Витамина Мятная - Последняя любовь. Плен и свобода [СИ]

Последняя любовь. Плен и свобода [СИ] 1821K, 214 с.   (скачать) - Витамина Мятная

Витамина Мятная

«ПОСЛЕДНЯЯ ЛЮБОВЬ»

Серия книг «Войны Роз»

ПЛЕН И СВОБОДА


Всем счастья радости и хорошего настроения,

много даром, и пусть никто не уйдет обиженным!

С уважением ко всем,

ваша Вита.


***


Баст подняла голову и убрала волосы с лица. Что-то влажное капнуло в вырез безрукавки и, защекотав, скользнуло ниже по груди.

      «Где я? – подумала Баст, озираясь по сторонам».

Она сидела в кресле. На панели управления щелкали тумблеры, пара экранов показывали помехи, а круговой был вдребезги разбит. Пол был усеян осколками. По уцелевшим мониторам бегали красные строчки, перечисляя повреждения корабля. Где-то далеко противно, глухо рыкала сирена, кроваво-красная лампочка под потолком яростно мигала. Вот почему она не сразу поняла, где находится.

– Я ведь в «Отважном»! На своем корабле… – Уши были забиты мягким бархатистым вакуумом. Слух, как на качелях, то возвращался, то вновь пропадал. Рядом она увидела пустое кресло второго пилота со своим рюкзаком и мечом.

Меч1 был сделан из серебристого материала с гравировкой на клинке. Эфес в форме дракона с разинутой пастью и хвостом, оплетающим острый клинок. Два инкрустированных изумруда, несущие смерть всем, кто возьмет в руки этот клинок, изображали глаза дракона.

Меч Древних был назван именем оракула.

– Ратклифф… – Баст попыталась дотянуться до меча. Далеко. Придется встать.

      Осторожно, чтобы не наступить на осколки, она выбрала чистое место на полу и поставила ногу. Медленно стала сползать с высокого кресла первого пилота. Вернулось чувство реальности, а с ним и предчувствие неминуемой беды и опасности.

– Интересно, сколько я была без сознания. Корабль атаковали или я во что-то врезалась?

      Слезая с кресла, Баст почувствовала тошноту и шум в висках. На руки ей стало капать что-то теплое, потекло по подбородку. Тупая боль пронзила лицо… Чувствительность возвращалась. Гул в ушах стал проходить, Баст отчетливо слышала повторяющийся сигнал тревоги. Зажав нос и разбитую губу рукой, она скосила глаз на приборную панель и увидела растрескавшийся и закапанный кровью циферблат…

– Так вот обо что я так… сильно… – подумала она. Баст прикрыла глаза, боясь, что приступ головокружения и слабости придет снова, и тихо позвала:

– Бекки? Бекки, ты здесь? – Медленно включались лампы на приборной панели, одна за другой. Каюту озарил слабый, мигающий свет. Как только выключилось стандартное аварийное освещение, ей стало лучше.

– Я здесь. Хорошо, что ты очнулась, я думала, что удар был слишком сильный. Я звала тебя, но ты не откликалась. Как ты себя чувствуешь? – Не дождавшись ответа, главная операционная система корабля и по совместительству единственная лучшая подруга Баст, Рэбекка, без остановки стала перечислять повреждения звездолета и вышедшие из строя приборы.

      Список повреждений вызвал у Баст приступ ноющей боли, когда она скривила лицо от отчаяния! Так много поломок! Ничего не работает! Это значит – несколько месяцев дрейфа в космосе и непрерывная починка корабля от носа до хвоста!

      Сколько это может занять времени? Недели? Месяцы? В первую очередь нужно починить двигатель, если он вышел из строя. Зеркала-отражатели, скорее всего, разбиты или треснули, обычно они не выдерживали прямых ударов и попаданий, это был главный минус подобных двигателей.

Когда корабль обретет хоть какую-то способность двигаться, можно будет приткнуться к метеориту, спрятавшись у него на теневой стороне, а если корпус тоже поврежден? Сможет ли она включить двигатель, чтобы корабль тут же не рассыпался на части? Если нет, тогда ей предстояло торчать посреди космоса, где легко обнаружить и запеленговать «Второго Отважного».

– Рэбекка, во что мы врезались? Ведь курс был хорошо рассчитан? – спросила Баст, вытирая лицо тыльной стороной руки и осматривая себя. Тонкая безрукавка и шорты, заменявшие ей стандартный фиолетовый комбинезон Воинов Роз, в которых она ходила по кораблю, когда пилотировала его одна без команды, были все закапаны и измазаны кровью. Кровь продолжала стекать струйками ниже, на ноги и на пол.

– Мы не врезались, нас атаковал корабль «Воин Мрака». – Доложила Бекки. – Три палубы, шесть двигателей, про вооружение сказать не могу, но сразу видно – корабль нестандартной сборки. – С неудовольствием в голосе протянула Ребекка, так как ей нечем было помочь своей владелице – этими данными ее информация исчерпывалась.

      Ребекка II была искусственным интеллектом и операционной системой ее персонального компьютера, она была запрограммирована делать все возможное для помощи своей хозяйке, но хорошим характером не отличалась. Баст придумала ей имя и не представляла космической прогулки без нее.

Вторую Ребекку создали специально для замены погибшей Ребекки I, главный терминал которой сгорел вместе с остовом предыдущего корабля «Отважный I». Часть файлов так и не удалось восстановить. От нежной и услужливой Рэбекки I, она отличалась взрывным, наглым характером и постоянно ссорилась и препиралась с хозяйкой, доводя ее своими комментариями до бешенства. Отключить ее не было возможности. Ребекка всегда была интегрирована в корабль и управляла им, это значило то же самое, что отключить систему жизнеобеспечения, которой, кстати, управляла она же.

Заводная Бекки не позволяла ей скучать в долгих скитаниях по космосу, травила пошлые анекдоты, доводя до истерического смеха и колик в боку. Сейчас отсутствие едких комментариев со стороны Ребекки говорило о том, что ситуация была серьезной. Бекки явно волновала сложившаяся ситуация, хотя она и не хотела показывать этого.

      Частично в этой ситуации была виновата сама Баст. «Второй Отважный» заканчивал пространственный прыжок, и она отвлеклась. Девушка только успела снять обувь и залезть в кресло пилота с ногами, чтобы обсудить их дальнейшее путешествие, поболтать и поспорить над маршрутом с Ребеккой, как две ракеты разбили двигатель и хвостовой отсек вынырнувшего из-под пространства «Отважного».

Баст не стала долго осматривать повреждения корабля, наскоро глянув на чудом уцелевший двигатель и коротко посовещавшись с Бекки, она решила посадить корабль на близлежащую планету. Многочисленные пробоины исключали возможность длительного путешествия в космосе. Воздух в корабле становился все более разряженным и тяжелым. Пробоина, где-то в хвостовом отсеке теряла драгоценный кислород. Дышать становилось все трудней. А преследователь был слишком близко.

Наугад выбрав ближайшую планету из списка пригодных для жизни, «Второй Отважный» стал заходить на посадку, им управляла Ребекка.

Достав из рюкзака короткую кольчугу, украшенную по вороту изображением змеи, кусающей свой хвост, Баст застегнула ее на плечах. Из рюкзака также появились смена белья и стандартное белое платье воинов Королевства Роз. Короткое, без рукавов, но с капюшоном и серебристым поясом это платье легко заменялось на другое, если было порвано или испачкано. В рюкзаке их лежало несколько штук.

Обувшись и одевшись, Баст скинула на пол запачканную кровью одежду. Засунув в рюкзак свой меч Ратклифф, она осмотрелась по сторонам в поисках забытых вещей. С корабля надо было уходить.


***


Алиен был седьмым, младшим, сыном Великого Воина Тьмы Арвура.

Он не был воином.

Это обстоятельство было уже само по себе унизительным, да еще и род занятий он избрал для себя вовсе непотребный для воина – торговлю. Конечно, учили его не этому, а, как и остальных братьев – военному делу. Но спокойный, вдумчивый и даже немного меланхоличный характер Алиена ну никак не располагал к звериной жестокости и необузданности нравов, бывших в почете у Сеттов. Да и ростом он не вышел для Сеттов. При нормальном росте в два метра у его братьев, он был на полголовы меньше. Рост метр девяносто считался позорным. Сетты маленький рост принимали за отсутствие силы и слабость.

Слабым Алиена нельзя было назвать, а скоростью и реакцией он превосходил своих братьев. Он участвовал во всех состязаниях и военных игрищах, проводимых среди молодых Сеттов, но как-то с неохотой, не проявляя большого интереса.

Алиен ни разу не остался в соревновании последним. Но он делал это, не посвящая бесшабашному веселью всего себя, а всего лишь отдавая дань традициям и законам, подчинявших себе всю жизнь его сверстников. В которую входили занятия военным делом, включающее в себя множество дисциплин. Таких как фехтование, строевая подготовка, владение разными видами оружия, создание разнообразного оружия и взрывчатых веществ из подсобных материалов. Обучение вождению разных видов транспорта, как наземного, так и воздушно-космического. Дисциплин было много, все они были трудными для освоения, зуболомными в теории, и бесконечно множественными.

В перерывах между усиленными тренировками в занятия молодых Сеттов также входили шумные попойки, часто затевавшиеся на пустом месте драки «Дуэли Чести» и хвастовство взбалмошных подростков.

Военное дело занимало особое место в воспитании молодых воинов, начиная с восьмилетнего возраста. Их учили старшие воины космической крепости, тем самым воспитывая себе замену.

Новое поколение должно было заменить погибших в войне с Островом Роз. Старые воины надеялись воспитать молодое поколение Сеттов, не знающих поражения и жалости. Взять реванш и поквитаться со своими ненавистными врагами, уничтоживших их родные планеты и заставивших их жить в гигантских дрейфующих в космосе крепостях. Заставить их мучиться и жить так, как жили сейчас сами Сетты. Без земли, воды, воздуха.

Вся жизнь молодого поколения проходила в рассказах об отмщении, презрении к врагам и мечтах о том дне, когда они вышвырнут с Острова Роз своих обидчиков.

Алиен не проявлял большого интереса к историям о былых легендарных воинах, хвастовству и мечтам о сражениях. Именно за эту отстраненность и прохладность отношения ко всему этому, сверстники прозвали его Алиен «Чужой». Это прозвище само по себе могло считаться оскорблением, ибо у него не было сомнения в принадлежности себя к лучшему роду Сеттов и чистокровности, но уж очень он сильно отличался от своих. Сам порой замечал и болезненно воспринимал свое отличие.

Старшие братья часто обзывали его подкидышем и навязывали глупые драки и «Дуэли Чести», стараясь, извести и уничтожить непонятного и столь отличного субъекта, называющего себя их братом. Алиен ни разу не был бит с того самого времени, как прошел посвящение в воины, однако спокойной жизни в космической крепости его отца не было.

Последние капли терпения упали в его чашу несколько лет назад, когда один из братьев, Ролан, навязал ему «Дуэль Чести», обозвав его нечистокровным выродком. Эта дуэль, как и многие другие стычки между горячими и не умеющими сдерживать себя юношами, могла закончиться ничем и не иметь последствий. Если бы в тот момент в залу не вошел их отец Арвур и не потребовал, что бы дуэль состоялась по всем правилам на Арене Дуэлей и на глазах у многочисленных обитателей крепости.

Раскатистый рев гонга собрал на трибуны Арены Дуэлей львиную часть обитателей космической цитадели. Отсутствие в течение месяца интересных событий привлекли зрителей почти из всех каст и слоев общества. В течение часа на арену стекалось все больше и больше народу, слух о «Дуэли Чести» разнесся по всем этажам звездного дома Сеттов. Многие поднялись сюда с нижних уровней, специально посмотреть на кровавое зрелище.

Сетты в разноцветных одеждах галдели и обсуждали двух юных воинов, находящихся на противоположных концах арены. Тот факт, что они были родными братьями, да еще сыновьями Великого Воина и властителя этой крепости, создавал небывалый ажиотаж вокруг этой ничем не примечательной стычки двух юнцов.

По истечении часа еще более громкий рев гонга объявил о начале состязания. Облачившись в неполный доспех юноши, двинулись к середине арены.

Вскинув вверх меч, Алиен поприветствовал соперника. Юноша заметил, что Ролан, его брат, напуган и боязливо окидывает взглядом трибуны притихших зрителей.

Ролан сглотнул и облизал пересохшие губы, проявляя все признаки испуга, переступил на месте и исполнил ритуал приветствия врага чисто рефлекторно. Было смешно смотреть, как бугай, ростом выше Алиена, боится и чуть ли не трясется от страха. Алиен совсем не боялся.

Властитель крепости Арвур кивнул молодым воинам, ударил в маленький гонг и сел на свое место. Битва началась.

Алиена не беспокоила стычка с братом и многочисленные зрители. На состязания, являвшиеся также экзаменами к различным дисциплинам военного дела, приходило не меньше народу, и поэтому, страх брата был ему непонятен. К тому же он не раз встречался на этих состязаниях с братом. Ролан был не умен и слишком самонадеян. Не быть последним на экзаменах и не быть изгнанным из клана Сеттов за это, ему помогала только звериная сила в сочетании с медвежьей неуклюжестью. Алиен предполагал, что некоторых соперников Ролан просто давил по неосторожности.

На пятнадцатой минуте поединка Алиен подставил брату подножку, и когда тот оглушительно ухнулся об песок арены, приставил к горлу клинок и громко потребовал, чтобы тот взял свои слова обратно. Ролан поспешно заверещал, не отрывая взгляда от клинка, упиравшегося ему в кадык, что-то насчет того, что он не имел в виду ничего такого, но к концу фразы перешел на сдавленный визг и замолк. В принципе, этого было достаточно для того, чтобы прекратить дуэль и сохранить лицо – обидчик повержен и унижен на глазах множества людей, что же еще надо? Поэтому Алиен не спеша убрал меч от горла брата.

В глазах Ролана было непонимание и облегчение.

По притихшим рядам прошла волна шепота, гула и улеглась. Зрители явно не понимали в чем дело.

И тут в толпе кто-то закричал: «Что ты медлишь, убей его!»

И зрители тут же подхватили: «Убей его! Убей, ты на «Арене Дуэлей»! Один остается жить, другой умирает! Ты же воин! Убей его!» Многоголосый гул нарастал. Одна часть зрителей стала скандировать «Убей! Убей!», а другая: «Умри! Умри!» Гомон голосов достиг небывалой силы, каждый выкрикивал, что-то свое.

Алиен впервые в жизни растерялся, убить уже лежавшего и посрамленного врага? Но зачем? Он в недоумении посмотрел на отца и заметил гримасу разочарования на его лице. Арвур был недоволен слабостью своего сына, а может быть и исходом битвы.

Покинув арену под крики неодобрения и свист, Алиен тем же вечером пришел в покои отца и поделился своими планами покинуть крепость. Предлогом был поиск тренировок и уроков боевого мастерства в других крепостях у иных воинов клана.

Арвур согласился, что его сыну не пристало подобное малодушие, и в других крепостях его «научат» чтить «Кодекс Воинов». Алиен может взять небольшой корабль и отправляться в путь. Сказано это было таким тоном, что Алиен стоявший, на одном колене, склонив голову перед властителем крепости, резко вскинулся и посмотрел на отца.

Взглянув в глаза ему, он все понял. Смыслом дуэли было избавиться от сына, такого непохожего на других и подрывающего этим авторитет властителя. Юноша знал, что в крепости стали шептаться, будто он не сын своего отца, так сильно он отличался от других братьев. Арвур решил избавиться от младшего сына, дабы сохранить влияние и власть над другими. Ничто не должно было подрывать его авторитет.

Ничто. И никто. Даже его родной сын. Тем более что, у него, на тот момент, уже насчитывалась их девять, одним больше, одним меньше, какая разница?

Просто так убить своего сына было нельзя, ибо он должен был отомстить тому, кто нанес ему такое бесчестие и оскорбление, лишив одного из наследников. И поэтому властитель придумал хитроумный план избавиться от такого «мелкого заморыша» руками другого своего сына, Ролана. К счастью для Алиена, этот план не сработал. Поэтому Арвур так горячо поддержал предложение молодого воина об обучении за пределами космической крепости. Сплавить с рук, столь отличного и не хотевшего подчиняться древним правилам и обычаям сына, было, как раз властителю на руку. Кто может знать, что случится с Алиеном по дороге в другую крепость или в результате непредвиденного случая во время одной из тренировок, винить тогда будет некого, тренировки трудны и опасны, такое иногда случается, молодые Сетты умирают.

Юноша поблагодарил отца и вышел, медлить было нельзя. Он опозорил себя, проявил слабость, не подчинился «Кодексу Воинов». Любой, кто встретится на пути Алиена, будет вправе вызвать его на дуэль, а воевать с половиной населения крепости не входило в его планы. Юноша не был трусом, но и дураком, он тоже не был.

Оставаться здесь Алиену было больше незачем.


***


В иллюминаторе на фоне звезд отразился синий глаз Алиена, второй был закрыт свисавшей жесткой, черной прядью челки.

Уже третий год он находился в изгнании и вне закона. Вылетев из крепости отца, он так и не добрался ни до одной другой крепости клана. Вместо этого Алиен направился прямиком на плавучую международную космическую станцию. И в первом же из многочисленных баров набрал разношерстных, отчаянных молодых бродяг и сколотил из них свою первую команду корсаров.

Два года он грабил чужие торговые суда и торговал награбленным добром. Пережив два бунта, он остался капитаном своего корабля. Военная наука звездной крепости Сеттов не прошла даром. А в космических сражениях он только оттачивал свое мастерство и приобретал опыт. Первых и последующих новобранцев разных рас и народностей, вступивших в команду корсаров, он тренировал самостоятельно. Спустя какое-то время Алиен бросил опасное ремесло корсара и занялся куплей продажей.

Торговля шла хорошо. На смену маленькому кораблю, в котором он вылетел из крепости отца, встали новые – два четырехпалубных и три семипалубных.

Единственное, что мешало ему, так это его положение изгнанника, предателя и врага, коим объявил его собственный отец. Теперь надо было держаться в стороне от комических кораблей Сеттов и быть осторожным. Попадись он в руки своих бывших соотечественников, его участь была бы ужасна. Прежде чем он умер, его как предателя клана, по словам его отца, предавшего их дело и перебежавшего на сторону врагов, раскрывшим им секреты боевого мастерства Сеттов, ждали бы многочисленные пытки.

Но на больших пространствах освоенного космоса было легко скрыться от преследователей. Кроме того, существовала еще масса неисследованных миров за пределом цивилизованного космоса.

Алиен перестал созерцать раскинувшееся перед ним звездное пространство. Сняв с подставки ножны с мечом, он перебросил их за спину и закрепил на груди три ремня, поддерживающие ножны в удобном положении. Накинув на плечи дорогой кобальтово-синий плащ из чешуйчатой кожи, он застегнул его большой застежкой с самоцветами в тон и, откинув одну полу плаща за спину, всмотрелся в свое отражение. Зеркала в комнате не было, Алиен пользовался отражением в иллюминаторе.

В принципе он был доволен своей внешностью. Черные прямые волосы по старой военной привычке Сеттов он не стриг, кольца со сложными орнаментами украшали длинные изогнутые рога у основания. Эти драгоценные знаки отличия он выиграл в одном из состязаний. Такие же, не менее дорогие, украшения были закреплены у основания его копыт. На запястьях и щиколотках были надеты широкие наручи-усилители.

Чуть более светлого карминно-красного оттенка кожа и на полголовы более низкий рост – вот все, что отличало его от своих соотечественников внешне. И еще глаза светлого оттенка. У большинства Сеттов они были темными или синими. Однако не внешность сделала его изгоем среди своих, самое большое его отличие заключалось в характере, он просто думал по-другому и отличался в первую очередь не внешностью, а мышлением и поступками.

Алиен вздохнул и взял с полки кожаную ленту из такого же чешуйчатого материала, что набедренная повязка и плащ, и подвязал ей волосы, чтобы не спадали на глаза.

Все в вещах Алиена и обстановке каюты говорило о богатстве и достатке. Редкого дерева панели закрывали стандартные стальные стены космического корабля, дорогие портьеры украшали овал иллюминатора, пол от стены до стены был покрыт живым ковром, имитирующим траву – он рос, обновлялся и грел ноги. На столиках, прислоненных к стенам, под стеклянными колпаками стояли диковины. Стены же были увешаны редким оружием разных времен и цивилизаций – это была страсть Алиена. Во всех набегах и походах он собирал эти необычные, а порой и курьезные орудия истребления себе подобных.

Среди диковин под колпаками были редкие осколки цветного Энергона, доставшиеся ему по счастливой случайности. Алиен предполагал выручить за них очень большую цену.

Его дела шли хорошо, он тайно возвращался на базу, везя на борту контрабандный груз. Иногда бывший воин тьмы все еще подзарабатывал нелегальными продажами краденого. Не будь товар исключительного качества, Алиен ни за что бы, ни согласился связываться с этим. Но недавно его посетила мысль о своей собственной космической крепости или планете, на которой он сможет построить свое небольшое княжество, эта мысль была необычна, ее стоило обдумать.

Ему нравилось считать себя честным торговцем, нежели призираемым всеми низким пиратом, промышляющим торговлей живым товаром. Он хотел благополучия и цивилизованности. Звериные порядки, являвшиеся законом в крепостях кланов, грабежи, драки, насилия и убийства без причины и права, а также деградирующие, но считавшими себя выше других воины, были ему противны до тошноты. Поэтому он решил сделать все, что в его силах, чтобы вырваться из этого ненавистного мира дикости и жестокости.

Строя планы на будущее, Алиен лениво смотрел в центральный иллюминатор. На борту корабля он был один, с управлением прекрасно справлялся главный компьютер Марк II, в корабельную рубку его привела необходимость подкорректировать курс. В тот момент, кода он, неспешно поворачивая рукояти руля, меняя направление, его ослепила яркая вспышка в непосредственной близости от носа корабля.

– Пираты! – Алиен рефлекторно сжал рычаг спуска самонаводящихся ракет. Две ракеты устремились к цели.


***


Воздух в кабине стал свежее и наполнился необычными запахами. Снижаясь, корабль летел над лесом, простиравшимся до горизонта. Управляя кораблем, Ребекка искала место для посадки. Неожиданно внизу показалась и запетляла среди возвышенностей лента реки. Пролетев вдоль нее немного, «Второй Отважный» пошел на снижение.

Легкий гул двигателя затих, и вокруг воцарилась мертвая тишина. Тихий голос Ребекки сообщал об удачной посадке и составе атмосферы планеты.

Как только корабль коснулся земли, Баст выскочила из кресла пилота и, отстегнув держатели, вырвала жёсткий диск главного компьютера корабля. Голос Ребекки затих на полуслове.

– Прости, Бекки! Так нужно! – воскликнула она и, сунув диск в рюкзак, выскочила из «Отважного».

Третья, вечно сломанная, решетчатая ступенька задребезжала, когда она спрыгнула с нее на каменистый грунт.

Берег реки был покрыт мелкой обкатанной галькой, от воды поднимался пар. К реке с небольшого пригорка стекали маленькие ручейки и, вливаясь в нее, текли в сторону восхода. Реку окружали невысокие пригорки, на которых рос лес. Все вокруг было покрыто снегом: камни, стелющийся кустарник, деревья, редкая жесткая трава.

Единственными не укрытыми оставались река, журчавшие ручейки, да тихо всхлипывающие грязевые гейзеры, бьющие из земли. Температура держалась на пару градусов ниже нуля. Воздух наполняли пьянящие запахи леса, которые она почувствовала еще в кабине «Отважного».

Баст оглянулась.

Снег медленно падал на корпус корабля. Тонкая серебристая рыбка, всего семь метров в длину, с двумя торчавшими в сторону держателями ракет. Корабль «Второй Отважный» производил странное впечатление явно устаревшей конструкцией и дизайном, старинными очертаниями, не новой, но старательно залатанной обшивкой.

Сейчас он представлял и вовсе жалкое впечатление. Это впечатление, впрочем, было в корне ошибочно. Среди звезд он развивал невероятную скорость и, действительно, был похож на изящное морское животное.

Она посмотрела на свой искореженный корабль и осознала весь ужас случившегося. Корабль придется бросить.

Было жалко бросать «Отважного», но жальчее всего было древнего двигателя, питавшегося от чистого Энергона. Именно он, с хрупкими, зеркальными пластинами, расположенными в два яруса по кругу, огибая место, куда вставлялась друза Энергона, давал такую скорость и искрометную маневренность. Весь цикл переработки Энергона и превращения его в энергию, двигающую корабль, она не знала и не понимала. Рукописей и книг на эту тему не сохранилось даже в Великой Библиотеке, а процессы, происходившие при «сгорании» Энергона в этом двигателе, в корне отличались от тех, которые использовали современные корабли.

Управление тоже было отлично от современного. Садясь за штурвал, пилот становился в буквальном смысле единым целым с пилотируемым им кораблем. Для управления нужна была кровь пилота.

Будь у Баст чуть больше времени, она бы без сомнения вынула двигатель и спрятала его, где-нибудь среди скал или закопала в землю, как в прошлое свое приключение.

В тот раз Баст знала, что ее ищут, и намеревалась спрятаться основательно или вообще перебраться из этого района космоса в другой, более спокойный. Сменив курс корабля на новый, она не проследила вектор и место выхода «Отважного» из гиперпрыжка. Неожиданно вынырнув из подпространства, она на всей скорости врезалась и протаранила обшивку вражеского корабля, в десятки раз превышавшего размер ее собственного.

Виной всему были неправильно рассчитанный курс и беззаботность хозяйки «Отважного». От неминуемого плена ее спасла только молниеносная реакция. Пока враги пытались понять, что собственно произошло, а, поняв, радовались, какое счастье им привалило – та, на которую они много месяцев охотились и пытались поймать, сама пришла к ним в руки. Баст пробралась на вражеский корабль, предварительно сняв самую ценную деталь своего корабля – двигатель, и спрятала его в гигантском грузовом отсеке среди контейнеров. Пробравшись по вентиляционным шахтам, она угнала маленький спасательный модуль прямо из-под носа у разъяренных недоброжелателей.

Остов «Отважного» так и остался торчать из правого борта вражеского корабля.

С великими трудами, многочисленными приключениями и опасностями Баст удалось вернуть себе свой корабль, и двигатель. Починка после таких захватывающих приключений обошлась не дешево.

Поэтому она никак не могла решиться бросить звездолет. Неуверенно пройдя несколько шагов, Баст остановилась.

Земля была покрыта густыми узорами веток, переплетенных между собой. Низкорослый, стелящийся по земле кустарник, судя по всему, произрастал по всей поверхности планеты. Сверху его присыпал непрерывно падающий из густых, клубившихся багровых туч снег. Он валил большими белыми хлопьями, не прекращая ни на минуту этого занятия, с того самого момента, как Баст приземлилась на эту планету. Вокруг были только звуки журчания реки, да тихий шелест падающего снега.

Обернувшись и посмотрев на корабль «Отважный» в последний раз, Баст приняла окончательное решение и углубилась в заснеженный лес.

С неба, затянутого темными багровыми тучами, раздался гул спускающегося корабля «Воин Мрака».


***


Алиен спрыгнул на покрытый галькой берег и осмотрелся. Чужой корабль засыпало снегом. От корабля вглубь леса вела цепочка маленьких следов.

Поправив перевязь с мечом, он осторожно стал красться по следам неизвестного.

В звездной крепости следопыт-наставник учил Алиена и других молодых юношей «читать» и распознавать следы даже на каменистых горных тропках. Эти следы были настолько отчетливы, что он без труда шел по ним вглубь леса.

Неизвестный даже не пытался заметать следы, да и как их скроешь на чистом, как лист бумаги снегу. Единственное, что смущало его, так это размер отпечатка. Подняв ногу, Алиен посмотрел на собственный след копыта, размер его отпечатка вдвое превышал след беглеца. Помимо всего прочего, сквозь легкую обувку отчетливо пропечатался след пяти пальцев. Ноги неизвестного были пальцеходящими, он как бы ходил на цыпочках, не сильно припадая на пятку. К тому же, беглец не пользовался помощью рук, а ходил на двух ногах, это сразу сократило список подозреваемых рас, сумевших оставить подобные следы. В голову Алиена закрались смутные подозрения.

Но он не привык отступать и смело шел по следу.


***


Цепочка отпечатков, уходящих все дальше, становилась свежей. Алиен явно догонял пилота неизвестного корабля. Идти было легко, большие копыта приминали низкорослый кустарник, не проваливаясь в щели, образованные ветвями. Не напрягаясь, он отмахивал положенное расстояние. Воин прибавил шаг и, спустя некоторое время, заметил, что следы совсем свежие. Присев на корточки, он потрогал отпечаток, который даже не успел наполниться сочащийся из-под земли водой.

– Очень близко! – вслух подумал Алиен и, достав из-за спины меч, стал красться к группе деревьев впереди.


***


Ноги Баст проваливались сквозь толщу снега и застревали в переплетении веток кустарника. С трудом вытаскивая их из сугробов, она обдирала о колючки кустарника незащищенные обувью участки кожи.

С каждым шагом выдергивать ноги из переплетения веток под снегом становилось все труднее. И только тут Баст поняла, насколько серьезную она совершила ошибку, пойдя в лес, вместо того, чтобы попытаться уйти от преследователей вдоль берега реки, неважно, вверх по течению или вниз. Но сразу же обругала себя и отбросила эти мысли – ее корабль поврежден, а преследователи могли передвигаться с любой скоростью. На открытом берегу реки, ее быстро выследят по цепочке следов. В лесу же можно спрятаться под деревьями, в пещере, в норе, да бог знает, где еще – укромных мест много, а с воздуха им ее не увидеть. Конечно они, скорее всего, оставят корабль и пошлют по ее следу группу вооруженных солдат. Мысль о том, что корабль гражданский, а не военный, даже не приходила ей в голову. Тогда можно будет запутать следы, натоптать на какой-нибудь поляне побольше, увести свои следы в ложную сторону. И, обойдя по кругу преследователей, вернуться к месту крушения и посмотреть, можно ли будет угнать их корабль. Вряд ли они оставили много охраны на нем, скорее всего, все кинулись в погоню.

Баст оглянулась. След на снегу оставался четкий, постепенно заполнялся водой и грязью из горячих источников, бьющих под снегом. Местами над землей поднимался пар. В легких ботинках хлюпала вода.

Она стала углубляться все дальше в лес, туда, где деревья росли с наиболее толстыми стволами и имели густую раскидистую засыпанную снегом крону.

«С воздуха они меня точно не увидят,» – подумала Баст и стала повнимательней приглядываться вокруг себя, подмечая даже мельчайшие детали ландшафта. На первый взгляд деревья были обычными, но присмотревшись, она поняла, что листьев у них никогда не было. Из-под круглых шапок снега торчали острые разветвленные колючки, которые она сначала приняла за тонкие ветки. Стволы были гладкие, как будто отполированные.

Солнце поднималось все выше, а туман рассеивался. Света становилось все больше. На верхушках сугробов заискрились кристаллики подмерзшего льда.

– С разбегу не заберешься, – определила Баст. Ветки были слишком высоко, но вот цепляясь когтями можно было бы и забраться. Выгодно спрятавшись среди снега и веток, можно получить прекрасный обзор и обстрел. Саму же Баст будет трудно разглядеть в сугробах снега, нанесенных на густо переплетенные ветки деревьев.

Споткнувшись обо что-то невидимое в снегу, Баст упала, провалившись по локоть руками в подснежную грязь, плюхнулась лицом в снег. Руки стали медленно уходить под землю. Она проваливалась все глубже в теплую, липкую грязь. Стесав обе коленки, чертыхаясь и пачкаясь в грязи, она не сразу выбралась на относительно неглубокий участок. Тяжело дыша, она стояла на четвереньках в снегу, пытаясь унять тошноту.

– Что это? – подумала она, – Что могло вызвать такую слабость и сильнейшую головную боль? – Баст закинула голову и посмотрела в блеклое багровое небо.

– Только сотрясение… Я слишком сильно ударилась там, на корабле, не успев закрыться руками, – теперь Баст поняла всю опасность своего положения и испугалась – ей нужно было двигаться, и двигаться быстро, но сильное сотрясение не давало ей возможности идти с прежней скоростью. Ей надо было остаться и переждать где-нибудь, пока организм восстановится.

Сколько ей потребуется времени на то, чтобы ушла противная слабость из ног? День? Два? А преследователи уже наверняка осмотрели брошенный корабль и пустились вдогонку по ее следу.

Собрав последние силы, она встала и побежала по заснеженному лесу, петляя между деревьями. Может, удастся уйти на достаточное расстояние от своих преследователей и спрятаться – это ее последний шанс.


***


Теперь только одна сила воли и нежелание попасть в плен толкали ее вперед. Пейзаж впереди был не четким и размытым, она тяжело и прерывисто дышала, выдыхая белые облака пара. Пошатнувшись, она припала к возникшему перед ней стволу дерева.

Прислонившись к нему, втянула в легкие побольше холодного, морозного воздуха, стараясь отдышаться. Пообнимавшись немного с деревом, Баст резко оттолкнулась от него и медленно потрусила дальше.

Скорость передвижения резко падала, она все больше и больше выбивалась из сил. Передвигаясь от дерева к дереву Баст, не сдаваясь, шла вперед, падала, поднималась и шла дальше.

Солнце уже было высоко в зените, весь лес заливал яркий нестерпимый свет. Отражаясь от белоснежного снега, он слепил глаза, не давал различать отдельные заснеженные предметы лесного пейзажа. Баст видела перед собой только темные, нечеткие очертания стволов деревьев.

Потеряв в снегу ботинок, она упала в последний раз. Это падение окончило ее многочасовое блуждание по лесу.

Обхватив дерево руками, и прислонившись к гладкому стволу щекой, она уже некоторое время стояла и смотрела на такой прекрасный, нестерпимо сияющий и столь негостеприимный пейзаж. Вокруг стояла тишина, лишь где-то под снегом журчала вода источников. На белом, ровном снегу не было видно следов животных или птиц. За спиной хрустнула ветка. Баст медленно повернулась на звук.


***


Незнакомка посмотрела через плечо и не спеша повернулась к Алиену лицом. Одной ладонью руки она держалась за дерево, другой держала за лямки серебристый рюкзак с оранжевой полоской. Ее слегка пошатывало от усталости. Вид у нее был жалкий.

Короткое белое платье было испачкано и пропитано грязью, видно, не раз она проваливалась в сугробы, подогретые снизу горячими источниками. Колени были сбиты, с ног стекала вода, руки по локти были испачканы в грязи. Одного ботинка не хватало. Длинные, неизвестного оттенка, вымокшие в воде волосы заледенели и висели сосульками. Один раз она провалилась в проталину с головой.

Сам же Алиен ни разу не оступился и не провалился под снег, все места, где падала девушка, были отчетливо видны, он даже мог сосчитать, сколько раз она навернулась.

Сорванное быстрым бегом, дыхание девушки постепенно успокаивалось. Прозрачную дымку выдыхаемого воздуха уносил ветерок. Зеленые глаза девушки сверкнули злым огнем и тут же погасли, лицо стало пустым и безразличным. Она опустила глаза. Густые ресницы закрыли блеск зеленых глаз. Сразу стало видно насколько она изранена и устала.

Алиен пристально продолжал рассматривать неизвестную девушку: невысокого роста, длинная шерсть на пушистом хвосте намокла и свисала сосульками на две стороны. Единственной частью, не испачканной грязью, являлись аккуратные ушки на голове девушки, они оставались белыми. Без сомнения, перед Алиеном стояла жительница Острова Роз, а значит, враг.

Воин медленно поднял меч.


***


Первый страх и оцепенение понемногу стали отпускать Баст. Спустя какое-то время она только с вялым интересом наблюдала за тем, как из-под ветвей раскидистого дерева выходит высокий, выше ее ростом Сетт и, оглядываясь с интересом, рассматривает ее.

Когда из-за деревьев больше никто не показался, а Сетт продолжал приближаться, медленно доставая свой меч, Баст с удивлением и радостью подумала:

«Всего один? Она справиться с ним! Обманет, запутает, обведет вокруг пальца, и победа будет за ней! Главное – заговорить с ним». Воин вроде бы не собирался нападать немедленно, меч он вынул для предупреждения и стоял, неподвижно рассматривая ее с небольшого расстояния.

«Можно будет вернуться к кораблю, спрятать его под деревьями, починить. Детали и куски обшивки взять с чужого корабля». – Успокоившись, довольная поворотом событий, Баст полуприкрыла уставшие глаза.

И тут Сетт вскинул меч и замахнулся. От неожиданности она сделала шаг назад. Большая черная тень нависла над девушкой. Воин резко метнул свой меч. Серебряным бумерангом он несся к ней.

Блик от брошенного меча ослепил девушку, и что-то тяжелое ударило ее сзади по затылку, вышибая из нее дух.

Она потеряла сознание.


***


Алиен осторожно оглядывал хрупкую фигурку – на первый взгляд переломов не было. С трудом стащив с девушки труп большого, волосатого животного, внешним своим видом больше всего походившего на помесь медведя и тюленя, Алиен присел на корточки и стал думать. Перед ним лежала, без сомнения, чистокровная Хранительница. Судя по отсутствию рыжих и черных пятен на шерсти, девушка была из «высших».

Алиена прошиб холодный пот, такое случалось с ним всего пару раз в жизни. Перед ним лежала оглушённая Хранительница Королевства Роз. Что она делала в этой части космоса?

Упершись в косматый лоб зверя ногой, Алиен с трудом вырвал меч из черепа животного. Вытерев о снег, он засунул его в ножны. Стоя над двумя неподвижно лежащими на земле телами, он ненадолго задумался.

Потом со вздохом расстегнул застежку плаща и накрыл им девушку.


***


Она лежала на чем-то мягком и теплом, это было невероятно приятно после неспешно пробирающегося в кости холода снежной планеты. Впрочем, согреться она успела еще раньше.

Баст зарделась. Предательское воспоминание всплыло в сознании: огненно-горячая, широкая, мускулистая грудь, к которой она невольно прижималась своей холодной щекой. Позвякивающие в такт шагов серебряные украшения перевязи с поблескивающими камнями, мягкий окутывающей ее плащ и… руки, крепко прижимающие ее к груди великана. Возможно, даже излишне крепко, воин явно был невероятно силен.

Сердце застучало быстрей, перед глазами снова появились разноцветные пятна. Резко вскинувшись, она схватилась одной рукой за затылок, а второй за лоб – сколько же раз за сегодняшние сутки досталось ее бедной голове? От нескольких сотрясений и сильных нагрузок ее мутило, она явно пребывала в бессознательном состоянии не так долго, и не успела восстановиться.

Приподнявшись, Баст уселась удобнее, скрестив ноги. За правой ногой по покрывалу кровати тянулась цепь, заканчиваясь кольцом, охватывающим щиколотку.

Итак, она все-таки в плену.

Теперь Баст совсем с другими чувствами вспоминала воина. С негодованием и злостью. И по-другому оценивала его статную, мускулистую, прекрасно вылепленную фигуру. Такой не добьешься без многолетних усиленных тренировок и нагрузок. Страх закрался в ее душу.

Она видела много воинов Сеттов, все они были высокие, мускулистые, на целую голову выше любого из жителей Острова Роз, но явно уступали мускулатурой этому.

Большинство из них были грузны и неповоротливы. Многих захватывали в плен при нарушении границ и отсылали для отбытия наказания на рудники по добыче Энергона, после депортировали за пределы территории Королевства Роз.

Прекрасно вылепленные мускулы этого Сетта наводили на мысль об уникальном воине, подготовленном для специальной миссии. Не по ее ли душу он появился в этом заброшенном районе космоса? В памяти всплыл момент, как он ловко метнул свой меч, и вспышка, ослепившая ее. Плечи Баст содрогнулась.

Встав с кровати, она стала ходить по комнате, осматривая ее и одновременно думая, как выпутаться из сложившейся ситуации.


***


Сидя у мониторов, Алиен уже битый час наблюдал за действиями незнакомки. Сейчас она, сопя, рыча и изобретательно ругаясь, впрочем, не выходя за рамки цензуры, пыталась разорвать цепь.

Девушка тянула и перекручивала, напрягая все силы, упиралась ногами в стену и под конец, отломав ножку у стула, пыталась разжать подплавленные звенья рычагом.

В первые полчаса после того, как она очнулась, в комнате были пересмотрены, перетроганы и передвинуты со своих мест все вещи. После, были обнаружены и уничтожены три видеокамеры, две так и не были найдены, и Алиен пользовался ими, чтобы подглядывать за незнакомкой.

Рядом с ним, на краю приборной панели, стоял небольшой поднос с едой, но воин пока не решился зайти в комнату. Слишком сильно его заинтересовала аномальная активность девушки.

Найдя среди вещей на столах несколько осколков цветного Энергона2, девушка сделала невероятную вещь. Разрезав ладонь осколком стеклянного купола, под которым хранились куски Энергона, морщась от боли, она примотала камни золотыми цепочками к руке, плотно вдавив кристаллы в рану. Алиен понял, что она делает, только когда из направленной на цепь руки вырвался яркий, сплетенный из трех различных энергий всполох.

О боги Ада! Чистая энергия! Он слышал о таких вещах, но никогда не видел. Сеты использовали Энергон только как топливо для двигателей своих кораблей и для систем жизнеобеспечения плавучих крепостей, тогда, как жители Королевства Роз спокойно могли воспринимать, поглощать, трансформировать энергию кристаллов в огонь и лед и воздействовать ей на предметы.

Заинтригованный увиденным, Алиен, стал внимательней наблюдать за девушкой. На мгновение он позавидовал кошке, но посмотрев на ее бесплодные усилия, не зло усмехнулся – ему не нужна была мощь цветных Энергонов, чтобы порвать эту цепь. Он бы разорвал ее одним движением руки, даже не используя наручники-усилители.

На руках у девушки было два широких золотых нарукавника-усилителя, которые совсем не могли помочь ей в ее нелегкой задаче, ибо они не могут увеличить мощь мускулов более чем на половину их истинной силы.

Перестав терзать цепь, девушка-кошка издала короткий крик разочарования и, топнув ногой в сердцах, бросила обломок стула на пол. Прислонившись спиной к стене, она откинула голову. Раздался глухой звук. Незнакомка удивленно распахнула обрамленные густыми ресницами глаза. Еще раз, легонько стукнувшись о деревянную резную панель затылком и повторно услышав глухой звук, стала ощупывать панель.

В следующий момент воин метнулся к пульту управления и отключил питание автоматических орудий, вмонтированных в нишу стены.

Девушка-кошка обнаружила спрятанное в стенах оружие. Эти небольшие автоматические пушки были установлены для охраны, на случай проникновения на корабль непрошеных гостей или на случай бунта. Ими управлял его система искусственного интеллекта Мрак. В случае непредвиденных обстоятельств он должен был встретить агрессоров шквалом огня.

Вернувшись к монитору, он выругался: со стен методично отдирались панель за панелью, автоматическая пушка была демонтирована из стенной ниши. Девушка с интересом рассматривала оружие, но питание было уже отключено.

«Маленькая зараза! – в сердцах подумал воин».


***


Посреди комнаты росла куча мусора из разбросанных вещей, сломанной мебели, четырех отключенных от питания пушек и отодранных от стен резных панелей.

Алиена возмутил этот акт вандализма, панели действительно были дорогими.

Не все панели снимались легко, некоторые ломались, но не хотели расставаться со стеной.

Вредный кусок дорогого дерева никак не поддавался. С треском последняя панель отщепилась от стены, оставив висеть два куска древесины на длинных металлических штырях. С возгласом: «Ух!» – девушка опрокинулась на спину. Немного полежав и придя в себя, она стала сдирать напольное покрытие.

Дьявольская изобретательность была ее синонимом! Он был рад, что предварительно снял все стеклянные панели с коллекционным оружием и унес на склад, больше оружия в комнате не было. Алиен подмечал малейшие детали поведения кошки. В хаотичных действиях девушки была своя система. Он знал, что она искала, простукивая стены под деревянными панелями! Черный выход! Секретный выход!

Напольное покрытие отходило от пола гораздо легче, чем стенные панели, девушка просто скатывала его в рулоны.

Потайной выход действительно существовал и находился под кроватью с резными столбиками. Он проходил в толще фальшивой, внутренней стены и вел на нижние этажи корабля.

Воин быстрым шагом пошел в сторону склада, на ходу соображая, где может лежать портативный сварочный аппарат.

Заварив крест-накрест, двумя стальными пластинами люк черного входа он вернулся к мониторам.

Девушки на них не было.

За спиной грохнули напольные решетки, кто-то спрыгнул на них с большой высоты. В затылок Алиена врезалось сиденье кресла.

Треснувшись лбом о монитор, воин, проявив неожиданную проворность, успел перекатиться на бок и отпрыгнуть в сторону. Следующий удар пришелся на пустую панель управления, и разбил ее вдребезги, стерев в пыль уже испорченный, стоявший на ней монитор.

Ослепленный осколками Алиен пятился, град ударов теснил его к стене. Ловко уворачиваясь от попыток схватить ее, девушка обрушивала на него удары, собирая для этого все свои силы. Кресло трещало, от него откалывались куски пластика, но оно держалось.

Алиен закрывался от ударов, выставив вперед согнутую руку. Действуя креслом, как двуручным мечем, она размахивала им из стороны в сторону, нанося удары, не давала подойти к ней близко, при этом заставляя отступать все дальше и дальше к стене.

Подпрыгнув высоко и занеся за голову руки с креслом, девушка сверху вниз обрушила на воина сокрушительный удар, вкладывая в него всю тяжесть тела. Не выдержав удара, кресло разлетелось на многочисленные куски пластика, в руках остались только изогнутые прутья спинки.

В Алиена летели все попадающиеся под руки девушки вещи. Стиль ее сражения можно было бы назвать хаотичным, если бы он, как искусный воин, не мог оценить всю продуманность комбинаций ударов и действий. Такой стиль был не привычен для него.

Ни разу она не открылась перед ним для удара, и ни разу она не попала в поле досягаемости. Так что даже если бы он и хотел, то не мог добраться до нее. Быстрота ее реакции и действий поражала, она могла сделать оружие из всего, что попадалось ей под руку, всегда между ними был щит из каких-либо вещей.

Алиен бросил попытку дотянуться до девушки и просто отступал к стене, в надежде выиграть время. В голове вертелась мысль: как, не причиняя большого вреда, обезвредить девушку? Он был, в какой-то степени виноват перед ней, его ракеты разбили ее корабль, и агрессивное отношение девушки к нему было понятно. Разумеется, она считает его пиратом или охотником за головами, или просто грабителем и насильником.

В руке, которой он прикрывался, застряли острые щепки от пластикового кресла, кровь, вытекая из ран, капала с локтя на пол.

Алиен стал сомневаться, выдержит ли он такой напор, сможет ли он, не нанеся вред девушке утихомирить ее. Он не хотел пускать в действие ни меч, не свой коронный удар левой, уж больно маленькой и хрупкой выглядела девушка по сравнению с ним. Ростом она еле-еле доставала ему до плеча, тем не менее, ни капли не уставала и не сбавляла темпа.

В ход пошло еще одно кресло. Мощными ударами она загоняла осколки, засевшие в коже глубже в руку. Больно не было, в космической крепости учили выдерживать гораздо большие болевые нагрузки, просто упорство и целеустремленность девушки поражали и обескураживали его.

Конец его раздумьям принесли два стула с резными спинками. Первый, ловко поддев ногой, она швырнула ему под ноги, а второй, схватив за спинку, запустила в него.

Пролетев над пригнувшимся воином, стул разбил опоры, на которых держалась массивная полка, и предметы, стоявшие на ней, посыпались ему на голову. Небольшой, но явно тяжелый ящик, весь в заклепках и полосках железа, падая с полки, врезался Алиену в висок, вызвав столь желанное для девушки, пусть и короткое, но полное его забытье.


***


Тяжело дыша, Баст стояла, держа за ножку низкую трехногую табуретку. Медленно опустив руки, она разжала ладони, приземистый стульчик выпал из ее руки и со стуком покатился по полу. Табуретку она хотела швырнуть ему в лицо, когда брошенные два стула отвлекут внимания на себя. В задумчивости она рассматривала лежащего у ее ног гиганта.

Если бы не ее врожденная удача и повышенный процент везения, который все отмечали за ней, она бы не смогла голыми руками, завалить такого огромного, мускулистого воина. У нее не было оружия. Все осталось в рюкзаке, интересно, незнакомец забрал его с собой или оставил на поляне? Она может поискать свой рюкзак после, сначала нужно решить, что делать с ним, не ровен час он очнется и тогда… Вряд ли ей повезет второй раз за день.

С другой стороны, череда ее неприятностей: сломанный корабль, неудачные падения и удары – объяснялись только приступами регулярного невезения. Как периодическая болезнь эти приступы появлялись все снова и снова. Они не длились больше двадцати четырех часов, но в эти дни ей положительно не следовало ничего делать. Все, что она брала в руки, ломалось, стоило ей пойти прогуляться по саду, она влипала в неприятности.

В такие «непогожие» дни она обычно запиралась в своей комнате и старалась ничего не делать, ни куда не выходить. Читала книги.

Наскоро прикинув, сколько часов она была без сознания, плюс, сколько бродила по лесу, она убедилась в том, что двадцать четыре часа невезения прошли.

Приподняв за руку воина, она попыталась протащить его немного, но ей это не удалось. Продолжая размышлять про себя, на отдаленные темы девушка, высчитывая, в какой мере увеличится ее везение, так как после приступа резкого невезения, «процент везения» должен быть повышен и на сколько часов его хватит.

Она рискнула приподнять воина за плечи, но не очень преуспела в этом деле.

Баст знала свои сильные стороны и беззастенчиво отдавалась на волю случаю и судьбе. Она, всегда не задумываясь, прыгала в бездну. Кроме таких вот дней, когда над ней властвовал неумолимый рок, и ей катастрофически не везло…

Баст почесала в затылке, и обойдя воина вокруг, взяла за ноги. Упираясь, она рывками развернула его в сторону дверей, ведущих в комнату. Эта комната, явно служила воину-пирату спальней. Раздумывая, как быть дальше, она медленно рывками тащила его к двустворчатым раздвижным дверям.

Проще было бы найти какой-нибудь острый предмет и перерезать ему горло… Но он не убил ее, когда она была без сознания. Значит, она должна ему, ну скажем… один пункт. Однако попадись он на пути еще раз, она церемониться с ним не станет. Он приковал ее к стене своей комнаты как какую-нибудь рабыню, и этого она не могла ему простить!

Всем известно, что Сетты торгуют «живым» товаром и держат рабов вместо оплачиваемых слуг. По всему цивилизованному космосу был слышан ропот и крики об этом вопиющем предприятии, поставленном на широкую ногу. Только старинный договор о сохранении мира не позволяет начинать открытые боевые действия. Многие расы посылали посланников во Дворец Роз, в надежде начать войну. Помощь и заступничество они получали, но в начале боевых действий им всегда было отказано.

Всем было известно, что Сетты возят с собой все свои собранные грабежом сокровища, и потворствовать новым грабежам, уже с другой стороны, со стороны просителей, правление Королевства Роз не собиралось.

Самих жителей Острова Роз Сетты редко брали в плен, обычно старались убить сразу. Однако, если одинокие путники-путешественники всё же попадали в плен, за ними немедленно посылалась спасательная экспедиция Королевством Роз. Жители королевства дружно сплачивались, становясь, плечо к плечу, и отражали любой натиск врагов. Именно в этом была их сила и непобедимость. Их боялись, ненавидели, но не уважать не могли. Тем не менее, грозных воинов Королевства Роз отличало одно не присущее другим расам свойство, а именно милосердие и жесткий кодекс поведения по отношению к другим расам. Своих пленников они никогда не обижали, не пытали, не били и содержали в очень хороших условиях. Даже на энергодобывающих рудниках, куда свозили всех заключенных, условия жизни были приемлемые и не лишены досуга.

Напрягая все оставшиеся силы, Баст вполне успешно тащила воина в сторону его собственной спальни. Убивать она его не будет, но запрет в комнате и забаррикадирует дверь. Зуб за зуб, он пытался поступить с ней так же. А его корабль ей пригодится.

Протаскивая воина мимо пультов управления, она заметила на полу свой рюкзак и несказанно обрадовалась, план дальнейших действий составился легко и просто.


***


Алиен очнулся в своей разоренной комнате. Лежа на спине, он опирался на дверь. Скорее всего, у девушки-кошки не хватило сил дотащить его до середины комнаты. Затащив наполовину, она приподняла его и, втолкнув, закрыла дверь.

Встав, он отряхнулся и осмотрел бардак, царивший в комнате. Как бы насмехаясь над всем, посреди хаоса стояла кровать, аккуратно застеленная и не смятая.

Алиен был в бешенстве, хотя внешне это можно было понять только по слегка нахмуренным бровям. Он обошел кучу мусора, валявшуюся посреди его собственной комнаты, задержав ненадолго взгляд на цепи, и лежащем рядом одиноком ботинке, подошел к кровати и лег.

Закрыв глаза, стал размышлять, горько про себя усмехаясь. Цепь была не надорвана, и замок не был раскрыт, маленькая ножка девушки, легко и просто выскользнула из слишком широкого наручника после того, как она сняла обувь с ноги.

Временно приковать и обездвижить девушку ему пришлось после того, как из ее рюкзака были выужены: кастет, четыре узких стилета и еще куча острых и обоюдоострых предметов, в том числе и неизвестного назначения. Он не стал рассматривать содержимое полностью, этого ему хватило для того, чтобы решить: сначала расспросить девушку о том, кто она такая, а потом решать давать ей свободу или нет. Конечно, он не стал бы отдавать или продавать ее властителям любой плавучей крепости, скорее бы высадил на первой попавшейся станции, выплатив компенсацию за ущерб и оплатив ремонт корабля. Хотя за «чистокровную» властители многое дали бы. Количество золота было бы огромным.

Алиен припомнил три «сожженных» дорогих цветных Энергона, испорченные резные панели. Некая мысль отвлекла его от подсчета убытков.

Он мог бы вернуться в крепость отца с чистокровной заложницей, за такое ему простили бы любую ошибку. Такая богатая добыча обеспечила ему высокий статус на всю оставшуюся жизнь, присмыкание и лебезение перед ним тех, кто не смог отличиться так же как он.

Гнев взметнулся в нем рокочущим пламенем, воину с трудом удалось держать себя в руках, брови нахмурились еще сильнее. Так всегда было, когда он вспоминал крепость. Хотя он и чувствовал себя иногда одиноко, путь назад был для него закрыт. Он никогда не вернется туда!

Мстительно и методично припоминая девушку и все ее действия, он понял, что самостоятельно подготовил тюрьму для себя. Он корил и терзал себя за то, что его смогли так ловко провести. Подумать только собственными руками все подготовить, чертовке даже не пришлось сильно напрягаться. Он был зол на нее, но не мог восхищаться ловкостью и хитростью маленькой мошенницы.

Все четыре автоматические орудия были сломаны, Энергоны уничтожены, черный выход заварен. Как же она сама выбралась? Это была очередная заинтриговавшая Алиена загадка. Интерес погасил в нем гнев.

В комнате было два черных выхода. И он мог поклясться, что второй она так и не обнаружила, ибо панели на потолке были нетронуты. Один черный выход вел на нижние ярусы корабля, а другой, соответственно, на верхние, высокий потолок был вне досягаемости цепких лапок девушки.

За дверью были слышны шорохи и стуки, незнакомка передвигала и таскала какие-то предметы, они шуршали по решетчатому полу кабины и глухо стукались, когда она их ставила.

Воин лег поудобнее, закинув за голову руки, закрыл глаза, и, сосредоточившись, втянул носом воздух. Вокруг него, обтекая, лаская лицо, поднимались вверх волны запаха. Девушка лежала на том же самом месте, где сейчас лежал он сам. Одеяло и простыни пахли ее волосами.

Дернув головой, он отогнал наваждение и втянул носом воздух сильнее. Комната становилась «видна» все отчетливее, он постарался выбросить все лишние мешающие запахи и сосредоточиться на аромате девушки. Вот старые отпечатки ее пальцев на панелях и вещах. Вот след запаха внутри кольца, обхватывавшего ее щиколотку, вот след рук, где она держалась за цепь, пытаясь ее порвать, и… Тоненькая струйка свежего аромата, просачивающаяся из вентиляционной решетки на потолке и отпечатки пальцев вокруг нее.

Не открывая глаз, Алиен протянул руку и с силой ударил по стене комнаты. От сильного удара стена задрожала, передав часть вибрации потолку, не закрепленная ни на чем вентиляционная решетка грохнулась об пол.

Стуки и шуршание за дверью на минуту прекратилось. Легкая, едва осязаемая стена энергии прокатилась вскользь, мягко обхватила его и, как волна, вернулась обратно.

«Однако! Она и это может!» – Сейчас последовало не что иное, как проверка – не видя сквозь стальную переборку-дверь, она проверила, где он находится, послав волну энергии!

Удивленно приподняв бровь, Алиен направил свой внутренний взор сквозь вентиляционную шахту в помещение, в котором находилась девушка. Он видел ее очень отчетливо. Все предметы были видны как бы в инфракрасном свете, только цвет их определялся не теплотой тела, а запахом. Поэтому все предметы были «видны» необычайно четко. Воин погружался все глубже в медитацию.

Девушка активно ходила от стены к стене, передвигала какие-то ящики, тянула провода. Подсоединяла, перевязывала изолентой, сворачивала провода в компактные кольца, включала тумблеры. От активной физической работы температура тела девушки поднялась, и кружащий голову запах женского тела заполнял всю комнату. Ноздри Алиена затрепетали, втягивая воздух.

Он долго и с интересом «рассматривал» ее действия. Плавные, гармоничные движения, ни одного лишнего наклона или поворота, она как бы танцевала по комнате, при этом делая нужные ей дела. Гибкость и ритмичность движений ее тела наводила на мысль о том, что она могла бы неплохо фехтовать. Конечно, широкий тяжелый меч Сеттов ей не поднять, нечто более тонкое: шпага или рапира. Алиен любовался быстрыми движениями ее рук и поворотами головы.


***


Девушка собрала провода в кучу, и, подключив последний штекер, остановилась посреди комнаты.

Взглядом стала проверять правильность подключения, поворачивая голову из стороны в сторону, она прослеживала движение всех подсоединенных проводов от разъема к разъему.

Пора.

Алиен, резко раскрыл глаза, видение исчезло. Плавно встав с кровати, воин подпрыгнул, зацепился рукой за выступ панели на потолке. Повиснув на одной руке, другой выдавил панель черного выхода. Она плавно скользнула в сторону. Подтянуться, зацепиться за скобу, торчавшую из туннеля, не составило труда. Быстро перебирая руками, он поднимался. Сожаление охватывало его, ему придется причинить боль девушке. Воин отмел все сомнения в сторону. Он точно знал, что сделает жительница Острова Роз, если доберется до своих и попросит помощи. На энергодобывающие рудники ему никак не хотелось. На этот раз он любой ценой подойдет к девушке вплотную и подавит ее сопротивление, она не сможет противостоять его превосходящей силе.

Выбравшись из лаза на верхние этажи, Алиен прихватил меч с висевшей на стене панели. Осторожно прислушиваясь, он медленно крался к лестнице, ведущей на этаж, где находилась незнакомка. Воин воскресил в памяти хрупкую фигурку и тоненькие ручки девушки – он постарается, как можно более осторожно обезвредить и связать ее.


***


У Баст было хорошее настроение, ее сила, заключающаяся в везении, вернулась к ней, она почувствовала себя более уверенно. В рюкзаке находился жесткий диск с ее «Отважного». Решение захватить корабль помешавшего путешествовать ей воина возникло незамедлительно.

Она подключит Ребекку к терминалу звездолета и долетит на нем до первой станции, где найдет помощь.

В течение часа она подключала выуженный из рюкзака переносной диск к консолям чужого корабля. Вскрыла стенные панели и обнаружила там известную ей систему взаимодействия главного компьютера и систем звездолета. Это облегчило задачу подключения проводов. Несколько мощных трансформаторов, которые сможет использовать Ребекка в борьбе за главенство, нашлось на складе. Ей придется вытеснить уже имеющеюся там систему, перезаписать себя на терминал корабля и стереть по возможности все настройки и пароли, заменив своими.

Баст чувствовала, что вражеский компьютер не уступает по мощности и «продвинутости» ее собственному. Она не знала, откуда в ней это знание. Но поговорить с виртуальным воплощением системы корабля и узнать, какого именно вида «оно» стоит на вражеском звездолете, ей так и не удалось. Значит, придется действовать вслепую и полагаться на удачу.

Баст ощущала искусственный взгляд этой системы, постоянно, пока подсоединяла провода, видеокамеры, находящиеся по углам комнаты неотрывно, двигались за ней, наблюдая. То ли она не представляла опасности, то ли система защиты включалась, только если наносится непосредственный ущерб владельцу корабля. Ни разу стенные ниши, прикрывавшие автоматические орудия, не шевельнулись и не открылись.

Все было готово. Осталось подключить провод, по которому пойдет питание, и Ребекка получит доступ к главным терминалам корабля.

Баст осмотрелась вокруг еще раз и замерла, впав в ступор. За ее спиной стоял воин.

В одной руке он держал стул, в другой меч.

Использовав против нее, ее же собственный прием, воин метнул ей под ноги стул. Подпрыгнув над скользящем по полу стулом, она, падая, перекувыркнулась через голову и, подкатившись к валяющимся на полу проводам, схватила их.

С торжествующим криком Баст вскочила посреди каюты, держа в руках перед собой два соединенных черных штекера.

Дрожащим от злости голосом она крикнула:

– Ребекка, захвати управление звездолетом!

Свет мигнул и погас.


***


Резкий неожиданный толчок чуть не сбил ее с ног.

Из динамиков трелью лились щелчки и завывания. Ребекка начала атаку на систему корабля. Свет мигал, двухстворчатые двери смыкались и размыкались, время от времени застревая. Не только корпус корабля, но и все три палубы дрожали. На миг в иллюминаторе звезды вытянулись в горящие царапины на фоне черного полотна космоса и вернулись в прежнее состояние, корабль готовился к межсветовому прыжку. Пару раз отключилась гравитация. И все, не привинченные к чему-нибудь вещи неспешно попытались воспарить к потолку. Но на взлете шлепнулись на свои места, когда гравитация вновь была включена. Шесть двигателей вразнобой выстреливали в пространство чистую энергию, от сильных толчков все в кабине ходило ходуном и каталось по полу.

Две дерущихся системы пытались победить друг друга. По проводам летели одновременно задаваемые и отменяемые команды, вирусы предпринимали попытки захватить контроль над многочисленными узлами и точками. Стирали, перезаписывали и копировали информацию, меняли команды местами. Чехарда подаваемых запросов и ответов сменились полной неразберихой.

В попытках выдавить друг друга из главного терминала компьютеры сражались не на жизнь, а насмерть. В расчет не бралось ничего, сбои происходили даже в системе жизнеобеспечения. Оба компьютера явно не гнушались грязных приемов.

Запахло паленым. Несколько мониторов ярко вспыхнув, взорвались, выплескивая из себя горелые осколки пластика и струйки дыма. Температура в кабине поднималась. Беспорядочная тряска усиливалась.

Баст, приникнув всем телом к торчащему из стены выступу декоративной обшивки, судорожно цеплялась когтями за деревянную поверхность. Каким образом она смогла подползти и вцепиться в нее, после того, как первый рывок включившихся на полную мощность двигателей повалил ее на пол, она не знала. От сильной тряски когти расшатывались в проделанных дырах, руки соскальзывали.

Приоткрыв глаза, она поискала воина. Взгляды их встретились. Присев на одно колено, воин держался одной рукой за решетчатый пол, мышцы ног были напряжены и готовы к прыжку, в другой руке, уже в замахе, он держал меч.

Баст оценила позу и силу – как только тряска закончится он или бросится на нее сам, или метнет меч. Она уже видела и могла оценить меткость его руки. В челке у нее не хватало куска волос, там, в заснеженном лесу, пролетая над ней, меч отсек прядь, чудом не задев ее саму.

Жестокий, напряженный взгляд воина неотрывно следил за ней, отмечая каждое движение, каждый вздох. Вдруг взгляд перескочил на сундучок, катавшийся и подпрыгивающий у его ног. Из него рассыпалось множество золотых вещей. Изящные безделушки танцевали, подпрыгивая и перекувыркиваясь в воздухе. Цепочки и кулоны сплелись в тугие змеиные шары и катались по полу. Сыпавшиеся из сундучка мелкие золотые кругляши падали с сочным звуком сквозь решетчатый пол. Большие тяжелые браслеты наполовину вывалились из сундука и вибрировали вместе с кораблем в унисон.

Воин метнул повторный взгляд на сундук и посмотрел на Баст, в его глазах сверкало торжество. Этот взгляд не на шутку испугал ее.

До того, как Баст решилась на какие-нибудь действия, когти ее выскользнули из дерева, и она со всего размаху хлопнулась на пол. Валявшийся на нем плащ незнакомца ни капли не смягчил удар. В ту же секунду корабль обрел равновесие и замер.


***


Ребекка не была живой в том смысле, который обычно люди вкладывают в это слово. У нее не было тела, только виртуальное сознание, которое могло вселяться в любую машину, поддерживающую симбиоз с системой искусственного интеллекта, которой она являлась. Ее хозяйка, Баст, обычно говорила ей, что, Ребекка, просто одна душа и много тел, в которых она может жить. Когда ее хозяйка приказала ей захватить главный терминал вражеского звездолета, она не колебалась ни минуты, ведь душа не может умереть. Как только связь была установлена, Сила подхватила Ребекку и понесла ее по извивающемуся коридору.

Молнией, вылетев из него, она оказалась в бесконечном белом пространстве. Воин в доспехах рыцаря и маске повернулся к ней, доставая меч. Тот вспыхнул огнем. Но Ребекка уже была готова к битве, и первая атаковала незнакомца. Мечи скрестились, осыпав дерущихся искрами. Лед покрывавший тонкий меч девушки, заморозил часть клинка воина. Системы дрались в виртуальном пространстве, но их удары отзывались в реальном мире. Отвечая на выпад воина, Ребекка сбила ногой его пылающий щит, от чего в реальности из терминала звездолета посыпались сгустки оплавленного пластика.

Мощный удар! Вспышка! И маска воина раскололась на две половинки, но… за ней не было лица! Потревоженный ударом, клубящийся черный туман, вновь втянулся в шлем.

В реальном мире мониторы вспыхнули огнем.

Маленькая стремительная фигурка воительницы, наскакивала на рыцаря, нанося град ударов своим мечом, с которого сыпались искры и иней.

Огромный, раскалённый меч рыцаря коптил и мелькал в дюйме от Ребекки, она была слишком стремительна, что бы воин мог ее серьезно задеть. Воительница ловким ударом пробила в броне рыцаря дыру, но рванувшийся воин выдрал у нее из рук кинжал, который так и остался торчать в металлическом нагруднике. Несмотря на то, что девушка пробила виртуальную защиту воина, кинжал не нанес вреда темному туману, из которого состоял ее противник. Воин был невероятно силен. При ударах он вспыхивал, рассыпался на сгустки мрака и собирался вновь. Это был неприятный сюрприз для Ребекки.

Дерущиеся системы стремительным прыжком взлетали вверх и сталкивались с грохотом и световыми эффектами. Каждый из воинов был сплошь покрыт ранами.

Собрав последние силы, дерущиеся бросились друг на друга, скрестились на секунду в ударе, и разминулись, оставив соперника за спиной.

Обменявшись последним ударом, два воина замерли в неподвижности и… оба рухнули лицами в пол.

Настала тьма.

В бесконечной комнате плавно разгорался свет.

Лежащие на полу тела зашевелились. Когда отряхиваясь, и кряхтя, оба воина встали на ноги, дрожа от полученных ран, оказалось, что они заперты в виртуальном пространстве звездолета.


***


– Система захвачена! – объявила Ребекка.

– Все поврежденные файлы восстановлены! – дополнил Морок.

– Что? – судорожно выдохнула Баст с пола.

Обе системы удобно и крепко обосновались в терминале корабля.

Коротко вскрикнув, она сорвалась с места. Но воин был быстрее, молнией метнувшись к ней, схватив за край плащ, он выдернул его у нее из-под ног. Потеряв равновесие, Баст споткнулась, этого хватило, чтобы Сетт, сбив ее с ног, навалился сзади и прижал всей своей тяжестью к полу. Задыхаясь под мощным давлением его мускулистого тела, она извивалась и брыкалась, стараясь дотянуться рукой до его лица и выцарапать глаза.

На шее что-то щелкнуло. Давление резко прекратилось, она вскочила на ноги, в панике ощупывая шею. Руки хватались за абсолютно гладкий, холодный металл.

– Ошейник, браслеты! – отрывисто скомандовали за спиной.

Обернувшись вокруг своей оси, она замерла. Широко раскрытые глаза Баст встретили напряженный взгляд воина, он выжидающе смотрел на нее.

Вокруг Баст взметнулся ореол силы, полоснув волосами по лицу, свет, обволакивающий ее всполохами энергии, осветил полутемное помещение, и к ногам со звонким «клинк» упали раскрывшиеся усилители.

Удивленно приподняв брови, она воззрилась на голые запястья рук с тремя маленькими каплями крови. Усилители легко снялись и валялись у ее ног. Обычно, чтобы снять, их надо было ударить друг об друга со значительной силой. Два противоположных заряда размыкали замки, иначе их нельзя было сбросить никак, разве только с мертвого тела. Когда браслеты не ощущали биение пульса, и поступление крови внутрь них останавливалось, они расстегивались сами собой.

Поток силы, кружившийся вокруг нее, усиливался. Баст вертела и одновременно ощупывала металлическое кольцо вокруг шеи, оно было абсолютно гладкое: ни замка, ни шва. Как же так?

Холод медленно расползался вокруг запястий, с ужасом она рассматривала, не спеша образующиеся два широких браслета. Лениво охватывая руки, металл поблескивал и переливался золотистыми оттенками в свете аварийных ламп корабельного освещения.

Своей текучестью он напоминал ртуть.

Баст сразу узнала металл. Из такого же металлического, метаморфного вещества была создана ее собственная кольчуга. Не она ли некоторое время назад отдала три ряда колец с нее, чтобы починить обломанный наконечник меча Ратклифф? Такой материал был настоящей редкостью, гораздо дороже цветного Энергона. Его существовало невероятно мало, где и когда его добывали предки, было неизвестно. Осталось всего несколько вещей и осколков такого металла, все они были легендарными и описаны во многих исторических книгах.

Правда, этот металл немного отличался от ее кольчуги, цвет был другой. Он был похож на золото с мелкими вкраплениями бриллиантов. Баст знала, что на самом деле это мельчайшие семиугольные осколки Энергона, делающего этот металл живым и подвижным.

Браслеты закончили свое движение вокруг запястий и сомкнулись – ни шва, ни замка.

– Цепь! – прозвучала четкая отрывистая команда.

Три сверкающих змеи, играя и переплетаясь, образовывали кольцо за кольцом, цепь протянулась от запястья к запястью.

– Ножные браслеты! – Четкий голос, отдающий команду. Холод и тяжесть на щиколотках означали, что и ноги тоже в оковах.

– Полная цепь!

Вспышка!

От ошейника к запястьям, а от них к щиколоткам вмиг протянулась сверкающая цепь.

«Процесс стал намного быстрее, – хмуро отметила Баст».

Еще бы не быть быстрее, ошейник-вампир пользовался ее собственной внутренней энергией тела. Забирая жизненную силу, вырывая ее жестоко, кусками, тратя на то, чтобы увеличиваться в объеме и строить оковы.

Она уже не пыталась вырваться. Она узнала старинную гравюру, которую видела в книгах: пленница, нарисованная в традиционной декоративной, канонической позе. Склоненная голова в профиль, тело в анфас, ноги в профиль, одна нога выдвинута вперед. На шее и запястьях золотые браслеты, соединенные цепью. Вокруг нее стилизованные всплески энергии, а также иероглифы «убывание силы» и краткое описание:

«Разорвать – нельзя. Легко восстанавливается, используя твою энергию. Открыть – нельзя. Подавить энергией – нельзя. Увеличивается в массе… Сверхпрочный…».

И все. Вся информация, доступная для изучения. Теперь Баст на собственном опыте может изучить один из легендарных предметов.

Страшная мысль молнией метнулась в голове. Баст застыла, но головы не подняла, она смотрела на раскрытые, валявшиеся на полу усилители и не видела их. Испуг в глазах становился все больше.

В сознании замелькали обрывки предложений, почерпнутые ею из разных книг:

«Такие ошейники могут исполнять несколько команд…». – Строчки описания метались в мозгу, не хотели попадать в фокус.

«…основная часть оков одевается на шею…» – И еще из учебника по редким энергосодержащим материалам: «Металл может пожирать куски Энергона и соприкасающиеся с ним предметы, вбирает в себя только то, что для него необходимо, остальное отторгает, произвольно меняет состав, о смене состава говорит смена цвета. Питается любой доступной энергией. Предположительно живой (не установлено)».

И снова из описания редких диковин и чудес:

«Одно из самых страшных заклинаний является противоположностью основным командам, выполняемым ошейником, когда он не увеличивается в размерах, а наоборот…».

Осталась одна команда, она знала это. Воин перепробовал все, кроме последней, самой страшной. Она уже знала, что это за команда.

Баст резко выдохнула сквозь зубы и подняла глаза.

Зеленые глаза встретись с синими.

– Я не причиню тебе вреда… и не убью, я могу дать тебе в этом Слово Чести, – тихо и осторожно проговорил Алиен. – Если ты пообещаешь вести себя смирно…

– Откуда такая щедрость у пирата, паршивого торговца рабами? – едким голосом поинтересовалась Баст. В эту секунду она не боялась ни чего, как будто схлопнувшийся ошейник уже отсек ей голову и все страшное было позади, голос ее был холоден и спокоен.

– Мне очень жаль, что пришлось лишить тебя выбора, но…

– А у меня никогда и не было выбора, – резко прервала его Баст и с размаху, насколько позволяла цепь, лягнула его ногой в пах. Удар получился не самый сильный, но она была уверена, это на некоторое время отвлечет его.

Резко развернувшись, она бросилась в переплетение полутемных коридоров корабля. Цепи были не слишком короткие и позволяли бежать, хоть и не очень быстро.

– Ребекка, подготовь спасательный модуль. Мне необходимо оказаться как можно дальше от этого корабля! – Голос ее сорвался. – Должно быть расстояние, на котором ошейник не сможет выполнять команды!

В виртуальной реальности услышав голос хозяйки, Ребекка с силой заехала локтем в клубящийся туман воина, примерно в то место где на лице обычного человека находился бы нос. Драка началась заново.

Петляя по коридорам, Баст отдавала указания Ребекке. Двери перед ней захлопывались и тут же на пару секунд открывались вновь, Баст успевала проскользнуть в них до того, как они закрывались снова, и мчалась к следующей раздвижной переборке, не сбавляя скорости. Ребекка повторно дралась с операционной системой корабля, давая убежать своей хозяйке от опасности.

Не обращая внимания на усталость, девушка выровняла бег и вошла в ритм. Свет ритмично мигал, повторяя сигналы тревоги. Странное ощущение дежавю и нереальности происходящего охватило ее. Баст почувствовала приступ легкой эйфории и незначительности всего происходящего, который иногда сопутствует отрыву от реальности или обморочному состоянию.

– Вот и хвостовой отсек со спасательными модулями, – вслух подумала она. И тут, на ее глазах, все шесть модулей одновременно закрыли люки и один за другим были выстреляны в пространство. По приказу хозяина виртуальная система корабля Марк II, сбросила спасательные капсулы. Значит, Ребекка не смогла ему помешать.

– Чем дальше я от тебя, тем меньше шансов у тебя сделать из меня рабыню, – тихо произнесла она себе под нос.

Баст начинала говорить и думать вслух. Все вокруг было как бы нереально, не в этом мире, страшный ночной кошмар. Похоже на виртуальную военную игру, в которую часто для тренировки она играла с друзьями. Тогда же у нее появлялась эта двойственность ощущений, как будто она и здесь, и там. Сражается с шипастыми монстрами, и в тоже время неподвижно лежит в Игровой Камере. И еще во сне… это ощущение, это чувство всегда было в жутком кошмаре, когда она одновременно знала, что спит на своей постели и стоит перед черным проемом, ведущим в неизвестность.

Баст метнулась к стене с висевшими на ней скафандрами. Сорвав один, она поняла, что на этом корабле нет скафандров ее размера, но уже ничто не могло ее остановить.

Лежа на спине, судорожно всовывая ноги в раскрывшийся скафандр, он был сильно велик, она не переставала давать команды своей помощнице:

– Ребекка, открывай шлюз и выключай систему жизнеобеспечения! Если не можешь выдавить этого гада с корабля, то помоги мне убежать отсюда.

– Система жизне-обеспе-чения отклю-че-на-а…, – прерывающимся голосам отрапортовала Ребекка. В небольшом зале со спасательными капсулами был всего лишь один динамик громкой связи, через который операционная система могла общаться со своей хозяйкой.


***


Воин Морок схватил Ребекку поперек туловища, и не обращая внимания на ее удары по тому месту где была его туманная голова, стиснул в своих объятьях. Пытаясь раздавить, своими закованными в латы ручищами, легкие сотканные из инея доспехи девушки. Он хотел разрушить защиту виртуальной системы, ворвавшейся в его пространство.

Доспехи хрустнули, но не сломались. Виртуальная девушка сверкнула молнией, вспыхнула и с холопком исчезла. В тот же момент, она оказалась за спиной туманного монстра и со всего разбега заехала ему пяткой между лопатками.

Сюрпризы, припрятанные в рукаве, были не только у темного воина.


***


Дверь в коридоры, по которым только что стрелой пронеслась Баст, с тихим шуршанием закрылась, отрезая шум тревожной сирены. Настенный динамик связи мяукнул и тишину вокруг Баст заполнил белый шум. Чувство нереальности усилилось и сгустилось вокруг нее. В шуме и помехах, идущих из динамика, Баст почудился тихий шепот. Она обернулась, за ее спиной медленно вырастал черный прямоугольник пустоты.

Баст выпустила из рук полы скафандра, он с тихим «вуф-ф…» упал к ее ногам. Переступив через него, она медленно, загипнотизированной походкой двинулась к черному прямоугольнику.


***


Глаза смотрели в пустоту и не видели. Ее легкие хотели набрать в себя воздуха, но не могли, стиснутые жутким страхом. Нет, она не боялась смерти, не боялась того, что она в течение, какого-то времени может задыхаться и мозг будет в сознании понимать и чувствовать боль и агонию.

Она боялась жизни, а точнее, возвращения к ней: несколько раз ее тело восстанавливали в Лабораториях Роз, затрачивая при этом колоссальное количество энергии. И с помощью ужасных машин, которые работали по неизвестным для ныне живущих, законам и правилам, пытались притянуть и привязать душу к чуждому, вновь созданному телу. А самое страшное – это те семь минут ужаса и воспоминаний о своей смерти и о своем небытие. Полном одиночестве и чувстве отсутствия себя, потери и растворении личности в черном и безмолвном «НИЧТО».

Потом эти чувства исчезают, растворяются в памяти, вытесняются новыми воспоминаниями новой жизни, начинающими записываться в мозг.

Только каждую ночь, когда она закрывала глаза, ей снилась алкающая пустота. Как будто из открытого черного проема двери ее звал тихий, ласковый, вкрадчивый голос. Он уговаривал, шептал и ласкал ее. Он «хотел» чтобы она присоединилась, влилась и растворилась в этом бесконечно черном дверном проеме и стала частью небытия. Этот тихий, многоголосый, неразборчивый шепот заставлял впадать в ступор, полную неподвижность, вызванную диким страхом и ужасом, которого она не испытывала никогда в жизни. И тем не менее она хотела шагнуть в этот дверной проем, и лишь пригвоздивший ее ноги к полу смертельный страх не давал сделать шаг. Каждую ночь она стояла перед антрацитово-черным прямоугольником и смертельно боялась.

Многие, кто знал Баст, считали, что она безумно самоуверенна и лишена всякого воображения, никогда не думает о поступках и бездумно, слепо бросается в гущу любых опасностей, даже если «попахивает жареным». Все считали, что она просто-напросто не может испытывать страха, в их глазах ни что не могло ее испугать: ни дикие звери, ни жаждущие ее смерти недруги, ни извращенно-гениальные планы коварных врагов.

А разгадка была в том, что Баст просто уже испытала самое страшное, что только может быть, все остальные опасности меркли, при одном воспоминании о дверном проеме полного тьмы, абсолютной пустоте, которая ждала ее за ним.

Эти ужасные воспоминания… Она трусливо не хотела испытывать это вновь. Баст приходила в отчаяние в подобной безвыходной ситуации. И также сходила с ума, понимая, что из этого капкана повторения жизни и смерти ей не выбраться. Круг замкнут.

Если она умрет, ее тело все равно восстановят. В Королевстве Роз хранился образец ее ДНК. Хочет она или нет, она будет жить. Своим рождением и жизнью она задолжала всем и потому не может теперь выбирать. Она пыталась уничтожить все образцы ДНК, хранящихся на Острове Роз. Но это оказалось невозможным, каждый год ее мать самолично отстригала маленькую прядку волос, и прятала ее по традиции в семи разных сосудах. Один с изображением головы священного орла, другой с головой гиены, льва, священной коровы, священного скорпиона, ибиса и кошки. Она хорошо их помнила и ненавидела. Где находятся эти сосуды теперь, Баст не знала. Они как якоря держали ее прикрепленной к жизни, и не давали свободы выбора.

С ресниц сорвалась слезинка и улетела в открытый космос. Вокруг нее шумел вырывавшийся из корабля воздух3. Волосы хлестали по лицу. Глаза завороженно смотрели в звездную пустоту. Руки, опирающиеся о проем люка, дрожали. Баст медленно, собираясь с духом, передвинула пальцы вовне, чтобы было легче оттолкнуться. Сумев сделать один судорожный вздох, собралась шагнуть в небытие.

Она не намерена быть жалкой трусихой. Этот страшный шаг просто нужно сделать и будь что будет.

«Скоро все страхи закончатся» – только и успела подумать она.

Из темноты за ее спиной появилась мускулистая рука и, обхватив ее за талию, с силой вдернула внутрь.

Дверь люка хлопнула, прекратив утечку воздуха. На обшивке по обеим сторонам остались только четыре царапины, прочерченные ее когтями.


***


Плавно закрыв прозрачную крышку Камеры Оживления, Алиен посмотрел на спящую девушку. Камера Оживления, или, как ее еще называли, Медицинская Капсула4, уже по заложенной в ней программе работала, лечила ушибы и ранения девушки. Синие круги вокруг глаз начинали бледнеть, а бледные щеки розоветь. Ее грудь равномерно поднималась и опадала, она дышала спокойно и ровно. Еще несколько часов сна в капсуле и девушка будет совершенно здорова.

Алиен со смущением посмотрел на кроваво-красные и фиолетовые синяки на руках у девушки, которые медленно, но все же рассасывались под живительным действием Медицинской Капсулы. Воин надеялся, что не поломал ей ребра своей рукой.

Когда он схватил пытающуюся выпрыгнуть из корабля девушку-кошку, она визжала, брыкалась и царапалась как бешеная. Выпустив когти, она разодрала его тело там, где могла, изогнувшись, достать до него. Теперь кожа лоскутками свисала там, где до него добрались острые, как бритвы, коготки девушки. Кровавые струйки сбегали по телу и капали на пол.

Алиену пришлось хоть и не со всей силой, но довольно ощутимо сжать ее в своих объятьях, от чего она, тихо пискнув, потеряла сознание. Он не понимал сумасшедших действий незнакомки, ведь он заверил ее, что не причинит ей вреда, дав Слово Чести. И тут же воин внутренне залился краской стыда, посмотрев на синяки на ее руках. Выходило, что он не сдержал своего слова, как тогда она могла ему доверять?

Пожираемый противоречивыми чувствами раскаяния и стыда за свою неосторожность, а также злости за перевернутый вверх дном корабль, который считал хоть и не своим домом, но местом, где он охотно проводил время, Алиен рассматривал покрываемую инеем крышку Камеры Оживления и уже нечетко проглядывающее сквозь узор из ледяных иголок лицо незнакомки.

Скрипя зубами, воин набирал нужные коды и команды на приборной панели, светившейся рядом с полупрозрачной Камерой Оживления. Он задал режим медицинского сна, при котором пациент капсулы не приходил в сознание, а находился в состоянии искусственной, не опасной для здоровья комы.

«Так у нее не будет шанса сломать еще что-нибудь здесь», – мрачно подумал он. И отсоединил внешнюю связь и аварийное управление медицинской капсулы. «А так незваный пассажир, подсевший с легкой руки незнакомки в главный терминал корабля, не сможет управлять камерой во время его отсутствия».

Что делать со второй системой, которая надежно засела в главном терминале его корабля, он не знал и даже не желал знать, этим займутся специальные техники. Он разберется со всеми проблемами, когда прилетит на базу, куда держал путь. Главное, что вторую систему искусственного интеллекта удалось временно изолировать, вернее, она перестала представлять какую-либо опасность с того момента, когда он догнал и схватил незнакомку. Зная, что он может причинить пленнице вред, чужая операционная система затихла и не выказывала признаков жизни, ясное дело – выжидала. Видно, ее задачей было заботиться о своей хозяйке любыми способами.

Подумав немного, Алиен решил, что его все же можно считать пиратом, а не честным торговцем.

– Я возвращаюсь на базу с пленницей на борту, – угрюмо раздумывая на эту тему, воин побрел прочь из медблока.

Войдя в каюту, Алиен вскипел от гнева, но лицо его оставалось неподвижным, жесткий самоконтроль не давал ему ни на минуту расслабиться. Только брови слегка сошлись к переносице – вот и все эмоции, что он себе позволил выказать.

Увидев разорение и разбросанные вещи, а также все провода, торчащие из стен и ведущие к разъемам главного терминала, у него от злости потемнело в глазах. Он был вне себя от бешенства: маленькая паршивка пыталась украсть его корабль с ценным грузом! Такой наглости он не видел еще ни у кого, незнакомка не гнушалась никакими приемами, лишь бы цель оправдывала средства.

Стараясь не проявлять гнева и бешенства, Алиен медленно сел в единственное уцелевшее кресло – это оказалось кресло пилота.

Не иначе черти дернули его за руку, когда он решился проследить место посадки случайно подбитого им корабля и привести эту девушку на борт. В результате его глупости весь корабль от носа до кормы был перевернут вверх дном. А его действия никак по-другому нельзя было назвать, кроме как глупостью. Тем не менее, убивать ее он не хотел. Но что делать с ней дальше, он не знал.

Воин вспомнил, как беззащитно выглядела девушка, и вдохнул – он не смог бы поступить иначе. Хотя любой из братьев на его месте вонзил бы в нее меч сразу, как только увидел. Или попытался, поправил себя Алиен. Девушка-кошка слишком шустра для того, чтобы застать ее врасплох. И все же это ему удалось. Эта мысль немного подняла ему настроение.

Воин озадачено оглядел пол и стены корабля. Прикинув, что до главной базы остается всего четыре часа пути, он не стал ничего убирать. Слуги потом соберут все осколки и поставят упавшее на место, а также вернут со склада его любимую коллекцию оружия. Мысль об оружии заставила Алиена вспомнить про рюкзак незнакомки, полный острых режущих предметов.

«А его на склад, спрятать», – решил он.


***


В ненастоящем пространстве ненастоящий бой кончился со счетом 1:1.

Ничья.

Темный воин невозмутимо поднял и одел на клубящийся туман свою маску, изображающую хмурое лицо мужчины. На ней медленно зарастала трещина от удара девушки. Клочки одежды и доспехов взлетали в воздух и вставали на место. Пробитые участки лат срастались. Раны переставали кровоточить, рубцевались и исчезали.

Системы восстанавливали поврежденные файлы.

Кинжал, торчащий в доспехах рыцаря, завибрировал, и стал раскачиваться из стороны в сторону. Подрожав он выпал. Дыра на доспехах стала зарастать, а иней вокруг нее таять.

Приведя в порядок файлы, обе виртуальные системы демонстративно задрали носы к потолку и повернулись друг к другу спинами.


***


Алиен сидел в кресле и ждал. Струйки крови медленно высыхали, раны переставали кровоточить, кое-где кожа была «срезана» и свисала рваными полосками. Организм сам без помощи лекарств или Медицинской Камеры восстановит себя. Через сутки раны затянутся окончательно, и под корками засохшей крови образуется новая кожа. Такие царапины не очень беспокоили Алиена, хоть они и были достаточно глубокими. В крепости своего отца во время обучения он получал еще большие раны, и никогда их не лечил. Только наиболее глубокие и серьезные разрешалось перевязывать. Выживание, стойкость, сила и жизнеспособность были частью обучения, если ты этого не умел – то долго не жил.

Через четыре часа большая тень плавучего корабля накрыла «Воина Мрака».

Он сделал все необходимые распоряжения по радиосвязи, доложив о том, что на борту в системе корабля находится «вирус», поэтому он не будет пристыковываться к большому кораблю, а вызовет корабль перевозчик, Алиен направился в медблок.

Подойдя к капсуле, воин стер рукой иней с крышки и всмотрелся в лицо девушки. Под полупрозрачными веками он видел подергивающиеся радужки глаз, ей что-то снилось. Алиен выключил режим сна и поднял крышку.

Теплый ветерок из расположенных в стенках камеры решетчатых отверстий начал обдувать девушку. Она медленно просыпалась.


***


Когда корабль пристыковался к причалу, и все системы были отключены. В виртуальном пространстве стало темно. Вечный белый день, царящий там, плавно угас. Погрузив в сон двух не живых воинов.

Проснувшись, темный рыцарь увидел в темноте свет. Девушка-воин спала, освещая все.

Яркий свет привлекал его взгляд и завораживал. Всю бесконечно долгую ночь темный воин не спал и любовался светом, исходившим от девушки, ворвавшейся в его виртуальное пространство.

Она спала и освещала его мир, превращая ночь в день.


***


Ноги были ватные и подгибались. Время от времени она спотыкалась, но ее снова рывком ставили на ноги и заставляли идти. Глаза Баст были сонно сощурены, резкий, яркий свет резал их.

Она еще не до конца проснулась, когда ее вынули из Медицинской Капсулы и поставили на ноги, она только помнила, что спала, и во сне ей было очень холодно.

Первое, что сделала Баст, это дотронулась до шеи. Ошейник был на ней, значит, этот страшный сон был реальностью.

«А черная бездна, которая ее притягивала, это тоже был сон или жестокая реальность?» – Вяло подумала она.

От быстрой ходьбы она понемногу просыпалась. Но все равно чувствовала себя сонно. Ее вели по извилистым коридорам и огромным помещениям, как ей показалось, ангарам, со стоящими рядами гигантскими контейнерами, ящиками и малыми погрузочными машинами.

Она в очередной раз споткнулась, и упала бы, если б ее не поддержали, обхватив за талию. Баст даже не стала смотреть, кто идет с ней рядом, все и так было ясно. В ответ на попытку вырваться, рука на ее предплечье предупреждающе сжалась.

Проходя по коридору, Баст удалось выглянуть в иллюминатор. То, что она там увидела, подтвердило ее догадку. Она попала в руки к пиратам, торгующим рабами.

Корабль, приставший к борту семипалубника, был выкрашен в гепардово-камуфляжные тона, явно имел большой грузовой отсек и плавные изгибы хищника. На таком быстроходном судне могли перевозить либо «живой» товар, либо контрабанду.

Пират упорно тащил ее по коридору, крепко держа за предплечье. Кончики пальцев заледенели и покалывали, в руку не поступала кровь. Сильная хватка воина-пирата заставляла чуть ли не ступать на цыпочках, так высоко он держал ее за руку. Вывернуться и освободиться, не было никакой возможности, так же, как и пытаться упираться и не идти – он бы просто потащил ее дальше. Она не успевала за его размашистым шагом. Медленно, но безотчетно Баст перешла на «волчий шаг» – сто шагов бегом, сто пешком. Это позволяло ей хоть немного не отставать от размашисто вышагивающего пирата.

Воин быстро шагал по лабиринтам коридоров и комнат, безошибочно выбирая дорогу в одном ему известном направлении.

Стены помещений становились роскошнее. Они явно подходили к жилому центру корабля. Глухие металлические стены пакгаузов заменили сначала простые пластиковые обшивки, а потом панели из натуральных деревянных пластин с нишами и барельефами. Стены украшали гобелены с вышивками разной тематики, их явно собрали из разных источников. Толстые темные портьеры закрывали ниши с иллюминаторами.

Баст смотрела себе под ноги, боясь споткнуться или упасть.

Проходя мимо одной ниши с не до конца задернутой портьерой, она увидела в полутьме на фоне звездного неба две сплетенные фигуры, они ритмично двигались. Свет из коридора не освещал их. Из-за шторы донесся жалобный тонкий вздох. Тяжелая портьера колыхнулась. Не поняв в чем дело, Баст безотчетно испугалась и прижалась к мускулистой руке. Алиен с удивлением посмотрел на свою «пленницу», но шага не сбавил.

Пройдя еще несколько богато уставленных проходов, они вышли в огромный коридор, и подошли к большой арке закрытой вышитым гобеленом. Два стража Сетта, отодвинув перед ними плотную занавесь, отдали честь.

«Значит, здесь у них полувоенная дисциплина», – подумала Баст. Она никогда не интересовалась жизнью Сеттов и их обычаи знала не очень хорошо, только те слухи, что рассказывали в Звездной Академии, где она училась, поэтому сейчас ей все было интересно. Все вокруг она рассматривала пристально и внимательно. Баст уже окончательно очнулась от сна и ее интерес к происходящему вокруг рос. Как были вооружены воины, во что одеты, через какие помещения они проходили? Ее жадный и пытливый взгляд все хотел проанализировать и запомнить.

Они вышли в огромную полутемную залу. Баст сразу же закрыла глаза, как ее учили, чтобы быстрее привыкнуть к темноте и перейти на ночное зрение после яркого света коридора.

Высокие колонны зала терялись в темноте. Вокруг царила полутьма, лишь местами рассеянная дорожками из горящего огня. В полу были вырезаны глубокие канавы, в них был налит горючий материал. Он горел неярко, создавая полумрак, который так любили Сетты.

Зал был переполнен людьми. Несколько больших костров горело в центре, вокруг толпилось наибольшее количество людей. В зале стоял шум, смех и звон посуды. Из нескольких мест слышалась разная музыка. В темноте ритмично стучали по барабанам, у каждого костра свой мотив, кто-то пел уже сильно пьяными голосами. У другого костра женский голос пел, более мелодично, балладу на непонятном Баст наречии. Слышались одобрительные возгласы и крики. Все вокруг мелькало, шумело и вспыхивало в отражении пламени. Здесь проходил какой-то праздник или веселье, которое освещалось только огнями костров.

Нос Баст уловил запах жарившегося мяса, разных специй, диковинных яств и фруктов, но желудок, вместо того что бы заурчать от голода, сжался в комок от всех этих разнообразных кушаний.

Они шли вдоль низкого, бесконечно длинного стола, за которым пили и гуляли неясные тени. Воины сидели прямо на полу на подушках. У всех были примерно одинаковые очертания. На фоне пламени костров выделялись изогнутые рога, поднятые руки, в которых поблескивали кубки с вином, инкрустированные драгоценными камнями.

Они приближались к центру зала. Шум стоял ужасный. Баст закрыла одной рукой ухо, чтобы окончательно не оглохнуть. Царящий вокруг бардак и хаос напугал ее и выбил из колеи. Все вокруг мелькало, орало, шумело, вертелось. Под ноги ей свалился какой-то пьяный.

Ее воин безразлично переступил через него, а Баст, не успев перепрыгнуть через лежащего, споткнулась и чуть было не упала сверху. Крепкая рука подхватила ее за талию, перенесла и вновь поставила на ноги. Она плотнее прижалась к державшему ее за руку пирату. Из темноты к ней протянулась рука и схватила за ногу. Это было последней каплей ее терпения, и она со всего размаху наступила на запястье неизвестной руки, высвободила щиколотку, но никто этого не заметил.

У дальнего костра рогатая и широкоплечая тень встала на ноги и, пьяно покачнувшись, размахнулась и швырнула что-то, блеснувшее в костер. Огонь, ярко вспыхнув, взвился вверх языками желтого пламени. Вокруг одобрительно закричали, и сразу же в костер полетела очередная бутылка.

Алиен, озаряемый вспышками, двигался вдоль длинного, низкого стола, ища глазами своего помощника, чтобы переложить на него заботу о корабле и грузе. Но, как видно, за столом его не было. Скорее всего, он уже занимался разгрузкой корабля, в этом на него можно было положиться. Если же нет, и он лежит где-нибудь здесь мертвецки пьяный, то груз, нескоро портящийся и сможет подождать, пока его компаньон протрезвеет.

«Если протрезвеет», – хмуро подумал Алиен, окидывая широким взглядом творившийся вокруг бардак. Даже выставленная у зала охрана была пьяна и покачивалась. Он видел, как один из стражей быстро сунул полупустую бутылку за портьеру.

В дальнем конце стола он увидел нежданного гостя. Тот сидел, развалившись на подушках и забросив ноги на стол, снизу-вверх посматривая на служаночку с подносом, что-то ласково говоря ей и гладя широкой ладонью по округлой попке. Алиен вздохнул и подошел к своему брату.

Четвертый сын властителя Арвура был уже сильно навеселе, и, как видно, выпил не одну бутылку, хотя все еще крепко стоял на ногах. Увидев брата, он порывисто встал, и с радостной, идиотской улыбкой подошел к Алиену. Маленькая служанка, воспользовавшись тем, что неприятное ей внимание гостя отвлеклось, быстро выставила с подноса на стол бутылки и как можно быстрее удалилась.

– Кого я вижу! – радостно вскричал он, – Это наш властитель Алиен! – С издевкой воскликнул Риверн и притворно раскинул руки в стороны, желая, как бы обняться с братом. В одной руке початая бутылка, другая радостно вскинута вверх.

И завопил еще громче:

– Как давно мы не виделись, бра-а-т! – он особенно выделил последнее слово, – Когда же мы видели друг друга в последний раз? Постой, я вспомню. Ну да это был тот день, когда ты покидал крепость нашего отца. Ты, кажется, хотел учиться боевым искусствам в других крепостях? Я вижу, ты преуспел, – очередное выделенное интонацией слово.

– Как видишь, – сухо отозвался Алиен. Это была единственная фраза, которую он сказал, и вновь посмотрел на брата, что еще тот скажет?

– И мне нравится, как ты это сделал! – дружелюбно заверил он Алиена, – Ты неплохо устроился и вино у тебя очень даже…

– Зачем ты здесь? – Перебил его Алиен. Впрочем, не рассчитывая на правдивый ответ.

– Как зачем? – Удивился Риверн. – Семья волнуется за тебя, – он неприятно гоготнул, видно, его шутка про семью понравилась ему самому. – Уж очень давно о тебе никто ничего не слышал. Совсем ты пропал, и никто не знает, где ты, – продолжал он

– Ну, в этом я сомневаюсь, – перебил его Алиен, – я думаю всем давно известно, кто купил пару семипалубных кораблей несколько месяцев назад.

– Все равно интересно, – нагло допытывался Риверн у брата, – чем живешь, чем зарабатываешь на такие хоромы, да на выпивку и такую обильную пирушку?

– Понемногу пиратствую в цивилизованном космосе, – безразлично ответил Алиен.

– Понемногу? – удивленно выпучил глаза Риверн, – Это хоро-о-шо, – протянул он и засмеялся. – Что было, если б ты делал это по-крупному, а? – и зашелся в идиотском смехе.

– А мы уж подумали, ты решил перейти в гильдию купцов… – немного посерьезнев, лукаво признался он. – Сам знаешь, кто получил у нас воинское образование, идет до конца и заниматься другим ремеслом, кроме как мечом зарабатывать на свою жизнь, не может… зазорно это. Недостойно воина.

Подумав немного, Риверн продолжил:

– Я рад за тебя, брат. И думаю, отец тоже не осудит, когда узнает о тебе, – неспешно проговорил он, чтобы брат его понял.

«Это хорошо, когда дети вырастают и преуспевают, только они не должны забывать старых родителей и свой клан, который вырастил их», он так и сказал. – заметил Риверн и глотнул из бутылки.

– Я и не забыл… – Алиен споткнулся на слове, но продолжил, – «семью», иначе тебя бы здесь не было. – улыбка сползла с лица Риверна от тона, каким Алиен сказал эту фразу, но появилась вновь и он, хитро сощурив глаза, поднес бутылку к губам и хлебнул вина еще раз.

Риверн прекрасно понял, что хотел сказать его брат. Если бы он порвал полностью все отношения с семьей и с кланом, то Риверну давно бы перерезали горло и выбросили в открытый космос, и никто бы никогда не узнал, куда тот пропал. Впрочем, потом тоже самое клан попытался сделать с Алиеном.

Алиен не хотел ссориться с другими воинами и был готов выслушать все, что пришел сказать ему Риверн от имени клана.

Довольный разговором Риверн запрокинул бутылку и сделал большой глоток. Опуская голову, он скользнул взглядом в сторону мимо Алиена.

– Это что за… – поперхнулся вином Риверн и уставился на Баст.

Стоящая рядом с его братом особа удивила его до крайности, так что он подумал – не галлюцинация ли это?

Девушка-кошка не обращая внимания на него, рассматривая происходящую вокруг вакханалию. Пару минут назад она увидела женщину Сеттов. Баст ни разу их не видела и не знала, как они выглядят. И сейчас с интересом рассматривала идущую по проходу молоденькую девушку и позвякивающие на ней украшения.

На подносе девушка несла несколько бутылок и пару кувшинов с вином. Сидящий воин резко вскочил, схватил девушку за талию и повалился с ней на подушки. Кувшины и бутылки посыпались на пол. Дальше было неинтересно, и Баст перевела взгляд на воина, стоявшего перед ней. С бутылкой в одной руке, другой он вытирал вино с лица и пучил на нее свои сверкавшие острой ненавистью глаза.

Лицо Риверна перекосилось от ярости при виде их заклятого врага – жительницы Острова Роз. Но он довольно быстро взял себя в руки. И через некоторое время смог спокойно стоять и заинтересованно рассматривать кошку. Та делала тоже самое.

Баст беззастенчиво обозревала нового воина, который стоял перед ней. Он чем-то неуловимо был похож на воина-пирата, державшего ее за руку, но чем именно, она не взялась бы сказать определенно. Свет соседнего костра хорошо освещал его и позволял различить набедренную повязку зеленого цвета, кожаную перевязь для ножен с мечом, которых не было.

«Их, наверное, отняли при входе. На столь обильный пир нельзя с мечами, а то поутру половина не досчитается голов», – подумала Баст. – «Перепившись, они просто пообрубают их друг другу».

Незнакомый воин сильно не понравился Баст. Дело было не в росте и не в фигуре, хотя рельефностью мускулов он сильно уступал пирату. Ей не понравилось выражение его, лица, на котором уже отразились все пороки, которым он предавался: пьянство, невоздержанность в еде. Об этом говорил жирок, покрывавший его тело и небольшое брюшко, выступающее над кожаным поясом, поддерживающим набедренную повязку.

Воин посмотрел ей в глаза и нагло осклабился.

– Господа! Уважаемые господа! – Заорал он во все горло, перекрикивая шум и гам голосов. Несколько людей у костра повернули в его сторону головы, музыканты перестали играть, и вокруг воцарилась относительная тишина и внимание, хотя у других огромных костров люди продолжали веселиться. Несколько десятков пар глаз устремились на стоящих в центре.

Увидев Баст, некоторые Сетты повскакивали, другие гневно зароптали и нахмурились. Некоторые кинулись было к ней, но рассмотрев рядом с ней Алиена, обнимавшего ее рукой за плечи, в недоумении остановились.

Баст судорожно шарила рукой по поясу, пытаясь найти прикрепленную перевязь с мечом, но его не было. Меч остался на корабле воина. Не найдя оружия, она медленно опустила руку.

– О! Позвольте представиться вам первым, мадам! – Как ему показалось, учтивым голосом придворного воскликнул, глумливый воин, стоявший перед Баст. – Меня зовут Риверн! – он сделал комичный и неуклюжий поклон, имитируя изящные, но теперь устаревшие обычаи Дворца Роз прошлого века. – Я вижу по ошейнику на вашей прелестной шейке, что вы присоединитесь к нашей веселой компании, и пробудете у нас в гостях какое-то время!

Вокруг раздался гогот голосов и одобрительные комментарии. Все рассмотрели ошейник на ее шеи и поняли, – она пленница их властителя. Им понравилось кривлянье Риверна. Все затихли в предвкушении новой забавы. Внимательно слушали, что этот веселый парень, приехавший утром с каким-то делом к их вожаку, скажет еще.

Риверн всегда прикидывался балагуром и весельчаком. Он отмечал за собой склонность к актерской игре, которую, впрочем, не все в нем видели. А также считал себя центром и заводилой любой компании, на свой манер, конечно.

Но Баст сразу определила этот тип людей, по чуть сумасшедшим белесо-голубым глазам хаски, с маленькой черной точкой сверлящего тебя зрачка в середине. Это тип подонков наихудшего, наиподлейшего сорта. У Баст сразу появилось непреодолимое желание растереть в порошок эту гадину, чтобы она не смогла отравлять своим ядом и злобой этот мир.

Такие мелкие гаденыши, как этот Риверн, способны часами мучить беззащитное, бессловесное животное и получать наслаждение от этого. Они делают это ради забавы и веселья. Чужие слезы и горе вызывают у них радость, и даже чувство счастья и эйфории.

Это была нелюбовь с первого взгляда. Баст и Риверн ненавидяще смотрели в глаза друг друга. Риверн уже не улыбался – пронзительный взгляд зеленых глаз стер нахальную улыбку с его лица.

Вокруг костра снова загалдели, увидев, что с весельчака спала вся спесь. Все вернулись к своим делам, выпивке и еде. Некоторые сетовали, что развлечение быстро кончилось, другие все рассматривали стоящих в центре у стола. Музыканты снова заиграли.

Холодный презрительный взгляд, которым его окинула Баст, говорил лучше любых слов, что она думает о таком, как он. И Риверна бесило, что какая-то ничтожная девица смеет так презрительно-оценивающе рассматривать его. Смотреть в глаза, так вызывающе нагло, не опуская взгляда.

Но тут Риверн ласково улыбнулся и, повертев рукой, одетый на ней, ошейник, тихо сказал:

– Ну что, попалась Птичка? Долеталась? – Баст, не удостоив его ответом, просто продолжала пристально смотреть ему в глаза. Этот взгляд, говорящий о том, что она прекрасно знает, что он собой представляет, жег Риверна раскаленным железом. Для себя он уже решил припомнить этой нахальной девице ее не в меру смелый взгляд.

Жадным, порывистым жестом Риверн потянулся к девушке, и погладив ее по щеке, больно сжал в пальцах ее лицо. Молниеносно мотнув головой, девушка попыталась вцепиться острыми клыками ему в ладонь. Он, поспешно убрал руку, весело рассмеялся, его настроение изменилось.

Алиен отдернул и спрятал за себя девушку, надеясь, что брату не придет в голову ударить ее. Случись что-нибудь подобное, наверняка бы к нему присоединились многие, настолько сильно ненавидели Сетты жителей Королевства Роз. Ее бы просто разорвали здесь на куски, некоторые уже следили за ней хищным взглядом. Впрочем, все заинтересованно смотрящие, встретившись взглядом с властителем этой крепости, отводили глаза и старались показать, что занимаются своими делами.

– Алиен, ты понимаешь, какую драгоценную жемчужину ты достал со дна космоса? – Беззаботным и смеющимся голосом воскликнул Риверн.

– Будь я проклят, если это не чистокровка! Положительно не прав был наш отец, считая тебя выродком, – при этом словах брови Алиена сдвинулись, – ты просто счастливчик! Уникум! – продолжал Риверн. Я уверен, что она может оказаться племянницей двоюродной или троюродной сестры самой королевы. Она из их фамилии, это точно! За нее можно запросить не только стандартный выкуп, но и деньги, золото, оружие!

– Как тебя зовут? – обратился он к Баст, – и не смей лгать, все, что ты скажешь, можно легко проверить, ну? Ты ведь знаешь, что можно прослушать чужой мозг? Только это слегка дискомфортно, поэтому лучше сразу говорить правду, – разъяснял ей Риверн уже почти ласковым голосом.

Она и так это знала. Можно было прочитать мысли даже у человека, умеющего очень хорошо закрывать свой мозг от вторжения. И способ этот был неприятный и даже болезненный, из своего опыта она знала, как это больно, когда ментальные иглы чужой воли впиваются в твой разум, норовя вырвать оттуда все твои тайны.

Одарив наглеца убийственным взглядом, Баст, ни на минуту не поколебавшись, соврала:

– Меня зовут Меланни Ра-Сан-Тер, я фрейлина ее светлости Джемми… – пауза, Баст чуть не назвала свою двоюродную сестру домашним именем, – Джемминай Ра Бубастисе, – поправилась она. – Племянницы королевы, – осторожно добавила она, чтобы придать себе «весу» и ценности в глазах этих торговцев живым товаром.

Радости немного поубавилось на лице воина, а Баст, которая не очень хорошо умела врать, когда смотрела людям прямо в глаза, потупила взгляд.

– Это неплохо, – осторожно проговорил Риверн, – ты приближенная и выкуп будет большой. – Воин пытался сообразить, можно ли считать ее родственницей королевской четы из-за приставки «Ра» к фамилии. Хотя бы дальней. Он практически не разбирался в родственных связях островитян.

– Меня обязательно выкупят и за большие деньги, – самоуверенным тоном заверила его Баст, глядя ему прямо в глаза. На этот раз она сказала чистую правду.

– Пф… А-ха-ха! – Засмеялся Риверн. – Я не видел еще пленника утверждавшего, что за него ничего не дадут, и он ничего не стоит. Ха-ха-ха! – Продолжал смеяться он.

– Алиен, ты слышал, это смешно, давай выпьем за будущую сделку? – Он протянул брату почти уже пустую бутылку. – Нет, стой, давай откроем новую, – он схватил со стола еще одну, но Алиен жестом руки отказался.

– Располагайся, брат, но запомни, здесь действуют мои правила. Таких неожиданностей и шалостей, как в крепости нашего отца, быть не должно.

Риверн понял, что Алиен напоминал ему ту историю, когда он с компанией еще троих таких же «отморозков», избил рабыню и еще живую сбросил в шахту скоростного лифта. Жестокость, с которой это было сделано, потрясла даже жителей плавучей крепости, где был только один закон, закон силы. Но этот закон также ограничивал использование силы против самых слабых из живущих там, тех, кто не в состоянии себя защитить, то есть своих женщин и маленьких детей. Не прими они этого закона, крепость просто обезлюдела. Рабов били, стегали плетками, наказывая, но никогда не убивали. Все-таки они были ценным имуществом. Отсутствие «тормозов» у компании, которая вскоре стала собираться вокруг Риверна, вызывала недовольный ропот у других каст, живущих в крепости Сеттов. Увеселения, которыми занимала себя эти «веселые ребята», портила их имущество и рабов.

Улыбка сползла с губ Риверна и тут же появилась снова, напоминание о погибшей девушке не смутило его.

– Алиен, может, ты все же присоединишься к нашей пирушке. Выпьем, поболтаем о прожитых годах.

– Потом поговорим. – Сухо отказался Алиен, – Я отведу девушку и покажу ей свои покои.

– А-а-а… – лицо Риверна расползлось в сальной улыбке, – ну, удачи тебе! Это хорошее дело. А-а-ха-ха… – загоготал он и потянулся к очередной бутылке, мгновенно забыв про брата. Миссия его была на половину выполнена, он был оставлен на корабле Алиена и теперь беспрепятственно мог шпионить за своим родственником, как ему и было приказано.

Запрокинув голову, огромными глотками Риверн стал пить вино прямо из бутылки. Выпив за раз половину, он оглядел посоловевшим взглядом пирующий зал. Раздумывая, чем бы заняться на досуге, он повалился на кожаные подушки и постепенно заснул. Во сне ему снились презрительно смотревшие на него зеленые глаза.


***


Баст хмуро стояла перед небольшим наполняющимся водой круглым бассейном и занималась самотерзанием.

«Вот узнает мама о том, что она в очередной раз влипла. Вот узнает, куда она влипла. Да ее удар хватит! – Беспокойно думала про себя Баст.»

И еще одна мысль:

«Вот узнают они, что она не придворная дама, а родная дочь королевы… – Ее прошиб холодный пот, – переполох поднимется на весь цивилизованный космос. Так вляпаться! Над ней годами будут насмехаться».

Вдруг Баст послышался звонкий, заливистый, злой смех ее сводной сестры Атали, раздающийся под высокими сводами Дворца Роз. Смех доносился как бы из далека. Она передернула плечами. Нет, ее здесь не может быть, ей это все померещилось.

«Да, над всем королевством будут насмехаться, если узнают, как она попалась в плен», – от страшных унизительных картин в ее голове, она зажмурилась и застонала.

«Тогда никто из ее родных не сможет посмотреть в глаза никому. И она после всего того, что обещала им, не сможет. Да она просто сгорит со стыда, не сходя с места».

Баст продолжала терзаться на протяжении всего того времени, пока ее раздевали рабыни. Даже мысль о том, что она сейчас в личных покоях пирата, захватившего ее, отошла на второй план перед укорами совести.

В конечном итоге ее гибкое и не совсем честное второе «Я» нашло решение. Оно из любой ситуации выбиралось с легкостью и «в любую дырку могло пролезть без мыла», так как было довольно скользкое и лишено всяких ограничений типа совести и чести. Ее второе «Я» было гораздо старше и опытнее Баст, и принадлежало к другой, более жесткой эпохе. Эта вторая половинка ее души по существу принадлежала не ей.

Это был осколок духа Древнего Великого Воина. Именно оно и подсказало ей, что ключевыми словами в этой проблеме являются слова «если» и «узнают». Эти размышления успокоили и убаюкали тихий, почти не сопротивляющийся голос совести.

В приказном порядке, жестко царапая щетками кожу, девушки-рабыни быстро обмыли ее в неглубоком бассейне с еле теплой водой.

Служанки натерли ее тело какой-то жидкостью. Испаряясь с поверхности кожи, она окутывала Баст коконом терпкого аромата неизвестных ей трав и древесной коры. Вдыхая щекочущий нос запах, она наслаждалась этим странным сочетанием, непохожим на цветочные ароматы духов и благовоний.

Рабыни помогли облачиться в длинную набедренную повязку белого цвета. Странное одеяние путалось и забивалось между ног, оставляя бедра открытыми. Белый короткий лиф с маленькими рукавчиками, расшитый мелкими прозрачными кристалликами, которые слегка, как бы неуверенно меняли цвет, поддерживал и оставлял открытыми грудь и живот. Обуви ей не дали. Она, как и рабыни, должна была ходить босиком. По сути дела, ее наряд не очень и отличался от их одежды. Только замысловатой вышивкой на подоле набедренной повязки, да на вырезе короткого облегающего лифа.

Проводив ее в круглую комнату рабыни торопливо, тихо ступая босыми ногами по мягкому ковру, вышли из комнаты. Последняя из них, кинув быстрый взгляд на Баст, задернула занавески на арке, ведущей в комнату с бассейном.

Перед Баст предстала поразительная комната, больше всего походившая на пещеру с сокровищами или драконово логово.

Как и все Сетты, пират хранил все свои сбережения в виде золотых изделий, монет и драгоценных камней. У стен лежали кучи золота, сильно поразившие Баст. Не то что бы она никогда не видела такого количества ювелирных изделий и драгоценных металлов – каждый зал Дворца Роз был как музей. Все во дворце было подобрано с тонким вкусом и изяществом. А здесь все просто свалили все в кучу, на пол – этого она не понимала.

Комната была не круглой, как ей вначале показалось, а странной формы. Стены в комнате тоже были необычные. Для начала нужно заметить, что их было шесть. В трех из них были прикрытые портьерами арки. К еще одной была придвинута изголовьем огромная кровать, которая сама по себе уже могла считаться небольшой комнатой, если задернуть шторы полога. Пара столиков, мягкая кушетка с подушками, несколько кресел были приставлены к остальным стенам. Они утопали витыми ножками в куче монет и золотых вещиц, небрежно сдвинутых к стенам с середины ковра, покрывавшего весь пол. Комната была довольно просторная, по углам висели небольшие светильники. В мягком, желтоватом свете отдельно валявшиеся кругляши монет посверкивали, выглядывая из густого ворса ковра. Их блеск отражался в темных, склоненных зеркалах, висевших на стенах.

С точки зрения стиля комната была ужасно вульгарной. Множество богато украшенных вещей портили и перенасыщали деталями интерьер. Баст подумала, что пират как дракон, притащил ее в свое логово, и будет хранить как драгоценность. Но ей было все равно. Сокровища сверкали и переливались и она, в порыве глупого детского восторга, упала на ближайшую золотую кучу и попыталась изобразить «снежного ангела» на фоне сверкающего металла.

Ее веселое настроение прошло также быстро, как и возникло. Какая-то тревожная мысль появилась у нее в голове, но тут же бесследно растворилась.

Баст задумчиво встала с кучи золота и посмотрелась в висевшее на стене выпуклое зеркало. Оно было странно знакомым – сделаное в виде круглого выпуклого диска-солнца, с рамой, изображавшей лучи светила. Эта вещица явно была украдена с какого-то богатого торгового корабля, везущего вещи из храма на новую звездную базу. И принадлежала ее сородичам. Зеркало повторяло эмблему солнца Ра. Уникальность этого предмета состояла в том, что амальгама было не серебряной, а золотой, отражения в таких зеркалах показывали только все самые лучшее качества, заключенные в человеке. Баст полюбовалась своим отражением и отражением комнаты в зеркале. Комната теперь не казалась ей уже неприятной, просто в ней действовали чуждые ей порядки и законы.

Она обратила внимание на отражение камней в зеркале: два рубина и фиолетовый камешек прилипли к ошейнику. Магический металл медленно пожирал драгоценные камни. Выглядело это настолько гадко, что Баст затошнило от увиденного. Волна отвращение к ненавистной, противной вещи захлестнула ее. Она отошла от зеркала, чтобы не видеть этого. Но тут же ненависть, поднявшаяся было в ней, стала угасать, она быстро успокоилась и вновь пришла в состояние вялого интереса.

Баст провела небольшой эксперимент, скормив маленький темно-кровавый рубин браслету на запястье, а вот золотую монету тот отверг. Постучав пару раз по нему ребром монеты и приложив на более долгое время, она бросила ее на пол.

Монета со звоном плюхнулась на гору драгоценностей и, не удержавшись на ней, покатилась по ковру. Девушка меланхолично и заторможено наблюдала за ее движением.

В ногах разливалась приятная вялость. Постояв немного в задумчивости и что-то про себя решив, она подошла к кровати и легла на мягкий белый мех. Растянувшись на нежном покрывале, она не спеша оглядела полог над кроватью и деревянные резные колонны, поддерживающие его.

Окинув ленивым взглядом покрывало, в ногах постели Баст увидела утонувшую в складках меха шкатулку. Потянувшись к ней, девушка высыпала содержимое на кровать.

Яркие ожерелья, камни и самоцветы высыпались на белый мех. Тут на ее нашло наваждение. Она начала лениво перебирать драгоценности, потом примерять сверкающие кольца. Изящество и вкус, с которым их сделали, восторгал ее. Она собирала в горсти драгоценные камни и подбрасывала их воздух. Радужный, сверкающий водопад падал на нее. В блаженстве она терлась щекой о мягкий мех кровати, ее волосы разметались по белому покрывалу и разбросанные драгоценности запутывались в них.

Вокруг драгоценностей светились радужные ореолы. Экстаз и эйфория охватили тело девушки. Ее руки, двигающиеся перед лицом, тоже окружало цветное свечение, за руками в пространстве тянулись такие же яркие разводы, медленно угасая. Вокруг всего виденного колыхались радужные тени, повторяя очертания предметов, постепенно все теряло четкость и становилось как бы размытым. Она видела все сквозь полуприкрытые ресницы на утомленных глазах.

Уставшая и пересыщенная игрой с драгоценностями, Баст заснула.


***


Из-за толстых штор, с левой стороны, послышалось приглушенное шлепанье босых ног. В ту же секунду из арки вышли, плавно покачивая бедрами, две девушки худенькая, хрупкая блондинка и пышная брюнетка. Разговаривая между собой, они не спеша пересекали комнату. Одна девушка тихим голосом уговаривала другую быть смелее и не бояться. Красавицы собирались пройти через комнату своего хозяина, сократив путь, но вдруг остановились, как пораженные громом.

На кровати их господина лежала незнакомка, сжимая в руке роскошное ожерелье. Вскрикнув, в испуге перед гневом властителя, одна из девушек, тонкая и белокурая красавица, зажав рот рукой, метнулась обратно за прикрывавшую арку занавеску. В конце коридора затих звук ее босых ног.

Но вторая темноволосая девушка чувствовала себя в этой комнате более уверенно, осталась. Вряд ли что-нибудь теперь могло сдвинуть ее с места.

Окинув взглядом комнату и не найдя в ней хозяина, она совсем осмелела и приблизилась к застеленной белым мехом постели, которую много раз делила с властителем этого корабля.

Теперь ее место занимала незнакомка и ей хотелось повнимательнее ее рассмотреть. Та крепко спала, раскинувшись на постели, во сне она улыбалась. Вошедшая красавица почувствовала запах настойки, которую используют для того, чтобы успокоить рабов, а добавленная в этот настой кора дерева Лайг заставляет рабынь быть сговорчивей.

Нагнувшись над спящей, брюнетка пристально и придирчиво осматривала лицо, волосы и фигуру неизвестной, не забывая при этом прислушиваться к звукам за противоположной занавеской, не идет ли господин?

С испугом она заметила, что девушка, лежащая на кровати одного с ней типа красоты: пышная, темноволосая, с яркими чертами лица. Не замена ли она для нее, Рианны?

Темные волосы незнакомки были с рыжим оттенком и меняли цвет, у корней они были темнее, на концах светлее. Но густые волосы девушки, лежащей на кровати, не знали хорошего ухода, они были безжалостно стянуты в хвост и неровно острижены на концах. Сама же Рианна была необычайно ухожена, часами в ожидании своего господина она умащивала волосы и кожу бальзамами, мазями и благовониями. Рианна была настоящей красавицей. Черноволосая, с роскошной гривой туго накрученных надушенных кудрей, которые доходили до округлых ягодиц и были ее гордостью, и приковывали внимание любого. Она определенно привлекательнее замарашки спящей на кровати.

Вдруг Рианна разглядела что-то такое в незнакомке, от чего ее лицо исказилось и стало безобразным. На носу у переносицы сошлись резкие морщины, придававшие ее лицу звериный вид. Чтобы не закричать от досады, она прикусила белыми зубками костяшку пальца. В душе ее вспыхнул ураган ненависти к незнакомке. Не красота и не стройность девушки вызвали в ней такой приступ зависти, смешанный с паникой и отчаянием, – Рианна во сто крат красивее ее. Причина была в уникальности незнакомки. Окинув придирчивым взглядом тело девушки, Рианна не нашла ни леопардовых пятен на руках и ногах, ни тигровых полосок на животе. Перед ней лежала не просто жительница Острова Роз, а возможно чистокровная.

Эта девушка как редкая жемчужина, уникальная диковина, могла привлечь ее хозяина. А он любил все необычное, редкое, штучное и коллекционировал подобное со всей страстностью своей натуры.

Каким непостижимым образом могла эта девушка здесь оказаться, так далеко от своих земель?

Единственная жительница Острова Роз, которую Рианна видела, была кем-то вроде технолога и не представляла интереса. Тихая, вечно презрительно косившаяся на нее, Рианну, своими голубыми раскосыми глазами, она часами сидела и смотрела в стену, медитируя, только черные остроконечные уши и полосатый хвост слегка подрагивали. Она не искала разговора, и все время молчала, изредка отвечая односложно на задаваемые Рианной вопросы.

Отправившись в одинокий полет без сопровождения, девушка-кошка попала в плен. Хозяин сам наладил связь с Королевством Роз и вел переговоры о выкупе иностранки. Как позже Рианна узнала, ее отравили восвояси, без труда получив требуемый выкуп. И в их маленькой крепости все пошло своим чередом. А теперь эта новая девушка, которую Алиен, судя по всему, собирался сделать своей наложницей, рушила все планы, которые строила Рианна.

Темпераментная, властолюбивая, тщеславная в своей красоте Рианна, надеялась занять прочное место не только в постели, но и в сердце того, кого она считала своим. Рианна называла Алиена не иначе, как «мой властелин» и всячески подбивала его на создание своей собственной звездной крепости. Именно под ее давлением несколько месяцев назад он приобрел три семипалубных звездных корабля, которые теперь были прочно соединены друг с другом новыми отсеками и уже начали образовывать плавучую крепость. Технологи из средней касты Сеттов возводили новые орудийные башни и укрепляли корпуса соединенных звездолетов.

Впрочем, Рианне пока так и не удалось подобрать ключик к его сердцу. Она с разочарованием иногда думала о том, что не понимает движущие им чувства. Его поступки оставались для нее загадкой.

Властители собирали вокруг себя много рабынь – для уборки, готовки еды, других работ и, конечно, для развлечений. Рианна знала, что ей придется делить Алиена с другими наложницами. Но она не думала, что среди них когда-нибудь найдется та, которая затмит ее красоту. Если все же найдется, то в этом грубом и жестоком мире случается много неожиданных и опасных вещей.

Рианна была готова на все, чтобы только удержаться на так трудно завоеванных ей позициях. Готова на любую жестокость, подлость и даже убийство, лишь бы не потерять расположения хозяина корабля и свой статус.

Полгода назад, Алиен притащил в их маленькую крепость золотоволосую Одэль. Появление на корабле конкурентки, которую она так давно ожидала и втайне побаивалась, нисколько не омрачило жизнь Рианны. Уже привыкшая к своему высокому положению наложницы, не лишенная влияния и власти, Рианна без труда подавила тихую девушку своим темпераментом и властолюбием. Она ловко задвинула ее на второе место, а нежная и скромная Одэль не сопротивлялась и приняла все как должное. Рианне было спокойно с тихой Одэль. От такой девушки, лишенной всяких признаков эгоизма и себялюбия, можно было не ожидать удара в спину. Рианна командовала тихоней, как вздумается.

В силу своего характера – жестокого, гордого, одинокого, не допускающего каких-либо близких отношений, она считала, что все женщины без исключения, даже собственная мать и сестры, являются конкурентками в борьбе за одно: за внимание мужчины.

В диком мире, в котором выросла Рианна, где прошло ее детство, не могло быть иначе. Все женщины стремились к этому. Ибо, чем богаче и выше был титул их господина отца или мужа, тем больше благ они могли получить. Больше еды, теплый дом, уход и благополучие.

Рианна болезненно вспоминала нищету, в которой они погрязли вместе с матерью и младшими сестрами после смерти отца. Они жили в ужасной лачуге, построенной из кусков гофрированной жести, найденной на ближайшей свалке отходов. Спали на полу, вместе с такими же, как они бездомными бродягами, ворами и опустившимися неудачниками.

Жилой отсек-дом в звездной крепости и все вещи, ранее принадлежавшие их семье, после смерти отца у них отняли. Женщины в звездных крепостях Сеттов не могли владеть ничем, кроме того, что было на них одето. Закон был жесток, суров и тверд. У их отца не было сына, чтобы наследовать имущество и приютить мать и сестер в перешедшем к нему по наследству доме. Единственно, что им осталось, это наниматься на работу служанками, уборщицами и мойщицами посуды, они даже не могли получить работу поваром. Готовить еду могли только дипломированные специалисты из средних каст.

Женщины, потерявшие своих покровителей – мужей и отцов, сразу же перемещались в самую низшую касту, и существовали наравне с рабами, а иногда и в более плохих условиях. Для них не было другого выхода кроме как искать себе покровителя или идти работать на самые грязные работы, на которые даже не посылали рабов.

Все, что им оставалась, это стариться, тяжело работая за гроши, которых едва-едва хватало на одну скудную трапезу в день, и надеяться прожить еще пять или даже семь лет. После чего скончаться в грязи, нищете и одиночестве от непосильной работы и голода.

Страшнее всего были слезы ее младших сестер, которые тихо плакали по ночам, потому что им было холодно и голодно. Они боялись пожаловаться вслух, потому что были уже достаточно взрослые, чтобы понять – еду продают за деньги, а денег нет. Но маленькие сестренки были недостаточно взрослые, чтобы зарабатывать самим. Они вечно не доедали.

Единственное, что их могло спасти от этого, так это мужчина – покровитель, взявший их в свой дом в качестве служанок-рабынь или наложниц. Но кому нужны грязные бездомные бродяги, если на невольничьих рынках за одну золотую монету можно купить крепкого здорового раба или красавицу рабыню любой расы?

Однажды, не выдержав нищеты и слез своих сестер, Рианна, просто встала и ни разу не оглянувшись, пошла прочь от их грязного жилища. Спустя несколько недель неизвестный слуга принес матери Рианны небольшой сверток с монетками. Благодаря этому ее младшие сестрички не умерли от голода и смогли не очень богато, но вполне сносно жить.

Всего, чего добилась Рианна, она добилась сама, в одиночку, без чьей-либо помощи, только благодаря внутренней решительности и способности концентрировать силу воли. Она самостоятельно, вопреки всем препятствиям, выбралась из той грязи, в которой ей пришлось существовать. И вот теперь эта незнакомка угрожала ее благополучию и высокому положению, которое она, Рианна, так тяжело и долго достигала.

В глубине галереи послышалось звяканье расстегиваемой перевязи. Алиен шел по узкому коридору-проходу в свою комнату, снимая с себя на ходу вещи. Вот он сейчас войдет в спальню, снимет с себя плащ и, опустившись на кровать, привлечет в свои объятия лежавшую на мехах девушку.

Потрясая от злости в воздухе кулаками, Рианна, не смея даже и слова вслух сказать, но про себя зло ругаясь, бросилась в противоположную сторону, чтобы не быть застигнутой своим хозяином. По дороге она шептала оскорбления и перечисляла проклятья, которые падут на голову девушки, если она посмеет затмить ее и забрать внимание Алиена себе.

На глазах ее сверкнули слезы, не добежав до занавески на противоположном конце коридора, она остановилась. Немного подумав, медленно развернулась и пошла назад. Она знала, что Алиена не обрадует, если он застанет ее подглядывающей и она может заслужить за это серьезное наказание. Но ее, как на буксире, влекло вперед. И притаившись за занавеской, Рианна стала наблюдать.


***


Алиен неспешно вошел в свои покои и огляделся. Девушка спала в расслабленной позе на кровати, длинные, уже высохшие волосы разметались по покрывалу, камни запутались в ее волосах и сверкали. Яркие губы были приоткрыты.

Подойдя поближе, Алиен наклонился над девушкой, чтобы проверить, спит ли она. Алый цвет губ привлек его внимание.

Вдыхая аромат травы Яр-раллис и коры дерева Лайг, он рассматривал ее. Лицо казалось снежно-белым, покрытое мягким, как у персика, пушком, все цвета казались нестерпимо яркими и контрастными: губы, волосы, темные ресницы.

Не выдержав, он протянул руку, в том же жадном жесте брата, и погладил девушку по щеке, пробуя нежность и шелковистость ее кожи. Проводя большим пальцем по нижней губе, он чуть приоткрыл ее, белые зубки сверкнули в свете ламп.

Воин рассматривал девушку, внимательно изучая черты ее лица. Вокруг нее появился радужный ореол. Гладя ее по щеке, он опускал руку ниже. Скользнув пальцами по подбородку, его ладонь спустилась еще. Проведя рукой по шее, Алиен остановил ее на груди, погладив мягкую округлость, пальцы скользнули под ткань и ощутили упругий бугорок соска. Девушка пошевелилась.

«Стоп!» – Алиен отдернул руку и отскочил в сторону. – «Ну, кто он, если не идиот?»

Чтобы пленница вела себя спокойно и не устраивала побоев в его небольшой крепости, он приказал рабыням натереть девушку специальной мазью. Она имела транквилизирующе-усыпляющие действие с небольшим побочным эффектом, эта же мазь в других пропорциях использовалась, как афродизиак. Надо же быть столь неосторожным, чтобы самому нанюхаться этого зелья.

Алиен призвав на помощь весь мыслимый самоконтроль с большим приложением силы воли, отошел в угол комнаты и сел в резное кресло. Радужное свечение вокруг предметов медленно угасало. Закипевшая было, в венах кровь успокоилась. Снадобье выветривалось.

Со своего места он видел лежащую на кровати девушку. Еще минута и он сжал бы ее в своих объятьях, тем самым напугав до смерти. Он уже видел затухающий страх в ее глазах, удивительную покорность судьбе или же удивительный самоконтроль и умение держать себя в руках, когда она решила, что он задумал испробовать на ней все режимы работы ошейника.

Надо было решать, что с ней делать. Он был в трудной ситуации, если бы не неожиданное появление брата, он бы отпустил девушку восвояси, запросив стандартный выкуп, который использовали при передаче заложников. Но теперь, когда брат побежал докладывать отцу об этом «успехе», у него не было никакой возможности отправить девушку куда подальше.

Максимум, что ему удалось вытребовать в разговоре, это чтобы брат был посредником при общении с большой крепостью, а ему самому не пришлось ни ехать туда, ни вести переговоры самостоятельно. Его сил не хватит что бы общаться с этими мразями.

Из несвязного разговора с братом, Алиен понял только то, что в большой крепости непременно хотели получать часть добычи от его пиратской деятельности, так как Алиен принадлежит к воинам из высшей касты и должен отчислять часть своих денег в общую казну клана. Впрочем, в деталях так и не удалось ничего обсудить, его брат был уже сильно пьян, и воин оставил его отсыпаться.

Алиен знал, что решительно не потерпит никого из них в своей хоть и не большой, но собственной крепости, где он является полноправным властителем. Риверна придется терпеть какое-то время, хотя его брат был еще той занозой в заднице. Воин был не в восторге от того, что его родственник положил глаз на его заложницу, но решил ничего не предпринимать, пока не выяснится в деталях, что задумали против него в большой крепости.

Сам он никогда не торговал живым товаром и не держал рабов, но воины из его команды сильно протестовали и при последнем тихом бунте, год назад, вытребовали себе право оставлять по несколько заложников и рабынь. Для этого пирату пришлось из нижнего этажа сделать место жительства этих рабов, таким образом, в крепости появились служанки и слуги. Каждый воин имел свои комнаты, где хранил свою долю награбленного, а в последнее время и выручку от торговых сделок. Комнаты надо было убирать, одежду стирать, еду готовить и подавать на стол, так что, в общем, жизнь в его небольшой крепости, ранее похожей на военную казарму, стала намного уютней и комфортабельнее.

Алиену сложившаяся ситуация не нравилась. Его команда росла и требовала больше места, больше слуг и рабов. В крепости становилось тесновато. Три семипалубника медленно, но верно превращались в эквивалент плавучей крепости. Воины хотели вести такую же жизнь, какую они вели в больших звездных крепостях Сеттов. Алиен не знал, что с этим делать, ситуация в корне не нравилась ему. Это была не та жизнь, которую он хотел. Воин старался вырваться из тисков судьбы, сжимавших его, но чем больше он пытался это сделать, тем сильнее они сжимались. Его воины не знали иной жизни и строили вокруг себя типичную звездную крепость, не отличающуюся от многих других. Это была их мечта. Как он мог помешать им?

Этот день тянулся слишком долго и был самым утомительным за последние несколько лет, в основном благодаря стараниям девушки.

Как ее зовут, он не знал до сих пор и был совершенно уверен, что она беззастенчиво солгала его брату. От его глаз не укрылся румянец стыда на ее щеках и отведенный взгляд.

Алиен не спеша встал, чтобы не разбудить девушку, тихо ступая, пошел в сторону арки, но, что-то вспомнив, остановился, осторожно приблизился к кровати. Убедившись, что незнакомка крепко спит, поудобнее устроил ее на кровати и укрыл углом мехового одеяла.

Войдя в небольшую ванную залу, воин доотстегнул ремни перевязи и не спеша снял их.

Звон металлических пряжек разбудил чутко спящую Баст, она открыла глаза. Когда ее аккуратно приподняли и пожили головой на подушку, она проснулась наполовину, звуки и шуршания, доносившиеся из соседней комнаты, окончательно разбудили ее.

Перекатившись к краю кровати, Баст свесила голову и поискала глазами того, кто издавал звуки. То, что она увидела, удивило и ошеломило ее. Она не могла оторвать взгляд от зрелища, представшего перед ее глазами, и заворожено смотрела на полуприкрытую портьерой арку.

Перед круглым бассейном медленно раздевался и снимал с себя набедренную повязку захвативший ее в плен воин. Когда ей удалось полностью рассмотреть его, она поняла, что он выглядел просто гигантом по сравнению с ней.

Воин расстегнул одно из колец, придерживающих две половинки набедренной повязки. Перед Баст мелькнуло его мужское достоинство, и она поспешно зажмурила глаза. Но тут же открыла один глаз.

Воин повернулся к ней спиной. Высокий, статный, мускулистый, он не спеша перешагнул через бортик бассейна и погрузился в воду. Небольшая волна плеснула через край и залила пол.

Широко раскрытыми глазами девушка смотрела на перекатывающиеся на спине мышцы, когда воин поднимал над головой деревянную резную шайку. Осторожно, стараясь не шуметь и не расплескивать, поливал себя водой.

Все предметы в комнате были размыты, нечетко видны и разделялись на радужные тени. Только в центре изображение, видимое Баст, было резким. Воин как раз попадал в фокус ее измененного зельем зрения. Все его движения были для нее необычайно выразительными, тогда как вся остальная обстановка комнаты практически не запоминалась.

Отложив шайку, воин брал горсть мыльного песка из стоящей на краю бассейна чаши и намыливал им грудь, плечи и спину. Вода тоненькими ручьями струилась по его спине, бицепсы напрягались, когда он поднимал руки вверх с очередной полной воды бадьей.

Черные волосы тонкими мокрыми змейками покрывали его спину. Баст поймала себя на мысли, что ей нравятся эта широкая мускулистая спина и черная спускающейся с шеи грива мокрых волос. Ей страстно хотелось выскользнуть из-под одеяла и дотронуться до нее. Она закусила губу и замерла, страшась искушения.

Воин стоял по колено в воде и медленно растирал себя полотенцем. Бросив его на пол, он стал подниматься из бассейна.

Внезапно повернувшийся к ней лицом воин, застал ее врасплох, было поздно прятаться, и Баст спешно зажмурила глаза, притворившись спящей.

Воин-пират, подойдя к ней, вздохнул, повторно приподнял ее и положил на середину кровати, завернув в одеяло, как в кокон. Подоткнул его поплотнее под нее, что бы она не ворочалась во сне и не попыталась вновь упасть с кровати.

Баст упорно притворялась спящей, напрягая слух, чтобы понять, что делает воин. В тоже время она старалась дышать спокойно и размеренно, чтобы не выдать себя.

Вот он постоял немного около кровати, вот он двинулся к противоположной стене. Заскрипела отодвигаемая в сторону дверь. Хруст и шелест ткани…

Уши на голове у Баст тонко подрагивали, стараясь лучше уловить звуки. Благодаря ее умению отчетливо слышать даже незначительные колебания звуковых волн и настраиваться на них, она слышала все, что делал воин.

Алиен подошел к нише в стене, отодвинул раздвижные двери. Достал новую набедренную повязку и одел ее.

Баст прислушивалась, но не смогла ничего услышать. Она напрягла слух еще сильнее, и в ее ушах послышался звук биения его сердца. Звук здорового, уверенного в себе, владеющего собой и своими чувствами человека. Ритм его сердца был спокойным и размеренным.

Оглушительно громко скрипнули пружины мягкой кушетки, захрустели подушки, звуки гремели и ревели в ее ушах, усиленные ее слуховыми способностями. До этого момента неярко горевший свет совсем потух, накрыв комнату покрывалом темноты. Это воин выключил ненужное ночью освещение. Устраиваясь поудобнее, воин еще раз побеспокоил пружины кушетки.

Слушая ровное громкое биение сердца воина, Баст незаметно заснула.


***


Розовый нос Баст заходил ходуном, втягивая в себя приятный запах жареного мяса. Сморщился, вновь втянул в себя воздух.

Кошка открыла глаза. Перед ней на меховом покрывале стоял широкий серебряный поднос с тарелками, в комнате горел яркий свет. Приподнявшись, она моментально схватила и засунула в рот кусочек мяса. Прожевывая кусок, она выпутывала из спеленавшего покрывала ноги.

Ножей, вилок или ложек на подносе не оказалось, но зато всё мясо и овощи были заботливо порезаны на небольшие кусочки. Там же на подносе стояли несколько мисок с подливками, кувшинчик с крышкой – под ней прятался сладкий виноградный сок. Рядом стоял небольшой стеклянный кубок. Девушка уплетала за обе щеки содержание тарелок, не забывая макать кусочки в соус.

Опустошив все блюда, находившиеся на подносе, Баст решила допить понравившийся ей соус. Запрокинув голову, она проглотила последние капельки.

–Только посуду не вылизывай, на кухне ещё еда есть, – грубый, хриплый голос с издевкой прервал её занятие. Юная особа с недоумением поставила соусницу и, опираясь о край кровати, выглянула из-за прикрывающей её портьеры.

К ней двигался, прихрамывая на одну ногу, лохматый, грязный, одетый в рваную набедренную повязку старик.

Таких Сеттов Баст ещё не видела. Он был глубоким стариком! И это здорово её удивило. Она ни разу не видела Сеттов в преклонном возрасте, хотя краем уха слышала что-то скандальное про то, что Сетты своих стариков убивают или они умирают, когда не могут больше сражаться. Баст во все глаза рассматривала ковылявшего к ней старика.

– Давай сюды поднос! – сверкнув на неё единственным желтым глазом, он грубо вырвал железную посудину из её рук, тарелки на подносе жалобно звякнули. Прихрамывая на больную ногу и покашливая, Сетт не спеша поковылял к выходу, ведущему к бассейну.

Штора на боковой арке отодвинулась, впуская Алиена.

– Приветствую, Старец! – поздоровался воин. Старик только кивнул головой, не оборачиваясь, и уковылял прочь.

– Добрый день и Вам, госпожа. – поприветствовал Баст воин и уселся на софу напротив кровати. Скрестив на груди руки, он продолжил:

– Я рад, что Вы проснулись и чувствуете себя лучше. Меня зовут Алиен, я хозяин этого корабля. А как мне называть Вас?

– Но ведь я уже сказала вчера свое имя, – удивленно вскинув брови, сказала Баст. Она судорожно пыталась вспомнить, как именно вчера назвалась. После ночи глубокого сна, вызванного эликсиром Яр-раллис, девушка совершенно не помнила мелкие детали прошедшего дня.

– Вчера Вы соврали. – Уверено сказал Алиен.

– Почему Вы так думаете? Вы не можете утверждать…

– Это имя совершенно не подходит Вам, – прервал её Алиен. – Оно не Ваше. И не отражает Вас и Ваш характер. Имя, даваемое ребенку, влияет на него и его судьбу, и очень часто отражает характер человека, который его носит. Мягкое, кроткое имя, которое Вы вчера назвали, никак не подходит к Вашей решительности и быстроте реакции. Так как же мне Вас называть?

– Р-Рамота. Меня зовут Рамота. – На этот раз Баст постаралась не отвести глаз и выдержать взгляд воина. Но через какое-то время опустила голову.

Опять солгала. Что за постыдная привычка? Или это защитная реакция? Баст назвалась именем своей покойной бабушки, которой почти не помнила, но, как говорила её мама, была необычайно на неё похожа. Если то, что говорил пират, правда, то это имя ей подойдёт и будет «похоже» на ее характер.

– Вот это уже ближе к правде, – усмехнулся Алиен. – Но не совсем, – добавил он.

– Теперь поговорим о неприятном, – вздохнул воин. – Я думаю, Вы понимаете, в какую ситуацию попали. Наши расы находятся в состоянии негласной войны. И Вы теперь считаетесь военнопленной. Но я хочу заверить Вас, что никакого вреда Вам не будет причинено. И то недоразумение, в результате которого Вы потеряли свой корабль, а я свой, легко можно решить. – Алиен про себя скрипнул зубами. Ему не было жаль корабль, но то, как ловко девушка с ним расправилась, нанесло больший ущерб его гордости и самолюбию, нежели телу или голове. На которую как раз и пришёлся удар тем злосчастным сундуком. Он постарался подавить в себе гнев. Своим наглым поведением эта девушка сильно раздражала его.

Сейчас она даже не осознавала, в какой опасности находится и насколько безвыходно её положение. От толпы озлобленных воинов Сеттов маленькую кошку отделяет только он и его приказ не трогать пленницу, ни под каким предлогом. Но, кажется, у этой девушки страх отсутствует как класс.

– Это было не что иное, как недоразумение, глупая гримаса судьбы: Вы не поняли меня, я не понял Вас, – продолжал он. – Здесь мы с Вами квиты, а вот три драгоценных цветных Энергона потеряны по Вашей вине, и мне бы хотелось возместить этот ущерб. Но я не буду требовать его с Вас.

«Недоразумение? Квиты? Возместить ущерб? Мой корабль в сто раз дороже твоей жалкой консервной банки! – хмуро подумала Баст. – Ты потерял ничтожный маломощный корабль, а я – один из четырех легендарных космических кораблей, из которых состоит «Звездный меч».5 Но черт с этим, главное выбраться и выставить ему свой счет!».

– Вам достаточно будет назвать имена людей, которые могут поручиться за Вас и выплатить стандартный выкуп. Вы будете освобождены и вернетесь к своим.

Баст молчала.

– Подумайте, кто мог бы посодействовать в этом деле. Может бать, Ваши родители? – подсказал Алиен безмолвно таращившейся на него Баст.

– У меня нет родителей, – вырвалась у девушки. При одной мысли о том, что её мать узнает, что с ней случилось, у Баст от страха скрутило живот.

– Хм… Ваши опекуны? Вы молоды и по вашим законам ещё не достигли зрелости.

– Опекунов тоже нет, я одна… Совсем одна. Я вчера наврала про то, что за меня дадут большой выкуп. Очень сильно испугалась.

– Но должен же быть кто-то на Острове Роз, кто поможет Вам? – Нахмурился Алиен.

Обычно островитяне железной хваткой держались друг за друга – более дружной и собранной нации он не знал. Они никогда не расставались с друзьями и родственниками надолго, постоянно общались друг с другом. Особенно прочны были родственные связи. Даже разделённые световыми годами, островитяне находили способ связаться друг с другом без каких-либо средств коммуникаций. Как? Никто не знал. Алиен не верил в телепатию и чтение мыслей на расстоянии, тем более таком большом, но что ещё можно было тут вообразить? И что он слышит теперь? Она одна?

– У меня никого нет, и друзей тоже нет. На Острове меня никто не ждёт. Да и не живу я там. Я сама по себе живу, сколько себя помню. Корабль мне достался по счастливой случайности: я его на свалке нашла, – самозабвенно стала лгать Баст. – Я неплохой техник, могу чинить сложное оборудование. Легко справляюсь даже с вакуумными машинами.

Баст действительно достаточно хорошо чинила разные механизмы и любила ковыряться во внутренностях машин.

– Я занимаюсь тем, что путешествую, берясь за любую подвернувшуюся работу, – сказала она наиболее близкую правду, которую могла поведать воину.

Немножко привирая, она рассказывала Сетту о своей жизни и путешествиях.

Алиен видел, что девушка столь же одинока, как и он сам. И где бы раньше она ни была, где бы ни путешествовала, она так же, как и он, не принадлежала к какому-то одному месту. Она всегда была в дороге и в поиске своего места в жизни. И вдруг Алиен про себя решил: если её никто не ждёт, почему бы ей не остаться здесь, с ним?

– Так, чем ты сможешь заплатить выкуп? – вернулся он к прерванной теме.

– Э-э-э… Но у меня ничего нет, кроме корабля.

«Да и того теперь нет», – зло подумала про себя Баст.

– Я могла бы помочь что-нибудь чинить. И возместила бы ущерб.

– Да, да, вакуумные механизмы очень капризные. Но мне техники не нужны. В моей космической крепости достаточно служащих из любых каст. Я подумаю об этой сложной ситуации, – вздохнул воин. – Сейчас у меня запланирована тренировка. А я никогда их не пропускаю. Мы поговорим позже, – властно проговорил Алиен и поднялся.

За его спиной кошка, еле сдерживаясь, скрипела зубами.

Сетт подошёл к арке и, откинув штору, набрал какие-то цифры на панели, прятавшейся за занавесью.

– Подойди сюда. – Баст подошла, недоуменно рассматривая панель допуска. Такие стояли в старом замке, в котором она росла.

– Приложи сюда руку. – Девушка подчинилась. – Теперь ты можешь ходить в границах внутреннего круга. В пределах комнат, принадлежащих лично мне. Не пытайся взломать замок и выйти за их пределы, я не могу даже представить, что сделают с тобой Сетты, если увидят. Скорее всего, разорвут на куски. В прошлый раз ты была со мной и тебя не тронули, но ходить по крепости одной очень опасно. В пределах круга есть всё, что тебе нужно: столовая, ванная, библиотека и небольшой спортзал.

– С чего ты взял, что я буду куда-то ходить, тем более туда, где опасно? – спросила Баст. После встречи с неприятным воином, который грубо схватил её за лицо, кошке расхотелось искать приключений на свою «пятую точку». Тот Сетт вселял в неё липкий ужас, хотя Баст было трудно чем-то напугать.

– Не знаю, но мне кажется, на одном месте тебе усидеть сложно, – задумчиво проговорил воин и вышел, даже не попрощавшись.

Оставив девушку тихо «закипать» в одиночестве.


***


Спустившись парой ложных этажей вниз, воин проследовал в дуэльный зал, где его уже дожидался, покуривая вонючую самокрутку, Старик.

Крякнув, престарелый Сетт бросил бычок на пол и поднял меч.

Алиен хмуро посмотрел на брошенный окурок. Он уже много выслушал всего от рабыни-уборщицы, главной над остальными. О прожжённых дырках, о кучках едкого пепла, о пятнах, которые ничем не выводятся с ковров. Но старику-учителю, заменившему ему отца, он мог простить многое, почти всё…

– Что-то ты долго. Неужто эта малышка тебя отвлекла настолько, что ты решил отдохнуть перед тренировкой? Или ты не выспался? Слишком жестко было ночью? – Вредный старик намекал Алиену на то, что новое приобретение согнало его ученика с собственной кровати. От его въедливого взгляда не укрылось то, что эту ночь Алиену довелось провести не в собственной постели, а в изгнании на неудобной кушетке, а также подживающие ушибы и порезы от когтей кошки.

– Эта малявка кого угодно уморит своим вздорным характером и упорством, – вздохнул молодой воин. – Я посмотрю, как ты с ней справишься. Девушка, кстати, неплохо дерётся.

Старец недоверчиво хмыкнул. Алиен поднял свой меч:

– Ты же знаешь, такие вещи не отвлекут меня от тренировки с тобой. Я тебя ни на кого не поменяю, даже на самую красивую девушку. Тебя я люблю больше! – Алиен резко выбросил руку с мечом вперёд, надеясь задеть Старца.

– Хех-х-х, остряк! – Старый Сетт разразился хриплым, похожим на кашель, смехом. Он ловко, не сходя с места, отклонился в сторону и точно выверенным взмахом меча отбил удар молодого воина. После чего вновь стал в расслабленную позу, не переставая наблюдать за противником. Тренировка началась.

Алиен нахмурился. Ему не понравилось предложение девушки отпустить её на нижние этажи в касту рабочих. Сделать её простым техником? Видеть её перепачканной пылью и машинным маслом? В грязном, вонючем рабочем комбинезоне? А если эти грубые мужланы из касты рабочих обидят её? Как красиво обтягивал её грудь лиф, как поблескивали кристаллы… Девушка слишком хороша, чтобы изнурять её простым ручным трудом. Да и видеть её хотелось не так уж и редко. Рабочие очень заняты: почти весь световой день они лазают в извилистых проходах в самой глубине утробы звездолета и чинят поломавшиеся или сгоревшие участки. Времени на досуг или развлечения у них нет.

«Решено, она останется здесь со мной. На моей звездной крепости хватит места для всех. Она вполне может обрести здесь свой новый дом. Если она всю жизнь скиталась, и настоящего у нее никогда не было. Девушка сама призналась, что она не без таланта и многое может, да и дерется она неплохо. Очень даже неплохо! Стиль боя у нее, конечно, странный. Никогда такого не видел, но он эффективный…».

Старец взмахнул мечом и проделал серию обманных финтов, уловив шестым чувством, что его ученик думает сейчас совсем не о поединке. Алиен в последний момент отбил коварный удар и вынужден был сосредоточиться.


***

Баст сидела в бассейне и тупо смотрела в воду. На этот раз вода в нём была вполне сносной температуры. Её стабильно купали два раза в день, отчего её шерсть стала жесткой и линяла местами, но не это сейчас волновало девушку. Девушка сверлила взглядом воду – ничего. Жидкость неспешно колебалась в бассейне, большие волны, вызванные движением кошки, стали постепенно утихать и почти разгладились. Баст задержала дыхание и сосредоточилась ещё раз – бесполезно, поверхность оставалась такой же гладкой. Она вздохнула и откинулась на бортик бассейна.

Что-то блокировало её силу. Попытка соорудить из воды небольшой смерч или хотя бы приподнять её и заставить колыхаться закончилась ничем. У девушки ничего не вышло. Конечно, вода не была её стихией, но, тем не менее, она могла немного влиять на неё. Заставить воду «выпрыгнуть» из стакана, гонять капельки воды по столу и делать водные смерчи. Вся молодежь Острова Роз, приходя в большие общественные бани, любила развлекаться подобным образом.

Такие соревнования были традиционной банной забавой. Те, кто был больше одарён в водной магии, обязательно создавали гигантские цунами и смерчи, водные скульптуры и колонны. Которые потом, к всеобщему восторгу и веселью, дружно обрушивались в большие бассейны с горячей водой, накрывая, обрызгивая, переворачивая всё вверх тормашками.

Сама Баст такие забавы не любила: что в этом хорошего? Вода в ушах, в носу. Но смотреть издалека на развлечение ей нравилось. А весельчаки, желавшие залить её водой, получали удар электричества в ногу, которое отбивало у них всё желание играть с ней в подобные игры.

Баст сосредоточилась ещё раз и стала собирать критическую массу энергии, вытягивая её из окружающей среды и генерируя самостоятельно. Краем уха она уловила гул, который остановил её действия.

От неожиданности она выпустила силу, и та развеялась в пространстве. Настороживший её шум смолк… Она подождала ещё немного, прислушиваясь. Ничего: в комнате стояла тишина. Только плеск воды в бассейне и далекие голоса рабынь.

Что ж, попробуем ещё раз. Девушка снова стала собирать силу, параллельно прислушиваясь – вот оно! Гул нарастал. Теперь, когда она поняла, как слушать, его можно было без труда различить. Он нарастал подобно разогревающимся турбинам звездолета. Баст продолжала собирать силу и тут поняла, что так шумит – это гудит ошейник. Он тоже, как и она, собирал силы и накапливал свою критическую массу. От такого открытия Баст чуть во второй раз не выпустила колышущуюся силу и, перехватив её поудобнее, направила свой взгляд на одну из декоративных мраморных колонн, поддерживающую потолок.

«Вон на том выступе изображена противная ухмыляющаяся рожа, похожая на рожу того Сетта, что я встретила на пиру. Сейчас я сотру с ее лица эту гадкую гримасу», – подумала Баст, направляя и выпуская вырывающуюся энергию прямо в центр скульптуры.

И… Ничего! Ни вспышки, ни ярко сверкнувшей молнии, ни фонтана брызнувших во все стороны осколков мрамора. Тем не менее, накопленная энергия уходила и убывала. Баст стала отслеживать место, куда засасывалась энергия.

Ого! Энергию поглощал ошейник! С головокружительной скоростью и оглушительным гулом тратя свою накопленную силу, ошейник перенаправлял и всасывал выпущенную кошкой энергию, пока та не иссякла совсем. Вильнув в пространстве охвостком силы, она всосалась в ошейник полностью. Гул умолк.

Девушка сидела, слегка подрагивая от шокового состояния. Она потеряла свою магическую силу. Вот что значит «убывание силы» – любые ментальные или энергетические трансформации теперь не для неё. Ей показалось, что ей отрубили руку или ногу. Она почувствовала себя искалеченной, хромой, ущербной. Трансформация и работа с внутренней энергией были такой же частью ее, как умение дышать, ходить, бегать.

Теперь от способности защитить себя осталась только половина. Все магические умения были ампутированы. Она не сможет защищаться привычным способом, пока на ней этот ошейник. Это пугало, пугало до онемения в груди.

Резко вздохнув, она почувствовала боль.

«Спокойно, только спокойно! Я ведь ещё жива, – успокаивала себя девушка. – От этого не умирают: есть люди, потерявшие силу, есть и наделенные ей не так щедро, как я, есть абсолютно неодаренные в этой области, но имеющие дар в другой. Они же как-то живут, и справляются со всем!».

Баст судорожно вздохнула – оказывается, от переполнявшего её ужаса она забыла, как дышать. Кошка почувствовала себя тяжело больной от сделанного открытия. Она обессилено продолжала сидеть в ванне с остывающей водой.

Тут в её голове послышался ещё один Голос. Он принадлежал не ей, но был её частью:

«Да, от этого не умирают, но остаются калеками на всю жизнь. Это ведь половинчатое состояние. Но Я не сдамся, Я никогда не сдавалась, и ты не сдашься. Я не дам тебе этого сделать… не позволю…», – Голос стал тише и утих, как только Баст вместе с ним в унисон подумала те же слова: «Я не сдамся, я никогда не сдавалась…».

Этот голос принадлежал древнему воину, осколок души которого использовали, чтобы создать Баст. Умершая когда-то воительница теперь была единым целым с девушкой-кошкой. Это было сделано для того, чтобы знания и умения посредством слияния двух духов были переданы вновь живущей. В Лабораториях Роз пытались создать воина-защитника, который станет следующим правителем Королевства Роз и приведёт страну к процветанию, но… Родилась девочка. Баст.

В этот раз рабыни были удивлены подавленным состоянием их подопечной. Казалось, она лишилась последних сил. Кошка стала настолько слаба, что девушкам пришлось даже помогать выбраться ей из бассейна. Тем не менее, её взгляд пугал их. Светло-зелёные, весёлые, живые глаза стали чёрными и злыми. Боясь лишний раз встретиться с ней взглядом, рабыни в рекордное время растерли её полотенцами, одели, убрали вокруг бассейна и, спустив воду в нём, ретировались с многочисленными поклонами.

Девушка осталась опять одна.

Баст решила незамедлительно поговорить с пиратом. Ей нужно было прояснить ситуацию, в которой она находится, и найти выход из неё.

Возможность представилась ей довольно быстро. Вскоре после обеда Алиен зашел в комнату, чтобы взять из стенного шкафа оружие для тренировки. Воин каждый день уделял несколько часов тренировкам – вот откуда его колоссальное мастерство и сноровка.

Шкаф с оружием запирался на замок, иначе Баст добралась бы до него сразу же. Но, во-первых, взломать означило показать свои незаурядные способности в области воровства и вскрытия замков, что совсем не было похоже на скромного ремонтного техника, а, во-вторых, рассмотрев подробнее меч, Баст поняла, что, даже если она и сможет поднять такую махину заточенного металла, долго на весу не продержит.

Другого оружия в пределах внутреннего круга Баст не обнаружила. Мечи и копья в тренировочном зале в счёт не шли: они были спортивными, а не боевыми.


***

Девушка-кошка хотела поговорить с ним.

Ради разговора с ней Алиен не только задержался больше обычного в спальной части своего корабля, но впоследствии даже отменил тренировку со своим наставником. Это было совсем неслыханно, и несказанно удивило бы Баст, знай она жёсткие порядки крепости Сеттов.

– Чем же я могу откупиться? – вне себя негодовала Баст. Она ходила по комнате из угла в угол. – У меня ничего нет! Мое последнее имущество было уничтожено тобой!

– А мое – тобой, – парировал Сетт. Девушка остановилась напротив него, а он по-хозяйски сидел, развалившись на кушетке. – Энергоны, корабль… Я даже не могу забрать с него свой груз. Из-за этого у меня большие проблемы с заказчиками, которые требуют свой, уже оплаченный товар! Твой бортовой компьютер устраивает дебоши на моем корабле, требуя вернуть тебя.

– Ребекка?

– Так вот какое её кодовое имя, теперь хоть поговорить смогу с ней. – Баст захлопнула свой рот, поняв, что ляпнула лишнего. Сетту совсем не обязательно иметь доступ к её компьютеру – вдруг его системы смогут взломать защиту Ребекки? Баст обескуражено замолчала. Она точно не собирается помогать ему в решении этой проблемы: как только он получит свой груз, она будет полностью в его руках, а так Баст приобретала новый козырь, и Сетт это знал. Воин понял, она не позволит забрать свой груз, пока он не отпустит её. Пират тоже сказал лишнее, дав кошке новое оружие против себя.

Алиен устало потёр переносицу. Девушка в очередной раз начинала выводить его из себя своим глупым поведением и упорством.

«Зачем я ему? – со злостью подумала Баст. – С меня ничего взять нельзя, я не королевских кровей и не владею никакими богатствами, никто за меня не даст выкупа… Выкуп. Вдруг он запросит выкуп с Дворца Роз? Стоит им только узнать моё имя – они тут же сверятся со списками жителей и, не найдя в них такого имени, обязательно что-то заподозрят и начнут расследование, а это привлечёт ненужное внимание. Не дать ему этого сделать, не дать связаться с ними! Он точно что-то заподозрил и поэтому не отпускает, не верит в мою историю про простого техника!»

– Ну, хорошо! Я соврала! Признаюсь, я не техник! – внезапно воскликнула Баст, что удивило пирата. – Вот почему я пряталась и не хочу, чтобы обо мне кто-нибудь знал. Я не починкой кораблей занимаюсь. Я наёмница! – Воин, не веря, смотрел на неё.

Челюсть его отвисла в немом удивлении.

Баст пошла ва-банк:

– Я убиваю за деньги и выполняю разные тайные поручения и должна сохранять инкогнито. – Брови пирата все также были удивленно приподняты.

– Это действительно так, – с достоинством подтвердила девушка. – Вера других рас в то, что жители Острова Роз святые и безгрешные, чересчур преувеличена. Среди нас тоже достаточно предателей, мошенников, убийц и подонков всех мастей и расцветок. – Пират нерешительно кивнул головой, как бы соглашаясь с этим. Он всё ещё был изумлен её заявлением. Никакая другая женщина его так не поражала: «да в ней куча сюрпризов, которые открываются один за другим!»

«Теперь он побоится выставить меня на открытые рабовладельческие торги, – про себя думала Баст. – Я стою намного больше, чем простая рабыня, и меня не каждому можно продать. Я уникальный наемный убийца, за меня могут дать много денег. Покупатель должен быть только тот, кому я действительно нужна. Впрочем, пусть попробует найти такого клиента – в этом районе космоса меня плохо знают, авось, обойдётся».

Голос девушки стал более уверенным, теперь Баст была с воином на равных. И могла выставлять ему свои условия. Она больше не несчастная беспомощная пленница!

– Я хочу сделать тебе предложение, – с достоинством сказала девушка. Она представляла себе реакцию воина на такое заявления и не ошиблась в своих ожиданиях.

– Ах, вот как? – со снисходительной улыбкой сказал пират. Черные брови взметнулись вверх. Его собственность ставит ему условия – как будто тюк с товаром решил вступить с ним в переговоры. – Хорошо, я выслушаю твоё предложение.

Баст скрипнула зубами, но продолжила:

– Я хочу вернуть тебе долг и заплатить за себя стандартный выкуп!

– Вернуть? Заплатить? – Удивился воин, он окинул взглядом её талию, как бы пытаясь найти там привязанный к поясу кошелёк, из которого она достанет деньги и расплатится. Он не двусмысленно намекал на то, что она стоит перед ним в принадлежавшей ему набедренной повязке рабыни, живёт в его крепости и ест его пищу.

Баст повторно скрипнула зубами. Знай, о чем ненароком на самом деле подумал воин, любуясь её голым животиком, она бы потеряла последние капли своего и так не очень обширного терпения и кинулась бы на него в надежде выцарапать ему глаза и перегрызть горло.

– Да, вернуть! – Почти выкрикнула она.

– И как же ты это сделаешь? – Уже заинтересованно спросил Алиен.

– Я заработаю денег и оплачу долг перед тобой, и буду иметь деньги на то, чтобы вернуть и починить мой корабль либо купить новый.

– Ого, грандиозные планы. Но как именно ты этого добьёшься? – Он вовсе не издевался над ней. Алиену действительно было интересно, что придумала эта неугомонная особа. – Как я уже сказал: техники мне не нужны.

– Ну, без твоей помощи мне этого не сделать, – медленно, с расстановкой продолжала Баст, видя, что воин теперь не издевается, а смотрит заинтересованно. Кажется, она поймала его на крючок – лишь бы рыбка не сорвалась!

– Компенсации от Дворца Роз ты не получишь. Я вне закона среди своих. Поэтому денег ты там не сможешь достать. – Теперь он не обратится во Дворец Роз. Баст постепенно закрывала воину все возможности огласить, что она находиться у него в плену.

– Я всё-таки могу продать тебя как обычную рабыню. Это в моей власти… – Задумчиво проговорил воин, как бы что-то подсчитывая про себя.

«Гад, намекает на ошейник, сковывающий меня! Это ты думаешь, что я совсем перед тобой беззащитна! – Со злостью подумала Баст. – Я могу попытаться с боем пробиться на волю. Но драться со столькими Сеттами… Это будет славная битва, – хмуро решила она. – Даже если мне не суждено выжить в этом сражении, это не будет концом всего. Сначала темнота, пустота, небытие, потом новая жизнь… Круг Оживления во Дворце Роз… Пустота, небытие, темнота…».

Она вздрогнула, прогоняя страшное видение. Её внезапная бледность не укрылась от Алиена.

– Это… Это всего несколько золотых монет – они не покроют всех расходов… – неуверенно проговорила она, подозрительно косясь на лампы. Несколько секунд назад они горели не так ярко или ей показалось? На секунду её коснулась тьма небытия. Но теперь мгла отступала, лампы разгорались ярче.

– Да, ты права, – соглашаясь с ней, кивнул головой Алиен. – Ну, тогда я могу сдать тебя властям как преступницу. Я уверен, за тобой длинный список правонарушений, нечестных делишек и убийств, если ты действительно наемница, – с усмешкой сказал он.

Но девушка, кажется, его не очень внимательно слушала. Что она там нашла на лампе? Почему так подозрительно рассматривает потолок? Алиен тоже посмотрел на ярко горящие потолочные лампы. Воин был уверен: не его обещание продать её с торгов сделало голос девушки-кошки таким неуверенным. Это не могло её так напугать. Они всего лишь играли друг с другом, поочередно делая шаги. И эта игра была забавной и нравилась Алиену. Он надеялся, что через какое-то время девушка передумает и останется жить в его космической крепости. Никто из них не верил ни в то, что он действительно хочет её продать, ни в то, что она хочет долго оставаться на его корабле в качестве заложницы. Может быть, она найдёт себе занятие по вкусу позже, когда освоится? Они торговались, приходя к взаимовыгодному соглашению, воину очень не хотелось отпускать её, уж больно занятной была девушка.

– Ну, тогда ещё пятьдесят-сто монет – это не деньги. – Коротко бросила она ему. Кошка уже пришла в себя, в глазах у неё разгорался задорный огонёк жажды битвы. И пусть это только словесная дуэль, ушки её уже стояли торчком.

«А недавно они были испуганно прижаты к голове. Что же её так испугало на потолке?» – думал про себя Алиен.

– Действительно, не деньги… – Задумчиво протянул воин. Ему уже было интересно, что придумала девушка. Когда она выложит свои карты на стол, как она сделает следующий шаг? Игра была занимательна.

Воин уже великодушно решил простить ей все долги. Но куда там! Такой огонь в глазах! Эта особа не будет смиренно благодарить. Скорее сама будет выступать в роли защитника и дарителя. Что-то в манерах и поведении этой девушки его беспокоило, но воин никак не мог понять, что. Уж больно нагла, самоуверенна и самодостаточна. Откуда такая абсолютная независимость? От того ли, что она один на один с миром, одинока и ей не на кого положиться? Если она останется в его крепости можно щедро дать ей новый высокий статус и власть, в конечном итоге все, кто состоит в его команде, так или иначе, имеют проблемы с законом. Однако упорство, с которым она твердо отвергала любую заботу о себе, поражало Алиена, как будто напротив него стоял равный ему по статусу воин, а не хрупкая девушка.

Всё это интриговало пирата. В мире Алиена женщины были слабыми, беспомощными, бесправными, зависящими от мужчин. Конечно, не лишенными хитрости, мозгов и коварства, но обделённые такой безрассудной отвагой, как у девушки-кошки. Эта особа не только не просит помощи, но и выставляет ему свои условия. Как забавно…

– Что ты предлагаешь? – Прервав свои размышления, подытожил Алиен: игра затянулась, ему слишком интересно, пусть покажет, что за козыри у неё в рукаве.

– Если мои технические навыки тебе не нужны, может, мое умение драться пригодиться? – С надеждой спросила Баст. Она была абсолютно уверена в своих способностях.

Воин недоуменно захлопал глазами: такого он от неё точно не ожидал. Он признавал за ней некоторые способности в этой области, но как он может это использовать? Не в качестве же охранника или воина! Женщина-воин в его команде? Да его на смех поднимут, если в его крепости появится девица, да ещё в подобном статусе!

– Я хочу участвовать в «Боях Без Правил». – Продолжала Баст. – Я уверена, что выиграю, – быстро, чтобы воин не успел перебить её, затараторила девушка. – Мне нужна тысяча золотых монет для экипировки и вступительного взноса. Прибыль поделим. Ты починишь свой корабль, я заберу свой, – её слова повисли в воздухе.

«Бои Без Правил».

Это в равной степени впечатляющее, широкомасштабное, грандиозное, и противозаконное, нарушающее все возможные правила действо.

Это трёхнедельные ожесточённые драки не на жизнь, а на смерть. Без правил, без условий, без ограничений. В них участвуют только те, кому уже нечего терять – это последняя возможность, последний шанс, поймать который можно, если рискнуть единственным, что у тебя есть, единственным что осталось: жизнью. Туда шли те, кому некуда больше идти, нечего ждать, не на что надеяться. Все проигравшие умирали.

Оставался только один, абсолютный победитель, он-то и получал главный приз. Вступительный взнос можно было внести имуществом, вещами, деньгами, своей свободой, своей жизнью.

Где и как проводятся эти бои, никто не знал. Все желающие должны были послать определённый сигнал в открытый космос. После чего оставалось только ждать ответа.

Некоторое время в комнате стояла тишина.

– Вот это наглость… – Тихо произнес опешивший воин. – Да с чего ты взяла, что сможешь победить?! – Взорвался Алиен. У Баст засосало под ложечкой, от возмущенного крика воина, который сотряс потолок. – Более бредовой идеи я не слышал!

– В придачу, это полное отсутствие совести: клянчить у меня деньги на идиотскую затею, да ещё тогда, когда уже должна несоизмеримо больше. Тысяча золотых – подумать только! Да тебя там задавят и не заметят: пискнуть не успеешь, как попадешь в Био-реактор в качестве белкового удобрения!

Баснословный выигрыш, которым Баст повела под носом у этого пирата-торговца, не впечатлил его. Рыбка не заглотнула крючок.

Алиен уже не сдерживал голоса, награждал её меткими эпитетами и красочными описаниями судьбы, которая её ждет, если она сунется на «Бои Без Правил». Воин в самых мелких подробностях знал, что представляют собой эти бои.

«Откуда? Сам участвовал или делал ставки?»

О «Боях Без Правил» девушка знала только понаслышке. Хотя информации из чужих рук ей с лихвой хватило, чтобы понять, насколько грязна эта затея. Но это был её последний шанс вырваться из-под власти воина. Она не собиралась действительно участвовать в этом кровавом турнире. Девушка надеялась, что там её будут хуже охранять, и она сможет незаметно сбежать или улизнуть под шумок.

Био-реактор. Она не знала в точности, что это такое и как это выглядит, но представляла его чем-то вроде большой мясорубки, куда сбрасывали ещё живого, раненого проигравшего бойца. Мясом с Био-реактора кормили хищников, с которыми воины, участвующие в смертельных поединках, дрались на первом этапе состязаний.

Баст была подавлена и расстроена гневом воина. Во всем её хитром плане просьба о дополнительных деньгах была самым слабым пунктом: действительно, просить денег, когда и так должен…

– Ненормальная! – у Алиена от гнева и крика напряглись вены на шее. Они стояли посреди комнаты друг напротив друга и кричали, осыпая друг друга потоками брани и упреков. – Да как тебе в голову такое могло прийти! Видно, ты слишком сильно ударилась головой на своем корабле или вакуум космоса повредил твой рассудок! «Бои Без Правил», Боги Ада! Послушайте только, что эта пигалица, «метр с кепкой в прыжке», говорит! – Баст съёжилась под нависающим над ней воином – она действительно была ниже любого Сетта. – Монстры не посмотрят, что ты девушка. А остальные претенденты? Они не будут церемониться с тобой так, как я, – один взмах меча и тебя станет двое: два куска мяса! – гремел Алиен.

– Может быть, я и мала ростом, но, тем не менее, смогла завалить такой дуб, как ты! – Баст негодовала и кричала не тише пирата. – Если бы не мое великодушие, ты бы лежал на своем корабле с перерезанными горлом! – Алиен помрачнел, вспомнив свою неудачу и злосчастный сундук, вырубивший его.

– Если тебе случайно и повезло, это ещё не значит, что повезёт сто раз подряд! – Зло зашипел воин. – Тебе придётся запастись своим хвалёным везением ещё на сто раундов!

Баст, хотевшая что-то сказать, замялась: приближалось время невезения, и в такие моменты она не могла ручаться на сто процентов, что не влипнет в историю и все пойдёт по плану.

– Возможно, к тому времени, как подойдёт время «Боев Без Правил», мне действительно будет везти каждый раунд, – напыщенно сказала она.

– Ты, что, сумасшедшая? Возомнила, что каждый раунд с неба на голову твоих противников будет падать по сундуку? Значит, так! – Взревел пират, не желая слушать девушку-кошку – для себя он всё уже давно решил. Алиен грубо схватил её за руку и приблизил к ней свое лицо, смотря прямо в глаза:

– Ты не выйдешь за приделы внутреннего круга никак иначе, чем с охраной и с моего разрешения. Я советую выбросить из головы этот бред насчет «Боев Без Правил», который ты себе туда вбила. – Девушка прижала уши к голове и глухо зарычала.

Воин попросту не слушал её доводы и считал, что так ей будет лучше.

– Мужчины! Все вы одинаковы! – Белые клыки сверкнули на искаженном яростью лице. – Высокомерные, агрессивные, сжигаемые жаждой господства пополам с постоянным желанием воевать. У вас врожденной чертой является желание господствовать над всем! Вы не можете жить в мире с другими! Вы навязываете всем своё деспотичное мнение! – Вскричала взбешённая поведением воина Баст пытаясь вырвать у него свою руку, но Пират превосходил ее своей силой.

«Да какое право он имеет распоряжаться мной и указывать, что делать и как быть? Если мне хочется рискнуть своим здоровьем и шкурой, то это моё право!».

– Опять ты говоришь бессмыслицу! Ты слишком упряма и не ценишь доброго отношения. Здесь для тебя будет безопасней. Я сам решу, как разобраться в этой ситуации. И тебе придётся делать так, как я скажу! И если ты ослушаешься меня, горько об этом пожалеешь! Хорошо запомни моё предупреждение, чтобы не жалеть потом! – выкрикнул Алиен, швырнув девушку в сторону кровати, и вихрем вылетел из комнаты.

– А ты – мое! Скорее Ад заледенеет, чем ты получишь свой груз! – заорала ему вдогонку Баст, стараясь ударить по больному месту. Она уже поняла, как необходим этот груз пирату.

Но было поздно, разговор был кончен. В приступе гнева пополам с разочарованием Баст плюхнулась на кровать и стала колотить её ногами и руками.


***


Наорав на Баст, воин выскочил в гневе из комнаты, снеся плечом лепнину на двери.

Алиен решил не отпускать её в любые опасные места, да ещё после того, как заподозрил, что у этой девушки плохо с головой.

«Бои Без Правил! Свихнуться можно! Она с ума сошла! Да она не представляет, о чём говорит! Сумасшедшая! – Всё ещё кипятясь, воин летел по коридору. – Как бы виртуозно она не фехтовала, её там просто размажут о песок арены. Её слабых мышц не хватит даже на то, чтобы пробить панцирь шипастого краба».

Мелкое, не самое опасное зверьё было традиционным предварительным испытанием для всех желающих, чтобы сразу отсеять слабых телом и духом – тех, кто пришёл просто умереть.

Остановившись у иллюминатора, Алиен вздохнул, переводя дух.

«Как же она выводит меня из себя своим упрямством! – Он прислонился лбом к холодному стеклу, остужая свой разгоряченный лоб. – И объяснить ей что-либо невозможно: она упорно стоит на своем! Сколько мы наговорили друг другу грубостей на пустом месте».

Воин вздохнул: если бы не суицидальные замашки девушки, он бы так за неё не беспокоился, но, судя по всему, её вообще ничего не пугает. Или она не совсем себе представляет, что это за смертельные бои, на которых иной раз песок, пропитанный кровью и раздавленными внутренностями, так предательски скользит под ногами.

Турнир Трехсот, успешно пройденный когда-то Алиеном, подтверждал, что тот стал взрослым и полноправным членом клана Сеттов и касты воинов – высшей касты. Этот турнир был жалким подобием настоящего смертельного боя без правил.

Юноши желали стать полноценными членами касты воинов – самой привилегированной касты, – и поливали песок арены своей кровью без сожаления.

Это было самое яркое событие в их жизни. Но в случае проигрыша они так же, как и на Боях Без Правил, теряли всё, пусть и не свою жизнь. Они лишались всех привилегий, не могли владеть большими сокровищами, не имели влияния и уважения. Им приходилось идти в низшие касты рабочих: техниками, поварами и другими специалистами – и то, если только их ум позволял им это. В противном случае они становились либо нахлебниками, либо изгоями. На турнирах случались неприятности: молодые воины в погоне за местом под солнцем, получив слишком тяжёлые ранения, расставались с жизнью.

Юноша в своё время был одним из первых среди ровесников, победивших в этом турнире. Он прекрасно помнил, как скрипел мокрый от его и чужой крови песок под копытами, когда главный судья, перешагивая через раненых и оставшихся навсегда на арене юношей, шёл к ним, остающимся стоять. Кровь под ногами Алиена не пугала, но как же ей не страшно, девушке, которая ростом едва достает ему до груди?

«Откуда в ней такая отвага?» – задавался он вопросом.


***

Баст смотрела в потолок.

Служанка принесла поднос с едой, но она даже не посмотрела на него.

Ей было ужасно одиноко, прошло уже несколько часов с момента их разговора с хозяином корабля.

Баст нахмурила брови. Ничего хорошего этот разговор не принёс. Она только наплакалась и наоралась до одури. Казавшаяся ей замечательной и блистательной идея не привела в восторг пирата. Её надежды разбились. И вот теперь она лежала, чувствуя, как волны депрессии, разочарования и бессилия захлестывают её с головой.

Воин не собирается её отпускать: что бы он ни говорил, она у него в плену. Это обстоятельство как ничто другое бесило её, но после происшествия в бассейне и ссоры у кошки не было сил даже на гнев. Мысли лениво текли в её голове и раз за разом переворачивали и прокручивали все те новые факты, что она узнала из разговора.

Выхода из новой ситуации она не могла найти.

Что-то промелькнуло с левой стороны на самой грани взгляда. Баст повернула голову, но ничего не увидела, только несколько сундуков, стоящих один на другом. Алиен приказал аккуратно собрать все валявшиеся на полу сокровища в сундуки и сундучки и поставить их вдоль стен: места в комнате стало больше.

«Может, свет отразился на бликующей поверхности орнамента?» – вяло подумала кошка и вернулась к своим мыслям об одиночестве. Но из нового потока раздумий её вырвал тихий-тихий шелест за теми же сундуками, что ранее привлекли её внимание.

Она скосила левое ухо в сторону насторожившего её шороха, пытаясь отчетливее различить, что там такое прячется.

«Змея? – подумала она и тут же себя одернула. – Ну что за бред… Откуда здесь змеи? Я в комнате одна», – тем не менее, что-то её беспокоило и тревожило.

«Ну вот, досамокопалась, додумалась до паранойи, теперь мне страшные тени по углам мерещиться будут: богатое воображение, ничего не скажешь, воин был прав».

Шорох повторился, и Баст теперь скосила левый глаз, стараясь разглядеть, что там спряталось. Медленно приподнялась и села, не спеша опускать ноги на пол, из-за сундука отчетливо долетали до неё еле ощутимые волны сознания: кто-то думал в её сторону, вернее, думал о ней.

С Баст в одну секунду слетело всё её лениво-безразличное настроение, сознание прояснилось и стало острым, проницательным и резким. Это действовал выброс адреналина в крови, вызванный её испугом из-за неизвестности, притаившейся в углу за сундуками.

С той стороны по стенке сундука что-то заскреблось, Баст увидела шесть колеблющихся в пространстве белых волосков. Услужливое воображение тут же нарисовало ей уродливого таракана-альбиноса, что водятся на некоторых заброшенных звёздных станциях. Эти твари нападали стаями, своими челюстями они могли прогрызать переборки космического корабля и объесть живого человека до костей менее, чем за час. Впрочем, кости они тоже ели.

Вслед за белыми волосками показался острый розовый треугольник. Он ходил из стороны в сторону, дергаясь и сморщиваясь. Баст недоуменно всматривалась в выползавшие из-за торца сундука два розовых кругляша… Сверкнули две красненькие бусинки глаз.

«Фу-у, крыса…», – подумала Баст.

Крыса-мутант смотрела на неё блестящими глазками и как будто пыталась что-то решить. Она, не переставая, испускала нечеткие импульсы мыслей или, если быть точным, мыслеформ – картинок, направленных в её сторону. Баст постаралась поймать извивающийся конец мыслеформы, но это было не легче, чем ухватить за конец струю воды, выплескивающуюся из поливального шланга. Мысль крыски-мутантки извивалась в пространстве, дергалась и вибрировала. Девушке всё же удалось ухватить мысль за конец, и она увидела ряд картинок – мыслей крысы и смогла определить её пол. Крыса была самочкой и жила здесь довольно давно.

«В это время комната всегда пустая, – думала крыса, и Баст видела картинку пустой комнаты. – Но сегодня здесь есть она, – продолжала размышлять крыса. На картинку пустой комнаты сверху накладывалась картинка, в которой на кровати сидела Баст. Она увидела себя со стороны, сидящей на кровати, но не так чётко, как все видела сама. Крыса была немного подслеповата, но компенсировала слабое зрение обонянием. – Что делать? Безопасно?»

И опять картинка комнаты без Баст и с ней. Крыса была в нерешительности и не знала, как ей поступить. Видимо, она всегда пробиралась сюда в это время и лакомилась крошками и всем съестным, что могла найти. Это её видела Баст краем глаза, когда белое существо вынырнуло и тут же шмыгнуло за сундук, испугавшись её присутствия в комнате.

– Иди сюда! – позвала она. Крыса дернулась от звука её голоса, но тут увидела у нее в руках кусочек мяса, который Баст взяла с полного подноса. После разговора с Алиеном ей совсем не хотелось есть, не было аппетита, и она оставила еду нетронутой.

Глазки бусинки прилипли к кусочку мяса в её пальцах. Крыса-мутант явно не страдала от отсутствия аппетита так, как девушка.

«Иди сюда», – уже мысленно подумала Баст, стараясь думать не словами, а картинками, как крыса.

И, о чудо! Крыса вылезла из своего укрытия за сундуками и села на них сверху. Глазки и нос мутанта-крысы, как на буксире, двигались за рукой Баст, сжимавшей сочный кусочек. Баст пододвинула тарелку с мясом к себе поближе и медленно легла на край кровати, свесив руку с подачкой на пол.

Крыса раздумывала недолго. Мгновение – яркая вспышка на темном ковре и из пальцев вырван кусочек мяса. Крыса оказалась настолько голодной, что, не успев пробежать и метра, уселась прямо посередине напольного пылесборника и стала запихивать слишком большой кусок мяса в рот.

Теперь Баст смогла её рассмотреть: грызун и в самом деле был мутантом. Она имела непропорциональное белое, пушистое тельце, скорее похожее на тело тушканчика с тонкими, лысыми, кривыми ножками и длинным раздваивающимся на конце хвостом. Крыса также не была вегетарианкой, как правильно догадалась Баст, – в её маленькой пасти посверкивали острые зубки, проворно отрывавшие чересчур большие куски мяса. Не жуя, она их проглатывала. Давясь и попискивая, крыса-мутант расправлялась на ковре с подачкой, лапками собирала с ковра выпавшие изо рта куски мяса и запихивала их обратно, утрамбовывая.

– Ну и манеры! – Фыркнула Баст и рассмеялась.

Когда мясо было съедено, крыса как бы в удивлении уставилась на Баст. Наверное, ей никогда не приходилось видеть существ, от которых она так просто могла получить еды.

Баст спустила уже пустую руку на пол и вновь мысленно позвала крысу: «Иди сюда, я умею чесать за ушком!»

Крыса недоуменно наклонила свою остроносую головку на бок. Баст закрыла глаза и попыталась позвать ещё раз, напрягая все свои ментальные силы. Ошейник негромко загудел. Через секунду влажный нос коснулся её ладони, потом её руку осторожно попробовали на зуб, и стали вылизывать испачканные в соусе пальцы. Крыса была неглупа, сразу определив, что пальцы несъедобны. Розовым язычком она слизывала капельки соуса. Когда пальцы были вылизаны, сначала одна маленькая лапка, потом другая осторожно наступили на ладонь Баст. Мутант устроился сжатым, нервным комочком в руке девушки. Очень медленно, не делая резких движений, она подняла крысу к себе и вгляделась ей в красные бусинки глаз.

Грызун боялся, но против воли шёл на зов. Баст поняла свою ошибку: она навязала свою ментальную волю крыске-мутанту так, что она не могла отказаться и шла к ней на руки, хотя сама была в ужасе от этого.

«Что ж, эту ошибку надо компенсировать», – подумала Баст, взяла ещё один кусочек мяса с тарелки и скормила его крысе.

Новая подачка привела крыску-мутанта в состояние ленивого довольства – проще говоря, она наелась «от пуза».

«Как мало надо некоторым для счастья», – подумала Баст, прижав тёплый комочек к груди, и стала почесывать крысу за ушами и нежно массировать её маленькую спинку. На ней оказалось странное чёрное пятно, хотя Баст сначала решила, что крыса альбинос. Неспешные движения успокаивали и крысу, и её саму.

Она встала и неспешно стала ходить по комнате. Крыса заерзала, устраиваясь поудобней. Поджав по-лягушачьи свои задние лапки, она вцепилась коготками передних в вырез лифа, уложив поудобнее свою остромордую головку. Совсем расслабившись у Баст на руках, она стала сонно посапывать и попискивать – ей уже снился какой-то сон. Крысиные сны Баст смотреть не стала. Она раздумывала и неспешно ходила из комнаты в комнату: библиотека, столовая, купальная комната, большой тренировочный зал и обратно.

– А что, если я не буду такой послушной? – Тихо спросила она, перебирая нежную пушистую шерстку спящего зверька. Мысли Баст потекли совершенно по другому руслу:

«Что, если я всё-таки принесу ему много неприятностей? Если заставить его продать меня или увезти с этой станции? Будет ли у меня тогда шанс вырваться из плена? Я слишком хорошо с ним себя веду, – просто паинька! – а он держит меня в своей комнате как рабыню, разве что не приковывает к стене. Мне дают, конечно, свободу, но ограниченную и не выпускают отсюда».

      «Я могу принести ему море неприятностей. Я такой бардак наведу в его звёздной крепости, что он собственноручно откроет шлюз и пинком выбросит меня из него. Хватит быть пай-девочкой, я должна заставить его принять решение. Больше ждать я не могу. Этот, как его там, – Ровин, Риверн? – опасен, я прочитала это по его глазам. Сколько времени пройдет, прежде чем он либо сам доберется до меня, либо расскажет обо мне в большой крепости? Он захочет узнать, кто я, в этом нет сомнения. Вот тогда-то мне точно настанет конец». – Девушка задумчиво погладила завозившуюся в руках крысу-мутанта.

«Алиен, конечно, Пират и торговец, но, кто его знает, может, он сам планирует втихаря отвести меня в главную крепость? Неизвестно, что придёт ему в голову: вдруг он решит меня продать в наложницы какому-нибудь владельцу космической станции? Он может не снимать с меня этот ошейник и тогда я не смогу воспользоваться своими силами. Моих теперешних ментальных сил едва хватает на мысленные разговоры с крысой. Я не слышу мыслей других людей на станции, не слышу их голосов, не могу направлять свой внутренний взор на расстояния. Но я не беззащитна настолько, насколько они думают!»

Баст продолжила своё тягостное хождение по кругу из комнаты в комнату: библиотека, столовая, купальная комната, большой тренировочный зал, малый тренировочный зал, пустые комнаты и снова библиотека…

– О боги, брось это немедленно! – Этот оклик вырвал Баст из круговерти мыслей. Перед ней стояла, прижимая толстую книгу к груди, молодая хрупкая девушка-блондинка. Обе девушки замерли, рассматривая друг друга и прижимая к груди: одна крысу-мутанта, другая тяжёлый том.

На блондинке не было шерсти, её кожа была гладкая и розовая, просто кровь с молоком.

«Это же гуманоид, то есть, человек», – поправила свои мысли Баст.

– Если она тебя укусит, ты умрёшь, от заражения крови: эти мутанты ядовиты и опасны. – Попыталась объяснить девушка на не очень уверенном Общем Языке, который использовали разные расы для того чтобы общаться и торговать друг с другом.

– Не укусит, – коротко откликнулась Баст, раздумывая, не начать ли быть плохой прямо сейчас и не убить ли эту девушку, нанеся тем самым Алиену первый удар. По кроваво-красной с золотым шитьем одежде Баст определила, что девушка была наложницей.

Но ей не захотелось причинять зло девушке-блондинке. Та смотрела вопросительно-удивленным взглядом на руки Баст и вид её был до того безобиден, что у Баст просто не поднялась рука на такое невинное создание. Девушка-человек с интересом, но, не подходя слишком близко, рассматривала крысу.

«Разумеется, – подумала Баст. – Они ведь привыкли видеть этих стремительных животных только в виде молний на ковре – не человеческому взгляду пытаться заметить и рассмотреть такое стремительное животное».

Любопытство победило в девушке, и она подошла ещё ближе, рассматривая крысу у кошки на руках.

– Ты приручила ее? – спросила она.

– Да, – коротко отозвалась Баст, а про себя подумала: «Ну не очень я общительна, что ещё я могла ей ответить?»

Кошке хотелось поговорить с этой девушкой: она первый дружелюбный человек, которого она встретила за последние несколько месяцев – Ребекка не в счет, она искусственный интеллект.

– Это изумительно! Можно мне её погладить?

– Думаю, пока она спит, возражать не будет.

Девушка-человек нерешительно, кончиками пальцев, погладила крысу мутанта.

– Какая нежная, просто невесомая шерстка! – Восторженно воскликнула она.

– Пакость! Помоечная крыса! – и тут между ними, чуть не свернув нос Баст в сторону, пролетел тяжеленный книжный том. Зацепив по касательной меховую спинку животного, он ударился в стену. Девушки отскочили друг от друга, между ними пролетел ещё один том, нацеленный в крысу. Но та шмыгнула за книги, стоящие на полке и, судя по звуку, была уже в безопасности между переборками корабля.

– Приносить грязных животных, хозяин узнает об этом… – пригрозил старик побледневшей от страха блондинке и покрасневшей от ярости Баст. Проковыляв в противоположную залу, задёрнул за собой занавеску.

Баст в бешенстве ринулась за стариком, схватив на бегу книгу побольше. Не осознавая, что она делает, Баст влетела в комнату и со всех сил запустила ему книгой в голову.

– Да как вы смеете! – Книга, пролетев по дуге, должна была попасть старику в затылок, но тот, резко уклонившись, развернулся лицом к ней, и книга, пролетев мимо, шлепнулась на песок, покрывавший середину тренировочного зала.

– Ах ты, сопля малолетняя! – взревел старик. – Ремня захотела? – Он вырвал меч из ножен и коротким движением руки перехватил его плашмя.

Баст не растерялась и быстрым рывком схватила первый попавшийся меч со стойки, увешенной тренировочным оружием.

«Он хочет подраться? Да, пожалуйста! Я буду только рада предоставить ему такую возможность», – тем более что после ссоры с хозяином космической крепости она внутренне просто вся кипела и ей требовалась разрядка. Что ж, старик предоставлял ей эту возможность.

Её наглое поведение и готовность обороняться взбеленили старого Сетта: он кинулся на кошку, ловко и виртуозно нанося удары. Непревзойденное мастерство этого старца шокировало и чуть не выбило девушку из равновесия. Но ей нельзя поддаваться панике и праздновать труса – справлялись и не с такими!

Не позволять ему обмануть себя, не пропустить ни одного удара, отбиваться и отскакивать, не сцепляться с ним мечами, иначе он сможет обманным маневром выбить его у неё из рук, и она останется почти безоружной. Помнить: она не может воспользоваться ментальной силой, вся надежда на быстроту её реакции.

Бой продолжался не очень долго: старику все-таки удалось хитрым финтом обмануть девушку. Широкий меч плашмя придавил её к стене. Острая кромка врезалась в горло, заставляя выше задирать подбородок. Скосив зелёный глаз на старика, она придушенно прохрипела:

– Это вам не поможет, посмотрите вниз.

Старец скосил свой единственный глаз вниз и осмотрел руки девушки. Одной рукой она прижимала его к себе, держа за кожаную перевязь, а второй, схватив клинок за середину лезвия, держала под таким углом, чтобы острие прошло между третьим и четвертым ребром и вонзилось в сердце.

– Вам не кажется, что это патовая ситуация?

– Я все ещё могу тебя убить, – пожевав губы, предположил старик. У него в руках было бронзовое боевое отточенное оружие, у неё – деревянная тренировочная шпага, но она вполне могла сильным ударом пробить его мышцы и кожу. Вонзившись в сердце, острый кусок древесины мог стать его концом. Тренировочное оружие делали из прочного дерева, его ещё называли «железный дуб».

– Но и я могу, – нагло, с вызовом отозвалась Баст. – Вряд ли вы долго проживете с пробитым сердцем: в вашем возрасте не поможет даже Камера Оживления.

      Всё, что она могла сделать в такой ситуации против превосходящего её по силе и опыту противника, – это схитрить. Перехватить меч и зацепиться мертвой хваткой за перевязь старого воина.

Этот старик чем-то напоминал Баст её старого учителя: играть в шахматы с ним было бесполезно, у него на тренировку была потрачена вся жизнь, – связываться же было опасно.

«Скорость молодости – это все что я могу противопоставить его колоссальному опыту», – молнией пронеслось в голове у Баст.

Старый воин резко убрал меч от шеи девушки и со всего размаху звезданул её по уху.

– Аг-р-р! – Баст кубарем покатилась по полу. Всё, что она успела сделать, это дернуть головой в сторону. Держась за левое ухо, девушка очумело сидела на полу. Ухо тяжелело, горело и наливалось кровью. Старец ударил её по касательной и не рукояткой меча, скорее всего этот удар должен был всего лишь оглушить ее.

– Я тебя покажу «патовую ситуацию»! Дорасти сначала до того момента, когда сможешь играть в такие игры. – Напутствовал ошалело оглядывающуюся Баст старик.

– Мой ученик за такую патовую ситуацию огреб по полной; не знаю, кто тебя учил, девочка, но он зря потратил свое время – дерешься ты посредственно. – И не говоря больше не слова, старик важно побрел к арке, на ходу вложив меч в ножны.

«Не доучил, – поправила про себя старика Баст. – Он пожертвовал жизнью, спасая меня».

Тяжело поднявшись, она присела на краешек гимнастического снаряда. Голова кружилась, ухо ныло. Кажется, она хочет перессориться с половиной звёздной крепости. Да что с ней такое, это ведь не в её характере бросаться на людей!

«Хм… ну, по крайней мере, не из-за малейшего пустяка. Они меня точно чем-то опоили – я сама не своя в последнее время и мое настроение постоянно прыгает».

Немного подумав, она решила, что только у одного существа на этом корабле она может получить правдивые ответы на свои вопросы, и Баст направилась искать золотоволосую девушку.


***


Старик шёл по коридору звездолёта и задумчиво почёсывал уколотый бок. Уже более десяти лет никто не мог к нему подобраться настолько близко, чтобы оцарапать или уколоть мечом. Достав из-за пояса самокрутку и огниво, он задумчиво уставился на огонь.

– Ак-га! – Откашлялся старик. – Старею? – Недоуменно вопросил он у пустого коридора и поплелся дальше, распространяя вокруг себя сизо-зеленые облачка едкого дыма, от которого даже у самых закалённых, стойких обитателей крепости слезились глаза. Старик недолго раздумывал и, решив что-то, вдруг прибавил шагу и, с не свойственной его возрасту скоростью, чуть ли не бегом припустил по коридору. Он должен был, во что бы то ни стало, поговорить с Алиеном – эта девчонка явно не та, за кого себя выдаёт!

Старик нашёл воина задумчиво стоящим пред закрытым шлюзом. Этот шлюз соединялся с малым кораблём, носящим название «Воин мрака». Брови его хмурились.

– В чем дело? – Спросил подошедший старик. – Опять проблемы?

– Да. – Коротко ответил Алиен. – Я не могу забрать свой груз, заказчики уже начинают волноваться. Товар, запертый в этом чёртовом корабле, стоит немалых денег. Мне пришлось залезть в большие долги, чтобы расплатиться за него, плюс, заказчик дал вторую половину денег на совместную покупку. Если мы потеряем груз, то потеряем и космическую крепость, а может быть и наши жизни. Мы в очень трудном положении. Но девушка не позволит мне забрать его. У нас с ней утром произошла не очень красивая сцена, и она так и заявила, что я его не получу.

– Хех… – хохотнул старый воин. – У нас тоже с ней произошла некрасивая сцена, только днём – так, небольшая размолвка. Девица не так проста, как кажется. Знаешь, я не очень-то верю в то, что она простой техник.

– Я уже знаю об этом, – грустно вздохнул Алиен. – Она сама мне призналась, что она вовсе не та, за кого себя выдаёт, а наемница и неплохо дерётся – простой техник действительно так не сможет. На этот раз я ей верю.

– Хм, наемница? Ну, возможно, хотя всё равно как-то подозрительно. Где ты видел наёмников с чисто-белой окраской? На ней ведь нет ни пятен, ни полосок. Ох, не так она проста, как кажется с первого взгляда.

– Эх… – Вздохнул в очередной раз молодой воин, и этот вздох насторожил Старца. Он с подозрением посмотрел на своего ученика.

– Совершенно необыкновенная девица, но меня сейчас волнует только одна проблема: как достать свой груз? Проклятая программа не позволяет мне его забрать и блокирует команды Морока. Я не могу её отпустить: нет гарантий, что она отдаст мне груз, тем более теперь, когда у нас с ней случилась большая ссора… Даже не знаю, что на меня нашло, я как будто потерял над собой контроль – так сильно она разозлила меня своим заявлением, что она может победить в «Боях Без Правил». Ты когда-нибудь слышал такое?

Старик недоуменно приподнял бровь.

– Да-да, девушка именно так и сказала: её никто не может выкупить на Острове Роз, и она сама хочет выплатить за себя выкуп. Собирается отправиться на ««Бои Без Правил»» и выиграть все сто турниров. Победить и поделить выигрышные деньги. Ты представляешь, что она выдумала? – Не замечая хмурого старика, продолжал молодой Сетт. – Заявила, что она здесь находится в плену – вероятно, представляет меня в виде этакого торговца живым товаром, перевозящего в своих трюмах рабов! И это её благодарность мне за то, что я не оставил её на безлюдной снежной планете в разбитом корабле! – Всё больше выходил из себя Алиен, что не радовало Старца.

– Воин должен всегда держать себя в руках… – Угрюмо пробурчал старый Сетт, недовольный горячностью своего подопечного. Ему не понравилась реакция молодого воина на девушку.

– Она и святого выведет из себя. Быть с ней спокойным очень трудно, уж поверь. «Бои Без Правил»»! Боги Ада! Ну не знаю, возможно, она и продержится пару раундов. – Снисходительно сказал молодой воин.

– Кто его знает, островитяне задорого отдают свои жизни. Может, она и смогла бы добраться до середины турнира, – прохрипел старик, отрешенно почесывая уколотый бок.

– Я просто не хочу, чтобы она влипла в какую-нибудь историю, – возмущенно ответил Алиен. – Женщинам не место на подобных мероприятиях. – Старец лишь хмыкнул. Он слишком много раз видел, как дерутся воины с острова Роз, и львиная доля их была как раз женщинами.

– Не стоит предаваться иллюзиям насчет женщин с Острова Роз. Они там на своём острове не ромашки собирают, – тихо сказал старик, но ученик его не слушал.

– Понимаешь, я привел её сюда, в свою космическую крепость. Я обещал, что никто её не тронет и не навредит ей, мне хочется, чтобы она смогла мне доверять, а что получается? Я подвел её, подверг опасности. Если теперь с ней что-то случится, это будет полностью моя вина! Я хотел для неё только безопасности!

– Это трудно получить, тем более, что на борту твой горячо любимый чокнутый братец. – Хмыкнул старик. – Да на него посмотрев раз, уже понятно, что он собой представляет: у Риверна точно с головой не всё в порядке. Я не забыл ту историю. Самое безопасное для этой кошки – быть тише воды, ниже травы и не высовываться за пределы внутреннего круга.

– Это кошмарно… Теперь ты понимаешь, почему я держу её в своих комнатах? Да меня в дрожь бросает, когда я представляю, что он может с ней сделать. Просто смерть – это благо по сравнению с тем, что кошку ждёт, если он до неё доберётся! Если уж я привёл девушку сюда, надо обезопасить её любыми способами. Прошу тебя, Старец, присмотри за ней! Но так что бы она ничего об этом не знала… Не ровен час, Риверн до неё дорвется.

– А может, стоит выпустить её за пределы внутренних комнат и посмотреть, что будет? – Алиен укоризненно взглянул на старого Сетта. Старец невозмутимо пожевал губами.

– Хорошо. – Слишком быстро согласился он, – тем более это согласуется с моими желаниями. Какой бы невинной эта девушка не прикидывалась, она не так проста, как кажется.

«Я должен присмотреть за ней ради Алиена, ради нас всех», – подумал про себя старик.

Алиен выдохнул, и его сдвинутые брови разгладились, с плеч как будто упал тяжёлый груз. Его проблема с безопасностью девушки-кошки была решена.

– Я знал, что на тебя всегда можно положиться! Ты мне ближе, чем мои кровные родственнички!

– Что же мы будем делать с грузом, если девушка его не отдаст? Есть ли другой способ его забрать? – Спросил Старик.

– Мы можем поговорить с её операционной системой? Возможно она сговорчивее, чем хозяйка.

– Я в этих заморочках не разбираюсь, – быстро открестился старый воин. – Моя забота – война, – он всё ещё казался задумчивым. – Технические штуки это по твоей части.

– Ты говоришь, как старый ворчливый Сетт! – подколол его Алиен.

– А я и есть старый ворчливый Сетт, – пробубнил он. – От попытки поговорить хуже не будет.

– Хм… Попробуем. – Молодой воин подошёл к закрытому шлюзу, набрал на нём какие-то коды. Небольшой экранчик рядом засветился, динамики щёлкнули, воин понял, что может попробовать связаться с операционными системами.

– Морок, ты меня слышишь?

Помехи.

– Морок, приём! Отвечай немедленно, аварийная ситуация, немедленно открыть спасательные шлюзы! – Динамик зашипел и мяукнул, двери шлюза даже не дрогнули.

– И не пытайся с ним связаться, – раздался громкий женский голос. Ребекка, догадался Алиен.

«Значит, она победила в борьбе двух операционных систем, – уныло подумал он. – Каким таким хитрым способом ей удалось провести Морока? Он ведь аморфный, по нему нельзя нанести прямой удар…».

– Я просто не дам тебе этого сделать, – продолжала операционная система. – Я не могу тебе доверять.

«Опять эта фраза», – скрипнул зубами молодой воин.

– Почему же? Твоя хозяйка в безопасности. Вокруг много Сеттов, а ты знаешь, как они относятся к островитянам. Но я обеспечиваю девушке свое покровительство и даю защиту: они не тронут её и не смогут навредить – я не допущу этого. Здесь со мной ей будет лучше, чем скитаться бесприютно по галактике. Почему же ты не можешь мне доверять, видя, как я забочусь о ней?

– Потому что ты упорно не даёшь ей свободы. Потому что у меня нет стопроцентной гарантии того, что она будет и дальше прибывать в безопасности, когда ты получишь свой груз и корабль обратно, поэтому я и дальше буду удерживать их в своей власти.

Алиен задумался: «Да, доказательств нет никаких».

– У меня есть к тебе предложение. Отпусти мою хозяйку на волю, меняю её на твой груз.

– Но не на корабль? – перебил компьютер Старец.

– Нет, корабль будет нам нужен, чтобы улететь отсюда в безопасное место, но вы сможете получить его и груз обратно после того, как мы починим и улетим на своём корабле. Я верну управление вашему компьютеру. Он ведь не просто операционная система. Он создан как дополнение к вам, и его так же, как и меня, можно считать условно живым. Он сможет отпилотировать корабль и груз на базу.

– То есть, мы даём вам груз, корабль, детали для починки вашего корабля и отпускаем на все четыре стороны без каких-либо гарантий? – вновь, вмешался в разговор наглый старик.

– Я не могу этого сделать, – сокрушённо сказал молодой воин. – Твоя хозяйка забралась в ту часть галактики, где небезопасно. Сетты. Многие из них ненавидят островитян и вполне могут последовать за вами, и найти. Тогда твоей хозяйке не жить. Я не могу допустить такого. Они не позволят, чтобы она ушла на нашем корабле с грузом в неизвестном направлении, Сетты не доверяют островитянам. Я здесь бессилен. – Алиен почувствовал всю тяжесть принятых им решений.

– Моя хозяйка сможет о себе позаботиться. Я думаю, вы это уже поняли. Поверьте мне, если будет выбор на кого поставить: на мою хозяйку или на толпу Сеттов, я смело поставлю на хозяйку и не прогорю на этом.

– Я-то уж точно тебе не верю, – хмыкнул старик. – Ты ведь тоже не просто программа, созданная, чтобы управлять кораблем. Тебя тоже создали специально, иначе ты не смогла бы побороть Морока. Не знаю, откуда у маленькой пигалицы столько денег, ведь такая свободно мыслящая, почти живая программа стоит недешево, не представляю, сколько заказов на убийства надо для этого выполнить.

– Это действительно так, – поддержал молодой воин.

– Я могу гордиться своей хозяйкой, – ровным голосом продолжила Ребекка. – Она самый лучший воин в этой части галактики.

Оба воина одновременно скептически хмыкнули, но компьютер проигнорировала их реакцию:

– Мою хозяйку не так просто запереть в клетке. Смотри же, воин! – Голосом оракула возвестила Ребекка. – Ты предупрежден. Я слишком хорошо знаю свою хозяйку. Её не удержишь ни стальными стенами, ни дурманящими средствами, ни ошейниками. Может, не сегодня, но через какое-то время она сбросит с себя оковы, и твоя драгоценная крепость запылает огнём и зальётся кровью до краёв.

Алиен вновь недоверчиво хмыкнул. А старик при словах о том, что крепость зальётся кровью, вздрогнул и схватился за рукоять своего меча. Глаза его остекленели, редкие седые волосы на руках и голове встали дыбом. Его остекленевшие глаза видели перед собой картины прошлого, которые пугали его – старого, опытного, закалённого в боях Сетта.

– Я сделала тебе очень выгодное предложение, надеюсь, ты будешь благоразумен и его примешь, – напыщенным голосом проговорила компьютер.

«Интересно, а безумие передаётся программам? Могла ли хозяйка заразить свой компьютер? У них явно есть, что-то общее – невероятная самоуверенность и полная безбашенность», – подумал Алиен.

– И как мы решим эту проблему? – спросил воин у Старца.

Сетты стояли в глубокой задумчивости. Слова компьютера насторожили обоих.

Старик и Алиен обсуждали варианты решения проблемы.

– У тебя, молодой воин, просто нет выбора. – вклинилась в их разговор Ребекка. Динамики всё ещё были включены. – Самый лучший для тебя выбор – немедленно направить свой корабль к границам Королевства Роз и вернуть мою хозяйку на её законное место.

– И попасть на энергодобывающие рудники в плен к островитянам? Всей командой? – недовольно переспросил Алиен. Эта особа стала его раздражать. Надменность, с которой она говорила, выводила его из себя.

– Это пойдёт вам только на пользу. Там вас научат тому, чему не учат на ваших плавучих станциях, и вы поправите своё дурное воспитание… – Алиен, аж задохнулся от оскорбления, нанесённого ему компьютером.

Старик то ли хрюкнул, то ли рыкнул и, метнувшись к панели на стене, ударом кулака выключил динамик.

Попытка получить груз не удалась. Компьютер оказался ещё несносней своей хозяйки.

Старый и молодой воин в задумчивости остались стоять перед закрытым шлюзом. Каждый думал о своём.


***


Светловолосая девушка сидела, закрыв лицо руками, на краешке стойки с тренировочным оружием. Когда Баст вбежала в зал, она плакала.

Кошка остолбенела – может, старик добрался до неё и успел отругать? Она в нерешительности подошла к блондинке. Та вскинула голову в слезах и бросилась к ней на шею, к великому изумлению кошки.

– Прости меня, прости! – Причитала девушка – Я так виновата перед тобой! – Всхлипывала она, тряся Баст для большей убедительности. – Это всё из-за меня! Из-за меня тебя наказали! Я так виновата! Внезапно убежала, но я никак не могла остаться. Ты же знаешь, что дуэли запрещены! Ты такая смелая. Этот старик – его все девушки боятся! Можно заслужить наказание за то, что не соблюдаешь правила. Если бы я осталась, то была бы очевидцем, он мог пожаловаться властителю и привлечь меня как свидетеля его оскорбления – ты же бросила в него книгу. Тогда я должна была бы всё рассказать, как есть. И про дуэль, и про всё. Ты ведь не сердишься на меня? Я старалась не подвести тебя, но как я могла остаться? – Белокурая девушка с мольбой в глазах смотрела на Баст.

– Я не сержусь на тебя… – смутилась та.

– Тебя не сильно наказали? – удивлённо спросила Одэль.

– Н-е-е-т, – потянула Баст, задумавшись. – Хотела бы я посмотреть в глаза тому, кто посмеет меня наказать. – Заявила девушка-кошка и, ухмыльнувшись, представила себе ту заварушку, которая начнется, если на неё поднимут руку. Вот уж она-то точно не будет убегать, поджав хвост, как эта трусишка, а даст сдачи своим обидчикам. Впрочем, она не могла винить девушку – у неё не было её силы, её умений, да и воспитание, как видела кошка, девушка-человек получила другое. Светловолосая красавица впервые нерешительно улыбнулась.

– Тебе повезло, ну, ты сама понимаешь. Да, возможно, действительно, тебя не накажут. Я так рада этому, для меня было бы невыносимо думать, что я стала причиной твоих проблем.

– Не стоит беспокоиться за меня. Ты часто приходишь в библиотеку почитать?

– О, да! Я очень люблю читать! Повелитель милостиво дал мне возможность пользоваться его библиотекой. Меня, кстати, зовут Одэль.

– Я Баст, – сказала кошка. – Хм… Этот пират для тебя повелитель?

– Ну, все блага исходят от него, крепость принадлежит господину, и его милостью мы все здесь живем. И это благодаря властителю у нас есть столько много всего: тёплый дом, защита, еда и, хм… Книги…

– О, понятн-о-о, – протянула Баст. Внезапно у неё в голове созрел некий план, маленькая озорная лампочка метафорически вспыхнула над её головой. Она решила действовать незамедлительно, пока её разговор с блондинкой не прервал ещё кто-нибудь… – А что ещё есть на этой станции? Я тут недавно и практически ничего не знаю.

– Ну… – Задумалась девушка-человек, приложив пальчик к подбородку. – Здесь есть: большой общий зал для всех девушек, ещё кухни, много кладовых – все они на нашем этаже, и главная рубка корабля тоже. Ну, конечно же, спальни девушек и несколько больших залов. А вот выше живут техники, ремонтники и оружейники – у них там мастерские, насколько я слышала, потому что никогда там не была. Выше них оружейные башни. – Баст слушала золотоволосую девушку с большим энтузиазмом, и та, ободренная её поддержкой, стала рассказывать подробнее. – А вот ниже нас находятся шлюзы, причалы для малых космических кораблей, внизу… – Одэль запнулась, – бараки для рабов и всякие очистные сооружения, узлы отопления и водопровода, прочие службы.

– Как интересно, – хитренько протянула кошка, – а ты мне всё покажешь?

– Да, конечно, а что тебе интересно?

– Ну, наверно, всё, что находится на этом этаже, я здесь практически ничего не знаю, я же новенькая!

– Пошли! – Радостно вскочила Одэль. – Я покажу всё.

– Как хорошо, что мы подружились. – Лучезарно улыбнулась Баст, и ушки её в этот момент были похожи на маленькие рожки бесёнка.

Девушка подбежала к двери, держа кошку за руки, приложила ладонь к сенсорному датчику, и дверь открылась – долгожданная свобода! Баст в буквальном смысле вытянули за руку из пределов внутреннего круга.

Девушки, радостно смеясь, побежали по коридору. У Баст стало весело на душе только от одного того факта, что она выбралась во внешний круг и больше не пленница. Чему смеялась и радовалась Одэль понятно не было, но смех её был немного фальшивым.

Сперва блондинка повела знакомиться Баст с другими девушками в зал для отдыха. Как оказалось, все девушки были рады с ними познакомится, две подруги мгновенно вызвали небольшой переполох. Скучающие красавицы кинулись к ним здороваться, представляться, спрашивать, откуда они пришли, как их зовут, предлагать напитки, интересоваться новостями и рассказывать свои.

В зале было примерно двадцать девушек разного возраста, национальности и рас – кто в цветных, а кто в белых одеждах. В целом, девушки были дружелюбны, но слишком навязчивы, чем не очень понравились Баст. В них было, что-то фальшивое, а что именно – она так и не смогла определить, и это насторожило её. Кошка сразу испытала чувство недоверия к проявленному ими энтузиазму.

Девушки не сильно кривили душой – они действительно были заинтересованы новенькой. В своем крохотном замкнутом мирке у них было слишком мало новостей и интересных событий. Поэтому появление новой наложницы, да ещё и предполагаемой фаворитки, взбудоражило их маленькие умы.

Только одна девушка не кинулась к Баст с изъявлениями приветствий. Эта черноволосая с надменным выражением лица наложница тихо встала и, поджав губы, постаралась как можно незаметней уйти из залы до того, как кто-то из других одалисок её окликнет. Конечно же, это была Рианна.

«Не хватало, что бы эти ветреные коварные вертушки стали меня знакомить с этой предположительно новой фавориткой! – Подумала она. – Для них будет то ещё развлечение: встреча действующей фаворитки с молодой претенденткой на её место.

Каждая из них не преминет описать потом другой выражение моего лица, а то и насочиняет невесть каких сплетен и разнесёт их по кораблю. А я уж никак не смогу сдержать себя, если встречусь лицом к лицу с этой негодяйкой, которая пытается занять мое место…».

Рианна внутренне кипятилась, так некстати изгнанная из комнаты отдыха, неожиданной гостьей. За её спиной энергичная Одэль, весело отбиваясь от навязчивых девушек, предлагавшим двоим подругам остаться, уже тащила Баст в противоположную сторону.

Пробежав всего несколько коридоров, они с девушкой-кошкой оказались на кухне. Такого помещения Баст не видела никогда. Огромный зал с многоярусными постройками в центре, от которых уходили маленькие подвесные мостики – по ним туда-сюда шныряли повара и поварята с подносами и корзинами.

На кухне служили маленькие поварята-чертенята. Кудрявые, шкодливые ангелочки-беспризорники, брошенные дети Сеттов. Малыши и малышки сновали туда-сюда, таская большие корзины с чищеными овощами. Баст первый раз видела детей Сеттов и недоумевала: неужели эти маленькие амурчики с хитрыми бойкими глазками потом превращаются в страшных, угрюмых и злых воинов?

Кухня насчитывала три этажа, как видно, приготовление блюд начиналось на верхнем этаже и в процессе спускалось всё ниже, и уже на первом этаже блюда раскладывали по большим подносам. Это был целый цех по производству пищи. Как заметила кошка, Сетты любили поесть. И попировать. Кухня работала постоянно.

Повара суетились, забрасывая полные корзины чищеных овощей и ощипанные тушки птиц в котлы. У Баст заурчало в животе от обилия увиденных ей блюд. Одэль засмеялась:

– Да, от такого зрелища и у меня прорезался аппетит. Пойдём, попросим у главного повара продегустировать блюда, приготовленные для вечера. – кошка с радостью согласилась – она вспомнила, что ссора с пиратом заставила её отказаться от еды.

«Надо навёрстывать упущенное», – решила она.

Когда они нашли в этой сутолоке, шуме и гаме главного повара, он встретил их как особ королевской крови.

«У наложниц, оказывается, есть влияние в обществе Сеттов», – с удивлением подумала девушка-кошка.

Начальник кухни лебезил и расшаркивался не столько перед Одель, сколько перед её красной набедренной повязкой. Но стоило ему получше приглядеться сквозь кумар, стоящий в кухонном помещении, как он сразу же стал бегать быстрее и метать на стол самые лучшие блюда для двух посетительниц. Он узнал в девушке, одетой в белую одежду, предполагаемую будущую фаворитку их господина, и старался угодить ей. На всякий случай.

Девушки наелись на славу. Баст впервые кушала с большим аппетитом. Среди незнакомых ей блюд она нашла простые и привычные для неё кушанья, подаваемые в её родной стране. Она поедала их с бóльшим аппетитом, чем неизвестные ей лакомства. Знай об этом Алиен, он собственноручно впихнул в неё эту простую и незатейливую еду, так как тот факт, что его подопечная мало ест, волновал его.

Главному повару также удалось соблазнить их невероятно вкусным десертом. Этот десерт был его коронным приемом – перед ним не мог устоять никто. Рецепт он держал в строжайшей тайне. Теперь-то они его не забудут, радовался начальник кастрюль и котлов, и смогут замолвить за него словечко, если его делишки с исчезновением излишков продуктов вскроются.

Из кухни девушки уходили уже не так резво, как вбежали в неё впервые. «Подкупленные» до отвала поваром, они не спеша брели по коридорам, осматривая всё новые и новые залы. Они забрались уже довольно далеко от центра крепости и немного устали. Баст не предполагала, что крепость такая большая и что в ней столько комнат и залов и это только один этаж – из иллюминатора звёздный дом Сеттов казался ей не таким большим.

Почти выбившись из сил, Одэль всё-таки привела кошку туда, куда хотела: они оказались в маленькой частной библиотеке.

Эта комната, по-видимому, раньше принадлежала какому-то Сетту, но он то ли потерял свой статус, то ли был убит в одном из рейдов. По рассказам девушки Баст так и не поняла. Теперь эти комнаты открыты для публичного посещения, не принадлежат какому-либо хозяину, а значит, Золотоволосая девушка может брать книги здесь!

Восторгу Одэль не было придела – она очень радовалась, что смогла благодаря Баст дойти сюда.

Как оказалось, блондинка использовала её как средство, чтобы добраться до этих книг. Баст поняла: если бы их кто-то остановил, девушка-человек свалила бы всю вину на новенькую.

– Новой фаворитке всё позволено! – заверила её Одэль. – Ведь она привлекла внимание повелителя. – Баст честно попыталась проглотить тот факт, что её использовали. И постаралась простить несчастную, выросшую в подобном месте. Но забыть она этого ей не сможет.

– Я так давно хотела сюда попасть! – воскликнула Одэль. Девушка металась от полки к полке, любовно поглаживая корешки книг. – Я возьму эти книги, думаю, никто возражать не будет. Блондинка снимала с полки книгу за книгой, читала названия на корешках и жадно хватала, прижимала к груди книги, которые узнавала. В итоге у неё на руках оказалась довольно увесистая стопка книг, которую она еле-еле держала. Руки её дрожали от непосильной ноши, и тут, вспомнив про свою подругу, лицо её вытянулось и стало удивленно-сконфуженным. Это не могло не рассмешить Баст, и она искренне рассмеялась:

– Ты так сильно любишь книги?

– Больше всего на свете! – с жаром воскликнула Одэль. – Ты не обидишься? Я бы так хо-отела отнести их в свою ко-о-мнату? – с жалобной ноткой потянула она. Когда ей чего-то нужно было добиться, она начинала просительно растягивать звуки.

Баст снова ухмыльнулась:

– Конечно, читай на здоровье, всё равно больше не могу продолжать экскурсию – я оттопала себе все ноги!

– И я тоже! – улыбнулась Одэль. – Тогда я пойду, ты ведь не обидишься? – С очаровательной эгоистичностью спросила девушка. – За этой дверью находится главный коридор, он опоясывает всю станцию по периметру. По нему можно добраться до главного зала. Ты пойдёшь назад?

– М-м-м… сейчас выберу книгу себе и тоже пойду. – Задумчиво протянула Баст. – А ты иди, давай я открою тебе дверь.

– Вот спасибо! – Воскликнула нагруженная книгами девушка. Выскочив в коридор, она, не оглянувшись, пошла направо – скорее всего, в своих мечтах она уже и думать забыла про свою подругу, а вовсю читала свои любимые книги, вдыхая запах потертых страниц. Это было как раз на руку Баст, которая тихонечко прикрыла за девушкой дверь и, подождав немного, дала ей время отойти на достаточное расстояние. И сама крадучись выскочила в коридор, но свернула не направо, а налево.

Баст с интересом стала исследовать двери, выходившие в этот, как назвала его Одэль, главный коридор. Она его узнала – это был тот же переход, по которому её тащил Алиен, когда она впервые попала на звёздную станцию Сеттов.

Кошка с любопытством заглядывала в смежные помещения. Некоторые двери были закрыты, за другими ничего не было, только пустые комнаты. Одни двери были огромны как ворота, другие маленькие. По дороге ей встретилось даже пару закрытых шлюзов, а вот с другой стороны коридора шли одинаково неинтересные, бесконечные иллюминаторы, занавешенные тяжёлыми, бардовыми портьерами.

Несколько раз она прошла мимо огромных двустворчатых дверей, за которыми слышалась музыка и гомон голосов. Такие двери она не пыталась открыть, а старалась пройти мимо как можно быстрее, чтобы не попасться кому-нибудь на глаза.

Кошка почти уже проскользнула мимо одних таких дверей-ворот, когда услышала шорох за спиной, и тяжёлая волосатая рука легла на её плечо.

Две тени вышли из-за портьеры и нависли над вздрогнувшей от неожиданности Баст – пара Сеттов поймала кравшуюся по проходу девушку и остановила её.

– Ик! – только и смогла выдавить из себя Баст. Над ней нависали два здоровых бугая. Полупьяные, в набедренных повязках и с расстёгнутыми перевязями для мечей, нетвердо стоящие на ногах. Но рука, легшая на плечо девушки и развернувшая её на сто восемьдесят градусов, показалась ей каменной. Двое подвыпивших гуляк ушли с пира в поисках развлечений и наткнулись на неё.

Баст показалось, что её душа резко, как на скоростном лифте, падает куда-то в район пяток. Шокированная тем, что её застукали на месте преступления, она не заметила тёмную тень, спрятавшуюся за колонной.

– Какая симпатяга! – Воскликнул один их гуляк. – И набедренная повязка белая.

– Симпатичная девушка не должна быть одна! Куда спешишь, лапочка? – Вторил ему другой.

– Н-н-никуда…– только и смогла выдавить из себя испуганная кошка.

«Какое им дело до того, в какого цвета одежду я одета?» – её глаза метались от одного воина к другому.

– Не будь неприветливой букой, крошка! Присоединяйся к нам, тут классная пирушка и море выпивки!

– Н-н-нет, не хочу!

– Хочешь-хочешь. Эй, детка, обрати внимание на одного из нас! Мы не обидим: зачем тебе работать служанкой, подносить вино и драить котлы? Лучше быть наложницей сильного и умелого воина, который может крепко держать свою женщину в объятьях. Если ты, конечно, уже женщина. Га-га! – загоготал воин.

– А если нет, это легко исправить! – вмешался в разговор воин, стоявший слева.

– Это лучше, чем пачкать свои ручки на тяжёлых работах! Будешь носить цветные одежды и спать в тёплой постели. – От этих слов Баст залилась краской до кончиков ушей.

Кошка ещё не выбрала себе спутника жизни, но это не потому, что не знала, как и что происходит между двумя людьми противоположного пола, и не потому, что у неё не было поклонников. Просто ни один мужчина ещё не привлёк её внимание своими достоинствами и высокими качествами личности. Поэтому настырные приставания воинов не нравились ей и были неприятны.

– Такая красотка достойна большего! – Поддакнул правый воин, протягивая свои волосатые лапищи к лицу девушки в надежде ущипнуть за щёчку, белая кожа привлекала этих рослых загорелых парней. – Как такая милашка может жить в полном одиночестве? Тебе нужен защитник и покровитель! – гнул свою линию второй воин. Оба незаметно приближались к ней всё ближе и ближе, подходя почти вплотную, что заставляло девушку отступать.

Тень за колонной не собиралась приходить кошке на помощь, выжидала.

– Нет! Не нужен! – Пискнула Баст. – Мне не нужен защитник! Я сама со всем справлюсь! – Тень, стоявшая за колонной, возмущенно дернулась, но осталась на месте.

– Нужен, нужен! Ха-ха! – посмеялись оба. – Ни одна женщина не может выжить без покровительства мужчины!

– Смотри, какие перед тобой молодые, сильные, весёлые парни! – Один из воинов цапнул её за запястье своей железной лапищей: предугадал её намерение развернуться и дунуть со всех ног по коридору, как улепетывающий от охотников заяц.

«Убежать не получится, в ногах правды нет, – передумала драпать Баст – она никогда не была трусихой. – Я должна выдержать этот бой. Или я их заставлю делать, что мне нужно… или один из них уведёт меня с собой, и в этом случае всё будет кончено! После этого спокойно можно будет повеситься».

«Утром!» – ехидно прокомментировало её мысли едкое сознание древнего воина.

– Останься со мной, красавица! – Воин положил свою руку ей на плечо и предупреждающе зыркнул фиолетовым глазом на своего собутыльника и соперника.

– Всем нужны покровители. – Уже серьёзно сказал один из воинов, и Баст поняла: придётся сделать выбор. Но разбираться с одним воином легче, чем с двумя, правда, ведь? Больше они её уговаривать не будут, навяжут ей свое мнение.

– Выбирай, девочка, меня! – Предложил высокий воин.

Девушка попыталась просчитать какого из двух воинов выгоднее выбрать – того, который поменьше и возможно физически послабее, или того, который побольше, но скорее всего не очень умён, так как сила и ум редко уживаются в одном теле.

Но, до того, как она смогла решить, кошка ощутила третью руку на своей талии. Это было уже чересчур, и она устало закрыла глаза, успев мельком увидеть вытянувшиеся рожи двух гуляк, которые почему-то проворно отскочили от неё.

Голова её закружилась – она узнала запах. Вино. Запах вина и дыма. В полуобморочном состоянии Баст почувствовала, как её прижали к себе, и колючий поцелуй ожог её щёку. Девушка содрогнулась всем телом, ледяной холод сковал сердце, сжал душу и заморозил тело, превратив в недвижный не сопротивлявшийся кусок плоти.

– Весёлая пирушка, правда, ребят? – Сказал радостный голос где-то выше её уха.

Воины застыли на месте, загипнотизированные скользкой улыбкой незнакомца. Они не знали, как отреагировать на поведение этого весельчака, о котором уже ползли слухи по всей станции. Ничего конкретно о нём, как всегда, не было известно, кроме того, что он брат их властителя – вроде не высокая персона, но с ним почему-то никто не хотел связываться.

– Вы достаточно продегустировали вино на гулянке моего брата? Если так, то вам надо пойти проветрится, в то время как мы с моей девушкой, – он выделил два последних слова интонацией, – прогуляемся – мы соскучились друг по другу, правда, Птичка? – Обратился он уже к Баст, которая еле-еле стояла на своих подгибающихся ногах.

Воины попятились и быстро ретировались в сторону залы, где шёл банкет.

Риверн мерзко усмехнулся.

«Репутация – это всё! – подумал он. – В большой крепости такое не прокатило бы. Брат ты или не брат, сын ты или не сын правителя – это не важно, докажи своё право на девушку мечом. А здесь мне даже не пришлось драться, всё само падало в руки. – Так размышлял наглый воин, презрительно разглядывая спины лишившихся своих шансов парней. – Вот бы всё так удачно сложилось, и мне в руки упала звёздная крепость братца. Я стал бы гораздо лучшим правителем, чем Алиен с его рассусоливаниями о хороших условиях для рабов. Ну, ничего, одна жемчужина у меня уже в руках, отберу у него и другую. – Усмехнулся он, разворачиваясь и уводя еле передвигающую ноги девушку в сторону грузовых лифтов. – Там нам никто не помешает!»

Баст с тоской посмотрела на уходящих воинов через своё плечо. Сейчас она предпочла бы любого из них или обоих вместе на свою голову – уж лучше, чем этот подонок. Но не вырваться, не сопротивляться она не могла. Риверн держал её крепко, он даже предупредил попытку поцарапать его и сжал с силой её руки. Этот её демарш привёл его в неописуемый восторг. И он весело рассмеялся.

«Она в моих руках! И не жалкая хлюпающая носом, зареванная покорная рабыня-марионетка, а живая, задиристая, с характером, огненная птица, залетевшая в наш безрадостный серый мир. Где дни за днями нет никаких развлечений. И вся моя, в моей власти!»

Риверн, скручивая Баст руки, радостно загоготал на весь коридор, заставив с завистью обернуться несолоно хлебавших воинов. Из-за того, что Риверн был настолько занят попавшей в его руки новой игрушкой, он не соизволил заметить тень, скользнувшую следом за ними.

– Мы с тобой, Птичка, найдём тёмный уголок – только для нас двоих! – Ласково шептал он на ухо девушке-кошке, уводя её всё дальше и дальше от шума и голосов пирушки.

«Боже! Великий боже! Великое солнце Ра, спаси», – мысленно взывала Баст, испуганная и беспомощная.

Воин, тиская и прижимая её к себе, уводил всё дальше по безлюдным коридорам. Когда она поняла, что они остались с ним наедине, уже стало поздно кричать и звать на помощь.

Баст слушала медоточивые обольстительные речи, что нашептывал ей на ухо брат Алиена и ужасалась. У воина было прекрасное настроение, а вот кошка едва хваталась за своё ускользающее сознание.

«Боже не дай мне упасть в обморок! – молилась она, пока он волок её по коридору. – Не дай мне оказаться в его власти!».

      Риверн прижал её к стене лифта и ласково разговаривал с ней, но она не вполне чётко понимала произносимые шёпотом слова. Он заботливо поправил ей прядку волос и стал приближать своё лицо всё ближе и ближе. Баст постаралась вжаться в стену как можно сильнее, но так и не смогла продавить сталь стены затылком.

– Ты должна меня порадовать, Птичка, если ты сделаешь это, я смогу заступится перед тобой в главной крепости, – жарко зашептал ей в ухо Риверн, прижимая её всем телом к стене. – Думаешь, власть моего сопливого братца продержится долго? Ты ошибаешься. В крепости нашего отца им недовольны, он изгой и всегда им был, надо принимать выгодную сторону, Птичка. Сделай правильный выбор, держись меня и не пропадёшь! Я смогу защитить тебя, если ты будешь более ласкова со мной. – Он сжал её лицо в своих ладонях, пытаясь заглянуть в глаза девушки, которые та постоянно опускала вниз.

Баст была в шоке:

«Он шантажирует меня! Что это за история с главной крепостью Сеттов? Разве мы все в опасности, и на нас в любой момент могут напасть? Я должна бежать быстрее с этой звёздной крепости».

– Я спас тебя от этих двух плохих парней, где благодарность, цыпа? – Сжал он её испуганное лицо и посмотрел в глаза. Увидев там только страх, улыбнулся. Медленно и нежно он водил рукой по её лицу.

Баст ни на секунду не верила ни в его нежность, ни в его вожделение – он играл с ней, а его глаза с маленькими точками зрачков прожигали в ней дыры, желая испепелить в прах.

Он прижал девушку к себе.

– Послушай, принцесса, я смогу тебя удовлетворить, не будь такой недотрогой, – захлебываясь, шептал он и попытался поцеловать. Девушка дернула головой в сторону.

При слове «принцесса» Баст ужаснулась:

«Как он смог узнать?»

Риверн решил, что девушка достаточно напугана и не будет сопротивляться:

– Пошли наверх! – Он потянул её за руку, силясь отлепить от стенки, за которую, как за спасительную соломинку, цеплялась девушка.

Меня сейчас изнасилуют, поняла она.

– Не упирайся! – Тянул он её. Девушка задрожала от ужаса, вцепилась в стену и посмотрела в сторону спасительного коридора.

Он стукнул кулаком по стене рядом с её носом и закричал:

– Не смей от меня отворачиваться! Дрянь! Спорим, с моим братцем ты не такая холодная – ты же спишь в его пастели каждую ночь, – продолжал воин. – Ходишь по кораблю, вертишь хвостом, соблазняешь всех воинов без разбору! Провоцируешь, мелькаешь перед носом, как морковка перед ослом – это у вас, островитянок, такая тактика? Не можешь удержаться от маленьких побед на стороне? Моего братца тебе мало? Так чем же я не угодил? Если так, почему ты не столь же ласковая со мной? – Орал он ей в лицо.

«Милосердная богиня! Дай мне сил скинуть с себя этот морок. Останови время, прекрати движение, пусть застынет мир, пусть солнце остановится – не дай этому произойти!». – Пыталась прошептать про себя Баст молитву-заклинание, но у неё никак не получалось дочитать её до конца – мысли путались. Белесый взгляд гипнотизировал её.

– На помощь… – хотела крикнуть она, но с пересохших от страха губ слетел только шелестящий шёпот. – Помогите… – хриплым голосом попыталась Баст снова.

И тут же почувствовала резкий удар по щеке. – Риверн отвесил ей пощечину, не самую сильную, но довольно увесистую.

– Сопротивляешься? Дуришь? Водишь за нос? – Заорал он, всё больше распаляясь. – Давай, сопротивляйся! – Он выкручивал ей руку за спину, прижимая к себе, другой рукой он попытался содрать с неё лиф.

Девушка вцепилась в горловину одежды в страхе, что воин порвёт ткань, и она останется голой. Лиф и так представлял собой жалкий клочок шёлкового материала.

– Противься, кричи, пытайся вырваться, так же, как все! Они всегда кричат и вырываются, жалкие, ничтожные ломаки! – Он сжимал её, и в голове у неё всё путалось от страха.

– Так даже лучше – это возбуждает, всё равно ты в моей власти и никуда не денешься! Вокруг никого, никто тебе не поможет! На тебе ошейник, ты не сможешь воспользоваться своей магией. А без неё ты просто никчемная, слабая женщина! Такая же, как все! И будешь принадлежать мне! – Видя, что девушка онемела от страха, Риверн продолжал сжимать её сильнее, лишая последнего шанса на сопротивление. Ему нравилось причинять ей боль.

«Ненормальный. Двуличный тип, – промелькнуло в голове у Баст. – Человек со злой, неустойчивой психикой. Абсолютно непредсказуемый. Псих, больной».

Дернув за волосы, Сетт заставил её смотреть вверх. Светлые глаза, с маленькими чёрными точками, доселе бродившие по её лицу, груди и шее вслед за руками, пристально уставились ей в глаза. Он медленно провёл рукой по телу Баст, сверху вниз. Рука задержалась на груди, сжала. Глаза наблюдали за её реакцией. Эти размеренные, жадные движения заставляли волосы девушки-кошки встать дыбом от омерзения. Рука скользнула вверх, ухватила кошку за воротник лифа и рванула на себя.

– Ты в моей власти. И будешь делать то, что я скажу. – Глядя ей прямо в глаза, прошептал Риверн, наслаждаясь плескавшимся в них ужасом. Торжествующее настроение ненадолго осталось с воином, когда он заметил, что брови девушки поползли вниз и сошлись у переносицы.

Внутри Баст разгоралось пламя бунта. Душевное возмущение действиями этого урода и энергия ментальных сил внутри её росли, копились, но из-за ошейника не имели выхода.

Риверн попытался дотронуться до её шеи губами – девушка дернулась от отвращения.

«Как это премерзко, меня сейчас стошнит», – поразилась она. Отвратительные слюнявые губы под тонкой полоской усиков, больше похожих на грязь.

Энергия возмущения переродилась в силы ненависти, злости и нашли выход за спиной Баст. Из заломанной за спину руки девушки-кошки, как на пружинах, бесшумно выскочили длинные острые когти.

Глаза девушки сверкнули зелёным:

– Я никогда не буду в твоей власти! – чётко и глядя ему в глаза, произнесла Баст, дернувшись, чтобы не позволить ему до себя дотронуться. От неожиданности воин на секунду ослабил свою хватку. Этого хватило девушке, чтобы залепить ему ответную пощёчину. Удар прошёлся вскользь, потому что Риверну удалось вовремя мотнуть головой. Реакция у него была отменная. Когти девушки всего лишь прошли по касательной, расцарапав бровь над глазом, который воин, к счастью, успел закрыть.


***


Скользящей походкой, которой было так трудно научиться тяжеловесным Сеттам, Старец бесшумно крался за парочкой, идущей по коридору. Он не хотел пока вмешиваться, но ему чертовски было интересно, куда это направляется Риверн с девушкой его подопечного и как она смогла выбраться из его покоев. Ему не было слышно, о чём они говорили, да и зрение его немного подводило. Подойдя ближе, Старец стал наблюдать. Представшая перед ним картина всё больше и больше не нравилась ему. Девушка явно флиртовала с братом Алиена. Тот поглаживал её по лицу, а она кокетливо отворачивалась. Старик был возмущён. Ноздри его трепетали, он всё больше злился. Ярость закипала в нём и клокотала в горле. Наконец, он не выдержал:

– Ты! – взревел он как раненый бык, потому что обида на предательство этой девицы терзала ему душу. – Маленькая, поганая вертихвостка, взбалмашная пустышка! -

Старец выскочил из-за колонны, срывая с себя перевязь от меча.

Первый удар пришёлся по уже окровавленному лицу Риверна, а не по девушке – она ловко увернулась. Удар на несколько секунд ослепил его. Этого Баст было достаточно. Её умные мышцы ног взяли «на изготовку» при первом же крике старика.

Вырваться не составило труда, хотя брат Алиена попытался ухватить её снова, но второй удар старца хлестнул его по запястью пряжкой ремня не дав схватить девушку повторно. Третий удар пришёлся вскользь по спине убегающей Баст, и был похож на благословение, посланное разгневанным стариком. Это дало ей сил нестись по коридору со всех ног.

– Коварные, лживые женщины! Вас надо было всех перебить, – неслись ей в спину яростные крики разозлённого старика.

Тяжело вздыхая, Сетт хватался за правый бок.

Обида за воспитанника сжигала его. Почему эта девка не выбрала Алина? Ну почему этот скользкий, мерзкий двуличный тип, сладкая ложь которого льётся весенним ручьём, а не его мальчик? Который только и думает о том, как выказать ей свою заботу и расположение, защитить и оградить её. А она при этом за его спиной заводит шашни с его же братцем. Он, как видно, уже нашептал ей на ушко чего-нибудь и пообещал горы золота этой жадной до добычи наемнице.

– И что им, этим женщинам, надо! – Тихо жаловался старик, от разочарования и расстройства у него уже не хватало сил. – Почему их привлекают такие подонки, как Риверн? Неужели она не знает, насколько они опасны? Видят боги Ада, скольких рабынь он перепортил в Старой крепости, скольких воинов убил на дуэлях за женщин, а потом бросил соблазненных им умирать с голода или торговать собой. А они всё крутятся возле него, как будто он мёдом намазан. Безмозглые, лживые, двуличные! Никогда нам их не понять! – В изнеможении, хватаясь за грудь, старый Сетт сполз по стене на пол.

Душевные терзания за своего воспитанника обессиливали его больше, чем могли бы ослабить раны на теле.

Риверн, правильно сориентировавшись, уже успел улизнуть в неизвестном направлении. Он боялся Старца и старался как можно реже попадаться тому на глаза.

Болезненный укол в правом боку. Сетт поморщился.

– Она погубит нас всех нас и моего дорогого мальчика, мою гордость, моего названного сына, – плакался в одиночестве ослабевший старик, сидя у стены, вокруг не было никого. – Боги! Дайте сил мне оградить его – видит Огонь и Мрак, ненависть и зло окутывают нас, и тьма безумия забирается к нам в души, как забралась в мозг и душу этого ненормального. – Шептал старик, и силы понемногу возвращались к нему. – Ничего не прошу для себя, только для моего воспитанника: дайте ему сил, – дороже него нет никого у старого воина, – дайте сил…

Тяжёлый вздох, сердце почти уже отпустило.

– Тише! – сказал он своему больному сердцу. – Если меня здесь найдут слабого или умирающего, это причинит ему боль. Алиен любит меня как родного отца, а настоящего ненавидит больше всего на свете. Я честно сражался, я проливал кровь врагов во славу Ада, теперь я состарился, но не боюсь смерти. Но я хочу, чтобы он жил и был счастлив.

Боль в груди почти исчезла. Старик облегчённо вздохнул.

Крякнув, старый Сетт осторожно встал и поковылял по коридору. Одинокий, постаревший, но не сдавшийся воин.


***


Баст неслась по коридорам, наугад выбирая дорогу. Несколько раз она столкнулась с Сеттами, но славу богу, это были не воины, а технологи и рабочие. Испугав несколько служанок, она юркнула в наиболее тёмный коридор и, добежав до стальной маленькой двери, шмыгнула за неё как мышка и притаилась.

Задыхаясь и дрожа от длительного бега и влажных испарений гидропонных полей, Баст в изнеможении прижалась спиной к закрывшейся за ней компактной шлюзовой двери.

– Трусиха, жалкая трусиха! – Рыдая, она сползала по стене вниз. Руки её запутались в стеблях растений. – Как я жалка!

«Как могло случиться так, что этот ненормальный смог настолько напугать меня? Ну и что, что на мне ошейник, ну и что, что я не могу пользоваться своей силой – тело всё ещё при мне, и никто не сможет отобрать у меня когти и зубы, а значит, я смогу постоять за себя. Я никогда не была такой пугливой, и звёзды будут мне свидетелями: впредь я больше не буду такой тряпкой и плаксой!»

Баст недоумевала, что же такое с ней могло приключиться, почему она сразу не дала сдачи этому негодяю. Тьма в глазах этого психа пугала её.

Успокоившись, она вытерла слезы и осмотрелась – кажется, здесь она была одна. Вокруг клубились кольца тумана, влажный воздух дрожал от её дыхания, инфракрасные лучи нагревали кожу. Сотни растений покачивались, свисали со стеллажей, уходящих рядами в темноту. Девушка наугад пробиралась в зарослях. В принципе, она понимала, куда попала. Это была кормушка всей станции, здесь произрастали разные съедобные растения, овощи и фрукты, которые ели жители плавучей крепости. Где-то должны быть ещё подобные помещения, где растут животные, которые потом превращаются в жаркое и подливку.

Кругом была кромешная тьма, однако ночное зрение её не подвело: она уловила лучик света. Пробравшись сквозь заросли, она увидела большой иллюминатор и красивые звёзды в нём.

Бесконечный космос ассоциировался у неё со свободой. Издёрганная своим невеселым приключением и с расстроенными нервами кошка присела на небольшой выступ, тянущийся вдоль стены, и зачарованно стала смотреть на движущиеся за стеклом звёзды и галактики. Мрак сгущался вокруг неё и вокруг плавучей крепости, свет тысячи солнц не мог рассеять надвигающуюся на них тьму.


***

Риверн, как тигр сквозь джунгли, хищно следил за своей добычей. Девушка не смогла убежать далеко. Все ходы и переходы звездной крепости брата он выучил прекрасно. Сидя в засаде, он наблюдал, как девушка, прислоняясь к стеклу, смотрит на звезды. Вскоре сон, пряные испарения влажной земли и цветов сморили ее.

Выждав несколько минут, он стрелой метнулся к ней. Желанная добыча, лакомство оказалось между двух его мускулистых рук.

«Не убежишь!»

Риверн полез рукой под набедренную повязку. Девушка во сне пошевелилась и перевернулась на другой бок, прислонившись к его руке лбом. Риверн замер.

«Что это? Странное чувство, что она хочет делать? Почему мысли путаются? Я хотел взять ее, но что меня останавливает? Не могу двинуться. Эта ведьма меня приворожила, я ведь никогда ни перед какой девкой не тушевался. Что в ней такого особенного?»

Риверн осторожно взял спящую девушку на руки и вгляделся в ее лицо, такое светлое и удивленно наивное. Сама девушка была маленькая, хрупкая, точно птичка. Несколько минут он стоял, разглядывая ее и принимая решение.

Одна часть дергала его как можно быстрее оттащить девушку к себе в каюту или в пилотируемый модуль, на котором он прилетел на станцию брата. И, может быть, даже дать деру с пленницей, унести ее в большую крепость. Может быть, отец отдаст ее ему как награду? Хотя вероятность мала, а потери девушки он не перенесет. Темная часть души жгла ему грудь и требовала немедленного действия, другая − боролась с ней и не хотела причинять девушке-кошке вред.

За спиной послышался шорох. Лианы растений были откинуты в сторону уверенной рукой. Риверн обернулся, держа на руках девушку. Прямо перед ним стоял его брат.

– Алиен? – тихо приглушая голос, спросил он.

– Брат, что ты делаешь? – также тихо ответил ему воин, опуская руку на рукоятку меча.

Риверн сделал удивленно растерянное лицо, он понял, что добыча ускользает. Светлая часть его души погасла, погрузившись в темноту. Черная часть выиграла, он стал лицемерить и лгать.

– Я нашел ее здесь спящую на гидропонных полях. Ее надо унести отсюда, на верхней палубе идет гулянка. Там много пьяных Сеттов. Они могут навредить ей, а она ценная пленница, я думаю, за нее можно получить выкуп.

– Я возьму ее, – бесстрастно сказал Алиен, не поверив ни единому слову брата. Решительно забрав девушку из цепких рук Риверна, он пошел к выходу.

Воину ничего не оставалось, как удалиться в противоположную сторону от брата. Один кулак его был крепко сжат, вторая рука царапала ногтями грудь.

Риверн влетел в барак с рабами.

«Эта или какая-нибудь другая − какая разница». Схватив рабыню, он повалил ее на пол. Другие рабы в страхе разбежались. Спустя какое-то время он, бросив хнычушую девушку вышел из бараков.

Это не помогло.

Он пошел и напился в своей каюте. Разбрасывая вещи и ломая мебель, он ревел пьяными слезами и кричал, бил себя в грудь и рвал ногтями кожу, пытаясь вырвать ноющее сердце. Грудь горела нестерпимо, сильнее, чем самая глубокая рана. Зеленые глаза снились ему каждую ночь, они дразнили его. Пламя внутри разъедало сердце и очерняло душу, он бился об пол и кричал не в силах вытерпеть.

Только сладостные мечты, вызванные игрой с самим собой, давали успокоение, когда презрительные зеленые глаза снова прогоняли его сон. Он начинал неистово двигать рукой, играя.


«Она будет моей! Только моей! – причитал он, обливаясь потом в своей каюте. – Только моей». Он представлял, как сжимает ее в своих объятьях, заламывает ее тонкие руки и связывает за спиной, охватывает своими жадными губами ее грудь и сосет, причиняет боль, девушка стонет, как тонко очерченные брови ее взлетают вверх, прося пощады, а маленький ротик открывается, моля. О чем? О пощаде или о продолжении?

Он даст ей то, что она хочет. Из зеленых глаз ее струятся слезы.

«Да, да! Тогда она мне подчинится, тогда она станет моей. Никто мне не помешает. Она моя!»


***


Тёплая широкая ладонь дотронулась до неё. Погладила её по голове, успокаивая. Запах сотен пряных растений дурманил, вызывая тоску и необъяснимую истому. Обессиленная девушка прижалась к тёплому облаку, которое неспешно её обволакивало. Так спокойно, уютно, тепло. Мягкими неосязаемыми движениями её обхватили и понесли. Взмывая верх, она почувствовала острожное прикосновение к своей груди, щеке и лбу, будто кто-то потёрся об неё, как ласковый котёнок.


***


Баст ясно помнила, что она заснула на гидропонных полях, убаюканная светом звёзд и мерно раскачивающимися над головой цветами, чей запах дурманил и кружил голову. Но проснулась она в своей постели, как и прежде завернутая в большое мохнатое одеяло как в кокон.

«Есть хочется, – подумала она. – Вечерние рыдания отнимают много сил. Но кто же перенёс меня сюда?»

Тут до носа кошки донёсся божественный аромат. Она потянула носом воздух и сглотнула слюну.

– Что, жрать хочется? – В комнату вошёл грозный Старец с подносом. Он был не в духе.

«Он помнит, что застукал меня за пределами внутреннего круга», – поняла Баст.

– Нагулялась? Ещё выйти погулять не хочешь? – Вопросил старик, разглядывая одним глазом дергающийся нос кошки.

Он искал хоть один признак смущения, стыда или вины, но ничего подобного ни во взгляде, ни в позе девушки не было. Она с интересом смотрела на поднос.

      «Ни капли совести нет у этой твари, – подытожил Старик. – Подумать только: была застигнута в объятьях одного, а теперь, как ни в чём не бывало, спит в постели другого. Продажная тварь. Только и думает о своей выгоде».

Он не собирался отдавать поднос девушке – хотел её подразнить, что-то невинное в её лице раздражало его. Вдруг она заговорила с ним. Первый раз девушка, обращаясь к нему так тихо, спокойно, уверенно и с достоинством.

– Я хотела поблагодарить вас за то, что вы спасли меня там, у лифтов. – И она замялась, не зная, как продолжить. Судя по всему, все на станции уже знали, что она выходила за пределы внутреннего круга. – Я вам обязана своим спасением – если когда-нибудь вам понадобится моя помощь, вы можете рассчитывать на меня.

Сетт вскипел от негодования.

«Она, что, думает, что я буду покрывать её делишки? И помогать ей?»

Старый солдафон не понял девушку и сделал свои грубые выводы:

– Что, слишком быстро он полез к тебе целоваться, ещё не все обещания выполнил? Рада, что я помешал, и он от тебя ничего не смог взять наперед?

– Э… П-простите, не поняла? – Как овца, проблеяла ошарашенная Баст.

– Вертите своими задницами, лживые, грязные девки, но плату хотите получить вперёд, чтобы уж наверняка и потом не обманули. – Разъяснил Сетт.

Ужас и шок отразился на лице девушки.

– Вы обо мне неправильно думаете и вовсе меня не знаете, кто разрешил вам так судить обо мне? – Сухо сказала Баст, спустя пару минут пройдя через все стадии ужаса, гнева, унижения и ярости, предварительно покраснев, но стараясь держать лицо.

Воспитание во Дворце Роз всё-таки давало о себе знать.

– Ни стыда, ни совести, – так хоть не ври в глаза! Я тебя застукал там, в коридоре: вы разводили шуры-муры с этим ненормальным. От меня помощи в своих делах не жди!

Я тебя прикрывать не намерен. Алиен всё узнает о твоих проделках!

«Он думает, что я сама соблазняла этого психанутого? Да кому в здравом уме понравится такое?»

– Я ничего не делала плохого. И ни в чем не виновна. Проблема вся в том, что я заперта здесь на этом корабле. Если бы меня выпустили отсюда, – прошипела девушка, – я бы ни минуты здесь не осталась! Вы бы только мои пятки и видели на горизонте! – Разозлилась оскорбленная кошка. – Впредь, будьте так любезны, не оказывайте мне подобные услуги – спасать себя я буду сама!

– Это всё ваши женские грязные уловки!

– Что вы называете грязными уловками? Я никогда не давала повода так думать обо мне! Это вы, мужчины, грязны и не можете держать свои хвосты в штанах! – Выпалила Баст и зажала рот рукой – кажется, она перешла очередную границу.

– Хвосты? – изумился старец, и гнев его прошёл тут же. – Ты… ты, что, ещё девица? – Девушка кошка покраснела уже до самых кончиков ушей. И засветилась как лампа накаливания.

– Я не собираюсь говорить с вами на подобные темы! – Нашлась она, высокомерно вздернула носик к потолку. – Этот разговор неуместен!

Старец был удивлен: «Так значит, она не планировала соблазнять этого Риверна?».

– Ладно. На, жри. – Вроде бы смягчился старый Сетт и бросил поднос на кровать, расплескав содержимое мисок. Но подозрительно смотреть на неё не перестал.

Баст показала язык в спину уходящему старцу и, стряхнув с кровати на пол рассыпавшиеся куски мяса, начала есть.

«Разве я виновата, что этот извращенец стал ко мне домогаться и не давал прохода? Я сама очень испугалась. Этот старик явно меня ненавидит, как и все на этом корабле. А всё потому, что я с Острова Роз. Сетты никогда нам не простят победы в той войне».

Нагнувшись, она бросила кусок мяса под кровать. Крыса мутант зачавкала подачкой.

Война с Сеттами не закончилась много лет назад, а продолжает неспешно тлеть и поныне. Баст ясно для себя поняла, что, пока жив хотя бы один Сетт, война будет продолжаться. Они будут вечно ненавидеть и преследовать жителей Острова Роз.

Утолив голод, она вздохнула, протянув руку на уровень пола, подхватила подбежавшую к руке крыску и весело спросила у неё:

– Ну что, ещё одна вылазка? Ты ведь их делаешь очень часто, а я не трусливее тебя! – Чмокнув в носик крысу, она пошла искать Одэль.

Разговор со старцем вылетел у неё из головы.


***


Баст добралась до покоев Алиена, почти с радостным всхлипом вбежала в дверь и закрыла её за собой. Здесь она в тишине, здесь она в безопасности. В очередную вылазку она видела издалека этого мерзавца Риверна. И попыталась как можно скорее дать дёру в противоположную от него сторону. Как бы она не старалась храбриться, один вид этого безумного вызывал у неё панику.

Благодаря своей новой подруге Одэль она могла столоваться с другими девушками, и ей не приходилось есть отравленную транквилизаторами пищу. Она могла ясно думать и контролировать свои действия.

Резкая размолвка с хозяином корабля обошлась ей дорого – он теперь не заговаривал с кошкой и почти не смотрел в её сторону. По крайней мере, она этого не видела. Как поняла Баст, он собирался её игнорировать. Пока она держится подальше от Риверна и вокруг находятся другие люди, он ей не опасен. И Старец тоже не может причинить ей вреда, пока она не попадается ему на глаза.

Статус её на корабле был не понятен. То ли пленница, то ли член экипажа. Её не морили голодом, не заковывали в кандалы, но не выпускали, ограничивая в действиях.

Другие члены команды, с которыми ей доводилось встречаться, относились к ней почтительно. Баст решила притворяться и дальше покорной пленницей и искать способ выбраться на свободу. Она была уверенна: рано или поздно шанс подвернётся.

Девушка развлекалась тем, что делала тайные вылазки из внешнего круга, но на этот раз более осмотрительно, чтобы не попасться снова. Или сидела в своем секретном закоулке на гидропонных полях.

Иногда ей казалось, что за ней наблюдают, но ни разу никого не видела, а воспользоваться своей ментальной силой и найти того, кто наблюдает за ней, из-за ошейника она не могла. Но чувство это возникало у нее очень часто.


***


Старец долго сидел в своей каморке с погасшей самокруткой и размышлял.

«Как эта маленькая проблема могла выбраться из покоев Алиена? Ведь он говорил, что она там надёжно заперта. Во-первых, для того, чтобы она не добралась до корабля «Воин Мрака» и не связалась со своим компьютером. Если этот корабль попадет в её шаловливые ручки, маленькая зараза устроит нам тут весёлый фейерверк. Во вторых чтобы обезопасить её от Риверна. Тот явно положил на неё свой глаз, а его пагубные и нездоровые пристрастия всем известны. И тут оказывается, что она каким-то образом может выбраться из своей клетки и свободно разгуливать по кораблю. И вляпывается в истории. – Думал старик, пожёвывая кончик козьей ножки, и бесшумно встал. – Да… Проблема…».

Старый Сетт пробрался в покои своего ученика. Была поздняя ночь, его подопечный всё ещё решал возникшие проблемы на главной палубе.

Девушка была там. Мирно и безмятежно свернувшись в калачик, посапывала, развалившись на кровати господина этой крепости.

      «Её надо убить, – подумал Сетт. Старая, морщинистая рука стала поглаживать шершавую рукоятку меча. – Не будет девушки, не будет проблем. – Ладонь сжала эфес. – Но что скажет Алиен?.. Он меня не поймёт – подумает, что я от старости выжил из ума».

Воин колебался. Он вновь посмотрел на кошку. С виду безобидная маленькая пигалица, но он не забыл, о чем рассказывал его подопечный: рюкзак, полный оружия, режущие острые клинки, ножи. Сумка этой девахи доверху была набита чем-то подобным, и ни одного огнестрельного оружия: наемный убийца высшего класса.

Только самые лучшие мастера своего дела могут позволить себе обойтись без огнестрельного оружия. Высшим шиком среди убийц считается подходить на наиболее близкое расстояние к своей жертве, не длиннее вытянутой руки. И убивать холодным оружием.

«Лазит по кораблю, вынюхивает… И как она только могла выйти за пределы комнат Алиена без ключа и кода доступа?»

Старик ещё немного вытащил клинок из ножен и вдруг замер. Ухо спящей девушки дрогнуло.

«Она всё слышит. Вот маленькая зараза!» – Промелькнуло у него в голове. Старый Сетт переживал внутреннюю борьбу – ему придется что-то решить. Секунду он колебался.

«Пусть живет, – презрительно подумал он. – Но я с неё глаз не спущу!»

Баст приоткрыла одно веко, рассматривая спину уходящего старика: «что ему было нужно посреди ночи?»

Кошка так и не придумала ответ – сон сморил её снова.

Будучи дочерью королевы Острова Роз, она привыкла получать всё самое лучшее, поэтому Баст с такой непосредственностью заняла кровать властителя крепости. Она просто не знала, что место её как рабыни где-то на полу, в ногах у хозяина. Рабы и невольники во Дворце Роз были дикими пережитками древности.

Алиен, увлёкшись девушкой, не замечал ничего. Как щедрый властелин предлагал ей самые лучшие куски, условия и почёт, пытаясь привлечь и завоевать внимание девушки. Но она даже не удостаивала их своим вниманием, считая такое положение само собой разумеющимся.

Хитрый старик сразу раскусил её.

«Она не та, за кого себя выдает», – постоянно крутилось у старика в голове. Он беспокоился за её влияние на парня – уж больно он стал горяч и неосмотрителен. Но пока на ней ошейник, с молодым воином будет всё в порядке. Старец боялся того дня, когда кошка скинет с себя ошейник, поборов его силу воли своей. Он уже видел такие вещи.

Это было страшно.

Не желая жить в плену и быть порабощенными, островитяне начинали бороться с пленившим их ментальную силу ошейником. А это было равноценно тому, чтобы бороться самим с собой. Некоторые выживали, некоторые нет. От нанесённых самим себе ран на эти битвы было невыносимо смотреть: со стен стекала их же собственная кровь. Лоскуты кожи и шерсти свисали с тел, они лежали обессиленные в луже, принадлежащей им крови. Подчинившийся их воле ошейник лежал рядом раскрытый.

Его уже ни на кого нельзя было надеть, он был мёртв. Некоторые умирали сразу же от полученных ран, но свободными.

Другие же поднимались на ноги, и глаза их горели адским огнём – вместо того, чтобы умереть, они каким-то образом становились сильнее и опаснее. Большинство тех, кто победил волю ошейника и обрёл новые силы, были с чисто-белой шерстью – чистокровные, Хранители. Древняя раса.

Давно, будучи молодым во время войны с островитянами, Старец видел одного такого Воина Роз, как их называли в то время.

С серебряными волосами в золотых доспехах его вид был ужасающ: глаза сверкали огнём, и всюду, где он проходил, валялись горы трупов – Сетты, разрезанные пополам длинным серебряным мечом. С отсеченными руками и ногами, они лежали там, куда их пинком отбросил неистовый воин. Реки крови, хруст костей, стоны и крики раненых – всё смешалось в голове тогда ещё молодого Сетта.

Старец присел на выступ иллюминатора, придавленный тяжестью воспоминаний, впервые за многие годы он почувствовал себя дряхлым.

– Этого не может быть, – тихо прошептал он. – Тот Воин Роз был уже старой женщиной с седыми волосами. У островитян волосы белеют только в самом конце их жизни. Она никак не может оказаться ей. Этой пигалице не больше двадцати лет, – уже уверенней повторил старик. – Столько времени прошло. Реинкарнация, омоложение, вечная жизнь – такого не бывает. Если только она не дочь или внучка того воина… Это объясняет её чисто-белую шерсть. Эти приемы… То, как она смотрит, как держит меч, её тактика. Именно так дралась воительница. Может быть, она какая-нибудь внебрачная дочь или дальняя родственница той женщины? Надо присматривать за ней. Ни на один шаг не отойду от этой кошки, иначе всех нас ждёт беда», – билось в голове старого Сетта

Этим вечером он чувствовал, что все прожитые им годы навалились на него разом. И виной всему была эта ничтожная девица, которую он не смог убить: не поднялась рука – за это старик корил себя всю оставшуюся ночь.


***


Алиен закончил свои дела только ранним утром. Старик-наставник ещё спал, о чём возвещал мощный храп из-за двери его каморки. Потолочные лампы уже светили, по заведенному на корабле порядку главный компьютер гасил все огни на корабле в определенное время. На ночь оставляли только красные аварийные лампочки, утром свет включали вновь.

«Если время сна уже прошло, тогда и не стоит ложиться спать, – подумал Алиен. – Но всё же немного отдохнуть необходимо».

Воин недосыпал уже несколько ночей подряд. Поэтому решил позволить себе такую роскошь, как пара часиков отдыха в своих покоях, прежде чем опять вернуться во внешний круг на главную палубу и решать возникшие проблемы. Алиен не спеша умылся, чтобы сон не одолевал его так сильно, но это не помогло. И подошёл к кровати.

Девушка-кошка спала на его ложе, укутавшись в меховое покрывало – ей явно было холодно. На корабле уже несколько недель не топили, все системы подогрева были отключены. Алиен и сам знал, что в подобной ситуации энергию придётся экономить, и приказал снизить температуру в жилой зоне корабля, а в грузовых отсеках вовсе отключить. Он не догадывался, насколько будет страдать от этого его маленькая пленница – будучи закалённым спартанским обучением Сеттов он как-то упустил из виду, что островитяне предпочитают более тёплый климат.

Веки девушки двигались, ей снился неприятный сон. Погруженная в дремоту, она вздрагивала. Алиен подошёл ближе и аккуратно, чтобы не разбудить девушку, присел на край. Она не проснулась.

«А с виду совсем обычная, – подумал он. – Просто девушка, не красавица, но хорошенькая. Что в ней меня привлекает? – спрашивал себя он. – Смотря вот так, и в голову не придет, что она опасный наёмный убийца. Возможно, это специальный камуфляж, никто бы и не догадался, что такая малютка может быть опасна, не зная её истиной сущности? Идеальная маскировка».

Чем больше он смотрел на неё, тем больше ему хотелось о ней узнать. О её жизни. Мыслях, желаниях. Она всё больше и больше казалась ему загадочным существом, отважной райской птицей с радужным оперением. По какой-то невероятной случайности прилетевшей и озарившей серый и унылый мир крепости. Как её назвал его братец – «Птичка»? Маленькая, с хрупкими косточками и возмущённо взъерошенными пёрышками.

Переутомление брало своё. Сказывалась не физическая усталость – он мог сутками не спать и разгружать тяжёлые грузовые корабли. Изнеможение было моральным, его разъедала тревога за экипаж, нервировало присутствие неуравновешенного брата, посланного шпионить за ним отцом. Неизвестно, что задумали в главной крепости, но, скорее всего, ничего хорошего от них ждать не приходилось. Воин опасался за девушку: на его корабле она была не в безопасности, остальные обитатели крепости просто могли растерзать её на месте, если его не будет рядом.

Алиен рвал и метал, когда нашёл её спящую на гидропонных полях вне внутреннего жилого круга. Но старался сделать это тихо, чтобы не разбудить малышку, которая, по-видимому, плакала во сне.

«Что мне сделать, чтобы защитить? Что я могу предпринять для её безопасности? – ломал голову Алиен. – К тому же она очень юна и, мне кажется, немного наивна – это, скорее всего, следствие её одиночества. Наверняка её доверчивостью и невинностью кто-то воспользовался, посылая её на сложные и опасные задания, тренируя наёмного убийцу. Ей невероятно повезло, что она выжила. Сколько ей лет на самом деле? Вряд ли она скажет, да и у островитян, по-моему, не принято такое спрашивать по правилам приличия», – воин вздохнул.

Алиен любовался подрагивающими ресницами. Пушистый мех обрамлял её личико, кожа девушки светилась в темноте – он заметил, что шёрстка кошки была светлей, чем мех, на котором она спала.

Воин осторожно прилёг рядом, заворожённый трепетом её ресниц, и внезапно для себя уснул.

Во сне ему снилась девушка.

Они были на большом цветущем поле. Вдвоем, без одежды. Девушка сидела у его ног, опустив руки в траву.

Воин огляделся. Однообразный пейзаж тянулся до горизонта и у самого неба футуристично загибался ввысь. Девушка, ничего не замечая, собирала цветы. Она что-то ему говорила и показывала сплетённый из роз венок, но воин её не слышал.

Чувство тревоги электризовало воздух. Алиен, настороженно оглядывал горизонт. Девушка встала и подошла к нему, держа в руках венок из роз. Подул холодный ветер, и воин увидел, как розы, собранные девушкой, стали терять лепестки. Они отрывались один за другим и, подхваченные злым северным ветром, уносились прочь. Девушка удивленно смотрела на свой венок. В руках остались только голые прутья роз с шипами, которые больно врезались в пальцы. Ладони девушки стали наполняться кровью, алая жидкость окрасила землю. Там, куда падали брызги её крови, распускались розы.

Ветер усиливался. С края горизонта к ним приближалась гроза. Воин шагнул к девушке, чтобы перевязать её раненные руки. Но у него ничего не было, они были без одежды и оружия. В небесах над их головами загрохотало. Воин взял девушку за руки и прижал их к своей груди пытаясь остановить кровь, она доверчиво смотрела в его глаза и не пыталась вырвать свои ладони из его грубых больших рук.

Пряча от надвигающейся опасности, воин сжал её в своих объятиях. В чёрных тучах гром был похож на смех его брата.

Чёрный дождь хлынул с небес, затопляя всё вокруг.

Маленькая белая ручка доверчиво лежала на его груди, девушка пряталась в его надежном кольце его рук.


***


Баст снились розовое поле, дьявольский хохот и светло-голубые глаза хаски. Было холодно и тоскливо. Она вздрогнула и проснулась.

И… Вздрогнула вторично.

Чуть не подпрыгнув до потолка от испуга. Но не смогла. На её коленях поверх одеяла лежал здоровенный воин.

Он храпел. И выглядел настолько беззащитно, что девушка сразу перестала паниковать и бояться. Ведь он, по-видимому, крепко спит.

Сетт пошевелился и перевернулся на спину. Девушка поймала себя на мысли, что от испуга забыла, как дышать.

Уф! Выдохнула.

Её привлекли амулеты, висящие на его широкой груди.

Баст замотала хвостом от любопытства и возбуждения. Первый раз в её жизни к ней в руки попал такой большой и… О, боже! Почти голый мужчина.

Она разглядывала его с большим интересом. Дёрнувшись, кошка решилась дотронуться до него – очень уж у неё чесались руки. От любопытства, как известно пропала не одна хвостатая.

К тому же он не узнает об этом, – правда, если проснется, не сносить ей головы. Неизвестно, какие гадости он ей тогда наговорит, но ведь риск благородное дело? Она никогда в жизни не дотрагивалась до голого мужчины.

Била – да. Через плечо кидала – кидала. Возила по песку тренировочной площадки, но это ведь не считается! Осторожно, с предвкушением она дотронулась до широкой груди воина и провела по ней рукой.

Черты лица его разгладились, тени заботы о благе звёздной крепости теперь не омрачали его лицо и не заставляли хмуриться. Он уже не выглядел настолько грозно, как обычно. Да и лицо во сне казалось гораздо моложе.

Правильные благородные черты лица, аккуратный породистый нос, выразительные губы. Его можно было бы назвать красивым, если бы он постоянно сурово не сдвигал брови. Она беззастенчиво им любовалась.

Тело тоже было под стать лицу. Большие, чётко выраженные мускулы, ни грамма жира. Красиво очерченные бицепсы и грудные мышцы, поджарый живот с кубиками пресса. Воин был хорошо и грамотно прокачан и, благодаря тренировкам, владел каждой мышцей своего тела.

Девушка смелее, всей ладонью дотронулась до него, чувствуя, какая мягкая у него кожа. Правда, под подушечками пальцев она нащупала сеть мелких шрамов, которые были почти неощутимы. Воин вновь завозился, перевернулся к ней лицом и навалился щекой на ногу.

Она замерла не дыша.

Не проснулся, но хмурится.

Кошка снова дотронулась до груди воина – лицо расслабилось…

«Хм… интересно… – Она убрала руку. Брови сошлись к переносице. – Удивительная закономерность, возможно, ему что-то снится».

Баст уже смелее погладила и пожалела уставшего воина. Конечно, её вина была в том, что воин так замотался с делами и теперь спит как убитый. Но не стоит терять голову и забывать, что он враг, – кто знает, что он сделает с ней, если она, будучи без защиты, отдаст ему груз. Она его знает слишком плохо.

Раздумывая, кошка остановила свою руку – воин нахмурился во сне, завозился, и тут Баст поняла, что он просыпается.

Ужас! Запаниковав, она и с размаху хлопнулась на подушку, притворяясь мёртво-спящей.

Воин проснулся и приподнялся. Удивленно уставился на похрапывающую девушку.

«Кажется, я настолько устал, что вырубился, но какой приятный сон мне снился», – подумал он.

      Во сне ему казалась, что маленькая белая ручка девушки гладила его по груди, а её пушистый хвост щекотал живот и ногу.

Встав, Алиен сонно перебрался на свою кушетку. Может, приятный сон приснится снова?


***


На днях произошло событие, от которого у Баст потемнело в глазах со злости. Только чудом она смогла сохранить невозмутимость от такого известия. Она, вроде бы стала не так сильно ненавидеть пирата, но то что она услащала разожгло огонь ненависти в душе с новой силой.

Случилось это так: Алиен предоставил в её распоряжение двух миловидных и очаровательных девчушек-рабынь, как он сказал в качестве служанок-горничных. От них она и узнала новость, от которой в душе кипела до сих пор.

Расчёсывая её волосы, они весело щебетали и, в общем-то, были не плохой компанией. Пока не проговорились, что они тоже пытались стать «Маленькими лебедями». Когда Баст, не поняв, переспросила их, что это значит, девушки ничуть не смутившись, весело поведали ей о том, что кандидатка в одалиски на протяжении первых трёх месяцев в гареме называется «Маленький лебедь» и носит белые одежды.

Если проходит испытание и нравится своему господину, то становится полноправной наложницей. Получает знаки внимания от господина и носит одежду цвета его Дома. Если же не проходит, то она становится служанкой или занимается другими видами работы. Перестав быть наложницей, она становится рабыней и теряет высокий статус.

Между рабыней и одалиской есть большая разница. Они пытались, но не прошли испытания: господин не обратил на них внимания.

А их госпожа сегодня в первый раз оденет новую, красивую одежду яркого цвета. Они так рады за неё и желают ей удачи, и помогут стать ещё красивее, чтобы понравиться их хозяину…

Девушки ещё долго щебетали, признаваясь ей в любви, восхищении и преданности. Они уже знали – новая кандидатка в наложницы спит в личных покоях господина этой крепости, а не в общих комнатах для женщин. Они сразу смекнули: им повезло, их сделали служанками понравившейся властителю крепости фаворитки. Вслед за ней богатство и почёт придут и к ним.

Но Баст их уже не слушала. Она сидела, закрыв глаза, внутренне горела от злости, унижения и желания отомстить немедленно, её когти скребли по туалетному столику, но приходилось сдерживаться.

Когда девушки привели её в порядок, – их специально обучали ухаживать за наложницами, что, конечно же, лучше, чем драить кастрюли на кухне, – Баст себя не узнала в зеркале. Волосы были вымыты и ровно подстрижены. Также на ней была новая набедренная повязка яркого цвета.

«Как плохо, – подумала она. – Если не обжечь концы, волосы начнут очень быстро расти. Это всё проклятый процесс регенерации, на мне ведь все заживает, как на собаке.

Но, в общем-то, это не проблема – просто стричь их придется чаше».

Она даже залюбовалась на себя в зеркало. В космических путешествиях ей приходилось довольствоваться малым и практически не следить за собой. Впрочем, она не была тщеславна и не придавала особо большого значения внешности. Когда ты дочка Королевы, да ещё и будущая наследница, у тебя может быть нос как топорище, лицо как кирпич, но от поклонников, кавалеров и претендентов на твою руку тебе всё равно не отбиться. Услышав вздох, служанки испуганно зашептались, и одна несмело спросила:

– Что-то не так, госпожа?

– Да нет, просто, гм… – Баст нахмурилась, чем привела в трепет девушек. – А чьи это драгоценности? – Она только что заметила, что на ней незнакомые ожерелье и браслеты. Они кошмарно смотрелись на фоне золотистого ошейника и наручников на запястьях.

– Господин велел взять любые драгоценности из ларца, которые бы вам подошли, и украсили вас. Сейчас вы пойдёте на ужин в большой зал, ужинать со всеми обитателями станции. До этого вы не принадлежали властителю этой крепости, а теперь вы представляете его Дом и должны выглядеть соответственно. Вы будете часто бывать на разных мероприятиях. И сопровождать господина.

«Вот это новость, – подумала Баст. О чем она ещё не знает? О том, кто кому принадлежит, они ещё обсудят с пиратом. А вот то, что её хотят представить всей крепости как его любовницу, шокировало. Именно для этого её так ярко одели? – Если я теперь буду представлять властителя крепости, и все будут знать, что я под его защитой, может, тогда я стану более свободной и смогу ходить, где хочется?»

Как оказалось, это в корне не верно, ей всё ещё запрещалось бродить, где вздумается, её держали, словно в клетке, изредка выводя на общие собрания обитателей крепости, но всё же это давало ей возможность получать хоть какую-то информацию, узнавать расположение комнат, порядки и быт плавучей крепости, не подвергаясь опасности.

Теперь она целенаправленно собирала любые данные, которые помогли бы ей сбежать. Пользовалась услугами свой новой подруги, с помощью которой могла тайно покидать личные комнаты, принадлежавшие хозяину корабля, и тщательно обследовать внутренний и внешний круг, кладовые, кухни, склады с провиантом, большие залы для девушек, даже бараки домашних слуг и другие жилые помещения, куда разрешалось ходить наложницам, но не пускали её.

Одэль и не подозревала, что Баст нельзя нигде ходить, и, если она приложит ладонь к замку на двери, они не откроются. Одэль всегда шла впереди, и сама открывала двери, знакомила её и показывала ей разные помещения. Это была большая удача для Баст.

– Нет, я не надену это. – Баст стала снимать с себя ожерелье, служанки-горничные бросились помогать ей и расстегивать браслеты. Одна из них принесла ей большую шкатулку с драгоценностями, чтобы девушка смогла выбрать что-нибудь другое, но та отказалась. Горничные удивлено переглянулись. Неужели она не хочет себя украсить?

– Я и так хороша, драгоценности мне не нужны… – сообщила им Баст первую глупость, что пришла в голову.

«Видимо, так и есть. – Подумали девушки. – Другие наложницы из кожи вон лезут, чтобы себя украсить, но властелин на них не обращает внимания. А эта живет в его комнате и спит с ним в одной постели каждую ночь, но не только не хочет одеть драгоценностей, но и не красит лицо! Чем же она вскружила голову их господину?»

После этого происшествия по всему кораблю поползли слухи, не без стараний двух служанок. Все, даже последний поварёнок, обратили внимание на новенькую, загадочную девушку-кошку, везде появляющуюся с их главным. Слухов становилось всё больше, крепость гудела как улей, но никто ничего не знал в точности про незнакомку.

Баст встала и собралась идти, потому что была голодна. Девушки рабыни проводили её из покоев хозяина. Пройдя несколько коридоров, они попали в большой зал – как раз вовремя. Они увидели старика и Одэль, а также ещё одну наложницу в такой же красной набедренной повязке, как и у кошки.

Их пригласили к столу. Компании отвели место у торца стола. Баст и черноволосую наложницу посадили с краю. Рядом с незнакомкой сидела Одэль, которая незаметно ей подмигнула. К вящему неудовольствию Баст, рядом с ней уселся старик, который постоянно бурчал про себя что-то, выражая свое неудовольствие. Старик явно ненавидел её. Девушки рабыни тихо встали за спиной.

За низеньким столиком было неудобно сидеть, мягкие подушки не спасали. Однако всё это не мешало ей с большим интересом разглядывать и зал, и людей, собравшихся в нём, усаживающихся за столы. Все рассаживались по своим местам. Как поняла Баст, они рассаживались в соответствии с какой-то иерархией и кастовостью. Помимо её стола были ещё и другие, за многими сидящими за столами Сеттами стояли рабы и рабыни. Но не за всеми: были столы, где Сетты обходились совсем без слуг.

Украшения и ткани на них были попроще, чем на воинах, сидящих за её столом. Даже на служанках прислуживающим за её столом было больше драгоценностей, чем на них.

«Понятно, – подумала она. – Это воины из низших каст, они не имеют своих рабов».

      Как впоследствии она узнала от Одэль, эти Сетты сами почти что рабы. Это были нахлебники-прилипалы, которые кормились от щедрот властителя крепости. Младшие сыны относительно влиятельных воинов. Не имеющие ни власти, не своих космических кораблей, ни денег – полные бездельники. Которых, к сожалению, нельзя было просто прогнать из-за влиятельных родственников. Им давали мелкие поручения и необременительную работу.

На столах стали появляться блюда с фруктами и кувшины с вином. Баст была настолько голодна, что не заметила: Сетты пока не ели и чего-то ждали. Увидев большое красное яблоко в вазе, она ловко цапнула его своей рукой, но тут же получила шлепок по запястью от Старца.

– Дождись своей очереди! – Прохрипел он. Красное яблоко укатилось куда-то под стол. Баст уже вторично записала его в свой чёрный список. Она даже и не догадывалась, что он здесь специально ради неё и вылез из своей каморки, в которой он обычно ел, по просьбе Алиена.

Пират опасался за то, как воспримут чужестранку Сетты, и попросил старика охранять и, если понадобится, защитить её.

У Баст в желудке громко заурчало, черноволосая наложница презрительно глянула на неё и отвернулась. Она вообще старалась не замечать девушку-кошку.

Кошка смотрела по сторонам, схватить ещё что-нибудь с блюд, стоящих на столе, она не пыталась. Все терпеливо сидели и чего-то ждали. Ей стало тоскливо. Чужое место, чужие люди вокруг ненавидяще осматривают её.

Народ зашевелился и стал подсаживаться поближе к столам. Из дальнего конца зала быстрым шагом вышел Алиен и подошёл к столу. Его место было во главе по правую руку от Баст. Справа от него сидела черноволосая девушка с голубыми глазами.

Все смотрели на Властителя крепости и ждали, когда он начнёт трапезу. Рабыни расставляли пустые тарелки перед каждым сидящим, а вот ножей и вилок опять не дали.

Она заметила, что столовыми приборами Сетты не пользуются. Рядом с каждой тарелкой воина лежал нож или кинжал – их рабыни не подавали на стол, каждый Сетт вынул его из-за пояса.

Алиен не спеша вытащил свой кинжал из ножен и начат трапезу. Сначала он разделал большую тушу неизвестной птицы и разделил её между, как впоследствии поняла Баст, людьми его Дома. Самый лучший кусок он положил на тарелку Старца, и тот принялся неспешно разделывать его своим ножом, отделяя мясо от костей.

Кошке тоже достался неплохой кусок, который воин мелко нашинковал на маленькие кусочки на её же собственной тарелке. То же самое он проделал с кусками птицы для голубоглазой наложницы и Одэль. Не обделив и себя. Трапеза началась. Все ели, приносили новые блюда, убирали недоеденные остатки еды.

Как поняла Баст, женщины вообще не имеют права брать что-либо с тарелок, всё идет от господина – главы дома, мужа и отца. Он раздаёт блага, почести и лучшие куски.

Баст это взбесило, поэтому она опустила свои глаза и, сделав вид, что её ничто не удивляет, начала есть кусочки мяса пальцами. Вилок, как видно, на этом космическом корабле не было вовсе. Её рабыни услужливо подставили ей маленькие мисочки с соусом. Пират наполнил кубок виноградным соком. В общем-то, её обслуживали по полному разряду. Поэтому немного подкрепившись, она стала оглядываться по сторонам и остолбенела.

Кусок застрял у Баст в горле – она встретилась с голубыми глазами Риверна. Он подмигнул ей и послал воздушный поцелуй.

Как брат Алиена, он сидел во главе другого стола с такими же, не менее богатыми Сеттами, как и за её столом. Девушка была покрыта снежно-белой шёрсткой, и если бы могла побледнеть от страха, она бы это сделала. Его глаза смотрели на неё с ненавистью и желанием. Она ясно прочитала в них желание убить её, но прежде – наиграться и натешиться вволю. Что ж, пока он далеко, ей не о чем беспокоится.

Привлеченная вниманием Риверна, Баст, не заметила такой же, а может быть ещё более ненавидящий взгляд наложницы, что сидела напротив неё. Та переводила взгляд с неё на Алиена, который не замечал ничего, кроме переполненной тарелки девушки – та почти ничего не ела.

Он оказывал ей такие же знаки внимания, как и фаворитке, подкладывал на тарелку лучшие куски, но так и не смог вызвать её интереса. Девушка также вяло и безрадостно ковыряла еду.

Зато старик работал ножом, как золотоискатель киркой: он вскрывал им кости, вынимал из них костный мозг и непрестанно смолил свою «козью ножку», при этом, не забывая поглядывать по сторонам единственным глазом. Он видел и ненавистный взгляд черноволосой наложницы, и ложнодружелюбное подмигивание весельчака. Также от него не укрылось настроение Алиена, когда тот заметил незаинтересованность девушки в его знаках внимания.

Для молодого воина трапеза прошла в унынии, а вот старик веселился вовсю.


***


Риверн смотрел жадным взглядом с противоположного конца стола на девушку-кошку. В последнее время он чувствовал себя неважно: не хотелось ни есть, ни пить, ни развлекаться. Он в тоске бродил по станции в надежде увидеть её снова. Однако встретить девушку можно было только в обеденное время в главном зале – вредный старик зорко охранял её, нигде больше она не появлялась в одиночестве.

И Риверн страстно смотрел на неё издалека, как ребенок смотрит на желанную вещь, высоко стоящую на шкафу, которой ему строго-настрого запретили играть взрослые. Риверн не забыл холодный взгляд девушки, волны ненависти и отвращения, которыми его окатывал взгляд зелёных глаз. А также то презрение, с которым она отвергла его предложение. Её взгляд преследовал его во сне, чудился в коридорах, в залах крепости. Сетт хотел поиграть с ней, ему хотелось добраться до неё и в своей жадности насладиться её страхом. Он жаждал сжать в своих руках её голову, лицо, с которого смотрели эти глаза, и сжимать всё сильнее и сильнее. Она зажгла в нём неутолимый огонь, сжигавший его, разъедавший его внутренности.

Но всё, что он мог, это смотреть на неё издалека, терпеливо, как паук, ожидать своего часа. Он верил, что когда-нибудь ему представится шанс, и они останутся с ней наедине.

У него хватит терпения дождаться этого часа.


***


«Бои Без Правил… Я всё равно туда попаду», – сморщила носик Баст, сидя перед зеркалом, подперев лицо обеими руками. Девушки-рабыни вынимали заколки из её волос и причёсывали.

Слухи, индейские барабаны, сарафанное радио… Предположения и сплетни множатся и разрастаются, как круги на воде.

В основном их разносят слуги. А в особенности, служанки. Маленькие, хитрые, двуличные засранки, вечно всё вынюхивающие, подсматривающие и подслушивающие.

Баст не раз их заставала за этим занятием. И была крайне возмущена подобным поведением.

Теперь по всей крепости разнёсся этот слух.

Как всегда, те, кто подслушивает, слышат лишь часть разговора и относят всё на себя. Конечно, они с Алиеном так орали, что даже те, кто был за пределами внутреннего круга, могли слышать их ссору.

Потребовалось время, чтобы «индейские барабаны» разнесли новость по всей крепости. Все судачат и строят предположения: «Они поедут сражаться на «Бои Без Правил», выиграют, и это поправит финансовые дела крепости!». Слухи ходили разные, никто не знал ничего точно. Сплетни множились, разветвлялись и переплетались. Её раздор с пиратом, как круги от брошенного в воду камня вернулся к ней слухами об этой грандиозной затее: девушки-служанки поведали ей о том, о чем она говорила с пиратом.

Она знала, что является причиной состояния плохих дел на станции, ведь Баст твёрдо решила не отдавать ценного груза пирату. В крайнем случае, выкупить за него свою свободу. Её шахматная партия с воином продолжалась, кто из них сделает следующий шаг?

Они были достойными соперниками. Оба пока выжидали.


***


Баст наблюдала за тренировкой молодых Сеттов, притаившись на балконе, опоясывающем зал по периметру. Она слушала Старца вместе с молодыми сетами.

Некоторые воины, примкнувшие к крепости властителя Алиена, привели в неё своих детей и домочадцев, рабов и жён.

Старец взялся обучать молодое поколение и взрослых воинов, желающих повысить свой уровень мастерства. Молодые юноши с определенного возраста участвуют в битвах и пиратских рейдах, а многочисленные потери и оставшийся без кормильцев и наследников такой балласт, как женщины и дети, крепости не нужны. Не высаживать же их на первой пригодной для жизни планете с минимумом вещей для выживания? Так, предметы первой необходимости тоже нужно потратить на них. А сбросить голодных, неимущих беженцев на любую другую космическую станцию невозможно: любой глава подобной базы не обрадуется такому «подарку».

Хоть с образованностью Старец был не в ладах, глупцом он не был, и простаком назвать его было трудно. Он особенно не заморачивался с тем, что не имело для него большой ценности. Только то, что в его глазах имело вес, было для него важно, всё остальное он отметал как недостойное, ненужное, блажь и излишество. Будь он непроходимым простофилей, не дожил бы до столь преклонных лет, тем более в крепости Сеттов.

Властителям крепости был не нужен бесполезный балласт, и мало, кто доживал до глубокой старости, – только самые опытные, умелые, нужные работники, без которых не могла функционировать крепость, могли рассчитывать на уход в старости. Когда кто-то, будь то раб, или надсмотрщик, не мог, по причине преклонного возраста или травмы, больше работать, его отправляли на заслуженный отпуск посредством яда, кинжала или меча. Только самые незаменимые могли рассчитывать на что-либо, более или менее похожее на пенсию. Но за ними не сохранялось их имущество, и жили они на попечении своих сыновей и, если были обузой, могли быть отправлены на «вечный отдых» в любое время.

«Мда… хороший закон, – подумала Баст. – Я бы с большим удовольствием отправила на «вечный отдых» своих тётушек Евлалию и Ефраимию».

Каждый раз, как она их встречала в Садах Роз, где старые леди неспешно совершали моцион, они не менее получаса отчитывали её за ненадлежащий внешний вид, поведение, неуважение к старшим и т.п. Неудивительно, что при таких близких родственниках её двоюродная сестра Джемми стала идеальной во всём и наипервейшим образцом поведения, красоты и послушания.

Тетушки дополняли одна другую. Когда последняя уставала пилить Баст, у другой всё ещё оставались силы в запасе, и она продолжала наставлять девушку в её поведении, пока другая в то время переводила дух и поддакивала. Вырваться от них раньше, чем через полчаса, было невозможно никаким иным способом, кроме как нагрубить. А это неминуемо приведёт к тому, что они нажалуются её матери, Королеве Талифе, правительнице Острова Роз, которая будет отчитывать, совестить и укорять её вдвое дольше.

Старик, конечно же, её заметил, когда она, удобно опёршись о перила, с интересом стала слушать про жизнь и правила в крепости Сеттов. Всё это старый воин рассказывал не столько ей, сколько юным Сеттам, тренирующимся в том же зале, что и она.

Сначала молодые воины удивленно глазели на неё. Наложница, женщина, да ещё и с оружием в руках! Какой срам! Но подойти и что-либо сказать ей не посмел ни один из них. Видя, что девушка не обращает на них внимания, они подчёркнуто перестали замечать её. Сетты и Баст вполне сносно тренировались вместе. Поделив зал пополам, причём девушка-кошка отхватила себе ровно половину зала, а группа юношей тренировалась в другом её конце.

Но всё же время от времени подростки поглядывали на неё – у них не было своих рабов и тем более наложниц. А кроваво-красная, расшитая рубинами набедренная повязка, волочившаяся за ней по песку, привлекала их внимание.

Старик был немного недоволен её присутствием, но прогнать её не мог, что доставляло ей маленькое удовольствие. И она тихонько про себя посмеивалась. Тренироваться ей разрешил Алиен и, как считал Старик, слишком много позволял вольностей своей наложнице. Обычно, во время тренировок он сидел в углу, выкуривая вонючие самокрутки, либо точил свой меч и, презрительно сплёвывая на песок арены, вызывающе таращился на Баст единственным глазом.

Вступать с девушкой в разговоры было выше его достоинства. Отнести поднос ей в первый день он решил, скорее всего, из любопытства, потому что ему очень хотелось посмотреть на новую пленницу-кошку – это был его предлог, чтобы взглянуть на неё. Он не забыл то, как она крутила шашни с Риверном, не зная, какая опасность её подстерегает. По мнению старика, тем самым она пыталась предать Алиена и может попытаться снова.

Тем не менее, Баст решила подставить ему небольшую подножку в отместку за волны презрения, которыми он её обкатывал каждый раз, когда видел или встречался с ней. Да и за ушибленное ухо стоило с ним посчитаться, твёрдо решила про себя кошка.

Старик любыми способами старался показать, как он её призирает. Во-первых, за то, что она женщина, пусть маленькая и другого вида, во-вторых, за то, что она наложница, а в-третьих, и самая главная причина, за то, что она дерзнула взять в руки оружие, на которое, по его мнению, не имела права. Не имела права по причинам двух первых пунктов.

Дождавшись, пока старый Сетт уковыляет куда-то за своим огнивом, – спичек и зажигалок Старец не признавал, – девушка скользнула вниз, перепрыгивая через несколько ступенек, ведущих на песок арены. Хвост набедренной повязки летел за ней кровавым всполохом. Он заворожил и вогнал в ступор пару подростков, и они бросили свои тренировки.

Девушка-кошка окликнула одного из юнцов, стоящего чуть поодаль от остальных. Бедняга был не очень ловок с мечом, как определила Баст, со своего наблюдательного пункта. Она считала, что это было не его оружие – ему больше подошёл бы лук. Но в крепости Сеттов свои законы: дóлжно уметь пользоваться всеми видами оружия. Парень грустно стоял у стеллажей с оружием и наблюдал за тренировкой других учеников.

Несколько минут назад ему досталось на орехи от Старца: тот, прежде чем уйти за своим огнивом, ухватил за загривок молодого Сетта и, что есть силы, отхлестал его за нерадивость и криворукость во владении мечом.

Остальные ученики поржали уже ломающимися голосами над товарищем, хотя сами не раз были так же биты и хлёстаны разными видами тренировочного оружия. Обучение молодых воинов было грубым, жестоким. Неженки не выживали – подростков наказывали часто и много. В ход шли как заботливые кулаки, так и попадающиеся под скорую руку предметы, спортинвентарь – по несчастным ученикам «не ходил» разве что только потолок.

Баст стало его жалко: она вспомнила, как сама стояла на высоком деревянном пеньке с ведром воды на голове после плохо выученного урока. Это был излюбленный вид наказания её учителя. А её товарищи по учёбе весело убегали после сданного урока и выдержанного экзамена, оставляя её в жалком одиночестве отстаивать на злополучном пеньке положенное для наказания время. На Острове Роз учеников не били, но также исправно, даже чаще наказывали или назначали в наказание какие-либо виды работ, а это было не менее обидно. Она решила отомстить вредному старику.

«Бедный парень, сегодня у него действительно был трудный день».

Зелёный юнец нерешительно подошёл к ней, отодвинув рукой свисающее с потолка чучело для тренировок. Сетт краснел и запинался, произнося приветствие на Общем Наречии, он отводил глаза и боялся посмотреть на прекрасную наложницу. Пусть Баст и не была таковой в прямом смысле слова, высокий статус одалиски властителя этой крепости поражал молодого Сетта и кружил ему голову.

– Досталось тебе, бедняга? – сочувственно сказала девушка. – А ты не робей! Смотри, если попадешь в такую ситуацию ещё раз, – я говорю о том, когда ты не сможешь блокировать удар, – сделай так. Вот эту ногу сюда и отклонись назад. – Баст попыталась сдвинуть юного Сетта с места, маленькая ручка легла на обнажённую грудь юноши. Тот вздрогнул, как будто поражённый током, но подчинился. Несмотря на то, что воин был молод, он был вдвое тяжелей её – юноша почти достиг в росте и весе взрослого Сетта. Тем не менее, подросток подчинился ей, хоть и двигался как деревянный от сковывающего его смущения. Лицо его всё больше багровело от прилива крови. Необычные переживания сделали его неуклюжим

– Потом сделай мечом такой финт. – Продолжала показывать Баст, а про себя думала: «Мда… в таком состоянии ступора я могу разрубить его пополам, а он даже и не заметит. Неужели я его пугаю больше, чем Старец?»

– Вот так и вот так. – Продолжала учить, а вернее подучивать кошка. – Видел? Ну-ка попробуй сам. – Хоть и на ватных ногах, дёрганными, неуклюжими движениями, подросток довольно точно повторил приём, показанный девушкой.

– Потренируйся теперь немного самостоятельно, у тебя хорошо получается! – подбодрила его Баст и неспешно стала удаляться с арены, волоча за собой красный хвост из ткани.

Все взгляды юнцов, как прикованные, двигались за ней. Теперь, когда она повернулась к ним спиной, они перестали прятать свои взгляды и во все глаза рассматривали её.

Кошка стала неспешно подниматься по лестнице на верхний этаж, чтобы в безопасном месте подождать результат своего обучения. Она не сомневалась, что вернувшийся Старец захочет преподать ещё пару уроков нерадивому ученику, дабы тот не опозорил его на экзаменационных соревнованиях, а на самом деле получит урок сам.

Старик ворвался в тренировочный зал, когда Баст поднялась по лестнице на половину, за ним как за паровозом, тянулся дымный след.

– Эй, ты! – заорал он неудачливому ученику. А может и удачливому. Бринн на всю жизнь запомнил тот момент, когда рыжеволосая красавица в красных одеждах дотронулась до него, пронзая живым теплом своей руки.

Все ученики зашептались и замерли в предвкушении чего-то интересного. Те, кто стоял в задних рядах, вытянули шеи – они ждали продолжения наказания за невыполненный урок. Молодые Сетты догадались, что будет дальше. Баст тоже догадалась – она поняла намерения престарелого наставника даже раньше новичков. Потому-то и решила немного облегчить жизнь юному Сетту, взяв часть огня на себя.

Подросток, немного труся, вышел на середину тренировочного зала. Он не выучил урок и сейчас получит за это. Старец, как всегда в своей манере, лениво, экономя энергию и движения, оберегая своё повреждённое колено, стал фехтовать на мечах со своим учеником, намереваясь проучить его, когда последний в очередной раз пропустит удар и получит ещё сверху несколько. Баст уже видела, как старик наказывал других парней: хлестал взятым плашмя мечом по бокам и спине до тех пор, пока их рубашки не пропитывались кровью. Но в этот раз у него это не выйдет.

Парень, отклонившись назад, сделал хитрый финт мечом, но Баст этого не видела, – как только она заметила начало тайного удара, подобрав спереди набедренную повязку, стремглав взлетела по лестнице вверх на второй этаж. За спиной раздался шлепок, упавшего на песок арены меча старого воина. После – приглушенный гомоном подростков, удивлённый возглас паренька.

Старцу хватило пары секунд, чтобы понять, чьих это рук дело.

– Ах ты, зараза мелкая! – Взревел старик и, выхватив в замахе второй меч из спинных ножен, швырнул его в спину, убегавшей со всех ног по галерее Баст. Но тот, не задев юркнувшую за дверь девушку, отколол от дверного косяка пучок щепок. Из коридора до них послышался её весёлый смех.

Наивная Баст даже не поняла, что старик её в чем-то подозревает и думает, что она не та, за кого себя выдает. Она не знала, что хитрый и опытный Старец почти её разоблачил и, чтобы не выдать себя, старается, как можно меньше с ней общаться, но не перестает за ней исподтишка наблюдать. Сегодняшней выходкой она выдала себя с головой. Обычный наемник, заблудившийся в космосе, просто не может знать тайные приемы лучших мастеров фехтования, известные лишь избранным.

Девушка радостно бежала по коридору с развивающимися за спиной волосами и задним полотнищем набедренной повязки, прихватив спереди и прижав к груди, чтобы не мешал бежать передний её хвост. Она надеялась, что у парнишки хватит мозгов «утечь» по-быстрому и отсидеться где-нибудь, пока старый учитель мечет громы и молнии. За Старца она не волновалась – такого холоднокровного воина удар не схватит, да и секретный приём не мог ему сильно повредить. Разве что, только гордости. Впредь старик не будет так жестоко расправляться со своими подчиненными.

Когда девушка достигла конца коридора, со стороны тренировочной арены всё ещё раздавался шум: там бушевал взбешенный старый Сетт. Баст не видела, как с перекошенным бешенством лицом старик пытался достать двухметровым копьём юношу, забравшегося по спортивному снаряду под самый потолок, спасаясь от гнева своего учителя.


***


В коридоре за спиной Алена раздался весёлый солнечный смех, сердце воина сжалось. По коридору навстречу ему лёгкими прыжками летела девушка-кошка и радостно смеялась. Настроение у неё было весёлое, лёгкое и беззаботное. За ней невесомым водопадом летели волосы и шлейф набедренной повязки. Из прически на бегу выскочило несколько заколок-жемчужинок, но девушка этого даже и не заметила.

Пролетая мимо Алиена, она обожгла его радостно-хитрым взглядом заговорщика, отчего у воина оборвалось всё внутри. Не дыша, он провожал взглядом спину девушки, которая спускалась по винтовой лестнице, ведущей вниз.

Вторично опалив его своим магическим взглядом сквозь решетку лестницы, кошка скрылась за ступенями.

Сетт стоял, замерев на месте: такой он её никогда не видел. Это действительно была она или по коридору пронеслось видение? Маленькие жемчужины, разбросанные на ковре, убедили воина, что девушка ему не привиделась, а была реальностью. Он хотел догнать убегающую девушку, но шум с другого конца коридора остановил его.

Пират задался вопросом: что так рассмешило девушку? Что эта неугомонная особа, ещё устроила на его корабле?

Любопытство было сильнее, и Алиен пошёл посмотреть на переполох, творившийся в тренировочном зале. Ситуация, увиденная им, рассмешила его до слез.

Извивающийся паренёк под потолком и пыхтящий внизу старик. Чертовка, что устроила!

Старый Сетт бросился к Алиену жаловаться на то, что его наложница мешает им заниматься. И юный Сетт не упустил своего шанса, соскользнув вниз с каната, привязанного за крюк к потолку, юркнул между властителем и стариком и был таков, что несказанно разъярило Старца.

Пират тоже не упустил своего:

– Хорошо, – легко согласился Алиен со стариком. – В это время буду заниматься я, мне она не помешает, а вы занимайтесь вечером.

Всё складывалось, как нельзя лучше.

Таким образом, воин надеялся чаще видеть девушку, имя которой до сих пор не знал. Но, немного подумав, он решил не пытать её – если сама захочет, скажет, когда сможет ему доверять. Видно, пока доверия он у неё не вызывал, но это не сильно его расстраивало: он был в себе уверен.

Старика такой простой выход не устраивал, и он продолжал бурчать себе под нос – по его мнению, за такие дерзкие выходки, её, по крайней мере, стоило выдрать розгами.


***


Выходка Баст удалась, поддавшись внезапному вдохновению и порыву, она решила, что час настал. Сегодня ей будет везти, как никогда сильно. Её энергия везения на высоте, достигла пика. Она может рискнуть и воплотить в жизнь план, который созрел в её голове в тот момент, когда ей первый раз пересказали слухи, ходившие по звёздной крепости.

      Теперь стоило найти Одэль. И кошка побежала в покои наложниц искать золотоволосую девушку. Старец и Алиен теперь заняты в тренировочном зале, она может тайком пробраться в главную рубку звездолёта. Одэль поможет ей.

Девушку конечно мучили угрызения совести, что она подставляет единственного хорошо относящегося к ней человека на этом корабле… Но у неё не было выхода, не оставаться же ей в плену вечно. Спустя полчаса её план был приведён в исполнение, всё прошло без сучка и задоринки.

Одэль показала ей главную рубку корабля, в которой отсутствовал Алиен, это позволило Баст незаметно юркнуть за стеклянную перегородку и подобраться к командной панели. Молниеносно её руки набрали нужные команды. Краткое сообщение ушло в звёздную бесконечность космоса. И спустя несколько минут девушки, хихикая и болтая, ушли из главной рубки, никем не замеченные.


***


Несколькими часами позже, когда вся суматоха улеглась, Алиен сидел, глубоко задумавшись, в командном центре корабля. Положение его было незавидным. Груз забрать не удавалось. Попытка поговорить с незнакомой операционной системой провалилась. Ребекка, компьютер пленной девушки-кошки, не давал ему поговорить со своим Мороком. Девушка-программа, наотрез отказавшись открыть люк и отдать груз, отключилась. Ещё эта ссора с кошкой! Проблемы сыпались, как зерно из мешка. Те, кто выдал ему кредит на этот груз, дали ему последний отрезок времени. Его оставалось мало: либо он вернёт груз, либо заплатит жизнью.

Сам того, не подозревая он оказался в ловушке, вовлечённый в сомнительную аферу. Груз оказался довольно непростым, если его владельцы так всполошились, узнав, что не могут его получить. И, как назло он даже не мог посмотреть, что это за груз!

Переговоры были мучительными, и состояли из недомолвок, непонимания, разочарования и, как почувствовал Алиен, испуга и гнева заказчиков. За покупателями этого товара, стояли большие и влиятельные силы. Расклад получался не в его пользу: или он раздобудет деньги, или предоставит груз, или потеряет плавучую крепость, а с ней и свою жизнь, и жизни своих подчиненных.

Воин смотрел то на звёзды, то на работающих внизу технологов. Хорошо, что его кресло находится в отдельном застекленном отсеке, иначе шум голосов рабочих мешал его мыслям.

Сильнее всего его разочаровывала ситуация с девушкой-кошкой. Последний раз, когда она с ним виделась наедине, он наговорил ей столько гадостей, что теперь она не только не разговаривала с ним, даже не смотрела на него. В памяти воина стояли упорно сжатые губы девушки и непреклонное заявление о том, что она сможет победить в «Боях Без Правил».

Алиен сдвинул брови пытаясь подавить раздражение на такое беспечное заявление незнакомки. Выиграть «Бои Без Правил», чушь! Ей и раунда не продержаться, это не под силу никому, кроме…

Вдруг он остановился и глубоко задумался. Огромный выигрыш, невероятная куча денег, расплатиться за груз. Обезопасить плавучую крепость от посягательств влиятельных заказчиков.

Воину понадобилось всего пять минут на всё про всё. Три минуты на борьбу с совестью, – Старцу это не понравится, поэтому лучше ему ни о чем не говорить. И две минуты на то чтобы настроить аппаратуру, сигнал ушел в пространство в мгновение ока.

После этого осталось только ждать. Он готов был рискнуть собой, чтобы обезопасить жителей своей космической крепости, он чувствовал ответственность за них и за девушку.

Если его кредиторы придут сюда с огнём и мечом, сможет ли он её защитить? Лучше не допускать этого.

В эти дни Алиен много работал, – как известно, беда не приходит одна, – в последнее время на станции было много плохих происшествий.

Проблемы с финансами подорвали экономику молодой плавучей крепости. Неудачи отозвались на всём: нужны были новые детали, топливо, оборудование для не до конца скреплённых вместе космических кораблей. Если не соединить их должным образом, крепость просто развалится в полете. Но лишних денег не было, приходилось справляться со всем своими силами.

Опытные техники, умевшие монтировать плавучие крепости, не получив оплаты, бастовали. Всем жителям пришлось много работать, чтобы довести до ума хотя бы то, что уже было сделано, не допустив дальнейшего ухудшения ситуации.

На большой плавучей станции всегда много дел, и Алиен работал не меньше других. Поздно вечером он приходил в свои покои и устало проваливался сон. Во сне ему снилась бесконечные списки поломок, перечень того, что ещё надо сделать на следующий день. Его лицо часто омрачала тень заботы.

С девушкой он так и не разговаривал. Но он позволял себе любоваться ею, когда она сидела за низеньким резным столиком с зеркалом. Две служанки заботливо, в четыре руки расчесывали ей длинные волосы, которые уже достигали пяток.

Алиена завораживал этот водопад волос, он пристально следил по пробегавшим по волосам девушки искоркам статического электричества. У него чесались руки, хотелось самому взять в них расчёску и провести ей по ним, почувствовав мягкость и шелковистость.

Он не знал, как к ней подойти, о чем заговорить, и терзался своей неловкостью.

Всё, что он мог сделать, это холить и лелеять её, благоговея перед ней, и любоваться девушкой издалека.

Всё это приводило к тому, что Баст часто находила небольшие, но очень ценные подарки.

Однажды в комнате появилась трюмо с ящичками, забитыми щетками для волос, булавками и заколками. Разные сорта мыла и притирания для кожи и шерсти постоянно появлялись на бортике бассейна в ванной комнате.

Футляры с украшениями, которые она находила на своем туалетном столике, вгоняли её в краску. То ли смущения, то ли отчаяния – она сама не могла понять точно своих чувств. Хороший уход и дорогие вещи – вот всё, что он мог дать ей, всё это, но не свободу.

Баст же мучилась другими заботами. Воин явно оказывал ей знаки внимания, и она не знала, куда деться со стыда.

Какой позор, все думают, что она наложница, так чего доброго воин ещё целоваться полезет! Это приводило в ужас. Ситуация была кошмарна, впервые в жизни она не знала, как поступить. Что сделать, какой удар, какой финт рапирой применить. Её учили только драться, и она не знала, как реагировать на явные ухаживания. Эту сторону жизни она доселе, как-то обходила стороной.

Внимание исходило от чужака, от заклятого врага её расы, взявшего её в плен, и теперь пытающегося соблазнить её подарками и ухаживаниями. Брр… От этих мыслей у неё по спине пробегал холодок, но в тоже время девушка чувствовала, что действия и поступки пирата искренни.

Остальные обитатели станции, она не сомневалась, болтают за её спиной невесть что. Даже её новая подруга Одэль не скрывала своей радости за неё, и иногда радостно начинала чирикать на эту тему, что заставляло Баст ежиться и втягивать голову в плечи, как черепаха. Блондинка не могла представить себе лучшей жизни, чем, когда о ней заботится кто-то более сильный, и не приходится решать проблемы самостоятельно. Это не входило в её воспитание. Она выросла в типичной звёздной крепости, и другой уклад жизни ей был не ведом.


***


«О боже, – подумала Баст. – Опять мне придётся заниматься “Этим”».

Она сидела перед зеркалом и хмуро рассматривала себя. Её личные рабыни суетились вокруг, а две другие девушки-банщицы набирали для неё ванну.

Ванна!

Кошка не была особой грязнулей, но такие приготовления и такой тщательный уход был ей вовсе не нужен. Ну что надо, чтобы быть чистой – мыться вовремя, но зачем столько мазей и притирания? Как видно, это было необходимо. Сначала она хотела отказаться от всего этого, но две её рабыни с искаженными от испуга лицами кинулись в ужасе ей в ноги, чуть не сбив. Девушка еле устояла, схватившись за полог кровати. Иначе они бы точно совместными усилиями свалили её на пол.

Стеная, крича, плача и заламывая руки, они просили и молили её передумать, поливая её ноги слезами и цепляясь руками за её одежду. Девушки слёзно молили свою хозяйку переменить решение, или им достанется от хозяина: он живьем сдерёт с них шкуру. Исхлещет плетками и ещё куча ужасных вещей, если они недостаточно позаботятся о ней. Если она будет чем-то не довольна и мало ухоженной.

И Баст, держась одной рукой за штору, чтобы не упасть, а другой за набедренную повязку, чтобы цепляющиеся девушки не стянули её, согласилась на всё, лишь бы они от неё отцепились.

«Это» – повторялось теперь каждый день: девушки скребли и терли её. Упрямо сжав зубы, массировали и, втирая в неё всякие мази и притирания, дергали, тянули за волосы, расчесывали её хвост и накручивали на бигуди длинную шевелюру. И на этом не успокаивались. Баст приходилось отдавать им должное: девушки работали упорно, трудолюбиво и самозабвенно, но они не замечали, что просто мучают её.

Страшнее всего были бигуди и ванна. Раньше Баст никогда так не заморачивалась со своей внешностью, а теперь она всё больше походила на двоюродную сестру Джимми.

Красавицу, умницу, чем на себя самому: девочку-пацанку ковыряющеюся во внутренностях какого-либо аппарата и расчёсывающую волосы пятернёй. Самая сложная прическа, которую она себе тогда делала, это конский хвост. И то, только потому, что копна ее волос не влезала в шлем.

Перемена, произошедшая в ней, одновременно и нравилась, и была ненавистна. Она не могла понять, что с ней происходит.

Закрутив последнюю бигуди на голове, девушки-рабыни повязали ей голову платком с кистями, и повели принимать молочные, питательные ванны. Баст казалось, что на голове у неё восточный тюрбан.

«Слава солнцу Ра! На сегодня мои мучения закончились – надо только дождаться, пока волосы высохнут, и высидеть час в ненавистной пенной массе».

Девушки-рабыни нашли-таки средство, чтобы её шерсть стала шелковистей, и теперь навёрстывали упущенное время, вымачивали свою подопечную в смеси масел каждый вечер.

Баст следила за ползающими на коленях вокруг небольшого бассейна рабынями. Они наливали туда последние ингредиенты, стелили полотенце на утопленную в воде скамеечку, чтобы ей было не жёстко сидеть.

«Сервис здесь отменный, но я бы обошлась и без этого», – подумала она.

Оттягивать дальше этот момент не имело смысла, всё равно придется сидеть в воде. Баст решила закончить всё побыстрее. Послушно разделась и опустилась в питательную жидкость. Всё-таки это не было так неприятно, как она думала, терпеть можно, но всё же Баст медлила, прежде чем сесть глубже и полностью опуститься в бассейн.

Вязкая жидкость приятно ласкала бедра и льнула к животу. Пенная молочная масса колыхалась, завораживала гипнотизируя. Постепенно она привыкла к ней и осторожно опустилась на скамеечку, покрытую полотенцем.

Баст совсем расслабилась и задремала, почти забыла, что она в мокрой ванне. Когда из соседней комнаты-спальни до неё донеслись звон и шуршанье снимаемой перевязи, Баст в испуге притаилась за большой вазой, стоящей на краю огромного бассейна.

У Алиена выдался свободный вечер, и он решил провести его в одиночестве своих покоев. К большому его удовольствию девушки-рабыни уже наполнили для него один из бассейнов. Воин быстро сорвал с себя перевязи и набедренную повязку, не услышав, как беззвучно взвыла за вазой кошка.

Она была в ловушке. Голая, в ванне, а рядом этот незнакомец, пират. Ещё приставать начнет! Деться уже было некуда – слишком поздно, а выскочить из ванны и сбежать, сверкая голым задом, было ниже её достоинства, и она решила закопаться в пену.

Воин с наслаждением шагнул в горячую воду и с шумом плюхнулся на скамейку, чувствуя, как огненная вода расслабляет затёкшие мускулы.

Открыв глаза, он увидел перед собой два злых зелёных глаза. Воин опешил.

Спустя пять минут шока:

– Э… это ты здесь прячешься? – обратился он к сидящей в его бассейне девушке. – Я тебя не заметил, ты неплохо сливаешься с белой пеной. – Развеселившись, улыбнулся он. Кажется, он всё-таки её напугал, судя по выражению лица девушки. – За камуфляж и навыки маскировки пять с плюсом! Ты почти подкралась ко мне со спины.

Девушка-кошка неуверенно хлопнула глазами. Она подозрительно на него смотрела, зарывшись в пену до самого носа, голова её было обмотана воздушным белым платком похожим на сугроб снега.

– Я не прячусь. – Угрюмо ответила Баст. – Я отмокаю. И предаюсь грустным мыслям, тоскую и впадаю в депрессию.

– Почему ты грустишь? Ты не в плену, с тобой хорошо обращаются, и ты сама сказала, что тебя никто не ждёт и идти тебе некуда. – Не подумав, выпалил воин. – Разве здесь не найдётся для тебя место? Ты можешь получить всё, что хочешь! Деньги, власть, статус. Только попроси, всё будет твоим. Почему же ты такая грустная, что тебя гложет?

Алиен с интересом смотрел на реакцию девушки: она сжалась и погрустнела ещё больше.

      «Не в плену, как же! Точно приставать будет, – ёжась, подумала она. – Задаривает подарками, прикармливает как рыбку…».

Посмотрев на её кислую мордашку, воин спросил:

– Неужели необходимо так печалиться и переживать по пустякам?

«Ха, пустякам! Он свободно бродит, где хочет, а я ползаю по щелям, пугаясь каждой тени!»

– Вы мужчины такие бесстрашные, бесчувственные и невозмутимые. Ничто вас не трогает, не до чего нет вам дела. Ни до страдания других, ни до слёз, обиженных и слабых. Вы просто бесчувственные эгоисты! – пожаловалась ему Баст. Ну как он не понимает, что вся эта ситуация ей в тягость? Это её двусмысленное положение давит на плечи, как тонна камня.

– Это неправда, у мужчин есть чувства. – возразил ей Алиен вполне спокойно, похоже, он и не собирался ругать её за дерзость. Это удивило девушку: до этого момента он только орал на неё. Она и не думала, что он мог вести с ней вполне конструктивный диалог.

– Их просто не принято показывать. – продолжил воин. – Это осуждается обществом, а у некоторых рас и вовсе запрещено. Мужчины не могут показывать свои эмоции, нам это не дозволено. На самом деле мы чувствуем больше, чем показываем. Нужно быть сильным, этого требует мир, в котором мы живём, а чувства и лишние сантименты ослабляют тебя, делают нерешительным, слабым. Закон требует, чтобы мы не были ненадежными, податливыми, ранимыми, внутри нас должен быть стальной несгибаемый стержень. Чувства наши покрыты металлическим панцирем, но это не значит, что их нет, просто они не прорываются наружу. Самоконтроль необходим. Показывать свои чувства у нас табу, запрет. Но у вас, у островитян, всё это по-другому?

– Да, по-другому, – робко ответила она. – Можно говорить о своих чувствах и испытывать их, это не сделает тебя слабым. Наши воины сильны в независимости от того, что они чувствуют!

– А разве сильные чувства не делают их некрепкими или неуверенными? Это тоже один из видов слабости: душевная боль делает тебя ненадежнее.

– Не согласна с тобой, – смело возразила Баст. – Необходимо чувствовать, хоть это и больно: боль тоже делает сильнее, ты не знал об этом?

– Да, в общем-то, знал, – задумавшись проговорил воин. Он вспомнил свои изнуряющие тренировки и постоянную боль в мышцах, сломанные пальцы, кровоточащие раны и зверский аппетит после тренировок.

«Все, что вас не убивает, делает сильнее! – Всегда говорил их Мастер тренировок. И прибавлял. – А если вы не можете этого вынести, туда вам и дорога, слабаки!»

– Если смог перетерпеть сильную боль и выжил, то уже это сделало тебя сильнее, – продолжала девушка. – Это касается и душевных ран, ведь в следующий раз ты станешь прочнее.

– Ты действительно воин, – задумчиво сказал Алиен.

– Что? – не поняла девушка.

– Это не вопрос, а утверждение. Тебя кто-то тренировал? И твои чувства тоже? Просто мне не понятно, зачем такой симпатичной девушке заниматься чем-то подобным. Что заставило выбрать тебя именно этот, довольно грязный путь. У тебя были проблемы с законом? Если не хочешь отвечать, то…

– Что-то вроде, – поморщилась девушка-кошка, видимо, не желая говорить. – Но на самом деле, нет, просто у меня не было выбора, пришлось стать такой.

«Что-то я разоткровенничалась, – подумала она. – Пора захлопывать свой рот, а то выболтаю ещё неизвестно что».

– Тогда понятно, почему для тебя так важна независимость. Тебя просто заставили стать наемницей. И, судя по твоему мастерству, это произошло, когда ты была ещё ребенком. – Удивленный взгляд Баст заставил Алиена засмеяться.

– Ну, догадаться не сложно, это можно просчитать: чтобы так драться и приобрести такое мастерство, нужно тренироваться не один год и даже не одно десятилетие. И твои выдающиеся способности в плане маскировки, – воин махнул рукой в воздухе. Девушка робко улыбнулась этой немудрящей шутке.

– Если с этим разобрались, то тогда следующий вопрос: о ком ты тоскуешь? – Воин положил ногу на ногу, прикрывая самое интересно и делая вид, что он беспечен, облокотился на бортик бассейна.

– Не о ком, а о чём.

– И о чём же?

– О тепле и солнце.

– Ну, отдай ты груз, мы бы так не мерзли, – совсем не рассердившись, весело заметил Алиен. – Теперь-то у тебя есть выбор, можешь смело отдать мне мой груз, и тогда включат отопление!

– Не получишь! – прорычала сквозь зубы Баст и погрузилась в воду глубже. Воин только посмеялся.

– Смотрю, среди твоих уроков была и дипломатия. – Алиен понял, что разговор почти окончен, девушка закрылась и откровенничать больше не будет, но это не испортило его настроения.

Он наблюдал сквозь оседающую пену плавные изгибы тела кошки. Мягкий животик, заканчивающийся таинственной впадиной. Полутень, скрывавшая в себе наслаждение, манила и притягивала его взгляд. Ему приходилось делать над собой усилие, чтобы легким движением не оттолкнутся от края бассейна и не схватить девушку, сжать в своих объятьях, подчинить своей воле и не проникнуть в запретное место рукой, начав нежно массировать. Поглаживать и похлопывать по сокровенному бугорку. Ему хотелось прижимать голову девушки, к своей груди сдерживая ее судороги наслаждения и крики удовольствия.

Вместо этого, взяв себя в руки, он всего лишь легко сказал:

– Значит, ты любишь тепло? Тогда поторопись, вода уже остывает, а то будешь мыться в холодной. Я вылезу первым и не буду тебе мешать.

Растираясь полотенцем, Алиен вдруг понял, что маленькая пигалица его нисколько не раздражает. Разговор с ней позволил ему разобраться в своих чувствах и больше понимать её действия. Конечно, жаль, что она не настолько ему доверяет, чтобы отдать груз. Но ему и в мыслях не приходило «выбить» его из неё.

Что-то ему подсказывало, избей он её хоть до полусмерти, и тогда не получит свой товар, столько упорства было заложено в характере девушки-кошки. Если ей не о ком тосковать, пусть остается здесь, в его крепости. Он слышал, как она шутила и смеялась со служанками, она излучала вокруг себя согревающий солнечный свет, пусть этот свет останется здесь и освещает его жизнь.

Без него так тоскливо.

«Тоска. Да, я понимаю её чувства, я испытываю тоже. Значит, надо быть сильнее и испытывать противоположные чувства, когда у тебя всё плохо. Кто бы мог подумать, что в бассейне я получу тренировку и стану сильнее! Кстати…»

Воин высунулся из-за навески и легко сказал ковырявшейся у бассейна девушке:

– Завтра днём я буду тренироваться в зале с тобой, вместо старика, по-моему, ты его уже доконала, поздравляю с первой победой, никто еще не положил этого старика на лопатки! Ты первая кому, это удалось! – и не обращая внимания на паниковавшую и хватающуюся за полотенца девушку, пошёл устраиваться на свою кушетку.

Ему вовсе было не интересно рассматривать голую девушку, он и так сидя в бассейне, всё успел рассмотреть – пена в купальне оседала слишком быстро.

Вылезти из бассейна его заставило то, что, если бы они просидели там ещё немного, то и девушка успела бы всё рассмотреть. А ему не улыбалось вылавливать из бассейна потерявшую сознание от испуга кошку.

Довольно лыбясь, как кот, наевшейся сметаны, он уснул.

Пират не слышал, как Баст, стыдливо прикрываясь полотенцами, маскируясь и хоронясь, заползала на кровать и укутывалась одеялом.


***


Шкатулки и склянки с благовониями подскочили на столе, когда Рианна в ярости стукнула по нему кулаком.

– Она всё-таки посмела меня обойти! – от злости и страха за свою судьбу лицо её исказилось и стало безобразным, таким может стать лицо человека пусть внешне и красивого, но внутреннее отвратительно злого, завистливого и не прощающего. Рабыни в страхе вздрогнули. Они знали, чем разгневанна их хозяйка.

Девушки-рабыни одновременно и ненавидели вместе с хозяйкой ту, что стала причиной зависти и страха их госпожи, и завидовали новенькой фаворитке. Такое скорое восхождение: вчера никто, – Маленький Лебедь, – а сегодня полноправная госпожа, наделённая властью и влиянием. И власти над кем? Над властителем этой крепости!

К тому же она такая хорошая, рассказывали свежеиспеченные девушки-горничные, приставленные к фаворитке. Если, конечно, не врали. Не кричит на них, ни разу не ударила, никогда не гоняет их по пустякам, всегда в хорошем настроении.

Самим же им нередко доставалось от их хозяйки. Та могла отхлестать их по щекам или оставить без еды на сутки за малейшую провинность, они так боялись Рианну, что не смели её ослушаться. Их жизнь была в её эгоистичных, злых руках.

При этом их слезы, как видно нравились Рианне. Она срывала на них всю злость, неудачи, стресс, страх и беспомощность. Как слабый духом человек, которого побил более сильный противник, всегда ищет ещё более слабого, чтобы сорвать на нем свою обиду, бывшая фаворитка отыгрывалась на своих подчиненных.

Новая фаворитка не была такой. Она была молчалива, немногословна, вежлива с рабынями, которые ей прислуживали. Самодостаточна и не нуждалась ни в компании, ни в слушателях, как Рианна, которая могла задержать девушек подле себя, не пустив их на общую трапезу для всех рабов, когда у неё, как ей казалось, болела голова или она была чем-то расстроена.

Практически все наложницы использовали своих служанок подобным образом, они не были для своих господ людьми, а только средством для достижения своих целей. Если Рианне надо было подкупить какого-нибудь воина или чиновника высокого ранга, или в достижении своих целей привлечь его на свою сторону, она вполне могла послать любую из своих служанок в постель к ним. Не заботясь об их чувствах и желаниях. А если служанка беременела – что ж, значит, у неё будет ещё один раб.

Рианна не была истинно злой, но понять, что её помощницы тоже люди, не хотела. Она выросла в мире, где рабы ценятся дешевле грязи. И была плотью от плоти своего мира. Мира, созданного Сеттами. Жестокого и беспринципного.

Ей в голову не приходило, что новенькая вовсе не собиралась занимать её место, а если бы кошку спросили об этом прямо, она даже сказала бы, что желает оказаться как можно дальше от этой крепости.

– Сейчас час трапезы для слуг? – Спросила Рианна.

– Да, – сглотнув голодную слюну, ответили девушки.

– Тогда идите на обед. – Поклонившись, девушки выскочили из комнаты. – А ты, Эльза, – обратилась она к доверенной служанке, прятавшейся в тени, – пригласи этих новеньких девчонок сюда. – Преданная служанка прекрасно поняла, чего хотела её госпожа. Старая Эльза уковыляла прочь.

Рианна и не подумала бы отпустить их в такой тревожный для себя момент на обед, единственную трапезу в день, что получали рабы, если бы не желание вытрясти информацию из новеньких служанок девушки-кошки. Она бы отпустила своих рабынь только поздно вечером, порядком измучив и задергав. Так, что девушкам пришлось бы слёзно клянчить обед на кухне у главного повара. Впрочем, последний, хорошо зная нрав их хозяйки, великодушно оставлял кое-какие объедки для них. Иначе девушки просто умерли бы с голоду.

Нужно было, во что бы то ни стало, поговорить с этими новенькими, пока они не стали слишком сильно преданны своей госпоже, а её слугам вовсе и незачем знать о том, что она говорила с горничными новой фаворитки.

– Моё положение не прочно. Но и её тоже. У меня ещё есть время, – прошептала про себя свергнутая фаворитка, и её настроение изменилось, она радостно рассмеялась и стала прихорашиваться у зеркала. Но улыбка её была злобной. Уголки рта кривились вниз. Больше всего её бесила Одэль.

– Предательница! – Рианна не усидела за столиком. Вскочила и стала ходить по комнате. – Маленькая, лживая предательница. Уверяла меня в своей дружбе. Цеплялась за мою юбку, лебезила и поддакивала, а сама переметнулась к этой выскочке, стоило властителю только обратить на неё свое внимание!

– Ну, ничего, я сумею что-нибудь предпринять. Эта тварь ещё пожалеет… – Мысль успокоила Рианну и она перестала метаться по комнате.

«Ведь Алиен когда-то и на Одэль обратил свой взор. Так что, новенькая, возможно, и не удержится в фаворитках долгое время, и я подомну её под себя. Она так же, как и эта лицемерка Одэль, когда увидит, что внимание господина не долговечно, присягнет мне на верность. Вот тогда я воздам этим двоим по заслугам!»

– Эльза! – Крикнула она. Никто не отозвался. Преданная служанка ещё не вернулась. – Р-р-р… Грязная старуха. Почему так долго? – бывшая фаворитка стиснула зубы, ей придётся подождать.

Рианна в нетерпении ходила по своей комнате.

– Никчёмная! Где она могла так задержаться? Старуха должна была знать, что я буду ждать вестей и мне просто необходимо знать, что происходит в крепости, и в особенности в покоях властелина.

Рианна волновалась всё больше, она не видела Алиена несколько недель – раньше такого никогда не было!

– Да что, черт возьми, происходит! – Воскликнула наложница, напряжение её росло. Подойдя к зеркалу, она увидела, что у неё между бровями пролегла вертикальная складочка. Потерев ее пальцем, Рианна постаралась не хмуриться, но у неё это плохо получалось.

За портьерой зашуршали и зашептались, и в залу осторожно прошмыгнули две девушки-служанки и личная горничная-компаньонка Рианны, фанатично ей преданная.

– Ну? – Кинулась она к ним. Девушки не знали с чего начать, но хитрая Эльза уже пообещала им награду, и постепенно наложница вытрясла из них всю информацию. Выслушав девушек, она, вскинув руки к потолку, возмутилась:

– Ох уж эта новенькая! В крепости из-за неё финансовый кризис, Алиен покупает ей дорогие подарки! – Воскликнула Рианна. И не преставала это повторять всякий раз, как у неё была возможность кому-то пожаловаться и разнести сплетни о новой фаворитке.

– Это она виновата в том, что мы все уже неделю мёрзнем, – поддакнула Эльза.

Новенькие горничные недоуменно хлопали глазами, но информацию впитывали. Они были молоды, беспечны и ещё не стали такими изворотливыми и хитрыми, как старая Эльза, не научились держать язык за зубами и лицемерить.

Служанка и хозяйка были твёрдо уверены, эти две пустоголовые свистушки, уже сегодня вечером разболтают по всему космическому кораблю всё, что они им наговорят. В прачечной, на кухне – везде будут поносить новую фаворитку, винить её во всех бедах!

– Занимает нужных людей, чтобы у неё было больше служанок! – Старалась Эльза.

– Алиен подарил ей что-то такое, что подорвало бюджет крепости, – Рианна окаменела от зависти, внезапно она сама поверила в эту ложь, и её сердце сдавило чувство ревности вперемешку с жадностью. Завистливая наложница была неравнодушна к дорогим украшениям.

– Это она виновата во всех наших бедах, – категорично заявила Эльза, и сощурила глаза. – К тому же она чужестранка… – Фраза повисла в воздухе, все поняли, что она имела в виду. Это был намек, девушка-фаворитка является жительницей Острова Роз.

Врагом.

«А у меня хорошая помощница, не зря я её вытащила из сточной канавы», – подумала Рианна.

В свое время она заступилась за старую Эльзу, хотя чуть не пожалела об этом, ибо, как оказалось, старуха попалась на воровстве. Но скользкая и хитрая Эльза смогла вывернуться из петли, которая ей грозила.

А впоследствии и заморочить голову самой Рианне, многократно уверяя её, что она не была виновата, а если и была, не сделала бы она, Рианна, то же, если б прибывала в отчаянном положении. В последнее время Эльза повадилась ныть и причитать, что она так печётся о благосостоянии своей хозяйки и не просит ничего взамен. Это настораживало Рианну.

Несмотря на рассказ горничных, свергнутая фаворитка всё равно в точности ничего не знала о новенькой девушке-кошке. Новенькая с ними мало разговаривала и вообще не откровенничала, предпочитая одиночество.

«Умно! – сообразила Рианна. – Конечно, если не рассказывать служанкам ничего, это, значит, не давать пищу для сплетен и оружие против себя. Так и следует поступать, когда вокруг нет верных людей. Я и не думала, что она настолько хитра. Она что-то затевает. Но то, что соперница здесь чужачка, мне только на руку!»

– Это она виновата в проблемах нашего клана, если бы Алиен её сразу продал или запросил выкуп с Дворца Роз, всё было бы в порядке. А теперь ещё этот слух! Нутром чую: это чужестранка подбила его на эту опасную затею – «Бои Без Правил». О, ужас! Неужели положение крепости настолько плохо, что властитель решился на такое! – Взбеленилась Рианна.

– Алиен слишком практичен, чтобы так бессмысленно рисковать жизнью, своей или ещё чьей-нибудь! – Вставила старуха. – Он потерял голову из-за этой негодяйки, из-за островитянки враждебной Сеттам.

– Это происки её соплеменников. Она подослана ими, – шпионка! – осенило Рианну. – Я должна немедленно сказать, это властителю и открыть глаза на происходящее, он должен понять!

Рианна метнулась из своих покоев, не забыв предварительно в десятый раз за день посмотреться в зеркало, чтобы убедиться, что всё ещё красива. Про девушек она забыла, впрочем, умная Элиза запудрит им мозги, как надо, в этом на неё можно положиться.

Алиена она нашла на техническом этаже, при виде её он нахмурил брови.

«Плохое предзнаменование», – подумала бывшая фаворитка, но, отбросив дурные мысли, подошла и склонила голову перед ним.

Властитель уже не смотрел на неё.

– Что-то случилось? – Недовольно спросил Алиен. Он внимательно наблюдал за процессом работы и не мог оторваться.

Рианна замялась: как начать?

– Я не знаю, как сказать это вам, мой повелитель… – внимание Алина было направленно на рабочих, устанавливающих генератор. Наложница поняла, сейчас она для него обуза и помеха, он занят, но просто не могла уже отступить. – Насчет новенькой девушки… – снова нерешительно начала она.

– Что случилось? Она в порядке? – Резко метнулся к ней Алиен.

Рианна скрипнула зубами. Для нее это был самый унизительный момент за все время ее жизни. Щеки наложницы окрасились в багровый цвет злобы.

– Думаю, что нет! – отчетливо, со злостью произнесла Рианна. – С этой девушкой явно что-то не так! – собрала всю свою волю Рианна и выпалила. – Все это видят. Многие жители крепости подозревают её в измене. И я тоже думаю, что эта чужестранка подослана сюда островитянами, чтобы сеять среди нас раздор. Она шпионка Острова Роз!

«Вот. – Гордо подумала она. – Это откроет ему глаза».

– Что? – не сразу дошло до Алиена, когда же он осознал всё, что сказала Рианна, он внутренне взорвался.

За их спиной цепь, на которой поднимали генератор, отвечая на ярость воина, лопнула, и устройство повисло, болтаясь, накренившись на одну сторону, как раз над самым опасным местом. Рухни он – и случился бы взрыв.

– Что за бред ты несёшь! – взревел воин, теряя терпение. – Она обычная девушка, и то, что она кошка, ещё не значит, что она связана с Островом Роз. Тем, кто недостаточно осведомлён, надо прекратить распускать сплетни и слухи! Убирайся отсюда немедленно и займись каким-нибудь делом! – несильно толкнув девушку к выходу, она стояла в опасной зоне, Алиен побежал помогать другим воинам.

«Очередная катастрофа, всё идет наперекосяк на этом корабле, – думал про себя воин, подставляя своё плечо под нависший угол генератора. – Кто распускает эти грязные слухи?»

Он ясно чувствовал, как незримые путы оплетают девушку-кошку со всех сторон. Кто-то плетёт заговоры и мутит воду на его корабле. Что это за паук такой, который оплетает всех своей ядовитой паутиной?

«Рианну тоже надо понять, – подумал про себя воин. Я бросил ее и давно не навещал. Если бы дел стало меньше! Надо как-нибудь зайти к ней».

Вокруг суетились рабочие, накидывая дополнительные цепи на висевший генератор, несколько верных Алиену воинов так же подставили свои плечи, чтобы удержать болтающуюся в воздухе деталь. Вместе им удалось поправить дело.

Расстроенная Рианна, тихо постояв в тени тоннеля, незаметно исчезла в его глубине, никто не обратил на невнимания. Бредя по коридору, ей казалось, что она превратилась в призрак и никому она не нужна. Девушка не заметила, как отделившаяся от колонны тень не спеша пошла вслед за ней.

Рианну снедали тревога и сомнения.

– Не может быть, чтобы Алиен был так слеп! – Девушка хотела только помочь. – И что из этого вышло: я впала в немилость! – Неужели он теперь совсем не захочет её видеть? Как она вернёт своё место фаворитки? Наложница вышла на балкон, опоясывающий главный зал по периметру вторым этажом.

– Как властелин может доверять этой чужестранке больше, чем мне, соплеменнице? – воскликнула она, и слезы обиды потекли по её щекам. – Я ведь хотела, как лучше… – Рианна поняла, – это конец. – Неужели он не видит, насколько незнакомка подозрительна? – уже тише спросила она и уронила лицо в свои ладони.

– Ты тоже думаешь, что с этой девушкой что-то не так? – Спросил вкрадчивый голос из темноты. Бывшая фаворитка обернулась. В полутени тоннеля стоял воин. Он лениво оторвался от колонны и приблизился к ней.

– Как она смогла так быстро приворожить Алиена? – как бы сам себе задал вопрос воин, но при этом смотрел в глаза свергнутой наложнице.

– Здесь не обошлось без колдовства, она заколдовала его! – неожиданно выпалил он. – Островитяне это могут, при помощи своей магии они пудрят всем мозги. – Уже тише произнес таинственный воин.

Рианна, измученная душевными терзаниями и своим унижением, пыталась осознать, как такое может быть. Властитель поддался колдовству? Значит, он не влюбился в эту островитянку?

«Ведь это правда, – внезапно осознала она. – Они могут трансформировать энергии, навязывать свою волю другим, гипнотизировать и усыплять разум. Неужели эта девка каким-то образом обработала властителя? Не может быть!»

Ошеломленная девушка медленно сползла вниз по колонне и села на плинт. Внизу за парапетом шумел главный зал.

Улыбнувшись, Риверн нежно взял за руку несопротивляющуюся Рианну и поманил за собой. Он неспешно вёл её по галерее второго этажа, под ними рабы шумно готовились к трапезе в главном зеле.

– Он уже не владеет собой. Она опутала его сетями своей магии, заворожила и подчинила себе. Она ведьма! – продолжал развивать свою мысль Риверн перед очарованной слушательницей. – Так как же он может быть властителем крепости, если сдался врагу и предал общее дело Сеттов? – Одалиска, загипнотизированная его вкрадчивым голосом, шла за ним, слезы обиды уже высыхали на её щеках. Этот голос говорил те же вещи, что думала сама Рианна. Они не спеша спустились в главный зал.

– Он никем не может быть, кроме, как предателем! А эта дрянь заслана к нам в тыл, чтобы шпионить. Всем известно, что мой брат был прощён нашим отцом. Он хороший пират и добывает много денег в своих рейдах, конечно же, наша малая крепость присоединится к главной. Нам дадут высокие посты, большой доход, процент от награбленного добра. Мы займём в главной крепости высокое положение. Именно для этого я здесь. Чтобы сообщить это всем вам. – Риверн как-то необычно глянул на Рианну.

– Но Алиен не стремиться присоединиться к главной крепости и строит свою отдельную. Хотя выгоднее быть вместе с кланом Сеттов.

– Я до сих пор не сообщил о том, что нас примут в главной крепости с почетом. Меня беспокоит, что Алиен поддался чарам этой иноземки. Она влияет на него и не в лучшую сторону. – Они не спеша спускались вниз по лестнице в зал.

Долго и пространно разглагольствовал Риверн уже в главном зале. Он делал вид, что рассказывает всё это Рианне, но говорил это настолько громко, что сидевшие слышали его и на другом конце зала. Всем хотелось присоединиться к главной крепости. Там пышнее богатства, лучше развлечения, больше женщин, всего навалом, чем здесь.

– Если Алиен, действительно, околдован этой чужестранкой не ему главенствовать крепостью. Но мы можем помочь, разве нет? Нам надо избавиться от этой негодяйки.

– Наложница должна быть преданна своему воину и заботиться об интересах клана, – поддержала его Рианна, поняв, куда клонит старший брат Алиена, вот кто был этот воин.

Она вдруг поняла, что нашла неожиданного союзника в лице этого Сетта.

– Любая наложница должна во всём угождать своему господину и родить сыновей, кого родит эта иностранка, – белобрысого, тонкокостного заморыша? Она должна продолжить род воина, тогда она станет его спутницей жизни, и её положение в крепости сделается почетным и высоким. И уж точно она не должна быть предательницей или чужестранкой.

В зале воцарилась тишина. Эхо от слова «чужестранка», ещё металось под сводами залы, когда в помещение вошёл Алиен. За ним следовала новая фаворитка в красной набедренной повязке.

Воин не удержался от того, чтобы лично не удостовериться, что с девушкой все в порядке. Поэтому он не доверил служанкам привести девушку в главный зал, а сам пошёл за ней.

Зал встретил их гробовым молчанием. Алиен замученный проблемами не обратил на это внимание, а вот Баст почувствовала сгущающеюся ненависть. Это было страшнее, чем, когда она вошла в этот зал в первый раз, тысячи злобных глаз провожали её продвижение к столу.

Ужин прошёл необычайно спокойно, все очень тихо переговаривались и шептались. Баст сидела, как на иголках, низко опустив голову, и смотрела только в свою тарелку. Такое ощущение, что вокруг неё шуршала крыльями стая чёрных ворон. Злобные взгляды Сеттов обжигали её.

В конце ужина Риверн незаметно повёл бывшую фаворитку к выходу, и они, как ни в чем, ни бывало, покинули зал.

Эти двое остановились у балюстрады, выходившей в большой зал вторым этажом. Они смотрели из темноты на пару ужинавшую, за главным столом.

– Мы должны помочь ему избавиться от её дурного влияния.

– Конечно, я хочу помочь, дело клана мне не безразлично! – жарко воскликнула Рианна. За мучительное длительное время обеда она успела передумать уйму мыслей.

Образ двух сидящих рядом за главным столом выжигал ей глаза.

– В чем ты сомневаешься? Почему не действуешь?

– Я ни в чем не сомневаюсь, – прошептала девушка. Она с завистью смотрела на соперницу, занявшую её место. Отсутствие Рианны за столом, Алиен так и не заметил. В этот раз черноволосая наложница сидела за столом Риверна.

– Я хочу помочь. – Продолжил Риверн. – Я увезу эту чужестранку и получу от островитян за неё деньги. Только, мне вот кажется, там не всё так просто, у меня есть подозрение, что она не та, за кого себя выдает. Как без сильных ментальных способностей она могла так приворожить моего глупого братца, когда на ней столь мощный ошейник-поглотитель? Либо её силы превосходят все мысленные приделы, либо ошейник она давно вывела из строя или отключила.

Хотя я не могу представить, как это сделать. Единственное, что я знаю об этом, это то, что его можно побороть своей волей, но насколько надо уметь держать себя в руках, и насколько надо быть сильной личностью, чтобы сделать такое? Просто так отключить эти ошейники нельзя, они не механические, а живые. Как ты знаешь, они одно из сокровищ, доставшееся нам от предков. Главное оружие против островитян.

Расстегнуться ошейник может только когда ему прикажет хозяин, именно тот, кто его надел на неё.

– Но не сама же она его на себя нацепила! – взорвалась Рианна, не понимая, куда клонит Риверн.

– Или сама… – просто сказал воин. Глядя хитрым взглядом на одалиску. – Эти Воины Роз на что угодно пойдут, лживые, хитрые гадины. В любом случае мне хочется знать, действительно ли она чистокровная и насколько она приближена к верхушке королевской власти. И ещё, ты знаешь, что она, как пленница, не может ходить за пределами внутреннего круга? И тем не менее, я видел её в северных залах. – Рианна изумленно вскинула брови. – На капитанском мостике, – продолжал Риверн. – На моих глазах она пыталась пробраться на погрузочную палубу, да только доступа ей туда нет. Не кажется ли это подозрительным? Она лазает повсюду, а её никто не видит. Шныряет незамеченной, словно мышка. Я специально следил за ней после того, как увидел в недозволенном месте.

– Слушай-ка, – Риверн удивленно вскинул брови, словно эта мысль пришла ему в голову только что. – Проверь, тебе не составит это никакого труда, и мы будем знать точно. Ты ведь бываешь практически в одной спальне с ней. Просто проверь, есть ли у неё пятна или плоски, хотя бы самые бледные. Если нет, то она очень важная особа, и к нам подослали не простого техника, а специального агента, шпиона, разведчика. Тогда мы никак не можем её отпустить. Понимаешь, что получается? Она у нас тут всё разведала, разнюхала, везде сунула свой длинный белый нос. – Воин всё больше распалялся. – Потом побежит докладывать наши секреты своим и на нас посыплется град ракет с Острова Роз. В общем, конец дней своих мне придётся провести на энергодобывающих рудниках, а тебе – в исправительной колонии. Не самая весёлая перспектива, правда? Ну, как ты думаешь, допустимо ли такое, у тебя всё ещё есть сомнения?

Сомнений у Рианны не осталось.

Посмотрев в глаза девушке, воин понял, что она сделает всё, как он велел. Хмыкнул про себя: до какой степени некоторые личности доверчивы, можно водить их за нос кругами сколько угодно. Риверн легко поклонился, насмешливо чмокнул кончики пальцев Рианны и, усмехаясь, удалился.

Бывшая фаворитка нахмурила брови. Рианна видела девушку-кошку только частично и пристально не рассматривала, на первый взгляд шерсть девушки действительно была абсолютно белой. Весь этот вздор казался ей невероятным. Ну что чистокровной делать в этом районе космоса, так далеко от Дворца Роз? Ведь чистокровные Хранительницы считаются чем-то вроде жрецов, элиты, и служат в своём Дворце какие-то свои обряды. Разве они могут так далеко и надолго покидать его?

Почему же ей в голову не пришло это сразу же, как она увидела девушку в первый раз, тогда, на кровати Алиена?

Чем больше она думала, тем больше она соглашалась с Риверном, и тем больше выглядел неправым в её глазах Алиен. Действительно ли девушка-кошка чистокровная?

Рианна зло усмехнулась: это легко проверить. Не будь она истинной женщиной, если не добьётся своего и не найдёт способ раздеть эту девицу и осмотреть со всех сторон! И если она окажется чистокровной – Риверн прав, а Алиен ошибается. Он действительно продался врагу и был околдован кошкой.

Бывшая фаворитка воспарила духом: не всё ещё кончено, вот оно спасение. Она не падёт, её не отправят драить полы и мыть посуду, её рано ещё отправлять в отставку, она ещё поборется с этой мерзавкой!

В тени балюстрады Рианна рассмеялась звонким злобным смехом, тень от её рогов на стене была тенью дьявола.


***


Баст юркнула за дверь. Шустрой ящеркой, прячась в тени растений, проскользнула через гидропонные поля. Её целью был заброшенный маленький грузовой лифт. Сегодня она собралась исследовать нижние уровни. Она надеялась, что там, среди очистных сооружений и систем отопления найдёт возможность убежать с этого корабля.

А ещё, её мучило любопытство. Если часть верхних этажей она могла рассмотреть через прозрачные купола, накрывающие гидропонные поля, то, что находится внизу, ей было совсем неизвестно, а неизвестность, как известно, всегда влечёт и манит.

Поковырявшись булавкой в щитке управления, Баст заставила лифт двигаться вниз. Спускаясь, лифт, поскрипывал и трясся. Ехать пришлось не долго.

Вскрикнув, девушка отшатнулась: из-под створок лифта хлынула ржавая грязная вода. Быстро подобрав набедренную повязку, кошка заткнула её конец за пояс, чтобы не намокала в мутной воде. Паника быстро улеглась, лифт остановился. Воды набралось всего по щиколотку. Двери открылись, искательница приключений оказалась на самом днище космической крепости.

Первое, что поразило девушку, это ужасающая вонь и кишащие везде насекомые. Стены буквально двигались и перебегали с места, на место, трепеща крылышками. Вокруг все скреблось и шуршало. Звонко падали капли воды. Вдалеке галдело неразборчивое эхо.

Не выходя из лифта, Баст зажгла маленький магический огонёк.

Вспышка!

Шорох! Стены бросились врассыпную. Насекомые скрылись в щелях, вызвав приступ ужаса и брезгливости у девушки. Волна мурашек вздыбила волоски на кошке и улеглась.

Всё смолкло. Тишина.

Огонек был совсем слабый, на большее у неё не хватало сил. На магическое действие ошейник отозвался гулом.

Аккуратно наступая, чтобы не подвернуть ногу и не искупаться в вонючей жидкости, девушка двинулась на разведку, держа ладонь с голубым всполохом повыше. Впереди неё нёсся шорох потревоженных обитателей чрева крепости.

Плутая по изгибам коридоров, Баст поняла, что отдалённый гул становится всё громче. Через некоторое время она даже смогла различить, что это эхо множества человеческих голосов.

Вскоре показался свет тусклый, дрожащий. Пламя костров. Девушка погасила магический светильник и стала красться к источнику свечения.

Баст оказалась около небольшой арки, ведущей в громадное помещение, стены которого терялись где-то в вышине. Под серым, задымленным потолком невозможно было ничего разглядеть в полутьме. В центре потолка светились четыре луны разного размера.

Четыре огромных вентилятора вращали лопастями, впускали в помещение чистый воздух. Поскрипывая, они создавали негромкое эхо. Между лопастей струился яркий свет. Внизу были сумерки. Из-за неспешного верчения лопастей, полусвет плавно мигал и подрагивал в такт вращению.

В зале было многолюдно. Вокруг, везде толпились люди. Оборванные, грязные и вонючие, они кишмя кишели так же, как и насекомые на стенах, и были не приятнее их. Больные, озлобленные, замерзшие и голодные. Со злым, усталым, затравленным взглядом. Закованные в такие же оковы, как и она сама, только сделанные из обычного металла.

Рабы, поняла девушка.

Никто не обратил внимания на осторожно вынырнувшую из бокового коридора девушку. Она шла среди построенных на скорую руку бараков и с ужасом рассматривала всё вокруг.

Обитатели дна занимались своими делами. Кто-то спал. Уставшие и измученные рабы старались хоть немного отдохнуть перед следующим изнуряющим рабочим днем. Были и те, кто старался наскоро позаниматься домашними хлопотами перед тем, как в бараках все лягут спать и отключат свет. Кто-то готовил скромный обед на маленьком костерке, разведенном в консервной банке. Дородная молодая женщина и тощая старуха стирали в одном маленьком корыте белье и переругивались. Когда девушка прошла мимо они прекратили свое занятие, и она увидела их удивленный взгляд и вытянутые в изумлении лица.

Отступать было поздно, девушка шла вперёд, некоторые провожали её красивый наряд злыми взглядами. Баст заметила одну примечательную вещь: среди рабов не было Сеттов, это были гуманоиды, зверо-люди, чешуйчатые выползни, насекомоподобные существа, древо-люды, песчанники и другие расы людей и нелюдей. Кажется, здесь были собраны все живущие виды рас со всех частей галактики.

«Меня только здесь не хватало и парочки Сеттов. Можно строить ковчег и не бояться потопа», – невесело подумала девушка.

Ей стало жалко всех этих грязных, иссушенных непосильным трудом рабов. Но что она могла поделать? Она одна из них, такая же рабыня, только её кормят чуть лучше, и живет она в чистоте.

Взгляды, бросаемые на девушку, становились завистливее. Несколько людей бросив свои дела стали хищно красться за ней. Хорошая одежда и драгоценности привлекали любителей легкой наживы.

Девушка вышла на небольшую площадь, в центре которой стояла изрешеченная дробью бочка. Внутри горел огонь, разбрасывая вокруг себя пляшущие пятна света.

Здесь народу было побольше, и все вели себя активнее. Торговцы вносили оживление в этот мир устало бредущих по своим делам рабов. Вдоль стен домов стояли прилавки с разной подержанной утварью, нехитрой снедью и другими убогими товарами.

Мелкие хищники, догнали девушку на площади и окружили. Лица их были завязаны платками. Никто не решился заступиться за девушку-кошку и помочь. Вместо этого все постарались оказаться подальше и наблюдать с безопасного расстояния. Некоторые разбойники держали в руках дубинки, сделанные из старых ножек столов, утыканные гвоздями. Вот такие самопальные Моргенштерны6 сейчас были угрожающе направлены на Баст.

– Эй, ты! – Окликнул её один. – Не желаешь поделиться, богатенькая? Вон, какая на тебе одежда да побрякушки, скидай поскорее, не томи честных людей. Отдашь всё добровольно и останешься цела. – Подельники смельчака загоготали.

Девушка осматривала землю вокруг себя.

– Эй! Глухая что ли? Тебе че сказали? – Гаркнул вожак, увидев, что на него не обращают внимания.

Девушка нашла, что искала.

Нагнулась и подобрала с земли обломок испачканного в грязи кирпича. Задумчиво подбросила его в руке. Теперь она рассматривала веревки, натянутые над её головой через всю площадь.

– Сопротивляться решила? – увидев кирпич, разозлился парень. – Это ты зря. Тебе, видно, жить надоело? Сейчас мы тебе покажем. Эй! Парни проучим её, чур, я первый! – обратился он к остальным. Грабители стали окружать девушку.

Баст протянула руку и сдернула с веревки сушащееся белье.

В следующий момент всё завертелось очень быстро. Главарь шайки разбойников, резко выбросив руку, попытался ударить девушку дубинкой. Она увернулась и, сложив вместе найденные предметы, с размаху ударила новоприобретенным оружием по руке нападающего. Раздался чавкающий звук и треск. Дубинка выпала из скорчившихся в агонии пальцев неудачливого вора. Дикий вой, полный боли, унесся к четырём светящимся в потолке искусственным лунам. Разбойник, хватаясь за руку, упал на землю. Конечность его была вывернута под странным, неестественным углом.

Баст подняла свое незамысловатое оружие и стала, не спеша раскручивать его над головой. Лицо её при этом ничего не выражало и было сосредоточено.

То ли каменное лицо девушки, то ли кошмарная рука и истошный вой главаря так напугали незадачливых мародеров, но они, быстро взяв «ноги в руки», прыснули во все стороны и скрылись в разных проходах. Последним за ними бежал их вожак, плача и прижимая раненую руку к груди.

К девушке-кошке подскочила тощая, злобная женщина, выхватила у неё из рук тряпку. Камень упал на ногу девушке. Она скрючилась, хватаясь за пальцы ноги, и зашипела.

– Сш-ш-ш…

Зловредная женщина стала верещать и завывать на всю площадь.

– О-о-и-о-ой! Посмотрите только, что сделала эта паршивка, стираное белье было, она его в грязь сунула! Ты его стирала, чтобы пачкать? Где мне теперь мыла и воды достать, чтобы постирать заново? – выла она.

Баст, хватаясь за ушибленную ногу, достала из-за пазухи лифа сломанную булавку с жемчужинкой, которой она «заводила» лифт и сунула её под нос верещащей женщины. Та сейчас же смолкла. Схватила жемчужинку и бросилась в дверь ближайшего дома, прятать сокровище.

Баст, прихрамывая, постаралась доковылять до кособокой скамейки, стоящей около дома. Из двери ей на встречу вышел тощий старик, увидел, что девушка ранена, бросился к ней и, поддерживая, провел её в свой дом.

– Иди сюда, дочка. – Хриплым, добрым голосом сказал старик. – Вижу, ты устала, с тобой случилась неприятность. – Он усадил её на деревянную скамейку.

– Дай ногу. – Девушка доверчиво протянула измазанную ногу. – Старик ловко мазнул по ноге какой-то зелёной слизью из банки и перевязал чистой тряпицей. – Вот так, теперь быстро заживёт. Внутрь или снаружи превосходная мазь!

– Пахнет странно, – призналась девушка-кошка. – Из чего она сделана?

– Из улиток. – Баст передернуло, но было уже поздно. – Их полно в старой шахте и собирать легко, они светятся в темноте. – Он достал, откуда-то банку потряс её и поставил на колченогий стол. По стенкам банки ползали слизняки и светились зелёным светом.

– И свет дают, если дров нету, – полезные козявки! – Старик посмотрел вниз.

– Надо раздобыть тебе башмаки, – со вздохом сказал старик, смотря на ноги девушки. – Не ровен час, что-нибудь подхватишь, если будешь ходить босиком или крыса укусит. Они здесь знаешь, какие? Мутанты, белые, здоровые, размером с собаку вырастают, но вкусные, если знать, как приготовить. Только поймать надо, они шустрые.

– Баст вспомнила про свою домашнюю питомицу. И возблагодарила бога, что крыска-мутант обитает на верхних этажах, наверно, отсюда её выгнали вечно голодные рабы.

– Ну, рассказывай, как ты сюда попала? Я смотрю, ты не здешняя. Чаю хочешь или поесть чего? Может, ты голодна? – Сухой и тощий старик приподнялся было, скрипнув суставами, но тут занавеска на двери откинулась в сторону, и огромная фигура заслонила освещенный проем двери.

Незваная гостья, громко топая и перекатываясь, вошла в крохотный домик старика. Комнатка сразу показалась ещё меньше.

– Ох, доченька! Что ты здесь делаешь? В этой грязи! – Удивленно воскликнула вошедшая.

– Да вот увидел, что она хромает и решил помочь, – оправдывался старик, почесывая в затылке. – Думаю, что она голодная. Да, у меня припасов-то и нет, только сухари из пайка, которые властитель раздавал. Хотел сходить чего поймать на ужин… – Неуверенно сказал старик.

– Молчи, старый! – Перебила его величественная женщина. – Конечно, голодная, вон, какая тощая, щаз мы её накормим. И нечего её всякой гадостью кормить, девочка не из простых, вон, как одета.

Дородная гостья стала метать на покосившийся стол простую, бесхитростную еду из своей корзины. Немного колбасы, сыра и сдобу.

Толстая женщина мягко взяла девушку за плечи и усадила за стол.

– Ты ешь, ешь, а поговорим потом, и ты старый садись. – Приказала она старику.

Старик не возражал, видно было, – тоже голоден. Девушка-кошка под взглядом доброй женщины вонзила свои зубы в сдобную плюшку.

Женщина довольно улыбнулась, села и стала смотреть, как Баст и старик расправляются с содержимым корзины.

– Как вкусно! – восхитилась Баст.

– Конечно, вкусно, – жуя сказал старик. – Матушка Пия у нас повариха, руки у неё золотые.

– И щедрые! Бери, старик, ещё одну плюшку. – Сказала женщина и обратилась к девушке. – Меня зовут Олимпия, но все зовут меня, матушка Пия, и ты тоже можешь звать так.

– Баст, – коротко откликнулась девушка кошка. Она почувствовала, что этим двум рабам может доверять больше, чем кому-либо на этом корабле.

На полной поварихе был не новый, но чистый, старательно латаный передник и, как на всех невольниках, ошейник и наручники. Глядя на двоих, уплетающих еду, круглое, старое, доброе, с морщинками у глаз, лицо её улыбалось. А какой огромной была эта женщина! Высокий рост, большие ловкие руки, ну настоящая Олимпия, – имя под стать хозяйке.

– Откуда ж ты такая здесь взялась? Сразу видно, что не местная. – Спросила гигантская женщина расправляющуюся с румяной булкой девушку.

– Я убежала.

– Откуда? – изумился старик.

– Оттуда, где мне было плохо. – Просто сказала девушка. Старик с поварихой переглянулись. Матушка Пия задумчиво разглядывала набедренную повязку девушки.

Старикам всё было понятно, девушка беглая рабыня и прячется на нижних ярусах.

– Ох, девочка, пусть небеса помогут тебе, – со вздохом сказала жалостливая кухарка. – Тебе нельзя сюда приходить! Твое место наверху! Там, может быть, и не свободнее, чем здесь, да только кормят лучше. Здесь единственная твоя свобода – умереть с голоду, – вздохнула толстая женщина.

– Может быть, скажешь, откуда ты? – осторожно спросила матушка Пия.

– Я сбежала из того места, о котором не хочется вспоминать, – ответила та, на что матушка поджала губы.

– Отстань ты от неё. Вот пристала любопытная старуха. Не бойся, деточка, мы тебя не выдадим. Мы своих не предаем.

– Что-нибудь придумаем, не дадим тебя в обиду. – Подтвердила старая повариха, притянула к себе девушку и обняла. Баст почувствовала себя защищенной и согретой их общей любовью, как в родительских объятьях.

– Может, на кухне, какую работёнку для тебя найдем. – Неуверенно проговорила кухарка, качая девушку в своих объятиях. – А от одежды твоей тогда лучше избавиться. А всё-таки для такой красавицы, как ты, лучше найти себе хорошего воина среди Сеттов, нарожать детишек да нянчить. Всё лучше, чем руки до локтей в кровь стирать, работая.

– Да что говоришь, полоумная старуха! – воскликнул старик. – Она же не их крови, да разве примут они её детей в свои ряды? Они же островитян ненавидят пуще всего на свете.

– Плохо дело, надо что-то решать, – посетовала матушка Пия. – Завтра придут надсмотрщики, надо её спрятать.

– Мы тебя спрячем! Недавно умерла одна девушка, мы ещё не сказали надзирателям об этой бедняжке, если одеть тебя в её одежду. – С энтузиазмом выдал старый авантюрист.

– Да что ты говоришь совсем старый из ума вышел, – вмешалась повариха. – Смотри, какая она красивая! Никто не поверит, что она простая служанка.

– А мы её грязью вымажем и испачкаем. – Не унимался престарелый искатель приключений.

– Так она же островитянка!

– Ну и что, всегда можно что-нибудь сделать, – горячился старик, доказывая свою правоту.

Ссорились и припирались они, как видно, с матушкой Пией постоянно. И это была не та ссора по типу: поссорились и забыли. Склока тлела на протяжении долгого времени, то разгораясь, то затихая. Этим двоим, чтобы поспорить, не нужна была причина.

– Волосы и уши подвяжем платком, и никто их не увидит. Хвост под юбку спрячем. На зверо-человека будет похожа. Шерсть выкрасим чаем или кофейной гущей.

– А глаза? – раздражалась повариха. – Глаза ты, куда денешь, авантюрист старый? Такие, с вертикальными зрачками, об этом ты подумал?

– Ну, пусть побольше смотрит в землю, – почесав затылок, сообразил старик. – У многих зверо-людей вертикальные зрачки.

– Только глаза не такого цвета, – возразила повариха старику.

– А ведь правда может и удастся? – спросила у двух рабов с надеждой Баст. – А сбежать я смогу?

Старик и Пия переглянулись.

– Сбежать? – неуверенно переспросил старик.

– Ну да, – подтвердила девушка, – может быть, спрятаться среди рабов, замаскироваться. Потом попытаться пробраться на космический корабль.

– Ох, дочка, – с жалостью сказала повариха. – Невозможно это! Деточка, пойми, всех пересчитывают по нескольку раз. Выпускают отсюда только с пропусками, да пропуска эти не простые, а цветные. С одним пропуском нельзя ходить на верхние этажи, с другим в другие помещения. Если зайдешь – не сносить тебе головы, выдерут палками. На причалы вообще никогда рабов не пускают. И тщательнее всего охраняют там, чтобы рабы не пробирались на корабли. Ходят там такие злющие кибер-псы, морды у них – во! – показала повариха Пия растопыренными руками.

– И зубищи – во! Алмазные, – поддакнул старик.

– А ты молчи, старый дурак, не пугай малютку! – толкнула в плечо старика повариха.

«Кибер-псы модель IQ-100, с алмазными зубами, – по описанию определила Баст. – Очень нюхастые, как акулы, на любую живую молекулу могут настроиться, их не обмануть резкими запахами. Мимо них не пробраться. Жалко».

– А если перевозят рабов, то только в заваренных контейнерах, без кормёжки и воздуха. Половина часто умирает, – грустно сказал старик, вспоминая что-то. И тут же получил второй толчок в плечо от старухи.

– Я так мечтала сбежать, – старики жалостливо на неё посмотрели. Они ничем не могли помочь.

– Что ж, не вышло здесь, так получится где-нибудь ещё. Попробую найти другой способ, – старик сочувственно потрепал девушку по плечу.

– Мне пора, матушка Пия, дедушка. Я ещё зайду к вам, когда смогу, но сейчас мне лучше вернуться на свое место и спрятаться. Я тайно сюда пробралась и боюсь, что меня спохватятся, и будут искать. Лучше никому не знать, что я смогла к вам спуститься. -

Повариха притянула к себе девушку и крепко её обняла.

– С тобой всё будет там в порядке? – встревожено спросила матушка, но, получив утвердительный кивок позитивно настроенной девушки, поверила, что в ближайшее время ей ничего страшного не грозит.

– Заходи ко мне на кухню, деточка, – сдалась повариха. – Если не будет главного повара, поболтаем. Может и найдётся для тебя местечко. У нас работать будешь.

– Пойдем, я тебя провожу, – сказал старик, хрустя коленками. – Только тебе надо замаскироваться, чтобы не привлекать внимания. Он накинул на девушку потертый серый плащ. – А заодно и лекарственных растений с козявками пособираем.

– Ну, я тогда приберусь покамест здесь, – спохватилась повариха, засучивая рукава. – Мне надолго отлучаться с кухни нельзя. Береги себя, деточка! И не забывай нас, стариков, заходи почаще, – обняла старуха в последний раз девушку.

Старик бодренько трусил между домов из обрезков жести и старых досок. Девушка, закутавшись в плащ, рассматривала его с интересом – в доме было темновато. Тощий, лысеющий старик с тонкими руками и пергаментно-тёмной, словно загорелой кожей, про таких говорят: «мяса на карандаше мясника больше, чем на этом человеке». Но, не смотря на удивительную худобу, старик ковылял вполне бодро, погромыхивая своими склянками и коробочками для мазей, которые он навесил на себя при выходе из хижины.

Они вошли в туннель и долго бродили по извилистым коридорам. Старик увлечённо собирал жутких насекомых, слизняков, жужелиц. Ловил прытких кузнечиков и сажал всю эту живность в коробочки. Параллельно он рассказывал девушке, как ориентироваться в таких туннелях. Показывал нацарапанные рабами знаки и руны, которые помогут различить в одинаковые коридоры.

– А разве ими можно лечиться? – спросила Баст, тыкая пальцем в кузнечика, насекомое с испугу, что до него кто-то дотронулся, скакнул в сторону.

– Конечно, можно нога-то твоя как?

Девушка призналась, что не болит. Её саму это удивляло, потому, что удар был сильный.

– Ты мне доверься, я лекарь в третьем поколении. Кстати, меня зовут Одисей, но вредная старуха прозвала меня папаша Одди. Можешь меня так называть, я не обижусь. Если заболеешь, приходи ко мне, я и мертвого могу поставить на ноги, только ненадолго.

– хитрый старик улыбнулся щёлочками глаз. Девушка невольно улыбнулась в ответ. Старик был, не так-то прост. Скорее всего, в мази содержалось немного магии.

– Мне пора. Я ещё приду в гости, – пообещала девушка. Чмокнула лекаря в сухую щёку и побежала прочь, ища вход в туннель, ведущий к старому лифту. Ей очень понравились её новые знакомые хоть старик, и был немного чудаковат, но очень добрый.


***


Девушка добралась до внутреннего круга никем не замеченная и без приключений. Настроение у неё было самое радужное, ведь теперь у неё появились друзья. Первые настоящие друзья на этой станции, кроме крысы-мутанта. Зверек радостно выбежал из-под кровати, услышав мысли девушки о себе, был подхвачен на руки и приласкан, поцелован в розовый нос.

«Как плохо они там живут, – подумала Баст. – У них совсем мало еды, а я их ещё и объела. В следующий раз надо идти туда не с пустыми руками», – решила она.


***


Матушка Пия и Баст сидели на кухне. Был поздний вечер, все огни в очагах были потушены. Кроме пары кипящих котлов, за которыми присматривали сонные поварята.

Девушка теперь была частой гостьей на нижних этажах, и никогда не приходила с пустыми руками. Пользуясь своей властью наложницы, она могла носить голодным рабам полные корзины продуктов. Соседям они сказали, что Баст внучка старого лекаря дядюшки Одди. И все поверили.

Повариха чистила фасоль и рассказывала истории. Девушка во все уши слушала её поучительные страшилки.

– Я тоже могла бы что-нибудь приготовить, – призналась как-то кухарке Баст. – Я знаю один восхитительный рецепт. – В голосе девушки послышалась что-то хитро-вредное, но кухарка не смогла определить, что это было такое. – Моя кормилица всегда готовила его для солдат, он очень сытный и полезный!

Девушка посмотрела на самый большой котел и прищурилась.

– Приступим! – кошка засучила рукава и стала лазить на полках, собирая нужные банки со специями и выставляя их на стол. Маленькие чертенята проснулись, разбуженные её активностью, и кинулись помогать. Из кладовки она достала несколько мешков разных бобовых, фасоль, горох, чечевицу. Корнеплоды, уже почищенные поварятами. Из гигантского холодильника – свиную грудинку и рёбрышки.

Рецепт был прост. Закинуть всё в котел, залить водой и тушить на медленном огне до готовности.

Матушка Пия не мешала девушке делать, что ей хочется, и не советовала, как лучше приготовить. Ей самой было интересно попробовать это неизвестное блюдо островитян.

Наложницы обладали настолько высокой властью, что могли делать почти всё, что им вздумается и поэтому повариха не боялась, что на утро главный повар будет её ругать.

Блюдо было готово. Девушка и повариха оставили его под присмотром поварят и пошли спать. Уходя, старая кухарка, всё-таки сунула ложку в котел.

– Вкусно-то как! – удивилась старуха. Впрочем, она знала: самые вкусные блюда, как раз просты и незамысловаты в готовке.

В большом обеденном зале в первый раз подали ложки! По форме они были похожи не на обычные ложки, а скорее на черпачки их можно было вешать на край глубокой миски, в которой подали её похлебку.

Всем очень понравился мясной суп. Со всех сторон неслась похвальба: как вкусно! Аппетитно пахнет! Какой аромат! Это специи? Ммм, объеденье!

Все ели с большим аппетитом. Обед проходил в оживлении.

Черноволосая наложница, которая пришла есть раньше всех, изменилась в лице и как-то странно заерзала. Потом удивлённо прикоснулась к животу и недовольно прислушалась. Видно, её живот вёл себя неприлично. Дернувшись, девушка вскочила и торопливо, но с достоинством пошла – пошла из зала, ускоряя шаг. И, в конце концов, побежала. Соседи, сидевшие рядом с ней, помахали салфетками в воздухе.

Алиен остолбенело посмотрел на ложку.

– Кажется, ты сегодня была на кухне? – спросил он девушку-кошку.

– Да, – честно призналась Баст. – Матушка Пия учила меня готовить! Мне очень понравилось готовить!

– И зачем тебе это, – сказал Алиен и в сердцах бросил ложку в тарелку.

– А чё, неплохо получилось. Не подгорело, сочно и ароматно, – одобрил еду Старец, громко скребя по дну своей тарелки и с хлюпаньем отправляя похлебку ложку за ложкой в рот. У него вообще был хороший аппетит и бездонный желудок страуса.

Алиен откинулся и позвал управляющего.

– Подайте что-нибудь другое. Сколько всего этой похлебки на кухни?

– Целый большой котел господин.

– Та-а-ак… – протянул воин. – Котел отнесите вниз. – Подумав добавил. – И запретите рабам сегодня разводить огонь. Не ровен час, взорвётся что-нибудь. -

Метродотель кивнул и кинулся исполнять поручение.


***


Девушка сидела около хижины старого лекаря на лавочке и болтала ногами. Вокруг слышался скрежет и звон ложек по оловянным тарелкам и консервным банкам. Рабы ели похлебку, которую бесплатно раздавали двое солдат из огромного котла на площади.

В этот день все на станции старались не собираться в кучки, предпочитая сконфуженное одиночество.

А рабы первый раз в своей жизни были сыты. Правда, они время от времени издавали неприличные звуки и довольно поглаживали полные животы. Блюдо было действительно сытно и полезно, но имело маленький побочный эффект.

– И как ты назвала это блюдо? – спросил у Баст Папаша Одди, водя ложкой в миске.

– Музыкальная фасоль! – Радостно ответила та и вонзила острые зубки в сдобную плюшку матушки Пии.

В этот вечер, в наказание, девушка-кошка ела салат и легла спать голодной. А властитель крепости строго-настрого запретил ей готовить самостоятельно.


***


Девушка стала больше кушать. Наверно уроки кулинарии на кухне не прошли для неё даром. Алиен был доволен. Значит, она уже не чувствует себя такой несчастной и начинает привыкать к жизни в его плавучей крепости. Была лишь одна проблема: девушка всё больше и больше шкодила. Может быть, она и не хотела, но так получалось.

Каждый день случались какие-то истории. И зачинщицей беспорядков и происшествий была конечно кошка. Выходя, на свой страх и риск, за приделы внутреннего круга, молодая наёмница искала приключения на своё мягкое место.

Только её аппетит радовал воина. Кошка не только съедала всё со своей тарелки в главном зале, но и просила завернуть еду с собой. Да ещё гоняла на кухню своих рабынь. И время от времени исчезала куда-то, скорее всего, к своей поварихе, брать уроки.

Единственные места, где он мог её видеть, были спальня, большой зал во время обеда и тренировочный зал, в который кошка ходила с завидной регулярностью. Воин тоже, потому что девушка притягивала его. Там они могли, не стесняясь, поговорить на довольно странные темы для нежной молодой особы женского пола.

Оружие, огнестрельное и холодное. Разные приёмы рукопашного боя. Тактика и стратегия. И секреты древних мастеров. Это были излюбленные темы девушки-кошки. Казалось, кроме этого её больше ничего не интересует и ничего она не знает. Ни украшения, ни ткани, ни деньги, ни власть.

Алиен знал тайные приемы боя не хуже молодой наемницы. Глубокая осведомленность девушки в данной теме подтверждала то, что она наёмный убийца.

Наёмных убийц не учат, чему попало. Наёмники – это элита среди любых видов солдат. На их обучение затрачиваются непомерно большие деньги.

«И терять столь хорошо обученного воина хозяевам, наверное, не захочется, – мысленно прикидывал про себя Алиен. – Значит, возможно, скоро придется встретиться с теми, кто воспитал и обучил эту маленькую дикарку», – осознал воин.

«Но девушка достанется только мне, – твёрдо решил он. – Ни с кем не буду делиться этим бестолковым лакомым кусочком». – Воин отвлёкся от мыслей и продолжил занимательный разговор с девушкой-кошкой.

– Да, но щит бесполезен, – возразил Алиен. – Если нет меча.

– Опять не согласна! – выкрикнула девушка, сидя на гимнастическом снаряде. – Щитом тоже можно убить. Если повалить врага на землю и вонзить ему край щита в горло.

– Ты чем угодно убивать можешь? – опешил воин. Использовать щит, как оружие, а не как защиту, ему не приходило в голову.

– Ну, а если ничего под рукой нет, кроме этого ничего? – переспросила девушка. – Какая разница, чем убивать? Главное наверняка, сразу, и чтобы противник потом не встал, – невинно хлопая глазами, заявила кошка.

Для неё «убивать» или «не убивать» не было сложным вопросом. Она знала точно: убей первая или убьют тебя. Её не интересовало оружие просто как таковое, её интересовал способ быстро и стопроцентно упокоить клиента. Обезопасить себя. Если бы тогда на корабле Алиена у неё не дрогнуло сердце, и ей не стало его жалко, молодой Сетт давно бы плавал в открытом космосе с перерезанным от уха до уха горлом. А она бы так не вляпалась.

Воин был удивлён ответом девушки. Да, она действительно была наемным убийцей высшего класса. Если бы не ошейник и наручники, она вполне смогла в одиночку вырезать всю станцию, ну или сильно проредить состав его команды.

«Кто же так поиздевался над ребёнком? – спросил он себя. – Как маленькая, хрупкая девочка могла вынести все эти бесчисленные тренировки?».

Алиен представил себе молоденькую худенькую девочку с большими зелёными глазами и каштаново-рыжими кудряшками. Представил, как её заставляют раз за разом проходить опасные тренировки и выполнять сложные, непосильные для ребёнка задания, не обращая внимания на слёзы и жалобы. Воин скрипнул зубами.

«У меня есть желание добраться до этих гадов, – подумал воин. – Они заплатят по счетам за каждую её слезинку».

– Я могу спокойно доказать тебе это! – продолжала развивать свою мысль Баст не слушающему её воину. – Выбери любой предмет в этом зале, можно даже не оружие.

Алиен припомнил, как девушка отделала его пластиковым стулом на корабле «Воин Мрака», стряхнул неприятные мысли и задумался о насущном: «Может быть, взять реванш за тот случай?»

– Ну что ж, предлагаю спарринг!

Девушка хищно улыбнулась.

– Какие условия?

– На щелбаны, только сильно снаряды и орудия не ломать, – предупредил воин. – Выбор оружия за тобой.

Девушка– кошка огляделась и задумчиво взяла пику. «Пусть этот комок мускулов будет от меня на расстоянии» – подумала она.

– Уже интересно, – улыбнулся недоброй улыбкой воин и взял с соседней стойки трезубец.

Бой начался.

Баст ловко крутанула пику перед собой и, выставив её вперед, стала в боевую стойку. Аккуратно переставляя крест-накрест ноги, дерущиеся, как два скорпиона, стали делать по паре шагов то в одну сторону, то в другую, примеряясь для первого броска.

Каждый внимательно следил за соперником.

Воин первый нанес удар и… промазал. Удар пришёлся в пустоту. Там, где раньше была девушка, теперь существовал только воздух. Кошка ловко подпрыгнула вверх, удивляя своей ловкостью. Как перышко приземлилась на наконечник трезубца и приставила острие своей пики к горлу Алиена.

– Ты проиграл! – радостно запищала она. – Сдавайся и подставляй свой лоб! – Воин невозмутимо, как пирог ссаживают в печку с лопаты, ссадил со своего оружия девушку на гимнастический снаряд.

– Да без вопросов, – ухмыльнулся воин. Встал и выпрямился во весь свой немаленький рост. – Если допрыгнешь!

– Ах ты! – Кошка кинулась на него, но тот, смеясь, проворно уклонился от её рук. Девушка пыталась поймать воина. Вредный Алиен, бойко уворачивался буквально в паре сантиметров от кончиков пальцев Баст, не позволяя себя схватить. Оба смеялись.

Девушка сделала обманный бросок в противоположную сторону, потом резко обратно и пират попался в её объятья. Маленькие ручки дотронулись до мускулистого, разгоряченного игрой тела. Воин вздрогнул.

– Сдаёшься? – спросила она.

– Воины не сдаются, думай, что предлагаешь! – ответил Алиен и пожалел. Кошка ухмыльнулась и запустила ему пальцы под ребра.

– А! У-у-у! – взвыл, хохоча воин. – Что ты делаешь?

– Мстю! Это сладкая месть! – ответила, со смехом, девушка, щекоча извивающегося властителя.

– Ну, держись! – притворно разозлился пират и растопырил пальцы.

– И-и-и-и! – завизжала кошка. Воин схватил девушку за бока.

– Ага! – возликовал Алиен. – Тоже щекотки боишься!

Они смеялись и бегали вокруг спортивных тренажеров, пока девушка не налетела на воина и не отскочила от него. Падая, на песок она слегка ушибла ногу.

– Ну, вот доигрались, – проворчал Алиен.

Он подхватил кошку на руки и поднял над собой. В его мускулистых руках крошка не весила практически ничего. Их взгляды встретились. Теперь девушка не смотрела на него ненавидяще. Она радостно улыбалась, яркие губы привлекли Алиена.

Он серьезно по-мужски рассматривал ее. Улыбка сошла с губ девушки. Воин, медленно дразня, стал опускать ее. Девушка-кошка, скользила вдоль его разгоряченного тела. Манящая не навязчивая ласка тело к телу. Дразнящее прикосновение его мускулистой груди к ее голому животу. Грудь девушки, мазнувшая его по подбородку и губе.

Вот он навис над ней, закрыл ее своим телом. Согнулся и впился жадными губами в ее приоткрытый от удивления рот. Поддерживая на своем локте ее голову, он нежно, чтобы не спугнуть, целовал. Соблазнительные прикосновения бархатных губ кружили голову. Нежно, он водил языком, очерчивая ее коралловые прелести. Девушка не сопротивлялась. В какой-то момент Алиен понял, что это ее первый поцелуй и нужно быть осторожным, чтобы не спугнуть ту хрупкую зарождающуюся между ними страсть и дружбу.

Когда поцелуй закончился, Баст не совсем отдавала себе отчет, где она и что случилось. Все вокруг немного кружилось, в теле чувствовалась подозрительная легкость, в голове ни одной толковой мысли.

«Подумать только, мой второй поцелуй». Девушка осторожно дотронулась кончиками изящных пальчиков к припухшим губам.

Воин подхватил ее на руки с песка арены и посадил на тренировочный снаряд, по форме похожий на лошадь с ручками на спине.

– Сиди, я принесу аптечку. Там должен быть эластичный бинт.

Девушка посмотрела на ушибленную ногу. На ноге расплывался фиолетовый синяк.

Воин неуклюже пытался перевязать синяк, но нечаянно щекотал своими дрожащими руками. Баст дрыгнула ногой, и они, не сговариваясь, засмеялись. Воин провёл своей тёплой широкой ладонью по её перебинтованной щиколотке. И посерьёзнел. Прежде чем девушка поняла, что он делает, нагнулся и поцеловал ногу чуть выше бинта.

– Чтобы не болело, – объяснил он, покрасневшей до кончиков ушей девушке. – На сегодня спарринг окончен. Больше я тебе тренироваться сегодня не позволяю, – властно сказал воин. Подхватив девушку, отнёс на руках в библиотеку, где посадил в кресло. А ногу водрузил на мягкий пуфик.

– Отдыхай, – со вздохом сказал погрустневший Воин.

Алиен нехотя покинул девушку – неотложная работа заставляла его это сделать. Очень хотелось ещё посмеяться с маленькой плутовкой, но долг властителя крепости обязывал.

Баст закинула на пуфик вторую ногу. Теперь у неё было перебинтовано две ноги. Разжиться обувью по-прежнему не представлялось возможным, как и ложками.

«Так вот где хранятся лекарства, – подумала Баст, глядя на шкафчик. – Нужно заглянуть туда».

Весь вечер у неё было хорошее настроение. А этот пират не столь противен, как ей казалось вначале, с ним можно будет договориться. Теперь любимым временем дня у неё было время тренировок, потому, что, это было единственное время, когда она могла беззаботно и легко смеяться, не ловя на себя ненавидящие взгляды Сеттов.

Вместе с Алиеном она чувствовала себя, как за каменной стеной.


***


Девушка гуляла по главному коридору. Очень хотелось и на народ посмотреть, и себя не показать.

И ей это почти удалось. Она поменялась со своей служанкой одеждой и теперь на кошке была белая набедренная повязка, но поверх красной. Поэтому она почти не боялась, что её поймают. Сеттов в коридоре гуляло не много, и все они спешили по своим делам. Техники, технологи и рабочие, воинов не было, сразу определила девушка. Остальными обитателями коридора были всё также спешащие, как муравьи слуги, служанки, рабы и наложницы. Было слегка холодновато, и она куталась в плащ. В помещении было многолюдно, гигантский холл гудел от голосов. Здесь вроде бы безопасно. А если что, то можно было «слиться» быстренько и не заметно.

За последнее время она хорошо изучила топографию плавучей крепости и могла пройти её от конца до конца за десять минут в любом направлении. Используя забытые хитрые переходы и неизвестные обитателям станции тайные лазейки. Не зря же она столько времени выбиралась на секретные вылазки, каждый раз используя другие коридоры и возвращаясь так же иным путем.

      Тут в толпе она заметила знакомую худую фигуру, и обрадовалась, но радостная улыбка вмиг стекла с её лица. Как только старик лекарь поднял голову и посмотрел ей в глаза.

«О боже!» – шокировано подумала девушка и расстроилась, а вот старик, встретившись с ней взглядом, просто-таки засиял, как солнце. Баст зачарованно смотрела на кровоподтеки и синяки, украшающие лицо престарелого лекаря. Жалость и бессилие сжали её сердце. Улыбаясь перекошенным, избитым лицом, старик поковылял к ней, подволакивая ногу.

– Вот уж не ожидал и тебя здесь увидеть! – стараясь не кривиться от боли, радостно проговорил дедушка Одди. В руках у него был обломок древесины.

– Что это у вас?

– Как что, дрова! Все рабы теперь занимаются этим, и я потихоньку, в силу своих скромных возможностей. Хозяин приказал. Дрова всем необходимы, а там их видимо, не видимо!

– Где там? – не поняла девушка.

«Где же на станции можно рубить лес, да ещё, чтобы дерево уже покрашено?»

– А ты, не знаешь? Их вылавливают из космоса. Сейчас все этим заняты, и властитель тоже там. Рабов стали пускать на посадочную палубу. Они бревна из космоса вылавливают крюками, да протаскивают через защитный щит. Где-то была жаркая заварушка. Обломков тьма тьмущая в космосе плавает и всё бесхозное, бери каждый сколько хош. – весело продолжал рассказывать старый лекарь, таща бревно.

Девушка стремительно вырвала его ношу и пошла дальше по коридору, слушая рассказ старика. Она заметила, – многие тащили такие же обломки.

Где-то в космосе по-видимому было сражение, погибли все, в живых никто не остался, и теперь жители звёздной крепости, как стервятники, пировали на могилах неизвестных им космических кораблей.

– Всё равно обломки в космосе, как мусор плавают, не мы подберём, так кто-то другой, – прочитал её мысли старый. – Ну, не пропадать же добру, – резонно заметил он. – Там уже никого не спасти. Их на мелкие осколки разметало. Кого вылавливают, все мертвые. Властитель приказал хоронить. Не печалься о них, девочка.

Баст хотела сказать, что ей до потолка судьба неизвестных космонавтов и больше интересует, что случилось с ним и как она может помочь. Но не смогла: что-то подсказывало, её расспросы будут неприятны старику. Ему, как мужчине, хоть уже и престарелому, хотелось сохранить свое лицо, не потонуть в пучине безысходности и отчаяния. Лекарь храбрился, как мог. Избитое лицо улыбалось девушке.

Они поднялись на несколько внутренних этажей и свернули в коридор, ведущий в жилые помещения. Приложив к двери глиняный квадратик с рисунком, висящий на шее, дедушка Одди открыл проход внутрь жилого отсека. В маленьком помещении, которое служило, небольшой прихожей, уже лежала кучка дров. Девушка выронила свой обломок туда же. На грохот в предбаннике, из дальних комнат откликнулся ругательный крик и шум. Девушка со стариком вздрогнули. Ругань нарастала и становилась громче. Такой неприятный приём разозлил девушку, и она нахмурила брови.

Лекарь побелел. Засуетился. Старик схватил её за предплечья и встряхнул, зашептал, умоляюще глядя ей в глаза:

– Пожалуйста, тебе лучше сейчас уйти, хозяин дома, – девушка дернулась было, чтобы, что-то сказать, но лекарь её остановил. – Ты ничего не понимаешь, но поверь мне, так будет лучше. Если помешаешь, навредишь мне, и тогда, мне не жить, – меня убьют. Мы встретимся с тобой позже, приходи снова в мою хижину.

Испуганные глаза девушки пристально смотрели в глаза старого лекаря, в них была только доброта и понимание, и что-то ещё. Жалость к себе и другим невольникам, а также непреклонность.

– Спрячься, так ты мне сделаешь лучше, я не хочу, чтобы хозяин тебя видел, – и лекарь неожиданно сильным, для такого немощного дедка, движением выпихнул девушку в противоположную от входа маленькую комнатку-переднюю. И захлопнул за ней дверь, с решительностью повернув засов.

Опомнившаяся девушка вцепилась в ручку и потрясла дверь. Бесполезно, закрыто. За дверью раздался грохот и шум, в комнату, в которой остался старик, ворвался его хозяин. За дверью послышались звуки ударов и приглушенные вскрики старика.

Девушка сползла по стенке, вцепившись в ладонь зубами, она старалась не закричать. От бессилия и возмущения слёзы капали, текли у неё по лицу, падали на пол. Она сглатывала их. За дверью слышались глухие вскрики старика. И злые крики беснующегося хозяина.


***


Сережки в форме капелек переливались в мягком свете потолочных ламп. Они лежала на нежной ладони Баст и ласкали взор своим изяществом.

– Чьё это? – вяло, без интереса спросила она воина. После спарринга в тренировочном зале, и беззлобных словесных перепалок кошка стала больше доверять ему и не так сильно стеснялась с ним говорить. Тем более, что он вел себя, как джентльмен и, по-видимому, ей ничего не угрожало.

Знала бы девушка, насколько она не права, попыталась бы выпрыгнуть в иллюминатор. Наивной кошке не хватало опыта и знания жизни, чтобы понять она очень интересует пирата, и он в неё влюблен и когда-нибудь его страсть подвигнет его на более решительные действия.

– Твоё, – пристально глядя на нее, ответил воин. Алиен решил подарить ей давно заготовленный подарок именно сегодня, девушка-кошка выглядела совсем грустной и, по-видимому, опять плакала. Ушки её были опущены, бровки стояли домиком, нижняя губка была плаксиво надута. Кошка угрюмо сидела, закрывшись в себе. Вид у неё был расстроенный и измученный.

«Обидел её, что ли, кто-то? – подумал Алиен. – Так она, наверно, пожаловалась бы тогда».

Что её огорчило, воин не знал.

Девушка опустила взгляд на сверкающие серьги. Блеск драгоценностей не радовал её, и Алиен это заметил.

«Опять он допустил оплошность, может камни не того цвета или недостаточно большие? Маленькая наемница никогда ничего не одевала из шкатулок, предложенных ей для использования. Что же её развеселит, что ей надо? Не дарить же ей оружие».

Мысль была революционная. Но воин сразу отбросил её, только драк на его станции не хватало. Девушка пополам разрежет того, кто на неё косо посмотрит или в капусту нашинкует, если у неё будет настоящее, а не тренировочное оружие.

В глазах девушки появилась искра. Пират это заметил.

«Все-таки понравилось?» – с замиранием сердца подумал он.

Будь Алиен не так погружен в свои переживания, он бы услышал, как в голове у неугомонной кошки завертелись шестеренки мыслей и понял, что она замыслила очередную шкоду.

– Эти драгоценности ведь стоят денег, – задумчиво спросила она, глядя на свою ладонь.

– Да, они не дешевые, – осторожно подтвердил воин.

Девушка передернула плечами и потерла предплечья рук.

– Холодно, – украшения были зажаты в её ладони.

С ликованием в сердце пират убедился, – девушка благосклонно приняла презент. Это был первый подарок, который она не отвергла.

Воодушевившись, властитель полез рыться в шкафах. Грохот, выскочившего оттуда медного горшка зазвенел по полу, воин тихо чертыхнулся.

На ковре уже громоздились мешок с какими-то семенами, деревянные шкатулки, разный хлам и куча других вещей, Алиен зарывался в шкаф глубже. Звон, шорох и звуки падения вперемешку с приглушенными ругательствами привлекли впадающую в ледяной сон девушку. Воин наконец-то выудил из глубины шкафа объёмный тюк красного шёлка. Развязав, он достал длинную, белую накидку. Мех неизвестного животного засверкал в свете ламп.

Пират встряхнул добычей в воздухе, и они дружно чихнули. Из глубин меха вылетала крупная, одинокая моль и, привлеченная светом ламп, стала кружиться под потолком.

– Дьявольщина! – прокомментировал Алиен. – Я знаю, что на станции очень холодно. Я уже распорядился, чтобы принесли обогреватели, топить будем дровами. Теперь у нас этого добра навалом. Только не знаю, кто будет их подбрасывать в огонь, нужен специальный слуга для этого. Глаза девушки сверкнули и она, разом скинув с себя оцепенение, воскликнула:

– Я знаю такого человека, он волне может этим заниматься!

– Ты уверена? – спросил подозрительно Алиен. С некоторых пор он не совсем доверял прожектами кошки, опасаясь очередного выкрутаса.

– Конечно! – с уверенностью девушки можно было пробивать стены. Она уже не выглядела расстроенной, глаза её светились надеждой и радостью. Рука прижимала к груди кулачок с подношением.

– Ну, хорошо. Веди его сюда, – нехотя согласился воин.

Баст, уже не прячась, бежала на нижние этажи. Она старалась, как можно быстрее найти папашу Одди. Всё зависит от того, сможет ли старый лекарь встать с постели. Она была уверена: бессердечный хозяин не убил старика, какой бы немощным рабом тот не был, он стоит денег, хоть и не больших.

Красной молнией она пронеслась среди серых однообразных лачуг. Ввергая в ужас жителей дна космической крепости. Вбежав в домик лекаря, она выпалила:

– Кто твой хозяин? – от быстрого бега девушка задыхалась.

Бедный старик был бледен, но бодр. Он лежал в постели и светил всеми возможными оттенками «фонарей». Его раны уже подсохли и заживали, а синяки меняли цвета. Видно он был не такой уж и плохой лекарь, и его противные снадобья из кошмарных зеленых слизняков действительно помогали.

Повариха была тут же, поправляла больному постель и поила бульоном.

– Нашто тебе это? – выскочила из угла матушка Пия. – Чего ещё задумала, неугомонная?

Старуха уже разобралась в характере девушки и теперь сильно беспокоилась, как бы эта легкомысленная особа, которая вечно ищет себе приключения на пятую точку, не вляпалась во что-нибудь посерьезней. Не дай боже, она пойдет к хозяину старика и учинит скандал. Мало ли чья она фаворитка и какое влияние имеет. Её власть на собственность воинов не распространяется.

– Мне нужен помощник. – Отрывисто, стараясь восстановить дыхание, затараторила девушка. – Если ты, дедушка Одди, сможешь встать завтра, то, мне кажется, мы можем вытащить тебя отсюда. И твой хозяин не сможет больше причинить тебе никакого вреда.

Оба невольника смотрели на неё удивленными взглядами.

– Да почто ты знаешь, что младший начальник шлифовочного цеха откажется от своего раба? – проболталась повариха. И ойкнула, прикрыв пухлой ладонью выпуклые вишневые губки.

– Спасибо! – хитро улыбнулась девушка выбежала из лачуги. Но обернувшись, всунулась опять в дверной проем, где старик напустился на не в меру болтливую старуху, крикнула:

– Выздоравливайте быстрее, дедушка Одди! И не волнуйтесь, предоставьте всё мне. Я и не с такими заданиями справлялась.

Шокированная повариха тихо опустилась на колченогий стул. Стул под дамой треснул и развалился.

– А я что говорила? – матушка Пия, сидя на полу, любовно посмотрела на занавеску, закрывающую дверь. – Девочка вся своя в доску, ей можно доверять. Умница, высший класс! Глядишь, и твою старую задницу вытащит из переделки. – матушка толкнула в плечо замеревшего старика. Повариха была грубовата, но добра. Подойдя к кровати, она поправила серые подушки, набитые соломой, на которых лежал выздоравливающий.

– Говорила. Говорила… – бурчал взволнованный и раздосадованный старик. Подняв глаза к ржавому дырчатому потолку, он взмолился неведомым богам за безопасность бесстрашной спасительницы.

Поднявшись наверх, в мир избранных, Баст быстро направилась на кухню, она подозвала одного знакомого мальчика-поваренка. Тот радостно подбежал к ней, стуча маленькими копытцами по каменному полу.

– Фиан. – Обратилась девушка к поваренку, суя ему в руки, огромный персик, а не знаешь ли ты такого младшего начальника шлифовочного цеха?

– Отчего ж не знать, – прищурил сверкающие глазенки бойкий паренек. – Он очень часто бывает на вахте того самого цеха.

– Ты уверен, что его там можно найти? – девушка вскинула брови.

– Он всегда там ошивается, это ж его работа, – впиваясь зубами в персик, сказал кучерявый мальчуган, не забывая ластиться к доброй девушке, которая всегда угощала поварят засушенными фруктами и сладостями. К тому же она была такая добрая и мягкая, почти как мама, которую он едва помнил. Из рук этой фаворитки всегда приходили лакомства и всякая обильная еда, другие могли угостить только тычками и подзатыльниками. Такие шикарные заедки маленькие безродные поварята никогда не пробовали. Всякая фаворитка могла брать со столов что угодно в любых количествах.

Но если бы поварята посмели стянуть с тарелок хоть кусочек, то неделю не смогли бы сидеть, так исхлестал бы их под хвостами главный повар. Наказывал он всегда самолично. Поэтому малыши, за которых не кому было заступиться, могли только слюнки глотать, когда помогали готовить блюда, и рассчитывали только на объедки.

– Хотите, я сбегаю и узнаю, там ли он сейчас?

– Спасибо малыш, не надо. Я сама. – Девушка поцеловала беспризорного Сетта в кудрявый лобик, над которым уже пробивались маленькие рожки, и выскочила в дверь.


***


На младшего надзирателя в упор смотрела запаханная девушка с наглым зеленым взглядом. Сидящий за деревянной конторкой плешивый Сетт поморщился:

«Что ей надо? Опять будут отвлекать. Сплошные просители. Как все эти хлопотуны надоели! Устраивают свои жалкие делишки, за счет других», – думал про себя Сетт. В последнее время всё стало плохо. Норму выработки увеличили, а плату за работу понизили. Его старшая наложница требовала от него непомерных подношений, которые он не мог ей подарить.

«Всю душу из меня вытянула, тварь. И холодно, как же холодно на станции, и настроение, как тьма космоса…».

Вокруг сновало много рабочих. Все удивленно оборачивались, смотрели на красную набедренную повязку девушки, стоящей перед младшим надзирателем.

Надсмотрщик недовольно хрюкнул, наложница все ещё выжидающе стояла перед ним и не собиралась уходить.

«Упорная!»

– Ну, чего надо? – недобро рыкнул на неё надзиратель. Лица присутствующих в зале вытянулись.

– Это вам принадлежит раб по имени Одисей? Я бы хотела его купить, – откликнулась девушка.

– Зачем тебе, красавица, этот развалина? – недовольно поинтересовался плешивый надзиратель. Не глядя на девушку, он писал записи в журнале. – «Опять от меня, что-то хотят. Да, когда же она уйдет» – скривился мелкий начальник.

– Это уж мое дело. Продаете?

– С чего бы мне его тебе продавать, и не думал даже! – Надсмотрщик не заметил, как все стоящие рядом и наблюдавшие эту сцену посерели от страха. – Пока самому нужен, – недовольно буркнул он.

«Блин!» – Про себя ругнулась Баст. Ей как-то в голову не пришло, что хозяин может и не захотеть подавать свою собственность. Девушка нахмурилась, размышляя над проблемой. Сложила руки на груди и злобно уставилась на надзирателя, пытаясь определить, удастся ей умаслить и уломать ворчливого Сетта продать ей этого раба или нет. Лысый надсмотрщик вроде бы не казался особенно злобным, но, как видно, у него были проблемы, и он вымещал свое расстройство на рабах и окружающих.

За спиной девушки уже бледные, как полотно рабочие делали какие-то знаки своему начальнику. Тыкая пальцем в девушку, они крутили бедрами, кривлялись, но начальник тугодум, дубина стоеросовый, никак не понимал их намеков.

Два Сетта, по-видимому, помощники младшего надзирателя, разыграли пред ним пантомиму за спиной Баст. Они изобразили двух обнимающихся и трущихся друг от друга людей и тыкали пальцами то в потолок, то в девушку. До начальника не доходило.

Подчиненные схватились за головы и стали гримасничать и жестикулировать ещё сильнее. Девушка, заметившая, что лысый Сетт смотрит куда-то за её спину и хмурится, резко обернулась. За её спиной двое рабочих замерли в объятьях друг друга.

«Ненормальные какие-то», – подумала она. Пожав плечами, посмотрела на надзирателя, готовая принять бой. Этот несчастный раб будет её и точка! За спиной воинственно настроенной девушки подчиненные старого безмозглого пня продолжили свое кривлянье.

Наконец-то до близорукого надсмотрщика дошло и он, сняв со лба очки, напялил их на нос. Девушка-кошка и её кроваво-красная набедренная повязка попали в фокус очков. Начальник побледнел. Потом позеленел, а потом ещё и пошёл красными пятнами. Перепробовав все оттенки, надсмотрщик остановился на бледно-желтом.

– Ах, вы о том рабе говорите, – заблеял, как баран надсмотрщик. Глядя на нахмуренную девушку. Так он… – жадность боролась со страхом в душе у этого, уже стареющего алчного Сетта, – Так он очень дорого стоит потому, что лечить ещё умеет. И к тому же силен, не смотрите, что он худ, подъемная сила у него большая, да и зубы все целы…

Девушка резко протянула ему сжатый кулак. Надсмотрщик отшатнулся. Но всё же подставил руку. Что-то сверкнуло и упало на грубую ладонь.

– Этого хватит? – спросила девушка. Сетт только и смог кивнуть, его глаза прилипли к лежащим на шершавой ладони драгоценностям. – Тогда давайте ключ от ошейника раба! – коротко потребовала девушка. Выставив сложенную лодочкой ладонь под нос младшего надзирателя.

«Нафига ей такой заморенный раб, не иначе, как для их любовных штучек, – подумал надзиратель, небрежно кидая в протянутую ладошку ржавый ключик. – Они такие выдумщицы эти наложницы».

Сетт баюкал, в стертой до мозолей рукоятью плетки, ладони сверкающие капельки драгоценностей.

«Пусть они хоть на чёрные ритуалы или подтяжки пустят внутренности этого старика. Он не стоит и одной золотой монеты! Да за такие камни можно купить просторную жилую ячейку из десяти комнат. Недвижимость удачное вложение! Моя наложница обойдётся без очередной шубы. Какой сегодня удачный день!»


***


Перед Баст стояло чугунное страшилище на гнутых ножках.

Пред Алиеном стоял, покачиваясь, худой раб, весь в синяках и кровоподтеках. Он улыбался разбитыми губами, демонстрируя нехватку передних зубов. Воина передернуло от такой улыбочки. Алиен недовольно посмотрел на новое приобретение своей наложницы.

«И где она откопала такого дохлого раба? – подумал он. – Из жалости, что ли, купила или её обманули с ценой?» – Но видя, как старик бодро и споро подбрасывает дрова в коптящее чудовище, успокоился. Слуга был жилист, худ, но боек.

Тем временем девушки-рабыни отчистили и вытряхнули шубу. Оказалось, что моль не поела мех, но угостилась подкладкой. Служанки бегло починили целостность покрова, и у Баст теперь было, куда прятать замерзшие ноги.

Летящая среди космического пространства звёздная крепость Алиена была похожа на маленький передвижной ад.

Заработали кузни, переплавляя выловленные из космоса железные обломки. Станки заскрипели и залязгали, задымили домны, выливая и формуя переплавленное железо и сталь. Везде вспыхивал и искрил колдовской огонь, штамповка магических схем шла полным ходом. Чадило и пылало всё.

У каждой двери жилых комнат высилась горка брёвен, кусков стенных панелей и других деревянных обломков. Промерзающие склады были завалены металлическими фрагментами погибших кораблей, целыми кусками обшивки и вполне работающими блоками с магическими микросхемами. Всё это немедленно было пущено в дело, приделано и приварено к интенсивно растущей, молодой плавучей крепости.

Все жители звёздной цитадели, как муравьи на сахар, бросились на подмогу рабочим и технологам из средней касты, чтобы, как можно быстрее крепость втянула в себя весь полезный мусор, словно хищное одноклеточное животное, поедающее другое раненое и умирающее существо.

Работающие домны и плавильни отравляли своим шумом и грохотом жизнь всех обитателей цитадели и днём и ночью не переставая чадить. В первые дни жители крепости чуть не угорели от смрадного воздуха, не собиравшегося втягиваться в воздуховодную систему, душный кумар висел под потолком. Сетты и их рабы одинаково кашляли и чихали, проклиная всё и вся и ругаясь всеми богами Ада.

Вновь техники забегали, застучали и залязгали своими инструментами. От каждых покоев потянулись трубы вентиляции, выбрасывая чад и сажу наружу за пределы корабля, и воздух очистился сам собой.

Крепость плыла среди космического пространства, распространяя в безвоздушное пространство дым. Подобно грозовому облаку вокруг космического корабля клубился смрадный туман.


***


Зловещее происшествие со стариком отрезвило девушку. Она была в ужасе от жестокости Сеттов. Она сидела в своем любимом месте на гидропонных полях и горько обдумывала произошедшее.

– Какая подлость! – выкрикнула она в сердцах. – Поднять руку на немощного больного старика! У Сеттов нет не жалости ни сострадания, они ценят лишь силу. Разве они не осознают, что когда-нибудь и сами окажутся дряхлыми стариками и уже не смогут сражаться, и с ними произойдет то же самое? Неужели им нравится такая жизнь и всё устраивает? Но теперь старик спасен. Девушка зябко куталась в меховую накидку.

Как бы кошка не привыкла жить на станции, всё-таки она была в самом сердце крепости своих исконных врагов. Между ней и Сеттами стоял только Алиен. Он всегда был рядом. И, даже когда он уходил, ощущалась его незримая поддержка и твёрдая рука. Не будет его, ни будет защиты.

Что сказал тот воин, Риверн? Им грозит опасность из главной крепости. Стоит ли сказать пирату об этом или это не её дело?

Тучи сгущались, Баст чувствовала это. Обстановка на звёздной станции накалялась. Скоро, как насыщенные разрядами электричества тучи прольются дождем и градом, настанет развязка.

Что-то вокруг девушки стало не так. Всё изменилось и не в лучшую сторону. Она даже не могла понять, в чем дело. Все обитатели станции, раньше не обращавшие на неё внимания, теперь смотрели с подозрением. Рабыни служанки шушукались, шпионили у неё за спиной, подглядывали.

Одэль вдруг стала невероятно прилипчива и вечно таскала её с собой на прогулки или заставляла сидеть в общей зале с остальными девушками, не давая побыть одной. Очаровательно молила и канючила, чтобы Баст не бросала её одну. От неё просто не было возможности отделаться. Вот и сейчас девушка-человек нашла место, где она пряталась, и стала звать на прогулку. У Баст не осталось выбора, когда Одэль схватила её за руку и потянула с собой.

Золотоволосая красавица повела её, по каким-то неизвестным Баст коридорам и совсем уж в сильно заброшенную часть крепости. Одэль повела её на нижние этажи.

Там было не так чисто, как на верхних. Простые пластиковые стены в коридорах были исцарапаны и испачканы. В воздухе явно попахивало мусором. Несколько десятков неприятных запахов дразнили нос девушки. В помещениях стоял шум и галдёж, два злых, уставших, грязных Сетта шли на встречу Баст.

Девушка уже передумала осматривать эти этажи и хотела вернуться наверх, как вдруг заметила: – Одэль куда-то исчезла.


***


Девушка-человек с радостью увидела, что эта глупая беломордая простушка, как всегда отвлеклась на созерцание окружающей её действительности.

Незаметно она сделала несколько шагов от девушки-кошки и, убедившись, что та потеряла её из виду, кинулась бежать неслышными, лёгкими прыжками за угол коридора.

Там её ждали. Она дотронулась рукой до спины стоящей там фигуры, закутанной в серый плащ. В знак того, что она исполнила приказ. И, свободная от своего неприятного поручения, стремительно побежала прочь.

Фигура, ожидающая в коридоре, сбросила с головы капюшон. После – сделала и вовсе невероятную вещь. Подошла к двум стоящим неподалеку стражникам и, ударив кулаком по спине одного, с размаху пнула под коленку другого.

Воины взревели от возмущения. На шум, к ним из-за поворота поспешил третий. Серый капюшон завопил что есть мочи:

«Помогите!»


***


Испуганная Баст кинулась искать Одэль и услышала, как какая-то женщина в конце коридора начала истошно орать: «Спасите! Помогите!». Но это был не голос блондинки.

Сетты-технологи обернулись, однако не подумали броситься на помощь кричавшей. Неизвестная девушка орала так отчаянно, что Баст не думая кинулась на подмогу. Она не была уверена, что сможет помочь, но хотя бы разберётся, в чём дело, и попытается позвать помощь или наябедничать Алиену.

После происшествия в библиотеке своим проснувшимся врождённым женским чутьём она осознала, что воин сделает всё, что она ни попросит. Откуда она это знала неизвестно, но что-то подсказывало ей, что это так. И даже если она будет в корне не права, Пират всё равно, встанет на её защиту! Твёрдая уверенность в этом давала девушке ощущение крепкой каменной стены за спиной, под защиту которой она может юркнуть в любой момент. Это знание придавало силы, смелости и спокойствия её существованию.

Посреди коридора три воина держали черноволосую девушку. Каждый из них не сильно, но ощутимо толкал её, не разрешая вырваться и убежать. Три хищника поймали мышку и игрались.

– А ну прекратить! – гаркнула за их спинами Баст. На воинов, под два метра ростом её писк не произвёл никакого впечатления. Сетты лениво обернулись.

– А вот ещё одна симпатичная игрушка, – прокомментировал сероглазый.

Маленькая злобная девушка стояла, уперев руки в бока, и дышала им в пупок. Что делать дальше, когда эти Сетты «не прекратят», она как-то не подумала.

– Ну-ка, сейчас же извинились за это безобразие и занялись своими делами!

Три глотки разом загоготали.

– Вам лучше послушаться её. – тихо, но так, чтобы все слышали, сказала растрепанная черноволосая наложница, которую Сетты успели уже слегка помять.

– И что нам будет за это?

– Ну, хотя бы перерезанные глотки и холод космоса, – сказала девушка, убирая рукой всклокоченные волосы с лица. Она уже отдышалась и приходила в себя, поправляя одежду.

– С чего бы это? – удивился один.

– Да с того что эта наложница одета в цвета властителя этой крепости, – нагло кинула черноволосая женщина.

– Мало ли какую тряпку она на себя нацепила… – с сомнением сказал другой воин, и собрался уходить, – он был поумнее других.

Рианна ухмыльнулась:

– Если у вас есть сомнения, то спросите любого на верхних этажах, и вам скажут: эта девушка спит в покоях самого властителя. У вас остались сомнения… – ехидненько спросила черноволосая красавица. – Нет? – воины замотали головами. – Тогда ступайте по своим делам, – бросила им почувствовавшая свою власть одалиска. Сетты, оглядываясь и недовольно бурча, удалились.

Рианна с интересом посмотрела на стоящую перед ней молоденькую девушку.

«Какая смелая, но, как я и предполагала, – глупая. Бросилась на помощь, даже не удостоверившись, что справится с проблемой. Пожалуй, она не сможет противостоять моей хитрости и уму, слишком наивна. Значит, не конкурентка», – довольно лыбилась про себя коварная наложница, рассматривая невысокое «чудо», стоящее перед ней. На мгновение в рано повзрослевшей и одинокой душе Рианны мелькнуло какое-то чувство, то ли жалость, то ли материнская любовь к этой бедной, затерянной в чужом космосе девушке, но она быстро подавила его в зародыше. Перед ней опасная конкурентка, захватчица, а не подруга.

– А ты стала красивее с того момента, как мы с тобой виделись в последний раз.

Помнишь, в главном зале, – лениво сказала наложница, убирая прядку волос кошке за ухо. – Я вижу, Алиен денег на тебя не жалеет.

Баст теперь вспомнила её голубые глаза. Точно, эта девушка сидела перед ней, когда они обедали.

Сама, не понимая, что делает, Баст ударила по руке наложницу. Та хоть и проявила заботу, но что-то в ней было подозрительное, это настораживало девушку-кошку.

Красавица поморщилась, злые огни сверкнули в её глазах, когда она, потирая руку, с обидой и удивлением взглянула на Баст.

«Всё-таки не так проста, как кажется, – отметила про себя Рианна. – «На кривой козе» к такой не подъедешь: никому не доверяет. Значит, чувство интуиции у неё хорошо развито. Обмануть будет трудно, но возможно».

– Извини, нервное, – объяснила девушка-кошка, уже стыдясь своей выходки. Пристально взглянув в глаза черноволосой, она поинтересовалась:

– Они не причинили тебе вреда? Пойдём, я провожу на верхние этажи.

Чёрная точёная бровь наложницы взлетела вверх.

«Защитницу из себя строит, – зло подумала про себя Рианна. – В подруги набивается! Хочет предложить мне своё покровительство, чтобы я пресмыкалась перед ней! Неужели настолько уверена в том, что властитель Алиен в неё влюблен без памяти? Если эта ведьма приворожила его своими магическими силами, то действительно уверена».

Наложница не шевелилась и, всё так же задумчиво грызя ноготь на больном пальце, смотрела на кошку. Она пыталась что-то решить. Баст поежилась от этого взгляда.

– Что тебе от меня нужно? Кто ты? – напрямик спросила Баст.

– «Слишком проницательна!» – мелькнуло в мозгу одалиски.

– Я? – со смешком ответила наложница – Я та, кто спала в кровати повелителя до тебя.

– До меня? – тупо переспросила шокированная девушка-кошка. Такого ответа она не ожидала.

Две фаворитки молча стояли посреди коридора и рассматривали друг друга.

«Неужели Пират с ней…» – подумала про себя Баст. И что-то неприятное шевельнулось у неё в душе. Она поморщилась.

– Что нос кривишь? – с издёвкой спросила у неё Рианна. – Уж будь уверена, при мне он ходил не с такой постной мордой, как ходит сейчас! – Зависть и злость на невинное выражение лица девушки заставили Рианну говорить с кошкой грубо, по-солдатски, не стесняясь в выражениях. Каждое слово больно било уже раненую Баст.

Наложница с отчаянием поняла: Алиен не спал с девушкой-кошкой. Мысли о ней вытеснили всё из его души. Он берёг девушку-кошку и боялся дышать на неё, как на невероятно хрупкую драгоценность. На девушку не пала даже тень его мужской любви и животной страсти. И любит он её искренне, никакой магии здесь нет. Островитянка не заколдовывала его и не морочила ему голову.

Это был последний гвоздь в гроб мечты свергнутой фаворитки: вновь привлечь внимание властителя и занять высокое положение. Она, искушенная, уже побывавшая во многих жизненных переделках женщина в возрасте, покрытая коркой негативного опыта, не может тягаться с этой невинной, чистой девушкой. Алиен на Рианну больше не посмотрит. Зачем она ему, – использованная вещь?

Горечь разъедала Рианну. Она не могла придумать ничего лучше кроме, как растоптать невинность молодости девушки. В отместку за порушенные мечты. Извозить в грязи саму шуструю девку и ее чувства. Каждый ее удар попадал в цель.

– Неужели ты не умеешь удовлетворять лучше? Ты не отрабатываешь даже еды, которую на тебя тратят!

Отчаяние заставило Рианну хлестать девушку-кошку словами, будь ее воля, она бы вцепилась в ее шею и задушила бы своими собственными руками. Но в коридоре они были не одни.

«Пусть эта наивная белоручка, которая так невинно хлопает своими зелеными глазами с длинными ресницами, поймет, что не все в этой жизни достается легко», – зло думала наложница.

– Что ты смотришь наивным взглядом? – схватила ее за руку Рианна. – Ты же спишь в его постели каждую ночь!

– Не говори ерунду! – кошка выкрутила свою руку из железных пальцев наложницы и толкнула ее в грудь. Наложница отлетела назад. – Это еще ничего не доказывает.

– Не доказывает? – черноволосая набросилась на кошку с намереньем выцарапать той глаза или изуродовать лицо. Баст всегда питала некий страх перед женскими драками, когда вооруженный соперник нападает на тебя это одно, когда визжащая женщина это другое.

«Она похожа на склочную торговку рыбой, такая же злобно-агрессивная», – подумала Баст. Она ничего не хотела знать об отношениях Рианны с Пиратом. Но наложница не отпускала ее добивая.

«Почему мне так больно?» – про себя в сердцах воскликнула Баст.

Вырвавшись из когтей одалиски, она бросилась прочь от нее.

– Тебя он бросит, как и всех! Их было тысячи, и ты станешь одной из них! – но было уже поздно, девушка-кошка скрылась за поворотом.

– Как и я… – Рианна зарыдала, закрыв лицо руками и опустилась на землю. Спустя минуту она взяла себя в руки, встала с колен и вытерла рукавом лицо.

«Теперь у меня есть союзник, я не одна. Надо думать, о себе, Алиен выбрал не меня. Но это не значит, что со мной покончено! Кошка явно чистокровная ни полосок, ни пятен я на ней не заметила. Значит она шпионка!


***


Слезы хлынули из глаз Баст, но слава богам она уже успела отбежать на достаточное расстояние, чтобы черноволосая наложница ее не видела. Растирая по лицу слезы обиды, она брела по неизвестному проходу. Публика здесь была совсем плохая, не чисто одетая и озлобленная.

Баст поняла, все считают так же, как эта наложница, что они еще могут подумать? Не в ладушки же мы с Пиратом играем по вечерам вдвоем. Горячая волна стыда за свою глупость и не дальновидность стала медленно подниматься вверх по телу Баст. Как она могла забыть все наставления своей матери и теток Евлалиии и Ефраимии, которые так усердно втирали ей в голову правила приличия!

Баст заметила, на станции много парочек, все влюбляются. Матушка Пия и папаша Одди похоже тоже были вместе… Девушки в общем зале хихикали и обсуждали своих дружков, повар был в кого-то влюблен и летал по кухне. Даже золотоволосая Одэль о ком-то постоянно думала и вздыхала.

Только у нее никого нет. Она одна. Совсем одна. Среди врагов.

Долго ли она еще выдержит?

В воздухе стало вонять уже совсем премерзко. Баст приближалась к помещениям откуда доносились крики и рев.

Любопытство, как всегда погубило кошку, а пристрастие к приключениям толкнуло посмотреть, что там впереди.


***

Баст не знала, что наложница с темными волосами была специально подослана Риверном. Который организовав их встречу, прятался в соседнем коридоре и прекрасно слышал перепалку кошки и отвергнутой фаворитки.

«Рианна фанатична, она в лепешку разобьется, чтобы добиться своего и насолить сопернице. Но она только пешка, у меня в рукаве припрятаны еще сюрпризы для тебя, моя маленькая Птичка!»

То, что он услышал, обрадовало воина. Из их разговора он сделал свои выводы. Ухмыляясь Риверн не спеша ушел.

Темная душа его ликовала. Охотничьи сети раскинуты вокруг девушки. Куда бы она не пошла, он всегда будет на пол шага впереди.

Риверн даже боялся думать о пикантной новости, услышанной им. Кто бы знал, что она еще девица! Он наслаждался и смаковал это знание, решив немного перестроить свои планы насчет девушки-кошки.

С беспечной улыбкой на губах негодяй побрел на поиски своей козырной карты.


***


Одель радостно, перескакивала через ступеньку, бежала в общую техническую библиотеку. Никто никогда не видел ее такой счастливой.

Наконец-то ей удалось избавиться от этой надоедливой кошки. И поручение Рианны, которое та силой заставила девушку выполнить, было отыграно «без сучка и задоринки».

Рианне не к чему прицепиться, теперь она оставит ее в покое и не будет больше шантажировать. Ни на секунду в золотоволосой девушке не проснулось чувство вины за предательство своей подруги. Не колеблясь, она предала кошку. В сердце блондинки не было места для подобных сантиментов, с некоторых пор его переполняло другое чувство.

Одель казалось, что у нее за спиной выросли крылья. Она бежала на встречу с ним, с ним единственным. Он понимал ее, как никто другой. Видел в ней не пустоголовую дурочку, красивую пустышку, не фальшивую подругу перед, которой можно выпендриваться и таскать с собой куда вздумается, а умную и начитанную особу, у которой есть душа. Чувства, мысли и желания. Он обращал внимание на ее слова, чутко слушал, а сам говорил мало.

Как ласково он к ней обращался, как дорого ему было ее мнение. Он был для нее сказочным принцем. Одэль не сомневалась, что покорила его сердце и сама была готова ради него вырвать свое и вложить ему в руки.

Вот она: – долгожданная, желанная дверь. Еще пару шагов. За распахнутой дверью она увидит его … Девушка кинулась в порыве страсти и прижалась к мускулистой спине мужчины, ожидавшего ее в библиотеке.

Почувствовав прикосновение, воин обернулся. Светлые голубые глаза Хаски с черной точкой зрачка смотрели на золотоволосую девушку. Полные чувственные губы под ниточкой тонких усиков иронично изогнулись. Склонив голову, воин жестко сгреб в охапку хрупкую фигурку. С садистским наслаждением от причиняемой им боли, впился губами в маленький ротик блондинки.

К удивлению, Риверна золотоволосая наложница страстно вцепилась в его волосы и активно ответила на его поцелуй. Отлепившись от девушки, воину пришлось придержать ее порыв, вторично впиться в его губы. Он с удивлением посмотрел на девушку. Хитрая усмешка исказила его лицо. Девушка ничего, не замечая сияла ему радостной улыбкой и перебирала его волосы на затылке.

«Маленькой дряни нравится боль», – радостно, улыбнулся Риверн и позволил девушке повторно поцеловать себя.

Они долго целовались в пустой библиотеке и не могли остановиться. Потолочные лампы погасли, и включилось ночное аварийное освещение. Двое обнаженных прижавшись друг к другу долго шептались в темноте, строя планы на будущее. Девушка говорила, а воин молчал.

Риверн перекинул плащ через плечо и вышел из библиотеки. В коридорах было уже оживленно, застегивая под животом ремень, держащий набедренную повязку, он ни разу не обернулся на приоткрытую дверь библиотеки.

      Воин шагал по коридору насвистывая.

Вокруг суетились и спешили люди, он специально двигался медленно, наслаждаясь прохладным утром.

Это было уже третье свидание с наложницей из Дома его брата. Можно сказать, плевок ему в лицо, оскорбление. А наивный рогоносец и не догадывается об творящемся за его спиной.

К тому же он подговорил Рианну шантажировать Одель. Если та не сделала бы, как наложница хотела, то Рианна пошла бы и наврала с три короба Алиену о том, что якобы она знает, что Одэль встречается с Риверном. Вся соль шутки была, как раз в том, что он действительно спал с золотоволосой наложницей брата. И с Рианной тоже.

Риверн быстро составил свое мнение об Одэль:

«Сушеная вобла! Под восхитительно красивой внешностью скрывался синий чулок, книжный червь. Девушка, которая много читает, но мало знает о жизни. Романтических героев своих книг, она считает живыми реальными людьми. Поэтому ее так легко обмануть! Очень умна, начитана. Но ничего не чувствует, все просчитывает и дружбу с кошкой завела только из выгоды», – презрительно подумал он.

«Ей повезло, что она попала к Алиену. Здесь о ней заботятся. Она считает, что окружающие будут влюбляться в ее расчудесный внутренний мир. Но в душе она суха, как страницы ее любимых книг. Если б не рабыни Алиена с их уходом и притираниями, ее нутро вылезло бы наружу и показало всему миру, что она из себя представляет. Эгоистичная, одинокая старая дева. Ничего кроме себя любимой и книг, ее не интересует. Глупая, смазливая, пустая оболочка, да к тому же еще побывавшая в употреблении, уже не первой свежести».

Но девушка его временно устраивала. Он мог причинять ей какую угодно боль, а она только громче стонала в его объятьях. Эта дурочка без памяти в него влюбилась.

Она временно тушила в его душе огонь сжигавший его.

      Рианна и Одэль даже не знают, что он спит с ними по очереди. Это так развеселило воина, что он расхохотался на весь коридор. Но смех его резко оборвался. Впереди мелькнула красная набедренная повязка и водопад рыже-каштановых кудрей. Воин помрачнел. Прислонился к стене, притаился за тяжелой портьерой иллюминатора.

Сколько времени прошло, а он все еще не может добраться до нее. Это стало для него идеей фикс. Скажи ему сейчас Дьявол перережь себе горло, и я отдам тебе девушку-кошку, она будет твоя на час, он бы немедленно схватился за нож. Его братец охраняет ее, как сторожевая собака, да и старик всегда крутится поблизости. Он чувствовал себя ослом в этой ситуации.

– Моя морковка… – простонал он… Только ему было известно, как красиво переливаются в свете потолочных ламп ее каштановые волосы. Как они загораются оранжево-кроваво-красными оттенками, когда свет солнц, проплывающих мимо попадает в иллюминаторы. Он наблюдал за ней и рассматривал, знал каждое ее движение лучше, чем кто-либо другой. Риверн подсматривал за ней, когда она сидела на гидропонных полях, и думала, что никто ее не видит, тайно пробирался по верхним ярусам и наблюдал за ней сверху.

Он ждет, терпеливо ждет. Она будет его.


***


Алиен спустился инспектировать загоны для скота. Там был непорядок, занятые строительством рабочие, ухаживающие за скотиной, не выполняли свои обязанности полностью. Среди животных начался мор. Если так пойдет дальше, станция будет не только мёрзнуть, но и голодать. Загоны для скота не были вычищены, в воздухе воняло прелой соломой и экскрементами животных.

Все собрались у решетки глубокого загона и смотрели вниз. Алиен отдавал приказы. Вокруг бегали рабочие. Среди них он увидел девушку-кошку, заинтересованно смотревшую на мохнатых животных.

«Опять ее черти носят по всему кораблю! Нашла зоопарк!» – подумал он, но не стал ругать или прогонять. – «Лучше бы сидела дома. И как она сюда только пробралась?».

Животные похожие на помесь огромных бизонов со слонами, слегка зашевелились. В томных, под длинными, рыжими ресницами глазах, вспыхнул блеск. Самцы взволновано затрубили в короткие хоботы, начинался час кормежки. Из больших бункерных кормушек посыпалась гранулированная еда. Самцы ломанулись к корму, оттирая самок и молодняк.

Над головой Баст треснуло и заскрипело, девушку бросило на решетку ограждения. Внезапно, мясистые туши сельскохозяйственных животных приблизились. Она висела над пропастью, а внизу, потревоженные упавшими балками метались бизонопотамы.

Баст почувствовала сильный толчок в спину. Размахивая в воздухе руками, она перелетела через покосившуюся ограду и свезлась вниз.

Падающие конструкции испугали больших зверей.

Кошка сгруппировавшись, нырнула в гранулы комбикорма, который смягчил ее многометровое падение. Тут же от пинка гигантской слоновьей ноги кормушка перевернулась, выкидывая из себя еле живую от страха девушку. Огромная ступня нависла над ее головой, заставляя отпрыгнуть в сторону.

Баст оказалась прижата к громадной бункерной кормушке. Зерно, выброшенное из ясель насыпалось ей за воротник и за пазуху.

Бизонопатамы продолжали бесноваться. Они метались по загону, снося все на своем пути, топча своих упавших самок и детёнышей. Стены трещали под ударами широких тупых лбов. Обезумившие животные разбивали боками поддерживающие второй ярус колонны. Сверху сыпались сбиваемые ими балки.

Несколько воинов принесли большие энергетические установки и методично отстреливали неконтролируемых зверей. Никаким другим способом нельзя было остановить этих гигантов, глаза которых заволокла багровая пелена ярости, бешенства и страха. От выстрелов загоралась шерсть бизонопатамов и весь загон охватил пожар, пугая и без того лишившуюся разума скотину. Несколько туш, убитых зверей лежало на полу. Длинная рыжая шерсть горела, распространяя вокруг себя удушливый смрад.

Рядом с кашляющей девушкой кто-то появился. Стремительная тень в клубящемся дыму. Ее схватили поперек туловища и понесли под рухнувшие опоры конструкций.

Это оказался Алиен. Увидев, что девушка полетела в загон, он кинулся за ней, но спуститься, не переломав себе ноги не смог. Только когда звери окончательно сбили искорёженные фермы и балки рухнули вниз, по ним он добрался до кошки.

Пират и Баст оказались под завалами. Девушка забилась в угол. В маленьком пространстве они стали задыхаться. Воздуха практически не осталось, только гарь, и копоть оседали на ее лице. За спиной воина в дыму бесновались оставшиеся в живых животные. Энергетические установки все также методично сверкали вспышками выстрелов.

Воин протянул ей руку:

– Надо выбираться или мы здесь погибнем. Ты мне доверяешь?

Это было, как шаг в бездну, как прыжок из летящего самолета с парашютом, откроется или нет, не угадаешь. Баст шагнула в неизвестность, протянув руку, она вложила ее в крупную ладонь воина.

Алиен легко подхватил ее на руки прижимая к себе стал выбираться из пожара. Кошка доверчиво обнимала его за шею.

Дорогу им перегородил здоровый самец слонапотама. Алиен поставил девушку на ноги и спрятал за спину. Взбесившиеся животное нашло на ком отыграться, его самки и детеныши были мертвы. Жизнь для него не имела больше смысла. Зверь бросился на Алиена.

Воин схватил животное за рога и попытался пригнуть его голову к земле, мускулы и вены на его руках вздулись. Бизонопотам мотнул головой, воина отбросило в сторону.

Дерущиеся столкнулись вновь, ноги Алиена скользили по земле. Воин нанес серию резких точных ударов кулаком в висок зверю, послышался хруст, туша осела на пол.

Переступив через несчастное животное, пират подхватил кашляющую кошку на руки и, как обезьяна, вскарабкался по балкам вверх. Девушка внезапно поняла, что Алиен вовсе не такой злой, как ей казалось, он может защитить. Возможно, он действительно испытывает к ней какие-то чувства, раз носит на руках, оберегает и заботится.

Алиен усадил девушку на поваленную балку и строго настрого запретил отрывать ее мохнатый зад от того, на чем она сидит. Без его разрешения, ни шагу в сторону! Девушка-кошка устало положила голову на обломки. Она не прекращая покашливала, горло саднило.

Властитель направился к группе стоящих воинов они стояли, закинув на плечо огнестрельное оружие и переговаривались. Посыпались приказы во все стороны, люди забегали, выполняя их. Коротко переговорив с воинами, он направился к кошке.

Подхватив ее на руки, он понес ее в свою комнату. Их встретил взволнованный раб Одди. Индейские барабаны, в виде двух девушек служанок нашептали все новости на ухо старому лекарю.

Баст задыхалась, дым повредил ее легкие, она провела больше времени в наполненной угарным газами яме, чем Алиен. Быстро оценив обстановку папаша Одди влил в девушку полную флягу вонючей грязно-коричневой жидкости и зажал ей нос. Кошка непроизвольно половину выплюнула, но кошмарное лекарство попало ей в горло, и она проглотила лекарственную мерзость. Снадобье уже действовало кошка, хрипя и кашляя стала хватать ртом воздух.

– Из зеленых козявок? – прохрипела она.

– А то ж! – отозвался лекарь.

Дышать стало легче, легкие очищались.

Пока она отфыркивалась старый эскулап и Алиен успели быстро переговорить.

Воин сообщил ему, что оказывается конструкции, держащие на себе второй этаж, были подпорчены нарочно. Воины крепости обнаружили еще несколько поломок в других местах, кто-то портит оборудование на корабле.

– На станции заговор и предательство, – сказал Алиен. – Тебя пытались убить. В крепости есть те, кто желают тебе зла. Не отходи от меня, и не выходи из внешнего круга.

Баст даже глазом не моргнула. Подумаешь, ее с самого рождения пытались убить, как раз с того момента, когда оракул сказал, что именно она будет наследницей трона Роз. И еще ни разу не преуспели в этом,

Одди ушел в свою каморку варить зелья.

Баст сидела оглушённая произошедшим. Алиен подошёл присел перед девушкой и нежно взял ее за подбородок.

– Я тебя никому не отдам, – глядя ей в глаза произнес он. – Ты можешь, не боятся, кто бы не напал на тебя, я всегда встану между ними и тобой.

Она зарыдала, так громко и сильно, что не могла остановится. Напряжение тех минут, которые она провела в яме и тех месяцев, что прожила окруженная ненавидящими ее Сетами, вырвались наружу. Вся рубашка у воина была в мокрых разводах, но она никак не могла взять себя в руки.

Алиен ее утешал и гладил по спине.

Да, скорее всего он единственный кто нормально относится к ней на этой станции. Кому не безразлична ее судьба.


***


Рианна в бешенстве бежала по коридору. Не заметно зашла на кухню и взяв горсть нитевидных водорослей, никем ни замеченная вышла оттуда, направившись прямиком в ванну своих личных покоев. Там, ни капли немедля, она бросила горсть водорослей в ванну и раскрутила вентили крана на полную. Мощная струя воды смыла нити в сливное отверстие. Спустя десять минут вода перестала уходить, ванна стала набираться.

Наложница с каким-то злобным удовлетворением смотрела на заполняющуюся водой ванну. Водоросли глубоко в канализации крепости впитали в себя воду и начали свой рост. Теперь все соединенные между собой трубы будут забиты этой гадостью.

А обвинят в этом, конечно же, поваров никто и не догадается, что это она, Рианна, додумалась до такого.

Водоросли Вакхо очень вкусны и питательны, но сколь они незаменимы на столе, столь же они и жизнеспособны. Даже одна маленькая выжившая сырая клетка могла начать делиться и расти в гигантское, простирающееся на многие километры нитевидное растение. Поэтому обычно все несъеденные остатки сжигали, а посуда, в которой были вкусности из Вакхо, вместо мытья обрабатывали огнем.

«Если властитель не достанется мне, то пусть не достается никому! Пусть эта станция провалится в ад! – зло прошептала про себя наложница.

Вода с шумом выплеснулась под ноги Рианне. Одалиска злорадно ухмыльнулась, из отверстия сливной трубы торчали молодые хрупкие зеленеющие побеги.


***


Еще одна напасть с жаром выкрикнул Алиен.

– Ну, хоть не помрем голоду, – едко прокомментировал старик. – Обычно обречённым на казнь в качестве последнего желания дают отведать, сей божественный продукт в жареном или вареном виде.

– У нас будет в жареном, – с грустью ответил пират, – когда боеголовки этих ростовщиков испепелят всю крепость.

Старик с детским интересом потыкал кончиком меча в свисающую из крана нитевидную губку.

– Теперь придется купаться в тазиках и лоханях, – вздыхал старик, любивший попарить свои старые косточки, удобно расположившись в горячей ванне, со своей неизменной самокруткой. Рабыни, кашляя и чихая, от ее запаха, должны были полировать ему копыта и остатки давно скинутых рогов. Это единственная слабость, которую Старец себе позволял.

«Сколько соуса можно будет сделать из такого количества водорослей Вакхо, того, который понравился этой пигалице, на которую мой ученик положил глаз. Но не могла же она до такого додуматься. Я не верю в это. Даже она должна понимать, – это грозит смертью всей крепости, если питательная гадость доберется до главных двигателей. Рванет так, что осветит весь путь до Острова Роз. Уж не этого ли она добивается, я в это не верю, не мог я так в людях ошибиться?!».

До старика тоже дошли слухи, ходившие по крепости, что кошка засланный шпион, но старый Сетт в это не верил.

«Она конечно заноза в заднице, но не настолько глупа, чтобы подвергать свою жизнь опасности. Хотя слухи ходят разные говорят и шепчутся по углам, о разном, мол она ведьма и околдовала властителя. Это тоже не может быть правдой».

Тот факт, что его подопечный уже вырос и испытывает первые романтические чувства хоть и трогали старика, вырастившего Алина, но не расстраивали. Он даже был рад, что его столь одинокий и не похожий на других ученик вырос и пытается найти себе пару в этом мире, но не с островитянкой же!

«С другой стороны, мой мальчик, даже в детстве был не похож на других, поэтому естественно, что он так привязался и запал на эту чужестранку. Если она окажется подосланной шпионкой, это ранит его, разобьет ему сердце, я не выдержу его разочарования! Боги только не допустите того, чтобы она была предательницей!»

Старик обреченно вздохнул, он уже смерился, что его воспитанник положил глаз на эту низкорослую пигалицу.

Он посмотрел на своего ученика, Алиен энергично раздавал приказания своим подчиненным, они, вернувшись, отчитывались в проделанной работе. Все, что нужно сделать для безопасности, было уже сделано. Старец загордился и залюбовался на своего названого сына, как он молод, хорош, смел и мудр. Такого вожака и заслуживают Сетты.


***


Утром Баст проснулась в совершенно зеленой комнате, из выломанных из стены панелей торчали пучки зеленых растений. Запах по комнате разносился пряный. За стеной кто-то хрустел сочными побегами водорослей.

«Крыса-мутант завтракает» – подумала Баст и улыбнулась. Настроение у нее было хорошее, она выспалась и утреннее приключение показалось ей забавным. Теперь они будут жить в джунглях.

Забежала на минуту Одэль и пока рабыни расчёсывали девушке-кошке волосы, рассказала, что произошло, и попросила искупаться в ванной Баст, потому что только канализация внутреннего круга была не забита водорослями Вакхо. Так, как была автономной и не соединялась с другими трубами. Баст милостиво разрешила, и ее подруга с рекордной скоростью искупалась, поблагодарив, выплыла из комнаты.

«Куда это Одэль такая счастливая?» – подумала она. Ее тоже собрались купать, служанки уже наполняли ванну для нее. Вздохнув, она покорилась тиранам мочалок и мыла.

Баст уже не хотелось бежать со звездной крепости она, вполне хорошо устроилась, в ней у нее появились друзья. Девушка все больше участвовала в жизни крепости. Сетты тоже привыкли к виду островитянки, и уже не так агрессивно реагировали на ее присутствие, тем более девушка была в красной набедренной повязке, то есть одета в цвета дома их властителя. Они почти не обращали на нее внимание и ее присутствие вызывало всего лишь вялое ворчание.

Одди часто приносил новости с нижних этажей, как он сам их называл. Девушка посылала свою маленькую крысу с поручениями и попросила ее отнести бинты и лекарства, предназначавшиеся для рабов, а также записочки старому лекарю. Однако воин запретил ей, что-либо делать на станции и заставлял все за нее делать рабов. Баст умирала со скуки.

Из вредности характера, чтобы насолить воину Баст сбегала на кухню и незаметно стянула там солонку и еще несколько ингредиентов. Половину солонки она насыпала ему в постель, под одеяло. Вторую отнесла в библиотеку, которая по совместительству была ещё и столовой, воин обычно по утрам пил кофе в библиотеке, и поменяла местами сахар и соль. Пусть насладиться вкусом утреннего кофе! В графин с вином она налила уксуса, а в банку с чаем черного перца. Месть была мелкой, но приятной. После осуществления, задуманного Баст побежала к Одэль пить чай с плюшками.

Вечером девушка с ужасом почувствовала, как позади нее, приподнялось одеяло и, зашуршав простынями, к ней скользнул воин.

– Ты ошибся кроватью! – заорала она.

– Угу, – сонно ответил воин и сильнее прижался к девушке. – Это моя кровать, к тому же там, где я раньше спал, кто-то позабавился с солью. Я так понимаю и с сахаром в библиотеке пошалила тоже ты. Теперь придется за это расплачиваться, подвинься мне мало места. Не спать же мне на полу.

«Ужас, ужас, ужас!» – К голой спине Баст прижалось гладкая мужская грудь.

«Кажется, маленькая месть не подействовала! Ну что за непробиваемый тип!»

– Ну тогда я буду голодать в знак протеста. До того момента, когда ты не пустишь меня хоть что-нибудь делать в звездной крепости. Я же не совсем безмозглая идиотка и не могу сидеть целыми днями сложа руки!

– Насильно покормим, – засыпая ответил Алиен. Все у него было просто. Девушка была крепко прижата рукой к боку Пирата. Вырываться было бесполезно, против такой горы мускулов без оружия не попрешь.

Воин уже храпел, утомленный долгим трудным днем.

«Ладно, я с тобой еще завтра поговорю!» – мысленно пригрозила Баст.

Вздохнув, кошка, устроилась поудобней и тоже заснула.

А что ей еще оставалось делать?


***


Кто-то возился рядом, звеня посудой. Включившейся на корабле свет окончательно разбудил Баст.

Скрестив ноги на кровати, сидел воин. Позевывая, он с голодным интересом заглядывал под крышки блюд, стоящих на подносе.

«Когда я успел заказать завтрак?» – удивилась Баст.

– Проснулась? – обратился к ней Алиен.

И, не говоря ни слова, поднял ее под мышки и усадил растрепанную после сна девушку к себе на колени. Кошка задергалась и попыталась уползти, но воин не дал ей этого сделать.

Зачерпнув лиловый десерт ложкой, воин поднес лакомство к губам девушки. От желе поднимался терпкий аромат ягод и ванили. Нос кошки задергался, принюхиваясь.

Девушка открыла рот и злобно схватила ложку зубами:

– Гр-р… – зарычала она и вырвала ложку из рук воина. – Я хочу работать. Умираю от скуки, – прожевав, пожаловалась она.

«Если силой от него ничего не получишь, так может, хитростью и лаской что-то перепадет?» – подумала хитрая кошка.

– Только взамен на обещание, – отрезал Алиен.

– Если это будет выгодно мне, – мурлыкнула Баст.

«Воин, кажется, попался, он заинтересован!» – ликовала про себя девушка. – «Надо быть попокладистей, глядишь, и я смогу попасть на погрузочную палубу, а с киберпсами мы как-нибудь разберемся».

– Я вижу, что ты тоже не лишена деловой хватки, любишь торговаться. У меня к тебе есть торговое предложение.

Девушка снова сделала злобное «Гам!» поднесенной к ее губам ложке.

Пират снял крошку желе с губы девушки, облизал палец. Новая наполненная ложка подплыла к вишневым губкам. Как видно, воин получал извращенное удовольствие, не давая брать ей ничего с подносов и кормя с ложечки, как маленькую.

Баст выжидающе смотрела на него.

– Ну что ж, – хитро сказал воин, – если ты будешь хорошо есть, не влезать ни в какие истории, я, пожалуй, могу разрешить тебе работать.

Надежда зажглась в душе у Баст.

«Я смогла!» – пронеслось у нее в мозгу. – «Победа!»

– Но за тобой будет присматривать Старец, – отрезвил девушку пират.

Кошка сразу скисла, ушки опустились.

– Так что ты хочешь конкретно?

– Я хочу предложить свою помощь, может быть, я смогу быть полезна? Я умею чинить и могу водить космические корабли, я могла бы настраивать какие-нибудь блоки. Еще я умею готовить еду…

При последних словах воина передернуло.

– Исключено, – отрезал он и запихнул в рот девушке последнюю ложку желе.

Пират взял следующую миску и двумя пальцами выудил из подливки кусок мяса.

– Ну хорошо, ты хочешь работы, тогда давай договоримся, твоя работа будет заключаться в том, что ты будешь сидеть тише воды и ниже травы, а я пока разберусь тут со всем… Идет?

– Нет, не идет, – возразила Баст. – Я хочу настоящей работы!

И девушка цапнула острыми зубами покрытый соусом кусок, чуть не откусив полпальца Пирату.

На что Алиен устало закатил глаза.

– Боги Ада, молю вас, дайте мне терпения. И немедленно!

Помолчали. Воин зло запихивал кусочки мяса в рот девушке, та, хмуро глядя на него, жевала.

– Скоро в звездную крепость приезжают торговые представители, – внезапно начал Алиен. – Они заинтересованы в новых разработках. Я должен буду пригласить гостей посмотреть на запуск нового двигателя, после состоится небольшой пир. Ты будешь присутствовать при этом в качестве украшения и хозяйки пира, такая работа для тебя сойдет?

Кошка сморщила носик, раздумывая.

«Все-таки это лучше, чем ничего, там будет толпа неизвестных гостей, много людей и нелюдей, вдруг удастся проскользнуть на чужой корабль?»

Проглотив кусок мяса, девушка радостно кивнула.

К ее губам поднесли последний кусок еды.

«Ну и пусть, это не важная работа, главное, я смогу что-нибудь сделать для общего блага, пусть всего лишь то, я просто предмет интерьера, призванный украсить пир и показать высокий статус. Возможно представится возможность убежать», – грустно про себя улыбнулась девушка. – «А хочу ли я бежать?»

Баст аккуратно взяла предложенный кусок, дотронувшись до еды, она задела своими губами палец воина. Он вздрогнул.

– Может быть, я смогла бы… – начала девушка-кошка.

Воин наклонился к ней, его рука взяла ее подбородок и подняла лицо к нему.

Его губы прервали фразу, которую хотела сказать девушка, поцелуй был полной противоположностью всему тому, что было до этого в ее жизни.

Горячий, страстный, он сжег все ее мысли. Его язык проскользнул в ее рот, нежно провел по зубам, их языки встретились. Сладостное томление зародилось внизу ее живота.

Кошка забыла обо всем. В этот миг для нее более не существовало ничего: ни Дворца Роз, ни войны между их расами, – все растворилось в этом поцелуе.

Она упивалась прикосновением его жарких губ. Полностью растворив себя в поцелуе с ним, она сделала то, что никогда бы не могла позволить себе в прежней жизни до того, как в ее судьбу ворвался этот воин и этот сладостный обжигающий поцелуй. Она привстала, обвила руками его шею и ответила на его страстный порыв.

Алиен выпал из этого мира, они с кошкой целовались упоительно долго, она водила кончиком языка по его губам, дразня и не давая поцеловать ее вишневые губы. Кусала за ухо, наслаждалась мурашками, которые бегали по телу воина от этой незамысловатой ласки. Что-то шептала на своем родном языке, ее горячее дыхание обжигало ему губы.

Он поймал блуждающие по его лицу губы и жадно впился в них.

«Они должны принадлежать только мне!»

Если ради того, чтобы быть с ней, ему надо убить бесчисленное число воинов, вставших у него на пути и замысливших подлость против нее, он, не задумываясь, достанет меч и порубит их всех в капусту. Отрежет им головы и сложит у ее ног курган из черепов.

Они целовались мучительно долго. И никак не могли насытиться друг другом.


***


Влюбленные бесконечно много времени проводили наедине.

Поцелуй с воином может стать чем-то вроде наркотика. Девушка садилась к нему на колени и любовалась им, восхищалась, хотела его.

Дразнить его было явно опасно. В глазах воина слишком быстро загорался огонь желания. Захваченные в плен страстью, они не пускали в свой мир никого постороннего, но при этом освещая всех остальных членов их звездной крепости светом своей любви.

Алиен млел под ее взглядом, он был готов для нее на любую глупость, любое ее желание, все для нее, все так, как она желает. Теперь они поменялись с ней местами. Она захватила его в плен. Он стал ее пленником. В своих лапках кошка держала поводок от ошейника, который он сам надел на себя в тот момент, когда нагнулся поцеловать ее.

Сначала Алиен думал, что, это только тень физической мужской любви. И помрачение рассудка пройдет. Но шли дни, и все оставалось по-прежнему. Центром его вселенной стала она.

Физическое влечение? Нет. Это было что-то другое. Страсть. Потребность. Насущная необходимость. Как воздух, как еда, как сама жизнь.

Это безумие сжигало его. Каждый раз, когда он долго не видел ее, ему требовалась новая доза. Еще больше поцелуев, больше ласк, больше объятий! Когда она была в его руках, безумие отступало, тьма рассеивалась. Ее поцелуи притупляли боль в груди, успокаивали жжение. Ей стоило только сказать, и он для нее готов был зубами перегрызть горло любому, на кого укажет ее маленький пальчик с острым коготком.

В конце концов Алиен понял: она просто часть его, половинка его души, они не разделимы.


***


К борту космической цитадели пристыковывались корабли торговцев. Звездная крепость наполнилась чужаками. Важные гости и их слуги наполнили главный коридор. Любопытные наложницы и жены сетов бегали смотреть на этих гуманоидов. В большом зале устроили пир для гостей. Туда стеклись все жители цитадели. Повара и распорядители сбивались с ног.

После официальных речей и трапезы все не спеша двинулись в сторону ангаров. Смотреть на предмет торга. Ради такого случая на всем корабле включили отопление. Именитые гости, они же потенциальные покупатели были в восторге. Баст, как и обещал Алиен была на этом празднике-аукционе главной хозяйкой.

И гости, и хозяева смаковали момент купли продажи, когда одни получат деньги и это поправит финансовые проблемы крепости, а другие редкий товар, который позволит решить им свои династические проблемы. Все были довольны предстоящей сделкой.

Приезжие к тому же не могли отвести взгляд от красавицы-хозяйки корабля Сеттов. Стройная, нарядная по-королевски учтивая, она представляла собой образец идеальной женщины. Объект восторгов и зависти.

Толпа людей набилась в небольшой ангар. Мужчины и женщины с интересом стали рассматривать невероятный агрегат, возвышавшейся над ними, с торчащими во все стороны трубками и проводами.

Всех поразил этот новый тип двигателей. В толпе шептались что, якобы его скопировали с легендарного космического корабля «Звездный меч». Это конечно было не правдой, древние технологии никто не мог повторить, ныне они были утеряны, но такое заявление-реклама сработало, вызвав небывалый ажиотаж вокруг машины.

Гости просили продемонстрировать двигатель в работе.

– Большой триумф для нас, если мы сможем его запатентовать и продать, это решит все проблемы, – сказал Алиен подошедшей к нему девушке.

Баст искренне порадовалась за успехи воина даже не подумав о том, что если ему не нужен будет груз, то у нее исчезнет рычаг давления и она окажется в его власти. Но ей уже не хотелось бежать, она хотела быть в его власти, хотя сама еще не осознавала этого.

Движением руки Алиен предупредил кошку, что запуск произойдет сейчас, и на всякий случай ей стоит отойти подальше.

«Это великолепно, – подумала Баст любуясь машиной, – я и не знала, что у Сеттов есть мастерские, где проводятся эксперименты и опыты. Я думала они живут только грабежами и не умеют ничего создавать».

Стоящие приблизились к двигателю, чтобы полюбоваться призрачными всполохами силы, вырывающимися из работающей машины. Легкий гул гипнотизировал.

Вверху в переплетении цепей и проводов звякнуло, надломилось из работающего на полной мощности двигателя вырвалась струя пламени. Раскаты взрыва оглушили. В толпе закричали.

– Осторожно! – зрители шарахнулись в стороны. Ангар наполнялся дымом, запах горящего пластика не давал дышать.

Пылающий агрегат, обрывая цепи, начал свое медленное падение. Двигатель все еще работал. Цепи, держащие в подвешенном состоянии машину, начали лопаться одна за другой, конструкция провисла сильнее, патрубки натянулись и рвались под тяжестью пылающего устройства. Все новые и новые раскаты взрывов вырывались из не прекращающей свою работу установки. Зрители стали в ужасе выбегать из помещения, боясь большого взрыва. Толкаясь в дверях, они падали и топтали друг друга.

В первую минуту Баст растерялась, но рефлексы все-таки взяли свое, и она вместе со всеми попыталась отбежать подальше, но падающий двигатель рухнул на пол, потеряв последние поддерживающие тросы, ускорил свое падение. Девушка поняла, что ее сейчас накроет сорванными стальными канатами и креплениями, которые с ускорением летели на нее. В ту же минуту кошка почувствовала, что одна рука схватила ее за плечо и толкнула вперед, а другая твердая рука вцепилась в бок и жестко рванула на себя.

Баст скрылась в облаке светящейся энергии. Двигатель фыркнул, взвизгнул и заглох, возвестив о прекращении работы, воем подобным падающему в пропасть зверю.

Сработала противопожарная система. Вентиляторы заработали на полную мощность высасывая из помещения угарный газ.

Когда облака дыма и пара слегка рассеялись, и улеглись, она увидела рядом с собой воина, он крепко держал ее, это был не Алиен.

Риверн потерся щекой о щеку девушки наслаждаясь ее ужасом и неприязнью, его как будто не смутило то, что девушка попыталась отстранится от своего спасителя, не испытывая к нему ни грамма благодарности.

– Привет, Птичка! – весело раздалось у нее за спиной. Девушка предупреждающе сжала руку в кулак и встала в боевую стойку. Это рассмешило Риверна.

– Ну-ну! Зачем быть такой агрессивной, поласковей со своими единственными друзьями, только они могут, в свое время, оказать тебе услугу, которая спасет твою жизнь.

– Мне не нужны такие друзья и сомнительные услуги!

– А кто тебе нужен? Опальный принц темного властителя ненавидимый своей семьей и не принимаемый нигде? С Алиеном быть опасно, к тому же он такой бабник. Любовниц меняет, как перчатки.

Девушка побледнела.

«Значит, это правда, – темноволосой одалиске она не поверила, но, если все знают о том, что у Алиена было много женщин, значит это правда. – Нужно ли ей быть одной из них? Очередной?»

– Впрочем, я здесь только, чтобы предупредить тебя, не вздумай влюбляться в него, ему нельзя доверять! Он поиграется и бросит тебя так же, как и других тех, кто был до тебя.

«Этот говорит тоже самое что и черноволосая», – у Баст все похолодело внутри, яркий и праздничный день потемнел и померк.

– Спасибо за совет, но я сама решу, как жить, – это было сказано не таким бодрым голосом и Риверн понял удар пришелся в цель.

– Ну что ж Птичка, вижу ты любишь приключения, иначе такая высокопоставленная особа не очутилась бы в плену у пиратов. Удачи тебе, но помни мои слова, – и брат Алиена легко развернулся и бодрым шагом отправился к выходу.

Ступор длился не долго девушку-кошку привели в чувство бегающие вокруг техники. Один из них схватил ее за плечо и потряс, крича на ухо:

– С вами все в порядке?

Баст вздрогнула и вернулась в этот мир.

Кошка обернулась из клубов дыма к ним хромал Алиен. Его задело падающей арматурой.

– Пожар! – крикнул он и закашлялся, – спасательную бригаду сюда, живо! С той стороны есть раненые, они сгорят, если им не помочь! – и действительно разбитый двигатель начинал разгораться из него валили едкие клубы дыма. Аварийная вытяжка не справлялась. Рабочие с огнетушителями бросились на пожар.

Воин увидел девушку, которая с испугом рвалась к нему. Раскрыв свои объятья, он надеялся, что она попадет прямо к нему в руки, так как она всегда делала. Но не добежав до него одного шага кошка остановилась и нерешительно посмотрела на него.

«Что за резкая перемена?» – подумал Пират.

Но сейчас не это было главным, надо было отдавать четкие приказы, чтобы эти идиоты перестали бессмысленно бегать по ангару и занялись ликвидацией этой катастрофы. Воин решил расспросить девушку о том, что случилось вечером, когда они останутся одни.

Рана Алиена не давала ему много ходить. За ним по полу тянулась струйка крови. Баст, в которой прорезались медицинские навыки, проснулась и кинулась искать стандартную аптечку, она должна была висеть где-то на стене. Пытаясь бинтовать, она осторожно прикасалась к нему. Воин не сопротивлялся. Он с подозрением наблюдал за ней. На секунду их глаза встретились, они оба опустили их.

У пирата в голове билась одна мысль: «Что случилось?» Он никак не мог понять в чем дело и что произошло.

Баст, пряча глаза, обдумывала варианты побега. Выход на погрузочные палубы был, как никогда близко, в соседнем коридоре.

Перебинтовать, встать, обронить фразу о том, что надо позвать дядюшку Одди. Попасть на палубу и взломать вход в любой корабль. Пятнадцать минут, и она далеко.

Бесчисленные мысли роились в ее голове. Она принимала решение, ломающее ее жизнь на двое, и после назад дороги не будет. Это решение, – билет в один конец.

Дрожали руки и схватывало, замирало дыхание.

Воин наклонился и взял дрожащие пальцы девушки в свои огромные ладони.

Без предисловий прижал к себе и поцеловал. Этот поцелуй был настолько жаркий, головокружительный, что все мысли и расчёты тут же вылетели из ее головы. Сама того, не осознавая она потянулась и обняла его своими руками за шею подставляя губы для следующего поцелуя. И еще одного и еще.

Алиен крепко до боли прижал ее к себе, оба тяжело дышали. Губы у девушки распухли от бесчисленных поцелуев.

– Не волнуйся, я со всем разберусь, – могучие руки гладили ее по голове портя и сминая прическу, но это было не важно. – У нас все хорошо? – вопрос повис в воздухе.

Девушка запрокинула голову и посмотрела в глаза воину. Его голодный взгляд не отрывался от ее раскрасневшихся губ.

«Гори оно все синим пламенем! – решила про себя кошка. – Даже если я буду очередной, и он меня рано или поздно бросит, я хочу насладится этим отпущенным мне временем счастья».

Баст протянула руки и взяла лицо пирата в свои ладони и встав на цыпочки сама завладела его губами.

– У нас все хорошо, – прошептала она в ответ и прижалась к нему плотнее.

За их спинами догорал последний шанс на финансовую независимость крепости, рабочие бегали вокруг него с огнетушителями, но все это было тоже не важно.


***


Рианна опускалась все сильнее. Она перестала краситься, мыться, есть, переодевать одежды, она похудела и высохла. Долго ли пройдет времени, когда воин выбросит за борт ее и других девушек? Она ждала этого момента, как ждут казни, смерти, конца всего.

Враждебная чужестранка все больше и больше окутывала властителя своими сетями. Она влияла на него, – воин менялся. Менялись его приказы, действия, планы. Все теперь на станции решала молодая наемница. Фаворитка властителя. Новые проекты были ее рук делом. Теперь никто не сомневался, что она заворожила и привязала властителя к себе своей магией. Об этом шептались осторожно, и наблюдали за ведьмой из далека.


***


В главной рубке проходило деловое совещание. Никто на станции не знал, что виновницей кризиса была кошка и захваченный ей груз, но все подозревали островитянку в чем-то.

«Да я сама как пиратка. Крепко держу в своих руках Алиена и команду, без груза им никуда от меня не деться. Странная ситуация, неожиданно все поменялось».

Девушка действительно раздумывала, в головы приходили разные варианты возвращения груза пирату.

«Он тогда не будет ее удерживать или будет? Хоть бы узнать, что это за груз такой важности?» – на погрузочные причалы, где стоял корабль «Воин Мрака» ей, после неудачной демонстрации, ходу не было. Если бы она узнала, что за груз она могла бы решить отдавать его или нет.

Баст оторвалась от своих мыслей и стала слушать внимательнее. Главный технолог давал отчет о повреждениях сгоревшего ангара и возможности восстановления испорченного двигателя.

Новости были прискорбные, восстановить обгоревшую груду метала залитую расплавленным пластиком не представлялось возможным. Потенциальные покупатели разбежались, как крысы. Исход гостей начался сразу после аварии. Денег станция не получит. Кошка видела, что, получив сокрушительный удар Алиен не дрогнул, хотя ситуация была безысходная.

Стойкость воина поразила ее, а еще то, что он не сказал ни одного дурного слова ей, не взгляда, не упрека не бросил в ее сторону. А вот старик прожигал ее своим ненавидящим взглядом. Единицы на станции знали, что именно она держит в заложниках ценный груз и Старец входил в их число.

Совещание прервал громкий сигнал, все удивленно заозирались. Кто мог напрямую связываться с главной рубкой минуя радио техников?

Некоторые удивленно повскакивали. Старец схватился за меч, у престарелого Сетта был нюх на опасные ситуации.

Все на станции замерли. Повара на кухне перестали помешивать котлы, помощники замерли с ножами в руках, матушка Пия, держа навесу испачканные в муке руки прислушивалась к голосу из динамиков. В главном коридоре хихикающие одалиски замерли и подняли головы в немом удивлении. В бараках рабов Одди вышел из своей каморки, с банкой толчёных слизняков в руке, удивленно посмотрел на старый заржавевший динамик на столбе. На его памяти сообщения, транслируемые на все станцию, звучали только один раз. Когда, на еще молодую и не укрепленную станцию напали пираты. На всех этажах люди и не люди побросали свои дела и внимательно слушали тяжелый гулкий голос, вещающий из динамиков.

– НОМЕР ТРИ ТЫСЯЧИ ПЯТЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ТРИ, ВАШ ЗАПРОС ПРИНЯТ. ВЫ ЯВЛЯЕТЕСЬ УЧАСТНИКОМ БОЕВ БЕЗ ПРАВИЛ. ПРИМИТЕ КООРДИНАТЫ МЕСТА ВСТРЕЧИ.

Всех удивил второй голос из громкоговорителей:

– НОМЕР ТРИ ТЫСЯЧИ ПЯТЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ, ВАШ ЗАПРОС ПРИНЯТ. ВЫ ЯВЛЯЕТЕСЬ УЧАСТНИКОМ БОЕВ БЕЗ ПРАВИЛ. ПРИМИТЕ КООРДИНАТЫ МЕСТА ВСТРЕЧИ.

На Бои Без правил подали заявку два человека. После этой фразы Старик подозрительно покосился на Баст, девушка решила сделаться вид, что она ничего не знает.

Техники бегали от панели к панели что-то нажимая и считая.

– Но это наши координаты! – воскликнул один из них, – как может быть место встречи здесь?

Старец со злобой посмотрел на Алиена.

– Ну ты ведь сам говорил, что в плохой ситуации воин должен делать то, что должен и не колеблясь ни минуты принимать решения, – старый Сетт только поджал губы.

Старик понял, что его воспитанник уже вырос, самостоятелен и имеет право решать сам и делать ошибки, тольк,о как бы эта ошибка не была его последней.

Все на станции в панике бегали. Тысячи людей обсуждали услышанное, но никто не знал, что делать и что будет дальше, все были напуганы.

Внезапно свет дрогнул станция погрузилась во тьму, спустя несколько секунд загорелся вновь. Все замерли прислушиваясь. Кто-то в толпе крикнул и указал пальцем на иллюминатор. Все бросились к окнам.

Рианна, почувствовав дрожь и увидев звякающие склянки на своем туалетном столике, выбежала в главный коридор и с ужасом прижалась к стеклу, – космоса видно не было. В иллюминаторе мелькала ржавая обшивка незнакомого звездолёта, больше ничего. От сильного толчка несколько девушек за ее спиной упали на пол.

На самом дне космической крепости Сеттов, рабы в панике тушили пожары и разбирали завалы. Женщины чьи родственники оказались под грудами мусора метались в дыму и звали на помощь. Но помощи не было. Все ходило ходуном, хлипкие конструкции из мусора и жести рушились, погребая под собой все больших и больших жителей дна. С потолка сыпались ржавые прогнившие металлические щиты, с визгом один из четырех вращающихся вентиляторов сорвался из шахты и начал падать вниз, давя шиферные и жестяные лачуги, как давит ногой алюминиевые консервные банки хулиган. Дядюшка Одди не спал всю ночь перевязывая обожженных и доставая из-под завалов людей.

Главный иллюминатор рубки закрыла титаническая тень. Станция дрожала. Не до конца скрепленные между собой корабли норовили распасться.

Баст в испуге прижалась к Алиену. Пират обнял девушку и потерся своей щекой о ее макушку успокаивая.

За их спиной на лице Риверна играла радостная улыбка.

На космическую крепость Сеттов надвигалась самая большая звездная цитадель, которую кто-либо когда-либо видел.

Корабль-планета шел на стыковку с крепостью Сеттов.


Конец первого тома.

Продолжение следует.


Май. 2017 г.


**************************


По вопросам сотрудничества обращаться на е-маил: bastas777@narod.ru


НАЙТИ ВСЕ КНИГИ ВЫ МОЖЕТЕ, НАБРАВ В ПОИСКОВИКЕ ИМЯ АВТОРА: ВИТАМИНА МЯТНАЯ.


Другие книги можно бесплатно почитать и купить на сайтах:

ЛитЭра

Призрачные миры.

Литрес.


Библиография.


Серия книг «Ведьма»:

Том1. ВЕДЬМА.

Том 2. ТЕМНАЯ ВЕДЬМА. НА ТРОПЕ ВОЙНЫ.

Дозор. (Бонус) (Бонус будет выложен только на сайтах ЛитЭра, Призрачные Миры)


Серия книг и комиксов «Войны Роз»:

(Книги в разных жанрах про приключение героини кошки Баст. Все книги в серии разные.)


«ПОСЛЕДНЯЯ ЛЮБОВЬ»

(Состоит из двух книг и двух бонусов. Относится к серии «Войны Роз»)


Книга I.

«ПЛЕН И СВОБОДА»

Бонус:

«БОИ БЕЗ ПРАВИЛ» (Бонус будет выложен только на сайтах ЛитЭра, Призрачные Миры)

Книга II.

«ЗМЕИНОЕ ГНЕЗДО»

Бонус:

«ПОЙ, ПТИЧКА, ПОЙ!» (Бонус будет выложен только на сайтах ЛитЭра, Призрачные Миры)


Вне серии:

«НА КРАЮ ПЫЛАЮЩЕГО РАЯ»

«МЕРТВАЯ АКАДЕМИЯ»


X