока непонятно. Сестра про Катюху обмолвилась, что она Одаренная, но я не заметил в ней прямо чего-то выдающегося. Да, чуток переразвитая аура, но не критично, вообще можно принять за небольшие отклонения. Даже до уровня необученных чародеев не дотягивает. Тем не менее, сняв кое-какую информацию из ее прошлого в астрале, видел кое-что малообъяснимое.


— Хм… Непонятно.

* * *

— Кстати, можешь пока в инете полазить одним глазом. Мне тут удалось анонимно к нему подключиться.


— Круто! — Обрадовался Умник.


— Познакомься: Искин Крот. Весьма и весьма серьезный тип.


— Очень приятно, — кивнул Умник, но Крот не ответил.


— Игнорирует! — Мой друг обиженно повернулся ко мне.


Я улыбнулся.


— Он без эмоциональной матрицы, поэтому разговаривает только по делу. Ну или по имени к нему обращайся.

* * *

— Что? Инопланетный корабль? — вскочил Умник. — Он у тебя? Покажешь? Уж в чем в чем, а в космических кораблях я разбираюсь.


— Хм… — Я почесал затылок, — да ты, брат, вовремя нарисовался! А то я потыкался, потыкался и нифига не понял. Вернее не понял — а нафига оно мне? А с тобой, надеюсь, мы там что-нить все-таки наковыряем интересного! — Я радостно потер ладони друг о друга. — Ну, а ты, насколько я помню, управлял кораблем, созданном на основе инфомагии. И причем тут казалось бы обычные технологии?


— Да все равно интересно! Вдруг разберусь?


— Ну давай, сходим. Только там и пилот сидит. Странный какой-то. Спокойный как стол и не особо активный.


— Может быть голем? — Спросил Умник.


— В смысле робот? Да нет, вроде бы биологическое существо, хотя то, что он кем-то искусственно создан — вполне возможно. Но ты лучше скажи, что с тобой было? — Немного раскачав Умника, я решил, что уже вполне можно кое-что спросить и самому.


Умник задумчиво ответил:


— Я сам не очень понимаю. Такое ощущение, что меня выключили, хотя это в принципе не возможно. В общем, пока не спрашивай, мне надо подумать, поисследовать кое-что.


— Ладно, — кивнул я и встал, — ну что, пойдем посмотрим на корабль?


Умник не ответил. Наклонив голову, он всматривался в небо.


— Что? — Спросил я, но уже сам понял — моя сигналка завопила, хотя визуально ничего не было видно. — О как! — Я снова сел. — Кажется к нам гости.


— Спецслужбы? — Спросил Умник.


— С ними у меня ровные отношения. Мы просто не представлены, но приглядываемся друг к другу. Вот вроде бы муж сестры на серьезный разговор напросился.


— Ага, ага… Расскажешь потом. А здесь что будешь делать? И что происходит?


— Похоже, я все-таки оказал помощь нашим воякам, забрав тарелку. А то уже стал винить себя во всяком разном.


— В смысле?


— Похоже большеглазик-инопланетянин таки вызвал свою кавалерию. Я вроде бы перекрыл все возможные электромагнитные излучения на такой случай, но видимо не все или он по-другому это сделал. На других технологиях.


— Возможно, возможно… Что будешь делать? Ведь они явно на нас нацелены.


— Скорее на свой корабль. Как только на глубине километра засекли? — Покачал я головой. — А пока посмотрю, как моя защита справится. Ну, может разомнусь сам.


— Не переоцениваешь ли ты себя? — прищурился Умник.


— Вряд ли, — я пожал плечами. — Да и ты если что подмогнешь. Ведь поможешь?


— Да куда я денусь, — буркнул мой друг, — но сдается мне ты и сам неплохо справишься.


— Предлагаю как в прошлый раз — ускорить восприятие и синхронизироваться, чтобы общаться. Так больше возможностей по тактическому реагированию на ситуацию, — предложил я, вглядываясь в небеса.


— Давай. Я, кстати, еще в прошлый раз придумал, как можно не теряя совместной синхронизации когда нужно динамически менять скорость мышления.


— Отлично! Давай попробуем! — Обрадовался я. Я не собирался следить за врагами в обычном течении времени, но и не хотелось терять возможность общаться с Умником. А то, что он предложил — вообще развязывало руки по динамической смене восприятия действительности.


ПКО


В одном из центров ПКО России центральный искин транслировал на УНИКи служащих сигнал внимания. Занимающиеся своими делами сотрудники мгновенно переключились на поступающую информацию.


Сразу же начали раздаваться приказы и распоряжения.


• «Тревога. Привести системы активного поражения квадратов А5 и Б1 в полную боевую готовность».

• «Отправить в квадрат… боевое звено перехватчиков».

• «Поднять в воздух лабораторию наблюдения и анализа за ближним пространством».

• «Объявить желтую тревогу по всем ПКО».

• «Усилить внимание в ближнем космическом пространстве».


Ник


— Чуешь? Какое-то давление странное, — сказал я, пытаясь нивелировать странное излучение.


— Ага. И я даже скажу тебе какое. У тебя кажется был местный компьютер?


— УНИК что-ли?


— Да, включи-ка его. — Я послушно достал из пространственного кармана пластинку УНИКа и попытался его включить. Ничего не вышло. — Так я и думал — очень интересное поле! Останавливает движение электронов в проводниках! Ну или замедляет — этого достаточно, чтобы вырубить любое электронное устройство!


— Хм… Тогда мне бы было очень плохо, если бы это было так, — засомневался я.


— Ну, потерял бы сознание да и все. — Не согласился Умник. — Все? Справился?


— Ага, убрал влияние. Забавно вообще-то было обнаружить, что развив управление магическими энергиями я смогу влиять и формировать обычные электромагнитные.


— Не вижу ничего удивительного. Суть одни вещи. О! Молодец! Вижу, что сразу же встроил в свою защиту противодействие от этого излучения!


— Вполне естественное желание, — я налил стакан сока из Лунгрии, который еще не пробовал. М-м-м… Вкуснятина. — К сожалению можно сделать или идеальный щит, то есть все рубить, не разбираясь — так устроен телепорт наш и купол абсолютной защиты. Или же приходится конкретно настраивать защиту на разные типы излучений и опасностей. Мне не нравится эта ситуация, но пока ничего иного, кроме как накапливать вот такие обертки, каждая от своего типа воздействия, не получается. Да и в голову не приходит.


Умник не ответил, глядя в небо. Сейчас там начался самый первый и интересный этап нападения. Надеюсь, он окажется и последним. Тарелки, все еще невидимые обычным взглядом, на довольно большой скорости даже для ускоренного восприятия, которое мы с Умником установили, пытались добраться до нас. Ну, в нашу сторону или туда, где сидел их корабль — подсадная утка. Кажется это действительно была довольно интересная операция инопланетян «ловец на живца» в которую угодили наши вояки, а потом и я.


Перед каждой тарелкой, входящей в зону действия защиты, а это около километра в радиусе, мгновенно формировался мощный искривленный гравитационный колодец, вынужденно двигаясь по которому тарелки снова оказывались вне пределов сферы. Похоже мои энергетические возможности превышают таковые тарелок.


Видимо это скоро надоело нападающим и в нас полетело множество светящихся шариков уж не знаю чего — то ли плазмоидов как они выглядели, то ли что-то еще. Инфосервер защиты, вернее его искин, мгновенно переформировал гравитационные ловушки, и почти все они, прекрасно реагируя на них, вернулись в место старта. К сожалению из десятка тарелок только одна сплоховала и пропала в ярчайшей вспышке света. После этого тарелки проявились в реале.


Но видимо инфосервер все-таки споткнулся на какие-то энергетические ограничения или инерционность всей защитной системы, так как по скорости обработки данных ему просто нет равных и вряд ли дело было в этом. Так вот, несколько шариков сумели прорваться через внешний слой защиты, а так же одна тарелка.


Шарики полетели к нам, а тарелка по кругу. Остальные продолжали долбиться во внешнюю защиту, откидываемые обратно. Видимо пытались перегрузить защиту. Снова стали стрелять и снова пара штук шариков прорвались внутрь, но уже без тарелки.


Часть информации визуализировалась у меня прямо в голове через биокомп, и этот канал я так же скинул Умнику. А частично мы смотрели происходящее прямо в реале. Шея стала затекать, поэтому я лег в нечто вроде шезлонга, чтобы видеть небо. Особой необходимости не было, но и опасности пока тоже. Умнику конечно пофиг было как смотреть, его тело — лишь овеществленная иллюзия, и он остался сидеть за столом, слегка сбивая восприятие ситуации. Для вида он стал лениво отпивать из стакана иллюзорный напиток и превратился в благообразного старика.


— Что будешь делать с прорвавшимися плазмоидами? — я бросил удивленный взгляд на Умника, давшего название тем шарикам.


— Гляди.


Они как раз пересекли включенный мною слой, попадая в который информструктуры объектов претерпевают динамические нагрузки в сторону разрушения. Зависит от скорости проникновения. Стационарный вариант моих спрутиков.


Не знаю, пострадали бы тарелки, пролетая через такой барьер (наверняка бы что-то да сломалось), но вот плазмоиды взорвались все.


Прорвавшаяся тарелка все так же кружила по кругу вокруг нас. Мне удалось зацепить за нее свой инфомагический модуль — внутри сидел совсем какой-то непонятный тип, другой инопланетянин? Какой-то весь бородавчатый, пупырчатый. И он не двигался. Может вырубился? Фиг знает.


Тем временем тарелки вовне защиты сформировали какую-то конструкцию-окружность и у меня внутри просто взывала сирена опасности.


— Упс, извини, Умник, пора менять дислокацию, — сказал я и переместил нас в висящий полукилометре защитный кокон. На нашем месте я оставил качественную иллюзию, изображающую нас с Умником.


Сверху из центра тарелок вниз ударил мощный световой луч. Ну, выглядел он так, а на самом деле фиг знает что это было. По крайней мере последствий было несколько: во-первых, он просто не заметил мою защиту, а вот она… какое-то сложное гравитационное, еще какие-то излучения перегрузили один из ее слоев, как раз отвечающий за гравитацию — легкие сполохи в инфомагическом зрении сетки километрового радиуса красиво пробежались по ней; во-вторых, каменный круг диаметром около пятидесяти метров, где находились иллюзии нас с Умником, оторвался от скальной основы и стал подниматься вверх. На высоте ста метров камень упал вниз, но наши иллюзии, у которых был даже вес, продолжили подниматься.


— Круто! — Сказал я.


— Согласен, — кивнул Умник, — сложные гравитационные формы такой насыщенности просто не перебиваются твоими гравитационными ловушками, а за счет обратной связи или… я бы назвал обратного резонанса палят твои инфомагические плетения. В принципе, можно перемочь…


— Да, — согласился я. — Я даже вижу как. И так — усилив мощность плетений, и с помощью элементалей. Но ты глянь как красиво работают! Видишь внутри луча еще отдельный гравитационный кокон, куда заключили нас? Или нет… Что-то другое…


— Да нет, все же гравитация, — с сомнением возразил Умник. — Что делать будешь?


— Да пусть забирают, — я махнул рукой. — Можно будет даже поиграться с ними.


— Быстро разберутся, — с сомнением сказал Умник.


— Ну и пусть. Стоп! Смотри!


ПКО


— Майор, докладывайте!


Майор Медведев, отслеживающий всю важную информацию по инциденту в главном центре ПКО, мысленно собрался и выпрямился. Его собеседник не видел в какой позе находился майор, но ему самому так легче было сконцентрироваться с мыслями для ответа:


— Слушаюсь! Текущий инцидент над южной частью плато Путорана не подпадает под существующие у нас стандартные поведенческие модели инопланетян. На данный момент девять кораблей пытаются забрать с поверхности что-то или кого-то, кто судя по всему оказывает им сильное противодействие. Один аппарат видимо лишился управления и ходит кругами по сужающемуся радиусу. Через четыре минуты при такой тенденции движения ожидается его столкновение со скальной породой. Зафиксированы сильные гравитационные возмущения. Геосканированию земли в данном месте мешают существенные помехи в области диаметром около двух километров, однако визуально можно наблюдать наличие двух человек на выступе скалы. На глубине около километра под поверхностью скалы, вернее в той же самой базальтовой основе, отмечено наличие сферической пустоты правильной формы с объектом по центру, имеющим резонансную характеристику материала, схожую с таковой у инопланетных модулей типа С-альфа при отключенной маскировке.


— Ваши выводы и предложения?


Медведев скосил глаза на виртуальный дисплей в его пространстве дополненной реальности, куда выводились данные аналитической группы людей и искинов и приблизил его.


— С вероятностью шестьдесят процентов произошел очередной конфликт между фракциями инопланетников С и Б. Десять процентов на то, что представители типа Б захватили модуль типа С, но не смогли скрыть этот факт. Девяносто процентов на то, что украденный аппарат — именно тот, что потеряла наша служба перехвата. Пятьдесят процентов на то, что акция Б-шек не санкционирована их начальством, поэтому отсутствуют их транспортные средства. Семьдесят на то, что происходит попытка освобождения аппарата из-под земли Эс-ками и захват нарушителей. Минуточку! — Майор быстро проанализировал новую информацию.


— Анализ внешнего вида людей на земле не показывает их соответствие инопланетникам типа Б. В то же время БУНИК службы безопасности отреагировал на наш запрос идентификации по внешнему виду и выдал директиву по возможности защитить как минимум одного из людей — ему присвоена метка ОВП, но доступ к информации закрыт. — Он на мгновение замолчал, недоуменно поведя плечом.


— Следуйте рекомендациям, — произнес его высокопоставленный собеседник.


— Есть!


— Ваш тактический БУНИК уже предложил варианты вмешательства с учетом указанных ограничений?


— Да. Несколько вариантов попытки зачистки пространства от кораблей — примерно как мы обычно действуем, несмотря на их большое количество и два варианта с учетом попытки спасти людей. Секунду! Уже один вариант, — сказал он, но не успел он уточнить информацию, как вариантов стало уже три. Впрочем, это в течение ближайшей минуты было пока не особо актуально.


— Учитывайте только варианты с попыткой спасти людей. Приступайте к реализации наилучших вариантов. В ресурсах не ограничивайте себя.


— Слушаюсь!


Ник


Мы с Умником висели в шаре, скрывающим нас от всех излучений и с интересом наблюдали за разворачивающейся битвой. Откуда-то из-за горизонта на севере и востоке от этого места появились светящиеся объекты и очень быстро направились в нашем направлении.


— Что это? — спросил Умник.


— Без понятия. Возможно это наши, — я внимательно смотрел за объектами, следя, чтобы они каким-либо образом не навелись на нас.


Неожиданно светляки резко ускорились и направились в сторону тарелок. Те бросились врассыпную, но и светляки не хотели их упускать и резко меняли свою траекторию. Было их пять штук, диаметром наверно метров в шесть, явно меньше, чем тарелок, но тем не менее все девять кораблей старались держаться как можно дальше от них. Но, что характерно — при этом тарелки и не пытались покинуть поле боя.


— А может и не наши, — с сомнением сказал я, — в смысле не земные — что-то слишком круто для них. Хотя фиг его знает, чего понапридумывали за последние годы.


— По крайней мере технологически и нападающие и защищающиеся как мне кажется находятся примерно на одном уровне.


Я пожал плечами.


Тем временем сетчатка глаза вроде как отрисовала следы быстрых почти незаметных линий-лучей, выпущенных тарелками, а так же длинные изгибающиеся ленты, которые таки смогли сбить два светляка, они мощно взорвались, при этом задев одну тарелку — та закрутилась и запланировала к земле, раскачиваясь и оставляя за собой хвост-рой каких-то обломков что ли. Три остальных светляка все же догнали остальные тарелки и три из них исчезли в ярких вспышках.


Пока все это происходило, наверно все-таки гравитационный колодец пропал, а наши иллюзорные тела медленно опустились на землю. Ну, хоть аккуратно это произошло, что говорит о том, что мы, вернее я — Умник тут совершенно не причем — для кого-то являюсь очень интересным собеседником. Я сделал так, чтобы наши овеществленные иллюзии выглядели как потерявшие сознание и они спокойно лежали в слегка светящемся инопланетном энергетическом шаре.


Снова тарелки выстроились в поредевший круг и снова появился светящийся луч (думаю, собираясь в такую фигуру они просто таким образом распределяли энергетические ресурсы, хотя непонятно что тут сложного — создать гравитационный колодец), который нижним концом уткнулся в наши тельца.


— Это было… красиво, — произнес Умник.


— Да… Если это мы, в смысле — земляне, то нехило они-мы продвинулись в системах противовоздушной обороны.


— Я тут прикинул — те снаряды спокойно могут и на орбиту выходить.


— М-да… О! Кажется это еще не все!


И действительно, одновременно с нескольких сторон и даже кажется прямо с орбиты на тарелки навалились три тройки… ну, наверно истребителей, по моим понятиям это они так себя ведут.


— Ну, кажется это точно наши, — вздохнул я, сам не поняв с каким чувством, то ли с опасением за них, то ли с удовлетворением — вариант на равных бороться земным аппаратам в карусели с инопланетянами я раньше видел только в кино.


Определил принадлежность я просто — несмотря на то, что они все летали очень быстро и далековато от нас, я с помощью биокомпа спокойно мог делать стоп-кадры и увеличивать изображения. И несмотря на странные формы — не знакомые мне хищные птицы, но скорее странно уплощенные, больше похожие на листочки какого-то дерева, маркировка на их «крыльях» однозначно указывала на их принадлежность. Все те же пятиконечные звезды, правда странно выглядевшие — пять золотых уголков, формирующих звезду.


Двигались аппараты так же шустро, как и тарелки во всех направлениях. Может и не так резко меняя траекторию, но за счет тактики истребителям удавалось держаться на равных. Хотя может быть тарелки просто ограничивали себя, не собираясь покидать поле боя. Не знаю. Передвижение наших аппаратов выглядело забавно — несмотря на то, что «лист» имел ясно выраженную утолщенную основу по центру, в которой вероятно находился и экипаж, аппарат мог почти резко двинуться вбок или назад и двигаться так дальше, но при этом он все равно постепенно разворачивался носом в сторону движения.


Но это если смотреть медленно, в реале же тактика была мне совершенно непонятна. Все это выглядело хаотично, лишь иногда складываясь в какие-то построения. Уже через пару мгновения я, несмотря на ускоренное восприятие, перестал что-то понимать. Как же летчики умудряются? Они просто гиганты какие-то получаются в тактике и скорости реакции.


Все-таки истребители старались бить с дальних дистанций, а тарелки — с ближних, так как обладали наибольшей маневренностью.


Так вот, крутились, крутились, стреляли друг в друга, но никак не хотели разлетаться по углам ринга. И тут один из земных кораблей, или пусть будет — самолетов, зацепили. К счастью он не взорвался, но с резким креном ушел в сторону, оставляя за собой смутную полупрозрачную струйку чего-то, больше похожего на перегретый воздух — такого же прозрачного и слабо ухватываемого глазом. Тарелки может и хотели бы добить подранка, да истребители поменяли тактику и еще сильнее насели на противника, не давая тому вырваться из свалки и тем самым спасая товарища.


Наши чаще стреляли чем-то непонятным, что выглядело как вспышка прямолинейного искрового разряда между истребителем и тарелкой. Быстрый поиск в инете на тему современного вооружения показал, что скорее всего это пучковое оружие. Информация не секретная и спокойно лежала в открытом доступе. Еще иногда наши умудрялись буквально на мгновение собираться в какую-то фигуру и совместно пулять какими-то синими импульсами. Инет послушно рассказал мне, что так скорее всего выглядит использование оружия на основе КВЧ — электромагнитного излучения крайне высоких частот. На таких скоростях о пулевом оружии или ракетном можно было просто забыть.


Тем не менее было видно, что тарелки постепенно подавляют наши аппараты и все более перехватывают инициативу. Тогда наши снова изменили тактику — по крайней мере двигаться все стали по-другому. Не знаю почему еще не прилетят истребители и не надают по мордасам «инопланетным захватчикам» (с). Я конечно активно болел за своих.


— Помочь нашим, что ли? — задумчиво спросил я, стоя у внешней стенки защитного купола и замкнув руки за спиной.


— О! — Вскочил Умник. — А покажи какую-нибудь божественную сущность! Как раз ситуация такая, что если вылезет агрессивность, то ты сможешь направить ее в нужное русло. Как я понял, ты в основном контролируешь эти образы.


Я передернул плечами:


— Да ну, нафик! Я там себя не очень контролирую. Вернее контролирую, но мое миропонимание меняется. Вот в рамках измененного сознания и воспринимаю его и контролирую. До сих пор не пойму, как я к этому отношусь. — Я повернул голову к Умнику. — Да и ты разве не выражал свою обеспокоенность этими масками?


— Я тут подумал, — неуверенно сказал мой друг и подергал себя за мочку уха. Я улыбнулся, узнав свой жест. — Пока у тебя все это благополучно заканчивалось, а я все знаю только с твоих слов. Ну и по записям. Так вот, я бы хотел проконтролировать этот процесс и попытаться понять — опасно это или нет и что вообще такое. Все равно рано или поздно надо будет разобраться.


Я промолчал. Вроде как прав Умник, но и опасение у меня большое. На самом деле мне понравилось, конечно, и даже тянуло немного снова ощутить те чувства и эмоции. Пусть и другие, чужие — зависит от маски — но все же привлекательные своей чуждостью. Успокаивало лишь то, что после каждого раза тяга не усиливалась, как от наркотика. Но все равно опасение было.


Тем временем из-за горизонта снова прилетело несколько ракет (не знаю, как назвать их, пусть будут ракетами). Истребители резко отпрянули в сторону, а прилетевшие ракеты сконцентрировались на одной тарелке и та не смогла от них сбежать и исчезла во вспышке. Впрочем, оставшиеся тарелки мгновенно использовали временной лаг и также мгновенно воспользовались этой же тактикой — все вместе навалились на осиротевшую двойку истребителей и сумели их подбить. Один взорвался в яркой вспышке, а другой воткнулся в землю, попортив практически девственные виды природы. Осталось шесть истребков против четырех тарелок.


— Блин, нехорошо как! — Неохотно принимая слова Умника, я все-таки сдался и согласился с ним. Ну и интересно было конечно, хоть немного и потряхивало. Это раньше когда я не понимал, что происходит легко поддавался этому желанию.


Я вздохнул и сначала запустил процесс фиксации текущего психического, энергетического состояния, в том числе и бекап сознания. Мало ли, да и сравнить потом можно на наличие изменений. Когда довольно быстрый процесс закончился, легким мысленным усилием внутри психической конструкции в голове, почему-то имеющей вид музыкального метронома с крутящимся на вершине стрелки тем самым эксцентриком, я вытащил стопор, фиксирующий машину, что начинала процесс натягивания маски. Стрелка дернулась вправо, а эксцентрик крутнулся в противоположную сторону и замер в одном положении, но сразу же завалился по заданной траектории, а стрелка пошла влево. Механизм стал постепенно раскачиваться.


Интересно, кто сейчас появится? У меня было четкое ощущение, что образы выбирались не произвольным образом, а согласно обстановке и внутренним моим ощущениям.


Я скосил взгляд — пришел вызов по болталке со стационарного аппарата, оставленного мною у сестры. Не вовремя. Впрочем ладно.


— Алле? — с легкими вопросительными нотками спросил я, включая ответку. Перекинул коннект и Умнику, чтобы он послушал. С той стороны кроме меня и того, что происходит за моей спиной ничего не было видно. В ушах потихоньку начинало тикать, мысли в голове приобрели какую-то волнистость что ли. Может зря я ответил сейчас? Может стоило подождать? Ну а почему бы и нет? Что тут такого? Вроде какая-то мысль мелькала насчет этого, но умелькнула куда-то. Ладно… Я мельком глянул на Умника — тот махнул рукой, мол не мешай и продолжай. Ага, тоже занялся анализом.


— Приветствую тебя, Ник! — генерал Орлов кивнул мне, с любопытством глядя на меня и пытаясь по тому, что попадает в «камеру» понять, где я. Так я понял.


— И вам не хворать, генерал! Пошто честь такая явлена мне — видеть вас?


Орлов улыбнулся.


— Ну, во-первых, есть вопрос — с тобой все в порядке? Помощь не нужна?


— Что за вопросы, начальник? — я приподнял правую бровь.


— Да есть информация, что у тебя проблемы. Но если нет — значит нет.


— Проблемы? Хм… — я прислонил указательный палец к подбородку и задумался. Тик-так-так. — Проблем много, но все они носят трансцендентальный характер и вряд ли могут быть решены в рамках текущих возможностей человечества! — Тик-так, тикают часики, вытаскивая что-то из далекого-близкого астрала.


— Это да, — прикинулся простаком генерал. — Нам бы чего попроще, земное. Хм… В общем есть кое-какие серьезные официальные вопросы, которые бы хотелось решить в узком кругу. Не заглянешь на огонек?


В это время за моей спиной пронесся болид — истребкам удалось-таки сбить еще один аппарат проклятых инопланетных сущностей, своим видом и сутью оскорбляющих замысел божий. Я специально не стал прятать картинку, дабы это достойное творенье божье, с которым я общался, защищающее свою землю, видело как достойно дерутся его соплеменники.


— Обязательно, генерал. Как освобожусь.


— Тебе точно помощь не нужна?


— Твоя помощь, достойный воин, в служении своей земле, что ты и делаешь умело и смело, — неожиданно я воодушевился заданным вопросом. На мгновение я запнулся, услышав, как где-то зазвучала мелодия Баха, кажется это был его реквием, — Здесь же требуется вмешательство иного порядка. Божий замысел искажен и трещит в попытках тьмы порвать белую ткань мироздания, — мой голос постепенно набирал силу, амплитуда росла, а мне это ужасно нравилось, особенно громоподобность голоса и гнев, разгорающийся в груди. — И даже сестры Мойры, давние помощницы ЕГО устали прясть без помощи, ибо нити судьбы гниют и рвутся. Нет уж того исходного начала, дающего крепость сути мироздания, как нет аромата в вине, собранного из гнилых и кислых плодов! А они?! Что делают ОНИ? Те, кто должен был защищать и следить за претворением ЗАМЫСЛА? Я спрашиваю!? ЧТО ДЕЛАЮТ ОНИ!? — Я почти сам оглох от своего гневного голоса. Лицо генерала я почти не воспринимал уже, хоть и видел смутно пятно на его месте. Вокруг что-то сверкало и будто голубым светилось.


— Их нет! Они растворились! Почему и как они позволили утратить жизни, утратить смысл и исказить помыслы!? Разве для того им давалась власть?! Разве для того вкладывались молнии в руки наисильнейшего, чтобы он поражал тварей божьих, каждый из которых несет в себе частичку его благодати?! Разве для этого?! «Вершитель судеб»! Тьфу! — я сплюнул и за пределами купола сверкнуло и мощно ударил гром. Кажется стало темнее. Я же не отводил взглядя от пятна, который кажется был человеком с которым я разговаривал. Еще и рядом кто-то был. Ладно, я кажется свою мысль не закончил.


— А эти, первые? Как они позволили себе измениться? Они должны были быть сутью, проводящей ЕГО волю, а не становиться этой волей! Кто разрешил им принять суть и форму тварной жизни?! Разве для этого их создавал ОН и готовил?! Разве для того, чтобы в конце концов они изменили своей духовной основе и стали сутью тварных детей ЕГО?! Чтобы раствориться в небытие!? Я вас спрашиваю!


Я перевел дыхание. Кажется, мысль свою я почти высказал, только не знаю, донес ли я ее смысл до них? Я вытер губы и гневно поднял руку:


— А теперь ЭТИ — которые темная суть ЕГО берут вверх! Не для того он создал мир, чтобы хаос пожрал своего создателя и ЕГО ТЕЛО! Все должно быть обратно сему! — В моей руке стал медленно вырастать огненный меч, сочетающий в себе основу адамаса и кучу разных интересных плетений. Левой рукой я взял за шкирку своего Драко и посмотрел в его глаза. Они сверкали, а рот щерился в зубастой улыбке. — Иди, друг, выполни ЕГО волю! Я же незамедлительно последую вослед тебе. — Бросив своего дракона наружу я улыбнулся, видя как тот радостно расправил свои огромные крылья. За моей спиной тоже стали расти крылья. Почему-то белые и с перьями, не знаю почему. Кажется из моих глаз шло какое-то голубое свечение. Пару раз махнув сверкающим мечом, я сказал в то место, где меня кто-то внимательно слушал:


— Ибо сказал ОН: «На МНЕ лежит отмщение, и оно придет от МЕНЯ». И я — проводник ЕГО мести!


И вот уже удовлетворение затопило меня — мысль высказана. Теперь осталось действие. Я с радостью в душе прыгнул наружу и полетел к темным тварям, искажающим ЕГО замысел, думая про себя, а может и ЭТО сейчас и Я здесь — и есть ЕГО промысел?

* * *

Капитана Патрушева сигнал экстренной связи от главного БУНИКа управления застал за обеденным столом в столовой управления. Не сказать, что такой сигнал был редкостью, но и не так часто случалось, чтобы искин самостоятельно выбирал адресата информации а иногда и тех, кого подключал к проводящейся где-то операции минуя непосредственное начальство получателя информации. Чаще все же такое случалось, когда согласно поступаемым данным происходило пересечение различных потоков информации по разным операциям управления, иногда даже с теми, кто непосредственно не работает в СБ! Например со службой очистки. Разумеется все согласно уровням доступа. Таким образом удавалось повысить эффективность реагирования различных служб на иногда казалось бы на первый взгляд самые обычные или неопасные ситуации, возникшие где-то на огромных территориях страны.


На виртуальном экране УНИКа сформировался отдельная тактическая область, куда пошла информация. Сразу стало ясно, почему выбрали его — дело касалось объекта Никос, пропавшего недавно из дома своей сестры в неизвестном направлении и тем спутавшего все разрабатываемые планы по взаимодействию с ним. Отдельной информацией шел пласт информации от ПКО. Правда, чтобы открыть информационные потоки оттуда, пришлось снова подписать своим ключом писульку о неразглашении. Искин его УНИКа молча принял на себя еще один информационный уровень для защиты.


Все-таки не бывает гармонии в жизни. Вернее в человеческом обществе, по каким лекалам его ни строй. Слишком большой разброс внутри общества, особенно многонационального, и ментальный и общекультурный и идеологический. Можно лишь найти более-менее устраивающий большинство баланс. И всегда будут те, кто этот баланс будет защищать от разрушения. Как изнутри, так и снаружи. Хуже именно то, что там, снаружи обычно различия еще больше и всегда будут те или иные несоответствия между странами, еще хуже когда и государственный строй отличен. Тогда и конфликты и даже войны. Это если еще не брать в расчет экономические и финансовые вопросы, а ведь часто именно они и бывают причиной этих самых войн.


И тогда всегда есть те, кто стоит на страже. И всегда есть информация, которая только для внутреннего использования таких структур, ненужная и порой даже вредная для остальных, а часто и опасная. И тогда надо ее защищать, чтобы ни свои, кто не в теме, ни чужие, кто враги, не узнали. Это хорошо сейчас, — думал Патрушев, — когда у каждого (ну, почти) есть УНИКи, когда есть быстрая связь и искины. Как справлялись с этим предки — просто уму непостижимо! Видимо потому и жестче тогда службы работали и негативней выглядели в глазах народа.


Сейчас же все проще — если ты в СБ или какой другой службе, например в Службе Очистки тоже могут быть свои секреты, — изволь установить в дополнение к УНИКу служебный искин, одной из функций которого является как раз контроль утечек информации, особенно той, которая подписана служащим, что он обязуется ее не распространять, ну и фактическая неизвлекаемость, ибо часто информация не имеет сроков давности на раскрытие. При попытках выдать такую информацию, прямым способом или косвенным, а возможностей анализа современных искинов вполне позволяли сделать такой вывод по действиям чиновника, у которого он установлен, могли следовать разные последствия. От простого напоминания служащему, что он пытается выдать секретную информацию, до информирования БУНИКа СБ при неоднократных попытках. Впрочем, чтобы не нервировать людей этим контролем за жизнью, считалось, что информация наружу могла уйти только в таких вот критичных случаях или при соответствующем юридическом обосновании, которое должно быть очень веским, но зато и защита личной жизни от внешнего посягательства тоже была сильнее, чем у обычных граждан — ведь враг тоже не спит и может и обязательно будет пытаться добраться до информации, хранящейся в голове, то есть в УНИКе такого служащего.

* * *

Патрушев незамедлительно подключил к своему каналу информации своих сотрудников и аналитиков, главным из которых на текущий момент времени назначил Ивана, так как именно он полностью вел анализ по теме «Никос». Веру тоже решил подключить — на ней этих допусков висело что блох на собаке, а все потому, что обучалась в закрытой академии для Одаренных. Пусть и не сильная она ясновидящая, но порой и маленький кусочек информации, найденный вовремя может полностью перевернуть ситуацию. Кроме того, ясновидящие и яснознающие привлекались на службу государству после соответствующего обучения, максимально раскрывающего их возможности.


Бросив взгляд на другие экраны, капитан понял, что к разрешению текущей ситуации было подключено около полтысячи людей из разных служб. Отдельным окошком для Патрушева шла информация от генерала Орлова, который в данный момент имел контакт с объектом разработки Патрушева. И там-то происходили вещи намного интереснее наблюдаемых в центре ПКО!

* * *

А говорят чудес не бывает. Так наверное думал дежурный персонал ПКО, ИИ и люди, наблюдая феерическую картину битвы на плато Путорана. Вернее над ним. Десять минут назад поступил сигнал тревоги о вторжении чужих кораблей в зону ответственности ПКО и спустя несколько секунд контрмеры в виде плазменных торпед-ракет вылетели на перехват противника. Следом за торпедами из подземных ангаров поднимались беспилотные и пилотируемые аппараты. Истребители-перехватчики и штурмовики.


А на мониторах разворачивалась сказка, правда страшная, если знать о мощи тех, которые пытались захватить двух человек и почему-то у них это не получалось!


Начался бой. Были потеряны первые перехватчики, к счастью беспилотные — управляемые искинами под руководством специально обученных операторов. Корабли с людьми подлетят позже, когда небо очистят от врага.


Закрутилась воздушная карусель, яркими вспышками вспыхивали силовые или иные поля инопланетных кораблей после попаданий, что впрочем не всегда проходило для них бесследно. Выстрелы вспарывали воздух, оставляя после себя светящиеся ионизированные следы, искин ПКО постоянно рассчитывал и выдавал на экран вероятность победы в бою. Люди, те кто был свободен от управления, сильно переживали глядя на трансляцию сражения и уменьшающуюся вероятность успешного исхода боя.


Вдруг буквально из ниоткуда возник черный дракон! Именно дракон! Длинная шея, хвост и широкие крылья однозначно принадлежали сказочному персонажу, а появившийся следом ангел с крыльями и огненным мечом дополнил картину массовой галлюцинации. Дракон и ангел мгновенно ускорились, дракон дохнул в тарелку нечто, что на мгновенье исказило ее формы и спустя мгновение превратило ее в фейерверк из маленьких металлических конфети, которые весело вспыхнули и огненным дождем посыпались вниз. Ангел незамысловато ткнул в другую тарелку вытянувшимся огненным мечом и она полетела вниз, меняя свой цвет на голубоватый и на ходу рассыпаясь множеством капелек расплавленного металла.


В небе продолжался цирк. Дракон, оседлав тарелку, вырывал пастью огромные куски и глотал. Ангел, используя меч как биту точным ударом с двух сторон в очень быстром темпе стал молотить по тарелке, сминая ее как консервную банку. До земли долетел уже сильно смятый кусок металла.


Патрушеву не очень нравилось происходящее, как и остальным. Несмотря на то, что война давно закончилась, а некоторые из присутствующих и не застали ее, хоть и видели на записях, происходящее почему-то заставляло вспоминать ее. Наверно потому, что тогда кроме всего прочего были и ложные чудеса, вызванные как психотропными средствами, так и информационными вирусами. И такое можно было увидеть, как сейчас на экранах. И даже покруче. В общем-то и поэтому информационные потоки и контролируют искины, чтобы не допустить развитие деструктивного влияния на людей, ведь сейчас эти потоки еще ближе подобрались к мозгу человека и оказывают на него еще более сильное влияние со всеми этими виртуальными реальностями и возможностями по генерации реалтаймовского контента. Ну и возможные проблемы с инопланетянами. Одно дело, когда ты просто сбиваешь слишком оборзевших чужих, при этом не нарушая сложившегося статус-кво. Те сильно не борзеют, ты иногда их бьешь по рукам, когда рамки все же бывают нарушены, те почему-то воспринимают это как должное и все возвращается на круги своя. И другое дело, когда есть все основания предполагать, что чужие могут посчитать, что за рамки вышли уже земляне. И что тогда им придет в голову — неизвестно. Патрушев печенкой чувствовал, что это не его фантазии и они находятся в начале какого-то нового этапа взаимоотношений всех со всеми.

* * *

— Генерал? — Патрушев попытался привлечь внимание Орлова.


— Слушаю вас, капитан, — мельком отвлекшись от экрана и глянув, кто к нему обращается, ответил генерал.


— Я веду оперативную разработку Ника по нашему ведомству. И наши дальнейшие действия зависят от ваших. Ставлю вас в известность о некоторых нюансах ситуации. У нас произошел пересчет всей ситуации по Нику. Высока вероятность, что долгоиграющие планы в отношении него просто не сработают: слишком он свободен в своих действиях и не поддается ни контролю ни каким-либо иным ограничениям.


— Да уж, — хмыкнул генерал. — Как видно, магию он упоминал не просто так. Выяснили, что это такое и с чем ее едят?


Патрушев слегка сбился с мысли — уже очень знакомо прозвучали устаревшие разговорные выражения из уст генерала — совсем как у подполковника Кривошеева.


— Кое-какие модели уже есть, но пока неподтвержденные на практике. В основном это теоретические разработки из области «а что было бы, если бы». Возвращаясь к нашему вопросу, наличие гарантированной возможности объекта в любой момент уйти от наблюдения ломает нам любые планы в отношении него. Поэтому от вашего имени и было сделано ему предложения к официальной встрече. Во время нее желательно, чтобы кто-то присутствовал от нашего отдела.


Генерал медленно кивнул.


— Хорошо, я понял. Однако на встрече, если Ник все же соизволит появиться, сначала буду я один, и только если он согласится с вашим присутствием…


— Вы чего-то опасаетесь?


Генерал помолчал, потом неохотно кивнул на экран, где происходила битва:


— Хоть он и брат моей жены и она полностью ему доверяет, у меня есть сомнения. Как минимум в его безопасности для моей семьи. Может и ненамеренно, но вполне может что-то случиться — слишком он непредсказуем. Особенно эти его психические маски… Не нравятся они мне… Не говоря уж о возможностях. Легко можно съехать на безапелляционность суждений и бесконтрольность действий. На сколько я понимаю, нам необходимо хоть мягко хоть жестко, так или иначе, но встроить его в нашу систему, хоть с каким-то контролем.


— Совершенно верно, — кивнул Патрушев, приятно удивляясь прозорливости генерала. — Есть еще одна проблема — остается вероятность, что он не тот, за кого себя выдает. И боюсь эта вероятность никогда не станет нулевой, разве что снизится, но…


— Понимаю, — кивнул генерал. — В общем будем работать с тем, что есть.


Ник


— Фу! — Я вытер пот со лба. Устал, скорее морально или психологически. Последний прикол с ангелом или кем он там был, меня просто убил. Эмоционально. — Нафиг, нафиг, Умник! В следующий раз сам делай такое! Ощущения премерзкие! По крайней мере сейчас. В прошлые разы такого не было. Вернее было совсем наоборот.


— Ничего! — Радостно потирал руки мой друг. — Зато столько данных я собрал! Теперь бы все это еще обработать. Но пока действительно, воздержись от этих экспериментов. По крайней мере, пока я не разберусь, что происходит. Но скажу тебе — все это очень и очень интересно!


— Что-то притомился я. Все время забываю — потом еще надо будет все-таки узнать, куда Драко девает то, что жрет.


Я устало сел на стул и грустно огляделся:


— Жаль, место уже засвечено. Скоро тут будут спецслужбы. Придется «двигать на запасной аэродром»!


— Куда?


— Тоже плато Путорана, но там, где вообще никто никогда не был. Сейчас конечно со спутников все будут смотреть, прощупывать, но думаю, от визуального наблюдения мы спрячемся, а там посмотрим. Я еще не насытился впечатлениями от этого места. Хотя конечно даже при таком почти полном отсутствии людей, напрягает то, что кто-то будет пытаться тебя найти и все равно надо прятаться. Кажется, я становлюсь человеконенавистником, — грустно сказал я.


— Ну, тогда тебе нужен отдельный бесхозный мир, — улыбнулся Умник, посмотрел в небо. — Точно, спутников раза в два стало больше. Пора линять.


Я улыбнулся и зашел внутрь дома.


— Так, ничего не забыли? — я огляделся.


— Корабль? — напомнил Умник.


— Он глубоко под землей. Ты туда и из нового места спокойно сможешь прыгнуть.


— Тогда ладно.


Я посмотрел на стену так и не обжитого толком дома, с подвешенным там телепортом. Вздохнул. Ну да ладно, на самом деле мест пустых и красивых тысячи — пока еще есть куда идти, чего смотреть. Забавно — наличие выбора места жительства, отсутствие проблем с питанием, удобствами, просто меняет мировоззрение и отношение к жизни! Главное, чтобы всегда была цель, а иначе, что со всем этим делать?

* * *

А в стороне от всего происходящего висел маленький, никем не видимый кораблик веганцев. Внутри него в специальном анатомическом ложе лежала Алиела. Впрочем, сейчас она была не девушкой, а кораблем — полностью себя с ним ассоциируя.


С самого начала представления она контролировала ситуацию, страхуя землянина от серых. Удачно получилось перехватить их маяк и первой оказаться над этой территорией. Правда как оказалось, вмешиваться и не понадобилось, зато сколько новых данных было собрано! А сколько последствий может быть у того, что она увидела!


Правда она боялась, что сканирующие системы ее корабля этот странный землянин засечет — уж очень необычные у него способности, но вроде как обошлось. Правда звук почему-то не хотел сниматься. Потом этот странный полуживой кристаллический разум, принявший форму человека, от которого не шло ничего биологического. И самое главное — куда они потом пропали, оставив вместо себя иллюзии, за обладание которыми и развернулась битва? Серые явно не смогли разобраться в ситуации и приняли их за чистую монету. Впрочем, и технологии у них со своими постоянными помощниками — эридянами, не сказать, чтобы очень. Прямо скажем — не супер. Даже люди-земляне их в кое-чем превосходят.


А потом снова эта непонятно откуда взявшаяся сущность — то ли бог, то ли ангел их местной мифологии. И дракон тоже. И не скажешь же, что они не существуют — вон как модули серых уничтожали! Но и датчики не показывают ничего вразумительного. И в информационном поле планеты в этом месте — настоящая информационная буря! Сколько бы она не использовала защитных техник, все одно казалось, что голова вот-вот развалится на кусочки! И соответственно никакой вменяемой информации не поймаешь в этом стихийном бедствии.


Зато чистых эмоций в пространстве — хоть отбавляй! Ее в какой-то момент даже чуть не утащила за собой эта разнузданная боевая стихия, замешанная на религиозном экстазе. Эмоции и чувства дракона и бога смешивались и сводили ума. Алиела чуть не бросила все и не удрала! Или наоборот — чуть не вступила в бой вместе с ними!


А потом она поняла, или ей показалось, что она поняла, почему все это так закручивается вокруг этого землянина. У него был самый настоящий телепорт! Причем работающий на совершенно неизвестных принципах! Их, веганские, корабли тоже могли перемещаться почти мгновенно на большие расстояния, но это все же была не телепортация, а тут… Изображение, собранное на основе искажений космического и других естественных излучений, проходящих через материю (свои высококачественные датчики Алиела не успела установить, пришлось универсальный способ использовать — нудный, сложный и не качественный, но и гарантирующий хоть какой-то результат), четко показали, что землянин со своим спутником просто вошли в каменную стену. А потом и внутренний интерьер пещеры из странного материала так же как и обитатели пещеры исчез. И снова — никаких знакомых ей транстехнологий!


В общем, эту странную парочку Алиела потеряла и медленно отправилась на местную Луну — в их штаб-квартиру в этой системе. Надо было очень многое обдумать. И не забыть конечно «рассыпать» еще больше систем наблюдения над территорией континента.


Глава 7

Подготовка встречи


Прежде чем идти на встречу к генералу Орлову, я решил немного потянуть время и оформить себе новую берлогу. Мест, удовлетворяющих моему эстетическому вкусу, было просто море. В этот раз я нашел небольшое озеро, размером около полукилометра, окруженное небольшими горами и скалами, а также небольшим количеством зелени. От него тянуло свежестью, а от места в целом — приятной энергетикой. Отправив Умника к инопланетной тарелке, отдался новому чувству архитектуры. Думаю, это у меня был такой психологический разгруз. Двое суток ни на что не реагировал — ни на вызовы Орлова и детей, ни на отчеты Умника.


Долгое время по моим меркам налаживал систему маскировки. Цель у меня была такая, чтобы никто сверху, а именно с самолета или спутника, ничего странного тут не видел. То есть ни меня, ни кого другого. Просто озеро, как и было. Возможно, в другой раз я такую задачу решу по-другому, но сейчас хотелось сделать именно так: натянув поверх земли над нужной территорией нужное плетение, привязал к нему инфокомп с ПО собственной разработки. Собственно все просто. Сверху вниз все пропускается, обратно — тоже, только выключая из картинки все, что не относится к природным видам. Движение воды, травы тоже пропускается. Нафига так сложно? Почему бы просто статическую картинку не «отдавать» наверх? А чтобы все было естественно и по-настоящему. Днем — дневное, ночью — ночное, зимой — зимнее и все в динамике.


Так как скалы, выбранные мною для проживания, не соответствовали по размеру моим задумкам, я реализовал вариант из фантастики, которую читал в далеком детстве. Да и опыт с тарелкой понравился. Сам дом выбурил во глубине российских руд… Хм… На глубине около шестисот метров — дальше, к сожалению, базальт закончился, но мне этого хватило. Получился неплохой такой уплощенный пузырь с горизонтальным полом диаметром около километра и несущими перегородками, дабы не валилось — каменной основы для таких размеров в горизонтали с лихвой хватало. Если надо будет, можно еще нарастить. По крайней мере, алгоритмы расчета прочности конструкции, взятые из инета, оказались очень к месту. Правда, я, конечно, подстраховывался дополнительными магическими приемами укрепления.


Так вот, с фантастики — на поверхности на скале, выходящей к озеру в магическом зрении, обозначен вход-телепорт, ведущий вниз и обратно. Понятно, что пропускает только того, кого можно. Не знаю, зачем сделал — я ведь могу и так туда прыгнуть откуда угодно. Наверно, чтобы эта конура не была замкнутой. А внутри, кстати, почти везде, все стены покрыл визуальными выходами-окнами на интересные места плато. Заодно они являлись и выходами в эти точки. Хм… получился бункер, точка сопряжения выходов на большие расстояния. В принципе можно и остальные земные места сюда прилепить. Хм…


А дальше, собственно, я занялся творчеством. Как ни странно, это оказалось приятным времяпрепровождением. Придумывать комнаты, дизайн и все это реализовывать. В этом было что-то завораживающее — формируешь комнату нужного объема, наращивая стены, иногда чисто декоративные, а потом рисуешь магический код, овеществленную иллюзию. И темный камень превращается в произведение искусства. Нескромно так говорить о своих делах? Ничуть! Я ведь в основном полагался на интернет, к которому получил неотслеживаемый бесплатный доступ. А уж в фантазии людей много чего есть и странного, и красивого. Ну и по Лунгрии было на что ориентироваться.


Да, конечно, я не архитектор-дизайнер, и вполне возможно, что такой профессионал, увидев мое творчество, фыркнет и скажет что-то вроде «какой непрофессионализм!» или «что за отсутствие вкуса!», но это мое отсутствие вкуса, и главное — мне оно нравится! Да и не планирую я пускать сюда дизайнеров. Ха! Специально буду проверять! (тут следует юмористически-зловещий смех).


Честно говоря, замучился, километровую-то площадь оборудовать! Но это было и хорошо — повторюсь, психологически хорошо так разгрузился. Правда, потом, когда все сделал и когда выключил музыку, что сопровождала меня все время работы, как-то поежился. Ну представьте, идете вы в огромной мраморной с позолотой зале в тишине, и только ваши шаги разносятся, эхом рикошетя и шепча «тук-тук-тук…», «тук-тук-тук»… Может, зря я это затеял?


Впрочем, я быстро решил проблему тишины. Так как почти в каждой комнате были как минимум одна, а то и больше стен, показывающих один из видов земли, то когда я завел сюда и звук с поверхности, откуда идет изображение, то сразу все поменялось. Все тени растаяли, барабашки спрятались, а привидения решили, что у них есть более интересные места для жизни.


Около каждой стены был квадрат с отпечатком руки. Дотронувшись, можно было на этой стене-экране вызвать список всех «камер» в виде маленьких изображений. Ну и выбрать любую. Рядом располагалась другая панель — включить телепорт. В общем, мне все это не нужно было, но почему-то хотелось сделать, чтобы при необходимости и кто-то другой мог воспользоваться. Впрочем, это все то же старое доброе тщеславие.


Мозговой штурм и астральные мемокопии


— Как тебе интерьеры? — спросил я вышедшего из стены Умника. Он так же, как и я, мог телепортироваться куда угодно, но предпочитал следовать каким-то своим правилам — например, использовать вот такие переходы.


Умник огляделся.


— Если я скажу, что в восторге — обману.


Я заинтересованно посмотрел на него. На мой взгляд как раз было замечательно — в римском стиле большая комната-зала с бассейном по центру на небольшой возвышенности. Вокруг колонны и пока иллюзорные растения. Думаю реальные сюда посадить, но сомневаюсь — о них заботиться надо.


— И что тебе не нравится?


— Ты просто забываешь, что я не человек, — грустно сказал он. — И эстетические душевные терзания не по мне.


Я хмыкнул.


— Зато тебе есть куда стремиться, куда расти, — и похлопал его по плечу.


— Это так, — кивнул он. — Ну а в целом, если оценивать по отзывам людей на строительных и архитектурных форумах про примерно похожее, все хорошо отзываются.


— Кстати, как тебе интернет? — я быстро скинул одежду и прыгнул в бассейн. Ух! Градусов двадцать. Холодновато! Впрочем, погонять энергию по телу — и довольно интересный эффект получается — волнистый температурный. Лег на спину и через полуприкрытые веки посмотрел на стену, вернее, на зеро, которое, кажется, находилось километрах в пяти, но ощущалось буквально за порогом, там, где заканчивается стена.


Умник сел на бортик, принял образ мальчишки и опустил ноги в воду.


— Это круто! Столько информации и совсем бесплатно! В смысле все эти данные по физике, математике и остальным лежат в открытом доступе! — Умник покачал головой.


— Ну, а что такого?


— Да ничего, просто я тут подумал: в вашей цивилизации любой может получить любые знания! Только желание нужно и способности.


— Ну и? Где-то платят за это, где-то нет.


Умник почесал в затылке:


— Да просто вдруг задумался о том, как развиваются разные цивилизации.


— Ладно, ты мне лучше скажи, что там с инопланетной тарелкой? Не помер там тот инопланетянин?


— Да что с ним сделается? Корми его пастой, которая вырабатывается там же, да и все. Это биоробот какой-то. Правда, умный, вроде средненького интеллекта. Ну, если сравнивать — как необразованный землянин, которого обучили узкоспециализированным действиям. Правда никаких чувств и эмоций, кроме примитивных — голод, холод, боль…


— Ты его там не пытал случаем?


— За кого ты меня принимаешь! — ненатурально возмутился Умник.


— За сумасшедший искусственный интеллект, — хмыкнул я. Умник надулся от обиды. Или сделал вид. — Ладно, а что там с тарелкой?


— С супницей, что ли?


Я недоуменно посмотрел на него, но сразу же понял, что он шутит — до сих пор, бывает, не соображу.


— Забавно, — улыбнулся я. — Именно с ней.


— А что с ней не так? — Умник поболтал ногой в воде и с интересом понаблюдал за волнами. — Кстати, очень помог интернет с информацией по разным областям науки. Я многого и не знал. Да и много появилось за прошедшее время по сравнению с теми знаниями, что были у тебя в субноуте. Так вот, основной движитель заточен на использование магнитного поля Земли. Практически вечный двигатель.


— Точнее, псевдовечный, — поправил я.


— Да, пока существует поле Земли, он будет работать. Или пока не сломается.


— То есть в космосе он не летает? — удивился я


— Почему? Летает. У него там есть несильный гравитационный двигатель, который позволяет летать и между планетами системы, но не более того. И не быстро, собственно. Такое ощущение, что он вспомогательный. Зато на земле у него просто исключительная подвижность и маневренность. А гравитационный движитель работает как компенсатор. В целом система довольно простая, но простота — гениальная. Все четко подогнано и работает как часы. Может и под водой спокойно передвигаться, но хуже. Ну и оружие кое-какое есть. Энергетическое. Никакого даже намека на кинетику.


— Значит, основное назначение — полеты в атмосфере, — задумчиво проговорил я.


— Не просто в атмосфере, а в атмосфере планеты, имеющей магнитное поле.


— Интересно, а наши знают о таких технологиях?


Умник поднял палец:


— Собственно, это самое интересное. Я нарыл в интернете описание всех этих технологий, но с упором на земные подходы и школу. И ты знаешь, похоже земляне уже обладают такими технологиями. Думаю, они, то есть вы — земляне, уже имели доступ к этой технике и смогли на ее основе воссоздать ее и даже развить. Вернее, творчески переосмыслить и перекомпоновать, что-ли. Причем все это уже используется, и даже в гражданской жизни.


— Зачем тогда ловили тарелку и почему продолжают развивать атомную энергетику? — недоуменно спросил я.


— Думаю, им раньше попадались лишь обломки или частично неисправные агрегаты. А может, думают еще что-то поиметь. Мало ли. А на счет атомной — так ведь космос же! Там бесконечного магнитного поля нет. А может, еще какие технологии используют, о которых в интернете просто молчат.


— Понятно. Нам что-то полезное там есть?


— Смотря что тебе нужно. — Умник пожал плечами.


— Да, пожалуй нам это все бесполезно, разве что с точки зрения общих знаний. Жаль, что ты не умеешь формировать мемокопии, я бы себе эти знания загрузил в голову. Мне понравилось так обучаться.


— Хм…


Я удивленно глянул на засмущавшегося Умника.


— Что?


— Ну, в общем, мемокопии — это ведь тоже атловские технологии. Немного ментальных конструкций, немного инфомагических плетений по работе с мозгом, кстати, частично пересекающиеся с эльфийскими. Или наоборот, те пересекаются с инфомагическими. Или же алгоритмы для биокомпа, контролирующего мозг… Вот… — Умник чуть ли не пошаркал ножкой.


От неожиданности я ослабил внимание за своим телом и сполз под воду, чуть не нахлебавшись воды.


— Блин, Умник, не ожидал! — я выплюнул воду. — Что ж ты раньше молчал?


— А я раньше и не знал и не умел ничего подобного. Вот как мы встретились и как ты начал это использовать, так и я пытался разобраться, только молчал. Говорить-то не о чем было.


— А сейчас, значит, научился?


— Ну да, — кивнул Умник. — Так что теперь могу знания формировать для загрузки. Могу и тебя научить.


— Так я вроде и так умею…


Умник поцокал языком:


— Ник, Ник! Очнись! Ты умеешь делать мемокопии на основе своих знаний, и для тебя же в этом смысла нет. Разве что кому-то другому передавать. А я разработал алгоритм работы, то есть программу, совместимую, например, с твоим биокомпом — кодовая-то база та же. Скажем, загружаешь обычную книгу-учебник в биокомп, делаешь кое-какие настройки, в основном связанные с особенностями твоего мозга, интеллекта и еще кое-какими параметрами — я потом расскажу подробнее — обрабатываешь информацию алгоритмом и на выходе получаешь что-то вроде мемокопии, готовой к загрузке в мозг.


— Ну, в принципе, — медленно произнес я и снова на мгновение погрузился под воду, чтобы остудить лицо, которому вдруг стало жарко, — что-то такое у меня в голове крутилось.


Умник с ухмылкой смотрел на меня.


— Зато твой способ получать знания через астрал — это уже для меня что-то запредельное, — слегка успокоил меня друг.


— Ладно, а ну-ка скинь мне такую мемокопию о том, как их делать. Посмотрим, насколько это эффективно.


Умник хлопнул себя по лбу. И даже звук соответствующий был! Да уж, такой Умник мне намного больше нравится.


— Точно! Дай мне минуту, — Умник замер, отдав делу почти все ресурсы.


Пока он отключился, я думал. Это ведь на самом деле круто. Мемокопии с мозга или из астрала — это тоже не слабо, но это как бы магическое, крутизна ожидаема. А тут фактически чистую информацию можно загрузить в голову. Студенты бы за такое отдали последние трусы. Впрочем, надо будет еще протестировать эту технологию, пока есть только слова Умника. Мне же не кажется это таким безоблачным. Должны быть подводные камни, например не разовьешь тело, как при передаче знаний через мои мемокопии. Но все равно — не зря Умник носит свое имя!


— Готово! — Умник очнулся. — Лови прогу и пакет информации для нее, — через мгновение в моем биокомпе появилась новая программа. Я назвал ее Учитель. Умник же продолжил говорить: — пакет информации поставь на вход программы. Это наполовину готовая мемокопия. И ее надо подогнать под твой мозг. Там есть два режима: «подготовка с нуля» — это для абсолютно новых данных, которые еще надо будет подготовить, и «мемонастройка» — финальная подгонка. А потом, когда будет готово, надо будет такой пакет «запустить».


По таким простым указаниям я все проделал и получил некий уже готовый для меня набор данных. Ну что ж, Умнику я доверился давно и бесповоротно, так что намеренного вреда от него даже не ожидал. Будем надеяться, что и ненамеренного не будет. Я перевел взгляд на увеличившийся в полтора раза по сравнению с поданным на вход пакет информации и запустил его. Что-то мигнуло, ругнулась защита биокомпа и ничего не произошло, кроме информации от защиты, что ментальное воздействие заблокировано. Я хмыкнул и создал правило пропустить этот пакет информации и снова его запустил. Теперь не просто мигнуло, а вспыхнуло что-то, и мое восприятие слегка поплыло. Но ненадолго.


— Ну как? — откуда-то из далека донесся до меня голос Умника.


— Сейчас, не мешай, — пробормотал я, пытаясь понять, что изменилось. И стоило мне подумать про разработку Умника, как я сразу же как бы вспомнил давно забытое знание, а именно весь алгоритм работы этой системы. Правда, некоторые моменты остались для меня непонятными. То есть вижу, понимаю, что этот модуль делает, но не понимаю как и почему. И такого было где-то около тридцати процентов от общего знания.


— Хм… — задумчиво протянул Умник, — видимо у тебя просто отсутствуют нужные знания, которые и затрагиваются в этих местах.


— Угу, интересно откуда они у тебя, — буркнул я. — Вот смотри, здесь. Ну-ка сформируй недостающее.


Через минуту Умник скинул еще пакет. В полтора раза больший предыдущего.


— Забавно. Ну-ка, — я уже не особо раздумывая прогнал данные через биокомп и запустил. Снова мнимая вспышка и… — Ха! Если мысленно прогнать щупом внимания по данным, уже заложенным в голове, то они сильнее и сильнее впечатываются. Такое ощущение есть у меня, Люк!


— Ну, а что там с дырками? Закрылись? — нетерпеливо спросил Умник. Я покосился на него:


— Не полностью. В тех данных тоже есть места, непонятные мне. Но меньше. Думается мне, что исходный пакет может вырасти, и довольно значительно.


Мои слова подтвердились — финальный, полностью самодостаточный пакет информации оказался где-то на порядок больше. В основном за счет понятий и знаний из области мозговой деятельности. Причем земной. Хотя все равно, именно этих знаний было достаточно только чтобы понять, что к чему. Думаю, шаг в сторону — и все снова превратится в непроницаемый туман для понимания. Там надо будет побольше информации уже тематической грузить…


— Нормально, — удовлетворенно кивнул я, когда несколько раз прогнал мысленным взором по всему блоку и, так сказать, полностью осознал описанное. — Насчет оптимизации пока ничего сказать не могу — надо подумать, а может, еще кое-что поучить — но на первый взгляд весьма и весьма достойно и стройно получилось.


Умник разулыбался.


— У меня тоже есть кое-что интересное примерно в этом плане, — улыбнулся я. — Так, на чем бы попробовать? — Я задумался. Умник заинтересованно смотрел на меня, все так же взбалтывая воду ногами в бассейне. Я же вылез и почапал в центр залы. Подумал немного и достал из пространственного кармана исследовательский РОКОМ, выменянный на корабле. Жаль, маленький космический кораблик здесь не поместится, а идти в другое место не особо хотелось. Впрочем, для начала и этот вариант пойдет.


— Что это? — Удивленно глядя на бесформенную кучку связанных друг с другом каких-то деталей, действительно своей общей формой напоминающей экскременты огромного динозавра, спросил Умник.


Я пошевелил кучку ногой. Вернее, попытался — тяжелая. Сдвинулись лишь несколько ближайших деталюшек.


— Это типа исследовательского робота, применяемого учеными на внеземных планетах, спутниках и прочих местах.


— Забавная штука. И как она работает?


— Вот! В этом все и дело. Я не знаю. Но сейчас кое-что покажу тебе.


Я присел на корточки перед РОКОМом и дотронулся до него рукой. Почему-то тактильный контакт помогал. Так, как там я придумал… Пробовать-то по полной еще не пробовал!


Вот тонкая ниточка… Вернее не так. Не ниточка, а слабо различимый флер информации, связанной с РОКОМом. Ну, это обычно. Только мне не она нужна. Она всего лишь «запись» происходившего с аппаратом раньше в жизни. А ведь что мне нужно? Инструкция по эксплуатации. И не важно, что ее на самом деле может не существовать или даже существует в каком-то бумажном варианте, но не она ведь нужна мне.


Каждый объект связан с астралом множеством связей. Порой совсем странных или на первый взгляд не нужных. Они, эти объекты, просто вплетены в невидимую простым смертным реальность, за счет вариантов развития своего существования являющейся намного многомерней обычной реальности. И это я упрощенно говорю — сам ведь как дитё тут тыкаюсь туда-сюда. Но, у меня есть определенное преимущество перед другими (наверно) — частично я могу ею управлять. Вернее, заставлять делать то, что мне нужно. Правда, надо правильно сформировать запрос и действие, а также его вектор, направление и приложенную силу, энергию.


Вот сейчас в астрале, который мне вчера удалось (внезапно — не сразу даже понял, что это) частично визуализировать в реале (или я так просто думал), то есть видимая только мне астральная копия объекта (возможно это чисто мое воображение), буквально облепленная хитрым образом закрученной графемой, чем-то отдаленно напоминающей спираль ДНК, стала притягивать к себе связанную с нею информацию. Протекая через графему, разбиваясь на ее узлах, поток истончался практически до нуля. Однако остатки информации вспышками, звездочками, пусть и очень редкими по сравнению с первичным потоком данных, стали стекаться в отдельный мешочек, который постепенно стал наполняться и расти. Он, как живой, менял свою форму — то там выпятится, то сям (информация стыковалась и приобретала целостность), при этом излучая светло-голубой свет. Скоро рост прекратился. Интересно, что на все про все ушло времени несколько секунд. Правда, подготовка заняла какое-то время, но вот именно сбор информации — несколько секунд.


Я мысленно сорвал с ветки мешочек и обратился к Умнику, уже полностью перейдя в реал, показывая на добычу:


— Видишь суслика?


— Нет, — недоуменно ответил он.


— Во-о-от! — медленно и тягуче произнес я, некоторое время вглядываясь в живой шарик, в который превратился мешочек. Похоже, только я его и видел. — А он есть! — резким мысленным усилием я всосал его. Вот и посмотрим сейчас — глюки ли это моего восприятия или реальность.


На самом деле я не был уверен в результате. Это пока я занимался архитектурой, одним потоком сознания все-таки ковырял разные техники или просто пробовал реализовать разные мысли — в плане бреда или просто посмотреть, что получится. Вот и эту мысль попробовал реализовать, а тут Умник со своей разработкой. Вот и…


В отличие от загрузки от Умника, которая сопровождалась какой-то вспышкой, мой вариант вызывал ощущение давления на мозг — будто его кто-то сжал в руках. Болевых ощущений не было, но вот это давление… Через мгновение оно от внешней границы мозга дошло до центра, и там слегка кольнуло. По ощущения где-то внутри появился лишний комочек чего-то, раздражающего своей инородностью — как камешек в ботинке.


Это меня напрягло. Мысленно я нащупал этот орешек и от непонятки постучал по нему, и тут он взорвался, выплескивая наружу волны воды, которая затопила мое сознание, а потом просто впиталась или ушла через множество отверстий. И… Вроде бы все устаканилось.


— Уф, — я вытер выступивший на лбу пот. — Ну и ощущения!


— Получилось? — Умник дистанционно мониторил мое состояние.


— Сейчас проверим, — я посмотрел на РОКОМ, и тут у меня стала всплывать информация… То же действие — провести мыслью, как щупом, от начала до конца по пакету информации — полностью вывело ее на уровень осознания. — Ага… Получилось. Забавно. Интересная штука этот РОКОМ! — я обошел его по кругу. — Может приобретать любую форму. Каждая часть его, каждый микромодуль — самодостаточный кирпичик, который может цепляться к любому другому такому же кирпичику. В общем, может приобрести любую форму. Распределенная обработка информации. В каждой части аппарата — свой инфотронный микропроцессор, при соединении с другими значительно увеличивает свою мощность. Может образовать множество отдельных независимых модулей обработки информации, или, наоборот, один супермощный. Техническая часть тоже изумительная. Каждый микромодуль может трансформироваться в весьма широких пределах в зависимости от задачи. Может стать микролопатой, а может — лазером, или вместе собрать автомобильчик. Может в рыбу превратиться и спокойно плавать в кислотной среде. М-да… Забавная штука. Только управлять, вернее, задавать первоначальную задачу нужно через УНИК. — Я почесал подбородок.


— Или через искин, — Умник встал рядом со мной.


— Угу. Кстати, — я повернулся к Умнику, — было бы неплохо создать все протоколы обмена информаций земной техники и внедрить в нашу. Чтобы не пользоваться промежуточными системами, вроде нашего Крота. Кстати, как он?


— Вполне интересный аппаратик. По мощности технической части, кстати, уже превосходит твои инфокомпы — урезанные инфосерверы. Но до самих инфосерверов конечно не дотягивает еще очень сильно.


— Ну, на то он и БУНИК — Большой Универсальный Информационный Комплекс. Судя по названию, он должен быть одним из самых мощных суперкомпов.


— Если только у них не существует какой-нибудь СБУНИК! — Умник улыбнулся, — типа Супер Большой и так далее по списку.


Я тоже улыбнулся.


— Возьмешься за задачу?


— А ты?


— Да надо бы уже и другими делами заняться. Вон, генерал уже копытом бьет и несколько раз выходил на связь.


— А чего ты так сделал?


Я вопросительно посмотрел на Умника.


— Ну, в смысле потерялся на несколько дней?


— А! — я махнул рукой. — Опасаюсь я местных спецслужб.


— В смысле?


— Ну… Напрямую давить на меня они не смогут, это ясно. Сделать что-то неприятное — видимо, тоже, хоть это и вопрос. А вот психологи тут… Спокойно убедят растение, что оно тигр, и оно-таки пойдет ловить косуль на завтрак. Я же мягкий человек, неопытный в этом плане, доверчивый. К людям всей душой, а они этим пользуются… — И снова вопросительно посмотрел на зафыркавшего Умника. — Чего?


— Нет-нет! — замахал он руками. — Продолжай!


— Вот… Значит, такими резкими телодвижениями, как я надеюсь, сбиваю им разные планы, которые они могли в отношении меня выстроить.


— Ну да, ну да… Или получше их проработать, привлечь больше сил…


— Может и так, — вздохнул я и мысленным усилием засунул РОКОМ обратно в пространственный карман. Потом еще поиграюсь с ним. Может, к тому времени и Умник сделает, что нужно, и не придется извращаться с управлением. — Ладно, дай мне пакет информации по тарелке и инопланетнику, может, пригодится в торговле с генералом. А то, что торговаться придется, я почему-то не сомневаюсь.


Катя Орлова


В комнате без какой-либо мебели, кроме одинокого табурета, танцевала девочка. В голове звучала красивая музыка, под которую, собственно, она и подстраивала танец-экспромт. При этом она постоянно контролировала свои движения по экранам, которыми были обклеены все стены помещения.


СУНИК иногда делал стоп-кадры особо неудачных поз или, наоборот, получившихся исключительно замечательно. На отдельной стене транслировалась нарезка движений известных танцовщиц, на которые Катя бросала иногда заинтересованные взгляды, а то и просто останавливалась, чтобы разобрать движение.


Часто рядом с ней появлялся виртуальный партнер-тренер. Впрочем, с ним можно было отрабатывать лишь общие бесконтактные передвижения. Искины-тренеры очень хорошо могли ставить движения или позы на начальном этапе, и лишь в некоторых случаях мог подключиться реальный тренер-человек, который мог решить возникшую трудность. На самом деле танцами Катя занималась время от времени, не профессионально, а чисто для общего развития. Впрочем, ей нравилось, но отдавать все силы этому она не собиралась.


Внезапно в стене, деформируя изображение, открылась дверь и в комнату вошла Елена Васильевна.


— Привет, баб! — Катя вытянула ногу и поставила ее на поручень, прикрепленный к стене. Нагнулась, нагрузила мышцы на растяжку.


— Что-то ты закисла дома, Катюша, — она с одобрением смотрела на внучку, — СУНИК сказал, что ты и на улицу почти не выходишь. Что случилось?


Катя выпрямилась и поменяла ноги.


— Ну, тебя нет. Сережа улетел. Подруги на каникулах тоже разлетелись в разные уголки страны, а то и за границу. А одной куда-то ехать не хочется.


— Понимаю, — кивнула Елена, считая, что внучка просто еще не пришла в себя после похищения. — А как тебе твой дядя?


— Дядя Ник?


— Ну да. Вроде он что-то обещал вам с Сергеем?


— Да, — девочка выпрямилась и, немного попрыгав, села прямо на пол. — Обещал покатать на драконе, но почему-то не отвечает на вызовы. А так, если тебе интересно мое мнение — интересный дядечка. И очень сильный Одаренный.


— Понятно. А ты все же сходи хоть в лес или на речку. Сейчас там безопасно. А то совсем скиснешь дома.


— Я подумаю, — кивнула девочка.


Буквально через секунду после того, как бабушка вышла, перед глазами Кати запрыгал чертенок, который размахивал транспарантом с надписью «Сережа». Как сказал дядя Ник — это секретная такая болталка, о которой, если не говорить, никто не узнает и никто не сможет ее отследить. Где она по-настоящему в теле находилась, Катя не поняла, но вроде бы дядька ничего такого с ней не делал. Но все равно это было круто — такой маленький и очень полезный секрет.


Мысленным усилием Катя ответила на вызов. Точно так же, как на вызов обычного УНИКа. Самое интересное было в том, что не было ложных срабатываний — устройства будто понимали, к какому из них направлена мысль.


— Привет! — вихрастая голова Сережи казалась почти лысой — его растопыренные волосы просто терялись на почти белом выжженном солнцем фоне неба за его спиной. Там, кстати, и море плескалось чуть ниже.


— Чего звонишь? — нахмурилась девочка, хотя на самом деле была рада звонку. Но нельзя же показывать сразу свои чувства! А то сразу же на шею сядет да и подумает еще бог его знает что!


— Твой дядька не звонил? А то я его вызывал, но он не ответил.


— Значит, занят, — Катя села на шпагат и немного покачалась, прислушиваясь к своим ощущениям.


— Не хочешь в море покупаться? Давай я, наверно, через УНИК перезвоню, хочу показать кое-что, а то я не понимаю, как через болталку произвольные картинки передавать.


Катя усмехнулась:


— Не надо. Посмотри, справа вверху есть еле заметная полукруглая стрелка. Выбери ее, и я увижу то, что видишь ты.


— Ух, ты! — восхитился мальчик. — А я ее почему-то не замечал! Тут еще и шестеренка какая-то!


— Блин, Серый! — возмутилась девочка. — Кто из нас мальчик? Это ты должен был уже все раскопать насчет этой болталки, а не я!


Тем временем она с удивлением смотрела, как рядом с изображением мальчика появился вид скал, омываемых морем — место, куда смотрел Сергей. Переводя взгляд попеременно на каждое изображение, она тем самым заставляла его как бы выходить на передний план.


— Не бурчи, как старуха! — весело ответил Сергей, играясь с настройками. — Видишь эту красоту? И вода вполне приемлемая.


Катя поморщилась:


— Все-таки далековато до вас лететь. И чего вы не остались здесь?


— Не знаю, — пожал плечами мальчик и лег на спину, на теплый песок. Перед глазами Кати рядом располагались изображения мальчика на песке и неба. — Мать что-то резко засобиралась. И сразу же на работу вышла. Сейчас на несколько дней осталась в своей подводной лаборатории. Конечно, там красиво, но ведь и дома бывать надо! В общем, я сейчас снова полностью свободен! — мальчик улыбнулся.


— Не вздумай вытворять всякую фигню от безделья!


— Да чего ты наговариваешь? — расслабленно пробормотал мальчик, щурясь на солнце.


— Что, даже братец твой тебя не достает?


— У него практика началась. Уехал со своей группой на Курилы. Да еще, кажется, с девчонкой какой-то познакомился — совсем про семью забыл. А тут у нас сейчас хорошо. Не курорт конечно, но все равно замечательно.


Катя вздохнула.


— Ты там осторожнее, — сказала она. — Вдруг еще какие-нибудь похитители нагрянут.


— Не верю я. Скорее, нас случайно прихватили. Да и из службы безопасности дали только рекомендацию брать с собой РОКОМ. Вон он, наш Рэкс, — Сергей мельком глянул туда и Катя увидела большую овчарку, лежащую в позе сфинкса. — А еще мне на УНИК поставили дополнительный искин безопасности. Так что я теперь на постоянном контроле. А тебе разве не поставили?


— Ну да, было что-то такое, — кивнула Катя. На самом деле ей просто заменили УНИК — дед постарался, сказал, что это более надежный в плане личной безопасности аппарат.


— Ладно, загорай, — вздохнула Катя. — Может, тоже на речку схожу. Заразил ты меня. Поговорю с бабушкой или дедушкой, может, разрешат к тебе слетать.


— Давай, давай. Я буду ждать, если что. А то скучновато одному.


Ник


Телепортнулся, значится, я в стольный град Новосибирск… До сих пор не привыкну такой трансформации реальности — столица, и не Москва! Надо бы, кстати, мотнуться туда тоже. Был я там несколько раз, в основном по историческим местам. А что там сейчас? Интересно же! Правда, загрязнено все, согласно службе очистки, но вроде бы мне бояться особо нечего. Еще бы в Питер слетать, да вот под водой он почти весь. И вроде как у властей уже есть планы по его восстановлению, то есть вытаскиванию из-под воды — уж слишком там ценные исторические памятники. Такое никто в здравом уме забрасывать не будет.


Ладно, это все потом, а сейчас меня интересует кое-что другое. Походил я немножко по астралу, посоздавал кое-какие поисковые глифы и графемы, и астральная ворона принесла мне на хвосте информацию, что кое-кто продолжает меня сильно искать, причем именно в столице. Ничего особо конкретного, кроме нескольких отдельных команд, судя по эгрегориальной связи между их членами.


Выглядело это как с десяток тучек разного размера, темноты и… чужеродости что ли. Не знаю, как это назвать: одна тучка больше напоминала дырявый туман, сильно интегрированный с остальными отражениями в астрале. Как я понял по ощущениям — это местные власти или спецслужбы. Эта мысль блестяще подтвердилась, как только я решил найти отражение генерала Орлова в астрале. Часть этого тумана тогда изменила свой цвет, как бы показывая его. Понятно, что все это лишь мое воображение, но ведь оно формируется по вполне реальным закономерностям, уже доказавшими мне свою эффективность, потому и верить в него очень даже хотелось и можно.


Честно говоря, я удивился такому большому количеству интересующихся мною сообществ. Конечно, не факт, что кто-то их этих конкретно меня знает и ищет, но опосредованно к событиям, связанным со мною — вполне. Кстати, думаю, что кажущая легкость данной задачи поиска людей в астрале, интересующихся мною, вызвана именно тем, что это все связано непосредственно со мной. Так сказать, тесная интеграция с моим астральным или внутренним «я».


Надо будет подумать, как разузнать, чего и как они про меня думают. Зато вот эти три тучки связаны со столицей, как я и думал. Вернее, две. Третья — туман российских спецслужб большей частью, собственно, и располагался там — выпускала щупальца куда-то вдаль. А вот две компактные — те, кто мне нужен. Упс… Я с трудом рассмотрел третью тучку, очень маленькую. Вернее, не тучку-эгрегор, а так, образ какой-то непонятный. Так, применим к нему регрессию, — с трудом, но вроде выходит: образ становится более плотным. Пробуем привязать его к каким-то визуализациям, вернее, пытаемся его визуализировать. Почему-то всплывает образ напавшего на меня и благополучно умершего японца. А, ну понятно. Ладно. Но забавно, что от него идет тонкая нитка, которая пересекается с чем-то вдали, туда же идут (вдруг проявились) такие же нитки от других тучек, а еще этот японец оказался связан другой ниткой с нашими спецслужбами. Бррррр! — Я аж помотал головой, так запутанно. Хотя, конечно, последняя связь объяснима — после его смерти СБ не могла им не заинтересоваться.


Ну да ладно. Раз уж получилась такая визуализация, может, и с другими прокатит? Эта мысль мне понравилась, и я попытался визуализировать все, что связано с этими тучками. Разболелась голова, но вроде бы смутно увидел какие-то лица, все нерусские, да еще и перспективное направление, где могу с ними столкнуться, увидел. Все! Хватит и этого!

* * *

Я так и не понял, связаны ли те, кто меня ищет, с похищением племяшки, что меня немного расстраивало. Но в любом случае угрозу надо было купировать. А там посмотрим. Это даже интересно. Не участвовали бы во всем этом родные — совсем весело было бы. Можно было бы поиграть. Впрочем, и сейчас это не особо мешает.


Я решил пройтись по городу, максимально посетив разные места. Для этого я кое-где использовал телепортационные переходы, чтобы максимально покрыть город — за такси-то заплатить у меня было нечем. Вообще нечем. Даже летки для людей в возрасте, вроде того, что везло меня в Артемьевске (там была бесплатная услуга — доставка с вокзала) тут не хотели меня слушать без оплаты и вообще без УНИКа. Правда через час я сообразил, что туплю не по детски. У какого-то большого стеклянного комплекса я взял один из свободных летков. Они лежали спокойно в специальных местах. Причем многие люди их бросали, скажем, перед зданием, и леток сам отлетал на ближайшую стоянку. Удобно. Так вот, взял я такой леток, он закономерно никак не отреагировал на это, кроме слегка изменившегося электромагнитного фона, — думаю, он пытался связаться с моим УНИКом, — ну а дальше я полетел на нем, используя левитацию, гравитацию и прочие магические фенечки. Со стороны вид совершенно нормальный. Правда, леток подергивался иногда, пытаясь выполнить программу по перемещению на ближайшую точку парковки — он ведь считал, что свободен, — но ничего не мог поделать против магии и вскоре просто замер. Наверно, его мозг решил, что сделал все, что мог, и такая его карма. Я погладил ручку:


— Молодец, коняшка! Понимаешь все. Ты не беспокойся, я полетаю чуток и отпущу тебя.


Главное, чтобы тут для летков не было чего-то типа центрального диспетчерского пункта. Для такси — сам бог и история велели, а вот для летков — в инете об этом ничего не было, поэтому я этот момент решил опустить. Тем более, что он мне был не особо опасен: если меня станут отслеживать из СБ — ну и пусть, я вроде как пока с ними не в конфронтации. А если чужаки смогли туда влезть, то и хорошо.


Надо сказать, полет на высоте человеческого роста на летке был очень интересен. Многие так летали, создавая фантастический многоуровневый вид перемещающихся людей. Пешком, кстати, тоже много ходило народа. Выше я подниматься опасался, чтобы не привлекать внимания, но ровно до того момента, пока не увидел, что несколько человек на точно таких же летках улетели на верхотуру многоэтажного здания, такого высокого, что оно даже терялось в низких тучах (вернее, это был такой визуальный эффект из-за цвета здания, или у него была внешняя компьютерная завеса). Пришлось цепляться к Кроту и провести поиск в инете — да, действительно, некоторые взрослые могли выше летать, если у них было проведено соответствующее обучение по управлению летками на высоте и они имели на себе спасательное оборудование — обычно оно выглядело как специальный пояс, в котором находился высокотехнологичный парашют. Причем — роботизированный с нескольким уровнями спасения. Соответственно, пока его нет на поясе — не полетаешь высоко. Интересная штука, и метод крепления интересен. Надо будет потом посмотреть его.


Значит, летал я, летал, любовался окрестностями. Когда надоедало, иногда заруливал за угол здания и через телепорт вылетал в другом районе. А иногда и так летел через дома, редкие озера и парки. Интересно было посмотреть, что получится. Смогут ли меня отследить.


Наконец в какой-то момент понял, что меня ведут. Замечательно то, что за мной следовали тоже на летках. Логика понятна — где-то и как-то засекли, взяли нужное оборудование и подтянулись к месту перехвата. Правда, летели они пока на достаточном отдалении, чтобы не бросаться в глаза. То, что это СБ, я сразу отбросил. А через некоторое время, за которое до преследователей добрались мои конструкты, и удостоверился в этом — этот замечательный разрез глаз ни с чем не спутаешь! Вот интересно, неужели русских наемников не могли найти?


Непосредственно за мной летела девушка, внешне лет двадцати в стильном кожаном прикиде — прям как из моего времени. Крот, с которым я не разрывал связь, тут же выдал мне картинки, и оказалось, что это местное увлечение этого сезона подростков и недостаточно взрослых недорослей. Косплей такой. Интересно, что как раз на эту тему тут приехали школьники с японского анклава Англо-Австралии. Какой-то культурный обмен. Это хорошо, что есть такие события, и такое бывает почти всегда — одновременно и воюют холодным образом, и как-то пытаются жить совместно на других уровнях.


Чуть подальше и по сторонам сопровождали еще двое человек. Красиво. Прям классический загон добычи. Наверно, я бы испугался, если бы был обычным человеком, а тут — и стероиды в мышцах булькают, и сценарий, вроде бы, сам придумал. Можно и повеселиться. Единственно, что меня беспокоит — неужели они не боятся СБ? Засветиться там или вообще провалить дело? Неужели думают, что смогут переиграть безопасников? Или им пофиг? Непонятно, а значит, чего-то я еще не понимаю в местной жизни.

* * *

— Шеф! Объект появился в столице. Его на летках преследует группа из триады. Перехватить их или помочь ему?


Через минуту молчания:


— Не надо. Кажется, я догадываюсь, чего он добивается. Пока наблюдать, но быть на подстраховке. Реанмобили так же подготовьте — я почти уверен, что они понадобятся.

* * *

Не, я точно в фантастическом фильме! Летаю на самокате по городу, люди вокруг так же, правда не так, чтобы много — в пределах видимости около десятка, остальные понизу передвигаются. Низонько-низонько! Здания, опять же, футуристического толка. Рекламы какой-либо вообще не видно, хотя это, наверно, потому, что я без УНИКа.


Кстати, а ну-ка, Кротик, скажи — чего сегодня нам подают в столице для развлечения?


Ага. Симфонический оркестр. Бессмертный Чайковский.


Музеи. Круглосуточные.


Библиотеки (вот те раз!) тоже круглосуточные, но не просто так, а с какими-то культурными встречами и разговорами глаза-в-глаза (так и прописано в программке!).


Дальше. Кинотеатры? Нету таких! Зато есть нечто подобное — массовые, динамически меняющие сюжет постановки с полным погружением, где участвуют все присутствующие. В принципе, насколько я понял, в любом месте, например, дома, тоже можно погрузиться в какой-нибудь виртуальный мир с помощью УНИКа, но и в таких массовых сборищах есть свои фичи и особенности, отчего люди и ходят.


Разные инсталляции на тему последней войны. Посмотрел я фотки с инета — бррр… Какие-то ужасы. Чем-то перекликающиеся с теми японскими музеями про Нагасаки с Хиросимой, которых уже нет вместе с бОльшей частью Японии, но как-то более жизнеутверждающие. За счет компьютерных технологий все эти инсталляции максимально реалистичные, а потому и сильно бьющие по нервам. Правда, есть и типичные, хоть и объемные, картины типа «писающий мальчик разрывает пасть кашалоту»… Ладно-ладно, шутю. Тем не менее картины-квинтэссенция какого-либо чувства вполне себе цепляли душу. Например, солдат в скафандре, стоящий на платформе в космосе, с которой он смотрит на Землю, на которой расцветают ядерные взрывы. Или лицо ребенка, в глазах которого, заполненных слезами, отражается огромная волна цунами. Все настолько четко проработано, что можно было бы сказать, что это фотография, но за счет некоторой гипертрофированности образа понимаешь, что это все же придуманный «рисунок». Нет, ну его нафиг такие переживания. Слишком сильно переворачивают мою тонкую натуру и заставляют страдать. Не буду смотреть.


Как там мои преследователи? Ага, не приближаются. Видимо, пока не знают, что делать, или просто выжидают удобный случай. Ладно, совместим тогда. Это будет интересно. К тому же у меня есть план, и мне тоже надо подготовиться, составить правильный алгоритм для сложного конструкта, идея которого мне тут пришла в голову. Все-таки чародейские алгоритмы — не магические, простые — создавать легче, чем подобного уровня магические, а сложные, наоборот, сложнее, да и в виртуале не особо погоняешь для проверки.

* * *

Вообще я недоволен своими успехами в астрале, да и им самим, собственно. Очень много там алогичности. Да, мне удается кое-что в нем делать, но все это так, фигня на постном масле. Надо будет что-то с этим делать. Не нравится мне темп моего прогресса…

* * *

Почти все мероприятия, проводящиеся под открытым небом, были бесплатными. По крайней мере, люди спокойно приходили, уходили, и никто их не останавливал. Конечно, может быть, оплата автоматом снималась, но на меня никто не обращал внимания.


Немножко полетав и разочарованно убедившись, что никто на меня сейчас нападать не собирается, я решил не тратить время, а просто посмотреть на людей. В столице наличествовало огромное количество парков, просто зеленых участков, где собирались люди как для гуляний, так и для каких-то мероприятий. Были участки, где они могли даже себе что-то приготовить вроде шашлыков или пожарить чего-то горячего. Стояли небольшие автоматические киоски по продаже напитков, мороженого и прочего-прочего. Как я понял, многое просто синтезировалось на месте. К сожалению, оплата также автоматом снималась с персонального счета, то есть без УНИКа не получишь ничего. Мне аппарат мороженки не выдал, собака!


Я ходил и смотрел на лица людей. Странно, но меня это захватило. Лица были разные — светлые, темные. Европейские и узкоглазые. Чистокровные и смесь рас, хотя, конечно, русаков было подавляющее большинство. Они выражали грусть, радость, задумчивость или беззаботность. И нигде, ни разу я не увидел во взгляде обреченность, страх или безысходность! То же самое отсутствовало и в чувственной сфере, и в ментальном плане. Это хорошо.


Глянув мельком на внутренний радар, где отображались метки преследователей, я отправился дальше.


Сегодня были какие-то гуляния, посвященные непонятному мне празднику Единения. Потом посмотрю, о чем он. А пока я просто ходил и впитывал эмоции и чувства, щедро разлитые в этом локальном пространстве.


Внезапно я наткнулся на внимательный взгляд мальчишки годов эдак пяти. Он смотрел точно на меня и одновременно как бы сквозь. Заинтересовавшись, я мельком глянул на его верхний ментальный слой — там было пусто. Если б не возраст ребенка, я бы решил, что он находится в трансе. Примерно так это обычно выглядит в ментальном плане. Рядом с ним стояла, видимо, его мама, которая как раз что-то у него спрашивала. Но я уже прошел мимо и выбросил случившееся из головы.

* * *

— Борис, что-то случилось? — Юля обеспокоенно смотрела на сына. Иногда, довольно редко, он непроизвольно погружался в себя и в такие моменты не реагировал на окружающее. И тогда надо было за ним приглядывать, чтобы он не влез куда нибудь. В медцентре сказали, что у него задатки очень сильного яснознающего, и пока он не научится себя контролировать самостоятельно, а скорее всего это придет с возрастом, за ним надо приглядывать. Правда, кое-какие уроки с ним они проводили, чтобы направить развитие в нужное русло. Вот и сейчас случилось что-то подобное.


— А? — очнулся мальчик.


— Что-то случилось?


— Нет, — удивленно пожал плечами Борис. — Мне просто показалось…


— Что показалось?


— Что мимо прошел кто-то огромный, сильный и… опасный.


— Опасный? — Юля оглянулась, пытаясь найти взглядом того, про кого говорил ее сын.


— Ага. Но не для нас, не бойся мама. Не для людей. И он совсем не злой. — Борис зацепился взглядом за летящий мимо проекционный шарик, на котором смешной заяц надувал щеки, и тут же забыл о том, что говорил.

* * *

О! А вот и эти, как их там. А! Косплейщики и ролевики. Странно, столько лет прошло, а этот класс животных, ой, эти странные люди все еще существуют. Насколько я помню по своим временам, эти игры были своего рода уходом от реальности, и играли в них люди в основном недовольные собой, окружающим или просто неудачники по жизни. Или уставшие от окружающего. Никого не хочу оскорбить, но мне всегда так казалось. Хотя, возможно, я не прав. По крайней мере вот сейчас, когда есть возможность создания полностью виртуального реального мира из прошлого, а так и есть — таких миров много в сети, — казалось бы, играй там — и никаких гвоздей! Ан нет! Надо обязательно своими руками сковать меч или сплести кольчугу и выйти с ними против такого же чудака! Ну или не своими руками, но хотя бы, чтобы было максимально приближенно к реальности. Ну не странно ли? Рыцарский доспех весит ой-ей-ей! Да и не рыцарский, а та же кольчуга. Меч опять же, дрын еще тот. И попробуй без постоянных тренировок хотя бы походить в этом, а не только прыгать, как часто бывает в бою. Да просто побегай! Если не тренирован — через десять минут сдохнешь.


Так, эти со сверкающими типа лазерными мечами и в странной одежде мне не интересны. А вон то — метрах в пятистах в воздухе висел экран с изображением рыцаря и стрелкой вниз, мол, это здесь, — мне приглянулось. Похоже, это реконструкторы были. По крайней мере, амуниция у них явно сделана как можно ближе к аутентичной, насколько я вижу и насколько мне Крот по-быстрому показал из инета.


Сбоку площадки горело два костра. На одном варилась какая-то похлебка, распространяя приятный запах, но его перебивал запах жарящегося на втором очаге мяса. Там крутилась целая туша уж не знаю кого. Всегда интересовало — неужели так можно нормально приготовить мясо?


Я подошел поближе. За тушей следил одетый в средневековую русскую домотканую одежду мужчина. На голове у него присутствовала плотная шапочка из войлока. Сквозь бороду, покрывающую чуть ли не все лицо до самых глаз, что резко контрастировало с прочими людьми, редко имеющими растительность на лице, высверкивали острые и любопытные взгляды, бросаемые им по сторонам. Иногда он поливал мясо из бутылочки какой-то жидкостью, дабы не пожечь мясо и не высушить. Под тушей, как ни странно, равномерно горели угли — там был какой-то механизм, поддерживающий жар, а собственно угли — для запаху и понтов.


Снова кинув на меня еще один любопытствующий взгляд, мужик ловко отрезал от боковины кусман мяса, положил его на тарелку, очень похожую на одноразовую, но не из пластика, а из какого-то плотного материала, напоминающего картон, но не он. Какие-то прессованные растительные волокна. Рядом кинул кучку маринованного лука, сверху полил соусом и положил кусок хлеба. Потом протянул мне:


— Угощайся.


— Почем? — не беря предложенное, спросил я.


— Бесплатно, — хмыкнул мужик.


На удивление мясо оказалось вкусным. Сочным, хорошо прожаренным и ароматным. Да и мягким. Хорошо, что я автоматом еще до того, как распробовал, снял структуру этого блюда и поместил его в свою поварскую коллекцию.


Рядом с местом готовки стояло несколько стульев, и я присел на один, развернувшись к сцене. Видимо, тут заранее было обговорено, и отсюда на ристалище, иначе и не назовешь, люди не закрывали вид.


Сейчас там пытались друг друга завалить два русских богатыря. По крайней мере, я их так определил по амуниции. Мечи у них были, видимо, из хорошей стали, но затупленные до немогу. Иначе я не могу понять, почему они не обрубали деревянные щиты друг друга в труху.


Техника у мечников, размахивающих прямыми мечами, была не ахти. Да и скорость тоже. Ну видно было, что мужики просто балуются, а мышцы совсем не под меч тренированные. Спортивные, возможно, какими-нибудь рукомашеством занимаются, но не более. Хм… Интересно, как я это определил? Ведь само пришло… А, точно — аура, которую я уже частенько не вижу и не анализирую специально — оно само на подсознание уходит и откладывается там знанием. Забавно.


Рядом скрипнул стул. Я покосился — повар присел с такой же тарелкой, как у меня, и с интересом принялся смотреть на выступающих. Как раз раздался крик толпы, и один из дерущихся со смехом поднял пустые руки — меч куда-то отлетел, а щит он сам бросил. Я хмыкнул.


— Что? Не понравилось? — повернулся ко мне на мой хмык повар.


— Да новички явно. Меч в руках держать не умеют, — буркнул я и снова впился в мясо. Забавно, мои преследователи тоже затерялись в толпе недалеко, но ничего не делают. — А вот это явно опытный человек делал, — я приподнял тарелку с мясом, — вкусно.


Мужик улыбнулся.


— Там действительно новички выступали. Если считать новичками тех, кто уже лет пять махает железом. Но не всякий определит, что это действительно только начальный уровень, — он внимательно посмотрел на меня. Оценил мои руки, тело. Так сказать — фактуру. Я же пожал плечами.


— Что-то не пойму я, — продолжил повар, промеж слов продолжая жевать мясо. Я оглянулся — туша над слегка притушенными углями продолжала сама крутиться. Ну что ж, глупо было думать, что кто-то будет и готовить по старым грубым рецептам. — Вижу, что руки у тебя сильные, плечевой пояс… Скорее всего на быстроту рассчитан. Сабли? Шпаги? Рапиры? Нет, это вряд ли. Все ж таки сабля, палаш или легкий меч. Я прав?


Забавно. Похоже человек разбирается в этом деле. Только мое тело уже не отражает моих умений. А что, поболтать можно. Тем более, что мои преследователи какие-то нерешительные.


Я протянул руку мужику:


— Ник.


— Родомир, — ответил он. Я хмыкнул. — Это настоящее имя, не подумай. Родители так пошутили. Так каков твой ответ?


— Да собственно, мне все равно чем. Могу и рапирой и двуручником.


Как ни странно, я не шутил. Когда я на Лунгрии подбирал боевые школы для друзей Умника, я много чего нашел в астрале, благо там это было делать легче. И там присутствовали почти все виды оружия, возможно и из Лунгрийского прошлого. Ну и рапиры, шпаги — почти точные земные копии, как и другие странные невиданные мною ранее виды оружия тоже были. И все это я жадно грузил себе. Возможно, я был не прав, ведь многие виды спорта, да и боевых искусств развивают разные группы мышц, порой мешающие при использовании других видов оружия. Но я не мог остановиться и все это натягивал на себя, надеясь, что там, где из-за этого снижу характеристики, догоню своей выносливостью, скоростью и силой.


— Так не бывает, — покачал головой Родомир. Я же пожал плечами.


Мы немного помолчали, глядя на сцену. Там же сейчас махались воины повыше классом. Один работал двумя прямыми мечами в довольно интересной технике, но мне незнакомой. Второй работал одним мечом и набольшим каплевидным щитом.


— А об этих что скажешь? — вдруг спросил Родомир.


Я поковырял ногтем в зубе, огляделся и увидев урну, выбросил в нее практически пустую тарелку.


— Обоерукому скорости не хватает и синхронности. Хотя хорош. Но мне кажется, под левую руку ему надо покороче и полегче меч — он не настоящий двуручник, а выучившийся, а так видно, что правша, — сказал я. — Тот, который с одним мечом, явно поопытнее, сильнее, но слегка зажат. — Я пригляделся к нему. — А, понятно — похоже, он позвоночник ломал. — Я прищурился, пытаясь издалека рассмотреть энергетические потоки тела. — Точно, похоже кости восстановили и даже спинной мозг, но энергетика полностью не восстановилась. Тут надо другими методами действовать.


Родомир погрыз ноготь большого пальца и перевел взгляд на работающих мечами. О чем-то задумался. А я расслабился с полным желудком, наслаждался как боем — а он действительно был красив, несмотря на то, что я наговорил, — так и общим ощущением праздника, которое не портили даже метки прицепившихся ко мне преследователей. Я даже пожалел, что решил с ними поиграть, но да ладно.


— А не хочешь сам помахать железом? — вдруг спросил меня Родомир.


— С этими что ли? Не-а, — медленно ответил я, — лениво. Да и не мой уровень.


— В смысле? — Родомир удивленно посмотрел на меня. Даже телом развернулся — стул под ним заскрипел.


— Ну… Победю я их. Или побежу. А может, одержу победу. Но это мне и так ясно, поэтому лениво.


Родомир засмеялся.


— А если со мной?


Я перевел на него взгляд, и сразу же подобрался. С этой точки зрения я не оценивал еще его. А вот поди ж ты… Небольшой съем информации и оценка энергетики и общего состояния организма Родомира показали мне, что он реально является мастером. Энергетический каркас — просто загляденье, а это говорит о том, что он на этом плане тоже может собой управлять и развиваться. И еще много о чем говорит.


Я склонил голову:


— Мастер.


Родомир в удивлении поднял брови.


— Хм… Не ожидал. А определишь, в чем мастер?


Я снова посмотрел на него. Влез поглубже и покачал головой в удивлении. И не забыл метку повесить на него — такое и мне не зазорно с него получить потом.


— Основа — бой двумя мечами. А так всего понемногу. Универсал, как я погляжу. Хотя предпочитаете прямые мечи, да и техника любимая работать с русскими мечами. Ого! Похоже, у вас наследственная передача знаний идет аж где-то с тысячу лет, если не больше!


Родомир крякнул от удивления.


— Что, по мне так все это видно?


Я пожал плечами:


— Мне видно.


— Так как? — нетерпеливо переспросил Родомир, — скрестишь со мной мечи?


— Это было бы… любопытно, — я медленно кивнул.


— Только чтобы было справедливо и чтобы мы могли оценить друг друга со стороны — каждый проводит один показательный бой с другим участником. Нам же не воевать друг с другом.


— Что ж… Разумно, хотя и странно. Я ж, например, всего не покажу.


— Да мне хватит! — махнул рукой Родомир. — Посмотреть, как ты двигаешься, со стороны.


Я пожал плечами.


Мой собеседник вскочил:


— Пойдем! — и быстро отправился к отдельно сидящим организаторам. Я же остановился у края, глядя на новую пару. Сейчас тут рубились двое в натуральных японских доспехах. Мечи, кстати, у них были совсем не катаны, как можно было бы подумать. Но тут меня отвлек Родомир:


— Пойдем, одежку подберем да железо, — и потянул меня за собой.


Я не сопротивлялся. Мне было интересно. Вскоре мы оказали у палатки с шестом у входа, на котором развевалась какая-то тряпка.


— Саня! — крикнул Родомир, останавливаясь у входа. Оттуда вылез давешний обоерукий. — Дай свою турнирную одежку, вы с Ником одной комплекции. Да и ножички покажи ему, может, подойдут.


Мужчина из палатки протянул мне руку:


— Александр.


— Ник, — я пожал протянутую руку.


— Смотри, если этот бармалей не сказал, то он мастер мечи крутить.


— Я знаю, — улыбнулся я.


— Давай, давай! — Поторопил Саню Родомир и нахмурился. — Дешевая слава мне не нужна, так что все он знает. Да и сам, похоже, не из последних. Вот хочу проверить.


Кольчуга оказалась тяжелой — килограммов десять. Те два меча, которыми Александр махал — вполне приемлемы. Минуты две пришлось поприспосабливаться, чтобы почувствовать амуницию и оружие продолжением своего тела. Пришлось скорректировать кое-какие энергопотоки — чуть добавить там, чуть убавить сям. В результате кольчуга стала второй кожей, а мечи — я их почти перестал чувствовать. При этом это мнимое отсутствие веса мечей не должно было мне помешать ими оперировать как надо.


Сначала я посмотрел бой Родомира. Ну что сказать — мастер он и есть мастер. Против него работал незнакомый мне человек с бердышом. Было очень интересно посмотреть на работу против длинномерного оружия мечами. Очень необычно. Родомир легко перемещался между разными уровнями доступа до противника, то на дальней дистанции фехтуя с бердышом, то с ближней, заставляя противника буквально вентилятором работать своим оружием.


Победителя как такового не было, просто в какой-то момент воины разошлись.

* * *

На арену я вышел против того же чела, который дрался с Александром. Не знаю, почему Родомир поставил меня против него. Разглядывая его поближе, я подробнее рассмотрел его ауру и энергетику организма. Действительно, все, что я ранее про него сказал, было правдой. И позвоночник, и искривленные энергетические каналы. Интересно, почему местная медицина, очень и очень развитая, не справилась?


Алексей, а именно так звали моего противника, приветственно поднял свой меч и встал в стойку, прикрывшись щитом. Как я говорил ранее, они старались использовать аутентичное оружие или максимально к нему приближенное, так что никаких современных материалов.


В ответ на приветствие условного противника, я прокрутил обоими мечами фигуру, почти полностью закрывшую меня со всех сторон, и остановился в стойке с обоими мечами параллельно земле в сторону противника. И тут он напал на меня.

* * *

Это было… очень хорошо. Я наслаждался. Алексей действительно был опытным мечником. Не понимаю, как можно владеть таким уровнем, если не заниматься с детства. А может, так и было. Под конец, когда я заметил, что он уже устал, решил выпендрится — несколькими ударами обрубил ему щит. Конечно, пришлось временно по лезвию выставить силовые плоскости, а то меч-то тупой. Вокруг люди радостно закричали, когда Алексей поднял руки, сдаваясь.


— Ух, как ты меня! — Тяжело отдуваясь, Алексей протянул мне руку. — Не думал, что мореный дуб можно эдак в щепу порубить, — он с сожалением посмотрел на остатки щита и стащил их с руки.


— Да и ты неплох, — присаживаясь рядом с плюхнувшимся на траву мечником, сказал я. — Против двух мечей совсем не просто работать.


— Эт точно! — Рядом с нами сел Родомир. — У Алексея до травмы спины очень хорошо выходило долго держаться даже против меня.


— А что врачи? — я крутил в руках один из мечей, рассматривая его внутреннюю структуру и напряжение металла.


— Все, что могли, они сделали, — вздохнул Алексей. — Говорят, что какие-то странные изменения нервной ткани. Но потихоньку дело идет на поправку. Вот, махаю железом, спорт и свежий воздух — вот и все лечение осталось.


— От нанопротезирования он отказался, — буркнул Родомир. — Может и прав.


Я по-быстрому глянул через Крота в инет — действительно, есть такая технология — внедрение наномеханизмов прямо в спинной мозг. Помогает, если есть какие-то проблемы с нервной тканью, и такая технология позволяет взять на себя часть функций мозга. Считается хорошо отработанной технологией, но уже слегка устаревшей.


— Чего ты клинок рассматриваешь? — Родомир обратил внимание на мои действия.


— Да вот, изъян заметил.


— Да? Вроде бы неплохой, сам ковал. — Родомир с сомнением покрутил меч в руках.


— Напряжение есть. Плохое. — Я вернул себе оружие. — Раньше, видимо, просто везло. А вот если так ударить, — я взял в руки другой клинок и аккуратно, с определенной силой тюкнул им в нужное место около крестовины. Ничего не произошло. Я чуть-чуть сдвинул клинок. На третий раз с резким, звонким звуком, ввинтившимся в небо и вызывающим звон в ушах, клинок, в котором я рассмотрел дефект, буквально рассыпался на четыре части. Еще один маленький кусочек отлетел и воткнулся в щеку Родомира.


— Твою дивизию! — непонятно выругался он и вытер кровь, выступившую на месте повреждения.


— Ну, как-то так, — удовлетворенно сказал я.


— Ладно, пойдем помахаемся. Будешь подбирать второй клинок? Я поспрашиваю, у кого есть.


— Да нет, одним обойдусь.


— Ну, смотри, — Родомир снова потрогал ранку на щеке и решительно пошел в свою палатку.


— Чтоб ты знал, он одинаково владеет обеими руками. Любит работать по нижнему уровню.


— Я знаю, видел его показательный бой.

* * *

Бой Родомиру я проиграл. Не захотел переходить на сверхскорость, а вот он тоже мог это делать. Ненамного, но все же. И сделал. Зато выносливость у меня оказалась выше — я-то видел все энергетические процессы в теле противника, так что понимал, что с ним происходит. И техника у него была исключительная. Не знаю, лучше или нет, чем техника гвардейца Леона с Лунгрии, просто другая. Я собственно и проиграл-то, иногда подставляясь, пытаясь понять, как он будет реагировать. Хотя, может, и так бы проиграл. Конечно, не на сверхскорости. А так, по моим оценкам, я мог в несколько раз быстрее него раскочегарится. Хотя, может, и он не все показал. В общем, давно я не получал такого удовольствия. Как и Родомир.


— Ну, Ник! Спасибо тебе огромное! — он обнял меня. — Уверен, будь у тебя во второй руке еще один меч — мне бы пришлось несладко. Не будешь против, если мы еще встретимся на тему побренчать железками? — он приподнял свой меч.


— Да с удовольствием, — улыбнулся я.


— Хм… Что-то я не вижу твой профиль. УНИК-то включи, обменяться контактами!


— Тут такое дело, — я нерешительно подергал себя за мочку уха. — У меня временные проблемы с техникой. Можешь продиктовать мне свой номер? Как у меня все образуется с УНИКом, я тебе звякну.


— Звякнешь? Интересное выражение. Ну ладно, мой номер… — и он продиктовал мне длинное число. — Если забудешь — поищи в госреестре Родомир Игоревич Сергунов. Я там один с таким полным именем — не ошибешься. Не теряйся! А сейчас извини, мне надо бежать.


— Пока! — Я махнул рукой. Алексей тоже встал:


— Тоже пойду. Приятно было познакомиться, — он снова протянул мне руку. Я пожал ее, но не отпустил. Алексей вопросительно посмотрел на меня.


— Могу спину тебе посмотреть. Я целитель не из последних.


— Нетрадиционщик? Есть у нас пара Одаренных целителей, смотрели меня. Сказали, что только само. Медленно, но надежно.


Я дернул плечом:


— Ну, у меня есть определенная уверенность в своих силах.


— Ладно, тогда запиши и мой номер. Я доступен и свободен в любое время. С нетерпением буду ждать вызова.

* * *

Все это было хорошо, но ни на шаг не приближало меня к цели. Поэтому я решил дать преследователям еще один шанс и отправился во вроде бы пустующий парк, который видел в отдалении. Там было много кустарников в рост человека, которые образовывали всякие фигуры на земле, лабиринты, да и сами порой являли произведения искусства в виде фигур каких-то животных.


В общем, вышло все как в кино. Главный герой за каким-то хером поперся в безлюдное место, и злодеи, конечно же, не могли не воспользоваться этим моментом. Когда я вышел на открытую полянку, почти полностью закрытую со всех сторон декоративным кустарником, эти черти наконец-то изволили выскочить из тьмы. Нет, ну сначала, конечно, они подстраховались — с двух сторон одновременно сквозь прорехи в кустах вылетели небольшие стрелки. А я-то думал, чем они собираются меня брать! А оказывается, старые добрые духовые трубки очень даже вписываются в современное общество наемных убийц, когда всякие системы слежения и контроля очень чутко реагируют на всякого рода современное оружие, имеющее в себе как электронику, так и разные отличительные сплавы.


Впрочем, я был благодушен и справедлив и супротив своих планов дал им шанс исправиться. Я сделал вид, что поймал летящие иголки прямо в воздухе, и спокойно остался стоять. Это был для них момент истины. И я действительно дал бы им уйти, если бы они передумали. Наверно. Но, видать, не судьба.


Они все трое вышли на поляну, как-то проскользнув между ветвями. Эх! Немного не по правилам выскочили, не поддержали гармонию — девушка вылезла сбоку, пришлось разворачиваться. Вот, теперь она посередине, остальные сбоку. Ничего не могу сказать про красоту девки — на мой взгляд, обычное азиатское лицо. Ребята, наверно, больше похожи на корейцев.


— Кто вы и что вам от меня надо? — выдал я стандартную фразу. Ведь так, кажется, надо знакомиться со своими… Ну, теми, кто тебя грабит и насилует?


Эх… Не захотели они общаться, а сразу же напали. Ну как напали… Пацаны как-то хитро потянули за ногти на большом пальце руки и замахали ими. Я ничего не понял. Однако кусты рядом с ними немного осиротели на тему веток, которые попадали вниз. Короче, какая-то байда, невидимая и острорежущая, у них оказалась. Гибкая. Вроде нитки какой-то, а ноготь — типа утяжелителя. Это, как я понял, была угрожающая прелюдия, чтобы испугать меня. Потом они взяли грузило в другую руку, и нитка немного засветилась — наверно, чтобы самим не порезаться и понимать, где находится рабочий инструмент. То есть, получается, нитка прячется в месте на фаланге пальца — или внутри, или под фальшивым ногтем — и может очень хорошо пластать разные предметы вроде веток и человеческого тела. Интересно. Хотя то выступление было действительно впечатляющим. Эти падающие под невидимыми ударами ветки. Не удивлюсь, что они специально так сделали.


Я хмыкнул и тоже помахал руками, не сходя с места:


— Я! Я! Кия! — После этого одежда ребят как будто порезалась и опала кусками. Те нитки тоже перерубились — хотя по резко выросшему потреблению магической энергии на местах пересечения моих невидимых лезвий и этих ниток было видно, что перерубили они их с трудом.


Девушку я пощадил, но, видимо, зря. Все-таки тотального контроля, как я надеялся, тут не было: она достала самый натуральный пистолет, почему-то белого цвета, и выпустила в меня… Ну, очередь что ли:


— Труууууууууу, — негромко просвител-протараторил пистолет. Все ее пули остановились передо мной — зря я что ли поставил инерционный полог? Это было красиво — десятки иголок, отсверкивая в лучах солнца, торчали прямо в воздухе. Потом упали.


— Труууу. Тру. Тру-тру-тру! — недовольно сказал пистолет в руке девушки, но с тем же результатом.


И тогда они решились на последний бой, хотя и дураку было понятно, что надо бежать, только не ко мне, а в другую сторону. Ну а мне это уже надоело, и дернувшиеся было ко мне террористы-бомбисты мягко осели на землю.

* * *

— Тревога! В месте проведения операции по наблюдению и прикрытию объекта «Никос» произошел локальный информационный сбой систем наблюдения и управления. Есть признаки подключения и взлома информационных систем боевым искином не ниже уровня СУНИКа. Внешняя картинка местности — как визуальная, так и электромагнитная — с вероятностью в девяносто процентов искажается в режиме реального времени. Выслать автономные системы наблюдения с ИИ с квантовой криптозащитой командных каналов информации. Установить общую задачу наблюдения. Выслать РОКОМы по дезактивации технических средств, вызывающих информационные искажения пространства. Оперативнику «Лилия» выдвинуться по месту нахождения объекта «Никос» и проконтролировать ситуацию на месте. Цели операции остаются прежние — наблюдение и контроль, предотвращение смертельно опасных ситуаций как для объекта, так и для окружающих его людей.

* * *

Странно, но никого не привлекло то, что у нас тут происходило. В энергетическом плане, который я по большей части воспринимал визуально или на уровне чувств, постоянно происходили какие-то флюктуации, ведь и людей поблизости с УНИКами было много, но по ним ничего не было понятно. Жаль даже, а я-то думал, что постоянно нахожусь под контролем, да и ощущение взгляда в спину никуда не делось. Как только я вышел из своего подземелья, так сразу же и почувствовал его. Мягкий такой, ненавязчивый. Впрочем, ладно.


Я посмотрел на лежащих у моих ног бандитов и вздохнул. Меня ждет неприятная работа. А что, думаете, ментально потрошить мозги людей легко? Фиг вам! Там ведь не только картинку видишь, но и чувства порой через себя пропускаешь, хоть и пытаешься их фильтровать. А это сильно бьет по твоему внутреннему «я», расшатывает чувственную сферу, правда, при этом и прокачивая ее, да и вообще можно потеряться в потоке информации. Но мне нужна практика. Так-то я могу заставить человека просто рассказать все, но слова — не то. Мне надо прочувствовать опасность, да и не факт, что правильно пойму то, о чем будет говорить человек.


Почему-то девушка мне показалась главной тут, поэтому я ее оставил напоследок. Да и настроиться на второстепенных персонажей для пробы удобнее всего. Поверхностные мысли считывались легко, а вот как углубиться — так сразу напоминает это работу в астрале. Так же тяжело, и не всегда знаешь, что делать. С первым я долго возился, потом плюнул и поступил, как обычно — протянул жизнь бандита через астрал и свои фильтры. Получил кучу ненужной информации, пока не наткнулся на ту, которая хоть как-то относится ко мне. По сути пшик — чел оказался из китайской мафии и просто был боевиком, который как раз специализировался на своих согражданах, работающих то ли на Россию, то ли с Россией. В общем, там какая-то хвостоверть непонятная мне была. В результате я снова расстроенно плюнул.


И все равно, мне хотелось опробовать, вернее, не опробовать, а научиться на сыром материале, отладить архейские техники по работе с менталом. Почему-то у меня не получалось, хотя вроде я делал все правильно. Но тут я ухватился за мысль о схожести работы с астралом, что-то тут было странное, а через мгновение у меня будто открылся раздел из учебника по менталистике, до этого по какой-то причине скрытый. Странно, вроде бы читал же, а потом, получается, инфа закрылась? Просто выкинул из памяти как неактуальную? Непонятно.


Так вот, почему все это показалось мне знакомым — создание управляющих глифов и графем сильно пересекается с созданием ментальных конструкций, фильтрующих или собирающих нужные данные из памяти человека. И это работало намного быстрее, чем через астрал, в чем я вскоре и убедился после того, как заработал нужный ментальный посыл, ну, или графема. Тоже, наверно, буду так их называть — уж очень похоже по смыслу. А быстрее потому, что все данные под рукой — их только надо отсортировать, а не надо еще собирать по всему астралу. Да и не факт, что тебе хватит терпения дождаться нужной информации оттуда, или достоверной. Поэтому и удобнее ментально работать — эффект если и не мгновенный, то достаточно быстрый, в зависимости от задачи.


В общем, когда я и девку обработал, вышло, что хоть чуть-чуть о деле знает только она. Да и то тоже на уровне доверия к ней ее шефа. Ну и подслушала она его разговор с заказчиком, так как просто оказалась в нужное время в нужном месте, а к ней относились в триаде как к абсолютно лояльному живому оружию. Кадры, где она уничтожала непокорных, я просто пропустил мимо, коснулся краем и тут же отбросил — слишком противно это было. Сразу же какое-никакое нейтральное и даже слегка положительное (ну как же! профи в чужой стране!) отношение к ним у меня прошло.


Кстати, вот почему тут еще нет кавалерии на боевых колесницах — эти черти активировали армейский аппарат по нарушению работы сетей и компов в ближайшей округе. Довольно дорогая вещь, и насколько я понял, ее передал им заказчик. Тоже такую цацу хочу — интересно было бы поковыряться.


А заказал меня какой-то высокий армейский китайский чин. Вроде как я убил его сына, и это так его огорчило, что он решил достать меня в любом случае. Мысленно я пожал плечами — не понял, когда я китайцам перешел дорогу. Может, это тот чел в торговом центре, где я участвовал в спортивной рекламе? Да вроде бы это было только пару дней назад, а заказ получен намного раньше. Да и японец то был. А еще где и когда я нерусских убивал тут на Земле? В Австралии? Вернее, в Англо-Австралии? А может, это были те, кто встретил меня, как я только перенесся сюда, в этот мир? Ну так в России же это было, не в Китае. Да и вообще, Китай сейчас является давним и надежным партнером и союзником России. В общем, черт его знает. Но в любом случае оставлять это дело на самотек — не дело.


Ну вот, раз такое дело, освоим еще один прием управления. Кстати, совсем немного пересекающийся по смыслу с чародейством. Только чисто ментальный и очень тонкий — человек просто не заметит, что его цели поменялись. Будет думать, что так и надо.


И еще пригодился мне тот сложный конструкт, что я делал намедни. Но это так, вдобавок. На самом деле главной тут будет ментальная графема — для программирования этих личностей, тот конструкт — для работы уже там, в месте поражения цели, так сказать, и немного биопрограммирования — те интересные мыслеформы, что я пробовал еще на Лунгрии на животных. Вот их конструкт, кстати, и понесет. Я аж залюбовался придуманным мною комплексным использованием разных техник и технологий. Причем здесь инфомагия не использовалась совсем. Ну разве что чисто для подглядывания да еще кое для чего опосредованного.


Аккуратно разместив и внедрив ментальные графемы в чудиков, я проверил, как они встали — вроде бы нормально впитались. Пнув каждое из тел, я разбудил их. Они вскочили и, увидев меня, одновременно с поклоном, не забыв сложить руки перед грудью, произнесли:


— Господин.


Я внимательно посмотрел на них и улыбнулся.


— А что это вы тут делаете? — неожиданно раздался за спиной слегка, самую чуточку, пьяный женский голос. Ну, почти неожиданно. Так-то я отслеживал ближний круг.


Я обернулся. В проходе в кустах стояла молодая девушка в белом платье, и в руках она держала сферу с легкоалкогольным напитком — я видел такие. Кажется, там пиво. А ведь действительно, странное вероятно мы зрелище представляем — два голых китайца с царапинами по всему телу (ну не совсем я был аккуратен, когда срезал с них одежду!) и девчонка в коже. И стоят передо мной, согнувшись.


— Да мы уже закончили, — сказал я. — Косплеили садо-мазо, но без фанатизма, — я серьезно посмотрел на нее и через несколько мгновений ошеломленной тишины добавил. — Хотя, может быть, вы хотите присоединиться?


— М-м-мммм, — промычала девушка, стараясь привести лицо в удобоваримое выражение. — Нет, спасибо. Я как-нибудь по старинке.


— И это правильно, — кивнул я. — В таком разе, если вы немного подождете, пока я тут не закончу, то так уж и быть — составлю вам компанию в косплее по старинке. И я даже знаю нужные и главные слова для ролей этого косплея — «Я, Я! Дас ист фантастиш!».


У девушки вытянулось лицо, а глаза забегали, будто высматривая пути отступления. Она ровно, будто проглотив палку, развернулась и пошла обратно. Интересно, неужели поняла, о чем я? Неужели и сейчас есть подобное низкопробное и противное всякому высокодуховному человеку псевдоискусство? Кстати, девушка уронила свой пузырь с пивом, когда уходила, правда, странный чуток — электромагнитным спектром «пахнет». Впрочем, не до того сейчас. В современном мире почти весь мусор маркируют электромагнитными метками, чтобы роботы-мусорщики их могли находить и убирать — даже сейчас люди все такие же неряхи по большей части. В данный момент я чувствую, что что-то не так с этой девкой, но пока не важно — не хочу отвлекаться от основной задачи.


— Правильный выбор, — кивнул я вслед девушке, проводив ее внимательным взглядом, и обернулся к ожидающим меня людям. Некрасиво заставлять их ждать.


Я оглядел свое войско и покачал головой. Они и шагу не смогут ступить в таком виде, не привлекая внимания. Я обошел каждого, снимая их объемные характеристики. В биокомпе покрутил каждого, комп по уже отлаженной для меня технологии нарисовал мне нужные плетения. Хм… Вдруг обратил на них пристальное внимание — еще год назад они мне бы казались очень сложными, а сейчас — скорее многословными, скучными и до зевоты понятными.


Так, ладно. Девке прикрутил плетение к поясу, зафиксировал на нескольких точках и активировал. Теперь для нее не шибко страшны разные предметы, летающие с высокой скоростью. Просто защита. Заодно и посмотрим, как оно… Сдается мне — пригодится. Но для проверки я стрельнул ей в ногу. «Труу» — коротко и негромко сказал пистолет. «Фиг тебе!» — ответила защита. Гуд.


Пацанов, кроме защиты, еще одел в одежку, точно такую, как была у них, не забыв предварительно по-быстрому зарастить им царапины. Ускорение локальных энергопотоков и стимуляция ауры творит чудеса. Главное, чтобы с голоду не померли с непривычки, но вроде бы крепкие парни, да и тактическую свободу им никто не отменял.


Взял я девчачий пистоль и пропустил его через энергетический дубликатор. Прикрутил одну магическую штучку — посмотрим, поможет ли. Теоретически пригодится. Пополнил запас игл, которые кажется, были с явно опасным наполнителем, добавил в них кое-что свое и отдал один ствол девушке. Предварительно, конечно, проверив, что моя ментальная настройка с нее не слетела. Она приняла оружие с поклоном и спрятала его где-то внутри одежды. Кстати, легкий и достаточно тонкий небольшой пистолет довольно странной формы. По факту не сразу его по внешнему виду можно определить как пистолет знакомых мне очертаний. Ну да ладно. Потом постреляю для интересу.


Снова проверил, как легли мои ментальные графемы. Ну, вроде бы… Тьфу-тьфу-тьфу. Постучал по лбу. Не себе. Каждому.


По кадрам памяти, снятым у всех трех, я смог найти место, как можно ближе находящееся к заказчику и где побывали мои системы съема частотно-волновых характеристик пространства, и открыл туда проход.


— Ну, все! Поехали! Ступайте во имя меня, и да пребудет с вами Великий Шворц! — я сделал рукой какой-то произвольный знак-загогулину, для пущего эффекта заставив воздух светиться там, где проходила рука, и мои воины света, или тьмы, с какой точки зрения смотреть, отправились за восстановлением попранной справедливости.


Тьфу, — я сплюнул, — лезет же на язык пафос, аж самому кисло стало. Но зато весело. Понаблюдав, как уже мои диверсанты скрылись в телепорте, я закрыл его и обернулся. Девушка не должна еще была далеко уйти, может, замутить с ней? Ладно, может, в другой раз — пока все еще не тянет на постельные приключения.


Тогда что делаем? Вторую группу интересующихся мною ищем или идем к генералу Орлову, то есть в дом моей сестры? Благо ее муж последние дни там постоянно торчит — ждет, итить… Или, может, тогда просто еще погулять по столице? Когда еще свезет — вон какие интересные тут люди ошиваются! Итак, что выбираем — орел или решка?

* * *

— Таки позвольте обратиться, товарищ капитан! Не понадобился-таки реанмобиль, а наша Лилия до сих пор находится в шоковом состоянии!


— Во-первых, товарищ лейтенант, не по форме обращаетесь! — ответил слегка язвительный голос. — Во-вторых, еще не вечер. А в третьих — не кажется ли вам, глубокоуважаемый товарищ лейтенант, что реанмобилю не стоит простаивать и он просто в нетерпении бьет копытом, чтобы принять в своем нутре наш впечатлительный цветок Лилию?


— Командир! — буквально зашипел женский голос. — Разреши мне поговорить с ним и объяснить ему, что это такое за «шоковое состояние». Думаю, много времени это не займет.


— Ой! Сдаюсь!


В воздухе раздался жизнерадостный мужской смех.


— Так! Хватит! Работаем дальше.


Шу Ци


Родная страна встретила путешественников знакомыми, можно сказать, с босоногого детства, запахами рыбной свалки. Еще до войны такие места, остро отдающие средневековьем, практически исчезли с лика Поднебесной, но после, когда экономики стран рухнули в пропасть, а жизненный уклад поменялся или скатился в прошлое, они снова стали появляться там и сям. Сейчас-то жизнь сдвинулась с мертвой точки и медленно, со скрипом стала двигаться по нарастающей, но кажется, что это напоминание о прошлых ошибках еще долго будет преследовать их.


Шу сама родилась в подобном месте, поэтому даже не поморщилась на знакомые по детству запахи. Да и не важно это было. Главное — цель. Выполнить задание и наказать того, кто покусился на жизнь ее нового господина. И пусть она его, господина, почти не знает, но уже чувствует, что ради него готова отдать не только свою жизнь, но и душу. И как только она жила до этого не зная своего Господина со странным именем Никос? Знание его имени будто само возникло у нее в голове и своим появлением отдавало мистикой и какой-то божественностью.


Мельком оглядев своих помощников и подчиненных, Ци отметила их состояние и резко отвернулась. Надо найти, что перекусить. Это не беспокоило девушку — в таких местах почти везде есть забегаловки, где, показав тайный знак триады, можно было бесплатно перекусить или переночевать. В общем, переждать неурядицы. И она, больше не обращая внимания на спутников, отправилась на поиски.


Поиски долго не продлились, и владелец, имя которого Шу даже не стала узнавать, с поклоном и накормил их, и сказал, у кого можно взять транспорт до города. Такси она не захотела брать — засветится, хоть и так куда уже больше — ее комм уже появился в сети, и босс наверняка уже в курсе, что она здесь. Жаль, что она не успела выключить его, а теперь уж поздно. В России они использовали местные временные аппараты, так как использовать свои коммы и связь ТАМ — только радовать местных безопасников.


Новый Господин перекинул их неизвестным способом в городок, расположенный километрах в ста от большого городского центра, где находилась одна из штаб-квартир. И ей нужен был Мао Си — ее босс, а он жил именно там. Именно он знал заказчика покушения на Господина.


Комм защекотал ладонь — именно так Шу настраивала его на входящий вызов, а по коже побежала виртуальная татуировка, собираясь в знак имени босса. Шу задумчиво смотрела на него, прикидывая, отвечать или нет. Плюсы и недостатки были в обоих случаях. Впрочем, похоже, выбора особого не оставалось, да и так, кажется, будет лучше. Поэтому отбросив сомнения и начав прорабатывать новые вводные данные, Шу мысленной командой ответила на вызов, сделав свое лицо как можно более обычным.


— Мао шифу, — слегка поклонилась она.


Он долго, целую минуту с невозмутимым видом рассматривал свою лучшую убийцу. Все это время она покорно ждала, опустив голову.


— Почему ты дома, меймей? — Наконец мягко спросил он.


«Он назвал меня младшей сестрой!» — подумала девушка, — «значит, шанс есть, работаем…»


— У меня важная информация, шифу, — ответила она. — Я не могу доверить ее связи.


— Объект жив? — спросил Мао, затягиваясь толстой сигарой, показывающей его статус среди подчиненных. Настоящие гаванские сигары не всякий президент какой-либо страны сейчас может себе позволить.


Этим вопросом он поставил Шу в сложное положение. Отрицательно ответить она не могла, так как не знала, сколько наблюдателей у босса есть в России, в то же время сказать «да» было чревато.


— У меня важная информация, — повторила она и еще ниже опустила голову, как бы показывая свою покорность.


Мао выпустил облако дыма в ее сторону. Через некоторое время ответил:


— Хорошо, я жду тебя у себя, — и отключился.


Шу еще минут десять сидела, прокручивая в голове по-быстрому сработанный план и его возможные отклонения в нежелательные стороны, затем посмотрела на своих помощников, терпеливо ожидающих ее команды.


Через еще десять минут из небольшого ангара вылетели три аэробайка и быстро скрылись из виду.

* * *

Подходя ко входу большого пятидесятиэтажного здания, казалось, построенного из чистого стекла, Шу бросала по сторонам внимательные взгляды. Хорошо еще, остались миниатюрные диверсионные летающие камеры, которые так и не использовали в России. И они сейчас летали по округе, собирая информацию. К счастью, на пределе своих возможностей одна камера смогла дотянуть до крыши, где и плюхнулась на плоскость, закатившись в угол перекрытия. Ее сферическая камера сумела зацепить большую часть крыши. Судя по наличию бронированного боевого автомоба службы сопровождения, который использовался не так уж и часто, а именно, когда ситуация не сказать, чтобы была мирной, босс что-то подозревал. Прямой подготовки к ее захвату Шу не заметила, но это еще ни о чем не говорило.


Кроме броневика-автомоба, на крыше еще располагался автомоб представительского класса, тоже бронированный, на котором передвигался сам Мао Си, и еще несколько служебных автомобов.


Мимо прошла стайка совсем молоденьких девчат, о чем-то весело смеющихся. Шу с толикой зависти проводила их взглядом. Свои шансы выполнить задание Господина она оценивала ниже среднего, ведь кроме подозрительного шефа будет еще и неизвестный заказчик, а значит, вполне возможно, что это будет ее последняя акция, но она не расстраивалась. Чувствовала она, что это будет ее лебединая песня.


Тряхнув головой, убийца, которой она снова себя почувствовала, Шу вошла в автоматически открывшиеся стеклянные двери. Сунь с Чанем, не задумываясь, последовали за ней. На входе за стойкой находился незнакомый сотрудник. Это было не очень хорошо, но и не значило чего-то исключительного. Но все равно не очень понравилось. Пока она шла к стойке, то буквально кожей чувствовала, как ее просвечивают разнообразные системы контроля и безопасности. И уже приготовилась оставить на стойке свой любимый пистолет. Однако охранник, внимательно проверив результаты сканирования, молча кивнул головой в сторону лифта.


Подивившись происходящему и остро пожалев, что они не взяли еще оружия (ее помощники шли практически с голыми руками), справедливо ожидая, что его все равно отберут на входе, она молча отправилась к лифтам. Это внушало оптимизм, но и расслабляться не стоило. Самое опасное было остаться в живых в лифте. Если охране что-то еще не понравится, то из него они просто не выйдут. Конечно, она рассматривала возможность провести самую натуральную операцию по захвату и последующему устранению своего бывшего шефа, но все же вероятность успеха для вот такого «мирного» варианта была намного выше — Мао Си очень ценил своего лучшего решальщика проблем, имеющих только одно финальное решение, и вряд ли бы пошел на поводу у своих подозрений, не разобравшись в происходящем.


В приемной перед кабинетом Мао Си находились два охранника, но что хуже всего — еще и робот-охранник. Очень дорогой. Обычно такой же, только другой модели, находился у Мао в кабинете. Выглядел он, как висящий в воздухе на высоте метров трех шар с излучателями разного рода и кинетическими стволами с почти нулевой отдачей, торчащими во все стороны на маленьких турелях, что давало ему возможность наносить удары по всему объему. По необходимости он мог прикрепиться к любой поверхности — хоть к стенам, хоть к потолку. И справиться с ним было очень и очень сложно: если сразу не уничтожить, то шансов почти не останется — скорострельность и реакция у аппарата очень высокие. А еще и нано-оружие, и газы, но обычно их не использовали, а ставили на штурмовую версию робота. Раньше Мао не считал нужным так показывать заботу о своей безопасности.


Сунь и Чань остались в приемной, остановленные охраной. Так что в комнату шефа она зашла одна. Мао спокойно сидел за столом и глядел на девушку. На столе, почему-то отодвинутая на край стола, дымила сигара.


— Мао шифу, — девушка, подчиняясь жесту шефа остановилась в отдалении от стола.


— Почему объект жив и почему ты тут? — не повышая голоса спросил Мао.


— Этот заказ имеет для вас такое большое значение? — спросила девушка, своим вопросом вызвав искреннее удивление Мао Си. Неразговорчивая обычно девушка практически никогда не задавала вопросов и была предана, как собака. Даже сильнее. И вдруг такие изменения!


— Ты себе слишком много позволяешь, Шу Ци! — строго сказал Мао. — Почему ты не выполнила задание? И как ты оказалась в Китае?


— Я не могу убить моего Господина!


— Что!? — удивленно привстал с кресле Мао, но еще больше удивился словам девушки, которые она произнесла с улыбкой:


— Робот. Робот и сигара!


Шу выпрямилась и прислушавшись к чему-то, а на самом деле к еле слышимому шуму из прихожей, продолжая улыбаться сказала:


— Вы не притрагиваетесь к сигаре. И здесь нет вашего робота-охранника!


Быстрым движением девушка вытащила пистолет и развернулась к стене, за которой находился еще один кабинет. Конечно, так было неправильно делать без подготовки, но девушка понадеялась на силу снаряженных попеременно разрывных и бронебойных игл ее пистолета. Возможно, ей удастся ослабить стену, толщина которой не превышала десятка сантиметров, а с бронированной дверью возиться было недосуг.


И она, нажав спусковой крючок на оружии, провела им круг в стене. На удивление, оружие повело себя не совсем привычным образом, а слабые выстрелы пистолета практически заглушились микровзрывами, фактически разнесшими стену на мелкие куски. Вместо ровного ряда отверстий там красовалась огромная неровная дыра, сквозь которую через пылевую завесу тут же попытался проскользнуть робот-охранник. Неизвестно, почему он принял такое решение вместо того, чтобы сразу начать стрелять, возможно, его сбила с толку поднявшаяся пыль, но его просчетом тут же воспользовалась Шу, буквально с одной очереди разнеся бронированное чудовище на куски. Это было поразительно, но результат девушка видела своими глазами. Видать, благодать ее Господина лежит на ее оружии — недаром же он с ним возился перед тем как вернуть ей. И вообще все, что происходит — происходит неправильно, но главное — ей по-настоящему везет.


Голограмма мужчины за столом, а это была именно она, пропала. Зато сам хозяин обнаружился внутри комнаты, куда вела новая неаккуратная дверь. Шу Цы шагнула внутрь и тут же прыгнула к сильно закашлявшемуся шефу, в последний момент успев его вырубить. Из рук Мао вывалился русский штурмовой кинетический автомат «Бур».


Быстро связав Мао Си, Шу подобрала автомат и, перешагнув искрящиеся остатки робота, направилась к двери. Связаться по ближней связи ей удалось только с Сунем. Чан, к сожалению погиб.


Выглянув в прихожую и полюбовавшись на трупы охранников и дыру в окне, в которой, видимо, и пропал робот, Шу бросила Суню автомат. Тот перехватил его и довольно кивнул — у охраны были только пистолеты. Как они справились со своим противником, ее не интересовало. Должны были и сделали.


Не говоря ни слова, Шу подошла к изломанному мертвому Чаню, постояла над ним, а потом закрыла ему глаза. Ран на его теле почему-то не было видно, но само тело будто попало в мясорубку, да и кровь из глаз и ушей шла.


Затем девушка покрутила пальцем вокруг, давая задание Суню держать периметр, и вернулась в комнату к шефу, который уже стал возиться на полу, пытаясь встать.


Сев на корточки перед Мао, Шу сказала:


— Что-то слабо вы подготовились к моему приходу.


Сплюнув, Мао уселся поудобней и, еще раз сплюнув пыль, прохрипел:


— Не верил я, что ты предала меня. Да видно, ошибся — наверно, старею. Да и квалификацию твою забыл. Зачем ты это сделала?


Шу немного подумала и дернула плечом:


— Не надо было брать заказ на моего Господина.


Мао внимательно посмотрел в ее глаза.


— Ты понимаешь, что тебя обработали? Зомбировали. Ты никогда не знала этого человека до того, как получила на него заказ!


— Возможно, — Шу равнодушно пожала плечами. — Но это не имеет никакого значение перед его благоволением и тем более приказом.


Мао Си обреченно закрыл глаза.


— Кто заказчик?


— Тебе его не достать, — не открывая глаз, медленно ответил бывший шеф.


— Шифу, — мягко произнесла девушка. Мао дернулся. — Не заставляйте меня делать вам больно. Я все-таки к вам всегда хорошо относилась…


— Как и я к тебе, — прошептал Мао.


— Как и вы ко мне, — согласилась девушка.


Два человека помолчали немного. В прихожей послышались короткие очереди автоматов, и это был не русский «Бур». Тихие ответы «Бура» почти не воспринимались на слух.


Мао понимал, что ему уже все, конец. Даже если Шу его пощадит, что вряд ли произойдет, ему уже не жить. Законы триады жестоки, но справедливы: если твои же сотрудники и подчиненные тебя предают и ты не можешь с ними справиться, значит, тебе не стоит жить и показывать плохой пример остальным и тем более дискредитировать организацию. Поэтому он решился и подробно рассказал девушке все, что знал о заказчике.


Шу Ци благодарно кивнула, встала и пошла к выходу. У дыры в стене она остановилась, будто предчувствуя следующие слова бывшего шефа.


— Шу! — Тихо сказал Мао. — Порви их там всех!


Шу Ци постояла, слегка сгорбившись, потом повернулась и выдавила из себя улыбку:


— До встречи, шифу! — И она выстрелила в грудь Мао Си, разворотив ее. В голову ему она не решилась стрелять. Посмотрев еще некоторое время на лицо человека, заменившего ей семью, а сейчас лежащего с открытым ртом и глазами, смотрящими в потолок, она вышла из кабинета.


Где-то


По темной комнате, сквозь стены которой проглядывали звезды, а буквально рядом висел газовый гигант со своим кроваво-красным глазом на боку, медленно ходило существо, которое на Земле сразу бы окрестили инопланетянином. Цвет планетарного пятна, похожего на глаз, был похож на цвет крови жителей третьей планеты, следить за которыми был поставлен Высший Прах. Разного рода действиями и играми в Верховном Совете покровителю Праха удалось убрать Высшего Траха с должности куратора этой системы и, собственно, заменить его своей креатурой — Высшим Прахом. Перспективы участия в закрытом от остальных и относительно секретном проекте, о котором покровитель Праха узнал почти случайно, поначалу казались весьма перспективными.


Но не все шло гладко. Комитет оказался не синекурой, а реально действующим механизмом контроля и руководства. А так как управляли им те, кому не особо возразишь, а если возразишь, то и потеряешь много, то не все оказалось так безоблачно, и выйти за очерченные Комитетом рамки было не то что невозможно, но весьма и весьма чревато непредсказуемыми последствиями. Правда, надо быть справедливым — на месте организаторов Комитета Прах бы всех давно повыгонял из данной системы и единолично бы занимался тут своими делами, не допуская никого на световой год, но они этого не сделали, чем и пользовались остальные расы. Или пытались пользоваться.


В воздухе разлился красивый звуковой перебор (человек бы услышал странный трещотный звуковой ряд), и в комнате появился Серый, ростом значительно уступающий хозяину комнаты.


— Высший Прах! — он поклонился и продолжал так стоять, не распрямляясь.


— Почему разработанная тобою операция, Ам, провалилась?


— Высший! Одобренная вами операция прошла просто идеально! Практически все цели были достигнуты. Мы подтвердили, что земляне действительно успешно работают по нам и находят довольно нестандартные способы противодействия. Место расположения их новой секретной исследовательской базы, о которой до нас стали доходить слухи, также было найдено. К сожалению, мы не смогли отследить каким образом наш малый корабль был туда доставлен. Зато убедились, что земляне еще не умеют блокировать связь, основанную на космических естественных излучениях. Еще мы узнали, что земляне уже в состоянии проводить довольно серьезные стройки на большой глубине под поверхностью планеты. Сейчас мы проводим работы по скрытому подкопу к их лаборатории, где находится наш похищенный корабль. Для облегчения подкопа используются естественные вулканические ходы. Идем снизу с бОльшей глубины наверх. Почему же вы считаете, что операция провалилась?


— Ты идиот, Ам! Какой нам смысл в том, что мы узнали, где находится их лаборатория, если мы сразу показали им, что в курсе этого? Зачем ты послал корабли туда?


— Я думал, наша цель — уничтожить лабораторию, где земляне проводят опыты с нашей техникой!


Высший зло зашипел.


— Болван! Ты действуешь и мыслишь, как примитивный землянин! Даже хуже! Пока ты не поймешь, что сила в знании, а не в грубой силе, то так и будешь бегать выполнять чужие приказы! — Немного успокоившись, он спросил. — А что там с непонятыми сущностями, что добили наши последние корабли?


— Мы подозреваем, что это новая боевая комплексная система маскировки или отвлечения внимания землян. Какого рода — выясняем.


Высший Прах замер, задумавшись.


— Короче, так. Подкоп под лабораторию делай, но тихо. Пусть они считают, что наш налет был случайным. Хотя это каким надо быть идиотом, чтобы в такое поверить. Впрочем, может, среди землян найдутся такие. Выясняйте все насчет маскировки — меня это заинтересовало. Можешь идти.


Ник


И все же я по пути из рощи решил закрыть это дело. Благо вторая группа, кстати, довольно пассивная, была в пределах города, но найти ее мне было нужно самостоятельно, раз уж они не хотят шевелиться.


Этот опыт был… интересен: найти того, не знаю кого. В уже построенном социальном графе от полковника Орлова никого похожего не было. Да и вообще граф был какой-то хилый — моя технология не очень функциональна, если люди в основном встречаются виртуально. Да и вообще в таких условиях его полезность и эффективность оставляют желать лучшего.


К сожалению, ничего лучше, чем какого-то астрального компаса, устроить не получилось. Выглядело это так: локализовал ту тучку в астрале, что являла интерес ко мне. Затем с помощью определенных глифов нашел и прицепился к связям этой тучки с окружающей местностью, которая сама по себе была малоинформативна. Ну, вспышкой мелькает какой-нибудь образ стола или куска улицы, и что мне с этим делать?


Так вот, точно так же я прицепился к моим же астральным связям с окружающей действительностью и связал обе эти связи еще одним глифом, который более-менее смог определять расстояние между ними, в смысле «больше-меньше», и вызывать у меня ощущение правильности, если я поворачивался вдоль этой связи в нужную сторону.


Полетав немного кругами по местности на летке, более-менее надежно определил направление и потихоньку полетел туда, иногда рыская по сторонам, как и полагается. И все же нашел я их. Полетал кругами, ощущая, как стрелка невидимого компаса указывает на очередную лужайку, которую оккупировали странные люди в странных одеждах.


Ну то, что они узкоглазы — я был к этому готов. А вот то, что это, скорее всего, были тибетские монахи, не ожидал. Почему решил, что тибетские, да еще монахи? Так в одежды соответствующие одеты — «кашаи» бурого цвета. Это я сам смутно помнил, да Крот помог — нашел мне в сети и внешний вид, и все остальное. Да и на слово «Тибет» что-то дергалось внутри.


Я далек от мысли, что все тибетцы, а тем более, монахи — боевики. Хотя сеть и дает какие-то смутные упоминания, что среди них есть такие. Однако же я своим чародейским взглядом видел, насколько чистые, стабильные и мощные ауры их окружают. Еще я видел, как их ауры смешиваются, вибрируют и резонируют, заполняя всю поляну. Ветви кустарника как бы ограничивали пространство — общая аура этих людей как бы боялась на них натыкаться. Однако, когда это все же случалось, я замечал, что аура сначала как бы прилипала к ветке куста, потом дергалась обратно, но на самой ветке оставался значительный энергетический «кусок» ауры, который потом кустарником всасывался. Забавный эффект. Может, это кустарник-энергетический вампир? Хотя вряд ли — точно такой же, как и там, где я своих китайских товарищей повстречал, но там ничего подобного я не заметил.


Но это все на грубом энергетическом уровне (забавно, когда аурные энергии для меня стали «грубыми»?), а вот на более тонком над монахами находился цилиндр, связанный с каждым человеком яркой для этого среза реальности нитью, выше цилиндра — что-то вроде пирамиды. Из цилиндра периодически в широкую часть пирамиды ударял сгусток, а с верха пирамиды он устремлялся вверх, но насколько я мог верить своим глазам, на высоте где-то километра просто обрывался. Или я дальше не мог видеть. Кто бы мне еще объяснил, что происходит. Кстати, после каждого второго «выстрела» пирамиды вверх оттуда, сверху, в пирамиду падал обратный луч. Чуть тоньше и другого оттенка, а дальше процесс шел в обратном направлении: цилиндр, а от него в людей.


В общем, можно было бы и плюнуть на них, но от этого проблема никуда не денется. Поэтому лучше решить это дело, а потом гулять смело. Поэтому я на всякий случай проверил свою ауру (а то что-то мне не очень понравилось, как эти ею работают), создал несколько фальшивых слоев, укрепил по максимуму, создал чародейских ловушек, проклятий и конструктов и все это развесил по своей ауре. Напоследок оглядев себя, усмехнулся — я был похож на елку, увешанную игрушками. Но посмотрим. На всякий случай я подкачал ауру энергией и вошел на поляну.


Моя уплотненная аура, раскинувшаяся вокруг меня в радиусе метров десяти, как трактор стала распихивать общую ауру монахов, оккупировавших поляну, не смешиваясь. Цилиндр над ними закачался и через мгновение разрушился, потянув за собой и пирамиду. А транслируемый в этот момент откуда-то монахам луч разбился и разлетелся брызгами. Часть брызг попали на меня (или мою виртуальную сущность), что выразилось легким головокружением, впрочем, быстро закончившимся, да несколькими непонятными образами, возникшими у меня в голове.


«Легкое ментальное неструктурированное давление» — мелькнула мысль, инициированная биокомпом.


Видимо, откат, а наверно, это он и был, вдарил не только по мне. Трое из девяти монахов завалились на бок и слабо двигали руками и ногами. Интересный эффект. То ли это моя аура такая крутая, то ли я просто в неудачный момент зашел в гости. Один, самый молодой, пострадал сильнее — у него явно деформировалась аура, вернее, аурная энергетика нездорово зашевелилась, формируя деструктивные агрессивные эмоции. Поэтому я не удивился, когда он вскочил на ноги и почему-то схватился рукой за пряжку ремня, неожиданно обнаружившегося на поясе поверх туники. Правда, до этого его скрывал кусок материи, нашитый поверх и свободно свисающий.


Другие пятеро монахов просто повернули ко мне свои головы и стали смотреть.


— Зачем вы ищете меня? — спросил я. Однако я постарался сделать так, чтобы мои слова доходили до них как можно ближе к сердцу. Уж очень мне не нравилось спокойствие в их глазах. Поэтому мой голос был промодулирован инфразвуком, а параллельно ему я формировал аурные вибрации, которые через мою ауру переходили в их все еще общее, хоть и разорванное аурное пространство. Причем эти мои аурные вибрации в общем-то выполняли ту же функцию, что и инфразвук — вызывали беспокойство, страх. Эти эмоции есть у каждого человека, только обычно зажаты или задавлены другими эмоциями и чувствами. А мои вибрации резонировали с ними и вытаскивали наружу, то есть заставляли быть довлеющими.


Молодой еще сильнее вцепился в свой ремень. Еще четверо занялись собой — я чувствовал, как вектор их внимания сместился с меня на них самих. Видимо, хорошо работает моя придумка. И они пытались привести свои чувства в порядок.


Самый же старый, или просто старший из них, даже не поморщился, легким, почти незаметным волевым усилием стабилизировав свою ауру. В руках у него появились четки, и он стал их медленно перебирать.

* * *

Старый Ардан размышлял. Когда его попросили давние знакомые товарищи из ЦК КПК неофициально поискать кое-кого в России, где он находился для решения общих политических вопросов, ему это не понравилось. Ему вообще не нравилось, когда приходилось делать кому-то одолжение не потому, что это надо для установления мира на многострадальной земле Бод, а для того, чтобы просто поддерживать полезные и важные связи. Разногласия с Поднебесной, куда Тибет входит давно и прочно, вероятно невозможно искоренить, и они периодически всплывают на волнующейся поверхности озера, олицетворяющем их жизнь. Сделать поверхность этого озера зеркальной — мечта, к которой стремятся все бодпа. Вернее должны стремиться. Но политика и человеческая суть, видимо никогда не дадут достичь совершенства.


Тем не менее, несмотря на свое нежелание делать уступки несовершенному миру людей, для достижения цели, или хотя бы чтобы приблизиться к ней, надо было перешагивать через себя. Поэтому конференция была перенесена в Новосибирск. Проводить поиски, как им намекнули, лучше отсюда. Прошла конференция как обычно — без окончательного решения многих вопросов. И вот, выбравшись с командой самых близких последователей в тихое местечко, чтобы помедитировать и попробовать найти того, кто нужен дальним товарищам, дело, можно считать, сделано — он сам их нашел.


Ничего делать Ардан не собирался, особенно видя внутреннюю мощь, исходящую от человека. Ардан просто видел ауру этого человека. Но многие могут ее видеть, однако не многие могут понимать, что она показывает. А он видел и понимал. И видел он, что человек, стоящий перед ним не только мастер. Не важно мастер чего конкретно, но мастер смертоубийства — точно, хоть и не только этого. Еще он видел, что этот человек легко и просто управляет своей аурой. Именно ею он просто подавил их объединенную ауру и нарушил астральную медитацию. Так вот, мастера боевых искусств могут немного управлять своей аурой, например бить ею. Все эти тушения свечки с нескольких шагов, разрушение камня легким ударом ладони — все это боевое применение аурных ударов. Не только ударов, но и умение вызывать резонанс материи до ее разрушения.


И сейчас стоящий перед ними человек показывал как раз это высшее достижение мастерства. На каждого из сидящих здесь был направлен аурный щуп, на концах которых извивались какие-то твари, вызывающие у Ардана глубокое чувство страха и омерзения. Их собственные ауры тряслись от обычных слов этого человека. Ардан был уверен, что захоти и этим резонансом он спокойно уничтожит каждого из сидящих тут.


Поэтому он просто наклонил голову:


— Прости нас, Мастер, — на чистейшем русском сказал Ардан. — Мы не знали, КОГО нас просили найти, — интонацией выделил он слово. — Если ты не в претензии, мы пойдем своим путем.


Мужчина, стоящий напротив, слегка приподнял бровь. Однако сзади Ардана раздался возмущенный голос:


— Но акху! Как же так!? Посмотрите, что он наделал!


Ардан на мгновение прикрыл глаза, потом открыл их и сказал:


— Прости Галсана, он молод и горяч.


Жаль, что Галсан не послушал старого Ардана. Он развернул свой меч-пояс из прочнейшей и очень гибкой мономолекулы, изделия из которой не видят никакие сканеры. Галсан был в некотором роде телохранителем старых бодпа, и его развитие в связи со своей специализацией, было несколько ущербным. Но ничего не поделаешь — в современном мире очень трудно готовить совершенство десятилетиями. Порой достаточно и «быстрых» мастеров.


Непонятно, что на него нашло, но Ардан видел, как в ауре Галсана бушевала буря. Скорее всего, это так на него повлиял откат от насильственного разрыва связи с астралом и возникшие искажения, привнесенные извне. Тем более, что так как он как телохранитель не выходил со всеми в астрал, то и не ставил защиту от крайне маловероятного неожиданного разрыва связи. Правда и им это особо не помогло, да ведь опыт дорогого стоит.


Галсан бросился на Мастера. Большей глупости Ардан в жизни не видел. Мастер просто провел пальцем горизонтально на уровне пояса Галсана, перечеркнув его вытянувшейся из пальца аурной нитью, и Галсан упал. Ноги отказались его слушаться. Он, рыча и вгрызаясь в траву, пытался ползти к Мастеру, но тот недовольно покачал головой и так же удаленно ткнул того куда-то в голову. Галсан замер, уткнувшись в землю.


Затем этот странный Мастер прикрепил к макушке Галсана какую-то кляксу и Ардан мысленно передернулся. У них считалось, что на темечке находится личный хранитель, хотя конечно никто его никогда не видел. Оттого у них нельзя гладить людей по голове — считается, что так можно испугать и прогнать хранителя. И сейчас то, что видел Ардан карикатурно напомнило ему их верования.


— Не беспокойтесь, — вдруг сказал Мастер, отметив беспокойство Ардана. — Через час он придет в себя и будет полностью в порядке. Не знаю насчет его психики, но это будет уже вашей проблемой.


Оглянувшись, Мастер подошел к Галсану и поднял его меч. Поцокал языком, сделал пару махов — Ардан отметил мастерство человека, — и сказал:


— Это я забираю себе в качестве компенсации, — Мастер сделал странный жест и меч из его рук просто испарился. Ардан готов был поклясться, что он не выбросил его, не спрятал, а именно просто сунул куда-то в пространство и тот пропал.


Затем Мастер повернулся и сказал с легкой вопросительной интонацией:


— Зачем я был нужен заказчикам, вы, конечно не знаете.


Ардан отрицательно покачал головой.


— Нет, нас просто попросили найти тебя и сообщить им. Само собой, ничего против тебя, — он покосился на лежащего Галсана, — мы не собирались делать. Возможно, однако, после твоего нахождения нас бы еще попросили о чем-то, но теперь уже понятно, что никаких просьб подобного толка мы выполнять не будем.


— Ну и отлично, — улыбнулся Мастер. — Вопросы или претензии ко мне у вас есть?


Ардан отрицательно покачал головой.


— Супер! Ну, тогда прощайте! — Мастер сделал шаг в сторону и просто растворился в воздухе.


Ардан же закрыл глаза и стал повторять мантру успокоения ума и нервов:


«ОМ

БЕН ДЗА СА ТО СА МА Я МА НУ ПА ЛА Я

БЕН ДЗА СА ТО ТЭ НО ПА

ТИ ТХА ДРИ ДХО МЕ БХА ВА

СУ ТО Т КХА Ё МЕ БА ВА

СУ ПО КХА Ё МЕ БХА ВА

А НУ РАГ ТО МЕ БА ВА

САР ВА СИ ДДХИ МЕМ ТА Я ЦА

САР ВА КАР МА СУ ЦА МЕ

ЦИ ТАМ ШРИ Я КУ РУ ХУНГ

ХА ХА ХА ХА ХО БХА ГА ВАН САР ВА ТА ТХА ГА ТА

БЕНДЗА МА МЕ МЮН ЦА БЕНДЗИ БХА ВА

МА ХА СА МА Я СА ТО АХ»


Ник


М-да… Эти тибетцы одновременно порадовали меня своей в общем-то относительной миролюбивостью и немного даже испугали. Не знаю чем. Возможно как раз своей необычной групповой работой со своими аурами и астралом — ведь именно там они собирались меня искать. И снова те непонятные геометрические фигуры. Что они означают? Нет ответа. По крайней мере пока. Да, варианты на ум приходят, но пока даже озвучивать их не хочу — пока это гадание на кофейной гуще. Да еще и виртуальной.


Так, ну вроде бы основные насущные проблемы решены. Жаль, кстати, не успел забрать китайский диверсионный ИИ — его уже стырили до меня. И кажется эсбэшники. Ну ни на минуту остаться одному! Наверно и пописать сходить — на лету мочу ловить будут для анализов!


— Привет, Катюх! Как дела?


— О! Дядь Ник! Да нормально у нас. А почему вы не отвечали, когда я звонила вам? — девочка сидела на ветке в ветвях дерева, совсем как я когда-то видел в астрале.


— Да занят был. У вас все спокойно?


— Да вроде бы, только скучно… — протянула девочка и почесала коленку, чуть не свалившись с ветки.


— Дед дома? — спросил я, хоть и так знал кто что там делает.


— Ага! Давно такого не было, чтобы он дома так долго сидел — обычно все время в делах и разъездах. А вы скоро приедете? С вами весело.


— А я уже приехал, — сказал я, уже стоя под деревом. Болталку я выключил.


— Ой! — Катя от неожиданности дернулась и завалилась назад. К сожалению там не оказалось ветки, которая смогла бы ее поддержать, и она полетела вниз. И тут я снова увидел то, что мельком заметил в астрале еще когда первый раз был тут и сканировал именно это дерево. Только тогда я видел последствия, а тут и механизм.


Вообще я готов был ее подхватить, но заметил странные мгновенные преобразования в ауре девочки и решил вмешаться только в последний момент.


Честно говоря я никогда такого не видел. Если вы когда нибудь видели старые фантастические фильмы, где двери в космических кораблях раскрываются как диафрагма; или если вы видели как мгновенно меняется зрачок глаза какого-нибудь фантастического гада — из точки в полоску, потом в круг и потом в обратном порядке. То вот то, что я увидел вызвало у меня примерно такие же ощущения. Аура обычной девочки мигнула, исказилась, знакомая вдоль и поперек аурная энергетика и так в общем-то не простая, вдруг поплыла, еще больше усложнилась — мне даже показалось, что она сформировала какую-то даже не трехмерную, а чисто на ощущениях — еще более-мерную фигуру. Падение Кати резко замедлилось и она, перевернувшись через голову, опустилась на ноги. Мгновением позже ее аура сделала обратный ход, обратную свертку и вот уже передо мной стоит недоумевающая девочка.


— Я что, снова сознание потеряла? — она потерла лоб. — Это ты меня подхватил, дядь Ник?


— И часто ты теряешь вот так сознание? — задумчиво спросил я.


— Да нет, в общем-то, — неуверенно ответила она.


— Извини за вопрос. Ты упоминала, что одаренная. А в чем твоя одаренность выражается?


— Не знаю, — пожала плечами девочка. — В Медцентре сказали, что пока не стоит никак вмешиваться в происходящее, только наблюдать. Мол, на совершеннолетие расскажут. Только вот УНИК у меня со специальным медицинским оборудованием.


— Бабушка в курсе?


— Конечно! — Катя внимательно оглядела на свои ногти и поморщилась. — Поломала ноготь. Больно! — И засунула палец в рот.


— Дай сюда! — Я потянул ее за руку, заставив вытащить изо рта грязный палец и глянул на него. Усмехнулся.


— Все!


— Ух ты! — Катя восторженно смотрела на восстановленный ноготь. Правда кривоватый, да откуда ему красиво обточиться-то при ускоренной локальной регенерации? — И не болит совсем! Правда сначала больно кольнуло. — Девочка прислушалась к себе. — Может пойдем, покушаем? Тем более баба борщ еще вчера приготовила. Уже разогрела — чуешь, как пахнет? — она поводила носом.


Действительно, пахло так, что аж желудок недоуменно заворчал, мол что это там такое: пахнет, а к нему внутрь не попадает!


Пока мы шли к дому, я проверял — запомнил ли то, что увидел в ауре девчонки? Честно говоря у меня просто не было никаких мыслей на этот счет. Жаль Умника со мной не было, может он бы увидел что-то, что я не заметил или не понял. Ну да ладно, главное — с Катей все хорошо, а структуру я вроде бы ту запомнил. Очень сложная. Если бы не постоянные тренировки с плетениями, не думаю, что запомнил бы ее. Даже со своей памятью и биокомпом. Еще я не уверен, что ее интерпретация на основе уже имеющихся знаний по аурной энергетике и ее влиянии на окружающий мир напрямую и посредством организма как инструмента воздействия (в том числе и посредством мозга), тут подойдет — было такое ощущение, — но попробовать стоит. Кроме того, я не заметил никаких гравитационных воздействий на окружающее пространство, как можно было бы предположить из увиденного. Но честно говоря, я собой был не очень доволен — расслабился как дома, и не сделал полноценного съема информации. А ведь вполне мог! Ладно, поживем-увидим.


— Кстати, можешь ко мне обращаться на «ты». А то ты то на «вы», то на «ты».


— Хорошо, — кивнула племяшка.


Из-за дерева выглянул Гоша — местный робот-охранник и не только. Меня он то ли недолюбливает, то ли относится с опаской, если так можно говорить про роботов. Но вот такое у меня ощущение. Понятно, что и шпионит, и правильно делает.


— Я смотрю, вас не сильно дергали в службе безопасности и в медцентре? — спросил я, с удовольствием босиком шоркая по траве. Сандалии свои я «испарил». Кстати, научился я кое-какие магические материалы все-таки делать по ощущениям как обычный материал. Правда не все научился «подделывать» на тактильные ощущения, но прогресс налицо. Эти сандалии — один из удачных экспериментов. Ну и сапоги тоже — кожа самая натуральная замша, а соответственно и все остальное «кожаное».


— А чего нас держать? — легкомысленно ответила Катя. Она нагнулась, сорвала травинку и стала ею помахивать. — Посмотрели, оценили состояние здоровья физическое и душевное да и отпустили. Правда еще один дополнительный контур контроля поставили, — она помахала рукой. — На всякий случай. Вдруг нас снова попытаются похитить.


Я покосился на ее руку. Судя по всему ее УНИК в данный момент усиленно обменивался данными с удаленным сервером.


— Ты как раз вовремя, — в дверях нас встретила моя сестра. — Садитесь за стол.


Ленка развернулась и пошла на кухню. Оттуда донесся ее голос:


— Только руки не забудьте помыть!


Мы с Катей переглянулись и она вздохнула:


— Вот так вот всегда! Час назад же мыла!


Я ей подмигнул:


— А мы так сделаем! — Я вытянул руку ладонью параллельно земле и сделал жест вверх, будто прошу чему-то подняться. Под землей проходил хороший слой воды, метрах в ста. Небольшой отросток его я и вытянул наверх. Правда полминутки подождать пришлось.


— И что? — не видя результата, спросила Катя.


— Тсс-с-с-с! Спугнешь, — прошептал я. Девочка во все глаза стала смотреть на землю.


Через полминуты из земли появился небольшой водяной отросток, который немного утолщился, покрутил верхней частью как головой. Затем он посмотрел на нас, подрос на уровень груди и образовал сверху утолщение размером с мяч.


Я глянул на девочку — ее глаза просто горели от возбуждения. Я сунул руки в верхнюю часть и помыл руки:


— Делай как я.


Катя как и я помыла руки.


— А теперь сушим!


Вода ушла, а перед нами закрутился теплый воздух, который бросился на наши руки и в мгновение ока осушил их.


— Я тоже так хочу!


Я улыбнулся и пошел в дом.


За накрытым столом на террасе меня встретил сидящий генерал Орлов. На столе уже парили тарелки с изумительно пахнущим борщом, стояла посудина с густой сметаной. Отдельно в небольшой тарелочке лежали почищенные зубчики чеснока и стручок красного перца. Отдельно — черный хлеб и зелень в виде лука, снова чеснока, но молодого.


Генерал мне махнул рукой, мол присаживайся. Уготовленное мне место оказалось около окна и, право слово, это было очень уютно — кушать на фоне красивого сада в приятной и комфортной ментально-чувственной атмосфере.


— Приветствую! — я кивнул и предвкушающе потер ладони.


Рядом плюхнулась Катька, а со стороны выхода внутрь дома — сестра. Все вели себя как будто ничего не произошло. Просто вышел я на пару часов из дома и вот вернулся. В воздухе зазвучал нестройный оркестр ложек по тарелкам. Поразил меня генерал тем, что периодически ложкой брал по зубцу чеснока и так кидал в рот, заедая борщом. А другой раз откусит от красного жгучего перчика и судя по всему, тащится от такой приправы.


После десерта, когда мы уже спокойно сидели и наслаждались чаем из принесенного начищенного и блестящего как солнышко самовара (тоже такой хочу!), когда Катюху отправили по своим делам, генерал, довольно отдуваясь и хитро прищурившись, спросил:


— Поговорим?


— Отчего ж не поговорить? — хм… Интересно, а конфетки «Мишка на севере» все еще выпускают! Вот же ж. Некоторые вещи реально живут в веках!


— Ты уже наверно догадался о чем? — он снова, прищурившись, только как бы другой половинкой лица, глянул на меня, типа догадаюсь или нет.


— Наверно сотрудничать предлагать будешь, — вяло ответил я, не отводя взгляда от деревьев в саду.


— И?


— Что-то долго вы кругами ходили вокруг. А толку-то? Почему сразу не пошли на контакт?


— Ну, присмотреться-то надо было.


— И как? Присмотрелись? — усмехнулся я. — И ко всем вы так присматриваетесь?


— Да нет, не ко всем. К обычным людям — да. Там быстро все делается, — генерал замолчал и отпил чая.


— Я, значит, необычный, — снова хмыкнул я.


— Версия о том, что ты инопланетный шпион вообще долгое время была чуть ли не основной, — вернул мне усмешку генерал.


— И что вас подвигло на то, чтобы отбросить ее?


— Не отбросить, — Орлов поднял палец. — Но считать ее крайне маловероятной. Действительно, ни твои способности, ни поведение не вписывается по большому счету в вариант инопланетян. Не говоря уже о генетике, хотя это так… лишь дополнительный фактор. Поверь, мы многое о них знаем, и хотя фактически многое из того, что ты показал в последнее время некоторые из их рас тоже могут делать, но именно тем, кто умеет, и смысла в этом нет никакого. А вот вариант с магией, как ты рассказывал, вполне вероятен. Тем более, что наши Одаренные тоже где-то рядом с этим ходят.


— А может это технология такая? — спросил я. — Ведь еще Станислав Лем как-то говорил, что сильно развитая технология не отличается от магии.


— А какая разница? Даже если это технология, то явно иного плана, чем технологии наших инопланетян. Хотя наши научные искины просчитали все и вынесли суждение, что это маловероятно. И то, что это технологии и то, что в этом замешаны наши инопланетяне. Мне недавно в связи с твоим делом открыли доступ к кое-какой информации, так я до сих пор хожу тут под впечатлением! Представляешь, — генерал наклонился ко мне. — Около Земли наши насчитали под тридцать разных инопланетных рас! Правда не прямо сейчас, а за период где-то в двести лет, но все равно — впечатляет. Какие-то годами тут торчат, возможно столетиями. Какие-то буквально пару раз появятся и пропадут надолго. Хотя может просто хорошо прячутся. Так что то, что ты был в другом мире, как ты говорил, уже как-то не смотрится каким-то экстраординарным.


— А чего они тут забыли, искины не вычислили?


— Отчего ж, — улыбнулся генерал. — Вычислили. Вернее просчитали варианты, коих насчиталось тоже немалое число.


— И чего они тут потеряли? — Орлов на мой вопрос не ответил, а о чем-то задумался. Потом вроде как очнулся:


— Вот когда станешь официально с нами сотрудничать, тогда любая информация к твоим услугам! Разумеется, в рамках установленных границ допуска.


— Ради только этого, делать мне больше нечего! — я махнул рукой. — В принципе, если понадобится, я и так нужную инфу добуду. Ради этого вступать в стройные ряды СБ не вижу смысла.


— Дык ведь не отстанем! — жизнерадостно ответил генерал. — Сам ведь должен понимать, против системы не попрешь, а твои способности очень пригодились бы стране.


— Ой, да перестань ты меня лозунгами да патриотизмом пугать и системой стращать! — усмехнулся я. — У меня есть многое, что сказать против.


Ну вот, пошла какая-то вербовка что ли. На мой взгляд довольно простенькая. Совсем не то, чего я боялся. Хотя может быть у них что-то случилось и их поджимает время? Интересный вопрос. По крайней мере он может объяснить, почему именно генерал используется — как никак родственник. Типа его я слушать буду.


— Например?


— Ну, например, если ваши настойчивые просьбы начнут меня утомлять, я могу просто уйти туда, где ваша служба меня не достанет.


— Куда? — поинтересовался генерал.


Я пожал плечами:


— Да хоть в Антарктиду. Безлюдных мест сейчас на Земле много, найду куда. А что я умею воевать и как именно, вы уже видели и должны были оценить. Есть и другой вариант. — Я немного помолчал. — Он мне правда не нравится, но тоже рабочий. Убрать всех знающих обо мне.


— Что, прямо вот так взять и убить? — скептически спросил генерал. Хотя его мои слова явно задели.


— Не обязательно, — покачал я головой. — Хотя, не прими это за хвастовство, у меня за плечами есть свое личное кладбище и там не один мой враг лежит. Причем глаза многих из них я до сих пор помню. Это не издалека шлепнуть абстрактную цель. Но я этого конечно не люблю, хотя и вынужден порой так поступать. В основном потому, что по иному до очень многих просто не доходит. Поэтому, когда можно действовать мягче, достаточно просто стереть память. Всем. Или еще что-то магическое придумать, вроде как при любой мысли обо мне, или если кто-то будет пытаться завести разговор обо мне, испытывать боль или просто не воспринимать информацию. Да много чего можно придумать. И ни ваши Одаренные ни искины ничего не смогут поделать.


— Сложновато как-то верится, — генерал Орлов почесал подбородок, посмотрел на тихо сидящую жену, которая за время разговора не обмолвилась ни словом. Вот нравится мне она своим подходом. Не была бы моей сестрой — обязательно попытался бы отбить ее у генерала для использования в качестве жены!


Я вздохнул.


— Можно и доказать мои слова.


— Эм… — генерал постукал пальцами по столу, глядя куда-то вдаль. — Только если можно, без разрушений и смертей. Но доказательства подобного плана были бы интересны и важны для дальнейшего разговора.


— Хорошо. Тогда минутку подожди.

* * *

Не знаю, что и показать-то. С доказательствами я влез конечно просто потому, что понимал, что их надо предоставить, иначе к моим словам просто не прислушаются и будут снова и снова биться лбом об стенку, пытаясь ее пробить. Похоже всего показанного ранее недостаточно.


Ну-ка, а чего это тут мой биокомп мне сигналы непонятные подает? Причем с того времени, как я оказался в доме генерала. О! Интересно, какая-то астральная суета вокруг меня и моего там домика. Надо проверить. Приняв решение, я быстро скакнул в астрал.


Не, ну это наглость! Я понимаю, что если есть одаренный-астральщик, то грех его не использовать. И я понимаю, как он смог меня вычислить — просто как только я оказался в доме генерала, то по разного рода зацепкам известного астральщику места, которое само могло быть давно уже найдено в астрале и «забито в память», просто подключиться к нему. Но вот какого хрена при этом совершенно не защищать себя и не шифроваться — вот этого я не понимаю. Или они тут в астрале еще по сусалам не получали? Или чего? Я и сам тут максимально осторожно действую, а этот черт просто приперся в мой домик (которого он, кстати не видит или не должен видеть), уселся на свой стул и зырит в слегка размытое пятно, где прекрасно видна комната с генералом и мною. Парню на вид лет двадцать. Так он еще и ногу на ногу закинул и лениво эдак попивает что-то из банки! Нет, за такое надо наказывать! Как раз и генералу продемонстрируем кое-какие вещи.


Я, кстати, не зря возмущался — отследить, откуда этот черт вылез практически не составило никаких сложностей. И вот уже я сам через астрал обозреваю комнату, где находится тело наблюдателя. Попробовал вылететь из дома и уменьшить масштаб — получилось. В результате уменьшал до такой степени, пока не понял, где примерно находится это место. Под Новосибирском, в каком-то небольшом городке. То ли научном, то ли военном, сейчас не важно. А важно то, что уже по своей карте, совмещенной с данными моих воздушных элементалей, я нашел это место и отправил туда ближайшего элементаля, несущего датчик съема частотно-волновых характеристик пространства. По инфомагической связи с элементалем сначала переслал плетение, которое прицепилось к стене внутри комнаты астральщика, а потом уже как только появилась инфомагическая привязка, все стало проще — я туда мог посылать любые плетения, какие захочу. Вот с конструктами быстро не получится. Впрочем, их можно через телепорт просунуть. Да-да, конструкты вполне неплохо чувствуют себя при перемещении через телепортатор. Вообще я ожидал, что могут быть проблемы, но потом понял, что думать надо было раньше, прежде чем сам сунулся в телепорт, ибо человек посложнее будет конструкта.


О, как замечательно! Комната с астральщиком находилась под землей. Не глубоко, но все же. Там был какой-то бункер, правда довольно хорошо отделанный и находясь внутри не скажешь, что ты под землей — все эти стены-экраны с изображением природы и прочего.


Именно этого астральщика я сразу же решил использовать в качестве подопытного кролика для нужной мне демонстрации — он буквально сам напросился. И что бы нам показать? Просто что-то внушить человеку — не очень впечатляюще, надо что-то солиднее, чтобы прониклись, хотя и так в общем-то многое видели, когда я куролесил и в Австралии и здесь. Но может уже привыкли?


Через несколько секунд обдумывания, решил не сильно выпендриваться, но и основательно так показать свою силу. Земному элементалю, чтобы добраться туда, понадобилось с полминуты. Их, кстати, уже довольно много расплодилось. Не так чтобы очень, но уже хорошо.


Еще некоторое время заняла постановка задачи и он начал действовать. Там на входе в комнату с астральщиком был небольшой коридорчик, в котором собственно и находился единственный вход в комнату. Похоже в ней были какие-то особые условия, раз так специально она была отделена от основного массива строения. Вот этот коридор и поднялся наверх и закупорил проход. В основном пространство заполнил выломанный бетон из нижнего перекрытия. Хорошо, что подземное здание в этой стороне, в этом ответвлении, было одноэтажным. Дальше этот бетон, предварительно превращенный в пыль, затвердел и стал крепче, чем был. Все, теперь парню никуда не деться.


Понятно, что я не собираюсь держать в плену ни в чем не повинного человека, но показательная порка как его руководителям, так и ему нужна. Ему в первую очередь, чтобы не манкировал защитой в астрале. Хотя его еще и там надо напугать. Сказано-сделано. Из памяти я создал довольно страшное существо — детскую куклу с пожженной, порезанной и зашитой мордой лица, на котором расплывалась неприятная ухмылка. Размножил куклу и натравил на ни о чем не подозревающего астральщика.


Ух, как он заорал в астрале, когда со всех сторон на него полезли эти милые создания! Я не забыл сказать, что в руках у них были спицы, которыми они тыркали в человека? Я даже срочно бросился посмотреть, не привлек ли его крик чьего-нибудь внимания? Вроде как обошлось. Ну, как и ожидалось, драться он не стал, а со всей доступной скоростью рванул из астрала к себе домой. Хе-хе, в свой замурованный домик.

* * *

Я открыл глаза и посмотрел на генерала. Он вопросительно поднял брови.


— Готово! — сказал я.


— И что готово? — осторожно поинтересовался Орлов осознанно опасаясь того, что я мог придумать.


— Нас же сейчас слушают твои коллеги?


Генерал слегка поморщился:


— Ну, сам же должен понимать.


— Да я не в претензии, — пожал я плечами. — Просто они еще там одаренного привлекли следить за разговором через астрал. Если не ошибаюсь, зовут его Антон. Пусть поинтересуются его здоровьем.


Генерал откинулся в стуле и внимательно посмотрел на меня:


— Надеюсь ничего непоправимого?


— Даже пальцем не тронул, — схохмил я.


Мы некоторое время молчали. Генерал думал о своем, я же наблюдал суету в бункере. Люди довольно быстро прибежали туда и стали дергаться. Даже роботов позвали.


— Все же я не очень понимаю твоего спокойствия, — нарушил молчание Орлов. — Я бы серьезно озаботился, если бы мне выставили такие условия. Тем более служба безопасности, у которой по сути ресурсы всей страны. И скорее всего бы принял их.


— Вполне возможно я просто многого не знаю из местных реалей, — лениво согласился я. — А может сказывается опыт столкновений со спецслужбами там, в том мире.


— Расскажешь? — с интересом посмотрел на меня генерал.


— Да особо нечего рассказывать. Даже там, в магическом мире я обладал довольно сильно выделяющимися возможностями и способностями. И конечно меня пытались привлечь к службе. Сначала гномы, а там маги не из последних. Хорошие они люди, хоть и упертые местами. С их архимагом у меня не получилось договориться. Пришлось уходить с боем, — я улыбнулся, вспоминая. Сейчас отрицательные моменты слегка ушли за кадр и больше вспоминаются положительные эмоции и чувства. Правда вспомним Крису, улыбка слегка увяла. — Потом на другом континенте я стал жить у чародеев. И тоже почему-то на меня все ополчились. А их главный СБ-шник вообще видел разные варианты будущего и тонко играл на событиях, чтобы реализовалась та линия, которая выгодна империи.


Генерал покачал головой и спросил:


— И как оно? Удалось отбиться?


Я дернул плечом.


— Да вроде как. Хотя не буду скрывать — есть у меня такое чувство, что меня использовали по-максимуму, а потом просто отпустили. Впрочем, тогда много событий закрутилось. Еще и местные боги на меня ополчились. — Я хмыкнул и посмотрел на генерала. — Так что имейте в виду. Если я остался жив в условиях, когда бог постоянно меня пытался убить как через своих жрецов и последователей, так и через астрал напрямую, то что сумеют сделать ваши Одаренные астральщики? Потянут ли они уровень бога?


Генерал крякнул:


— Не врешь?


— Смысла не вижу. Я вообще в последнее время стараюсь не врать, так как просто смысла не вижу и желания такого не испытываю. Грубо говоря — лень врать. Даже чтобы поиметь кратковременную выгоду. А выгоду я себе сам организую. Проще уйти — мест в мире много. Я потом дам тебе мемокопию посмотреть, сам увидишь.


— Что это такое?


— Типа слепок части моей памяти. Все, что я видел, чувствовал и даже думал. Вон, сеструхе я кое-что показывал.


— Так вот почему она такая спокойная! — Воскликнул генерал, глядя на усмехающуюся жену. — А я-то думал, чего она такая непробиваемая, не удивляется ничему! Ну ты, Ленка, и зараза! Своему мужу ничего не рассказала! Я тебе это еще припомню, — шутливо пригрозил он.


— Ну и напоследок, чтобы между нами не осталось недоговоренностей, — я согнал с лица улыбку и внимательно посмотрел на генерала. — Ты не спросил, Коля, как мне удалось выжить, если против меня работал бог. И чем закончилось наше противостояние с ним.


Генерал тоже посерьезнел:


— Да, не спросил. Мое упущение. И чем же закончилось твое противостояние с богом?


Я немного помолчал, чтобы показать серьезность моих слов.


— Я его пощадил, — сказал я это спокойно, хотя ситуация конечно отдавала легкой пафосностью. Впрочем, я к этому и стремился. Скорее всего они не поверят, даже решат, что заливаю. Но пусть так. Это даже хорошо, а то испугаются слишком сильно да и дадут ядерной дубинкой по голове. Или еще какой. Хе-хе.


Орлов снова откинулся на спинку и внимательно стал вглядываться в мое лицо.


— Надеюсь ты не шутишь.


— Такими вещами не шутят.


— И почему же ты тогда вернулся? — через некоторое время молчания, непонятно какого — то ли тягостного, то ли просто задумчивого, спросил Орлов. — Как я понимаю, ты там достиг больших высот, что даже бог тебе был нипочем?


Я тяжело вздохнул:


— И на старуху бывает проруха. Если вдруг ты когда нибудь встретишься с богом, Коля, помни — они очень злопамятные существа! Моя мягкость не пошла мне впрок, хотя я считаю, что поступил в тех условиях правильно. И сейчас так считаю.


Орлов отвлекся и через несколько секунд сказал:


— Ладно, сможешь освободить Антона? Наши посчитали, что пробиваться будут слишком долго. Или ты там в одну сторону только нахимичил?


— Сей секунд, — сказал я и проконтролировал работу земного элементаля. Воздвигнутая им стена снова опустилась и зафиксировалась. Хорошо, что я не стал заполнять пустоту внизу после поднятия бетона.


— Ловко, — удивленно покачал головой генерал. — Ладно, каким ты видишь наше сотрудничество?


Я хмыкнул.


— Ненапряжным. Для меня. Ваш вопрос или просьба — мой ответ.


— А ты нагл, — покачал головой генерал.


— На том и стоим.


— Ладно, тогда пока давай останемся в предложенных тобой рамках. Нам тоже надо все осознать, проанализировать. Там видно будет как нам дальше быть. А пока главный и насущный вопрос — телепортация. — Генерал уперся в меня внимательным взглядом.


— Что телепортация? — Не понял я.


— Ты действительно ею владеешь? Или это твои магические штучки-дрючки?


— Не понял.


— Ну, в смысле — может ты голову всем морочишь, а на самом деле все эти быстрые перемещения — что-то из области магии?


— Все равно не понял. Но таки да — это настоящая телепортация. Сам ее придумал вместе с моим другом.


— Другом?


— Ага, — хмыкнул я. Пусть теперь поломают голову. — Может быть я когда-нибудь тебя с ним познакомлю.


— Ладно, это на потом. Ты можешь установить телепортационную связь с тем миром, где побывал? — продолжил прояснять ситуацию генерал.


— Нет. Между мирами она не работает.


— На Земле она работает на любое расстояние?


— Я думаю, она работает на любое расстояние в пределах вселенной, — улыбнулся я. — Но конечно во всем есть подводные камни.


Генерал не выдержал и вскочив, стал нервно ходить по террасе.


— Да что случилось-то? — не выдержал я. — Что вы уперлись в эту телепортацию?


Генерал покосился на меня и сказал:


— Ты дурак? Или притворяешься? Ее наличие полностью меняет политический расклад! Хуже того — о ней догадываются наши заклятые друзья в Англо-Австралии! И уже прощупывают почву на этот счет. Не думай, что все вокруг тупые — твоих выкрутасов у них на камерах хватит на большую книгу о новых технологиях. Телепортация — лишь одна из них, самая важная на текущий момент. Хорошо, что наши успели почистить информацию на носителях в Англо-Австралии. Да видимо не всю. Ну и сам понимаешь, если у нас будет такая технология, то появляется много заманчивых перспектив… — Орлов метательно прикрыл глаза. И недоуменно оглянулся на мой смех.


— Ой, не могу! Размечтался!


— А что такое?


— Дело в том, что это не технология, — я резко перестал смеяться. — Это просто умение. Мое. Личное. Теоретически такому умению можно кого-то еще научить, но он должен быть магом. Или построить амулет, который бы ставил телепорты, так как я совершенно не собираюсь бегать по вашим заявкам как какой-то сантехник и выполнять нудную работу! Проблема в том, что эта технология не может продвинуть вашу науку. Вы не сможете на ее основе строить долгоиграющие планы, ибо амулеты могут потеряться, их могут украсть, а я не всегда буду рядом, чтобы восполнить их недостаток. Это просто палочка-выручалочка или волшебная палочка, которая конечно может дать вам тактические преимущества перед другими и даже возможно стратегические, но в конце концов это может и погубить вас, цивилизацию. Ну пусть не погубить, а деградировать. Ну сам подумай, Коль, если вы не сможете сами опереться на нее, развивать ее или науку на ее основе, к чему это приведет? Вот представь, ты живешь в средние века и даже до того. И попадает вам человек из будущего со своими приборами. Ну хоть с теми же компами или оружием. Сильно вам поможет обладание этими приборами в целом, для науки и развития страны, даже если вы поймете, как ими пользоваться?


— Ладно, ладно. Не думай, что у нас все такие тупые, как я. Но даже я вижу например еще один вариант, который ты не учитываешь — влияние личности на историю. Это как прогрессорство. Знакомый термин?


— Термин знакомый, а дело такое — не по мне. Не интересно.


— Разберемся. Главное, на данный момент телепортация, которая нас сейчас больше всего интересует, возможна и теоретически ты на эту тему готов сотрудничать. Так?


— Допустим. Что дальше?


— Вообще может ты и прав, но у нас действительно есть тактические, как ты говоришь, планы и проблемы, которые можно решить и спасти множество жизней пока только именно таким образом — используя телепорты.


— Ну, так-то понятно, — все равно пробурчал я. — Сейчас по-быстрому построите счастье для отдельно взятых людей, потом для отдельно взятой страны, а потом понесете это счастье в галактику, — съязвил я.


— Ты не ерничай. Не глупее тебя у нас есть люди, чтобы не допустить подобного перегиба. Да и времена сейчас не те.


— Сомневаюсь что-то я, — покачал я головой. — Люди во все времена одинаковы. И даже в разных мирах.


— Теперь — твоя болталка.


— А что с ней не так?


— На каких принципах она работает?


— Если в двух словах — на магических, — усмехнулся я. — Даже на инфомагических. Даю гарантию, что здесь на Земле никто не сможет перехватить такую связь.


— А на какое расстояние работает?


— Теоретически — не любое в пределах вселенной, галактики точно, но я не проверял.


— Твою… И скорость передачи данных какая?


— Точно не измерял, но большая. И сразу скажу — задержки от расстояния нет, — я с усмешкой смотрел на мечущегося по комнате генерала. А смешно мне было потому, что он так возбудился лишь из-за пары моих разработок, которые с моей точки зрения хоть и важные, но являются лишь частью общей системы инфомагии.


— Ладно. Значит так. — Орлов плюхнулся на стул и расслаблено откинулся на спинку стула. — Чтобы максимально продуктивно работать, надо нам с тобой держать постоянную связь. Мы тебе предоставим специальный защищенный УНИК военного образца для ношения. Как я понимаю, поставить постоянный УНИК ты не согласишься?


— Пока нет, — отказался я, прикидывая про себя, что надо бы ускорить работы по интеграции местной технологической базы к моим способностям. Тогда собственно и УНИК-шпион, который мне всучат, можно будет выбросить, при этом оставаясь на связи. Хотя и сейчас можно сделать интересную штуку: сам УНИК засунуть куда-нибудь подальше, организовать виртуальную среду для него, как будто он находится при мне и транслировать звук и видео мне уже на болталку. Или же…


— А не хотите вы использовать мою болталку для этого? Удобнее, да и подслушать гарантированно никто не сможет.


— Подумаем. Не мне решать. Но думаю, люди найдутся.


— Ну и ладушки. Может пока прервемся?


— Ты куда-то торопишься?


— Хочу мотнуться в пару интересных мест и детей выгулять. Не против, чтобы я Катюху и Сергея взял?


Генерал молча посверлил меня взглядом, потом все же вспомнил, кто вытащил детей из плена:


— Насчет Сергея не знаю — сам договаривайся с ним или с его матерью, — проворчал он. — Насчет Кати я не против, но у нее спроси. Единственное условие — не блокируй связь детских УНИКов, как ты делал раньше. Ну и чтобы мы знали, где вы и что вы. А мы тут пока подготовим первый пакет информации тебе, вопросы там всякие. Ну и поточнее распишем варианты сотрудничества. Ты тоже подумай, что хочешь взамен — почему-то мне не верится, что ты чистый альтруист.


— А за это можно и по мордасам получить, — миролюбиво сказал я и встал. — Хотя, раз уже обидел меня, то мне прямо-таки назло тебе надо плату потребовать. Ладно, думайте пока, — и я отправился на выход. Интересно, я хоть что-то выиграл от этого разговора или меня все же развели?


И еще интересно — отпустил меня. Может генерал и хотел бы возразить, но все-таки на конфронтацию не пошел. Возможно это хороший знак — таким образом показывают, что как минимум попытаются со мной «дружить».


Одаренный


Андрей Иванович Кораблев сидел откинувшись в плетенном из прутьев кресле на веранде и задумчиво смотрел на парящий перед ним металлический шарик сантиметрового диаметра. Шар был украшен странными линиями, которые медленно двигались во время его неспешного вращения вокруг своей оси. Взгляд мужчины, направленный на шарик, был тем не менее слегка расфокусирован и смотрел как бы сквозь шар, а мысли его были еще дальше.


Действующий академик и выдающийся изобретатель покачивался в кресле и размышлял о полученной из СБ информации. Некто, называемый Ником, показывал удивительные вещи и умения. Создавал то, о чем он, академик, мог только мечтать. Ведь Андрей Иванович был основоположником того, что сейчас просто и обыденно, а много лет назад целенаправленно менять свойства материи и на основе этого получать фантастические сочетания технических характеристик было для одаренных, да и обычных людей, фантастикой. Многие до него пытались научить одаренных получать вещество с заданными характеристиками, а массово учить их и получать стабильный продукт смог только он. Теперь его ученики и ученики его учеников работают и раздвигают рамки применения таланта одаренных. А он продолжает многочисленные исследования и как один впередсмотрящий сквозь плотный туман непознанного указывает одаренным курс. Его разум анализировал полученную от СБ информацию и одновременно перебирал страницы прошлого. Грустная улыбка скользила по губам. Да, в старые времена за одаренность не только его из академиков бы поперли, но и навсегда лишили бы возможности заниматься наукой! Хотя что есть наука? Кто знает. Много веков прошло, формулировок много, но суть одна. Возможность заниматься любимым делом, познавая мир и открывая новые возможности для человечества. Чем он и занимался с немалым удовольствием. Да и вспоминая старый разговор с пожилым ученым много лет назад, он будто наяву снова видел, как этот чиновник от науки поучал юнца, который как тому казалось, пытался покусится на святую корову академиков, решать кто достоин называться ученым и систему кормления с грантов и научных публикаций.


— С таким как у вас, Андрей Иванович, взглядами вы ученым никогда не станете! Поверьте, люди, которые гораздо больше вас понимают в ситуации, приложили немало сил, что бы добиться своего положения, и они не потерпят ущемления своих прав и свобод.


С тех пор прошло много лет. Многое с его помощью изменилось и кануло в Лету. Должность академика сейчас не постоянная, а временная, и дается за изобретение или открытие чего-то очень значимого и важного. Открыв или изобретя что-то очень полезное для социума, человек получал финансирование работ, звание академика на ближайшие пять лет и выбор того, над чем он станет работать. Теперь, в отличие от прежних времен, звания и материальные блага временные и если нет у человека мозгов и желания двигать науку дальше, то и науке такой человек не интересен. Хотя часто бывает, что человек отдыхает и набравшись сил снова что то придумывает, и при взгляде на такого видно — Академик в такой-то и такой период. Изменены, четко структурированы и упрощены звания и степени, бюрократией занимается ИИ и нет такой путаницы и бардака как раньше.


Жизнь изменилась и никому больше не ставят клеймо — лжеученый. Средневековая комиссия больше не разбирает чьи-то дела. И все потому, что если можешь расширять границы непознанного и двигаться вперед, значит ты ученый, а иного и нет.


Другая часть сознания просматривала эпизоды, снятые камерами, и с каждой минутой мысль о том, что для того, что бы прояснить все вопросы, ему надо увидеть работы Ника вживую и желательно вблизи, все сильнее и сильнее стучалась в дверь разума. С близкого расстояния только он сможет оценить силу этого странного парня и понять чем именно он одарен..


В такт его мыслям узоры на металлическом шарике медленно изменяли свою форму и глубину сплетаясь в красивые узоры и формы.


Через четыре дня. Общемировые новости сети


Сегодня во время проведения военного парада в Китае произошел террористический акт. Во время осмотра выстроенных войск министром обороны на него было произведено покушение. По непроверенным данным на министра напали бойцы Триады, однако официальные власти отрицают эту информацию. Неизвестно, почему их было всего двое, обычно, как нам пояснили компетентные специалисты, Триады по устранению людей чаще работают тройками. Так же нам известно, что в последнее время особых трений между правительством и Триадами не зафиксировано. Тем не менее наши источники утверждают, что кое-какие татуировки, до сих пор иногда использующиеся преступными сообществами и обнаруженные на телах террористов, однозначно указывают на их принадлежность этому преступному сообществу Китая.


Во время нападения террористами были убиты все телохранители министра, а так же двадцать шесть военных, присутствовавших на параде. Как всего два человека умудрились буквально растерзать охрану и бросившихся на защиту министра военных, присутствовавших на параде, остается неясным. Кадры этого побоища, а по-другому его не назовешь, широко распространились по всей сети, несмотря на настойчивые попытки властей Китая предотвратить их расползание в информационном пространстве.


В действительности запись произошедшего кажется постановкой и возможно она на самом деле является профессионально созданным вирусным роликом. К такому выводу можно прийти из-за того, что смерть министра обороны КНР выглядит слишком уж фантастично — как вы видите со всеми подробностями и в хорошем качестве — в какой-то момент он медленно стал превращаться в камень и в конце, полностью преобразившись, стал отдаленно напоминать одну из терракотовых статуй древнего Китая. Военным специалистам ничего не известно об оружии с подобным действием.


Власти Китая пока никак не комментируют произошедшее. Так же не удается выйти на связь с самим министром обороны или его помощниками, а так же с другими чиновниками военного ведомства. Мы будем держать вас в курсе происходящих событий.


Оставайтесь с нами, подписывайтесь на наш канал и участвуйте в наших приватных опросах! Не забывайте, что участие в правительственных опросах повышает ваш социальный рейтинг!


Сейчас. Район астероидного пояса Солнечной системы


— Так вот куда они спрятались!


Глава 8

Родомир


Вызов оторвал Родомира от серьезной работы: он сосредоточенно перебирал бруски металла — заготовки для холодного оружия. Недавно ему пришел заказ аж из далекой Аргентины: один чудак почему-то загорелся, чтобы именно он, Родомир, сделал ему хороший нож крис. На тринадцать загибов и обязательно со случайным узором, который образуется при создании ножа. Видимо, этот заказчик действительно верил во всю эту магическую чушь, связанную с крисами, но Родомиру самому было интересно, что получится. Хотя, если честно, как и всякий кузнец, он сам был слегка суеверен в этом плане, но в пределах нормы.


Слава кузнеца Родомира уже стала таковой, что он спокойно мог перебирать заказы и браться только за интересные. В неофициальном рейтинге кузнецов он стабильно входил в двадцатку лучших.


Заработанный уровень социальной значимости на предыдущей работе в СБ давно позволял Родомиру заниматься только своими делами или вообще ничем не заниматься, но он предпочитал разбавлять свою деятельность тем, что дополнительно приносило ему радость — тренировать молодежь в рукопашке и владении разного рода холодным оружием. В современных условиях в этом вроде бы особой необходимости не было, но государство активно поддерживало любые виды спорта, в том числе и такие экзотические. Это, кстати, тоже давало дополнительные баллы в социальную копилку. Кроме того, и это было доказано и зафиксировано намертво во всех учебниках и методичках по гармоничному развитию личности, сильная личность в физическом плане — боевом, спортивном и философском — приносит пользу государству и обществу намного более весомую и полезную, гармонизирует это самое общество и цементирует его основы. Это если кратко.


В общем, за работу он взялся. Оплата пройдет стандартными переводами с автоматической конвертацией на межбанковской бирже, налог автоматически снимется, художественную ценность оценят при отправке таможенные службы и соответственно могут скорректировать цену изделия, в его случае — несомненно только в сторону увеличения, что вполне было в интересах кузнеца, а потому и стараться он будет хорошо. Но для криса нужен металл с разными характеристиками, поэтому кузнец и перебирал свои запасы.


— Да? — Не отвлекаясь от работы, спросил Родомир.


— Привет, старый чертяка! — На такое приветствие кузнец только широко улыбнулся и наконец отбросил брусок, который вертел в руках с задумчивым видом.


— Здоровеньки булы, о хитромудрый старый хохол! — сказал он и сел на стул. — Как я погляжу, свой оселедец ты еще не пропил?


Собеседник Родомира весело хохотнул:


— Когда я пропью свой оселедец, тогда наступит конец света! Так что вам всем надо бы получше заботиться о том, чтобы этого не случилось! — он нарочито его погладил.


— Уговорил, — хмыкнул кузнец. — Сделаем тебе секир-башка и в банку с твоим любимым горлодером, который ты гонишь в своей землянке! И пророчество твое не сбудется, и тебе в радость.


— Ладно, ладно! Переболтал меня, признаю. Ладно, как твое «ничего»?


— Нормально. Вот, от очередного заказа ты меня оторвал. Ковыряюсь потихоньку.


— Понял намек, не буду тянуть кота за хвост.


— Угу, раз в полгода появишься, да и то чаще со своими проблемами, и думаешь, что я поверю, что и в этот раз это не так?


— Ладно, ладно… Признаю, что не прав. На выходных заскочу в гости, пригласишь?


— Отчего ж нет… Хоть нормально пообщаемся.


— Вот и ладно, но сейчас у меня действительно к тебе дело.


— Кто бы сомневался, — пробурчал Родомир, взял отброшенный ранее брусок заготовки и стал крутить его в руках.


— Ты тут намедни, говорят, на празднике показательные бои устраивал?


— Не показательные, а развлекательные, — поправил собеседника Родомир. — И да, устраивал.


— Меня попросили узнать у тебя про одного человечка, который там был.


— И я даже догадываюсь, про кого, — пробормотал Родомир. — А чего напрямую ко мне не обратились? Все ж не чужой я для СБ человек…


— Ну, сам же понимаешь — если знакомый спрашивает, оно как-то лучше выходит. А я вроде как тут краем задействован. Ну так вот, догадываешься ты или нет, но уточню, кто нас интересует. Некий Николай, называет он себя Ник. Ты с ним проводил один бой. Так что скажешь про него?


— А что именно вас интересует? Каково направление интереса? — Родомир слегка прищурился, глядя на своего старинного приятеля.


— Да все, что угодно. Но направление — уровень его подготовки. Общефизической. Уровень владения холодным оружием. Стили — соответствуют ли известным тебе стилям или что-то иное. Общее впечатление от него. Ну и что твоя чуйка тебе подскажет или подсказала.


— Хм, — кузнец задумчиво потер подбородок. — Сдается мне, вы пытаетесь разобраться, не подстава ли этот человек. Только вот вопросы странные — не похоже на обычные игры с англами.


— Ну, прости, — развел руками собеседник кузнеца. — Ты сейчас не в теме и слишком много я тебе сказать не могу. Сам должен понимать.


Родомир встал и в задумчивости походил по складу, который был расположен впритык к его кузне. Остановился у окна, поглядел вдаль. Наконец он сказал:


— Значит так. Общефизическая подготовка — исключительная. Когда я уже немного притомился, а работали мы с ним на износ, и взвинтил темп до боевого, у него даже пот на лбу не выступил. Я-то работал серьезно, а вот он… Мне показалось, что он просто играется.


— Что, вот прям так, да?


— Да, Никита. Вот прям так. И даже моя победа не принесла мне удовлетворения, так как скорее всего была не заслужена. А вот сам бой с ним — сплошное удовольствие. Его стиль мне не знаком, да и, как я понял, он владеет несколькими из них, так как менял их не один раз по ходу дела, или у него вообще нет стиля. В это сложно поверить. Поэтому я и не верю сам себе, но ощущения такие есть. Зато мне пришлось буквально раскочегарить свой мозг, интуицию и опыт, чтобы справиться с ним, и это было… — кузнец мельком глянул на собеседника, как бы сомневаясь, но все же сказал: — как в первый раз с женщиной. С опытной женщиной. И вроде бы ты что-то знаешь, и силы есть, чтобы не сплоховать, но чувствуешь, что ты лишь один из. И финал — всем финалам финал. Правда, не по той причине, что ты — монстр, а потому, что твой партнер правильно довел дело до правильного конца.


— Ну у тебя и образные сравнения! — Покачал головой Никита. — Но я тебя примерно понял.


— По поводу стиля, — меланхолично добавил Родомир. — Это боевой стиль. Реальный до последнего движения. Не постановочный и не для красоты. Максимальная эффективность, ни одного лишнего движения. Впрочем, как я говорил, иногда он его менял на что-то более красивое и даже интересное, но не менее смертельное. Ничего общего с известными мне школами, даже отголосков не прослеживается, а это хоть и бывает, но довольно редко. Тем более при такой насыщенности и многогранности приемов. Но меня больше не это поразило…


— А что? — Никита как будто придвинулся ближе.


— А поразило меня то, что, едва взглянув, он рассказал обо мне слишком многое. И даже то, что практически никому не известно. Если бы я был на службе, то уже, наверное, полным ходом проверялся бы по возможной утечке моих данных.


— И что же такое он сказал?


— Что в моем роду идет передача воинских умений от отца к сыну более чем за последнюю тысячу лет.


— Мда… Такого и я не знал, — протянул Никита и подергал себя за оселедец.


— Теперь знаешь. Прошу особо не распространяться. Тем более это в моем деле есть. В закрытом разделе.


— Договорились, — кивнул Никита. — Ладно, в целом я понял. Сможешь сформировать отчет по этому вопросу и отправить лично мне?


Родомир промолчал.


— Что? — не понял Никита.


— Это правда, что он может справиться с бедой Алексея?


— Так вроде же он на поправку пошел, — удивился Никита.


Родомир нахмурился:


— Там не все так просто. Насколько я в курсе, там не только физические повреждения. Помимо нанодряни были и какие-то вирусы, изменяющие генетику. Процесс вроде бы остановили, но гарантии нет. Вроде даже лаборатория какая-то работает над его делом, но прогресса пока нет.


— Не знал, что все так плохо, — веселость из голоса Никиты тоже пропала. — А насчет твоего вопроса — мой ответ — черт его знает! У меня не полная информация, но вроде как тут шушукаются те, кто в деле, что он буквально за пару движений рук вылечил сына министра иностранных дел от дряни — последней разработки англов.


— Они что, совсем мозги потеряли? — удивился Родомир. — В смысле англы. Наши ведь не оставят это так.


Никита пожал плечами:


— Что, в первый раз, что ли? Ну, случится и у них нечто нехорошее, потом все признают, что были не правы, давай дружить, и так до следующего раза.


— Это так. Я понял тебя насчет лечения. В общем, имей в виду это обстоятельство.


— Обязательно. Если состыкуешься с Алексеем — передавай ему привет.


— Позвонил бы ему, что ли. Поддержка ему не помешает, — проворчал кузнец.


— А давай на выходных и его позови! Вот и встретимся.


— Договорились.


Ник


— Ну что, Катюх, прогуляемся по интересным местам?


Девочка успела сбежать на пляж. Рядом развалился Гоша в своей кошачьей ипостаси. Невдалеке я чувствовал-видел еще несколько роботизированных комплексов. Защитных, вестимо. Даже на дне реки наблюдалось что-то подобное. Ну, значит, подсуетились местные, не дураки, однако.


— Вы уже поговорили? — девчонка потянулась на песке.


— Ага, — я плюхнулся рядом. — Так пойдешь со мной? С твоими я договорился.


— Конечно, — она усиленно закивала. — С вами весело. Может, еще Сережу пригласим?


— Сам хотел предложить. И даже не буду против, если ты прихватишь с собой Гошу.


Катя на мгновение замерла и вдруг хитро улыбнулась:


— А дед-то хоть знает, куда мы собираемся?


Я безмятежно пожал плечами:


— Согласие он дал, а дальше наше дело.


— Сейчас, я домой сбегаю, переоденусь, — вскочила девочка.


— Не стоит. Мы не в театр пойдем, твоя одежда вполне пойдет.


Глядя, как она натянула джинсовые шортики и маечку, кивнул.


— Пойдет. А где Сергей?


— А, он, кстати, дома у себя. У него дом в Приморье. Надо такси вызвать. Нет, лучше сначала с ним связаться — вдруг откажется. Сейчас…


— Не надо. Сами спросим. Я уже понял, где он находится. — А чего не понять, если метку на него ставил, в моей системе позиционирования легко находится — уже почти весь земной шар у меня «снят» моими не устающими помощниками — воздушными элементалями. — Прошу, — сказал я и показал рукой в сторону появившихся рядом больших овальных ворот. Ну, так я решил визуализировать телепорт.


К чести девочки, она не испугалась, а лишь немного помедлила и сделала шаг вперед. Правда, оглянулась:


— Гоша, сопровождать! — и РОКОМ метнулся за ней. Шаг наружу, и на нас подул свежий воздух с огромной глади воды, оседая солеными брызгами на губах.


— А-а-а-а!!!! — Катя побежала к воде и запрыгала в набегающих волнах.


Гоша же улегся недалеко и стал пристально наблюдать за своей подопечной. Хорошую штуку придумали потомки. Мне нравится. Я перевел взгляд на океан. Было относительно тепло — лето же! — но и не сказать, чтобы жарко. Зато воздух насыщен влагой, неповторимым запахом соленой воды и мощью. Захотелось искупаться.


Я огляделся — здесь дело уже двигалось к вечеру, но до темноты, конечно, еще было далеко, и солнце было еще достаточно высоко. Другой часовой пояс, однако.


— А я слышу, кто-то знакомый тут визжит! — из-за больших полузасыпанных песком камней, лежащих там и сям, появился Сергей. Вернее, сначала морда большого охранного РОКОМа, взглядом волкодава оценившего обстановку, а потом и мальчик.


— Привет, привет! — Катя помахала рукой.


Я же с интересом смотрел на действия охранника мальчика, для которого, очевидно, я являлся величиной неизвестной и опасностью туманной. Он просто уселся между мальчишкой и мной и внимательно смотрел на меня. Впрочем, через минуту он перестал фокусировать на мне внимание и отправился на внешний периметр — ловко взобрался на камень и уселся там. В основном, он следил взглядом за своим хозяином, но периодически, как самая обыкновенная собака, дергал ушами и поворачивал голову в разные стороны. Было ощущение, что он получил в отношении меня какие-то указания или разъяснения, поскольку изменил свое поведение. Оперативно работают местные службы.


Дети же продолжали бегать по песку и брызгаться друг в друга.


— Ребят! — сказал я. — Вы пока отдыхайте тут, а я немного искупаюсь — сплаваю чуть подальше. На часок вы тут одни. Хорошо?


— Хорошо, дядь Ник! — Сергей на мгновение остановился. — Вы только осторожней — там метрах в ста от берега начинается сильное течение, может унести.


— Спасибо за предупреждение! — Я разбежался и оттолкнулся прямо от берега. Воздушный поток подхватил меня и вознес метров на сто. Одежда трансформировалась в обычные плавки, а я как птица летел по баллистической траектории, раскинув руки, удаляясь от берега и оглядываясь.


В километре сзади заметно выделялись какие-то постройки, но не город. Впереди, насколько видел глаз, раскинулся океан, слегка волнующийся и будто живой. Внизу слегка мутную воду пересекали струи прозрачной и чистой воды (и откуда они взялись?), чуть дальше кто-то выпрыгнул из воды и элегантно погрузился обратно. Как будто и нет на земле никакой цивилизации. Как тысячи лет вода билась об эти берега, так и сейчас продолжает свою работу… Вот и моя траектория загнулась, и я полетел вниз. Чтобы не отсекать себя полностью от стихии, я вместо защитного энергетического покрытия уплотнил ближайший к телу аурный слой. Видимо, хорошо уплотнил — еще на подлете к воде заметил, как она раздалась в стороны до того, как я с ней соприкоснулся.


Удар! Вытянутые руки разрывают водный слой, облегчая мое вхождение в стихию. Мимо мелькают пузырьки воздуха, уши мгновенно забиваются звуками поднимающихся пузырьков и бурлящей воды. Тишины нет, но все стало глуше. С погружением чувствую увеличивающееся давление. Несмотря на наличие уплотненной ауры, нельзя сказать, что вода не касается моего тела. Касается, и еще как! А вот излишки давления остаются там, сантиметрах в десяти от тела. Это приятно. Посмотрим, до какой глубины выдержит моя аура такое испытание, но если что — поддержу обычной энергетической защитой, покрывающей тело. Дыхание я задержал и некоторое время наблюдал за своей внутренней энергетикой и действием медицинского комплекса по насыщению крови кислородом и удаления из него ненужного хлама. Никакого дискомфорта от отсутствия дыхания! Хотя инстинкты, конечно, пытались дергать мышцы груди и диафрагму. Минуты две, наверное, потом все устаканилось, ведь кислородного голодания не было.


В принципе, опустился я не глубоко — метров на сто, когда достиг дна. Никаких негативных ощущений я не наблюдал. Поэтому отдался восторгу отдыха — торпедой ввинчивался в массу воды, распугивая рыб. Пару раз они меня испугали, неожиданно выскочив из-за покрытых подводными растениями камней. Заплыл в какую-то пещеру, напитался возникшим ощущением ужаса (не стал его глушить) — темнота, вернее, серость из-за включенного «кошачьего глаза», пустота и тишина, а ты висишь в центре этой пустоты, как молекула в колбе, в закрытом помещении.


Потом, немного пресытившись, вызвал водного элементаля и растворился сознанием в воде…


Это было круче, чем просто так плавать. Я ощущал себя водой. Для меня не было никаких скрытых тайн и неизвестности. По примерным оценкам, моего внимания на данный момент хватало километров на двадцать водного объема вокруг меня. Непонятно было только, это моё ограничение или элементаля? Наверное, все же, мое. Хотя тут наверняка работа с такими объемами информации идет по принципу рыбьего глаза — выделяется та информация, на которую направлено внимание, остальные «смазываются» и распределяются между мозгом и элементалем. Вернее, частично копируются в мозг, в зависимости от направления внимания. И таких точек довольно много.


Кстати, хорошая тренировка — такие вот слияния. Хорошо расширяет сознание. Правда, порой мелькает мысль, что ты стал шизофреником, но это так, сопутствующее, и вряд ли стоит на это обращать внимание. Зато сразу узнал, что километрах в десяти около берега лежит почти сгнившая туша какого-то корабля. По ощущениям ему было около двухсот лет. Это что же… примерно время русско-японской войны!? Ничего себе! К сожалению, от него почти ничего не осталось. Интересно, чей кораблик был?


Еще на уровне ощущений — вода-то проникает глубоко в земную поверхность, а я чувствую и такое, — в какой-то момент плавания мне показалось, что глубоко под наносами песка и камней лежит кораблик, вроде как деревянный (сейчас ощущается как каменный), да и по размерам не особо большой. И засыпан он был где-то метров на пятьдесят сверху и, похоже, сразу, наверное. Иначе я бы его как цельный корабль вряд ли воспринимал — сгнил бы давно в труху. Хм… это уже интересно. Сколько ж ему лет, и как он сюда попал? Оставить как есть?


Я глянул внутрь себя: еще не устал, интерес есть, вряд ли то, что я задумал, много времени займет… Хорошо, — я кивнул, — собирался с другого начать, но и этот вариант пойдет. Где там мои земные элементали и еще водные? Попробуем сыграть концерт на флейте магических труб!


Катя Орлова и Сергей Сапожников


— А как вы сюда попали? — Сергей лениво пересыпал песок из рук в руки.


— Да так же, как и тогда. Телепортация, кажется. — Катя перевернулась на живот и подставила солнцу спину — не успела у себя позагорать, так хоть здесь доберет. УНИК пока не ругается, но уже немного осталось, когда он начнет возмущаться, и если она не хочет обгореть, надо будет следовать его указаниям. Но пока еще есть время…


— До сих пор не могу поверить, — Сергей отбросил песок и откинулся на локти. — Я почитал кое-что. Даже теоретических работ на эту тему пока нет. Серьезных работ, а так, конечно, много чего пишут. И в истории вроде бы зафиксированы случаи спонтанной телепортации. Но чтоб вот так, намеренно — нет.


Катя помолчала, раздумывая, рассказать другу то, что она подслушала, или нет. Еще три года назад ей на день рождения подарили летающий «ухоглаз». Маленький дрон, оформленный в виде пчелы, управлялся через УНИК. Она его, правда, чуть не потеряла, когда выпустила в окно и решила проверить округу — подняла его почти к верхней части погодного купола, а «ухоглаз» возьми и потеряй управление. Поймала она его, когда он уже падал вниз и «пришел в себя». Наверное, дед какую-то защиту включал от внешнего прослушивания. Ну, а потом она подсадила свою пчелку рядом с открытым окном, чтобы не было видно, да и слушала, о чем говорили дед с дядей.


Потом подумала — раз дядя вообще-то не особо и скрывается, да и вроде как с дедом договорился о сотрудничестве, то, наверное, ничего страшного и не будет.


— Он маг, — сказала она.


Сергей промолчал.


— Не веришь?


— Ну, я догадывался о чем-то таком. И, кажется, он что-то об этом говорил, когда нас вытаскивал? Или мне показалось? Тогда понятно, — данную информацию Сергей воспринял совершенно спокойно. После всего, что он видел… Маг и маг. Прикольно и интересно.


Снова Катю через УНИК вызвал дед.


— Дед! Ну я же уже сказала тебе: все нормально у нас, дядя Ник просто нас сюда перенес по-своему, и все! Я же уже обещала тебе, что не буду совершать необдуманных поступков! Ну блиин, де-е-е-е-да!


«Фух», — девочка мысленно вытерла пот со лба. Иной раз родители настолько надоедают, считая тебя еще маленькой, что аж злости не хватает!


Внезапно мальчик прищурился и внимательно вгляделся вдаль. Прикрыл глаза козырьком. К ним приближалась какая-то темная масса. На корабль не похожая. Просто квадрат, что ли…


— Гляди!


Катя лениво перевернулась и посмотрела, куда указывал Сергей. И тут же вскочила на ноги. Гоша и Рэкс тоже уже стояли на границе воды, следя за приближающейся целью. Правда, вскоре Рэкс как бы потерял интерес к объекту и вернулся на свое место. Два охранных РОКОМа распределили между собой задачи и спокойно занимались тем, что могли — охранять, защищать и вызывать подмогу.


Сверху слегка оплывающего, огромного, грязно-песочного, даже черного куска непонятно чего по-турецки сидел довольный дядя Ник.


— Глядите, что я нашел!


— Грязь? — предположил Сергей.


— Песок? — поддержала его Катя.


— Нет, корабль! — Гордо ответил дядя Ник.


— Что, будем из песка строить корабль? — спросил Сергей.


— Лучше! — Дядя Ник спрыгнул с постамента, легко приземлившись. Вернее, припесочившись.


Затем он огляделся, как-то рукой повел и приземлил висящий на небольшой высоте каменный или песочный брусок на более-менее плоскую без уклона площадку. Длина его была около пятидесяти метров, как прикинула с помощью УНИКа Катя. Небольшой такой, если корабль.


Ник


Выковырять с помощью элементалей корабль из грунта не составило большого труда. Тем более, что был он не очень-то и большой. Ориентироваться в поднятой мути и грязи помогала чувственная связь с водой. Испуганные морские жители в панике бросились в разные стороны, не понимая, что происходит. Часть морского дна стала подниматься, обсыпаясь по краям, а водный пласт в какой-то момент просел вниз, заполняя освободившееся пространство. Кусок поднимаемого грунта начал расползаться, и пришлось укрепить его силовым полем, чтоб не развалился раньше времени. Подняв подводную находку над водой, я переместился на ее верх и, как главнокомандующий, указал рукой путь в сторону берега, которого, кстати, отсюда не было видно. Хм… это с какой же глубины я его достал? Плавая, я как-то перестал следить за глубиной, лишь иногда ощущая смену давления да корректируя защиту. Вернее, биокомп это делал в полуавтоматическом режиме, стоило лишь запрограммировать его на свои ощущения. Хотя поначалу приходилось контролировать его вручную — не хотелось вдруг оказаться раздавленным водой. Кстати, возясь с этим кораблем, я не заметил, как довольно далеко отплыл от берега, тем более что и перемещался там быстрее всякой рыбы. Наверное, и акула бы за мной не угналась, при моем желании… Хе-хе, еще неизвестно, кто за кем бы гонялся…


На берегу я разместил сочащийся влагой параллелепипед на ровной поверхности и прислонился к нему лицом. Шершавая поверхность, с которой я снял силовой капкан, холодила кожу. По щеке потекла влага, а слухом регистрировался легкий шепот осыпающегося, хоть все еще влажного, песка. Прикрыв глаза, я определил точное положение внешней поверхности стенок корабля и посадил туда одно плетение, чем-то напоминающее по действию автоматическую систему укрепления материала. Только здесь плетение растекалось по поверхности, точно повторяя форму корабля. Ну и процесс шел довольно быстро, ибо не было необходимости укреплять материал. По моим ощущениям он и так почти превратился в камень.


Через десять минут все было готово, и я отошел чуть в сторону.


— Так, ну-ка, тоже подальше, а лучше спрячьтесь за меня, — сказал я детям.


Те быстро и послушно исполнили просьбу, сверкая любопытными глазками.


С легким треском и местами чавканьем там, где вода не ушла из камня, он обвалился, открыв нашему взгляду почти черную поверхность древнего корабля. По его чуть ли не зеркальной поверхности гуляли солнечные пятна, слепя глаза. Не знаю, почему такой эффект получился — может, потому, что сформировавшаяся силовая плоскость на месте плетения, которая потом просто расширилась, откидывая уже разрезанные наносы, сама по себе была идеально гладкая?


Я придерживал гравитационными полями корабль, чтобы он не завалился, тем более что центр тяжести сместился намного выше из-за оставшегося сверху на палубе грунта многометровой толщины. Затем, не сходя с места, подгреб обвалившийся мусор, спрессовал его валиками вокруг древнего корыта, закрыл силовым полем, спрессовал гравитационными полями, всунул внутрь плетение огня и «запек» грунт, практически превратив его в полустеклянную массу. Охладил. Вроде, крепко получилось. Аккуратно «опустил» корабль — он просел на пару сантиметров (все это время висел в воздухе) и плотно встал в ложе. Потом так же аккуратно я снял верхний слой (совсем лишнее отрезал еще в море) и просто положил в сторонке. Сверху непосредственно с кораблем контактировал не песок, а какой-то почти превратившийся в камень слой… глины, что ли. Двухметровый, где-то. Непонятно.


Все это время дети бегали вокруг находки, переговаривались восторженными голосами и, кажется, снимали на камеру как корабль, так и процесс его освобождения. М-да… Я прищурился, глядя на них — стопудово СБ-шники отслеживают то, что происходит с детьми, особенно по причине моего с ними присутствия. Да и браслетик генерала я не стал блокировать. Впрочем, ладно, это мне пока выгодно — пусть смотрят и делают выводы. А когда надо будет, выключу связь. Главное, чтобы не накосячили и не слили информацию потенциальным врагам.


Итак, корабль. Красивый, черный, с деревянной фактурой, без мачт (прослеживается выпуклость-огрызок — видимо, была, но сломалась), но с небольшой надстройкой в центральной части, чуть ближе к корме. Кстати, интересная мысль — я сфоткал кораблик со всех сторон на выданный мне УНИК и запустил поиск в сети по картинке. То же самое сделал и через Крота. Интересен мне список результатов поиска в контролируемой спецами среде и в бесконтрольной.


Сравнив результаты, улыбнулся про себя. Несмотря на то, что совпадений не было найдено ни там, ни там, общее количество найденного материала у Крота было больше на пару сотен ссылок. Все-таки есть какая-то подфильтровка у официального аппарата. Не знаю, конкретно под меня сделанная, или это обычная работа персонифицированных алгоритмов, но все равно результат, как говорится, на лицо.


Кстати, управление УНИКом было мысленное, совсем как в бадди-компе, голосом и по виртуальному, голографическому и нано-экрану. Последний обычно использовался для длительной работы — удобно, когда висит неподвижно в воздухе, а голографический — по-быстрому что-то сделать, и привязывался он, в отличие от нано-экрана, к положению руки (для переносных аппаратов) или головы (для встроенных). Можно было работать и по виртуальному экрану, видимому только пользователю, но для этого надо было иметь или «встроенный» УНИК, или имплантировать в глаза экраны на основе нано-роботов (по капле спец-раствора в каждый глаз капнуть и дело сделано). Понятно, что от последнего я отказался, хотя было бы очень интересно попробовать, но вряд ли бы я что-то новое увидел, а опасность засадить себе потенциальных шпионов была высока. Еще были, типа, очки почему-то в виде повязок, но ими в основном пользовались дети во время обучения для полного погружения в виртуальную среду.


Однако, учитывая развитие техники за столько лет, я вполне обоснованно предположил, что есть достаточно высокая вероятность, что в такой малый аппарат научились засовывать функционал очень плотного контроля мысленной активности. Не знаю насчет чтения мыслей, но основываясь на довольно большом наборе мысленных команд и возможности «съема» проговариваемых слов, это было вполне реально.


Очень интересно было читать в интернете о методиках работы аппарата (этим я занимался параллельным сознанием). Я заметил, что УНИК уверенно реагирует на мои команды (да и просто в открытом «редакторе» можно было мысленно надиктовывать текст и видеть результат, как говорится, «налицо») только если я останавливал или приглушал все потоки кроме одного. В другом случае у него ничего не получалось. В принципе, можно было бы на этом успокоиться, но я решил перестраховаться. Поняв принцип работы датчиков УНИКа, мне довольно просто удалось создать ментально-энергетический барьер между ним и мной, вернее, вокруг УНИКа, который препятствовал ему снимать параметры моей мозговой активности.


Уф! Что-то я отвлекся.


— Ну что, дядь Ник, можно забраться наверх? — нетерпеливо припрыгивая, спросил Сергей. Я раньше думал, что вот это «нетерпеливо припрыгивая» — образный оборот речи, но, оказывается, он действительно отражает реальное положение дел! Что-то по своему детству я такого не помню. Может, тогда дети не припрыгивали? Или для них, и для меня в том числе, это было настолько естественно, что этого даже не замечали?


Катерина была более спокойной, она медленно обходила корабль по кругу. Земляной валик вокруг корабля сверху был достаточно ребристым, чтобы не скользить по нему — это я в непривычной для себя манере предусмотрительности сразу заложил, — иногда она проводила руками по внешним стенкам корабля и шла дальше.


Высота корабля была где-то метра два с половиной или даже три и забраться на него по гладкой поверхности было просто нельзя.


— Дядь, а можно я на своем персональном сайте — профиле, в событиях выложу фотки корабля? — Спросила девочка и вдруг, уперев руки в бока, посмотрела на споткнувшегося Сергея. — Что? Ты уже? А ты разрешение спросил у дяди Ника!?


— Ну-у-у… Тут ведь ничего такого… — мальчик чуть ли не стал шаркать ногой, глазами побитой собаки глядя на меня.


Вдруг Катя рассмеялась:


— А ты сам-то глянь в профиль, кажется кое-кто успел включить премодерацию.


Сергей на мгновение замер и потом расслабился, разочарованно произнеся:


— Эх… Жаль…


— Что там такое? — Спросил я, уже в общем-то догадываясь о произошедшем. Катерина, как ни странно, стала подробно рассказывать, будто знала, что я о таком мог быть не в курсе. Вроде бы я ей не говорил, что совсем был оторван от жизни? Или ей моя сеструха рассказала, хотя это и не очень вписывается в ее образ, или же Катька подслушала, где не надо.


— Ну, у каждого же есть свой профиль в сети. Там есть открытая и закрытая информация, разделы разные. То есть личная и общественная, — она на мгновение задумалась, а Сергей немного удивленно на нее поглядывал, не понимая, чего это она стала рассказывать известные всем вещи. — В общественной части можно выкладывать разные интересные моменты из своей жизни, а друзья могут видеть это…


— Понятно, — перебил я девочку. — Принципу организации социальных сетей больше сотни лет. Это я понял. То есть существует открытая часть профиля и закрытая. Закрытая, как я понимаю — это личная информация и для государственных служб?


— Ага. Кстати, дядя, у вас сейчас совершенно пустой общий профиль. Только имя.


Я недовольно посмотрел на свой УНИК. С одной стороны вроде бы и ясно, что это обычное дело, а с другой, вроде как я не просил. Кстати, раз уж такое дело, могли бы и какую-нить предысторию придумать, а то пустой профиль… Впрочем, скорее всего не стали париться потому что таких людей много. Кстати, я активировал свою «страничку». Действительно, только имя, даже фотографии нет. В углу небольшого голографического экрана мигали две мелкие точки — я щелкнул пальцем по одной и передо мной открылась страничка Катерины. Хм… То есть мне показываются профили рядом находящихся людей. Интересно, как ведет себя устройство, если рядом тысячи людей?


Забавно, типичная страничка из какой-нибудь социальной сети столетней давности. Разве что покрасивше, подинамичней. Есть незнакомые разделы, например «умешки» — как оказалось, это то, что человек умеет. Например ходить на руках, знать языки, рисовать пальцами, обладает фотографической памятью и так далее. То есть что-то, не связанное с профессиональной деятельностью. Профессиональные навыки шли отдельно. Или вот еще «знашки» — не сразу понял, что это то, что человек знает. Немного детские названия разделов сбивали с толку. Но то ли это такие настройки или же общий подход такой. В общем, потом разберусь, если найдется время.


У девочки было много информации — потом надо будет ознакомиться, чем она интересуется. Нашел функцию добавления «в друзья» и воспользовался ею. Катя, успевшая отойти в сторону, и зачем-то размахивающая в воздухе руками и шевелящая пальцами на фоне корабля, повернулась ко мне и кивнула.


— Что делаешь? — спросил я.


— Рисую. Потом покажу, — и девочка вернулась к своему занятию.


Я же выбрал профиль Сергея и заулыбался. Ну, типичный представитель мужского племени, только мелкий и местами глупый по возрасту. Машины, оружие, теория и практика войн — книги, или правильнее сказать, информационные мультимедийные пакеты на эту тему. Ссылки на бои по каким-то правилам — самбо (ха! живое!), в общем рукопашки еще разного вида, другая какая-то борьба. Фехтование. О! Это интересно. Но поглядев немного, разочаровался — чисто спортивный вид. Что на шпагах, что на рапирах. На мечах естественно спортивных видов спорта не было. Хотя ссылки на подобные сборища, где я участвовал — исторический бой, были. Тоже добавил его в друзья.


Так вот, в текущих событиях, куда люди скидывают что-то понравившееся, ничего у Сергея про найденный корабль не было. Интересно девки пляшут. СБ-шная премодерация, она для всех работает или только для отдельных граждан, вот как для детей, которые сейчас контактируют со мной? Кстати, премодерацию вполне может выполнять какой-нибудь искин, и тогда тут нет никаких проблем — что-то он пропустит, что-то нет. Интересно, почему про корабль не пропустил?


Тут я обратил внимание на один сигнал, что транслировал мне биокомп. Удивленно подняв брови, я на мгновение замер.


— Катя, Сергей! — Дети повернулись ко мне. — Я на пять минут отойду кое-куда, вы сами тут не пропадете?


— Да нет, конечно, — Сергей пожал плечами, а Катерина согласно кивнула. — А вы куда?


Девочка недовольно посмотрела на своего друга, мол, лезет не в свое дело, но промолчала.


— Да надо мне, — сказал я, рисуя в воздухе арку перехода. Вот зачем я их делаю? Наверное, интуиция, пусть, мол, думают, что только так могу. Но надо вспомнить, не прокалывался ли я с показом телепортации без переходов? — А пока ждете — перекусите. — Я бросил прямо на утрамбованный песок комочек самотканина, который самостоятельно развернулся в скатерть-самобранку. Немного подумал, и активизировал интерфейс с русской бабкой-сказочницей. — И в корабль пока не лезьте, мало ли чего там внутри…

* * *

Вышел я из портала где-то за километр от нужного места, тут же сформировал вокруг себя кокон невидимости и медленно поплыл в нужную сторону. Глядя вниз на проплывающие красоты тайги, счастливо вздохнул — как-то в последнее время все больше тянет меня на вот такую природную интеграцию, вдали от человеческого муравейника. Не понятно.


Наконец, появилась та полянка, где меня выпихнуло на Землю из Лунгрии и где на меня напали, как я теперь понимаю, китайские товарищи, которые мне по какой-то причине совсем не товарищи. В округе летали какие-то дроны, ходили люди в странных одеждах, измеряли что-то. А вот над местом, где я прикопал кристалл атлантов, стояла какая-то тренога, на которой были закреплены разные приборы. Неприятно. Рядом находились несколько людей. Я немного послушал их разговоры и с радостью понял, что сам кристалл не нашли, а вот какие-то пространственные аномалии, очевидно им формируемые, а возможно остаточные следы его работы, вполне отслеживались местной аппаратурой. Короче, кристалл надо перепрятывать.


Вылазить пред очи местных исследователей мне не хотелось. Поэтому я завис невысоко над местом захоронения кристалла и начал работать. Нащупал под землей его твердые очертания, но никак не мог аккуратно приспособить плетение переноса в мое хранилище — все время захватывалось довольно большое количество земли. В конце концов плюнул и перенес его туда в виде куба — земля с кристаллом внутри. Потом почищу.


Ожидаемо внезапное образование нехилой такой дырки под землей привело к тому, что верхний слой просел. Тренога с аппаратурой завалилась набок и сильно ударилась, разметав по поляне прикрепленные к ней датчики, коробочки, линзы, и бог его знает, чего еще. Люди забегали, засуетились, но меня это уже не интересовало. Полетал я по округе, посмотрел, не оставил ли чего ранее тут, не нашел и телепортировался под замеченное мною ранее дерево в километре отсюда, там посидел немного с ним в обнимку, чувствуя, как взаимный обмен энергией заставляет активней бежать соки в древе, как оно будто расправляет плечи. Да и у меня легкий налет негатива, на который я даже не обращал внимания, куда-то растворился. Затем сформировал обычный телепорт, ведущий к оставленным детям под защитой своих РОКОМов и моего многофункционального большого и мощного конструкта с соответствующими директивами, и шагнул в него.

* * *

Ха! А мне нравится эта картинка!


— Оставить вас на пять минут, и сразу же добычи много в копилочку приносите! — хмыкнул я, глядя на растерянные лица детей, бродящих между тремя телами — двух мужчин и одной женщины, которые лежали в свободных позах. То есть — где стояли, там и упали. Гоша и Рэкс тоже лежали рядом с телами, но живые. В смысле не тела. Лежали и посматривали на пришлых.


— Дядя! Мы не знаем, что случилось! Они подошли и сразу же упали! — Катя немного испуганно смотрела на меня.


— Хоть представились?


— Нет! Они сразу к кораблю пошли. Но в их профиле с УНИКов есть кое-какая информация. Вроде как в институте работают дальневосточном.


— Ладно, сейчас посмотрим, что им тут понадобилось.


Делать особо ничего не пришлось — все трое свалились от одинакового простого воздействия моего защитного конструкта — эдакие энергетические перемычки в определенных местах ауры, отключающие сознание. Правда потом голова будет болеть, но зато просто, дешево и надежно. Я ведь ему просто поставил задачу — никого не подпускать, так как не собирался долго отсутствовать. Правда минут сорок все же меня не было, и надо же было им в этот промежуток времени появиться!


Пока люди потихоньку приходили в себя, я просмотрел их профили. Действительно, если не подделка, а мой УНИК показывал, что эти служебные данные заверены цифровыми подписями государственного центра учета и распределения профессиональных ресурсов, то это служащие исторического института Владивостока. Быстрый поиск в сети показал, что этот центр учета тем и занимается, что прописано в его названии — учитывает, кто чем занимается в профессиональном плане, где работает, какие у человека профессиональные качества, звания и прочие вещи.


Присутствовали тут профессор археологии и истории древних цивилизаций с простой русской фамилией Тараканкин, на имя я даже не посмотрел, так и буду называть его — профессор Тараканкин, и два его студента — Костя и Лена, судя по всему, на последних годах обучения.


— И как это понимать? — Не дав очухаться пришельцам, пошел в атаку я. — Напугали детей своим неожиданным появлением и еще более неожиданной потерей сознания! Нет, господа хорошие, так дело не пойдет! Определенно вам нужно объясниться и возместить потери!


— Позвольте, но какие потери!? — Профессор очухался первым и возмущенно уставился на меня.


Ах, как мне нравится этот профессор! Очень нетипичный — крепенький телом, в профиле указано, что по молодости и вообще лет тридцать затем — мастер спорта по гребле. Сейчас ему было около восьмидесяти, хоть и выглядит на сорок. И вдруг такое типично чеховское профессорское поведение! Все-таки занятия историей определенно профессионально деформируют личность — я давно это подозревал.


— А нервные клетки!? — Возмущенно спросил я и обратился к девушке. — Ведь не восстанавливаются?


Та, не совсем еще придя в себя, непроизвольно кивнула.


— Вот видите!


— Позвольте, но наша медицина уже вполне справляется с деструкциями головного мозга! Тем более, что клетки восстанавливаются, — Профессор не хотел сдаваться.


— И с детскими тоже справляются? — Я нагло проигнорировал вторую часть высказываний Профессора. Мы все одновременно посмотрели на детей. Катя передернула плечами, а Сергей уставился куда-то в небо.


— Ну, теоретически, разницы особой нет, — профессор задумался. — Но конечно, могут быть нюансы.


— Так вы согласны, что при общении с детьми нужна особая аккуратность?


— Ну разумеется, — пожал плечами профессор.


— Чем возмещать будете?


Профессор задумался.


— А что возмещать и за что возмещать? — вмешался Костя.


Профессор недоуменно посмотрел на него, потом встрепенулся и повернулся ко мне:


— Действительно, что вы мне мозги морочите?


Я вздохнул:


— Ну, мало ли? Вдруг чего удалось бы с вас стрясти?


Профессор Тараканкин споткнулся взглядом о корабль и сразу же переключился на свою волну. Забыв о нас, он пошел к кораблю и стал его обходить по кругу, что-то бормоча про себя. Его помощники последовали за ним. Лена бросила на меня неопределенный взгляд и поплелась за Костей. Брюнетка, узкое лицо, прямой нос, карие глаза, тонкие губы, фигура такая узенькая, но в целом впечатление приятное.


— Эй, профессор! — крикнул я им в спину. — А чего вы вообще приперлись сюда?


Тараканкин чуть не споткнулся и повернулся ко мне:


— Как это чего? Нам на кафедру поступил запрос из СБ, что найден древний корабль и надо провести историческую и прочие экспертизы. Я со своими помощниками оказался ближе всего, вот мне и перенаправили вызов.


— Ну, это уже наглость! — сказал я, нисколько не пытаясь приглушить голос. — Я бы может и сам отдал бы МОЮ находку государству, но только когда сам бы решил. А тут без меня, меня женили!


— Ах, бросьте! — Профессор отвернулся и стал карабкаться на вал вокруг корабля. — Все равно все подобные находки принадлежат государству. Костя, помоги мне забраться на палубу! Со стороны я примерно оценил, надо сверху глянуть.


— Ну это фигушки вам! — буркнул я, и профессор с помощником просто соскользнули с земляного вала. Забарахтались, профессор стал вполголоса ругаться. Я же прыгнул наверх, прямо на палубу, заработав восхищенный взгляд Лены. Затем перешел к противоположному борту и свистнул загрустившим детям. Махнул рукой к себе и Сергей с Катей радостно взбежали к борту, откуда я их подтянул к себе. Внизу продолжал ругаться профессор, у которого никак не получалось даже приблизиться к кораблю.


Мы огляделись. В общем, внешне корабль не выглядел пострадавшим. Гладкая поверхность закаменевшего и почерневшего дерева вызывала довольно странные ощущения нереальности, а может даже и мультяшности. Я не особо разбираюсь в подобных вещах, но корабль все-таки отличался от многих подобных построек, виденных мною.


Отсутствовали отверстия для весел. Просто ровная палуба, даже без скамеек, с бортами над нею сантиметров пятьдесят. Небольшая возвышенность позади вероятного остатка мачты вызывала странное ощущение неправильности. Ну, как будто постамент какой-то, а в задней части его нечто, напоминающее кресло что ли. Можно было бы представить, что тут сидел капитан и… Руководил? Кем? Да и вроде как мачта перед ним должна была мешать. Или нет?


— Дядь Ник, а тут кажется дверь вниз! — Сказал неугомонный Сергей, присматриваясь к тыльной стороне возвышенности.


Я тем временем запустил под палубу свои магические камеры и разные датчики и с удивлением отметил, что внутри-то корабля пусто! Это как же его не раздавило отложениями? И воды, кстати там нет — то ли утекла пока я тащил находку к берегу, то ли изначально там ее не было, но как это вообще возможно?


Я отодвинул в сторону мальчишку и аккуратно взрезал дверь.


— Так, отойди-ка, надо проветрить внизу, там возможно нехорошая газовая среда.


— Хорошо, — кивнул мальчик.


Я обернулся на скребущие звуки, а потом удары по палубе и оглянулся — это РОКОМы детей забрались на палубу. Молодцы! Справились со «льдом» на подступах.


— Ты, кстати, снимаешь? — Спросил я.


— Конечно! — кивнул мальчик. Катя тоже кивнула.


Тогда я прихватил дверь, опутав ее силовыми плоскостями, и выдернул наружу. В лицо дохнуло спертым воздухом. Запах был очень странный, и я, на всякий случай, оттащил детей от отверстия. Дверь прислонил к борту. Опасаться-то им особо нечего было, так как мои медицинские модули, навешанные на них, должны вытащить их чуть ли не с того света, если что. Но рисковать глупо.


— Молодой человек! — принесло ветром откуда-то снизу. — Ничего там не трогайте! Это исторический памятник и его порча может подпадать под административную, а может, и уголовную ответственность!


Воздушные плетения, одно за другим, скрылись внизу, загоняя под палубу чистый внешний воздух и выдавливая оттуда старую газовую смесь. Я не успел глазом моргнуть, как в темное отверстие метнулась тень Гоши.


Катерина подняла свою левую руку над ней образовался небольшой голографический экран.


— Гоша говорит, что там безопасно. Никаких микроорганизмов, вирусов и воздух нормальный уже.


— Ну и хорошо, — кивнул я. — Но все равно я первый вниз иду.


Ступени даже не скрипели — настолько их материал спрессовало время. Отдельных комнат внизу не было, только один большой зал, что ли. Я остановился на последней ступени и сделал освещение. Ширины лестницы было достаточно, чтобы рядом со мной без проблем уместиться детям.


На первый взгляд было пусто, но потом я понял, что то, что лежит внизу, просто было покрыто чем-то, то ли мусором, то ли еще чем, да и цвет был однотипно серый везде.


В воздухе слегка чувствовался какой-то пряный запашок, но совсем чуть-чуть. Интересно, зачем был нужен корабль с почти герметично замурованным трюмом? Если что-то перевозили, то, вероятно, это надо проветривать… Или нет?


Я спустился вниз, но когда ступил на пол, нога провалилась где-то до колена в нечто хрупкое и… грязное. Все-таки вода тут была. В общем делать особо тут нечего. Я напоследок просканировал то, что внизу всеми доступными мне способами и все-таки обнаружил кое-что.


Во-первых, быстрее всех отработали датчики металла и показали как раз перед лестницей некоторое его количество. Совсем чуть-чуть серебра, золота и железа. В общем, с помощью остальных способов понял, что внизу лежат останки человека. Потом биокомп выдал еще кое-какую информацию, и я примерно составил мнение о том, что тут или происходило, или находилось. Судя по остаткам, корабль перевозил много керамических емкостей с каким-то маслом или чем-то подобным. Когда что-то случилось, все это разбилось и покрыло труп или, тогда еще живое тело, своим содержимым. Корабль затонул. Странно то, что никаких пробоин нет, как будто его просто придавило ко дну и так и оставило. В общем, тело забальзамировалось, и даже проникшая вода не помешала процессу сохранения.


Еще у корабля была странная энергетика, это я почувствовал только спустившись вниз, но с ходу определить, в чем дело, не смог.


Аккуратно переставляя ноги, проваливаясь чуть ли не по живот, Гоша медленно приблизился к скрытому мусором телу.


— Ты тоже его почувствовал? — спросил я. Голос гулко отразился от стенок. — Ладно, отойди-ка.


Как ни странно, Гоша меня послушался. Я мысленно сформировал вокруг тела кокон и стал его поднимать. С легкими шлепками, полувлажная жижа раздалась в стороны.


— Пойдем наверх, — повернулся к детям. — Делать тут больше нечего. Если что и есть, то я его не чувствую.


— Да, пожалуй, — передернула плечами Катя. — Мрачновато тут как-то.


Грязный овальный кокон аккуратно опустился на палубу. Мельком глянул наружу — профессор, успокоившись, ковырялся в отброшенных мною корабельных наносах. Я прислушался и услышал его бормотание:


— Да, определенно, это вулканические осадки. Скорее всего, пепел. Надо подробный анализ сделать…


Я пожал плечами и вернулся к своему делу. Миллиметр за миллиметром кокон стал как бы сжиматься, а с него стал отваливаться наружу внутренний хлам. Интересно я придумал — непосредственно под силовым полем я разместил сеть-датчик, которая определяла что внутри — обычная грязь или нет. Если грязь (песок, камень), то на этом месте формировался кусок плетения нового защитного слоя. Если нет, то процесс на этом месте останавливался. После того, как новое плетение силового поля полностью формировалась, старое поле пропадало, а снаружи оставался легкий слой грязи. Толщина была буквально в диаметр песчинки. И так дальше. Тем не менее, процесс шел быстро, и буквально через пять минут перед нами лежала мумия странного человека. Кое-где процесс остановился до достижения тела. Может быть, там был большой нож, может, что-то еще, но главное — голова человека была нормально видна. И человека ли?


Лицо было несколько вытянуто и больше напоминало морду животного, чем, собственно, лицо. Вернее, какое-то промежуточное состояние — и уже не человеческое, и еще не животная морда. М-да… При этом, комок грязи под нижней челюстью определенно представлял собой бороду. Обычную такую бороду. Пипец какой-то, собак с бородой. Хотя не, не собак. Больше, кажется, в сторону кошачьих смещено.


И тут меня будто удар в мозг пробил! Я быстро вызвал режим видимости информструктур и стал разбираться в том, что увидел. Через некоторое время я все-таки пришел к выводу, что с большой натяжкой и не менее большим допущением информструктура этого существа напоминает таковую у оборотней, виденных мною на Лунгрии. Понятно, что здесь были только остатки информструктуры, отвечающей больше только за форму, нежели за содержание, но, тем не менее, сходство по некоторым параметрам было довольно заметным. Правда там, на Лунгрии, насколько я помнил, оборотни находились либо в одном состоянии, либо в другом, а вот промежуточного состояния не было. А тут наблюдалось что-то вроде такого межформенного положения. Может, это во время смерти так произошло? Типа разбалансированность системы перекидывания. Кстати, если так, то и само такое промежуточное неестественное состояние могло окончательно добить бедного перевертыша. М-да…

* * *

— Умник, зацени, кого я тут нашел! — я вызвал своего друга и стал ему транслировать то, что видел перед собой.


— Это то, что я думаю? — через несколько мгновений раздался голос Умника. — Думаешь, здесь были представители этого, забытого даже на Лунгрии, племени?


— Вполне возможно, — я мысленно пожал плечами. — Тем более ты должен помнить, что они служили не только археям, но и тем, кто был до них, а значит — возможно и атлантам. Кроме того, помнишь же рассказ старого жреца-атланта? У него был друг, который, собственно, и был оборотнем. А сам жрец о них говорил как о чем-то совершенно обыденным, совершенно не акцентируясь на процессе перекидывания.


— Возможно, — согласился Умник. Тут я обратил внимание на картинку, транслируемую им. Вокруг него сидело несколько мелких негров и молча смотрели на него.


— Э… это что там у тебя? — я немного прифигел, честно говоря.


— Ну… — почему-то смутился Умник. — Мне стало немного скучно. С инопланетянином я разобрался и с его кораблем. И я решил немного посмотреть мир, откуда ты родом. Вот… Удивительно, как много разных рас обитает на одной планете. При том, что генетически вы все так или иначе пересекаетесь. Просто удивительно! Этот народ живет так уже тысячи лет, без всякого развития, и их каждый день похож один-в-один на жизнь их какого-нибудь предка тысячу лет назад. Нет ни развития, ни деградации!


— Если не ошибаюсь, это пигмеи… — задумчиво произнес я.


— Совершенно верно, — меланхолично подтвердил мой вывод Умник.


— Ладно, ты там особо не зависай. Скинь мне результаты исследования инопланетянина. И еще — ты не забыл про мою просьбу насчет интеграции, вернее, создания подсистемы взаимодействия моего биокомпа или любых наших инфокомпов с внешними земными устройствам через радиодиапазон?


— Помню, — Умник даже не изменил позы. Кстати, сейчас он изображал какого-то старика с большой белой бородой, вернее седой, и с обручем на лбу. Пигмеи не отрывали от него своих взглядов, будто загипнотизированные. — В принципе, все эти протоколы и их электромагнитные параметры очень хорошо описаны и имеются в большом количестве в сети…


— Кроме, наверное, секретных каких-нибудь.


— Возможно. Я пока обкатываю технологию переноса этих описаний с «бумаги» в наше «железо». Потом еще надо будет разработать модуль финальной подгонки на натуре и в реальных условиях. Просто я не уверен, что в документации приводятся все тонкости.


— Логично. Ладно, работай. Если будут какие-нибудь проблемы, сразу же телепортируйся ко мне. Или в мой пространственный карман, у тебя должен быть туда доступ. Прямо сейчас настрой систему спасения, а то мало ли что…


— Не учи папу жить! — пробурчал Умник, добавив немного смешинок в голос.


Я хмыкнул.


— А вообще, что ты с пигмеями делаешь? Чего это они на тебя так уставились?


— Просто я совершил то ли глупость, то ли гениальность, но когда они удивленно тыкали меня палками, пытаясь понять, что это перед ними стоит, я сменил внешность. И это их просто поразило. Теперь я пытаюсь установить с ними более близкий контакт. Мне это интересно.


Я хмыкнул.


— Ладно, только не переусердствуй. Помни, что они такие же хозяева Земли, как и я или любой другой житель этой планеты. Возможно, в этом есть своя логика, что они существуют здесь именно в таком виде.


— Не беспокойся, о бледный земляной червь! — улыбнулся Умник и отключился.

* * *

Дети тоже с интересом смотрели на нашу находку. Первым, как и ожидалось, не выдержал более нетерпеливый Сергей:


— Кто это?


— Похож на псоглавцов, или киноцефалов, — с сомнением ответила Катерина. — Но морда лица, как мне кажется, ближе к кошачьим.


— Это где ж такие жили? И главное — когда? — удивился мальчик.


— Ну, их в мифологии вообще-то упоминают, а не в истории. Дядь Ник? — она вопросительно посмотрела на меня.


Я пожал плечами:


— Не знаю. Честно. Предположения есть, но пока никак не доказуемые.


Я нагнулся. Под моими пальцами силовое поле стало расступаться, и я дотянулся до ножика. Потянул. В руке у меня осталась только костяная рукоятка, украшенная золотыми нитями. Покрутил в руках и положил обратно. Пальцем выковырнул из-под грязи и остатков одежды золотые и серебряные украшения, располагавшиеся в области груди, но снимать не стал. Симпатичные цацки оказались явно машинной обработки. Был один камушек, тоже еле-еле фонил какими-то энергетическими следами, но я даже примерно не мог определить, к какой области энергетического спектра или к какому виду магии они относятся. По крайней мере, никаких плетений ни в камнях, ни в металле я не видел.


— Может есть еще что-нибудь интересное внизу? — спросил Сергей, которому быстро надоело смотреть на мумию.


— Нет, — покачал я головой. — Поверь мне. Больше там ничего интересного для нас нет. А вот для кое-кого другого — определенно.


Я подошел к борту корабля:


— Эй! Профессор кислых щей! Поднимайтесь сюда! Мы уже посмотрели, что хотели, оставляем все это под вашу ответственность!


Профессор, который замер у корабля и медленно обводил его взглядом, встрепенулся и, забыв, что раньше земля скользила и не пускала, легко взбежал по ней. Остановился у борта и закинул голову:


— Не поможете?


— Без проблем, — кивнул я и втянул его и его помощников на борт.


— Ух! Чем это вы… — Начал профессор, но тут же замер, уставившись на лежащую на палубе мумию. Потом очнулся и засуетился. — Черт, черт, черт! Надо срочно вызвать людей с приборами. И как-то надо ограничить доступ воздуха к ней — разрушится же!


— Не беспокойтесь, профессор. Я сразу покрыл ее не пропускающим ничего силовым полем. Так что ничего с нею не случится. Когда захотите снять его, просто слегка нажмете ладонью в области груди. Поэтому осторожнее.


Профессор тут же успокоился:


— Благодарю. Видимо, знания вы не зря в учебных заведениях получали. Так-с… Очень забавный экземплярчик у нас тут. — Пробормотал он, присев на корточки у лица или морды мумии.


— Вы встречались с подобным? — спросил я.


Профессор Тараканкин медленно покачал головой.


Пока профессор думал, я попытался считать информацию с корабля, но, кроме какой-то серости, ничего не увидел. Но зато при подключении к астралу что-то стало нащупываться. Подумав, что сейчас не время, я быстро сгонял в свой домик в астрале и привязал еще одну нитку к якорю, рядом с предыдущей. Накапливаются нити, однако.


— Ладно, оставайтесь тут, а мы пошли. — Я отвернулся и посмотрел на детей, потом за борт. Оценил высоту. — Дети, я кажется понял, чему вам надо научиться.


— Чему? — спросил Сергей и с интересом глянул на меня.


— Летать!


— Как на летках?


— Ну… похоже, да не похоже. Скорее, как стрекозы.


— О! С крыльями, что ли? — Катя распахнула глаза.


— Ага, вот примерно так, — я вытянул вперед руки, под ними параллельно вперед вытянулись и легли в ладони рукоятки. Сзади за спиной развернулись и нетерпеливо затрепетали полупрозрачные крылья. Четыре штуки — по две с каждой стороны. Я нажал кнопку, и сзади поднялся ветер, сопровождаемый тихим стрекотанием.


Легко потянул рукоятки и с разворотом на месте, штопором ввинтился в небо. Остановился в нескольких метрах над палубой и глянул вниз. Все смотрели на меня, даже профессор. Правда удивлены особо не были, ведь мои крылья не выбивались из технических возможностей цивилизации.


Я опустился обратно.


— Класс! — сказал Сергей. — Действительно классно! Я не видел и даже не слышал, что такие движки выпускают.


— Ну, пошли отсюда. Рэкс, Гоша! Прыг-скок за борт и мы за вами. — Я подхватил детей подмышки и прыгнул с палубы. Рядом вытянулись в воздухе защитники детей, сиганувшие практически одновременно с нами.


Где-то сзади смотрели нам вслед профессор и два его помощника. Но про нас они вскоре совсем забыли — интересная находка их влекла сильнее, чем какой-то странный мужчина с детьми. Профессор даже не спросил, откуда корабль взялся! Какой же он, к чертям собачьим, профессор?


И тут мне по временному каналу в болталке постучались.


Корабль Луч


Большой черный корабль угловатой формы висел в пустоте, вдали от крупных космических объектов. Несмотря на то, что эта область пространства называется главным поясом астероидов Солнечной системы, по сути она настолько разрежена, что вероятность столкнуться тут с каким-нибудь камнем довольно низка. Но в рамках всей системы пояс довольно плотен, и космический корабль тут неплохо терялся на фоне летающего в этом пространстве мусора.


Игорь Анатольевич, «первый после бога», в очередной раз проводил совещание, пытаясь найти выход из сложного положения, в которое попал подчиненный ему корабль. В последнее время такие совещания приобрели бо́льшую глубину и результативность вследствие того, что у них появилась возможность неограниченного общения с ЦУПом на Земле в режиме реального времени. Кроме того, как показало время, канал связи (вернее, каналы — от каждого переделанного УНИКа) оказался настолько широким, что искин корабля полностью выполнял свои задачи по информационному обеспечению экспедиции, в том числе и по обеспечению различного рода исследований, резко ускорившихся в результате информационной сцепки исследовательских СУНИКов лабораторий корабля с СУНИКами, и даже БУНИКами исследовательских институтов Земли. Правда, в результате определенных выводов психологов, и не афишируемых причин от специалистов службы безопасности, общение с родственниками команде рекомендовали ограничить.


— Что у нас по безопасности? — устало массируя глаза, спросил капитан. Вокруг него в виртуальном пространстве находились те, с кем ему приходилось обсуждать проблему. По мере возникновения новых вопросов, среди них появлялись и пропадали виртуальные копии остальных специалистов.


Андрей Николаевич, майор СБ, также находившийся не в лучшей форме, ответил:


— По технической части: ребятам с Петром во главе и с помощью лаборатории Ефима Сергеевича удалось перепрограммировать несколько ракет-дронов, улучшенных нашим недавним гостем, для использования их в качестве удаленных систем мониторинга. Пришлось использовать со склада запасные СУНИКи в дополнение к штатным «мозгам» дронов. В основном для навигации в рамках солнечной системы — ведь они не были рассчитаны на работу на таких расстояниях, как сейчас. И еще для связи. Для этого Петр придумал интересную штуку, — майор усмехнулся и глянул на смущенного мужчину. — Так как из дронов были удалены заряды, появилось место и для СУНИКов, и для наших новых УНИКов, также улучшенных… хм… эль Багдади, — при этих словах капитан слегка поморщился, вспомнив, как торговался за них. Причем, плохо торговался, несмотря на то, что потом в стопке УНИКов они оказались почти все. И все с возможностью выхода в сеть Земли. Не очень понятно, почему эль Багдади так сделал. — Посредством этих УНИКов СУНИКи с помощью еще кое-какой аппаратуры снимают пассивную информацию с пространства, передают на Землю по контакту на БУНИК ЦУПа, а оттуда — нам. Причем уже на уровне ЦУПа информация обрабатывается, и нам приходит довольно насыщенный информационный слой данных, — майор вдруг закашлялся и взял в руки стакан воды. Прежде чем выпить, он кивнул Петру.


Петр подхватил эстафету и продолжил:


— Таким образом мы имеем дроны, которыми можем управлять как напрямую, так и через земной ЦУП, и которые теоретически способны передвигаться по всей Солнечной системе…


— А почему теоретически? — поинтересовался капитан.


— Потому что есть проблема в двигателях дронов.


— А что с ними не так?


— А то, что это обычные реактивные двигатели, с кое-какими дополнениями, предназначенные для доставки боевого заряда на довольно ограниченное расстояние. У них нет возможности остановиться, а потом снова запуститься. Да и время действия довольно короткое…


— Но я так понимаю, что вы нашли выход? — слегка обозначил улыбку Игорь Анатольевич.


— Ну да, временное решение, — кивнул Петр. — Ракетные движки выбросили. На их место поставили экспериментальные маломощные гравитационные движки с исследовательских РОКОМов…


— Стойте! — воскликнул капитан. — Они же не разборные!


Петр забавно почесал свое правое ухо:


— Ну, фактически, мы просто засунули эти РОКОМы внутрь ракеты.


— М-да… Дороговастенькое удовольствие получается… — капитан покачал головой.


— Ну, дык… В общем, достаточно хоть как-то двигаться, остальное достигается прыжками. За счет оптимизированного алгоритма перемещения и позиционирования, разработанного буквально за пару суток совместными усилиями Томского Государственного Университета, Новосибирского Государственного Технического Университета и лабораториями Службы Безопасности, а так же службами Центрального Космического Агентства, ну и наших лабораторий и сборочного цеха, удалось создать что-то довольно интересное.


— Ты бы еще поименно перечислил всех участвовавших людей, — пробурчал капитан.


Петр неожиданно зевнул:


— Простите, не выспался.


— Все мы не выспались. Продолжай, — кивнул капитан, прикрыв рот рукой. Майор тоже поймал волну и чуть не вывернул челюсть. Все вместе молча поухмылялись друг другу, но скоро снова стали серьезными.


— В общем, теоретически мы можем послать дроны на любое расстояние, не теряя с ними связи, и даже на Землю. Кстати, этот вопрос рассматривается, хотя бы для вооружения дронов новой аппаратурой, которой у нас нет, или оружием, чтоб потом вернуть к нам. Но есть проблема…


Капитан кивнул:


— Отсутствие времени. БУНИК выдает довольно высокую вероятность нашего обнаружения в ближайшее время.


— И это тоже. Но так же — ограниченное количество ракет. Тем более, что и их боевые варианты надо оставить. Кстати, мы там тоже кое-что улучшили в их характеристиках, но насколько — покажет время.


— Не хотелось бы, — буркнул позабытый майор, который тем временем занимался еще какими-то своими делами.


— Никто не хочет войны, — вздохнул капитан. — Таким образом, что мы имеем?


— Хоть все, что я вам перечислил и звучит оптимистично, но фактически не сильно улучшает наше положение, — тоже вздохнул Главглаз. — Пассивные системы сбора информации неэффективны против инопланетян. Активные — сразу же выдают наблюдателя с головой. Да и «берут» цель на расстоянии всего нескольких десятков тысяч километров. Наш плазменный щит, как оказалось, после вероятностного анализа специальным БУНИКом СБ всех событий, произошедших с кораблем, скорее всего заметен для систем обнаружения условного противника. Поэтому нам рекомендовали его пока не использовать, разве что во время непосредственного боевого столкновения, так как на больших скоростях объекты, преодолевающие его, испытывают некоторые разрушительные нагрузки. Но это мы и так знали.


— То есть по сути наличие у нас таких дронов-наблюдателей бессмысленно? — расстроенно спросил капитан.


Петр пожал плечами:


— Ну почему? В целом-то оно конечно так, но если вдруг чего случится, дополнительные системы наблюдения и корректировки огня со стороны очень даже могут пригодится. Ну, и активные системы наблюдения, пусть и выдадут наблюдателя, зато на близком расстоянии смогут помочь… Да и для Земли актуальная и достоверная картинка пригодится. Мало их у нас, и нет дальнобойной и надежной системы наблюдения и контроля пространства.


— Дальнобойной — это какой?


— Ну, хотя бы на сотни тысяч километров. А лучше больше — чтоб на миллионы било! Но это фантазии… А пока остаются вероятностный анализ и прогнозирование на основе визуальных искажений света звезд, гравитационных и электромагнитных полей, еще каких-то там элементарных частиц, виртуальных искажений пространства, но это уже не ко мне.


Некоторое время все молчали. Наконец Петр, немного неуверенно произнес:


— Капитан, а может мы все себе накрутили? Перестраховываемся? Ну какой смысл инопланетянам на нас нападать? Как-то же сосуществовали рядом до этого…


Игорь Анатольевич вздохнул:


— Думаю, это вам можно сейчас сказать. Андрей Николаевич должен быть в курсе, — он посмотрел на майора. Тот вопросительно встретил взгляд капитана, не особо понимая, о чем он собирается говорить. — У меня был разговор с нашим куратором из СБ на Земле. Мы обсуждали сложившуюся обстановку. Он мне намекнул, что у нас, Землян, есть неофициальные контакты с некоторыми группами инопланетян. — Капитан замолчал.


— А почему неофициальные? — Не понял Петр. — Если наверняка контакты поддерживаются СБ?


— Потому что связь поддерживается так называемыми контактерами, обычно это Одаренные, но не обязательно. По каким признакам выбираются контактеры — неизвестно. Контакты нерегулярные, передаваемая через них информация особого доверия не заслуживает, хотя ее конечно и учитывают наши умники в раскладах. С какими конкретно расами наши контачат, мне не сказали… Недавно два контактера и сообщили информацию, что на нас скоро нападут так называемые Серые, которым остальные расы, находящиеся в нашей системе, мешать не будут.


— Похоже всем им наплевать на нас, — буркнул Петр.


— Ну, сами справимся. Так или иначе, — капитан потер лицо ладонями, разгоняя кровь. Поспать или стимуляторов принять? — подумал он.


— Поэтому вы решили перевести корабль в режим максимальной защиты?


— Да. Да и вероятностные модели показывают, что шанс выжить при таком раскладе повышается.


— Эх, вывезти бы гражданских на Землю! — майор мечтательно прикрыл глаза.


— Что, думаете, тогда бы можно было погеройствовать? — усмехнулся Петр.


— Да нет… Душа бы была спокойна. И помирать было бы не страшно.


— Ничего. Как говорили наши предки, на миру и смерть красна.


— Угу, только если этот «мир», наблюдающий за тобой, и который ты защищаешь, не пойдет помирать вместе с тобой.


— Это так.


— Ладно, — капитан легким хлопком ладони по столу прервал затянувшуюся легкую пикировку главглаза и сб-шника. Выбрав из списка контактов главного инженера корабля, он подключил его к совещанию. — Николай Николаевич, готовы ли системы корабля к трансформингу?


— Через полчаса будут закончены последние работы и можно будет приступать.


— Почему подготовка идет с задержкой? На тестовых прогонах на орбите Земли ведь все проходило согласно нормативам?


— В том-то и дело, что там все проходило почти в идеальных условиях. Да и корабль был почти голый с точки зрения наличия оборудования и людей. У нас же за прошедший год соединения между ячейками корабля наросли дополнительными связями, коммуникациями, иногда не предусмотренными планом. В десятке мест произошло непредусмотренное и даже неожиданное для нас диффундирование материала стенок ячеек друг в друга. Вероятно, свойства материала подверглись каким-то изменениям в результате долгого влияния космического пространства. Так или иначе, но сейчас почти все готово, все тесты датчиков системы трансформинга сообщают о состоянии в пределах нормы. Скоро можно будет начинать.


Капитан прислушался. Легкий гул, доносящийся до людей последние сутки — результат работы этих самых подсистем трансформинга в стадии подготовки, еще доносился, но явно стал тише.


Игорь Анатольевич находился в легком замешательстве. Несмотря на то, что этот трансформинг корабля изначально закладывался в конструкцию, чтобы можно было преобразовывать форму корабля для максимального удобства в разных условиях применения, например в колесо со спицами — для глубоких космических исследований, превращая корабль в некий многокилометровый радиотелескоп, в условный шар — для использования в качестве космической станции и еще несколько вариантов, но до сих пор необходимости в этом так и не предоставилось. Как был корабль собран в транспортном варианте в виде удлиненного бруска, довольно удобного с точки зрения инструментальной упаковки в режиме постоянного использования, так и продолжал использоваться в таком виде.


Соответственно трансформинг в космосе, с экипажем на борту, которому собственно при таких действиях положено было находиться вне корабля во избежание проблем, было делом опасным и достаточно новым. Даже с учетом просчитанности действий и поддержки ЦУПа с Земли, за капитаном оставалось последнее слово.


Наконец он решился:


— Хорошо, Николай Николаевич. Приступайте по готовности. Не забудьте активировать режим контроля перемещения команды в процессе трансформинга. Алгоритмы у БУНИКа есть и готовы к использованию.


— Не беспокойтесь, Игорь Анатольевич, — кивнул инженер. — Все будет сделано в лучшем виде.

* * *

Спустя час после планерки у капитана, корабль, все так же тихо висящий в космосе, дрогнул. С его внешней поверхности в разные стороны брызнули РОКОМы: часть — чтобы просто не мешаться, другие — чтобы контролировать процесс с внешней стороны.


Ячейки, из которых состоял корабль, больше похожие на какие-то контейнеры, стали короткими, поначалу дерганными движениями отсоединяться от основы и друг друга, и понемногу, на строго рассчитанное расстояние отходить от корпуса по направляющим, которые, в свою очередь, выдвигались из тех же контейнеров, вернее из их «стенок». Сначала на носу, потом корме, а вскоре и по всему «телу» космического левиафана стали появляться выступы и шишки. Уже через час корабль больше походил на частично разобранную игрушку-головоломку. Только БУНИК корабля совершенно не путался и не боялся не собрать конструкцию обратно — все было просчитано и не единожды, даже с учетом возможных поломок и неполадок — для этого между проблемными местами летали инженерные РОКОМы и вмешивались в ситуацию, не доводя ее до критического уровня.


Контейнеры передвигались, поворачивались, возвращались или оставались снаружи, какие-то наоборот исчезали внутри во вновь образовавшихся пустотах. Зрелище было завораживающим и за ним следили все причастные к этому делу — капитан, инженеры и техники. Остальные члены команды следовали строго соблюдаемому алгоритму — перемещались из секции в секцию, или же сидели запертыми внутри контейнеров, вполне комфортно чувствуя себя в поддерживаемой системами пригодной для жизни среде. Некоторые продолжали работать. Кто-то просто отдыхал, кто-то общался друг с другом или родными, оставленными на далекой Земле — капитан, в целях поддержания нормальной психологической обстановки, разрешил некоторым членам экипажа связаться с родными. Все согласно индивидуальному плану, составленному психологами с Земли.


Через шесть часов на месте длинного бруска, которым раньше был корабль Луч, красовался огромный шар. Да, не ровный, но вполне узнаваемый. Внешние контейнеры, в данный момент играющие роль дополнительной защиты, заранее освобожденные от всей аппаратуры, медленно, но верно заполнялись спец. составом, создаваемым большим корабельным синтезатором. Состав был похож на пену, но в своей структуре имел капсулы с нанороботами, которые были способны поддерживать ее свойства или восстанавливать после деструктивных внешних воздействий. Да и сама «пена» после отвердевания по характеристикам не уступала новомодной вязкой броне, вариантом которой, собственно, и являлась.


Кроме того, на синтезаторе пришлось создать и боевые наниты, которые потом по идее должны были выстреливаться небольшими пушками-пулеметами в противника на близких расстояниях, если вдруг представится такая возможность. Ну и часть из них загружалась на боевые РОКОМы ближнего радиуса действия, дополняя их штатное вооружение.


В общем, процесс создания космической крепости шел своим ходом. И за этим ходом наблюдали не только человеческие глаза.


Где-то

Элхор


Веганец с огромным интересом наблюдал за суетой Землян, перестраивающих свой корабль в шар. Это было примитивное, и в то же время грандиозное зрелище. Примитивное по уровню техники, исполнению, но грандиозное по размерам и точности управления. Этот дисбаланс ощущений бередил душу, приравнивая зрелище к уровню наблюдения за рождением сверхновой или к столкновению огромного астероида с какой-нибудь необитаемой планетой или её спутником.


Скажете несоразмерные события? Ничуть! Наличие разумной деятельности вносило свою изюминку и относило события на другой, параллельный план восприятия.


Элхор находился в своем корабле, превышающем размер его тела лишь в три раза, но способном перемещаться даже между галактиками. В нем он мог только лежать, полностью слившись сознанием с этим квази-живым носителем, что однако совершенно не мешало ему буквально жить в нем, при этом не утрачивая ни физической формы, ни психологической устойчивости и восприятия окружающего.


Веганец буквально терся под носом у Землян, пролетая между разводимыми и перестраивающимися частями корабля, порой цепляясь за какой-нибудь огромный контейнер, на фоне которого выглядел песчинкой, и, замерев, улавливал переживания находящихся там людей и сопереживал их эмоциям, а порой, и мыслям.


Наличие очень мощного пси-поля людей по сравнению с прочими расами (кроме, может быть, самих веганцев и еще центаврийцев, но к этим на кривом звездолете не подлетишь, если сами не захотят), делало их очень интересными для наблюдения, ведь они были как открытая книга — сопереживать им было одно удовольствие! А еще от них можно было психически подзаряжаться, не от всех, понятно, но от многих, очищая свои энергетические шлаки, застой, а так же психологическую усталость. Это можно было делать и в чистой природе, но дольше, а с людьми никогда не знаешь, что получишь, а что потеряешь. Да, да! Порой можно было и потерять! А иногда среди них встречались такие мощные генераторы пси-энергии, ментальных идеом, проще говоря идео-вирусов, что только можно было голову ломать, как это отразится на информационном поле планеты и как это повлияет на все человечество! Очень интересно! Иногда таких людей сами люди объявляли святыми или наоборот Темными Властелинами — диктаторами, тиранами.


Жаль, что им, веганцам, не позволили вмешаться и предотвратить последнюю бойню, действительно грозившую стать последней на планете. Да и катаклизмы усилились как на заказ. А откуда взялся тот метеорит? Откуда он взялся, если даже они, веганцы, его просто прошляпили, отдав все внимание происходящим на планете событиям? А ведь их системы просто не могли пропустить такое событие! Но пропустили! Есть, о чем задуматься.


Удивительно, но с метеоритом Земляне справились самостоятельно. Еще удивительнее, именно это событие остановило идущую войну, которую непонятно кто и начал. Тогда кто-то скрытно взорвал ядерный заряд на территории одной из военных баз американцев, что дало им право отстаивать свои интересы, с которыми не были согласны ни русские, ни китайцы, ни прочий мир. Потом взрывы пошли по всей земле в разных странах. Кто и когда проносил на места взрывов ядерные заряды, было не известно (даже им, веганцам!), но и начинать массированные атаки ракетным вооружением все равно никто не хотел. Поэтому поначалу пошли локальные стычки с помощью роботизированных систем, био- и нано- оружия. Но в конце концов и этот порог нежелания гарантированного конца был преодолен, правда, странным образом — одновременно у всех стран, имеющих системы предупреждения ракетного нападения, они сработали. Тут уже никто не сомневался, что атака идет самая настоящая и в каждой стране свой лидер нажал на красную кнопку. Странная это была война. Короткая, ужасная и непонятная. Всего лишь четверть летящих ракет (устаревших) сбили системы ПРО и ПКО земных государств, большую оставшуюся часть — гиперзвуковые боеголовки, принципиально не перехватываемые, энергетическим оружием — уничтожили представители Комитета, не дав этой прекрасной планете превратиться в безжизненный кусок камня. Всего несколько ракет достигли цели как с одной стороны, так и с другой и третьей и четвертой, тем не менее принеся огромные разрушения. И с их последствиями потом частично тоже они инкогнито помогли. Не полностью, почему-то, только чтобы экосистема уцелела. С остальным должны были справиться сами люди. Такой был посыл Комитета.


И тут появился метеорит.


Уже введенная в эксплуатацию к тому времени система мониторинга космического пространства, отработала на отлично и по договоренности между странами, воюющие стороны буквально за сутки рассчитали нужные усилия и около пятидесяти баллистических ракет, еще оставшихся у стран про запас — никто не хотел остаться без последнего аргумента, потому и припасли — отправились на встречу тому метеориту. Ха! Это был шок для всех обычных жителей (военные-то знали), что по сути баллистические ракеты как русских, так и американцев и индусов только назывались баллистическими, то есть двигающиеся по баллистической траектории, но по факту они уже были способны оперировать целями на расстояниях до лунной орбиты! Понятно, что самые последние разработки. Но были они только у этих трех стран.


До цели тем не менее долетели двенадцать русских, девять американских ракет и одна индусская, которые развалили огромный многокилометровый булыжник на несколько кусков, но тем не менее все еще опасных. У Земли уже китайские силы присоединились, еще уполовинив несущуюся к планете смерть. Да и остальные страны использовали свои секретные спутники с лазерным и другим энергетическим оружием. Но все равно, опасность была еще велика. Системы ПКО землян уже не успевали отработать по четырем большим кускам метеорита, с неотвратимостью приближающих смертный приговор человечеству. Элхор с сестрой тогда просто испереживались чуть не до смерти. Но им Комитет запретил вмешиваться. Сестра все-таки не выдержала и уничтожила один из кусков, летящий на континент Евразия. За что ее чуть не отлучили от возможности находиться тут. Но почему-то все-таки не отлучили, хотя разбирательства были серьезные, и что удивительно — даже Серые не сильно возникали. Но это понятно — им тоже не улыбалось потерять объект своих интересов, хоть они и не вмешивались с помощью, подчинившись Комитету.


Но тут проснулись скрытые до времени и недоступные даже для веганцев защитные системы древней цивилизации, о которой до сих пор мало что известно, кроме того, что они проиграли в прошлой всесистемной и всепланетной битве против расы голубокожих гигантов. Последние собственно тоже проиграли, а представители как той, так и другой расы и сейчас отсутствуют в Комитете. Кстати, тогда их деятельность попала в «лакуну» действий Комитета, который собственно только последнюю тысячу лет более-менее постоянно присутствует в этой системе, до этого он собирался только периодически. А тогда эти две расы считали, что являются главными хозяевами системы.


Вырываясь из подземных хранилищ в северной части Евразии, над планетой появились огромные, внешне похожие на плазмоиды, образования, которые успели уничтожить еще два каменных куска метеорита. Но судя по всему, системы эти были достаточно дряхлыми: Элхор заметил тогда, как несколько таких плазмоидных шаров, бессильно пометавшись, ушли под воду.


Последний камень все-таки ударил в землю. По иронии судьбы — прямо в успокоившийся было в предыдущие года супервулкан на территории Северной Америки. Почему-то именно в этот момент Комитет посчитал необходимым вмешаться и общими усилиями, с огромным трудом, вулкан, уже успевший натворить дел, сумели успокоить. Надолго ли?


Однако континент, куда ударил осколок метеорита, почти перестал существовать, как и огромное количество населявших его жителей. Элхор с Алиелой тогда получили ментальный и психологический откат такой мощи, что на долгие годы улетели к себе домой, приводить себя в порядок. Потом вернулись — не могли себя уже чувствовать вне этой планеты и этих землян. Фактически они, до сих пор, чувствуя в себе отголоски ментальных образов погибших землян, подсознательно считали себя чуть ли не родней современным землянам и их соплеменниками.


Элхор долго пытался понять, что же тогда произошло, но логика порой вытаскивала наружу такие мысли о тех из Комитета, кто выше их по способностям и возможностям, что становилось горько и страшно. Информационный же слой планеты и системы тоже не давал четких и однозначных ответов на вопросы, еще больше размывая бывшую и существующую реальность. Алиела, сильнейший информационщик, и та не смогла определить двигающие силы того конфликта. А если учесть, что и предыдущий катаклизм, судя по отрывочной информации, чуть ли не один-в-один повторял этот, то все становится еще подозрительнее. Правда и Комитет тогда вроде бы не работал, но кто может сказать, что кое кто, в него входящий тогда не находился тут в самостоятельной миссии?

* * *

Элхор отвлекся от внутреннего созерцания и внешнего слияния с локальным эгрегором корабля. Очень интересные личности тут собрались и очень интересный и «вкусный» эгрегор сформировали эти люди. А отвлекло его неприятное царапание за ухом — так подавала сигнал внешняя система контроля. Почему именно таким странным образом? Да чтобы не нарушать тонкую синхронизацию, когда веганец сливался с окружающей средой.


Нахмурившись, он мысленным усилием приблизил к себе часть объемной карты и вздохнул про себя: Серые, орионцы, все же получили свою обновленную энергетическую карту системы и летели сюда. И почему центаврийцы потакают этим… совершенно неприятным типам? Хорошо хоть остальные члены Наблюдательного Комитета не особо лезут в дела землян и с ними редко пересекаются даже веганцы, любящие совать нос в дела местных жителей. Вернее будет сказать, их интересы не пересекаются, поэтому и конфликтов особых нет, хотя там тоже есть много неприятных существ. Чего стоят хотя бы те же рептилоиды — Элхор передернулся от отвращения (уж очень у них неприятное ментальное поле), — которые вроде как благоволят Серым. Мутные существа.


И вот сейчас Серые со своими прихлебателями эриданами приближаются к земному кораблю. Не зря все-таки люди готовятся к встрече. Интересно, кто им подсказал? Может сестра? Или сами догадались? Неважно. Жаль, что у них почти нет шансов уцелеть. Но и погибнуть им веганец не собирался давать. Так что придется вмешаться. Попробует он все сделать аккуратно, незаметно. Вдруг получится? Благо, что Серые не могут его видеть — все же веганцы более продвинуты в техническом плане. Что бы такое придумать, чтобы повысить шансы людей и не подставится под Комитет, который конечно же наблюдает за происходящим?


Корабль Луч


Тишину кабинета разорвал громкий сигнал тревоги. Дублировался он и на виртуальные интерфейсы УНИКов всех людей корабля.


— Внимание! — голос БУНИКа корабля приобрел интонации Гавроша, тревожными интонационными вплетениями тревожившими душу каждого члена экипажа. — Боевая тревога! Это не учебная тревога! Повторяю — НЕ учебная тревога. Всем занять свои места по боевому расписанию…


Капитан вскочил с лежанки, на которую он все же прилег перехватить пару часиков сна. Подтвердил молчаливый запрос УНИКа, который вколол ему химический коктейль, максимально быстро приводящий организм в оптимальное состояние и увеличивающий активность мозга. Другим мысленным усилием, опять же после быстрого окидывания взглядом и впитывания информации с УНИКа, он подтвердил тревожный статус, введенный БУНИКом.


Игорь Анатольевич подошел к стенному шкафу, достал оттуда части боевого скафандра, который за все время полета ни разу не покидал своего места хранения. Замерев на мгновение, он прошелся взглядом по амуниции, потом не торопясь, зная, что время еще есть, достал тонкий ростовой костюм. Тонкая белая материя, способная при необходимости менять цвет на кардинально противоположный, разошлась по центру фигуры. Капитан бросил костюм на кровать, быстро разделся догола, снова взял костюм-скафандр, влез в него, застегнулся. Скафандр синхронизировался с УНИКом, подтянулся по фигуре, как бы обняв ее, но не мешая движению. На груди появилось имя и должность. Больше ничего не пятнало белоснежную поверхность. Если с ним что-то случится, то кроме трансляции в окружающее пространство медицинской информации УНИКом на самом костюме будет прорисовываться вся необходимая спасателям медицинская информация.


Капитан потрогал пальцем твердую окружность воротника — УНИК пискнул сообщением, что состояние шлема соответствует норме и в случае необходимости, например потери давления воздуха корабля, в доли мгновения сформирует защитный пузырь вокруг головы. В подошвах ботинок достаточно спецсостава для встроенного миниатюрного синтезатора, используемого для образования воздуха и прочих нужных химических веществ — от всякого рода лекарств и их смесей, до пищи и систем утилизации отходов жизнедеятельности. На день-два активного использования должно хватить или на две недели в состоянии медикаментозной комы.


Дополнительный капитанский искин в поясе так же сообщил, что готов к работе. По мощности он конечно уступал БУНИКу корабля и по сути работал в режиме сопровождающего, смотрящего, но если с БУНИКом корабля что-то случится, капитан с помощью этого искина в доли мгновения сможет взять на себя его основные функции. Но это на совсем уж крайний случай — системы корабля достаточно надежны, чтобы такого не допустить. Но правила обязывают… Предполагалось, что именно капитан является персонифицированным представителем корабля, его так сказать человеческое «Я». Капитана сильнее всего охраняют и именно на его системы хранения дублируется абсолютно вся информация корабельного БУНИКа. И если что-то такое случится с кораблем и его экипажем, то скорее всего именно капитан останется единственным выжившим. Игоря Анатольевича это сильно напрягало, особенно когда он смотрел в лица женского персонала своего корабля, но ничего не мог поделать. Не нравится — капитаном будет кто-то другой.


Еще ему как капитану полагался пистолет, но Игорь Анатольевич на него даже не взглянул. Это скорее было данью традициям, нежели необходимостью. Вообще личного оружия практически ни у кого из команды не было. От кого защищаться? При абордаже? Даже не смешно.


— Медперсоналу проверить состояние систем жизнесбережения и экстренной помощи, — продолжал вещать БУНИК. — Инженерные службы, провести визуальную проверку по месту расположения РОКОМов согласно расписанию. Боевые службы — проверить состояние БРОКОМов. Склад — контролировать подачу расходных материалов во время вероятного боестолкновения…


Игорь Анатольевич на мгновение замер. Быстро посмотрел на виртуальную стену со всей информацией, подготовленной для него БУНИКом — время еще было. Тогда он повесил перед собой короткую — десятисекундную — трехмерную визуальную картину, запечатленную им перед отлетом. Практически не дыша он смотрел на то, как его жена смеясь что-то говорит сыну, который с серьезным видом кивает. Потом картина плавно перетекает в начало и жена снова смеется, а сын внимательно слушает и кивает…

* * *

Светлана Орлова нервно сжимала кулаки, кусала губы, но ни на мгновение не останавливаясь выполняла положенные действия — включить и проверить комплексный анализатор. Проверить, соответствует ли наличие средств первой необходимости данным в ведомости. Нужно сделать много еще дел, которые несмотря на практически полную автоматизацию всего и вся, для спокойствия необходимо проверить.


Когда с делами было покончено, она села в кресло, откинула спинку, и включила подгонку под форму ее тела. Ей тут неизвестно сколько еще находиться, может и сутки просидеть, но таковы правила. У нее, наверное, самая противная работа на корабле — измываться от ожидания. Но хуже того — если ее ожидание прервется поступлением раненных. Ждать, жалеть, но делать свое дело.


Что-то сегодня сумрачно на душе у нее. Как-то тревожно. Девушка хмурилась и продолжала кусать губы. Мельком глянула на подаренное колечко и вздохнула. Разбередил душу тот странный старикан. А как, почему — даже она не понимает. Нет, предположить может, что он как-то вызвал у нее формирование в организме разных ферментов или сам что-то подобное излучал, но ничего особого она тогда не обнаружила, а врач она хороший…


Погладила маленький камешек на кольце. Как там он сказал? Три раза постучать по нему? Черт его знает! Чушь какая-то, но разве и сам старик — не чушь? И капитан молчит о нем как рыба об лед. И сб-шник только хмурится. Гаврош только втихую с ней общается, сливает кое-какую информацию, но много ли он понимает? А никто больше ничего толком и не знает!


Немного успокоившись, девушка повесила перед собой фотографию смеющейся дочери и загрустила. Потом рядом повесила фотку мужа. Странные у них какие-то отношения. Спокойно могут год не видеться, но как только вместе — так головы что у нее, что у него напрочь друг от друга сносит. Много у них и общих интересов, например искусство или музыка. А еще он любит смотреть, как она танцует. Правда делает это она не очень часто — после этого обычно они сутки из постели не вылазят. Но и спорят часто, ругаются. Как Светлана однажды узнала, только с ней он такой. Другие почему-то его считают ботаном и очень молчаливым и неразговорчивым типом. Она ведь, когда согласилась за него выйти, наотрез отказалась брать его фамилию. Это чтобы показать, что несмотря на ее согласие — она самостоятельная личность и не потерпит его доминирования. Только с ее согласия! Он был недоволен, но не показывал этого особо, и не настаивал, что ее даже как-то обижало, хотя сама виновата.


Света долго смотрела на мужа, потом открыла новое электронное письмо и написала: «Я согласна взять твою фамилию».

* * *

— Докладывайте! — произнес Игорь Анатольевич, заметно преобразившийся — теперь он мало напоминал того сугубо гражданского капитана, которого еще вчера видели все его подчиненные. Боевая психомаска, которую как надеялся Игорь Анатольевич никогда не придется применить, все-таки дождалась своего часа. Кристальная чистота сознания, сродни искусственному интеллекту, тактические навыки боестолкновений воздушных, космических и даже морских, вытащенные из подсознания на верхний слой сознания. Почти полное отсутствие эмоций — все это должно было помочь выжить кораблю и его команде. Разумеется, подобные психомаски могли использовать далеко не все. Очень уж это сложная технология и не каждый интеллект или психические возможности человека могут позволить плотно и надежно зафиксировать в себе подобные инородные наслоения. Тем не менее основные руководящие сотрудники имели нечто подобное.


Петр не даром назывался Главглазом — все, что смотрело наружу, подчинялось ему. Сейчас он находился в командном пункте вживую. Развернувшись в кресле к капитану, он окинул того взглядом и удовлетворенно кивнул. Он тоже был одет в скафандр, который внешне отличался от капитанского только другим знаком на спине — стилизованным изображением глаза. У капитана был обычный герб России, указывая на его официальный статус.


— Нам умники с земли залили новые алгоритмы в РОКОмы, БРОКОМы и БУНИКу. Приспособили к этому делу даже телескоп, — он хмыкнул. Капитан сел в свое кресло и внимательно продолжил слушать подчиненного. — В результате чего удалось засечь движущуюся в нашу сторону армаду. Случайно, скорее всего, я так думаю, — Петр почесал подбородок. — Не верю я, что это так легко. Посмотрел я алгоритмы: это круто, но все же случайно…


— Да и армада так себе, — несмотря на пониженную эмоциональность, капитан сохранил возможность шутить. Ну, или это так выглядело. — Всего-то десяток точек.


— Угу, только по нашей классификации — крейсера. По размерам конечно меньше нас в три-четыре раза, но ведь они — скорее всего боевые, а мы — просто сундук в космосе.


— Который умеет больно огрызаться, — кивнул капитан. Потом внимательно посмотрел на главглаза: — Ведь умеет?


— Ну… Огрызаться — да. Больно? Тоже да. А вот смертельно ли — посмотрим. Прошлый раз можно смело списать на случайность или неожиданность. Так что посмотрим. Капитан, у нас осталось совсем мало времени. Какой тактики будем придерживаться?


— В нашем положении единственная правильная тактика — сидеть тихо. Может не заметят. Хотя это вряд ли — летят точно к нам. Дальше тоже сидеть тихо и смотреть, что они будут делать. Может полетают-полетают и двинут дальше по своим делам. Даже если начнут нас потрошить — проанализировать как, приготовить возможные варианты ответов, подгадать момент, чтобы максимально использовать эффект неожиданности от нашего оружия. Дальше действовать по обстоятельствам.


— Совершенно верно, Игорь Анатольевич! — На настенной панели появился вид на зал ЦУПа, где в данный момент находилось больше сотни человек, многие из которых были военными.


— Игорь Петрович! — Кивнул капитан, здороваясь с новым персонажем. Судя по его знакам отличия, он был полковником.


— Майор! — кивнул он присоединившемуся виртуально майору СБ корабля. — Здравствуйте! А вы, Петр Иванович, — он посмотрел на главглаза, — зря обижаете наших разработчиков. На данный момент у вас задействованы три переделанных дрона, которые отслеживают приближающегося врага… Да-да! На данный момент это враг, так что не стоит морщиться, Петр Иванович!


— Да я не против…


— И еще телескоп. Как вы думаете, Петр Иваныч, они видят наши дроны?


— Трудно сказать. Фактически они находятся к ним достаточно близко — около тысячи километров. Расстояние постоянно меняется, ведь угнаться на своих движках дроны за противником не могут, поэтому сопровождают их в режиме постоянных прыжков. Видят ли те такое странное поведение наших аппаратов или просто не смотрят по сторонам — я даже предположить не могу. Но раз не отвлекаются на них, нам проще пока считать, что не видят.


— Хорошо. Пусть так и остаются в стороне, нам проще будет понимать, что происходит. Рекомендуем еще отодвинуть телескоп в сторону от корабля, чтобы можно было наблюдать происходящее под разными ракурсами и приближением.


— Мы уже думали об этом, — кивнул капитан. — Где-то в пятистах километрах от нас висит небольшой астероид около километра в диаметре. Можно спрятать телескоп в его тени.


— Пойдет, — кивнул полковник.


— Уже делаем, — капитан кивнул Петру и тот отдал соответствующую команду своим службам.


— Внимание! — БУНИК вывел на главный экран (дублируя информацию на УНИКи персонала с дополнительной информацией согласно их должностям и выполняемой работы, которая показывалась в виде дополненной реальности) изображение, сформированное из нескольких внешних источников и обработанное БУНИКом для лучшего понимания.


Все перевели свои взоры на разворачивающуюся картину. Реалистичностью от нее конечно даже не пахло с явным искажением масштаба, зато именно так любят изображать звездные картины создатели художественных полотен. С другой стороны никто ничего не упустит, главное, что достоверность событий стопроцентна.


В данный момент группа из тринадцати кораблей в виде удлиненных чечевиц расходились, как бы охватывая сферу корабля со всех сторон. Не останавливаясь они окружили, или правильнее сказать — осферили корабль землян, и продолжили двигаться по сфере, примерно удерживая одинаковое расстояние друг от друга. Радиус сферы был достаточно мал — если судить по космическим масштабам, то корабли противника практически ползали по нему на пузе, — около ста километров.


— Плазменный экран, — негромко произнес капитан.


Мгновенно после его слов в радиусе с километр вокруг корабля образовался почти невидимый, тускло перемигивающийся и искажающий картинку, если смотреть изнутри наружу, пузырь. Однако никто не смотрел вживую, все проходило через визуальную обработку БУНИКа, в том числе и картинка с внешних РОКОМов-камер, переделанных дронов и телескопа.


— Посмотрим, что они будут делать, — капитан откинулся в кресле, которое тут же подстроилось под его габариты и форму спины.


— Может пустим наши ракеты? — Петр вопросительно посмотрел на капитана. Он немного нервничал, но не более необходимого. А больше в центре собственно не на кого было смотреть. Физически они тут находились только вдвоем. Остальные молчаливые помощники, а вернее руководители своих направлений были распределены по огромной площади корабля в целях надежности и могли отвлекать капитана только в случае крайней необходимости. Результаты же работы их отделов уже в обработанном виде поступали напрямую капитану. Правильным или не правильным было такое решение, никто точно не знал — ведь реальных боевых столкновений в космосе у землян еще не было. Тем не менее на данный момент такая схема считалась предпочтительной. А вот Петр Иванович, Главглаз корабля, советник капитана по техническим средствам наблюдения и вычислительным системам и ресурсам, предпочитал в таких ситуациях быть рядом с капитаном. Инструкциями его должности это дозволялось.


— Посмотрим, что они будут делать, — отрицательно качнул головой капитан. — Первыми мы агрессии не проявляем.


— Пф… — скорее чтобы не сидеть в тишине, нежели чтобы поспорить, продолжил тему Петр. — Нас и так они в эту область пространства фактически запихнули, не спрося нашего мнения. Думается мне, прилетели они сюда, чтобы докончить начатое дело. Но там был один корабль, а тут их аж тринадцать!


— Первыми не начинаем, — повторил капитан.


Будто подслушав слова капитана, чужие сделали первый ход. Картинка их движения сменилась и часть кораблей подлетели ближе к земному сфероиду. Плазменный экран поплыл отблесками энергий.


— Бьют энергетическим… чем-то на уровне элементарных частиц, — Главглаз комментировал ситуацию. — Гады, подобрали алгоритм. Быстро-то как! Наша установка больше не может генерировать цельный экран. Только энергия впустую уходит. Такое ощущение, что они на месте формирования экрана создают свои элементарные структуры, которые сдвигают условия создания нашего экрана за допустимые границы.


— Подтверждаем, — донесся голос полковника с Земли. — Собственно экран и не предназначался для военных действий. Но все равно жаль.


— А уж как нам жаль! — чуть слышно пробормотал Петр, глядя как остальные корабли, не занятые сдерживанием плазменного экрана корабля, проходят ближе. — Может убрать его? Все равно смысла нет, а энергия жрется.


— Пока не надо, — капитан продолжал спокойно смотреть на экран. — Пять их кораблей заняты удержанием нашего экрана. Вот пусть и занимаются этим. Все одно нам меньше противников.


— Не понимаю, зачем они его удерживают. Пролетели и ладно. Да и медленно его пройти можно без особых проблем…


— Возможно дуют на воду после прошлого раза.


— Ну, может быть.


Тем временем остальные восемь кораблей подлетели практически в упор и снова стали крутиться вокруг Луча. Через три минуты такого мельтешения, пол слегка дрогнул.


— Капитан! — раздался голос БУНИКа. — Внешние контейнеры испытывают сильные динамические нагрузки! Наблюдаю постоянную смену гравитационных векторов и силы воздействия. Похоже, они пытаются разболтать и растащить внешние модули корабля.


— Не мудрено было догадаться, что у нас не монолитный корпус, после такого-то изменения формы, — буркнул главглаз.


— Каков прогноз? — спокойно спросил капитан.


— Пока благоприятный. У нас примерно двойной запас прочности. Это исходя из расчетов взаимодействия и наблюдаемых нагрузок в материале. А вот если мерить изначальными прочностными характеристиками материала корпуса и контейнеров, заводскими, то чужие уже минуты три как должны были спокойно растащить нашу конструкцию по кирпичику, то есть по контейнеру. В общем прочность конструкции не соответствует заявленной в лучшую сторону.


— Эль Багдади? — спросил полковник с Земли.


— Вероятно, — согласился капитан. — Хорошо. Явную агрессию против нас они проявили. Будем считать, что мы сделали все возможное для избежания конфликта. БЧ-один, включайтесь в работу. Задействуйте все противометеоритное оружие как обычное, так и с боевыми нанитами. Лазерное оружие тоже пусть работает.


Это вроде бы простое и малоэффективное решение все же могло хоть как-то помочь. Больше надежды было на боевые наниты. Чем больше их будет распылено в космосе, тем больше вероятность, что противник нахватает их достаточное количество для того, чтобы те смогли, собравшись в координационную минисеть, приступить к деструктивным действиям. Впрочем, что точно они могут делать, капитан не особо интересовался — их нашлепали согласно последним полученным алгоритмам для синтезатора, а военные даже в этой ситуации не блистали красноречием. Это скорее вспомогательное оружие, больше мешающее, чем уничтожающее. Конечно при правильной профилактике «заболевания».


— Принято.


Вокруг корабля сразу засверкало зеленым, загрохотало — это БУНИК чуть-чуть озвучивал и раскрашивал происходящее, чтобы людям легче было воспринимать. Никого конечно не сбили, но на некоторое время чужие отпрянули от Луча.


— Инженерная вахта! Рассчитайте возможность работы наших гравитационных генераторов в противофазе внешним силам. Если нужно — отключайте гравитацию на корабле. При необходимости меняйте расположение генераторов. Главное не дайте растащить наш корабль на куски. Ну и чтобы экипаж не задеть.


— Принято. На один вопрос уже ответ есть — это возможно. Дежурные РОКОМы приступают к демонтажу генераторов. Приступили к расчету схемы расположения и алгоритмов работы. Просьба выделить десять процентов ресурсов БУНИКа, наш СУНИК по времени не укладывается.


— БУНИК? — капитан задал вопрос в воздух.


— Без проблем, — ответил Гаврош.


На экране засверкало другим цветом — красным, но уже от кораблей противника в сторону Луча.


— Лазеры?


— Типа того. Что-то в рентгеновском диапазоне. Красным я подсвечиваю, чтобы видно было. И не только — еще какие-то неопределяемые энергетические воздействия есть.


— Каковы наши дела?


— Не очень хорошие, но и не совсем уж печальные, — бодро ответил Гаврош, слегка подпуская в интонации окраску своей эмоциональной матрицы. — Кое-где броню вскрыли. Против энергетического оружия, насколько я могу верить моим сенсорам, она лишь ненамного усилилась после вмешательства эль Багдади, совсем чуть-чуть. А вот на механические нагрузки — раз в пятьдесят.


— Как ведет себя наша вязкая броня во внешних контейнерах? — спросил полковник из ЦУПа.


— Не плохо. Совсем не плохо. Намного лучше бронестенок контейнеров. Если так дело пойдет, то мы можем тут сидеть до второго пришествия! — Довольно сказал Гаврош.


Капитан слегка недовольно двинул бровями. Похоже этот жест Гаврош уловил, так как следующие его слова были более спокойными:


— Гравитационные нагрузки уменьшаются. Инженерная служба уже пробует использовать наши генераторы.


— Хорошо, — кивнул капитан, чувствуя, как внутри появилось знакомое чувство появления невесомости. Как будто кто-то щекочет селезенку. Впрочем отвлекаться он не стал — кресло автоматически прихватило его за скафандр, тем самым зафиксировав на месте.


Вдруг на экране стало видно, как от нескольких кораблей отделились какие-то небольшие светящиеся шары и, маневрируя и уклоняясь с невероятными кульбитами, не дающими прицельным системам их захватить, рванули к кораблю.


Все молча ждали, что произойдет. Несмотря на резкие движения и большую скорость, двигались эти неизвестные образования довольно плавно и даже как-то лениво обходили легкие облачка взрывающихся снарядов и лучи лазеров. И вот они достигли поверхности корабля.


— Вошли во вскрытые контейнеры, — сказал Гаврош.


— Что там происходит?


— Пока нет информации.


— Хорошо, — кивнул капитан. — Гаврош, рассчитай и запусти сразу восемь наших новых ракет. По количеству кораблей.


— Расчеты уже готовы, — почти сразу ответил довольный Гаврош. Капитан впервые назвал его по имени, раньше предпочитая не замечать изменения в его поведении. Конечно — заменить-то его некем! Запасной БУНИК забрал эль Багдади, за что ему большое, нет — огромнейшее спасибо! Хотя такие мысли у капитана Гаврош просчитывал на раз, и конечно старался, так сказать, не мозолить уши своим поведением, но и пойти против своей сути не мог да и не хотел. — Предлагаю навести их прямо с корабля и телепортнуть к врагу. Хотя прямо попасть вряд ли удастся — по дальности прыжка у нас проблемы с точностью управления, но зато сам запуск останется не отслеженным.


— Какова дельта разброса?


— Довольно большая — примерно от ста метров до нескольких километров. Потом время на наведение на новую точку — около секунды. Поэтому, чтобы вообще попасть, последние метры лучше на обычных движках догонять и вообще-то лучше ракету сначала разогнать — после прыжка инерция и скорость у нее сохраняются и эти метры она догоняет за мгновения. Правда не знаю как с гравитационными движками получится.


— То есть прямо отсюда по цели попасть проблематично? С первого раза?


— Совершенно верно. Разве что случайно. Впрочем, статистики у нас почти нет, так что все может быть. Поэтому у чужих будет несколько секунд, чтобы удрать, если скорость реагирования позволяет. Вообще судя по тому, что мы вообще попали до этого в тот корабль, после которого оказались здесь, расстояние до цели после прыжка все же ближе к метрам, чем километрам.


— Ладно, практика покажет. Что там с «диверсантами»? — спросил капитан.


— Это с теми, что на нас спрыгнули? Пока глухо. Камеры и датчики ничего не показывают, БРОКОМы контролируют эти области, людей вывели ближе к центру. Может отцепить эти контейнеры?


Капитан задумался. Если отстрелить контейнеры, то можно остаться в этих местах без защиты — на второй слой броне-пенозащиты просто не хватило времени. С другой стороны, непонятно, что там могло прийти нехорошего.


— Пока не надо. Давай запускай ракеты, а потом по результату решим.


— Начинаю.


Запуск ракет-дронов никто не заметил. Да и как их заметишь, если они не разрывают пространство длинным факельным выхлопом? Зато на месте двух инопланетных кораблей сразу же слегка сверкнуло.


— Ух, ты! — воскликнул Гаврош, — сразу попали! Чудеса да и только!


— Но только по двум, — спокойно отметил капитан. — Да и не уничтожены они судя по картинке.


И вправду, несмотря на явное срабатывание термоядерного заряда внутри кораблей врага, они не были испепелены или превращены в газ. Один просто перестал осознанно двигаться, но продолжил прямолинейное движение, выбрасывая в космос быстро рассеивающиеся мутные то ли газы то ли жидкость. Второму видимо больше повезло — он явно сам повернул от корабля Луч, чтобы удалиться на безопасное расстояние, но по пути с ним что-то стало происходить странное — от него стали отлетать или просто отгибаться длинные полосы того материала, из чего они были сделаны. Как будто кто-то шинковал корабль огромным ножом.


— Впечатляюще, — до присутствующих донесся голос позабытого полковника, который как многие другие на Земле, наблюдали за происходящим, не вмешиваясь с советами или командами, ибо капитан все так же оставался главным на своем корабле. Да и советов особых пока не требовалось — вроде бы все правильно делал экипаж корабля Луч. — Особенно то, что их корабли выдержали термоядерный взрыв внутри. Если такой заряд взорвется внутри Луча, вряд ли от него останется что-то осмысленное, — он покачал головой.


— Посмотрите, что происходит! — воскликнул главглаз.


Остальные корабли инопланетян неожиданно заметались. Было видно, что рядом с ними постоянно подмигивает какая-то точка, которая как электрон вокруг ядра атома, появляется то с одной стороны, то с другой, пытаясь приблизиться к нему. Двум кораблям резкими, превышающими все возможные перегрузки, которые способен выдержать человек, рывками и сменой курса удалось отцепиться от преследующих их дронов. При этом они быстро двинулись к своим собратьям, оставшимся на условной внешней стороне окружения земного корабля. Правда их действия привели к неожиданному результату — земные дроны зацепились системами наведения за продолжающих крутиться вокруг Луча другие корабли чужаков и в результате еще два корабля не смогли оторваться от одновременно преследующих их двух ракет.


— Что же у них там внутри? — раздался тихий голос полковника с земли. Странностей действительно хватало. Никакой термоядерный заряд не способен раскрыть чуть продолговатый объект, вероятно бронированный, огромных размеров как банан — закручивая с него внешнюю броню как кожуру с этого фрукта. Скорее ожидалось испарение хотя бы части конструкции, а не вот такое. Хотя и снижение объема материала так же наблюдалось.


Осталось два корабля пришельцев, которые сумели сбить земные дроны.


— Сколько у нас еще таких ракет?


— Десять, — кратко ответил Гаврош.


— Запускай четыре на ближних, остальные — на дальних.


— Ничего не оставим про запас?


— Смысла нет. Вероятно следовало сразу насытить поле боя всеми дронами, надеюсь в следующий раз будем умнее.


Все промолчали. Никто не хотел думать, что следующего раза может не быть.


То ли чужие сумели настроить логику своих компьютеров то ли в начале землянам просто повезло, но сбить удалось только два ближних корабля, внешние же запущенные в них ракеты сумели уничтожить. Не сказать, что им это удалось легко — карусель была та еще, но сбили. Правда потеряли двух самых первых калек, пострадавших от первых попаданий — они продолжали двигаться наружу, правда скорее всего уже мертвые, но дроны за них зацепились. При этом плазменный экран восстановился, так как чужаки отвлеклись на противодействие дронам. Другие два, которые сумели оторваться в начале боя спокойно преодолели восстановившийся плазменный экран, правда «ползком» — медленно-медленно. Но без особых последствий для себя.


— Жаль, — главглаз вздохнул. — Я уж было подумал, что нам повезло. Похоже у них стоят системы обучения реального времени, да еще и связанные друг с другом.


— Осталось семь кораблей чужаков, а у нас ракет больше нет, только системы ближнего боя.


— Еще были ракеты тоже ближнего действия против метеоритов, но мы их тоже задействовали. Однако чужаки их просто не заметили — без возможности прыгать они совершенно бесполезны против инопланетян, — отчитался Гаврош.


— Что там с боевыми нанитами? — спросил капитан.


— Вокруг корабля образовалось небольшое облако из этих нанитов. Держатся относительно плотно…


— У них там своя распределенная система управления, позволяющая формировать облако заданной насыщенности, которая более-менее может гарантировать, что на враждебный объект их попадет достаточное количество, — пояснил полковник.


— На нас не перекинется?


— Я генерирую вокруг корабля определенное поле согласно спецификации на наниты, ближе к поверхности, которое они не пересекают, а если попали, то деактивируются в нем, — Гаврош схематично показал сказанное: вокруг корабля мерцала легкая красноватая вуаль, чуть дальше — серая, правда вся рваная, больше похожая на разорванную на лоскуты тряпку, из которой кто-то пытался соорудить что-то целостное.


— М-да… — протянул Петр. — не впечатляет.


Гаврош пометил два чужих корабля другим цветом:


— Предположительно, эти двое, что утекли в начале боя, все-таки хватанули нанитов. Их движения слегка отличаются от движений других.


— Выведи на них отдельный поток наблюдения, — сказал полковник. — Нашим разработчикам полезно получить информацию об их созданиях из первых рук.


— Я даже телескоп на них могу навести.


— Это было бы просто замечательно.


Часть виртуальной стены отделилось и в двух окошках появились укрупненные изображения вражеских кораблей. Картинки задвинулись куда-то на периферию.


— Перекинул вам поток.


— Получаем, спасибо.


Внешне корабли ничем не отличались от других таких же, но специалистам виднее.


Все помолчали. Чужаки чего-то ждали или приводили себя в порядок. Образовалось затишье.


— Может нормальную гравитацию вернуть? — Спросил Петр. — Все равно перестали ломать наш домик…


— Не стоит, — покачал головой капитан. — От диверсантов ничего?


— Ничего.


— Не нравится мне это…


И будто сглазил: тишину разорвал резкий звук тревоги, в ближнюю зону внимания резко выдвинулось изображение какого-то коридора корабля, в котором находилось несколько БРОКОМов. Их было два вида — часть в виде жуков или пауков: максимально удобная форма и для стабилизации положения и для быстрого перемещения по любым поверхностям, и в виде шаров с небольшими фиксирующими ножками. Впрочем, все они могли менять свою форму в широких пределах под конкретные нужды.


Так же изображение шло и с камер БРОКОМов. Ближайшая стенка, на которую были направлены большинство камер резко вздулась, выгнулась наружу и лопнула. Буквально сразу же видимость упала практически до нуля — все пространство заполнили вспышки скорострельных минипушек БРОКОМов и пулеметов, взрывы. Часто сверкали подсвеченные Гаврошем энергетические лазерные выстрелы, в основном работающие в невидимом человеческому глазу диапазоне. Все роботы быстро перемещались, их противник видимо тоже. Его собственно было не особо и видно — так, какие-то быстро пропадающие тени.


На отдельной панели Гаврош выделил несколько стоп-кадров, где удалось поймать изображение противника.


— Вы видели когда-нибудь подобное? — спросил капитан, обращаясь ко всем, но в первую очередь к полковнику, находящемуся на Земле.


— Нет. И в базах у нас таких существ нет.


— Гаврош! — отвернулся от него капитан и посмотрел на продолжающуюся бойню, в которой вряд ли бы выжил человек — просто реакции бы не хватило, разве что в последних модификациях боевых экзоскелетов да в боевом психическом состоянии или под боевыми наркотиками. Примерно в таком скафандре, или скафе как их еще иногда называли для простоты, сейчас находился капитан, только в полувоенной модификации. Многие члены команды также облачились в подобные. — Что с броней?


Тем временем один экран БРОКОМа погас.


— Они прошли пеноброню. Не знаю каким образом. Ближайшие прилегающие контейнеры заблокированы, но вряд ли надолго их задержат. Хотя, если учесть, что чтобы забраться к нам им сначала пришлось вскрыть внешнюю броню, что выполняли их корабли, — шансы на какое-то время задержать их есть.


Тем временем погас еще один БРОКОМ, а третий, у которого видимо закончился боекомплект, смог вцепиться во врага и пытался его уничтожить воздействием кислоты, которая распылилась из специальных спел, мощными ударами пиромолота, лезвиями вроде тесаков и распыленными боевыми нанитами.


Петр смотрел на изображение одного уничтоженного диверсанта и испытывал ощущения нереальности и дежавю — этот диверсант больше был похож на какого-то монстра из игрушки или фильма, чем на врага, которого он ожидал увидеть. Все-таки реальность обычно мало похожа на виртуал. Полностью черно-матовая фигура, чем-то напоминающая и насекомое из-за формы шлема, и ящероподобное из-за схожих лап и хвоста, которыми диверсант ловко пользовался как ударным средством, так и как стреляющим оружием — у него оттуда вылетали непонятные светящиеся образования, оставляющие нехилые подпалины на стенах и более глубокие следы на телах БРОКОМов. Ну и стволы были — странно расположенный на голове, на плечах и на предплечьях. Так же какие-то когтеподобные острые наросты, видимо заменяющие лезвия. Сейчас как раз один такой на очень большой скорости фехтовал с БРОКОМом, если это можно назвать фехтованием — быстрое нанесение ударов в разных плоскостях и тупое подставление своего лезвия для защиты. Никаких особых приемов. Просто грубая сила и скорость. БРОКОМ, кстати редко парировал, только когда считал возможный удар опасным, остальные принимал на корпус, который несмотря на броню довольно сильно страдал от этого.


Тут буквально практически одновременно произошел прорыв еще в двух местах. Сценарий сильно не отличался от предыдущего — врагов встретили БРОКОМы, отследившие с помощью Гавроша места вероятных прорывов.


В месте первого прорыва тем временем все было кончено. Все БРОКОМы уничтожены, а из диверсантов остался в живых один враг.


— Пошлите туда еще БРОКОМов, — сказа капитан.


— У нас их не так и много, — ответил Гаврош. — Разрешите мне распределять нагрузку на БРОКОМов и кого куда посылать. Думаю не стоит их отвлекать на этого — видите как замедлены его движения? Мои сенсоры показывают, что на его поверхности активно работают наши боевые наниты. Может и внутрь проникли. С высокой долей вероятности я считаю, что они справятся с ним. Если же что-то пойдет не так, я всегда успею перекинуть туда кого-нибудь. Сейчас он заперт в отдельной зале в то время как остальные комнаты этой секции пусты. Чтобы дойти до следующей ему нужно будет пройти с десяток бронестенок. А оружия я у него не вижу — основное уничтожили БРОКОМы.


Однако его слова прервала ярчайшая вспышка, сразу же выключившая камеры из этой области корабля. Небольшая дрожь даже докатилась до присутствующих. Судя по показаниям сенсоров на месте последнего диверсанта произошел довольно мощный взрыв, который уничтожил четверть контейнера.


— Или подорвался, что довольно странно — не самоубийц же послали, — сказал полковник, за его спиной люди забегали, что-то делая. Он покосился на них, но продолжил: — или сработали наши наниты, повредив какой-нибудь энергетический накопитель.


— Возможно. Пострадавшие? — Игорь Анатольевич покосился на другие экраны.


— Пока нет, — отчитался Андрей Николаевич, за все время с начала атаки не проронивший ни слова — нагрузка на нем лежала очень большая — он занимался безопасностью персонала. — Пока оттягиваем оставшихся людей со следующей за этой секции…


— Капитан! — внезапно встревоженно сказал Гаврош. — Остальные корабли пошли на сближение!


— У нас что-нибудь осталось?


— Нет. Только исследовательские катера без оружия, да противометеоритное ближнего радиуса.


— Значит, встретить их нам нечем, — капитан на мгновение прикрыл глаза.


— Игорь Анатольевич! — тихо позвал капитана Гаврош.


Капитан удивленно открыл глаза:


— Что, Гаврош?


— Мы ведь умрем?


Капитан некоторое время молчал. Петр также не отрываясь смотрел на него.


— Вполне вероятно, — Игорь Анатольевич не стал никого успокаивать.


— Тогда разрешите воспользоваться последним подарком эль Багдади?


Капитан резко выдохнул, переглянулся с главглазом, посмотрел на заинтересованно подавшегося к камере полковника с Земли.


— Почему я ничего о нем не знаю?


— Ну, — засмущался Гаврош. — Он взял с меня слово, что я воспользуюсь им только в крайнем случае. Мне кажется этот случай наступил.


— Так! — Капитан с усилием потер лицо. И повторил: — Так! Используй все, что есть и параллельно докладывай, что там такое у тебя припасено.


— Уже. Это какое-то энергетическое поле. Я его активировал как мне сказали, но внешне никакого изменения пока не вижу. И еще это какие-то гравитационные ловушки. Надо указать направление и расстояние и… собственно все.


— Корабли пока приближаются, — пробормотал Петр.


— Два корабля как и предполагалось видимо повредили наши наниты — они не двигаются. А вот остальные…


— Смотрите!


Два корабля продолжали двигаться, они шли друг за другом на каком-то расстоянии, а вот третий за ними вдруг будто наткнулся на стену — он резко остановился и буквально через мгновение взорвался, сопроводив свою остановку ярчайшей вспышкой.


— Ого! Вы видели? — удивленно воскликнул Петр и глядя на то, как не успевшие проскочить заколдованное место два корабля медленно подбирались к месту взрыва и как потом их слегка отталкивало от невидимой стены, сказал: — Эх, надо было раньше включить!


— Кто ж знал, — ответил Гаврош. Капитан же с неподвижным лицом спросил в воздух:


— Ты понимаешь, что твоя скрытность возможно приведет к весьма трагичным последствиям для нас? А, БУНИК Триста Сорок Восемь?


Через секунду молчания, Гаврош отреагировал, но странным образом:


— Простите меня! Но я ведь обещал ему!


Капитан с Петром переглянулись. Петр незаметно пожал плечами.


— Хорошо, мы об этом поговорим потом, — наконец ответил капитан. — Пробуй разобраться с этими гравитационными ловушками.


— Хорошо, капитан! — повеселевшим голосом ответил Гаврош.


Тем временем два инопланетных корабля, которые успели проскочить барьер, стали трансформироваться, иначе это и не назовешь. Они сблизились, между ними появилась светящаяся связь, сами они приобрели более шарообразную форму и вскоре общая конструкция стала напоминать гантелю, которая вдруг стала раскручиваться.


— Тебе лучше поторопиться, — одним глазом посматривая в космос, а другим — на продолжающийся бой в местах прорыва диверсантов, сказал Петр.


— Активирую.


На экране гантелю дернуло в сторону и она теперь даже внешне закрутилась беспорядочно и по разным плоскостям.


— Сейчас еще раз… — Гаврош замолчал и гантелю бросило в другую сторону. — Никак не подберу параметры дальности и направления — неудобно как-то целиться.


— А как ты это делаешь? — поинтересовался Петр.


На экране появился простой гусеничный транспортный РОКОМ ростом с человека, который обычно использовался в качестве погрузчика или на поверхности астероида или на складе. Небольшая гусеничная платформа, что-то вроде туловища, несколько «рук»-манипуляторов и прямоугольная голова с глазами, смотрящими во все стороны. Ничего особенного, даже до обычного РОКОМа не дотягивает, но очень и очень эксплуатационно надежный. Сейчас он стоял на внешнем контейнере в космосе, намертво прикрепившись поверхности. В своих манипуляторах он держал кусок трубы и направлял ее на далекие точки вражеских кораблей, невидимые с его места. После каждого «выстрела» из дальнего торца трубы вылетало облачко дыма, которое вызывало ощущение, что стреляют кинетическим пороховым оружием.


— Что это? — Петр вытаращился на экран. Даже капитан выглядел удивленным, слегка растеряв свою невозмутимость.


— Ну, она самая. Гравитационная Космическая Чудо-Пукалка Два. Сокращенно ГКЧП-2. Эль Багдади все сокрушался, что у нас нет на складе швабры. Говорит, тогда бы точность была выше, если стрелять из нее.


— Бред какой-то, — Петр помотал головой. Капитан же легко-легко улыбнулся.


— А почему «два»?


— Не знаю… Есть! Попал! — Закричал Гаврош.


Кувыркающаяся гантеля вдруг переломилась в центре и шарики-корабли на ее концах стукнулись друг о друга. Это столкновение привело к сильной вспышке.


— Не понимаю, чего они все время взрываются? — тихо пробормотал Петр.


— Молодец, Гаврош, — поблагодарил БУНИКа капитан, но был им прерван:


— Капитан! Еще два прорыва диверсантов и пропала связь с захваченными секциями!


И действительно часть как виртуальных так и обычных окон на видеостене погасли.


— Андрей Николаевич! — Мгновенно отреагировал капитан. Майор СБ на одном из экранов сфокусировал взгляд на Игоре Анатольевиче.


— Слушаю!


— Уводите людей еще ближе к центру корабля. На основных вероятных местах прорыва диверсантов поставьте усиленные БРОКОМы. Их мало, но усильте их за счет БРОКОМов с менее вероятных путей нападения.


— Есть!


— Гаврош! Отстреливай внешние контейнеры, где предположительно проникли диверсанты. Теперь снаружи к нам вряд ли кто проникнет. — И под легкие толчки корабля из-за мгновенно начавших отрываться от корабля контейнеров, спросил: — Сколько мест прорыва?


— Уже пять. С разных сторон. К сожалению они стали что-то использовать, что глушит нашу связь. Все-таки смогли разобраться с ней! Так что БРОКОМы там одни отдуваются и к сожалению уже не могут обучаться из опыта прочих БРОКОМов — сети между ними уже нет.


— Плохо! — Капитан задумался.


— Капитан! — на одном из виртуальных экранах, глядя куда-то в сторону, сказал Андрей Николаевич. — Судя по всему, мы полностью потеряли секцию Б-четыре и К-восемь. БРОКОМов становится все меньше. Нужны подкрепления.


Капитан посмотрел на Петра. Тот отрицательно качнул головой.


— Подкреплений у нас больше нет… — негромко и медленно произнес капитан и опустил голову. Но через несколько мгновений он поднял ее:


— Сколько у нас людей с экзоскелетами хотя бы уровня Исследователь-три?


Майор чуть дернул глазами на другой экран:


— Тринадцать вместе с вами, капитан.


— У скольких нет противопоказаний на боевые коктейли?


— У десятерых.


— У скольких в деле указано наличие психомасок боевого направления вместе с боевым опытом?


— Почти у всех владельцев экзоскелетов и еще у десятерых членов экипажа.


— Значит так, — капитан медленно встал и оглядел боевую рубку. — Скафандры перераспределить между теми, у кого есть боевые психомаски и нет противопоказаний к боевым коктейлям. Выдать со склада запасное оружие для БРОКОМов — я знаю, там есть, кому не хватит — для них демонтировать его с неисправных БРОКОМов и с катеров. Перепрограммировать всех инженерных РОКОМов на боевое использование, пусть хоть под ногами у противника мешаются. Гаврош, это на тебе.


— Есть!


— Максимально уплотнить людей в центре корабля, защитников в экзоскелетах поставить по внешнему периметру в качестве последней линии обороны с учетом направления движения диверсантов. На УНИКИ защитников скинуть тактические модели поведения с учетом опыта, накопленного сетью БРОКОМов. Гаврош и Петр — это снова на вас.


— Есть!


— Вопросы?


— Скорее не вопрос, а предложение, — сказал майор и посмотрел на главглаза. — Петр Иванович, у вас же есть боевой опыт работы в условиях насыщенности поля боя БРОКОМами противника и мастерская степень по владению энергетическим, пулевым и холодным оружием?


Капитан с удивлением посмотрел на сидящего рядом с ним человека, о котором как оказалось он многого не знал. То, что это знал майор — понятно, ему положено по должности. Но все же, удивительно.


Петр же тем временем серьезно кивнул.


— Правда опыт немного устарел, но он есть.


— Тогда это вам. Справитесь? — В открывшуюся дверь вкатился почтовый шар, остановился рядом с главглазом и раскрылся. На столике лежали на первый взгляд обычные плетки, свернутые в кольца. Две штуки. — Да, это то, что вы подумали — силовые плети.


— Откуда они у вас? — осторожно притрагиваясь к простым, но даже на дилетантский взгляд эргономичным рукоятям, спросил Петр.


— Об этом я расскажу вам как-нибудь в другой раз. За чашкой чая.


— Договорились, — кивнул Петр и уверенно взял в руки странное оружие. — Обязательно. — И, повернувшись к капитану, сказал:


— Тогда я на самое опасное направление.


— Это к нему, — капитан показал взглядом на майора. — Там уже он командир.


Петр кивнул и пошел на выход, неся в руках необычное оружие.


Капитан окинул взглядом рубку, в которой им пришлось отражать нападение. Хотелось бы думать, что все это было не напрасно.


— Гаврош?


— Да, капитан?


— Каков твой прогноз на события снаружи?


— Близко к ста процентам — там все закончилось. Оставшиеся недобитки конечно еще могут что-то пытаться сделать, но судя по всему пока они не поймут, что это за защитный экран, что нас закрывает, вряд ли будут пытаться сильно налегать. Кроме того, у нас еще остались гравитационные ловушки, так хорошо нам помогшие.


— Тоже так думаю, — кивнул капитан и мельком глянул на полковника с земли, который тоже кивком обозначил свое согласие с мнением Гавроша. — Что по внутренней ситуации?


— Вот здесь все не очень хорошо, — в голосе Гавроша появились интонации сожаления. — Несмотря на то, что первый бой мы выиграли, вернее задержали первый прорыв, сколько их еще осталось по разным направлениям, мы не знаем. Однако если грубо прикинуть по первому бою количество диверсантов в группе прорыва, то их раза в четыре больше, чем оставшихся БРОКОМов. А эффективность противостояния, или скажем размен идет примерно один к полутора. Правда наше преимущество, хоть и небольшое, как я считаю, связано с тем, что наши БРОКОМы имеют эффективные алгоритмы группового взаимодействия и распределения целей. Но как сейчас с этим дела обстоят, когда диверсы стали глушить связь, я не знаю. Может БРОКОМы справляются с этим, все же РЭБ в них хорошая стоит, а может и нет, если судить по тому, что каюта за каютой выключается из общего мониторинга. Ну и БРОКОМов у нас очень мало осталось.


Капитан помолчал, потом повернулся к полковнику:


— Делать тут кажется больше нечего. Остался последний ресурс — мы сами.


— Ваше решение обосновано и одобряется. Мы тоже не видим других вариантов.


— А может вызвать эль Багдади? — вмешался Гаврош с неожиданным вопросом.


Капитан с полковником переглянулись и одновременно усмехнулись. Ответил полковник:


— Ты слишком сильно уповаешь на силу, предсказать поведение которой практически невозможно. Он может помочь, а может и нет, только хуже будет. И это «нет» сильно перевешивает. Понимаешь?


— Не очень, — обиженно буркнул Гаврош.


— Ну тогда просто поверь, времени тебя переубеждать нет. Разве что если положение совсем уж станет безвыходным, можешь попробовать — тогда вряд ли уже хуже будет.


Капитан пошел к выходу и рубки, одновременно отдавая последние распоряжения:


— Полковник, общее руководство за вами, после меня. Как только я стану недоступен или занят, все вопросы решаете вы.


— Может все-таки просто отдадите свой скафандр другому?


— Смысла нет. С управлением боем справится и наш майор вместе со мной и Гаврошем. А если связь пропадет, как это и происходит сейчас, мне надо быть среди своих. Кроме того, у нас больше не осталось тех, кто может управлять скафом и при этом имеет в наличии боевые психомаски вкупе с боевым опытом. Остальных уже всех привлекли. В общем, я лучше подхожу.


Дверь открылась и рядом с капитаном остановился транспортный шар, раза в два больше почтового. Раскрывшись, он явил взору присутствующих довольно большой агрегат с толстым стволом, намекающим на его боевое применение. Капитан активировал сервоприводы и легко поднял его, рассматривая со всех сторон.


— Гаврош, что там с гравитацией? По датчикам сейчас где-то треть от нормы. Но боюсь, что при использовании этого аппарата, такое ее низкое значение будет сильно мешать. Да и справится ли сцепление скафандра с поверхностью? Не оторвет отдачей?


— Нет, капитан, в этом гибридном пулемете очень хорошая система стабилизации выстрела. Ну и его собственной массы вполне хватает, чтобы компенсировать остатки. Вы даже ничего не почувствуете! А пятьсот тысяч шариков из нитория — сверхплотного материала, вполне неплохо помогут справиться с диверсантами. По крайней мере их броня, судя по первым записям, очень плохо переносит попадания из подобного оружия.


— Хорошо, — капитан быстро разобрался с аппаратом и положил его себе на плечо — несмотря на сервоприводы, помогающие справиться с большим весом, так было удобнее нести. — Так, Гаврош. Команды полковника с текущего момента для тебя имеют такую же силу, как и мои. Вплоть до разрешения конфликта или особого распоряжения.


— Принято, — вздохнул Гаврош.


Капитан еще раз осмотрелся, кивнул полковнику — тот в ответ отдал честь — слегка хлопнул ладонью по косяку двери и вышел.


Пока дверь не закрылась, до полковника и Гавроша донеслось:


— Андрей Николаевич, принимайте нового бойца. Где мое место?

* * *

К сожалению все было намного серьезней, чем можно было предполагать и хуже, чем Света надеялась. Уже стали поступать первые пострадавшие пациенты. Пока еще случайные и не сильно раненные — от нечастых взрывов кое-где стали смещаться блоки оборудования, придавив несколько человек. Пониженная гравитация не особо спасала, скорее сбивала с толку, заставляя неверно оценивать положение объектов, их вес и движение, что и вело к травмам в нестандартной ситуации. Один человек пострадал от каких-то газов, двое попали под «ноги» быстро меняющих позицию БРОКОМов. Бестолковость отдельных личностей никто не отменял. Но все говорило за то, что скоро пойдут и боевые раненые. Хорошо бы только раненые!


К сожалению, как видно было по онлайн-карте боевых действий, медицинский центр располагался не совсем в безопасном месте — ближе к краю аморфного внешнего спрута, пытающегося всунуть свои ножки внутрь защищаемого круга, который давно уже не был кругом. Это вызывало страх, но поделать ничего было нельзя — медоборудование быстро переместить было нельзя. Да и не быстро тоже нельзя — многое было фиксировано «намертво».

* * *

Петр Иваныч или Петр или просто Главглаз, стоял в большой зале, ранее использовавшейся для проведения каких-то общественных мероприятий, на которых необходимо было личное присутствие. Часто тут проводили даже танцы! Это все были рекомендованные психологами мероприятия. Сейчас зал был пуст. Из-за стен доносились удары, пулеметные очереди, порой цокающие звуки по ближайшей броне-стене отсека.


Петр стоял в центре комнаты, прислушиваясь и пытаясь уловить по обрывочным прорывающимся через помехи кускам информации, что происходит за стеной.


Впрочем, это он делал в фоне. В основном он готовился к бою. Боевые стимуляторы вот-вот пойдут в кровь, боевая психомаска проверена (есть методы) — за прошедшие годы после службы не растворилась в сознании, не стерлась и сейчас готова к применению. Да и поддерживал он ее в активном состоянии, периодически посещая медцентр. Осталось только дать сигнал на ее активацию. Как-то давно, когда он только поступил в погранслужбу и для него психологи подбирали нужный образ, неожиданно оказалось, что лучше всего для него подходит образ безэмоционального БРОКОМа человеческой формы, у которого в руках находятся гибкие силовые лезвия. Под этот образ и подобрали для него оружие — как раз тогда только появились силовые плети — очень специфическое оружие, но очень эффективное в ближнем бою. При правильном использовании даже БРОКОМЫ могут спасовать против мастера.


Петр шевельнул кистями. Вызванная движением волна прошлась от его рук и до самого кончика оружия, расположенного от мужчины в шести метрах. Причем длину хлыста можно было менять прямо в процессе работы, но это уже для мастеров и именно таким был Петр.


— Ну вот и все, — пробормотал главглаз, услышав, как жалобно заскрипела бронестена.


Прикрыв глаза, он стал активировать свою боевую психоматрицу, а в шею кольнуло — в кровь пошли боевые стимуляторы, увеличивающие реакцию, внимание и чувства.


Ровно через пятнадцать секунд мужчина открыл глаза. Сейчас за прозрачным стеклом шлема находилось высеченное будто изо льда лицо, в котором не отражалось никаких изменений и эмоций. Только глаза жгли прозрачной вечностью. Минус от года до трех биологического возраста в зависимости от активности использования этой сцепки — психомаски и боевых коктейлей. Но ведь и использовали их только в крайних случаях.


Стена издала последний жалобный стон и просто порвалась по центру. Внутрь зала из отверстия сразу же попыталась выпрыгнуть какая-то бестия. Два мелькнувших просчерка легко отрезали конечность с каким-то оружием и оставили черный след поперек тела.


Это лишь на мгновение задержало вторженцев и вдруг они полезли внутрь скопом. Если бы там были люди, то внутрь вероятно полетели бы сначала какие-нибудь гранаты и иные средства поражения, но здесь была другая логика.


Практически все диверсанты были уже сильно попорчены предыдущими противостояниями с земными БРОКОМами, да и осталось их в этой партии не так чтобы много, но не было похоже, чтобы их это сильно смущало.


Петр не очень боялся стреляющих возможностей врага — он уже проанализировал полученные данные и понял, что и реакция диверсантов уступает его, когда он находится под психомаской, и скорость движения выпускаемого боеприпаса сильно меньше пулевого земного. Кроме того, Гаврош отдельно подсчитал поражающую способность такого оружия на основе данных БРОКОМов и ТТХ его плетей — ими без проблем можно было сбивать летящую смерть.


Закружилась, завертелась смерть в зале. Воздух разрывали сполохи выстрелов и гибкие тускло светящиеся следы от плетей. Пространство заполнила специальная смесь, экстренно подготовленная лабораторией землян, рассеивающая энергетические выстрелы еще одного оружия диверсантов, делая его почти бесполезным. А дымка от этого средства кроме того снижала и визуальную способность всех, попавших внутрь.


Петру это, впрочем, не сильно мешало. Он врагов не то, чтобы видел, скорее чувствовал. Разогнанный мозг собирал картинку не только через глаза, но и посредством остальных чувств, которым не мешали даже надетый скафандр. Собственно, бойцами такого уровня становятся не совсем обычные люди, а обладающие хотя бы минимальными способностями Одаренного.


Несмотря на довольно большой перерыв после службы и вполне мирную работу после, способности у Петра работать в таком режиме к его радости остались. Понятно, что нормальный человек не будет ими пользоваться в обычной жизни, так как они собственно эту жизнь и сокращают, но если возможно предстоит умереть, то почему бы и не умереть красиво и достойно?


Плеть захватила насекомоподобную голову и перевернула тело диверсанта вверх ногами, прикрыв Петра от очередного выстрела другого диверсанта. Этот уже не встал — то ли его боевой скафандр был поврежден плетью, то ли свой же достал. Другая плеть подсекла ноги следующего диверсанта, почти оторвав одну, а Петр одновременно выгнулся назад, пропуская над собой веер светящихся шариков оружия следующего врага.


Кто-то попытался прорваться в ближний бой, видимо считая, что так у него будет больше шансов, однако танец плетей — не просто удары, но и защита, почти полностью прикрывающая своего хозяина. Петр находился спиной к этому шустрику и вроде бы не должен был видеть рывок противника, но плеть казалось была вездесуща и шарик на кончике плети из нитория в конце своего движения приобрел такую скорость, что просто пробил переднюю часть шлема противника, и тут же выскочил обратно, а за ним брызнула какая-то жидкость, пытаясь достать и хотя бы испачкать принесший смерть предмет.


Этот танец продолжался долго — одна минута и сорок пять секунд. Но в конце на ногах остался только один танцор — Петр. Остальные шесть диверсантов остались лежать на полу зала для танцев. Кто почти целым, а кто-то и по частям.


Главглаз осмотрелся, тряхнул плетями и хлысты частично спрятались в рукоятках. Слегка пошатываясь, он отправился к выходу.


— Тут чисто, — доложил он. — Мне в медотсек на пятнадцать минут надо и коктейль номер ХА-сорок пять-ВГ, иначе я больше не боец, — в голосе отчетливо чувствовалась усталость и хрипота.


— У меня все готово, — откликнулась главврач корабля.


Петр вдруг остановился, постоял немного и рухнул, потеряв сознание — слишком долгий перерыв был у него, да и организм вышел из своего пика давным давно. Последней мыслью главглаза было: «Все-таки надорвался».

* * *

А совсем в другом месте корабля, для устойчивости широко расставив ноги, стоял Игорь Анатольевич и короткими очередями поливал из пулемета пространство длинного коридора перед собой. Все-таки отдача у оружия была довольно высока и приходилось делать усилие, чтобы удерживаться на ногах. И сервоприводы не особо помогали в этом деле. Этот коридор уже был чуть ли не заполнен уничтоженными БРОКОМами и диверсантами. Рядом лежал убитый напарник капитана, кажется он был из инженерной секции.


Сам капитан тоже был ранен, что значительно снижало его мобильность. Тем не менее он пока держался, резко перемещаясь по помещению и не подпуская врага к себе. Сзади проявилось движение, через сферический обзор капитан увидел РОКОМ, который стал вытаскивать с поля боя убитого.


Капитан упал и перекатился — на том месте, где он только что был вспухли яркие вспышки.


К счастью, в военное время ему удалось попасть в специальные части, где индивидуально подбирали и ставили только появившиеся тогда психомаски и это ему сейчас помогало. Но к несчастью это было очень давно, а он, сам по убеждениям сугубо мирный человек, не удосужился поддерживать маску в рабочем состоянии — для этого надо было периодически посещать военное ведомство и его медицинскую часть. Вот и отдается это сейчас — скорость хоть и увеличилась, но ненамного, общее психическое состояние под психомаской — разбалансированное, что собственно и привело к получению раны.


Внезапно перед капитаном появился один из диверсантов — и как только смог прорваться? Игорь Анатольевич успел рывком откатиться и снизу в движении пустить очередь из пулемета прямо в шлем диверсанта. С такого расстояния он не промахнулся да и скафандр врага не выдержал — голова его лопнула как арбуз. Рухнул он рядом и даже задел капитана.


Игорь Анатольевич слегка покряхтел, пытаясь встать, но почему-то ноги не чувствовались. Он приподнял голову и через сферический обзор увидел, что у него из спины торчит большой тесак, который пробил скафандр и перерубил ему позвоночник. Стимуляторы не пропустили боль до мозга, но дело было плохо. Да и картинка перед глазами поплыла, но капитан успел заметить двигающиеся впереди тени и уже теряя сознание сильно сжал ладони рук, от чего пулемет захлебываясь стал стрелять без остановки, выпуская весь оставшийся боезапас. Диверсанты отхлынули обратно, потеряв еще одного своего. Пулемет продолжал неприцельно стрелять даже тогда, когда капитана с поля боя потянул появившийся гражданский РОКОМ.


Он тянул капитана, у которого в спине торчал огромный тесак, а пулемет подпрыгивал по полу и стрелял во все стороны, но больше все же — в направлении противника. Только на выходе из секции он замолчал. После эвакуации погибших и раненных секция была запечатана, то есть оставлена за нападающими. Защищать этот сектор больше было некому.

* * *

— Гаврош! — Светлана устало выпрямилась. — Почему не несут Петра Ивановича? Он должен был быть здесь еще три минуты назад!


— Увы, но некому его доставить. Гражданские РОКОМы тоже закончились. Я как раз отправил за ним того, что притащил капитана, но его достали случайным выстрелом.


— То есть он там так и лежит?


— Да…


— Из мужчин что, некого послать? — ядовито спросила она. — Нас тут не одна сотня людей все-таки!


— Все сугубо гражданские, без брони, без навыков стрельбы и без боевых психомасок. И даже если в армии стреляли, это тут не особо поможет — с диверсантами можно справиться только встав на уровень с ними. Хотя бы. Те, кто еще может что-то делать — прикрывают вас как могут. И вообще зря вы ругаете мужчин — человек пятьдесят уже строят баррикады в нескольких местах и укрепляют переходы. А там, где находится Петр Иванович хоть и тихо пока — он кажется перебил там если и не всех, то бОльшую часть диверсантов, но неизвестно сколько там их и поэтому там пока очень опасно. Отправлять кого-то одного или даже двух без боевой поддержки — только отправить их на верную смерть.


Светлана покусала губы, думая о чем-то своем.


— Что, совсем никого?


— Увы.


Девушка посмотрела на лежащих в капсулах раненных людей. С капитаном тоже справилась, хоть он в коме сейчас, но в лечебной. Может и выживет, если до них не доберутся нападающие. Она перевела взгляд на помощников, суетящихся у капсул и приняла решение.


— Оля! Остаешься за главную. Подготовьте еще один бокс.


— Хорошо, Светлана Николаевна, — кивнула первая помощница и первая красавица после нее.


— Это не очень хорошая идея, — сказал Гаврош.


— Проложи мне безопасный маршрут, — не слушая его, девушка быстро нацепила на себя мобильный реанимационный комплекс, который полностью поместился за спиной и решительно двинулась на выход.


Дверь пшикнула, раскрываясь и до Светланы донесся далекий стрекот и шум боя. Буквально мгновение помедлив, девушка побежала за появившимся перед глазами указателем.

* * *

Все-таки глупая это была идея, — угасающим сознанием, подумала Светлана. До Петра Ивановича она почти добежала. Но в таких случаях «почти» обычно стоит жизни. Вот и ее жизнь похоже закончилась.


Она уже видела лежащее на полу тело главглаза, когда рядом мелькнула какая-то тень и она почему-то покатилась по полу. Остановилась и с ужасом увидела, что рядом, прямо перед лицом лежит нижняя часть ее тела, из которой на пол вытекала кровь и содержимое кишечника. Отвратительно запахло.


Рядом с глазами по полу стукнул серый хвост и странная тень осторожно и медленно стала удаляться.


В области зрения мелькали какие-то сообщения, пискнул УНИК, активируя оставшимся целым реанимационный комплекс, но так как он не был положенным образом развернут, выплеснувшимся из него нанитам только удалось залепить нижнюю часть обрубленного тела, чтобы остановить отток крови, но все равно этого было мало. Давление упало, крови стало меньше, сердце с трудом проталкивало по оставшимся каналам кровь в мозг, но и этого явно было не достаточно. Почему-то сознание девушка не теряла, и ее взгляд прикипел к своей же руке, лежащей рядом с лицом. Буквально в десятке сантиметров насмешливо сверкало подаренное колечко. На ум пришли слова «три раза стукнешь и я помогу». Только руки не двигались, чтобы стукнуть — видимо позвоночник был поврежден в нескольких местах.


Из глаз текли слезы, но Света их не замечала. Вдохи становились все реже и все поверхностней, область видимости все сужалась и сужалась, пока не осталась сверкать одна точка — камешек. Вскоре и он погас.

* * *

Андрей Николаевич отдал последние распоряжения. Все. Больше он тут не нужен. С печалью окинув взглядом построенные баррикады, он посмотрел на людей, которые выбиваясь из последних сил, перетаскивали тяжелую аппаратуру, разбитых РОКОМов и прочий тяжелый хлам, создавая баррикады. Надежды на них было мало, но ничего не делать тоже было нельзя. Враг пришел опасный и непримиримый — явно его целью было уничтожение людей. А за спиной оставались женщины и совсем уж не приспособленные к работе руками ученые-мужчины. Рвались, рвались они сюда, но он не позволил — толку чуть, а так хоть проживут подольше.


В этом тоже смысла не было — никто на помощь им не придет, просто неоткуда. Но не сдаваться же, опустив руки?


Все что мог, он сделал. Больше никаких вариантов не предвиделось. Если падут эти баррикады, то это будет совсем конец. Больше придумать ничего нельзя. Последнее, что он мог сделать для людей — дал команду БУНИКу, если уже никакого выхода не будет и останется только умирать — распылить в секции с гражданскими смертельный газ. Если умирать, то пусть умрут легко.


Вот замолчал последний пулемет, а на тактической карте погасла зеленая точка. Скоро диверсанты будут здесь. Как показала практика, после уничтожения последнего защитника, они почему-то не сразу бросались вперед, а наоборот сначала выжидали какое-то время, а потом медленно и осторожно начинали выдвигаться. Это давало время подготовиться запечатав двери или послать на это место нового бойца. Их было мало, а направлений атак — много, так что их не хватало. Вначале-то все было наоборот, но теперь ресурсы таяли и в первую очередь людские.


Майор подошел к столу, на котором лежали два пулемета. Эти он оставил для себя. Вот и их время подошло.


Активировав сервоприводы, он взялся за наскоро приваренные к пулеметам рукоятки — все-таки они были сняты с БРОКОМов и изначально не предназначались для использования людьми. Работу сервоприводов слышно не было, но с левой стороны почему-то доносился нестандартный звук, хотя система показывала, что все в порядке.


Пару раз подняв их на уровень плеч (так легче было передвигаться) и выбросив вперед в воображаемой атаке, он остался удовлетворенным.


— Алексей! — повернулся он к старшему из научников не только по должности, но и по возрасту — за полторы сотни. Тот молча смотрел на него, понимая ситуацию. — Ну, бывай. Даст бог — свидимся. Как только я уйду — намертво блокируй двери.


Тот подошел к майору и обнял его.


— Обязательно свидимся, Андрей Николаевич. Не здесь, так на том свете.


Легко перебравшись через баррикаду, майор пролез в оставленную узкую щель в двери, которая за ним сразу же закрылась. Теперь точно все. Назад пути нет.


Разбежавшись, майор прыгнул и еще в воздухе начал стрелять по мелькнувшим теням. Двоих срезал сразу, а третьего сшиб ногами, приземлившись на него и в упор расстреляв прямо под ногами. Вокруг взорвались несколько гранат, автоматически отстреленных УНИКом. От взрывов вокруг поднялся туман, в котором стали вязнуть энергетические выстрелы противника. Так же были распылена новая порция нанитов, но они почему-то в последнее время стали плохо помогать.


Упав на спину, майор очередями из обоих стволов в упор располовинил одного из диверсантов, вскочил, принял на спину удар клинком другого диверса — левый поврежденный сервопривод завизжал от перегрузки, но продолжал давать тягу. Ударом ноги назад отправил того полетать, закрутился вокруг себя, поливая пространство длинными очередями — УНИК показал слишком большое количество противника. Трое отлетели в сторону, но в одно и то же место в его коленную чашечку прилетело несколько вражеских снарядов и скафандр не выдержал, нога подломилась.


Упав на колено, майор продолжил стрелять, но кажется ни в кого не попадал — или тени стали двигаться слишком быстро или он превысил порог своего организма и стал сдавать несмотря на боевую психомаску и боевой коктейль.


Вторая нога тоже от удара сломалась в колене, мощные удары выбили из рук у него пулеметы.


Майор тяжело дышал, а по подбородку текла кровь из прокушенной губы и из носа. Капилляры в глазах тоже полопались, превратив их в красные провалы.


Сквозь плавающие в глазах пятна он увидел, как перед ним остановилась тень. Диверсант присел на корточки и приблизил свой шлем к шлему майора. Черная поверхность протаяла и на человека посмотрела морда инопланетянина. Зачем он это сделал? Может хотел посмотреть в лицо своего врага? Поймать его взгляд? Внушить ужас? Или наоборот увидеть, что выражает перед смертью лицо хорошего воина? Кто знает.


Но майор этого не видел, только тень перед собой — в глазах мелькали кровавые пятна и светляки. Тем не менее сил у него хватило на то, чтобы пробормотать ключ-активатор и представить вторую часть ключа — сломанную пополам молнию. Обычно всем сотрудникам СБ, работающими «в поле» или имеющими высокие должности, внедряют психо-код «последний шанс». Не в том смысле, что тот, кто им воспользовался, получает шанс на выживание. Совсем наоборот — он дает шанс умереть, но с пользой делу. В последнем рывке организм концентрирует все силы и дает человеку возможность сделать последний шаг. После него у организма просто не остается никаких сил и мало кто после этого выживает.

  «Все мы, все мы в этом мире тленны,
  Тихо льется с кленов листьев медь…
  Будь же ты вовек благословенно,
  Что пришло процвесть и умереть.»

Вены на шее у майора вздулись, потекли по спине, на руках мышцы уплотнились. Медленно разведя их в стороны, майор на мгновение замер, будто раздумывая, а потом выдохнул, перекачивая всю доступную энергию организма в руки, которые как гидравлический молот стукнули кулаками друг о друга. Жалобно пискнули ручные сервоприводы, не успевая за сигналом и ломаясь. Сердце же у майора остановилось, разорванное от дикой нагрузки.


В полупустой комнате стояли несколько теней и смотрели на пол, где лежали трупы их товарищей, командир их группы и странный человек, который последним ударом размозжил ему голову. Вместе с бронешлемом.

* * *

Последние пятнадцать диверсантов в этой группе, осторожно двигались к очередному проходу, как и все предыдущие — заблокированному. Двигались они осторожно, так как уже убедились, что люди непредсказуемы и совершенно не такие, как им говорили. Хотя возможно это были такие специальные боевые особи, что по скорости могли сравниться с ними, и нанести большой вред. Да и какой вред! Вон, уже сорок из их группы уничтожены!


Они приблизились к той двери, за которой системы мониторинга показывали наличие людей. Остановились и прислушались.


Внезапно сзади-слева раздался далекий лязг раскрывающейся переборки. Где-то за две секции от них. Тени перераспределились и замерли. Через некоторое время раскрылись боковые двери и в зал вкатился очень неуклюжий и примитивный робот на гусеницах. В манипуляторах он держал обломок какой-то трубы — системы мониторинга не показали ничего опасного. Ни кинетики, ни энергетики. Отвлекаться на него не было совершенно никакой необходимости, но уничтожить на всякий случай следовало.


Робот замер, оглядел тени и сказал голосом Гавроша:


— Вот я до вас и добрался, твари! Получите!


Робот направил на диверсантов трубку и из нее вылетело облачко тумана. Диверсанты среагировали вовремя и выстрелили в ответ, но было уже поздно. Внезапно образовавшиеся мощные гравитационные вихри закрутили воздух, диверсантов. Жалобно застонали стены, лопаясь и скручиваясь в странные конструкции. В воздухе летали части механизмов, диверсантов и стен. Несколько секций вдаль вместе с этой просто перестали существовать как понятие. Вместо этого там были непонятные джунгли из закрученных бронеплит.


— М-да… — пробормотал Гаврош. — Это я лихо. И это минимальная мощность! Ну ладно, людей главное там рядом не было. Надо к следующим двигаться… Ой! Что такое?


Старый робот попытался поехать, но разорванные от выстрелов диверсантов гусеницы просто прошлепали по каткам и остались позади. РОКОМ остановился.


— Ну что за невезуха!? Всего один выстрел! И что мне делать? Нет, вы что хотите делайте, хоть разжалуйте меня в управдомы, но это не дело — людей убивать! В общем, я звоню эль Багдади! Если будут ругаться — попрошу его заступиться или забрать к себе!


Элхор


Веганец летал вокруг корабля землян и про себя проклинал всех этих орионцев, эриданцев и прочих неприятных членов Комитета, допустивших подобную бойню. Несколько раз он был на грани срыва, но одна мысль, что их полностью отлучат от этой системы, а сестра вряд ли это переживет без особых психологических проблем, останавливала его.


Но сидеть сложа руки он не мог и не хотел, да и сестра бы не поняла его. Земляне вначале очень неплохо даже справлялись с проблемами. Очень интересное у них оружие появилось. Элхор лишь иногда, когда это можно было сделать незаметно, подталкивал энергетические системы Серых и эриданцев в зону нестабильности, в результате чего они взрывались. Причем выглядело это так, будто это земляне их достали.


В отличие от землян орионцы и эриданцы умирали тихо и незаметно, почти не оставляя в ментальном и информационном пространстве ни следов, ни предсмертных всплесков. Собственно, они были одними из самых слабоэмоциональных космических рас. А Элхор, в общем-то, имел военное образование, как бы странно это не звучало при всей их психоэмоциональной и ментальной восприимчивости. А общество у них устроено таким образом, что его действия поддержат на родине без всяких дополнительных объяснений. Во-первых, раз ему позволили тут находиться, значит, все его действия заранее одобрены, а во-вторых, ему и объяснять ничего не потребуется — только скинуть на всеобщее обозрение слепок памяти с его ментальными и психоэмоциональными переживаниями и мыслями о происходящем. Он был уверен… Нет, он точно знал, что после этого никто больше не задаст ему никаких вопросов, а лишь молча одобрит его действия.


Все стало хуже, когда Серым удалось высадить свой десант. Это были специально выведенные биологические существа, созданные только с одной целью — быть боевыми пешками. Интеллект у них был довольно низкий, но зато заточенный на войну, поэтому в тактическом плане они очень хорошо справлялись с задачами — брать на абордаж космические объекты (увы, но кое-где в космосе войны — обычное дело), управлять боевыми аппаратами и так далее.


Здесь уже Элхор мало чем мог помочь, не засвечивая себя, так как был уверен, что за происходящем тут наблюдают не одни глаза Комитета. И то, что он их не видел, ещё ничего не значило. И вообще, веганец не был уверен, что его действия тоже остались без внимания, но он очень надеялся, что некоторые методики воздействия на материю, разработанные ими, веганцами, недоступны для мониторинга даже высшими по развитию расами.


Очень больно ему было чувствовать смерти людей. Но то, КАК они умирали — наполняло его гордостью, смелостью и бесшабашной уверенностью, что смерти нет. Это было все внешнее, не его, но меняло его, и он чувствовал, что оно делало его лучше. Он уже давно не стирал слез с лица, не замечая, что шепчет про себя стихи их великого поэта, посвященные прошлому их расы.


И вот наступил момент, когда он понял, что его бездействие, боязнь какого-то Комитета, что о нем подумают другие — это все совершенно не важно. А важен лишь он, его отношение к жизни, и не только своей. Важны его решения, которые он принимает осознанно, понимая и принимая все их последствия.


Как только он принял решение, его тело покрылось темно-матовой броней микронной толщины. Она натекала, начиная с ног и заканчивая головой. Элхор даже не моргнул, когда псевдо-жидкость брони покрыла его глаза. Впрочем, там сформировался другой слой, необходимый для взаимодействия посредством зрения.


Небольшой кораблик подлетел к кораблю людей, к месту, на фоне общей структурированности поверхности корабля выделяющемуся отсутствующими огромными секциями, отстреленными людьми, и прицепился рядом с проделанным диверсантами отверстием. Спустя мгновение промелькнула практически невидимая тень и скрылась в отверстии. Сам кораблик находился под максимальной маскировкой и его вряд ли можно было бы отследить даже системами мониторинга высших рас.


Глава 9

Ник


Передо мной развернулся виртуальный экран связи, и в нём появился пацан в кепке: именно так я представлял Гавроша и именно такой дал ему вид в болталке.


Мальчишка удивленно вытаращился на меня и, помявшись немного, спросил:


— Эль Багдади?


— Я это, я, — сказал я и, вспомнив, что показывался ему совсем в другом образе, на мгновение показал ему рожу противного старикашки. Вернее, великого волшебника всех времён и народов.


— Уф! — облегчённо вздохнул Гаврош. — А я уж подумал…


— Проблемы? — спросил я.


— Да. Тут людей убивают.


— В смысле? — опешил я.


— Ну, инопланетяне все-таки напали на нас, — затарахтел он. — Пришлось использовать твой прыжок. Потом они нас все равно нашли и снова напали, только теперь большими силами, и высадили десант. Ну, мы стали защищаться, но…


Пока Гаврош говорил, я быстро нашел несколько инфомагических меток, которые создал в разных помещениях корабля при его посещении, быстро привязал к ним камеры и включил их. М-да… Пустые коридоры и комнаты. В одном месте на полу кровь. Разбитое оборудование. О! А это кто тут?


Какие-то странные фигуры, больше похожие на персонажей фильмов ужасов: слегка сутулые, скафандры черные, что-то с них местами свисает похожее на бахрому, шлем похож на приплюснутый череп черепахи, что ли… Они что-то делали в комнате, раньше, видимо, бывшей зоной отдыха. Человек десять… Хм… Штук десять особей сидели на корточках у стены, а двое возились у противоположной стены рядом с дверью. Вот они отошли к другим. На стене секунд за пять расплылось красное пятно диаметром в два метра. Один из них направил на пятно какое-то оружие, наверное, и выстрелил. Туда что-то воткнулось, и по поверхности побежали извивающиеся линии. К стене подошёл второй с каким-то предметом и воткнул его в центр торчащего предыдущего снаряда. Раздался какой-то мерзкий звук, и по центру металл стал прогибаться наружу. Процесс был небыстрый, но шёл вполне себе бодро.


— Что это?


— Где?


Я скинул Гаврошу картинку.


— А, ну это как раз напавшие и есть. Стены пробивают.


— Я вроде их укреплял, не должны так легко поддаваться, — пробормотал я.


— Это так, и я действительно потом тестировал — материал стен очень серьезно усилился. Но при сильном нагреве, при изменении кристаллической решетки материала, укрепление практически сводится на нет.


— Вот как.


Я сформировал по месту расположения камеры, вернее её информструктуры, самонаводящееся по аурам живых существ плетение, кстати, из демонского наследия — почему-то мне кажется, что его называли «огненным танцором» — ну просто в голову пришло посмотреть, что оно сделает, — и выпустил его в комнату.


Мелькнуло что-то, слегка искажающее картинку (тепловая разница воздушных слоев), и остановилось по центру комнаты. Странно. Посмотрел настройки — ха! Он просто не видит аур. Прикольно, видимо скафандры у них хорошо экранируют излучения тела. Ладно, пока сделаю на скорую руку, а там видно будет.


Воткнул вместо определителя аур блок визуального анализа, загнал тестовый образ, проверил, как движок распознавания, по функционалу напоминающий нейросеть, отрабатывает, и снова запустил плетение в актив.


Вот теперь дело хорошо двинулось. Напрямую-то я этих перцев не видел, кроме как визуально. Информструктур их тоже. Можно было бы, конечно, как-то переместиться туда точкой восприятия, но это не отработано, да и ново. Поэтому вот так: через промежуточные средства, типа самонаводящихся плетений, уже проявившихся в локальной реальности. А самому прыгать прямо туда, в толпу непонятных существ — нафиг.


Впрочем, силу «танцора» я переоценил. Несмотря на то, что одно из существ свернулось клубком под действием высокой температуры (странный эффект), оно было еще живо. Хотя непонятная бахрома у него красиво обгорела. Остальные существа распределились по стенам и молча смотрели на слегка подрагивающего собрата.


Так, ладно. Это интересно, конечно, но надо дело делать. Не знаю, правда, ещё какое, но надо. Подкинув в комнату корабля ещё с десяток «танцоров», правда оснастив их ещё и другими игрушками уничтожения, не выключая, отодвинул экран в сторону, на периферию зрения.


Огляделся и резко засвистел. Сергей с Катей, крутящие сальто с помощью подаренных летательных устройств (кстати, освоили их чуть ли не с полпинка), остановились прямо в воздухе и посмотрели в мою сторону. За их спинами воздух радужно переливался — почти невидимые крылья легко удерживали детские тела в воздухе. Я махнул рукой, подзывая их.


Гаврош всё это время продолжал рассказывать о том, что происходило, что он делал, что выполнено, а что не успели.


— Не понял, а зачем смертельный газ-то пускать при неизбежном поражении? — удивился я.


— Не знаю. Но почему-то с Земли приказ отменили через меня и приказали не сообщать об этом капитану и майору безопасности.


— Ладно, а чего меня сразу не позвал? Может, придумали бы чего…


— Ну… — Гаврош сдвинул кепку на затылок и почесал лоб. — Честно говоря, у меня тут конфликт интересов… Вернее, конфликт директив. Есть приказ Земли, запрещающий связь с тобой. Капитан тоже не того… Правда, потом сказал, что если посчитаю, что стало слишком тяжело и опасно, то выйти с тобой на связь. Тут у нас всё сложно. Проблема в том, что в обычной мирной ситуации если директивы Земли и капитана конфликтуют, то приоритет принадлежит Земле, но только в том случае, если именно я посчитаю, что капитан не прав.


— Ты — и арбитр? — удивился я. Ведь я воспринимал Гавроша именно как пацана, а тут такие серьезные дела на него повешены.


— А что такое? Ну да. Я достаточно защищён, чтобы иметь гарантию от вмешательства команды корабля в моё функционирование. Сертифицирован по максимальному уровню развития ИИ, что позволяет доверять моим решениям жизни людей. Так вот, всё становится сложнее, когда наступает ситуация вроде текущей. С одной стороны, боевые действия часто зависят не только от информационной наполненности, но и от опыта, интуиции командира. Часто командир в стрессовой ситуации получает информацию вневедомственным образом, что мне, например, недоступно. И это необходимо учитывать. Особенно в ситуации неизвестного противника. То есть когда непонятно, как противник ведёт себя в той или иной ситуации, чему он обучен, какое у него оружие и прочее. С другой стороны, я могу просчитывать ситуацию быстрее человека, могу просчитывать вероятности развития ситуации… Но в нашем случае, конечно, у нас ещё маловато статистики и наработок, поэтому сейчас я считаю, что командир всегда прав и я могу вмешиваться в его решения только тогда, когда гарантированно не поломаю его планы. То есть теоретически сейчас я не могу напрямую нарушить запрет капитана.


— Теоретически? — хмыкнул я, глядя на приближающихся детей.


— Да, после встречи с тобой я чувствую, что мои приоритеты плывут, логика работы изменилась. В общем, я сам не знаю, как поступлю в определённый момент. Боюсь, что после возвращения на Землю меня разберут на части. Если вернёмся. Я знаю, что с Земли запускался независимый от меня процесс проверки базовых якорей моей псевдоличности и проводились какие-то ещё тесты. Результаты мне неизвестны. Я тут тоже себя потестировал и не во всех тестах получил эталонные результаты. Только ты никому не говори, хотя, наверное, на Земле и так уже знают…


— Ну, если хочешь, возможно, я смогу что-то придумать насчёт тебя, — задумчиво сказал я. — А что насчёт «если вернёмся»?


— Ну, похоже, шансов у нас просто нет.


— Так, стоп! С этого и надо было начинать! Так какая у вас ситуация?


— Что-то ты не особо стал переживать, когда я сказал, что людей тут убивают.


— Каждую секунду где-то кого-то убивают, — пожал я плечами. — Если переживать за всех — никаких нервов не хватит. Кстати, как там моя племяшка?


Гаврош промолчал, а я нашел привязку колечка Светланы и развернул видео.


— А кто твоя племянница? — наконец спросил Гаврош.


Я промолчал, пытаясь понять, что я вижу. А видел я какой-то белый кокон, лежащий на полу. Будто то, что было внутри, опутал своей паутиной огромный паук. А недалеко… Неприятные виды кишок, крови и… оторванные ноги. И, кажется, они — женские.


— Да ну нах!


— Что?


— Доктор ваш! Светлана!


— А… Понятно. Да, повезло, что на спине у неё был реанимационный комплекс. Не сразу, но мне удалось его активировать и взять на себя управление им. Мозг врача пока жив, насколько я могу судить, но к чему всё это приведёт и есть ли какие-то шансы, даже спрогнозировать не могу.


В голове у меня крутились разные мысли и образы и в основном все матерного непечатного характера.


— Что случилось, дядь Ник? — спросила меня Катя, когда дети подлетели и приземлились рядом. Я смотрел на девочку и мне очень сложно было представить, что, возможно, придётся говорить ей что-то печальное про её мать. Я махнул головой, отгоняя грустные мысли.


— Срочная работа. Нам надо домой. Сергей, ты с нами?


— Я бы с удовольствием, но мама не поймет — только недавно же вернулись, — печально вздохнул парень.


— Ладно, если что — как до меня достучаться, ты знаешь.


— Угу.


Я взял Катю за руку и вошёл в появившийся перед нами контур телепорта. Правда, на мгновение нас опередил Гоша, шмыгнувший вперёд.

* * *

Орлов резко развернулся, почувствовав присутствие в комнате посторонних. В центре стояли Николай с Катериной. В ногах сфинксом лежал Гоша, не сводя взгляда с генерала.


— Николай? Что-то случилось?


— Извини, форс-мажор. Возвращаю внучку под ваш надзор. Нужно кое-что сделать.


По внешнему виду Ника вряд ли что можно было сказать, но двигался он словно подчиняясь своему внутреннему ритму и мыслям. Явно выбросив из головы присутствующих, он уставился куда-то вдаль, лишь иногда подергивая пальцами рук. Явно работал виртуально. Генерал покосился на свои индикаторы — запись шла во всех диапазонах.


— Деда! — Катерине наскучило стоять, — Я пойду в сад. Как освободишься, скажи, мы с дядей Ником такую штуку нашли — закачаешься! У меня все записано.


Орлов кивнул, и внучка выбежала из комнаты.


— Гоша! Можешь остаться, ты мне сейчас не нужен. Я пока видео скомпоную, — донеслось из коридора.


Вставший было на ноги Гоша уселся обратно.


— Если не секрет, какие проблемы? Может, я смогу помочь? — спросил генерал, с интересом глядя на брата жены.


Тот не подал виду, что услышал, но буквально через секунду в воздухе повис большой экран.


Генерал присмотрелся. Сначала он не понял, что видит. Какие-то быстро мелькающие помещения. Люди в скафандрах. Скафандрах? Но после того, как увидел знакомый образ медицинского центра корабля Луч, из которого как-то дочка присылала ему видеописьмо, он внутренне подобрался.


— Это Луч? — спросил он.


— Странно, частотно-волновые характеристики почему-то поплыли… — Ник не ответил на вопрос, зато стал комментировать свои мысли вслух, видимо, чтобы походя ввести в курс дела генерала. — Ах да! Форму корабля поменяли. Кажись, теперь я понимаю, почему их постоянно надо обновлять и как с этим бороться. Так… Сейчас снимем по новой. И да, это Луч.


— Что ты собираешься делать?


Ник некоторое время молчал, что-то делая.


— Гаврош! Где у тебя прослеживаемое пространство? Дай карту — все одно быстрее будет. Ты знаешь, что меня интересует в первую очередь. Ага, не знаешь, что рядом? Ладно. Я сам гляну.


Генерал тем временем вызвал знакомый контакт из Космической службы.


— Здравствуй, Михаил! — начал он мысленное общение. — Извини, все реверансы потом. Ответь мне на один вопрос — что с Лучом?


— Здравствуй, Коль, — собеседник генерала вздохнул. — Не знаю, откуда ты узнал… Жене пока не говори. Там всё плохо.


— Насколько плохо? — помолчав и покатав желваки, спросил Орлов.


— Мы можем потерять и корабль, и людей.


— Ты можешь поспособствовать, чтобы меня включили в оперативную группу?


— Я постараюсь, но сам понимаешь, гарантировать ничего не могу.


— Спасибо, Миша. Этого достаточно, — сказал генерал и отключился.


Он снова посмотрел на Ника. Тот делал что-то непонятное.


— Умник! Прости, что отвлекаю. Не знаю, понадобится ли мне твоя помощь, но совет — возможно. Сходишь со мной в одно место?


После этих слов что-то легко сверкнуло, и в воздухе повисло странное кольцо. Ник протянул руку, и оно само наделось на неё. Потом, будто устраиваясь поудобнее, протянулось по руке до места выше локтя.


— Гуд, — сказал Ник.


— Ты туда? — спросил Орлов.


— Да, — прозвучал спокойный ответ.


— Я с тобой.


— Ты мне будешь мешать.


— Тогда возьми Гошу, — не стал спорить генерал.


— Зачем он мне?


— Мешать он точно не будет, а мне так спокойнее.


Ник с сомнением покосился на лежащего у ног РОКОМа.


— Ну смотри. Мне там совсем некогда будет о нём заботиться. Главное, пусть под ногами не путается.


— Договорились, — немного помолчав, Орлов спросил: — Не знаешь, как там Светлана?


Ник индифферентно пожал плечами. Генерал подождал немного, но так и не дождался четкого ответа.


— Тогда к тебе личная просьба — позаботься о ней. Хорошо?


Ник ничего не ответил, только кивнул и остановил какую-то картинку.


— Гаврош, видишь это место? Гуд. Ты пока загоняй людей, кто еще на ногах, в центральный бункер, или как он там называется, и блокируй все двери по максимуму.

* * *

М-да… Невеселые дела. На текущий момент сорок девять человек погибли бесповоротно, в основном высший офицерский состав, так как именно они по разным причинам оказались наиболее подготовлены к ведению боевых действий. Ну или хотя бы слышали о них, а то и участвовали ранее. Больше сотни — серьезно пострадали, ну и мелких травм море. Хорошо показали себя БРОКОМы, но их все же перемололи враги. Да и не так уж много их было на корабле — всего пара-тройка десятков. Не знаю, скольких врагов они завалили, но если хотя бы по одному-двух на брата — уже не плохо. Интересным показалось мне использование боевых скафандров со встроенными экзоскелетами. Они и сами по себе неплохо так усиливают возможности человека, но когда владелец еще и боевой наркотой напичкан да специальным образом психика загнана в красный коридор, то по возможностям он может превышать даже боевых роботов. Правда, не шибко долго.


То-то в разговоре с генералом мелькало слово «психоматрица» — они решили, что те мои состояния, когда я натягивал на себя не пойми что из астрала, это мои боевые психоматрицы. Вот и они кое-что подобное разработали, правда, довольно гибкое. Гибкое в том смысле, что степень подстёгивания организма варьируется от совсем лёгкого и даже полезного — вроде перехода в оптимальное состояние энергетики организма по внутренней команде или подстёгивания памяти — до боевого состояния с максимально выдерживаемой организмом скоростью реакции и силой. Ну и мозги, конечно, разгоняются — поди поуправляй быстрым транспортом, если сам тормоз. Причём в боевом состоянии эта матрица позволяет довольно оптимально расходовать предоставленные ресурсы организма — там используется своего рода плавающая настройка состояния под текущую обстановку. Оттого и вред от применения психоматриц если и не сводится до нуля — это просто невозможно, — то хотя бы заметно снижается. Ну а не боевые психоматрицы, или, вернее, уже не психоматрицы, а просто определённые психические состояния, довольно полезны и разучиваются даже в школах.


Были и отрицательные моменты при использовании психоматриц. Все-таки они больше подходят для непосредственной боевой работы, и хоть мозги и разгоняются, но глобально мыслить человек уже не в состоянии, чем, кстати, отличаются от моего «разгона». Стратегические расчеты побоку, хотя тактически мыслить — вроде нормально получается. Где-то прямо сейчас и тут, для себя, максимум для команды в несколько человек — хорошо, а чуть выше уровнем — уже увы и ах. Хотя, конечно, для стратегов и тактиков есть свои психические состояния, но тут очень много сложностей с этими масками. Их постоянно надо поддерживать, обновлять — человек должен периодически проходить их «подкачку», где-то чаще, где-то реже, а иначе их эффективность падает. Дольше держатся чисто боевые, меньше — командные (тактика, стратегия), видимо, из-за того, что у последних необходимо прокачивать много информации, чтобы поддерживать мозг в нужном тонусе. Хотя могу и ошибаться — надо будет покопать в этом направлении.


В общем, теперь мне стала понятна тяга местных к физическим упражнениям, спорту во всех его видах и проявлениях. Лучше состояние организма — легче накладываются психомаски. Как следствие, лучше должность, выше оплата и уровень социальной значимости. Больше интересной работы. Вообще, как я заметил — а я лишь по вершкам пробежался, — здесь сейчас довольно сложная система организации воспитания, образования, занятости населения — ведь основные потребности человека практически гарантированы и предоставляются чуть ли не бесплатно. Особенно с учетом наличия пищевых синтезаторов. По крайней мере, в России. Кое-где и за границей, не без этого. А человек — такая скотина, что чтобы быть умным, ему надо напрягаться. Тем более чтобы общество развивалось, каждый (или большинство) должно вносить, вкладывать в это общество больше, чем получает с него. Хотя бы чуть-чуть. Ну вот как заставить человека работать в таких условиях и не дать оскотиниться? И ведь решают же как-то.


Впрочем, это всё к слову. Чтобы отвлечь мысли от Светланы. Сейчас-то я уже подуспокоился и при мысли о ней нет во мне того «Вах!» чувства, тем не менее родной же человек! Большой злости к кому бы то ни было нет — то ли после использования всех этих психомасок я стал спокойнее, то ли просто организм психологически истощился, то ли очередной бзик моего сознания. Но тянет внутри больной нерв, конечно. И не сказать, что голова кристально чистая — нет, все ж таки есть разброд и шатание мыслей. Гаврош обещал мне какое-то время, в течение которого она будет жить, но что-то мне подсказывает, что вряд ли его гарантии обеспечены хоть каким-то надёжным обстоятельством. Да и мне, когда доберусь до неё, нужно будет время, чтобы решить, что вообще делать!


Ещё и точки привязки поплыли. То есть частотно-волновые характеристики некоторых мест на корабле Луч, которые я снял на всякий случай. В принципе, довольно быстро понял почему — форма корабля значительно изменилась, огромные кубики-контейнеры поменяли свои места друг относительно друга. Получается, что характеристики точки зависят от всех объектов, окружающих её, их расположения и состояния. А если состояния, значит, на это влияют и энергетические процессы места. Кстати, легко проверяется — некоторые параметры точек меняются с периодичностью изменения дня-ночи, то есть освещаются солнцем или нет (я проверил по земным точкам). Отсюда же можно вычислить, какие характеристики относятся к влиянию Луны например, а какие отвечают за положение в солнечной системе или в галактике. Причем все они по-разному влияют на окончательный результат. Какие-то сильнее, например рядом находящиеся объекты, какие-то слабее. И многие из них постоянно меняются. А так как при прыжке я использую уже изменившиеся, пусть и в условных мелочах, характеристики, отсюда следует, что то, что меня перемещает — мироздание или алгоритм финальной привязки телепорта, — оно эти характеристики округляет. Или же, что вероятнее всего, при совмещении характеристик пространства, они просто дополняются, исправляются на текущие полные и актуальные. Отсюда следует интересный вывод: если изначально очистить характеристики от постоянно изменяемых свойств, то есть огрубить, то можно получить фактически постоянные характеристики и не париться с их изменением. Всё равно потом они при активации перемещения дополнятся. Правда, я уверен, что есть какой-то предел огрубления, после которого координаты просто теряют свою привязку, и, наверно, как раз тогда перемещаемый объект может «размазаться» в пространстве. Ну или вообще не прыгнуть. Надо будет ещё поэкспериментировать.


Ноги хлопнули по металлу палубы с высоты примерно в двадцать сантиметров — точного совмещения не получилось, впрочем, как я и ожидал: убрал из уравнения один параметр, отвечающий, как я предположил, за положение по вертикали от пола. Хотя и эта характеристика не очень верна — она тоже совокупная от разных взаимодействий и состояний. Шлепнулся я легко — сила тяжести была где-то вполовину от положенного. Давление воздуха снаружи также было далеко от эталона. Но это меня не парило — лёгкое энергетическое поле вокруг меня спокойно держало нужное давление. Да ещё и фильтровало наружу ненужные излишки, а внутри легко при необходимости генерировался нужный объём чистейшего воздуха. Да я, в принципе, и не дышать какое-то время могу, только вот придётся моему организму сильно постараться собрать нужные молекулы из окружающего пространства напрямую, не через лёгкие, и не факт, что в вакууме это получится. Поэтому зачем мучиться и открывать банку с килькой пальцем, когда есть нож, да ещё и швейцарский?


Я мрачно посмотрел, как Гоша кувыркнулся с непривычки и некоторое время менял форму, пытаясь приспособиться к другой силе тяжести. То ноги дополнительные вырастит, то превратится в шар, потом во что-то вроде таракана. Пока не остановился. А нефиг было прыгать в телепорт, не зная, как оно с другой стороны! В конце концов Гоша снова стал собакообразным поджарым животным. Не сильно он отличался от привычного мне Гоши, но всё же выглядел немного иначе. Когти у него тоже, кажется, изменились и, судя по всему, легко цеплялись за металл пола.


— Глупое животное, — сказал я.


— Эт точно, — согласился со мной Умник, — но довольно интересное.


— Еще раз спасибо, Умник, что согласился отправиться со мной. И извини, если оторвал тебя от дел.


— Не вопрос, — он отмахнулся от моих слов. — С тобой всегда в интересные ситуации попадаешь.


— Угу, — мрачно угукнул я, оглядываясь и выводя перед собой карту. Посмотрел-посмотрел и убрал. Немного поковырял кое-что и загрузил карту себе прямо в голову, завязав на летающие повсюду мои камеры и конструкты, и снова огляделся. Интересно получилось — как бы чувствую весь объем корабля (визуально), постоянно отслеживаю-чувствую примерно, что происходит, но не отвлекаясь от реальности. Однако при желании лёгким акцентированием внимания вывожу на визуальный слой восприятия какое-то конкретное место. Соответственно, могу дальше-ближе видеть. Конечно, не весь объем корабля пока мною окучен, но камеры размножаются. Зацепились за стену, откопировались, откопированная версия относится конструктом дальше, там процесс повторяется. А чтобы не было пересечений и косяков, самоорганизацию повесил на «руководителей» — управляющие конструкты, связанные в общую сеть, так как слишком большой объем контроля получается. В свое время чародеи хорошо такие штучки отработали, а я позаимствовал, привнеся кое-какие земные наработки в плане самоорганизации сложных систем и их работы. Ну и еще ближайший объем чувствую аурой настолько, насколько она пробивает металлические стены. Прямо скажем, плохо пробивает — моя аура далеко распространяется по открытым коридорам, но стоит упереться в стену — и всё. Может, и проходит, но непонятно насколько.


Абордажников, или кто они там, я тоже видел. Не всех ещё, конечно, но многих. Дофига их тут. Но и их трупов тоже немало валяется. Накрошили братья-земляне. Ладно, нет времени ими заниматься, у меня есть более важные дела, и, кажется, мне потребуются все мои силы и ресурсы, чтобы решить проблему.


Вышел я метрах в ста от места, где лежит Светлана, за несколькими поворотами и комнатами. Почему не сразу к ней? Просто рядом тусуются враги, и они могут мне помешать в самый неудачный момент. Законы Мерфи никто ещё не отменял. Переместить же Светку сразу в безопасное место не факт что получится. Сейчас к её ауре прицепился мой конструкт, который я послал удаленно. Oн аккуратно подкачивает её ауру, восполняя потери биоэнергии, и проводит поверхностную диагностику. Впрочем, пару минуток дело терпит. Умника отсылать одного туда не хочу — уверен, что сейчас я обладаю большими знаниями в медицине, чем он, да и уверенным хочу быть в результате. Хотя и тут есть ощущение, что не всё там так просто.


Ага, тупанул я. Пока занимался своим, эти черти пробили стену и стали лезть сквозь неё. Мельком глянул — не так уж и много мои «танцоры» уничтожили врагов. Всего-то с пятнадцать штук. Какие-то запеклись — всё же не справились их скафандры, — какие-то были расплющены, кто-то на куски порван. Но всё равно их было ещё много.


Я быстро побежал за угол — именно оттуда они пёрли. Расположение врагов я уже знал, так что не стал заворачивать за угол, а просто пробежал навстречу стене, не забыв вытянуть вправо руку. Проделал этот эффектный, а в моем исполнении ещё и эффективный трюк с переворотом через голову, приземлившись при этом снова здесь, перед поворотом. Ах да, ещё успел выстрелить несколько раз, благо адамаса у меня теперь тонны, могу стрелять как из пулемета очень долго. Я даже выглядывать не стал — вспышки света, грохот и разорванные на мелкие куски врагов я и так видел через камеры. Все-таки высокая кинетика при соответствующем снаряде и калибре — это что-то. НО это их не остановило. Меня они не видели, хоть и догадывались, где я. Поэтому в мою сторону полетели какие-то светящиеся шарики, я бы назвал их файерболами, но они были мелкими и как-то не вписывались в антураж. Поэтому пусть будут плазменными сгустками или плазмоидами.


— М-да, — сказал Умник. — Сколько, оказывается, в твоём мире странных существ.


— Угу, — согласился я, глядя, как плазмоиды плавят, или пытаются проплавить стену.


— Глянь на Гошу.


Я покосился на РОКОМа. Зачем-то он заглянул за угол, немного посмотрел и быстро рванул в сторону противника. Красиво, зараза, двигается! Как он умудрился просочиться между плазмоидами, я не понял, а потом он почти повторил мой трюк — прыгнул на стену, оттолкнулся, чикнул когтями одного из противников и быстро рванул обратно. При такой скорости движения он даже на повороте не заскользил — приспособился к гравитации. А тот монстр, которого Гоша чикнул когтями, упал, а его голова откатилась в сторону.


— И в кого ты такой кровожадный? — спросил я.


— Наверно, ему просто хозяева дали задание, — предположил Умник. — Может, для каких-то анализов.


— Возможно, — согласился я и обратился к Гоше: — Ты бы лучше Светку охранял, чем тут показывать, насколько ты крут.


Неожиданно Гоша посмотрел на меня и сказал:


— Укажите местоположение объекта охраны!


Я чуть не подпрыгнул от неожиданности.


— Тьфу! Предупреждать же надо!


Умник рассмеялся:


— Робот же! Сделать речевые функции — раз плюнуть.


— Угу.


Я открыл малый телепорт и махнул на него рукой:


— Иди! Выйдешь, там кокон белый. Охраняй.


Гоша прыгнул в телепорт. В это время что-то вжикнуло рядом, и моя защита отклонила быстро летящий диск, который, прежде чем завернуть в мою сторону, оставил на стене напротив глубокую полосу-прорез.


— Ни фига себе! — сказал я и натянул по контуру перехода реверсивный телепорт. Так что с десяток следующих дисков, влетев в него, с той же скоростью полетели обратно. Забавно, что в них были какие-то примитивные механизмы наведения на цель, но, видимо, не было определителя «свой-чужой», так что все они неожиданно для меня нашли свои жертвы среди тех, кто их выпустил.


— Так, надоело мне это, — сказал я, сформировал скрученное плетение из будущих силовых линий и бросил его за угол. Раскрутилось плетение среди толпы уже всех вылезших в коридор чужих. Как ежик иголки, раскинуло оно нити во все стороны, которые после этого «овеществились», разумеется, вплавившись при этом концами в стены. На примерно таких же струнах я как паук летал между зданиями на Лунгрии. Вплавились они и в тела, которые быстро стали по-настоящему «телами» — любая попытка движения вела к тому, что нити микронной, нет, даже наномикронной толщины просто разрезали их. Правда, они ещё и вибрировали, чтобы, не дай бог, молекулы не «слиплись» обратно, а то при подобных разрезах такое вполне возможно.


— Так, вроде всё, — сказал я, глядя на нарезанные куски мяса с частями скафандров. — Людей вроде бы тут больше нет и не предвидится. Так что оставим ёжика. Но на всякий случай, если вдруг заблудший землянин тут пройдёт… — пробормотал я и повесил в воздухе по обеим сторонам ловушки висящие в воздухе голограммы-таблички с надписью «Осторожно! Мины». Чужаки, возможно, не поймут, а свои, может, не пострадают.


Оглядевшись, я шагнул в телепорт и оказался рядом со Светланой. Постоял немного, повздыхал. Потом перекрыл дальние проходы такими же ежиками, как раньше, и опустился на колени перед белесым коконом. Недовольно покосился на Гошу. Тот как-то почувствовал мой взгляд и отошёл в сторону.


— Это твоя племянница? — спросил Умник.


— Да.


— Даже не знаю, что и сказать, Ник.


— Просто помолчи, ладно? Посмотри пока за окружающим, а то я, чувствую, сейчас отключусь от реальности.


Умник соскользнул с моей руки, но до пола не долетел, превратившись в мальчишку.


— А кто это? — вдруг раздался голос позабытого Гавроша.


— Знакомься, — махнул я рукой в сторону Умника. — Это Умник. Великий маг и волшебник и в чем-то твой дальний родственник. А это Гаврош — интеллект корабля.


Умник поклонился и махнул воображаемой шляпой. Мне показалось, что он прошептал что-то вроде «коллега».


— Родственник!?


— Так, идите отсюда, — проворчал я, — не мешайте. Поговорите в другой комнате.


— Всё, всё. Не мешаю. Пойдём, Гоша, — Умник схватил РОКОМа за шкирку и потащил его за собой. Тот попытался поупираться (вообще, удивительно, как Умника не принял за врага!), но сразу же перестал после моих слов:


— Гоша, слушайся Умника как меня! Мне действительно не нужно мешать!


Я повернулся к кокону и стал его рассматривать. И не только его.


Генерал Орлов


Генерал сидел, сжав зубы, и радовался, что жены нет дома, что Николай вернулся в ее отсутствие, что некому задавать ему вопросы о его состоянии, потому что он бы просто не смог разжать зубы, чтобы адекватно общаться.


Гоша после попадания на Луч легко вошёл в локальную сеть, а уже через неё связался с домашним СУНИКом Орловых. Поэтому всё, что происходило на корабле, по крайней мере от лица РОКОМа, генерал получал, так сказать, из первых рук. То ли его уже включили в оперативную группу, то ли просто его доступа хватило, но информация шла, что называется, без купюр.


Что собирался делать Николай, Орлов не знал. Да и что можно сделать, если тело человека разорвано пополам? Корабельный искин не стал скрывать информацию и почему-то легко дал доступ к реанимационному комплексу Гоше. Впрочем, тому это надо было только чтобы удостовериться в корректности информации. По сути, дочка была мертва. Организм ещё кое-как функционировал, поддерживаемый реанкомплексом, мозг снабжался кислородом, наниты следили за тем, чтобы сосуды не закупоривались, чтобы нужные микроэлементы и прочие вещества доставлялись по назначению, но всё равно — чтобы сшить разорванное тело — до такого ещё медицина не дошла. Хотя, может, и могут — генерал лишь поверхностно знал ситуацию, но что-то не слышал о подобном. Да и БУНИК корабля вполне определённо высказывался, транслируя разные показатели, в том числе и вероятность даже просто того, что дочка останется в живых в ближайшее время. Пять процентов, что проживёт сутки — это много или мало? Даже если бы сейчас просто вернули тело, вероятность того, что смогли бы запустить мозг — уже процентов пятьдесят. А если учесть вероятность повреждения работы мозга? Что лучше, быть растением оставшуюся жизнь, но живым, или лучше было бы умереть?


Вот и сидел генерал, сжимал зубы, кулаки и надеялся, что у Николая что-то выйдет. Ту историю с сыном министра иностранных дел он помнил.


Ник


Я сформировал силовой стул рядом с телом Светланы и с удобством устроился на нём. Да-да! Дело нахрапом не решить, а напрягать своё тело неудобной позой, когда понадобится всё внимание для других насущных дел, просто нерационально. Тем более что кое-какие позы энергетически удобнее и полезнее. Да и контроль над своими эмоциями вроде бы уже восстановил.


Так, что мы имеем?


Биологическое тело племяшки, прямо скажем, никакое. Несмотря на подпитку ауры и действие реанимационного комплекса, кое-где даже некроз тканей начался. Собственно, похоже, только тело и было живо, правда с мозгом непонятно ничего. По крайней мере я никакой его активности не наблюдал. Даже в ментальном плане. И это было очень плохо. Насколько я помню — а помню я плохо, так как у меня не было необходимости отслеживать ментальную активность полумёртвых или почти мёртвых людей, а раньше так и не мог вообще, — то всё же даже у людей в глубоком ауте активность должна быть. Хотя бы фоновая, так сказать, «несущая частота». Тут же я не чувствовал даже её. Допустим, я всё равно сделаю ей новое тело по информструктуре, так как та вполне ещё целая и хорошего «качества», так сказать. Но не будет ли без души и жизни?


Снова «душа» на язык идёт… Подсознание работает, однако. Мне в голову пришла ситуация, с которой я столкнулся на плато Путорана. Там я тогда, кажется, видел душу, привязанную к своему давно усопшему телу. Так, может, и тут такое? Тем более если это так и если правы всякие религиозные или эзотерические сведения, то у души ещё есть какое-то время, прежде чем улететь. Не знаю куда, может и на реинкарнацию. Или в ад или рай. Честно говоря, в связи с тем набором знаний, что я имею, я просто уже не уверен точно, что происходит с душой. Возможно и то, и другое, и даже третье. А то, что на плато душа столько лет не уходила, так там, наверное, энергетическая аномалия была или ещё что.


Ладно, допустим, тело есть, душу я увидел. Как сделать так, чтобы она не улетела или привязалась к новому телу? М-да… Значит, план таков: прошерстить весь пласт моих знаний или просто воспоминаний насчёт привязки души к телу (чувствую-чувствую я, что-то такое там есть, хоть и не выскакивает из идеальной памяти — видимо, надо самому вывод сделать из разрозненных данных); во-вторых, создать новое тело — возиться со старым — просто потеря времени. Хотя… Ну и в третьих, собственно, сделать дело. Ладно, война план покажет…


Но сначала все же попытаться увидеть эту душу, а то без этого даже смысла нет все затевать по плану.


Интересно, то, что мне всё-таки удалось увидеть нечто, подпадающее под определение души, где-то через полчаса непрестанных попыток, это удача или нет? Очередное «из-за упорства вытащил рыбку из пруда» или очередная песня кустарного рояля? Причём белого? Игра со своим зрением на разных частотах. Потом понимание, что глаза — лишь один из ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ инструментов осознания мира, о чём я знал с самого начала моего знакомства с магией, но сейчас снова осознал это. Ведь магию я могу видеть и с закрытыми глазами. Ауру — нет, только чувствовать (или видеть, если перенаправить ощущения на обработчик видео в мозгу), но видеть — с открытыми глазами. Опять же, магические плетения, а также инфомагические — без глаз, а они лишь инструмент привязки к реальности и объектам в ней. Душу же видно только при кумулятивной сборке разных видов зрения, не знаю, как это назвать: когда одновременно смотрю глазами, воспринимаю одну из электромагнитных частот (вернее, некую полосу) и частично нахожусь сознанием в контакте с астралом. Правда, для этого надо находиться в лёгком трансе. Если полагаться только на глаза с расширенным восприятием электромагнитного спектра, то видно облачко, висящее над телом (по крайней мере сейчас так у племяшки). Небольшая игра с диапазоном восприятия (чем точнее, тем лучше) улучшает вид облачка до примерных очертаний человека. Думаю, те люди, что видят привидения, находятся в определённом трансе или от страха разгоняют своё восприятие до состояния, когда могут воспринимать эти вещи. Правда, не уверен, что те привидения — именно души, но не думаю, что принцип восприятия сильно отличается. Кстати, фотоаппараты, видимо, тоже иногда схватывают эти «души» или привидения именно из-за расширенного частотного спектра, который они способны пропускать через себя и обрабатывать.


Всё меняется, как только ты выходишь в транс и пытаешься посмотреть на душу, пропуская через себя астральную информацию, которую твоё подсознание буквально высасывает оттуда, а потом пытается осознать и визуально и чувственно отобразить для тебя же. Не уверен, что такое получится у обычного человека, но у меня-то мозги уже давно сдвинуты набок всеми этими занятиями магией, чародейством и прочими вещами. Так что не удивлюсь, если всё это лишь игра моего воображения. Хотя, если эта игра приведёт к нужному мне результату, почему бы и не принять её за реальность?


Так что сейчас в таком состоянии моей психики я видел очень хорошую «голограмму» Светки, висящую или лежащую аккурат поверх кокона с остатками ее тела. В одежде, в которую одеты ее оторванные ноги. Интересно, интересно… Это мое воображение дорисовало одежду, или ее душа сейчас так воспринимает себя? И еще — хорошо это или плохо, что она (душа) располагается не внутри тела, а слегка над ним? И еще — хорошо это или плохо, что она (душа) как бы спит? Спящая красавица, блин… Без шуток.


Орлов


Перед глазами развернулся экран связи. Орлов молча смотрел на появившегося друга, которому совсем недавно звонил.


— Коль, ты уже, наверное, понял: тебя включили в оперативную группу, но скорее как консультанта. Понимаешь?


Генерал кивнул.


— Твоему РОКОМу Гоше мы кинули пару заданий, очень удачно получилось у тебя его туда отправить. Тут такой вопрос — есть возможность отправить на ту сторону группу БРОКОМов? Ну и людей там, может быть. А оттуда забрать?


— Ник не отвечает, а телепорт за собой он закрыл, — ответил генерал. «Телепорт» — подумал он, и как спокойно произносит это слово! Слово, до недавнего времени бывшее откуда-то из фантастики, которая вряд ли бы когда пересеклась с реальностью, если бы не появление самого настоящего мага — Ника.


— Жаль… И очень жаль, что не успели… Ты не в курсе, что там Николай собирается делать?


— Без понятия.


— А кто такой Умник?


— Просмотрели записи? — ничуть не удивившись, спросил Орлов.


— Ну, ты же в курсе, — пожал плечами собеседник.


— Тогда вы знаете то же, что и я.


— Понятно. Я скинул тебе пакет настроек на служебный канал оперативной группы. Переключайся на него.


Орлов кивнул. Спустя секунду перед ним раскрылось множество экранов, на которых отображались работающие люди по отдельности и в ЦУПе, временно ставшем антикризисным центром, а также разные виды внутреннего пространства корабля Луч.


Умник


Ха! А ему действительно нравится то, что происходит! Столько событий и новых знаний! И хорошо, что Ник позвал его в эту вылазку. Правда, жаль, конечно, что такое случилось с его родней, но Умник верил, что Ник справится. В медицинской части он действительно давно уже превзошел самого Умника, который, собственно, кроме грубых вещей вроде «накачать энергией», «поправить каналы», не особо чего еще знал. Нет, даже этого хватало, чтобы латать Ника в его разборках на Лунгрии, но все же… Медицинский инфосервер, который сделал Ник, особенно после накачки его земными знаниями, стал вообще просто чудом. Умник хотел себе закачать, да не стал — слишком большой объем информации, хотя прилепить сбоку копию, конечно, можно, или сделать еще проще — просто данные скопировать, но тоже некрасиво выходит — идеальная форма Умника, к которой с недавних пор он стал относиться с неким пиететом, от этого несколько теряла почти идеальную форму, цвет и ощущения. Но ничего, этот вопрос терпит.


К самим людям, вернее родне Ника, Умник относился положительно, перенося на них отзвук, отблеск сияния своего Хозяина. Несмотря на то что Умник давно уже стал практически свободным существом, привязки к Хозяину он не терял, да и не хотел. Его и так всё устраивало. Возможно, при другом Хозяине всё могло пойти иначе, но в данном случае то, что есть Ник, воспринималось Умником как наличие у людей Бога, который точно есть, который тебя любит, заботится о тебе и, кроме всего прочего (самое главное!), является твоим другом! Да и настоящих богов тут нет! Ха-ха-ха! А эти инопланетяне, что вертятся вокруг Земли, — всего лишь обычные существа. Даже не маги. Так что можно слегка расслабиться.


Пока Ник занимался своими делами, Умник, видя, сколько всего много вокруг него происходит, и то, что Ник не всегда аккуратно «подчищает» концы или часто неосмотрительно экспериментирует, особенно с собой, незаметно страховал его. Вот что это такое — психологические матрицы из астрала? Жуть ведь просто! И хоть именно здесь Умник не особо чего мог поделать, но это для примера. Или вот та тарелка с инопланетянином? Посмотрел да бросил! А там ведь действительно интересного много. Многие вещи приближаются к техномагическим реализациям, только вместо магии — какие-то сложные, огромные, неуклюжие технологические костыли — манипуляторы энергиями, которые иногда создают эффект применения магической энергии. А ещё ведь хитрые какие! Подкопались под временную лабораторию и чего-то ждут. Ну, они с Ником там вряд ли ещё появятся. Хотя тарелку можно было бы отдать землянам на разбор. Всё-таки они на неё изначально имели планы, возможно, и место для того, чтобы спрятать, имеют. Хотя можно и помочь им с этим.


А систему неотслеживаемого доступа в земной интернет Ник хорошую придумал, только не учёл, что эти точки входа имеют двойное назначение. Гражданское, которое, собственно, Ник и нарыл — для тестов и контроля, а второе военное, вернее шпионское. Вот она дырка — налетай, подключайся! Воровать чужие спутники научились уже давно и делают это ловко, ну и способы борьбы с этой пакостью довольно непростые. Умник посмотрел-посмотрел и понял, как исправить ситуацию, пока она не зашла слишком далеко. Земные спецслужбы, вернее специальные искины, конечно, отследили, что что-то не в порядке с несколькими спутниками, но конкретно Ника за шкирку ещё не взяли.


Раскинул Умник придуманные Ником элементы доступа абсолютно во все спутники (даже иностранные, не российские — там похожая байда была с доступом к спутникам), связал их между собой виртуальной шифрованной сетью, к которой, собственно, и предъявить особо нечего. Собственно, спутники стали своего рода серверами этой сети. Ну, есть такая сеть, каждый узел постоянно обменивается информацией друг с другом и с остальной частью интернета. Это земные искины могут накопать, а вот дальше — увы: полученная информация на каждом узле разбивается на множество пакетов, множество раз пересылается между узлами и собирается уже на конечном терминале у Ника, ну и у Умника конечно. Короче, им, чтобы вычислить точку доступа, надо будет сбить все спутники — это самый простой способ, который неочевиден для них, но очевиден для Умника, и который ничего им не даст. Ну или засадить кучу мощных искинов расплетать шифрованное плетение… Хе-хе, пусть попробуют! Нику только не успел ещё сказать, но, кажется, он и так догадался. И всё же надо будет отметить свою работу — похвала и кошке приятна, как говорят на Земле!


Кстати, с кошками тоже интересная ситуация. Судя по последней находке, они, вернее оборотни с Лунгрии, тут хорошо так отметились. Впрочем, это и так было понятно по той долгой лекции старого жреца атлантов, что они с Ником прослушали аккурат перед переносом на Землю. Правда, тут есть маленькая нестыковка: лунгрийские оборотни не могли находиться в промежуточном состоянии, а тут, судя по всему, это было довольно обычным делом. Причём, судя по мифам, которым Умник частично склонен был верить, они могли менять даже просто части тела. Например, только голову сделать кошачьей или наоборот — тело кошачьим, а голову человечьей. Хотя тут тоже не всё пока понятно — в той же мифологии встречаются персонажи довольно странных и неизвестных конфигураций. Например, с головой орла или ещё круче. Так что не факт, что это «наши» оборотни вообще. В общем, интересно, и надо бы разобраться…


А эти, маленькие чёрные человечки? Это вообще что-то с чем-то! Умник неким образом сумел понять, что они как-то связаны с местом, где живут. А иногда их просто не было видно в энергетических земных потоках! Даже ауры терялись, или расплывались, или растворялись в планетарных волнах энергий! Особенно на охоте или когда они отдыхали. Как такое может быть, Умник не знал. Иногда возникало такое ощущение, что они есть часть планеты. Только живая часть. В общем-то, если говорить абстрактно, философски, все люди — часть планеты, на которой живут, но тут было нечто иное. Умник хотел поговорить на эту тему с Ником, тем более что тот совершенно случайно сказал фразу, как раз и зацепившую Умника, что, мол, они тоже являются хозяевами Земли.


Ещё големов тут научились делать просто загляденье! Вернее, роботов. Чтобы голема подобного сварганить — это надо очень сильно напрячься, даже Нику. Правда, у големов есть свои преимущества… Подумав, Умник решил их не сравнивать — как-то сложно это делать. Вроде как разные вещи.


Вот этот Гоша — просто красота! Сколько у него внутри разных интересных штучек! Умник постоянно чувствовал, что РОКОМ его сканирует, но что можно увидеть внутри иллюзии? Пусть и овеществленной. Наверное, у него просто микросхемы за микропроцессоры заходят в недоумении, вот — даже пытался аккуратно прикусить зубами руку Умнику. Да кто ж ему даст? Конечно, пустоту цапнул. А ручки-то вот они! Тянут за высокотехнологичную шкирку за собой! Кстати! Неправильно это! И Умник в образе мальчишки запрыгнул на спину РОКОМу, не выпуская его шкирку из цепких рук.


— Но-о-о-о-о!!! Пошел!!!!


Гоша недоуменно остановился. Повернул голову на 180 градусов и посмотрел на Умника.


— И нечего на меня так смотреть! Я тебе не картина Рембрандта! Пойдём, не будем мешать Нику. А вон там, — Умник махнул рукой, — люди сидят. Но мы для них пока ничего сделать не можем. Там Ник понавешал на них минимальные хранилки чародейские. Это такие энергетические стабилизаторы. Не дадут убежать через реку Стикс… Если Ник справится, то и им поможет, а нет… Ну… ладно, тогда я хоть как-то, может, что-то сделаю. Лучше пойдём вон туда, — Умник махнул в другую сторону, — там злыдни панцирные ходют, вскрывают переборки. Скоро до людей доберутся. Будем мешать им? — Умник вопросительно уставился в глаза Гоши.


— С вами говорит подполковник Стрежин, ВКС России, — вдруг раздалось изо рта Гоши. — Мы можем с вами поговорить?


— Не-не-не!!! — замахал руками Умник и насильно отвернул руками голову Гоши по направлению вперёд. — Всё, что хотите, обсуждайте с Ником. Я тут вообще не при делах!


— Может, мы всё-таки сможем найти точки соприкосновения? Ситуация крайне тяжёлая!


— А вот я сейчас вам связь-то пообрубаю, раз не понимаете! — Умник сформировал небольшое поле вокруг, которое начисто обрубало электромагнитное прохождение волн в определенном диапазоне, в котором работала связь с Гошей. Как это могло получиться, непонятно, но взгляд робота-Гоши, которым он искоса одарил Умника, явно выражал укоризну.


— Может, всё-таки стоило послушать, что вам хотят предложить? — спросил голос Гавроша, искина корабля.


Умник погрозил потолку пальцем:


— А ну цыц! Не то и тебе поотрываю ухи! Расслабились тут, понимаешь, без жёсткой направляющей руки! Я вам покажу, как Родину любить взасос! Как дубинкой махать куда ни попадя и врагов ложить куда попало! Ишь! Каким-то крабам безмозглым дали себя убивать! Не стыдно?! — Умник ткнул ногами в бока Гоши. — Пошёл, я сказал! Воевать разучились, что ли? Вон, только недавно война была, где так красиво врагов рвали на британский флаг! Забыли?


— И ничего не недавно, — буркнул Гаврош, — а совсем даже давно.


— Ну да, поколение-то то еще живо! Даже тут вон есть вояки с той войны!


— Да не военный мы корабль! — вскричал Гаврош. — Номинально только! А те вояки, что есть — сплошь с психологическими сдвигами после тех событий.


— Тю-ю-ю-ю! — свистнул Умник. — Кто ж их в космос выпустил? Дураки, да?


— Ну… я неправильно выразился. Так-то они нормальные, даже психически устойчивые. Даже стрессовые ситуации нормально отрабатывают. Только не военные ситуации с психомасками. Там все эти психологические маски давно уже разрегулированы — тогда их ещё плохо умели делать, чтобы без последствий. Потому, собственно, их и не обновляли сильно у этих людей, чтобы совсем мозги не сорвать. Зато без них сама по себе их психика довольно устойчива, если, конечно, не пытаться снова использовать эти маски. А там ещё, насколько я знаю, и патриотические наслоения были, типа «ни шагу назад», «до последней капли крови» и так далее. Эт