Сергей Анатольевич Горбонос - Дом среди звезд

Дом среди звезд 1435K, 299 с. (Дом среди звезд-1)   (скачать) - Сергей Анатольевич Горбонос

Сергей Горбонос
Дом среди звезд

© Сергей Горбонос, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *


Глава 1. Исполнитель желаний

Снятие сглаза. Родового проклятия. Приворот, отворот и наворот… В наше время всем мало-мальски владеющим силой живется просто замечательно. И как бы это ни звучало банально, но чем ты слабее – тем лучше. Спецслужбы глянут, улыбнутся и оставят в покое, а народ… народу будет достаточно и тех капель силы, чтобы показать им ЧУДО. И пусть это будет лишь огонек, дрожание воздуха, легчайший звук – этого вполне достаточно: клиент весь ваш и его деньги – тоже.

А есть ли те, кто действительно может что-то серьезней, чем балаганное представление, есть ли те, кого можно было бы назвать магами? Вполне хватает, скажу я вам. Смешней всего то, что чем мы сильней, тем хуже. Постоянные проверки правительства, подозрения, кучи идиотов, желающих или «овладеть запретным», или «покарать богомерзкие отродья». Кстати, да, именно «мы», то есть я тоже.

Позвольте представиться Александр фон Гор. Русский с немецкими корнями по линии отца. Внешность: рост средний, вес средний, волосы черные. Стрижка короткая… была, сейчас немного зарос. Некоторые, правда, говорят, что при взгляде на меня чувствуется порода – но вот, в чем и где она чувствуется, так за много лет понять и не смог. На этом вполне «стандартные» человеческие черты заканчиваются и начинаются нестандартные. Первое – это руки. Мой основной инструмент труда… второй – это топор. Я должен в бою иметь возможность пропускать через руки большое количество энергии и тонко управлять ею, а потом, если понадобится, брать топор и доделывать, что не успел, а потом опять энергия и так несколько раз.

Поэтому, благодаря стараниям одного мага жизни, у которого я немного побыл «подопытным мышем», мои руки усилены так, что могу гнуть подковы, а потом лабать на пианино, потом опять гнуть подковы, ну а после вышивать крестиком – маг смог добиться феноменальной выносливости мышц и связок. Жаль, правда, на все тело у мага сил не хватило. Да и не видел я его потом, правда, некоторые поговаривают, крутились вокруг его дома потом парни из разведки… возможно, даже не нашей. Ну а второе отличие – глаза. При рождении карие, а из-за постоянного тока энергии, близкой к нейтральной, с темным окрасом, приобрели серебряный, металлический цвет и легкое свечение в сумраке. Сколько себя помню, постоянно носил линзы.

Вхожу в список родовых магов. Магия в моей семье передавалась из поколения в поколение. Что за магия? Хе-хе, некромантия. Усмешка судьбы ли, иль злой рок, но я вхожу в семью светлых некромантов. В чем разница? Да ни в чем, разве что в поведении. Вся моя работа – в основном дарить покой внезапно поднявшимся мертвецам, снимать проклятия с кладбищ. Нет, конечно же, поднять неживого я вполне способен, притом, что из-за родовитости силы являюсь одним из сильнейших в нашей стране, да и знаниями не обделен – родовая библиотека за века накопила достаточно. Но стоит мне поднять лишь мышь, мертвого таракана натравить на живого – и все. Точка, приехали. Страх. Ведь у власти тоже люди, они тоже боятся страшных сказок. Им нужен комфорт. Мой прадед умер не своей смертью, дед – также, отец провел ритуал отказа от силы… В общем, стоит лишь немного «поднять хвост», и даже магия станет бесполезна, один в поле не воин, хоть бы он и некромант.

Но я не хочу такого, я желаю найти свое место в мире. Там, где мой труд оценят, там, где я буду необходим и полезен, там, где мне не придется прятаться и озираться…

Удача, шанс, хотя, скорее, тень такового пришла с неожиданной стороны. Один из клиентов, что обычно шарахаются от меня посильней, чем от мертвецов, от которых просили избавиться, оказал мне услугу. Показал меня в выгодном свете, заверил в моей надежности перед влиятельными людьми. Эти люди – древний орден, весьма закрытый. Основная цель – защита священного места. Детали мне неизвестны, узнаю при встрече, на которую, собственно, и направляюсь, но если вкратце, их реликвия – это некий древний артефакт «Исполнитель желаний». Принцип действия и цена неизвестны, но название… вселяет оптимизм.

Подхожу к дорогому отелю для туристов. Здесь, в одном из номеров и пройдет встреча с клиентом. Захожу. Поднимаюсь на лифте. Вот и заветная дверь. Звонок. Ожидание.

Дверь открывает подтянутый мужчина средних лет, с уже пробивающейся сединой. Явно не русский, скорее англичанин.

– Здравствуйте, я – Александр, мне нужен господин Гиллард, – и вхожу, повинуясь жесту мужчины.

– Здравствуйте, присаживайтесь. Мы ознакомились с вашим досье и считаем, что вполне можем воспользоваться вашими услугами, – начинает иностранец, угощая меня кофе, а после, присаживаясь на одно из кресел. На второе сажусь я. – Мы знаем, что вы профессионал, а также способны обеспечить конфиденциальность информации, поэтому, учитывая еще специфику вашего «поиска», мы согласны предоставить вам немного… большее количество информации, чем в любом другом случае. Итак, наш орден относится к орденам хранителей. Наша цель – защита артефакта, о нем чуть позже. Наш способ защиты выглядит так: на поверхности, на одном из островов в море находится замок, весьма старый, но оснащен по последнему слову техники. Это на поверхности – там у нас первая линия обороны. Под землей же у нас склеп. Служители ордена проходят специальный ритуал при вступлении в орден. На жизнь он никак не влияет, но вот после смерти… Тело адепта помещают в вышеозначенный склеп. Благодаря ритуалу оно не подвержено тлену. Но не это главное. Стоит врагу прорвать первую линию обороны, и второе свойство ритуала тут же проявится. Покойные члены ордена оживут весьма сильными умертвиями. Это вторая линия обороны. Под склепом находится последняя комната, комната с артефактом «Исполнитель желаний». Название не совсем отражает его роль, скорее – принцип действия. Верите ли вы в мультистроение вселенной, в то, что мы не одни во вселенной да и вселенная, возможно, не одна?

– Вы это у светлого некроманта сейчас спросили?

– А ну да, извините. Итак, данный артефакт – это телепортационная арка, способная отправлять людей в любые координаты вселенной и, возможно, но это лишь наши подозрения, что его сила одной вселенной, одним миром не ограничивается. «Исполнитель желаний» – название, связанное с принципом его действия. Вот как вы себе представляете координацию в бесконечном количестве миров, ну право, не номера же им присваивать, да еще и не просто координацию, а так, чтоб в определенную точку этого мира попасть. В общем, его принцип работы – желание индивидуума попасть «куда-то». Представляете родной дом – он вас туда отправляет. Представляете, что хотите попасть в место с определенным набором характеристик – представляете их все, и портал подстраивается, ища такое место и отправляя вас туда. То, что вам нужно, не правда ли? Наш орден же бережет его до случая, когда «безопасного места» на планете уже существовать не будет, – это точка эвакуации человечества.

Энергию же портал берет пассивно из мантии Земли. Вот тут и кроется основная проблема. Поглощает он ее постоянно. Данный артефакт рассчитан на постоянное использование. Мы же себе такого позволить не можем, ремонтировать в случае чего его некому. Поэтому, видимо, благодаря системе безопасности, артефакт, накопив определенное количество энергии, выбрасывает ее в окружающую среду. Это штатный процесс и вреда не несет… до этого момента не нес. С таким мы столкнулись впервые. Выброс был чрезвычайно силен. Он вступил в реакцию с ритуалом, наложенным на мертвых, спровоцировав поднятие последних.

Мы бы хотели от вас мягкого урегулирования данного вопроса. Все же это наши бывшие братья и сестры, и нам бы не хотелось терзать даже их мертвые тела автоматами, а потом палить напалмом. Подарите им покой, и мы дадим вам возможность воспользоваться артефактом, ведь именно этого вы хотели – найти свое место подальше от всех.

– Гарантии…

– Методика использования телепорта будет передана вам еще перед входом в склеп. Иначе говоря – вы входите, никто не выходит.

– Устраивает, как мне до вас добраться?

– Что вы, что вы. Мы – орден с весьма щедрым финансированием. Множество людей, особенно сейчас, когда что ни год – конец света, желает иметь эдакий аварийный выход. Поэтому вечером жду вас на крыше отеля, я предупрежу персонал. Там нас будет ждать вертолет.

Возвращаюсь домой. Фактически почти и складывать-то нечего. Но вот специальную экипировку следует прихватить. На тело специальную защиту из полимерных сплавов, не таких уже и прочных, но за счет моей постоянной прогонки через нее силы ставших многократно прочнее, теперь кинетика скорее размажет меня по стенкам защиты, чем пробьет ее саму. Рюкзак с множеством мелочей и целый пакет кристаллов кварца. Данный минерал удивительно полно способен хранить любую энергию. А за долгие годы я заполнил их так, что продай на черном рынке – смог бы купить приличный островок на море, с небольшим особнячком этажей эдак пять, вот только кто же даст… Накопленная энергия способна восстанавливать энергетические и физические силы, фактически, пока кристаллы в наличии, я могу без перерыва сражаться, не нуждаясь в воде и еде. Хотя последние тоже стоит прихватить. Из оружия возьму эту чудесную катану… ага, счаз, губы закатайте, с мертвецами соревноваться в фехтовании последнее дело, поэтому мечами управляться не умею совершенно, беру то, чем владею в совершенстве, – двуручный топор и моргенштерн на пояс. Маскировочный плащ, зачарованный одной ведьмочкой, тоже будет ко двору. Все же, если все получится, планирую попасть в фэнтезийный мир. Ага, с детства еще не вырос. Ну и последнее – библиотека. Как бы ни хотелось ее забрать с собой, но все же это невозможно. Точнее – бумагу забрать невозможно, информацию-то я заберу. Точнее – уже забрал. Был у меня как-то один маг-исследователь. Если брать сравнение с тем же фэнтези, то его сила схожа с силой гномов – рунистов. Очень текучая и слабо поддающаяся изменению энергия. Зато столь же слабо выветривающаяся и очень стойкая. Мы с ним в свое время провели один интересный ритуал. Состоял он в следующем. Я несколько недель повышал магический фон библиотеки, заполняя комнату как можно большей и плотной массой своей энергии. Ну, потом рунист просто со всей возможной в его случае скоростью пропустил через книги свою энергетику. Его стабильная, плохо коррозирующая энергия создала что-то вроде информационных слепков книг, которые я за счет своей быстрой и податливой энергии смог заключить в алмаз. Даже денег на него не пожалел. Вот и получилась у нас эдакая магическая оцифровка. Даже читать теперь не надо, достаточно мысленно обратиться – и энергия сама найдет дорогу к нужной информации на алмазе. Забираю алмаз. Что же, теперь библиотека не только бесполезна, но даже опасна. Мою святую обязанность в сохранении информации я выполнил и посему беру пару наиболее ценных книг – закину их по почте друзьям, остальные же… эх… Резкий толчок энергии с явным темным окрасом, и большая часть книг непригодна для чтения. Стоит их взять в руку, и они осыпаются пеплом. М-да, после такого темного выброса от меня не отстанут… Присяду на дорожку.

Приготовления окончены. По уже проторенной дороге направляюсь в сторону гостиницы. Поднимаюсь на крышу. Действительно вертолет.

– Здравствуйте, Александр, прошу, садитесь поудобнее, дорога будет не близкой. – Это мой наниматель.

Ну что же. Как просили, так и делаем, то есть присаживаемся и всенепременно поудобнее… Ну, полетели.

Полет не запомнился совершенно. Меня с непривычки ужасно укачало, и я, наплевав на все техники безопасности и предосторожности, банально уснул. Разбудил меня господин Гиллард и сообщил, что подлетаем к пункту назначения. Действительно, вдали виднелся приличных размеров остров с замком в центре.

После приземления нас встретили обычные люди, в повседневных одеждах, и провели в столовую. Расслабленные они тут, хотя чего опасаться на острове – вокруг сплошная вода, все же в наш век к такому «одинокому тополю» не так легко и подкрасться. Хотя я все же наговариваю, охрана все-таки была и довольно большое количество.

Поужинав, мне провели инструктаж, то так-то нажми, дерни за пимпочку, шваркни по шморгалке – и дверка откроется. В теории пользоваться телепортом теперь я умею, осталось до него только дойти.

Переодеваюсь. Беру свои вещи и направляюсь к дверям в склеп.

М-да, прямо швейцарский банк с толстенной дверью. Захожу и начинаю спускаться по ступенькам. Все же это не древние забытые усыпальницы, все довольно прилично освещается лампами. Доходя до низа, чувствую родство… Некроэнергия. Да, здесь определенно есть не мертвые. Захожу в комнату и вижу, что в мою сторону оборачивается первый труп. Состояние тела отличное, а вот энергетика ужасна. Наниматели ошиблись. Печать не подняла умертвий, лишь послужила проводником – это всего лишь тупые зомби, самоподнятие как есть. Ха, это будет легче, чем я думал. Ладно, нанимателям нужны красивые тушки, будут им целые и красивые.

– Покой! – произношу и указываю на мертвеца. Легкое искажение, как от нагретого воздуха, срывается с рук и летит в его сторону. Тот, направляясь ко мне, делает очередной шаг и просто падает, никаких воя, пены и прочих спецэффектов. Фактически мог и без слов, но я не знаю, что ждет меня впереди, а слова усиливают концентрацию, помогают легче создать образ необходимого заклинания, экономят энергию одним словом. Простейшее заклинание покоя – просто сгусток силы высокой скорости – вымывает из мертвецов некроэнергию, разрушает энергетические связки. Клиент просил красивое тело – оно будет не тронуто, но вот энергетическое разрушается, выжигается избытком энергии до состояния невозможности повторного поднятия.

Иду, периодически кидая «покой» в медленно плетущихся мертвецов, в левой руке перекус из бутерброда; десятки тел уже упокоены. Работа достаточно не пыльная, хотя и муторная. Мне определенно повезло, что заказчик переоценил степень опасности. Тут было бы достаточно и небольшого ритуала. Провел его над ладанкой, забросил ее в тоннель, и через неделю все чисто и спокойно. Но не мне жаловаться.

Ух. Вроде мертвецы закончились. Прислушиваюсь. Действительно в фоне нет действующей энергии, только остатки пассивной. Подхожу к очередной массивной двери. Снимаю с шеи ключ-карту. Есть активация. Все же серьезные люди не обманули – это радует.

За дверью оказалась небольшая комнатка. Основной экспонат – огромная каменная глыба, похожая на монолитную стену крепости. По всей поверхности тянутся десятки символов и знаков. Достаю из кармана листочек с зарисованной последовательностью знаков и активирую каждый из этого рисунка небольшим сливанием энергии.

Есть. Остальные знаки пришли в движение и начали немного светиться голубым светом – признак удачной активации.

Теперь самое ответственное и приятное – детально представляю критерии места, где хочу оказаться, чтоб без нашего правительства, без гонений, место, где мой труд нужен, полезен, место, где не будет презрения к моей силе.

Кружащие по горизонтали знаки начинают ускорять движение и отклоняться от траектории движения. Все больше и больше картина из знаков начинает напоминать арку, в центре которой зарождается это же голубое сияние, как и в символах.

Очередной всплеск, и знаки останавливаются, некоторые горят особенно ярко. А в центре синевой горит арка перехода. Все. Мне пора. Ну, с богом.

Ощущение добротного пинка в грудь. Но оно не продлилось долго, всего мгновение, и вот я оказываюсь в странной комнате, повсюду комната слабо освещается небольшими лампами, похожими на «дневные». Одно точно – фэнтезийный мир мне не грозит. Но не стоит отчаиваться, нужно осмотреться. И тут останавливаюсь как вкопанный. Уйма некроэнергии наполняет это, судя по ощущениям, огромное помещение, а это значит множество не-мертвых. Неужели меня закинуло в какую-то древнюю усыпальницу? Нужно найти выход. Двигаюсь к большой арке, похожей на арку двери. Закрыто, но рядом небольшой пульт. Слабое вливание энергии – и его закоротило. Плиты, закрывающие дверь, расходятся, и становится ясно одно – это не дверь, это окно, а точней – иллюминатор. А в иллюминаторе то, от чего у меня холодеет сердце, как в бою с первым мертвецом. В нем проплывают какие-то обломки, а вдали видна песочного вида планета. Это не усыпальница – это космический корабль, и я в космосе!

– Да… сходил за хлебушком!


Глава 2. Командор

Вдох.

Немного поматериться.

Выдох.

Вдох.

Немного поматериться.

Выдох.


Ух. Вроде бы древняя русская дыхательная гимнастика помогает, и ко мне возвращается спокойствие. Что мы имеем? Корабль, космос, судя по энергетике, вокруг полно не-мертвых или чего-то с ними родственного. Ситуация «Мы все умрем!!!» с полным допуском к истерии и жалению себя любимого… Ладно. Собрался. План минимум или «пальцем в небо» – найти ближайший источник некроэнергии, читай – мертвеца, и попытаться считать остаточную память, благо помогал с пару десятков раз в таких вот вопросах органам правопорядка.


Командная рубка корабля

– Командор, разрешите обратиться.

– Д-да, я с-слуш…аю т-тебя, Зео.

– Командор, исходя из показателей внутренних сканеров корабля, на наш борт проник посторонний.

– Жи…вой ч-человек?

– Так точно, вы дважды правы, командор – человек и… живой.

– Мус…сорщик, пират?

– Нет, командор. Сейчас десять процентов вычислительных мощностей брошены мною на осмысление данного феномена – человек просто появился на борту. Кораблей поблизости зафиксировано не было. Энергетических всплесков зафиксировано не было. Словно он всегда был тут. Каковы будут ваши дальнейшие приказы?

– Я уста…а…ал, Зео… Я так устал… Вот мой приказ – присв…воить чужаку ст-татус «условно нейтральный». Вывест…ти на голоэкран его передвижения. Враж…дебных д…действий не предпринимать. Если он достаточно силен, чтобы выжить тут, пр…риведи его ко мне. Если нет – они станут его палачами. А т-теперь оставь мен-ня… я устал…


Как же хорошо, что энергетическими всплесками получается открывать здешние двери. Перехожу в очередное помещение, да вот оно. Источник некроэнергии. Весьма слабый – мне же лучше. У дальней стены комнаты стоит человек, точнее то, что когда-то им было.

Удивительная целостность для зомби – если бы я не чувствовал исходящей от него энергетики, то просто подумал бы, что повышенная бледность и заторможенность связана с какой-то болезнью. О, почувствовал меня. Человек, судя по всему, в аналоге формы, уж очень одежда на нее походила – аккуратная, функциональная, серая, развернулся в мою сторону и на скорости «легкий прогулочный шаг», немного неровно ковыляя, двинулся на меня. Хе, мог бы и раньше. Значит, ранг… думаю, средний, то есть один на один с обычным человеком легко справится, с парой… возможно, с группой людей – не осилит. Ну да ладно. Тут нет ни правительства, ни церкви, могу себя не сдерживать и использовать все знания рода.

– Кара! – Все же лучше экономить энергию. Продолжаю дублировать заклинания словами.

Вкладываю минимум силы. Заклинание «кара» считается боевым и служит для точечного прохождения неусваиваемой энергии через тело. Заклинатель быстро готовит «сырую» энергию, которая, направляемая его рукой, устремляется в тело жертвы. Там, в зависимости от его энергопроводимости, она начинает себя вести, словно пуля со смещенным центром тяжести, выискивая более проводимые для энергии участки, поэтому, постоянно передвигаясь по телу, дробит его. Для более сильных некросозданий не применимо – их насыщенное некроэнергией тело не даст блуждать по нему, сработав словно броня. А вот для таких – в самый раз. Именно то, чтобы взять цель «живой». Дешево и сердито, так сказать.

Из руки вылетает небольшой черный лучик, тут же втягиваясь в тело зомби в районе ноги. Ее сразу же переламывает, и тот падает на пол. Применяю еще пару раз «кару», обезвреживая руки. Клиент упакован и жаждет достижения консенсуса. Быстро подхожу и кладу руку ему на голову. Есть контакт, немного, но целая память имеется. Данное тело было механиком на имперском линкоре «Губитель».

Последняя миссия корабля – официальная встреча с альвами[1] для устранения общей угрозы. Далее битый участок… Ага, вот. Последнее воспоминание – появление в зоне контакта с альвами неизвестных черных кораблей, полностью покрытых футуристическими шипам. Из них бьют лучи и попадают в союзные корабли, потом вспышка и темнота. Я не понимаю, если в них стреляли, почему они «поднялись». Ладно, цель и план теперь становятся яснее – продвигаться в сторону командной рубки этого линкора и попробовать считать знания у кого-то из офицеров, в идеале у капитана, благо схему корабля механик помнил получше своего имени.

– Покой! – И еще дергающееся тело у моих ног затихает, а я прекращаю свои бесцельные блуждания и разворачиваюсь в сторону переходов, ведущих к рубке.

* * *

Очередная комната очередного перехода. Очередной средней силы зомби бежит с очередной идеей меня съесть. Прямо как-то скучно стало. Благо до командной рубки осталась всего пара переходов. Странно, но чем ближе я к ней подхожу, тем концентрация зомби растет. Они должны были просто разбрестись по кораблю, чего они толпятся здесь?

– Здравствуйте…

– ТЛЕН!!! – выкрикиваю заклинание, пуская его за спину, на звук, еще быстрее, чем вообще смог понять, что произошло.

Разворачиваюсь, ожидая в душе увидеть кучку праха, но у меня за спиной стоит мужчина. Средних лет, с сединой, лицо волевое, спина «как кол загнали» – типичный такой военный. Стоит, смотрит и улыбается. А я в панике, я не ощущаю вокруг ничего живого, мертвого тоже нет. Это не призрак и, тем более, не живой человек. Фактически – пустая комната.

– Удивительно. Я выделил еще целый один процент моих мощностей на осмысление данных феноменов. Анализы воздуха показывают, что на долю мгновения, до усреднения воздушной среды, все, что находилось на пути энергетического сгустка, вылетевшего из вашей руки, претерпело изменения. Все, с чем столкнулась данная энергетическая масса, подверглось мгновенному старению и разложению на более простые, уже неорганические соединения. В то же время неорганика изменениям не подверглась. Удивительно!

– Могу я узнать, кто вы? – а про себя отмечаю, что портал вышел хоть и косым, но проблемы языкового барьера он меня лишил, и я нормально понимаю гостя.

– О, где мои манеры, зовите меня Зео. Пока этого будет достаточно. Если командующий сочтет нужным, он предоставит всю необходимую информацию, включая и обо мне. Кстати, я здесь для того, чтобы проводить вас на встречу с ним. Вы все же гость, причем незваный, я бы на вашем месте воспользовался предложением.

– Насколько я мог понять, я и так продвигался в нужном направлении.

– Действительно, исходя из анализа вашего маршрута, так и есть, но после приглашения все охранные системы будут отключены. За исключением зараженной части команды. С ними вам придется разбираться самому. Прошу следовать за мной.

Так мы и шли. Я по коридорам, которые теперь не нужно было взламывать – они сами пропускали меня дальше. На Зео зомби совершенно не реагировали. Подозреваю, что он скорее голограмма или что-то в этом роде. Не живой – это точно. Когда до командной рубки осталось всего ничего, я столкнулся с проблемой. Концентрация зомби не позволяла выполнять единичное упокоение. Их там около двадцати. Шутки закончились, вечер перестает быть томным. Тут необходимо что-то уже из более серьезного арсенала. В руке струится энергия, собираясь в шар, размером с яблоко, тускло светящееся темно-зеленым. Этому приему когда-то научился сам, случайно.

– Тлен! – И шар срывается с моей руки, но связь с заклинанием не теряю, и за ним от меня тянется легкая, почти невидимая нить.

Шар долетает до группы зомби. Делаю всплеск силы по нити, и шар дестабилизируется. Происходит расфокусировка, и «тлен» разрывается, срабатывая на все цели, сколько хватает энергии. Двадцать тел останавливаются, чтобы через миг начать осыпаться пеплом, прогорать, словно сигарета. Еще пара биений сердца, и все. Вокруг лишь прах. Да, за применение этого заклинания даже для демонстрации дома я бы схлопотал… м-м-м… ну если бы сразу не убили, думаю с три пожизненных – точно.

Массивная дверь в командную рубку открывается, и взгляду предстает, даже для меня, весьма неприятная картина. На командирском месте сидит человек, хотя таковым его назвать сложно – сплошной скелет, обтянутый кожей. За его спиной лежит большая камера, словно гроб. Реанимационная камера – подсказывает память механика. Она вся раскурочена, из нее тянется уйма проводов, напрямую вживленных в тело командора. В энергетическом плане биение жизни очень слабо. Человек явно заражен некроэнергией. Судя по всему, аппарат постоянно прогоняет через его тело кровь, очищая ее – очень, очень болезненный способ отодвинуть грань проклятия, некроэнергия просто не успевает полностью заполнить тело. Но плата высока – ужасные страдания.

Человек, услышав шаги, разворачивается в мою сторону.

Я ошибался. Этого человека еще рано записывать в покойники. На землистого цвета лице, без волос и бровей, ярко выделяются голубые глаза, смотрящие на меня остро, словно решая, какого приговора я достоин.

– Зео, в-води сти… стимуляторы…

– Но, командор, со всем уважением, это может оказаться очень опасно для вашего здоровья.

– ТИХО! Я насл…лушался от т-тебя бр…реда итак за эти десять лет. С гостем у нас будет долгий разговор и мне нуж…ен чистый разум.

– Будет исполнено, командор.

Послышался резкий звук со стороны медкапсулы, тело человека вздрогнуло и пару раз дернулось в судороге. Потом он затих, словно уснул. Но всего через миг пришел в себя, и на меня уставились эти пронзительные глаза с искорками какой-то бесшабашной обреченности.

– Ну что же, гость, рад видеть тебя на моем корабле, – уже не запинаясь, четко произнес командор. Кстати, «моем» было сказано явно с издевкой. – Появился неожиданно, ходишь, гуляешь по кораблю как по своему, хе-хе, откуда это ты такой взялся, не расскажешь?

– Сбой при перемещении, дальнейшая информация вам ничего не даст, скажу лишь, что тут оказался случайно.

– Случайно не случайно, а навыки у тебя весьма и весьма интересные. Зео уже всю плешь проел, сравнивая тебя с псионами, но ты, эдакий нехороший человек, ну, никак в шаблон не лезешь, хе. Ладно, пошутили и хватит. У меня очень мало времени, точнее около часа. И у меня для тебя есть очень выгодное предложение. Если вкратце – я даю тебе возможность добраться до любой планеты из обжитых, а ты за это делаешь кое-какую работу для меня. За час не управишься, так что аванс гарантирую, хе, я бы даже сказал – полную предоплату. Что скажешь?

– Вы видите мое положение, вариантов я не вижу.

– Вот и хорошо, я, признаться, тоже… вариантов не вижу. Но, пожалуй, стоит начать издалека. По твоему поведению я вижу, что гость ты весьма-а-а дальний, любопытно, конечно, но время утекает. Итак, как дальнему гостю позволь внести ясность в некоторые события, произошедшие тут весьма давно. С чего бы начать? Ха, да начну, пожалуй, сначала.

Жила-была вполне себе такая довольная и самодостаточная космическая империя[2]. В соседях имела содружество государств, что, по сути, были сборищем разных корпораций планетарного масштаба – от нас давно получили по шапке и предпочитали торговые отношения. И Союз вольных баронств[3] – граничащее с пиратством образование, включавшее некоторое количество планет и станций, на которых собиралось все, что можно – от пиратского сброда до изгнанников и искателей приключений разнообразных рас. Образование столь малое, что и тявкнуть на нас боялось. В общем, соседи весьма душевные. Но была еще четвертая сторона: ближайшая к нам разумная раса – альвы. Нет, конечно, сейчас в космопортах многих планет не редкость присутствие представителей десятка разных рас, но альвы… они были именно… м-м-м… соседи. Народец весьма гордый. Чем-то старую аристократию напоминали. Много гонору и куча манер. И хоть берегами мы не сошлись, но войн все же не было – всем хватало ума понять, что начни мы войну – это повлечет лишь упадок обоих, ну а там уже дальние соседи подтянутся на наши пепелища. В итоге «вооруженный нейтралитет» с эдаким «дружеским окрасом». Из вышесказанного видно – империя вполне себе неплохо жила и горя не знала. До определенного момента. Всему виной, видимо, заострившееся внимание на внешней «возможной» угрозе… службы безопасности так рьяно смотрели вдаль, что проморгали угрозу буквально под носом.

А началось все с малого. На одной из планет империи возникла некая организация, даже не организация… скорее культ. Империя не приемлет лжеучений и запудривания мозгов молодежи, но тут все было довольно культурно. Данный культ – «Новая нация»[4] – занимался поиском путей продления жизни человеку, в идеале – бессмертия. Видимо, в верхах решили, что, поскольку вреда нет, то пусть себе ищут эти пути. По принципу «чем бы дите ни тешилось» – не найдут, то не велика беда, а найдут – так вообще замечательно.

Прошло где-то около года. Культ набрал силу и сторонников. Странно, но службы безопасности не насторожились, ведь если внимательно присмотреться, культ был удивительно скрытен. Но он стал весьма популярен даже в верхах. Спустя еще год случилось одно значимое событие – главы культа вдруг объявили, что для постижения тайн бессмертия им нужно уединение от мирских забот, возвращение к истокам. Поэтому они собрались улетать в дальний космос на одну из неисследованных планет. И пригласили с собой всех желающих.

Странные вещи тогда творились. Люди улетали целыми семьями. Но это еще полбеды. Так, например, отец какой-то семьи мог прийти с работы, потом молча взять собрать вещи… и все… нет его больше, улетел. Семья соответственно в шоке. У императора лопнуло терпение. Он запретил такие миграции людей без кучи проверок и документов. Помогло слабо. Но потом все вроде бы затихло. Прошло около двух лет. Про культ уже начали забывать…

А потом пришло послание из одной колонии империи. Колониальная власть высказала свое недоумение по поводу снижения финансирования колонии, а также увеличения налогов. Император был в недоумении – ничего такого не проводилось. За одним прошением пришло и второе – из другой колонии, а за ним – третье, четвертое, десятое, двадцатое…

Была назначена комиссия из приближенных к императору лиц. В нее вошли самые надежные люди, вплоть до членов императорской семьи. В ходе проверок было обнаружено грубое нарушение правил сотрудниками налоговой службы в верхах, даже высшие чины из казначейства были замешаны. Дело как дело, правда, поражало масштабностью и тем, что деньги так и не нашли. Удалось отследить, что они конвертировались в сырье, технику и т. п. и переправлялись транспортниками в дальний космос, далее следы терялись. Перелом произошел при штурме дома одного из чиновников. Тот буквально забаррикадировался у себя и отстреливался, не давая взять живым. Когда же силовики прорвались он с криком «За новую нацию» застрелился. Вот тогда о культе и вспомнили снова. Император объявил культ вне закона и начал репрессии против найденных культистов, которых в столице оказалось на удивление много.

А далее произошло то, что в нашей истории вошло под названием «День крови». Был парад в честь дня рождения императора. Сам император вышел к трибуне, дабы поприветствовать своих подданных. Но стоило ему начать речь, как трибуну озарила вспышка силовых щитов, установленных для защиты высочества. В императора стреляли. Императора тут же закрыли бойцы из личной гвардии. А в толпе началась паника. Около полусотни людей с криками «За новую нацию» подобно фанатикам прорывались к трибуне. По ним тут же открыли огонь из лазерного оружия. А они приближались. Получали ранения, но фанатично двигались к императору. Гвардейцы – бойцы, что успели повоевать и на границе и с пиратами, бледнели, и только долг не давал им бежать. А дело в том, что культисты подходили с ужасными ранениями, с дырками в туловище, с отсутствующими руками, они все приближались, не ослабляя огонь. Вовремя подтянувшаяся тяжелая техника успела буквально размолоть их в фарш – это только их и остановило. В ходе акции пострадали сотни людей.

Как потом мне рассказал, по секрету, один ученый, после вскрытия культистов экстренно собрали лучшие умы империи. Дело было в том, что те были буквально напичканы имплантами, как органическими, так и кибернетическими. Это уже были не люди. Причем ученые кибернетики отметили новаторские идеи при создании данных имплантов, но так же, заявили, что те были несколько дефектны и в дальнейшем пациент не мог бы существовать. Иначе говоря, в бой кинули смертников. Как позже выяснилось из расследования личностей культистов, ими оказались обычные люди, обыватели, что когда-то ушли с «Новой нацией» в неизведанные земли за бессмертием.

Опомниться же нам не дали. Экстренный сигнал SOS пришел из одной дальней колонии империи. Неизвестные корабли, все черные, в шипах, напоминавшие скорее чудовищ из кошмара, напали на колонию. В ходе этого нападения пострадавших почти не было. Потому что людей-то и не осталось почти. Буквально вся колония была захвачена. Людей согнали, словно скот, неизвестные бойцы, что отличались просто феноменальной живучестью, и задавили на корню полицию колонии. Взятые в плен люди были помещены на эти ужасные корабли и увезены в неизвестном направлении. А через пару недель атаке подверглась еще одна колония со схожим результатом. И всем стало понятно одно – война началась.

Были мобилизованы силы флотов империи. Тактики и СБ трудились в поиске следующего места нападения. И оно было найдено. Невдалеке от одной из дальних колоний были зафиксированы варп-возмущения двигателей кораблей. Флот империи в экстренном порядке был перенаправлен в том направлении. Но это была ошибка. Враг выставил себя живцом и захлопнул ловушку. Сотни кораблей врага выходили из варпа. И пусть тяжелых линкоров среди них было немного, но боевые крейсера те имели во множестве. Развязался страшный бой. Ужасающим было то, что поврежденные корабли врагов никогда не сдавались. Фанатики или взрывали себя рядом с нашими кораблями, или вели корабли на таран. Но флот империи – это флот ИМПЕРИИ. Ловушка была перемолота. Хотя победа не казалась столь радостной. Фактически четверть флота была потеряна в этом первом боестолкновении. А сил врага так никто и не знал…

Именно тогда мы и вспомнили про альвов. Император, пересилив гордость, попросил помощи у соседей. И те ответили согласием. Как мы потом выяснили, этот культ появился и у них, хоть такого размаха и не приобрел, ведь альвы изначально долгожители. Но проблемой стать успел. Решено было направить посольства, дабы укрепить наши союзные отношения нерушимыми договорами и разработать тактику противостояния. Так, в режиме полной секретности два флота двинулись к одной из ненаселенных систем, навстречу друг к другу, с посольствами на борту. То, что ты видишь в иллюминаторе, – это и есть остатки этих флотов.

«Все началось внезапно» – обычно так начинается большинство нападений. Но не в нашем случае. Это была показательная акция, карательная, я бы сказал. Впереди, клином шла дюжина крейсеров, которых мы вместе с альвами давно заметили и лишь ждали, когда те подойдут в зону поражения орудий. Оптимальная зона поражения была достигнута, и мы сделали залп:

– Доложите о повреждениях врага.

– Командор, залп был успешен. Регистрируем стопроцентное попадание орудий. Щиты цели… эм…

– Что там со щитами?

– Щиты цели активны, командор.

– Удивительно, выдержали наш главный калибр, да и альвов тоже, хорошо, готовьтесь к повторному залпу.

– Командор, враг произвел залп из основных орудий, тип атаки – лазерный, цель – малые корабли поддержки.

– Что?! Это невозможно, он должен держать энергию на щитах, как он может еще и атаковать энергетическим оружием? Тут что-то не так. Произвести повторное сканирование системы.

– Командор, повторное сканирование показывает, что крейсеров не двенадцать, а пятнадцать. Дальнее, первичное сканирование не смогло различить еще три крейсера, идущих вплотную, «за спинами» атакующих крейсеров.

– Тип неизвестных крейсеров.

– С вероятностью семьдесят пять процентов искин делает вывод, что это логисты. Два крейсера осуществляют накачку щитов основного звена и один занят перекачкой энергии для залпов их орудий.

– Перенаправить орудия на крейсера поддержки врага.

– Командор, невозможно, они за основными крейсерами, вне зоны поражения.

– Хорошо, придется продавливать, мы все же на линкоре, чем они только думали, даже так у них нет шансов.

– Командор, враг почти уничтожил наши малые мобильные силы в виде фрегатов поддержки. Остались лишь наши и альвийские линкоры.

– Численность не имеет значения, мы берем калибром орудий и мощностью щитов, их логисты не продержатся достаточно долго. Залп.

– Есть залп, командор, регистрирую попадание. Щиты четырех крейсеров противника сняты.

– Перенаправить огонь по незащищенным крейсерам.

– Есть огонь, регистрирую уничтожение трех крейсеров, четвертый выведен из строя.

– Что я и говорил, обломают зубы, дожимаем остальных.

– Командор, регистрирую варп-возмущения в пространстве системы.

– Выполнить сканирование.

– Регистрирую пять линейных крейсеров врага вне оптимальной зоны поражения.

– Отметить как вторичные цели, продолжать огонь по основным.

– Командор, еще два крейсера врага уничтожено. Регистрирую накачку орудий линейными крейсерами противника.

– Расстояние слишком велико, будет сродни комариному укусу, не менять приоритетов огня.

– Командор… это…

– Что случилось?

– Регистрирую потерю связи с двумя нашими линкорами и двумя линкорами альвов.

– Они целы?

– Да, командор, по ним произвели залп орудия линейных крейсеров врага, после чего наступила потеря связи. Странно, командор, один из линейных крейсеров врага взорвался, видимо перегрузка орудия. Командор, мы потеряли связь с оставшимися линкорами!

– Да что же творится!?

– Взорвался от перегрева реактора еще один линейный крейсер врага.

– Да чем лупят это самоубийцы?!

– Командор, по нам произведен залп!

А потом наступила тьма. Проснулся я в медотсеке. Как мне отчитался Зео, команда поражена неизвестной болезнью. Они атакуют друг друга, а иногда даже пожирают. Выяснить, что за болезнь, у него не получилось, удалось узнать лишь причины ее возникновения – странный залп из тех линейных крейсеров врага. Зео регистрирует команду как подверженную заболеванию, ни атаковать, ни уничтожить заразившихся он не может – запрет, установленный еще при его создании «о не причинении вреда союзникам». Управление кораблем также ограничено – параграф безопасности «о неизвестных болезнях и вирусах» – пока не будет выяснен возбудитель болезни, корабль должен пребывать в карантине с запретом стыковки, с какими-либо кораблями. Мне Зео, кстати, предложил альтернативу – ты ее сейчас видишь. Это позволило бы мне продержаться в адекватном состоянии до прибытия союзных сил, которых и по сей день все еще нет. О точке встречи с альвами знали немногие в командовании империи и альвов. Предательство, не иначе. Думаю, имея ТАКИХ своих людей в верхах, врагу будет легко разорвать наши с альвами несмелые попытки объединиться. Но я, итак, потратил слишком много времени. Пора бы и перейти к условиям нашей сделки. Но перед этим объясни один момент. Зео, включи запись.

На большом экране появилась запись момента, когда я считывал воспоминания с головы зомби.

– Зео провел анализ. Если учесть характер твоих передвижения до и после этого инцидента, а также твою реакцию на некоторые факторы, был сделан вывод, что ты смог считать информацию с мозга одного из зараженных. Это так? – и внимательно так смотрит, как перед расстрелом.

– Да так. – Пропади оно все пропадом, устал я прятаться.

Странно. Командор почему-то обрадовался, улыбнулся даже.

– Замечательно. Итак, условия. В космосе, кроме нас, имеются три линкора альвов и три наших. Я хочу, чтобы ты зачистил эти корабли и поискал выживших. Корабли альвов кардинально отличаются от наших, всякое возможно, могли и уцелеть некоторые. На наших же кораблях также перевозили ученых, хотели потом с альвами обсудить вопрос об имплантах в телах фанатиков. Поищи и там выживших или хотя бы попробуй поискать базы данных ученых – это будет полезно, в идеале, если их передать альвам. Если же будут выжившие, особенно среди альвов, возможно, удастся окончить нашу посольскую миссию – надежда слабая, призрачная, я бы сказал, но всяко бывает. А теперь перейдем к главному, а именно: как ты это сделаешь. Зео!

– Да, командор.

– Передаю права управления кораблем, а также коды доступа этому человеку при условии соблюдения им озвученных мною условий. При их выполнении права командования линкором оставить за ним как за мои преемником. Это мое слово, слово командующего имперского флота.

– Будет исполнено, командор.

– Эй, я понимаю, что вы в патовой ситуации, но это ни в какие рамки не лезет – очистить шесть кораблей, притом, что этот еще до конца не чист. Но это еще мелочи – управление линкором, да я машиной управлять не умею!

– Помнится, ты говорил, что можешь считывать информацию с мозга.

– Да, при достаточном облучении того некроэнергией.

– А мой достаточно облучен?

– …

– Я жду ответа.

– Достаточно…

– Ну, вот видишь, как все хорошо складывается. И не надо на меня такими овечьими глазами смотреть! Парень, я устал… очень устал…

– Я вас понял, командор.

– Удачи тебе… командор.


Глава 3. Шарик

– Пусть твоя душа пребывает в покое, командор. Ты был великим человеком, – произношу, поднимая руку с кучки праха, что когда-то была человеком.

Действительно, легендарная личность. Прошел множество войн, был по-своему гениален во всем, что касалось космоса и войны. Удивительно, но память считалась с поразительной четкостью. Видимо, тут сыграло несколько факторов, хоть я и не менталист, но все, что касается некроэнергии – моя епархия. А его тело ею было накачано по самые уши. Поразительно, что он протянул так долго, жизнь тела висела на препаратах и некроэнергии, словно консерванте. А когда она покинула тело, то оно развеялось, словно пыль на ветру, но так даже лучше, нет нужды отправлять его в холодный космос. Вторым фактором было добровольное согласие человека, все же правду говорят, что это решает многое. Считывание благодаря этому прошло «без сучка и без задоринки».

Итак, что мы имеем. Главная моя головная боль – Зео, оказался корабельным искином, а я все не мог понять, почему не чувствую в нем жизни. Нет, что-то такое все же есть, но разбираться с этим я буду потом, работы сейчас выше крыши.

Вторая странность – у нас на один линкор больше, и это при «прохладных» отношениях сторон. Также стало понятно – один был полностью набит научным оборудованием и вез научников. Эдакий «гроб на колесах» – куча брони и никакой мощи. Его целью было лишь сохранение жизни экипажа, а точней – ученых и их дорогущего оборудования. Думаю, с этого корабля стоит первым начать, после того как я закончу с очисткой и осмотром кораблей альвов.

Но сразу следует начать с самого нудного – дочистить этот корабль. Задача не сложная, но сил потребует много.

– Зео, я пошел зачищать корабль. Ты можешь что-то сделать с телами, или мне самому этим заняться?

– Командор, дроиды займутся похоронами экипажа. Я же советую вам быть осторожным при лечении экипажа в топливном отсеке.

– Лечении? Я не знал, что у тебя столь изощренное чувство юмора.

– Нисколько, командор, поскольку ваши действия не подпадают под стандартную классификацию, я-то присвоил им статус «лечение», что дало возможность мне игнорировать ваше вмешательство и влияние на экипаж.

– Хм, как знаешь, так что там в топливном отсеке?

– Ученые попросили перевезти одну из имперских гончих в качестве подарка альвам. Это очень выносливое и хорошо защищенное животное, что и в нормальном состоянии представляет нешуточную угрозу даже для группы людей. После заражения его силы мне неизвестны, уничтожить же его я не могу по причине того, что это животное, словно почувствовав угрозу, забилось в помещение, прилегающее к топливному отсеку. Любое воздействие там может привести к нежелательным последствиям, и я принял решение об изоляции животного.

– Хорошо, когда я закончу чистку на палубах, то загляну туда.

И начались долгие утомительные часы. Зайти в очередной отсек. Использовать «Покой» или «Тлен», в зависимости от «заселенности» отсека. Восстановить силы. Пойти в следующий отсек.

Одно радует, что на питание некроэнергия не оказала никакого воздействия. Да мне собственно все равно, я некромант, но все-таки так лучше, поэтому питанием Зео меня обеспечил сытным и регулярным.

Но ничто не продолжается вечно, так и моя работа подошла к концу. Вот тогда я и вспомнил про топливный отсек, признаться, о котором уже подзабыл. Память командора услужливо подкинула информацию.

Имперская гончая – страшное существо, огромная собака, чем-то напоминающая русскую борзую, но при этом ее тело покрывали небольшие пластины сросшейся шерсти, образовавшие броню, что вкупе с огромной скоростью и зубками, способными рвать железо, вгоняло меня в истинное уныние. Ранее использовалась в «смутные времена» империи для поимки беглых рабов. Сейчас же является очень редким, буквально вымирающим видом. Альвы очень ценили это животное. Благодаря слабому ментальному или, как тут говорят, псионическому воздействию, на которое были способны все альвы, они могли наладить с ней контакт и почти добровольно сделать своим слугой, очень верным слугой. Поэтому данный «подарок» действительно мог сгладить множество углов при заключении союза. Неизвестно только, как повлияла некроэнергия на животное. Грубое облучение орудиями культистов было сродни стихийному выбросу, а это всегда непредсказуемые последствия.

– Зео, я вхожу. Будь готов открыть огонь при моем отступлении, если смогу выманить ее из отсека.

– Так точно, противоабордажные турели активированы, будьте осторожны, командор.

– Хм, никак не привыкну к… ладно, я вхожу.

Перегородка отсека с тихим шипением отъезжает, и я осторожно вхожу в полупустое помещение. Слабое освещение не имеет значения, я хорошо чувствую это животное. Невероятная скорость, я буквально подумывал о телепортации, но это лишь сила мышц. Я уже несколько минут слежу за тем, как зверь пытается подобрать удобное место для атаки. При этом он оббегал уже весь отсек, а так и не показался на глаза. Мечты о слабом зомби можно забыть, некроэнергия только усилила существо.

Вот зверь остановился. Видимо, понял, что я как-то за ним слежу и прятаться бесполезно, поэтому с тихим рыком вышел на свет. Хм, здоровенная собака, действительно походившая на гончую, теперь имела антрацитово-черный окрас. Защитные пластины также черного цвета буквально впитывали свет, делая зверя невидимым в слабо освещенном помещении. Но вот глаза, внимательные, умные и жуткие, светящиеся алым светом, наводили истинный ужас. Не-е-ет. Уничтожать такую красоту будет истинным расточительством.

– Кара! – И зверь падает с переломанными лапами.

– КАРА! КАРА! КАРА! – М-да, аж после четвертого раза конечности стали настольно недееспособны, чтобы, упав, зверь не смог подняться.

Лежит, внимательно следя за мной алыми зрачками. Про себя замечаю, что тянуть не стоит, регенерация в лапах уже началась.

– Подчинение! – Направляю руку в сторону его головы и начинаю вливать свою некроэнергию. Процесс весьма длительный. Проходит медленная промывка тела жертвы некроэнергией с замещением чужеродной энергии на свою. После данной процедуры существо будет воспринимать меня как энергетически родственное себе, а больший запас энергии позволит его подчинить. Его лапы почти срослись, но мне нужно еще секунд десять до окончания ритуала.

9… Лапы восстановились.

8… Пес поднимается и кидается на меня.

7… Не прерывая «подчинения», немного отступаю вбок.

6… Зверь пролетает мимо, промахиваясь, скорее, из-за наспех сросшихся лап.

5… Сила удара такова, что один из ящиков, заполненный разными ремкомплектами, сминается от удара. Стальной ящик.

4… Гончая приходит в себя, но, видимо, опасаясь следующего удара, отпрыгивает от меня подальше.

3… Пес понимает, что с моей стороны атаки не последовало, и начинает разгоняться для нового удара.

2… Добежав, останавливается для броска.

1… Кидается на меня, в этот раз совершенно точно рассчитав траекторию.

Все, больше нет возможности держать «подчинение», меня сейчас просто сметут. В последний миг, буквально в морду зверю, делаю выброс сырой энергии. Очень непрофессионально с моей стороны. Выброс получился сильный, настолько, что гончая улетела далеко, раскидав все те же многострадальные ящики, ну а я остался как идиот с пустым резервом. Из ящиков послышалась возня.

Гончая выбралась и пошла на меня. А дойдя, остановилась, сев рядом со мной и ткнув носом мне в руку. Фу-у-ух. Все получилось.

* * *

Эх, взрослый же человек, но всегда, знаете ли, мечтал иметь собаку. В некотором смысле можно сказать мечта сбылась, и имя дал такое, как хотел всегда – героическое и пафосное…

– ШАРИК, ЖРА-А-АТЬ!!!

Из-за поворота вылетел этот бронированный теленок и метнулся к своей миске. Воздействие некроэнергии на гончую оказалось хоть и продолжительным, но очень ослабленным.

В итоге получилась эдакая «природная» версия ритуала получения высшей нежити, уже не живых, но еще не мертвых. Те же легендарные вампиры создавались по тому же принципу. Зверь мог вообще обходиться без еды, что он собственно и делал до этого, но еда, любая органика или энергетика были кирпичиками, из которых новое, измененное тело могло не просто существовать, а развиваться. Во что он превратится в дальнейшем, не могу даже предположить, природные изменения всегда непредсказуемы, пусть даже они и были вызваны рукотворно.

Корабль очищен от остатков экипажа. Зео позаботился о захоронении тел (устроил «морские похороны», то есть молитва и за борт) в космосе.

Настало время ответить на вопрос о дальнейшем маршруте моего следования. Так как бывший командор мне вариантов не оставил, то у меня было два пути – корабли альвов или остатки кораблей людей. Но здравый смысл «начать со своих» как со знакомых и, скорее всего, более безопасных был жестоко задавлен проснувшимся просто каким-то детским любопытством и желанием «поискать неизведанное»… или приключения на пятую точку. В общем, плюнул на все и, заключив, что и так и так надо посетить все корабли, решил начать с кораблей альвов, побаловав неуместно появившееся любопытство, ибо любопытный некромант – это минимум статья.

– Зео, ты меня слышишь?

– Да, командор, в пределах корабля вы можете связаться со мной из любой точки.

– Что у нас с возможностью передвигаться, я хочу, следуя договору, начать исследовать корабли альвов.

– Очень хорошо, командор, корабль в отличном состоянии, повреждений не имеет. Культисты не смогли тогда пробить наши щиты, а после выстрела этим странным лучом по нам атак произведено не было.

– Ты сможешь в одиночку управлять кораблем?

– Безусловно, но из-за рассредоточения моих вычислительных потоков на множество незначительных действий, которые обычно выполнялись членами команды, эффективность линкора упадет на порядок. Советую в ближайшее время произвести отбор команды. Исходя из сложившейся ситуации, набрать команду можно из любых гуманоидов, не имеющих уголовного прошлого.

– Я тебя понял, лети к ближайшему кораблю альвов, мне все равно с кого начинать.

– Ближайший к нам линкор, как и мы, был в атакующем звене. Исходя из этого, могу сделать предположение, что этот корабль служил для защиты дипломатической миссии, которая находилась, предположительно, на дальнем корабле, отступившем за щиты первого.

– Хорошо, полетели.

– Запуск двигателей… малый ход… средний… полный ход… включаю форсажные камеры. Включение микроварп двигателей считаю неразумным без экипажа. Командор, время пути с учетом маневров двадцать минут.

– Хорошо, я соберусь и пойду к стыковочному отсеку.

– Принято.


Глава 4. Рыцарь

– Принудительная стыковка завершена, командор, удачи.

Вхожу на борт и…

– Матерь Божья!

– Полностью с вами согласен, командор. Все же слухи о том, что корабли альвов частично органические, подтвердились.

В первые секунды у меня возникло ощущение, что меня съели. Этот корабль имел просто уйму органических вплетений в корпусе и приборах, псевдоживой, я бы сказал.

– Зео, что с искином?

– Искин также был органическим, поэтому излучение подействовало на него крайне негативно, он недееспособен, хотя нет, он… мертв. Сейчас жизнеобеспечение обеспечивается исключительно дублирующими системами из неорганики. Корабль-призрак, командор.

Но Зео не видел всей картины. Органика стен действительно поглотила излучение, поглотила и ослабила, но в то же время получился противоположный эффект. Излучение хоть и было слабее, но имело постоянную структуру, излучаемое самими стенами корабля из накопленной им при поглощении. Эдакая микроволновка или урановое хранилище в некроэнергетическом диапазоне. Думаю, среда идеальна для создания высшей нежити, вроде Шарика.

– Зео, ты можешь подключиться к сканерам движения корабля?

– Да, они неорганические, без сопротивления со стороны искина это очень легко.

– Подключайся.

– Готово… КОМАНДОР!!!

Да я и сам уже понял, что мы не одни. Из коридора на меня метнулось приземистое тело. Ага, счаз… Не для того я руки прокачивал, рискуя спалиться перед правительством. Поперек движения фигуры встало древко топора, из титана, к слову. Причем я так долго им пользовался, пропуская через топор и древко энергию, что повлекло к самозачарованию материала, оно стало намного прочней.

Две когтистые руки ударились в древко, но были тут же мной отброшены. Ага, ёжик сильный, но легкий. Тварь явно заточена на скорость и одиночные удары. В силовой схватке, как бы это ни звучало странно, но я все же оказался сильней. Небольшая заминка позволила рассмотреть гостя. Очень темная кожа, не загар, а именно ближе к черноте, лысая голова. Непропорционально большие, по сравнению с людскими, глаза полыхали алым. И пасть, ибо ртом ЭТО уже никак не назовешь, была усеяна огромными зубами, напоминавшими иглы таких размеров, что тварь не могла сомкнуть рот полностью из-за них. А руки украшали удлиненные пальцы с длинными когтями.

Я думал увидеть кого-то вроде моей гончей или вампира, но ошибся. Все же ЭТО ближе к высшему умертвию. Сильное, адаптирующееся, но совершенно без мозгов, лишь инстинкты, инстинкты зверя. Умертвие зашипело и кинулось на меня, в лоб… ну, точно – зверь.

– Кара!

Опа, а кости у зверюшки-то весьма крепкие, кару выдержал частично – кости выдержали, но вот с суставов повылетали. Мда, я, конечно, повторюсь, но точно зверь. С вывихнутыми руками и ногами умертвие поползло на меня. Я ошибся в оценке его возможностей. Он действительно нападает молниеносно, но из засады. В открытом же бою оказался совершенно недееспособен, ничего кроме прямых атак. Берусь за край древка топора, все же правила техники безопасности, так сказать, требуют быть подальше. Удар, и тихое шипение в ответ. Оно еще пару секунд прожило с пробитой головой. Надеюсь, мне не повстречается вариация этой мутации, заточенная на ближний бой, думаю, тогда и обезглавливание не поможет, будет явно туго, надо бы осторожней. Стоп, вот же я идиот!

– Зео, можешь показать, как выглядят альвы?

– Да, командор, в пяти метра слева голоэкран, я отправлю на него изображение посла.

Вот же, дурья башка, исследователь хренов. Поперся за неизведанным, так и не удосужившись узнать, кто такие вообще наши союзники.

Поворачиваюсь к голоэкрану, и одновременно с этим всплывает образ из памяти командора о посланнике…

– А-ха-ха-ха! Вот же я глупец! Ай да исполнитель желаний, отработал на все сто, чертяка! А-ха-ха-ха!

На голоэкране на меня смотрят немного большие, как для человека, глаза мужчины с правильными, заостренными чертами лица. Длинные серебристые волосы спадают на плечи, и через них пробиваются два остроконечных уха.

– А-ха-ха-ха! В фэнтези хотел?! Ха, а что за фэнтези без эльфов?!

Ух, вроде отпустило, но вернемся к нашим баранам…

– Шарик, охранять, – хоть и произношу команду голосом, но по ощущениям зверь меня понимает, скорее, ментально, ввиду сродства энергий в теле.

Ну, да ладно, это я отвлекся. Что-то меня все больше начинает беспокоить эта некроэнергия, что разлита вокруг и излучается стенами. Как бы она мне чего лишнего не вырастила, уж очень стихийна. Создатели не осознавали, что творили, – это подобно атомному взрыву, когда последствия «после» порой даже хуже чем «во время» (это я сейчас о загрязнениях радиацией).

Пока я под охраной Шарика, достаю из подсумка алмаз. Надо бы пошерстить библиотеку. Небольшое вливание энергии, ага, дело пошло. Так вот оно… «постоянные стихийные излучения могут вызывать мутации…», ну, это и так вижу.

Дальше, «защитой не-магам служит любая энергия, постоянно циркулирующая вокруг тела, сила и вид энергии не имеют значения, служит вроде экрана. Со временем организм вырабатывает защиту и степень покрова энергией можно уменьшить, а то и вовсе снять. Маги изначально защищены благодаря энергии, циркулирующей в теле». Тьфу, зря колочусь, природная защита тела справится сама. Эх, столько жертв, а достаточно было лишь банально медитации, которая бы усилила ауру тела, и энергетические процессы в нем сами «вымыли» бы чужеродную энергию. Ладно, что хотел, я узнал, пора двигаться дальше.

– Шарик, за мной, охранять.

И зверь послушно идет рядом.

– Зео, как твой прогресс по взлому систем корабля?

– Успешно, командор, без искина это просто гора хороших компьютеров. Системы блокировки отсеков под контролем. Системы жизнеобеспечения выведены на полную мощность. Освещение работает, командор.

– Хорошо, я вперед.

Следующим помещением оказался длинный коридор со множеством дверей в жилые каюты. Не мудрствуя лукаво, иду в конец к следующей двери.

Пройдя половину коридора, ощущаю энергию двух созданий. Слева, краем глаза, смог заметит лишь тень движения. Шарик, видимо, тоже их заметил и не стал медлить. Несколько коротких прыжков, и у одной из двух появившихся тварей становится на одну когтистую лапу меньше. Шарик, словно комета, скорее, за счет невероятно скорости при его массе буквально оторвал по локоть руку твари. Раненая тварь отвлеклась на него, ну, думаю, тут не стоит беспокоиться за питомца, уж с подранком он справится. Я же сосредоточиваю свое внимание на второй твари. Есть в ней отличия от предыдущей. Из визуальных, пожалуй, стоит отметить слегка удлиненные руки, ноги же вообще представляют что-то невообразимое – сгиб коленей расположен в противоположную сторону, «кузнечик» – не иначе. Причем длина ног такова, что выпрямись оно – и три метра роста гарантированы. Также следует отметить несоразмерно большие когти правой руки. Сантиметров тридцать, думаю. Что странно, левая вполне нормальной когтистости. Еще один выверт мутации?

Пока я изображал из себя завзятого биолога, тварь, недолго думая, изготовилась к атаке. Пригнулась, руки расставлены широко, «ноги» согнуты. Прыжок… Одним махом долетела до меня из конца коридора и тут же нанесла удар этой когтистой рукой. Хм, удар встретил древко топора, магичить нет времени. Все же некромант – это маг, требующий времени, да и фраза «короля играет свита» как нельзя характеризует стиль наших атак. Я же за все это время обзавелся лишь Шариком и, что тот юнец, кидаюсь на все, что движется, «с шашкой наголо». Ну, у меня все же есть оправдание – энергия в телах экипажа на «Губителе» была слишком агрессивна. После того, как я их остановил, пустые тела в энергетическом плане стали подобны ситу: сколько энергии ни заливай, уйдет в никуда. Но с этим пора заканчивать. Когда я тут закончу, надо бы начать поднимать армию тьмы, бу-га-га-га. Хм… одиночество начинает сказываться, глупости в голову лезут. Так, топором нельзя, все же подопытный нужен максимально целым. Отталкиваю древком тварь…

– Кара! – Раздробленные кости – это мелочи, упокаивать нельзя, могу и не поднять.

Хм, кости весьма прочны, повреждений достаточно, но явно меньше, чем должно быть с таким количеством влитой энергии. Начинаю накладывать подчинение на слабо барахтающуюся тварь. Краем глаза замечаю, как Шарик добивает своего врага, после того, что он с ним сделал, тут пазлы с суперклеем собирать надо, а не воскрешать. В общем, попытка будет только одна.

«Подчинение» прошло успешно. Но вот состояние подопытного меня совершенно не устраивает. Выискиваю в библиотеке одно старое, я бы сказал, древнее заклинание. За него в моем мире меня бы и судить не стали, не спросили бы причин, даже не узнали бы, моя ли это вообще работа. Просто уничтожили, именно так, чтобы ничего не дало и капли информации. Заклинание представляет собой сложную цепочку рун, воспроизвести которые по памяти для меня нереально, только с книги. В основе лежат два заклинания: первое – это «Познание плоти» – некромантское заклинание анализа, второе – «Преобразование», тоже некромантское заклинание, которое часто используется после «Познания плоти», позволяя преобразовать труп во что-то более… боеспособное.

В моем же случае эти два по сути простых заклинания спаяны в одно с просто зубодробительной системой поддержки взаимодействия и распределения энергии. Именно в ней вся сложность. Но благодаря этому любая плоть, на которую будет направлено заклинание, без учета энергозатрат, будет не просто преобразована, а пройдет весь полный цикл преобразований, минуя всякие необходимые для этого условности, и преобразуется в свой максимум, возможный для данной оболочки. Иначе говоря, имей я на руках вампира и прорву энергии, то смог клепать бы высших, минуя необходимые для этого века развития и кубометры крови.

Накладываю руны заклинания на тварь ее же кровью и начинаю немного вливать энергию. При слабом сливании срабатывает только первичное заклинание анализа. Из него ничего не ясно, кроме одного – энергии надо много, но количество вполне мне по силам. Достаю кристаллик кварца и зажимаю его в левой руке, правой же начинаю вливать энергию в рисунок-заклинание, уже не сдерживаясь. Этого кристалла вполне хватит. А отдохнув день, я вполне смогу его вторично наполнить.

Тем временем заклинание действует на всю катушку. Преобразованию подвергается абсолютно все. Кожа чернеет полностью, приобретая блестящий эбонитовый цвет и судя по всему неплохую прочность. Длиннющие когти правой руки начинают срастаться и перемещаются вверх ладони, на кулак, где уже окончательно образуют подобие сплошного клинка, полуметровой длины. Все тело твари было покрыто роговыми наростами, мною изначально не замеченными из-за однообразности окраса. Теперь же эти наросты начинают разрастаться, образуя подобие черной брони, защищающей все важные точки тела. Небольшие когти левой руки втягиваются в руку, а сама рука начинает полностью зарастать черной «броней», образовав на левой руке довольно массивную «латную» перчатку.

Самые неожиданные изменения происходят с мордой твари. Жуткие зубы начинают разрастаться, по ходу роста сращиваясь вместе и наползая на лицо. Преобразование заканчивает лишь тогда, когда все лицо и голову закрывается образовавшийся шлем – совершенно сплошной, монолитный, лишь с двумя щелочками для глаз, внутри которых горят два алых огонька. Ноги твари выпрямляются, расположение коленей становится вполне нормальным, сами же ноги усыхают до вполне привычной длины, но, видимо, лишний материал переходит в другую форму – ноги полностью покрыты этой черной броней. Носок и колено венчаются приличной длины шипами. Окончание действия заклинания венчает всплеск силы, возвращаюей этого «рыцаря» к жизни, хотя правильнее скорей к не-жизни.


В это же время, после всплеска силы


Абсолютная тьма каюты. Каюта, каких множество на этом альвийском корабле. Вот только эта почему-то совершенно не освещается, всю ее покрывает тьма. На долю секунды по каюте проносится неожиданный всплеск силы, не видимый обычному глазу и, тут же затихает, не потревожив покоя и тишины. Лишь во тьме загорается пара алых светящихся глаз и печальный, хоть и приятный, слегка хрипловатый женский голос шепчет:

– Братья… сестры… вы снова проснулись? Что же, тогда я подарю вам покой…

* * *

Стою. Пялюсь на получившегося рыцаря. Проверил закладки лояльности – абсолютно подконтролен мне, что не может не радовать. Но вот сам вид… я раньше никогда такого не видел. Хотя, тут может повлиять то, что заклинание применялось на доселе не виденной мной органике, с психоматрицей, отличающейся от людей, и т. д. В общем, получилось ЧТО-ТО, что я, как и применить-то, не знаю. Ладно, пусть за мной таскается, там сам увижу, на что он годен.

В энергетическом плане фиксирую множество «шевелений». Думаю, твари почуяли мою энергетическую вспышку от заклинания, что побудило их выйти из анабиоза. Эх, теперь будет сложнее.

Иду по коридору. Навстречу, из-за угла, вылетает еще один зубастик. Хм… ничего примечательного, надо только аккуратненько тюкнуть топориком и потом переделать в солдата. Но я даже додумать не успеваю. Мимо проносится размытый черный силуэт. Рыцарь стоит за спиной у твари. Та начинает медленно поворачивать голову в его сторону. А потом кулем падает на пол, вот только голова продолжает свое движение… медленно катится, отделенная от тела. Ох, похоже, я ошибался – это не рыцарь. Получился явно убийца – быстрый, способный убить одним ударом. Думаю, что даже его броня – это не защита, точнее в первую очередь не защита. То-то мне показались странными очень уж «зализанные» пластины брони: аэродинамика – наше все. Один рывок, минимум сопротивления воздуха, один удар. Точно – убийца. Не скажу что это плохо, но сейчас ни один из нас не обладает должной защитой. Далее надо будет это как-то решать. Думаю, тут я пробуду еще очень долго. Нужно будет поднять хотя бы минимальный отряд по здешним меркам.

Вдруг в мозг ударяет мысль:

«Опасность!»

– Кара! – И резко рву связующую нить, как и с «тленом».

Получаю что-то вроде кинетического щита, точнее последствия, но не сам эффект. Банальную пулю такой внезапный, буквально в доли секунды всплеск по всей площади не остановит, только органику. Да и не надо это. Над головой как раз пролетело тело. Хм… еще один кузнечик.

– Зео, складируй тела в одном отсеке, ими я займусь потом…

– Принято.

Нет у меня сейчас сил и времени, слишком затратно, а клепать на коленке некондицию не хочется. Но все же я не понял одной вещи, кто сделал посыл «опасность» – это была явно не моя мысль. Хм, а «убийца» оказался не так прост, явно интеллектуален, с зачатками менталистики для общения.

Попробуем проверить:

«Охраняй». – Я не менталист, но легкий посыл может соорудить каждый маг, была бы сила.

«Исполняю». – И убийца делает шаг вперед, прикрывая меня. Весьма неплохо. Идеальной команды, конечно, не будет, но не пушечное мясо – это точно.

Но хватит халтурить. Потомственному некроманту не подобает тыкаться носом, словно слепому котенку. Энергетический удар по органике стен, и вот энергия, подобно сонару, расходится по кораблю.

Ой, как интересно. А ведь впереди явно заварушка, живых не чую, но вот один объект фонит непонятно – уже не живой… еще не мертвый, черти что, блин. И его сейчас ждет явно веселье – фиксирую десяток тушек мертвецов, в паре ближайших от него кают, и они движутся явно на него. Ой, мама, как интересно, но не следует мешкать, пока данный объект из полумертвого не перевели в окончательно мертвое состояние. Достаю два кварцевых кристалла. Один уходит на стандартный щит, вплетенный в мои доспехи. Второй же выпиваю сам. Энергия бурлит настолько, что сам начинаю слегка светиться.


Глава 5. Леронэ и великий посол

– Опять этот ад… – Тихий шепот, полный печали.

Леронэ очнулась рывком. Она снова вышла из этого анабиоза. Раз за разом это повторялось уже множество циклов.

А все так спокойно начиналось. Ее, капитана Шипов, личной гвардии, попросили сопроводить дочь князя в составе посольской миссии к людям. Князь всем сердцем хотел стабилизации отношений и не побоялся показать, как он этого жаждет, отсылая в составе миссии свою дочь. Меня же с десятком подчиненных попросили обеспечить охрану его дочери. Важное и почетное задание.

Все пошло не так еще перед отлетом. Посол – напыщенный сноб, добившийся всего только своими деньгами. Ой, как же князь не хотел его видеть в посольской миссии, но какой же вой подняли высокородные: «ущемление», «недоверие»… Князь плюнул на все и разрешил этому напыщенному ослу лететь. Есть у меня подозрение, что и дочь он отправил лишь для того, чтобы немного «сгладить углы» после общения людей с таким послом.

Так вот, это наряженное в золото и ткани, словно попугай, чудо закатило форменную истерику. Ему, видите ли, не предоставили должную его статусу охрану. И это все он высказал дочери князя. Глядя на ее бледное лицо и горящие ненавистью глаза, я уже предвкушала момент, когда мне дадут приказ пусть не на уничтожение, но хотя бы на усмирение посла. Но Айла взяла себя в руки, глубоко вдохнула и произнесла:

– Вас устроит пара моих гвардейцев?

– Что вы, я представляю интересы князя, я – значимая фигура, от этого соглашения зависит очень многое… бла-бла-бла… – И начался опять треп на полчаса о его значимости.

«Приказ об уничтожении» – промелькнула предвкушающая мысль. Но опять облом.

– Вас устроит пара гвардейцев… с моим капитаном во главе?

Вот тут крыть было нечем. Хоть по количеству человек этого явно недостаточно, но по статусности выходило, что фактически у посла охрана сильней ее собственной. От такого он и пикнуть не мог. Но вот я…

– Я против, я поставлена обеспечить вашу охрану, я давала клятву…

– Во всем следовать моим приказам, поэтому не перечь и не переживай, ничего со мной не случится. Мы всего лишь долетим на разных кораблях. Вся дипломатическая миссия будет проводиться на одном линкоре, так что это ненадолго.

– Слушаюсь…

И потянулись долгие дни беспокойства за дочь князя и одергивания себя, чтобы не убить этого спесивого идиота, то есть, я хотела сказать, «великого» посла.

Время шло. До точки встречи с флотом людей оставалось совсем немного. Вот мы уже и получили их сигнал и идем на сближение. «Наконец-то, – промелькнула мысль, – это испытание моих нервов окончится». Последние дни я вообще находилась в трансе. Эта медитативная техника была передана мне дедом. В бою она позволяла оставаться совершенно спокойной и отстраненной, не отвлекаться на лишние раздражители («великого» посла). Всего и надо, что представить, словно у тебя в груди теплится небольшой огонек, который разливается по твоему телу, окутывая тебя волной спокойствия. Это в идеале. У меня же получалось заключить в этот кокон только голову. Но дедушка успокаивал, говорил, что с опытом получится. Вот так и ходила, в боевом трансе, краем уха слушая бубнеж посла, совершенно на него не реагируя и тренируя технику.

И внезапно нападение… Вроде культисты. Помню, мы побеждали. Затем они чем-то выстрелили, и наступила тьма… А потом начался мой личный ад.

Когда пришла в себя, ощущения были совершенно непонятными. Не чувствовала ни голода, ни боли… ничего. А потом появились они – монстры, что когда-то были частью команды. Почуяв меня, они сразу же атаковали. Лазерное оружие не возымело должного эффекта. Продырявленные тела продолжали наступать. Случайно под руку попались парадные клинки нашей стражи. Видимо, везли для подарка людям. Два клинка удивительной остроты и прочности. Но сейчас, когда у каждого на вооружении был, как минимум, лазерный пистолет, подойти на расстояние удара было очень сложно. И они стали, скорее, данью традиции, давно ушедшего времени.

Но времени думать не было. Просто схватила их и ударила монстра. Удивительно, мало того, что я его буквально располовинила на части, так еще и меч прошил переборку двери, застряв в ней. Даже столь острый клинок не способен сам по себе на такое. Это же с какой силой я нанесла удар?

Когда рассматривала клинок, взгляд упал на мое в нем отражение. И тут меня прошиб холодный пот. Я метнулась в ближайшую каюту к зеркалу. В нем на меня смотрело совершенно неизвестное… существо. Внешние пропорции тела остались неизменны, о чем свидетельствовала идеально подогнанная по мне гвардейская броня с протекторами, но вот вид. Лицо заострилось, приобрело хищные очертания. Слегка золотистые волосы стали совершенно белыми, с серебристым отливом. Кожа потемнела, не как от загара, а приближаясь именно к черному цвету. И глаза… два алых зрачка пылали, уставившись на меня в неподдельном ужасе. В тот момент я поняла одно. Пусть я и живу, но я умерла, умерла как альв, как часть нашего народа. Но оставалась еще миссия. Айла. Возможно, она успела укрыться в специально заготовленной для нее регенерационной камере, что по своим характеристикам могла пережить и взрыв всего линкора, а потом еще и в космосе поддерживать жизнь носителя. Это был шанс. Шанс исполнить свою последнюю миссию.

И я начала пробиваться к командной рубке. Очередной поворот, и на меня бежит монстр, что был когда-то членом экипажа. Странно, но своих гвардейцев я так и не встретила. Удар мечом, и тварь лишается руки. Скорость – вот в чем особенно преуспела гвардия. Нас всегда учили бить быстро и только один раз, второй удар не требовался. Но эти монстры слишком живучи. Тут надо сначала обезопасить себя. Удар, и тварь падает уже без ноги. Добиваю, отсекая голову. Поворот и на меня бегут еще двое. Слишком медленно, количество вам не поможет. Как они бежали вровень, так и упали, рассеченные одним ударом – слишком узкое пространство коридора, как раз для удара меча.

Удалось прорваться в командную рубку. Была подленькая мыслишка, что увижу посла, но отчего-то его не было нигде видно. А потом потекли долгие часы, когда я безуспешно пыталась «откачать» мертвый искин или хотя бы послать сигнал помощи. Без искина все безрезультатно. Тоска. Тоска и боль души. Я забилась в одно из хранилищ, закрывшись бронированной дверью, и просто уснула, не желая дальше жить.

В сознание меня привело странное чувство. Волна тепла, прошедшая по телу, словно уняла немного боль в душе. И я почувствовала их. Там, вдали, опять проснулись монстры. Что же, возможно, это даже будет лучше – смерть в бою, в попытке очистить этот богом забытый корабль, самое то, для воина.

– Я подарю вам покой…

* * *

Но в этот раз задача оказалась куда сложней. Они тоже чувствовали меня. И искали. В бой приходилось вступать не менее чем с тремя противниками. И вот, в одном широком отсеке я поняла одно – этот мой бой будет последним. Ко мне сбежалось не меньше десятка тварей. Они к тому же стали сильнее с нашей прошлой встречи. Меня спасал лишь тот факт, что и я стала вроде бы как посильнее себя «прошлой». Но проблемы количества – это не решало. Все тело уже покрывали пусть и не глубокие, но множественные порезы от когтей тварей. Вот одна из них неожиданно делает прыжок, по ходу сбивая своих. Те валятся прямо на мои клинки. Но туши тянут оружие за собой, а тварь продолжает движение ко мне. Не успеваю. Слишком неудачно упали туши. Клинки заклинило в телах. А я слишком долго пыталась их достать. Не успеваю даже отпрыгнуть. Ну, вот и конец.

Но замахнувшегося монстра сносит с меня черная тень. Огромный зверь, чем-то похожий на матерую имперскую гончую, словно броненосец, своей тушей сбивает монстра. В следующий момент тому буквально откусывают голову, и зверь поворачивается и идет в мою сторону.

«Вот теперь точно конец», – проносится в голове мысль.

Но зверь отчего-то не атакует. Даже наоборот, словно защищая, становится впереди. От кого?

Это становится понятно буквально секундой позже. Слышится звук бега, и в помещение влетает еще пятерка монстров.

– Кара! – слышится из соседнего отсека, и один из монстров просто падает, сопровождая падение воем и звуком от треска костей.

В комнату влетает темная фигура, неуловимым движением обезглавливая еще одного клинком в руке и оглушая ударом массивной перчатки другого.

– Кара! – Один из двух оставшихся монстров опять падает изломанной куклой. Но вот второй, видимо, ждать, не намерен. Он хватает тушу своего собрата и кидает ее во входящего в помещение… э-э-э… человека. Тот легко уворачивается от своеобразного снаряда, но последний монстр, метнув тело, прыгнул и сам.

Полет прерывает вытянутая рука человека. Тот буквально на лету схватил монстра за шею. Ума не приложу, какая сила должна быть в руках, чтобы остановить тушу на такой скорости; у меня бы точно был вывих, а он хоть бы что, держит на вытянутой руке.

– Тлен! – произносит тихо незнакомец и откидывает монстра от себя.

Глупец, он же сейчас на него кинется. Да вот только монстру явно не до этого. Он бьется в судорогах, постепенно осыпаясь пеплом, словно горящая бумага. Что это было? Я не видела оружия.

Только сейчас замечаю, что все тело человека окутывает легкое свечение, особенно сильное в районе глаз. Он смотрит на меня, о чем-то явно раздумывая, но потом поворачивается к выходу из отсека и тихо произносит на имперском:

– Они слишком далеко… их натравить уже не получится…

О чем это он?

У выхода становится слышно невнятное шевеление, а потом в отсек заходит… посол?!

Да это определенно он, этот пафосный наряд ни с чем не спутаешь. Но вот его вид. Все волосы осыпались, открывая лысую голову. Хотя таковой ее можно назвать очень условно. Теперь, без его густой шевелюры стали видны множественные импланты, покрывающие его голову.

– Ничтожный человечек, ты хоть понимаешь, на кого поднял руку. Наш культ тебя в порошок сотрет, ничтожество…

Посол поднимает руку в направлении человека. Широкие полы одеяния съезжают, и глазу открывается изуродованная рука. Вся покрыта металлическими вставками и проводами, а из центра ладони торчит… ствол?!

– Но ничтожеству не понять моего величия, да и не нужно это мертвецу…

А дальше мир словно остановился. Восприниматься окружение стало совсем иначе – все потемнело и замедлилось. Все равно, что в солнцезащитных очках смотреть замедленное кино.

Вот торчащий из руки посла ствол начинает наливаться свечением, до боли знакомым свечением. Да это же лазер, и, судя по насыщенности, весьма мощный. Человек кивает воину в черных доспехах, и тот срывается в мою сторону. Буквально долетев до меня, он хватает меня вместе с гончей и влетает в соседний отсек. Успеваю заметить вспышку со стороны посла. Хотя нет. Две вспышки. Один выстрел пришелся на место, где я стояла. Вторая рука посла тоже была модифицирована в оружие, и он выстрелил в меня. Если бы я оставалась на месте, то после выстрела смогла бы покрасоваться сплошной дырой с кулак шириной.

Ну, а поднятая рука посла ожидаемо выстрелила в человека. Вот только небольшая вспышка – это все, чего смог добиться посол. Неизвестный барьер, наличие которого можно было определить по искажениям воздуха, возник вокруг человека, который, к слову, даже не пытался увернуться.

– Твои уловки не пройдут дважды против меня, человечек. За эти годы мои импланты вышли на свой максимальный уровень, и теперь осталось лишь дождаться братьев, что придут за мной, и мы будем править, править ничтожными людишками и альвами, а потом и все разумные покорятся нам, а-ха-ха-ха… МЫ БУДЕМ ПРАВИТЬ ВЕЧНО, А-ХА-ХА-ХА!!!

Посол направляет обе руки в сторону человека. Тот в свою очередь зеркально его копирует, поднимая свои руки открытыми ладонями вперед.

Залп лазеров и тихое «Кара» звучат одновременно.

Человеку даже не пришлось активировать свой странный щит. В последний момент обе руки посла отклонились. Еще бы им не отклониться – они были переломаны во множестве мест. Вот только на посла, кажется, это не произвело совершенно никакого эффекта. Он лишь засмеялся, и его кости, с громким хрустом начали становиться на место.

– Я сверхсущество, как и было обещано патриархом. Твои уловки ничто против меня!

Его диалог обрывает громкое «Тлен», и человек делает жест рукой, указывая на восстанавливающиеся руки посла.

Я видела уже это ранее с монстром, но я думала, что это оружие. Теперь же я уверена – в руках человека совершенно ничего нет. Как он это сделал, я не понимаю, но руки посла начали тлеть и осыпаться пеплом, открывая отвратительную картину. Все руки были пронизаны уймой проводов и металлических деталей и, судя по движению посла, даже могли двигаться без плоти. А поскольку все эти провода и металлические детали уходили в тело посла, то, скорее всего, все его тело представляло собой эту мешанину имплантов. Киборг. Альв, добровольно пошедший на кибернетизацию, – это из ряда вон. К тому же такой уровень и количество имплантов – его жажда власти неуемна, раз он пошел на такое.

– А-ха-ха, мое тело не уничтожимо, ты и подобные тебе скоро познают, что такое страх!

И в этот момент Леронэ ощутила, что что-то неуловимо изменилось. Воздух словно потяжелел, и вокруг вроде бы даже стало холодней.

– Страх, – тихо начал говорить человек, – ты не знаешь, что такое настоящий страх. Я покажу тебе. То, от чего здоровые мужики прячутся, боясь даже дышать, то, от чего раньше люди могли убить себя сами, лишь бы не попасть к подобным мне. Уловки… то, что я вижу перед собой, – это и есть уловки. Тело, материалом которого побрезговал бы даже я. Страх… ты познаешь, что такое страх…

Не знаю, как посол, но я была в ужасе. Я, подобно ребенку, спряталась за дверью отсека, скованная страхом, не в силах отвести глаз от развернувшейся картины.

Человек, договорив, мгновенно оказался возле посла. Хоть у того и функционировали руки, но лишь на имплантах, без плоти, они стали заметно неповоротливей. Посол не успел ничего сделать. А человек… просто положил свою руку тому на голову. А дальше отсек заполнил крик. Даже не крик, животный вой посла.

Я в ужасе наблюдала, как за рукой человека тянется голубоватое свечение, контурами напоминающее очертания посла. Во множестве религий, в том числе и у нас, есть упоминание об этом, хоть научно так никто и не доказал этого. Душа. Человек руками вытягивал душу из посла! И под вой посла прозвучал тихий, леденящий голос человека.

– Забившись в самый темный угол… дрожа от страха… все живое может лишь шепотом, превозмогая ужас, произносить имена подобных мне… некроманты. И ни тебе, жалкая душонка, что даже для освещения комнат не годится, говорить о страхе и уловках.

Вой посла оборвался, а тело упало кулем на пол. Человек подержал еще немного этот голубоватый туман, что очертаниями повторял посла, а потом швырнул его на пол. Тихий вой, исходящий от души, оборвался, она начала истаивать.

– Приятного перерождения улиткой… или тараканом, – пробурчал человек и зашагал в мою сторону.

Первая мысль «БЕЖАТЬ!!!» была тут же задавлена на корню. Все же этот… человек… все же он спас меня минимум дважды, и я должна вернуть долг.

Из размышлений меня вывело ощущение взгляда на себе. Оказывается, я так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как он подошел ко мне и сейчас рассматривал. Хотя рассматривал, скорее, как врач больного, исключительно профессиональный интерес.

– Ну и кого я имею честь лицезреть, милая дама?

– Э-э… – Отвыкла я от такого обращения, последний раз меня мама милой называла. А когда я форму Шипов надела, да еще капитана дали, так, вообще, все по струнке вытягивались. М-да…

– Капитан княжеской гвардии Шипов, Леронэ, – побольше важности в голосе, все же представляю лицо князя перед человеком.

– Хм… приятно познакомиться, но это не совсем то, что я хотел спросить у тебя. Уточню вопрос. Что ТЫ ТАКОЕ, Леронэ?

* * *

Смотрю на девушку и не могу понять, что она такое. После воздействия некроэнергии Леронэ сохранила разум и частично смогла уравновесить мутацию, не превратившись в монстра, а лишь усилив, пусть и слегка изменив, тело.

Далее последовал рассказ уже немного успокоившейся девушки. Миссия по охране дочери князя. Посольство. Нападение. Ага, вот то, что мне нужно – боевая медитация, он же транс. Как я вычитал ранее – для экранирования некроэнергии и мутаций подойдет любая движущаяся по телу или вокруг тела энергия. В данном случае – это усиление ауры вокруг головы во время транса. Это помогло сохранить разум и частично тело. Хотя не скажу, что изменения были столь уж ужасны. Если сравнивать внешний вид, то альвы весьма похожи на наших фэнтезийных эльфов. Леронэ же стала похожа на темную эльфийку – седые, длинные волосы, темная кожа и черный обтягивающий комбинезон с протекторными вкладками. Касательно того, ЧТО ОНА ТАКОЕ, то тут сложнее. Ей нет необходимости в питании, но она впадает в анабиоз, если долго ведет активную деятельность. Я думаю, что тут ближе к ритуалу становления высшим вампиром, к незаконченному ритуалу. Напитавшийся энергией корабль служил своего рода постоянной подпиткой, но в то же время из-за ее постоянного наличия не образовывался собственный источник. В итоге она расходовала энергию, что могла накопить из окружения, а потом впадала в анабиоз. Если высшие вампира самодостаточны, в некотором смысле, конечно, то тут все выглядит как остановка на половине пути – возможность поглощения высших энергий сформировалась, но вот накопление явно в зачаточной стадии. Но думаю, это легко решаемо.

Кидаю ей небольшой кристаллик кварца.

– Лови и скажи, как ощущения.

Девушка ловит камешек. Ух! Как интересно. Глаза засветились. По телу пошли волны энергии. Я явно пропустил один момент. Хоть энергонасыщенноть не велика, нет своего накопителя, но за счет этого образовалась крайне небольшая энергопотребность, а как следствие высокий КПД при наличии энергии.

– Этого кристалла хватит минимум на месяц активной деятельности, судя по твоему виду.

– Эм-м… спасибо.

– Ну а теперь перейдем к главному. Не желает ли милая дама присоединиться к моему скромному экипажу?

Видно, девушка хотела сразу ответить категорическим отказом, но, шагнув ко мне, увидела в зеркало сбоку и оглядела себя. Как-то ссутулилась даже и опустила голову. Но тут же подняла ее и, посмотрев мне в глаза двумя своими горящими рубинами, произнесла:

– Только при условии, что мы выясним, что случилось с дочерью князя.

– Хех, принимается.


Глава 6. Рафаль и его команда

Мне надоели эти игры героев. Словно сопливый мальчишка, кидаюсь на баррикады. Все-таки я некромант, а сила в моем ремесле – не главное. Пора уже начинать действовать, как велит моя природа. Буду собирать… нет, буду создавать себе команду! Ну, или по крайней мере ее часть, за неимением других вариантов.

– Зео, ты перенес тела в отдельную каюту и разместил в указанной последовательности?

– Да, ваш приказ выполнен. Прошу обратить внимание, что после вашей зачистки еще остались активные враждебные элементы на этом альвийском корабле. Я бы советовал провести полную зачистку.

– Именно этим я и хочу заняться. Но позже, пока изолируй эти отсеки. Ты получил описание линкора с дочерью князя от нашей спутницы?

– Да, командор, но из-за большого количества обломков микроварп-двигатели активировать невозможно. Нам придется тащиться на маневровых.

– Это даже хорошо. За это время я восстановлю запас потраченных кристаллов. Но сперва озабочусь командой. Зео, покажи, где отсек с телами… ага, вижу. Я туда. Меня не беспокоить ни при каких обстоятельствах, только в случае угрозы жизни.

– Я вас понял, командор.

Захожу в указанный отсек. Его заполняют тела погибших (уже дважды) альвов. Тела расположены аккуратными рядами, как можно более плотно друг к другу, все во имя экономии энергии, старые привычки сказываются. В общем счете уцелевших и пригодных к поднятию тел около двадцати.

Иду между рядами, раскладывая пустые кварцевые кристаллы. Некромантские ритуалы вообще довольно «грязные» в энергетическом плане (про фактический план вообще молчу). Часто остается много неусвоенной телами энергии, провоцируя появление так называемых «дурных мест». Поэтому эти разложенные кристаллы смогут впитать излишки энергии и зарядиться, возможно, не все и не полностью, но лучше, чем их заряжать с нуля. Готово.

Из сумки достаю мелок и наношу на стены руны для заклинания окончательного морфинга тела, получится как с «убийцей», только эффект слабее, все же я не бездонная бочка энергии. Ну а для большего усиления и удешевления нужно совершить еще одну нудятину, а именно после покрытия рунами отсека покрыть ими каждое тело… это будет долгий день.

М-да, пять часов работы, и я почти закончил, осталось все проверить и можно начинать. Хотя – стоп. Хоть мне и нужны штурмовики, но еще двадцать «убийц» – это не совсем то. Ладно, выделю еще немного энергии и внесу корректировки в заклинание, возможно, получится направить морфинг в необходимую мне сторону.

– Зео, пришли дроида, мне необходимо перенести остатки отбракованных мною тел. Перенеси их сюда и сложи прямо на ближайшую ко мне десятку тел, думаю, должно хватить. Да и будь осторожней, не повреди мои рисунки.

– Будет исполнено.

Хорошо. Остатки послужат материалом…

Так теперь уже точно все. Зажимаю между пальцами рук по три кристалла. Не такая уж большая трата. Думаю, половину из них я все же себе верну зарядившимися пустышками. Становлюсь в центре отсека. Всплеск энергии знаменует начало активации заклинания. Волна силы проносится по всему кораблю, но потом возвращается в этот отсек, послушно начиная циркулировать по рунам.

Тела начинают изменяться. Отсек заполняется хрустом десятков костей. Куски тел, покрывающие экспериментальную десятку, начинают плыть и постепенно сливаются с целыми телами. Процесс активации прошел удачно. Время завершения заклинания около суток в этом энергетическом инкубаторе. На данной стадии мое присутствие уже не требуется. Кладу теперь уже пустые шесть кристаллов в моих руках недалеко от тел, возможно, и им перепадет немного энергии. Теперь можно и отдохнуть, заодно гляну, как освоилась новая пассажирка.

Зайдя на капитанский мостик, застал необычную картину. Мой «убийца» сидел на коленях, обхватив голову руками. Рядом с ним склонилась девушка и что-то ему говорила. Провожу сканирование. О как интересно, оказывается, заклинание окончило его переделку только частично, видимо, повлияло отсутствие большего количеств энергии, но из-за всплеска энергии, во время недавней активации массового заклинания, недостатки энергии были восполнены, и изменение завершилось полностью, окончив менять… мозг.

В руке формируется сгусток «тлена». Двигаюсь прямо на убийцу.

«В этом нет необходимости командор», – раздается в голове.

– Значит, все-таки полностью разумен. Ну и кто же ты?

«Когда-то меня звали Рафаль».

– Глава диверсионной группы линкора, – раздается сбоку, от девушки.

– Значит, и ты его слышишь? Впрочем, не удивительно. Это, кстати, объясняет факт такой мутации. Итак, Рафаль, мои блоки рассчитаны на полуразумное создание, следовательно, на тебе они уже не работают. Что же ты сделаешь, Рафаль?

«Я уже поговорил с Леронэ, мы оба понимаем, что нам нет места на родине, некоторые наши традиции слишком… консервативны. Я бы хотел присоединиться к вашей команде».

– Вот и хорошо, не буду скрывать – сейчас у меня острая потребность в кадрах, думаю ее решить в ближайшее время, точнее в ближайшие линкоры, хе. И каковы же будут твои условия вступления?

«Таковых нет. Но если ваши действия могут навредить моей, пусть и бывшей, родине, я не буду исполнять приказ».

– Устраивает. Пока примешь под командование мою абордажную команду. Она будет… готова завтра.

Остаток дня для меня в хозяйственных заботах, а именно в медитации и зарядке пустых кристаллов. Почти восстановил свои запасы. Останется только дозарядить те, что сейчас в отсеке с телами. Кстати, пора бы мне и посмотреть, чем дело закончилось.

Иду в командную рубку. Рафаль и Леронэ сидят, что-то тихо обсуждая. Увидев меня, тут же замолкают, понятно, что они обсуждали. О, вон и Шарик пристроился у ног девушки.

– Рафаль, не хочешь посмотреть свое пополнение? Заодно проверить их боевые навыки. Думаю, во втором Леронэ не откажет нам в такой малости, по-моему, она умеет обращаться с мечом.

Убийца лишь кивнул, а вот девушку это явно задело.

– Я капитан гвардии, и кроме стрелкового оружия также обучена обращению с различным оружием ближнего боя, даже таким раритетным, как меч.

– Раритет, говоришь, хех. Ну-ну, посмотрим. Прихвати тогда и пехотный лазер, проверять так, проверять. Прошу за мной.

Мы втроем последовали в ритуальный отсек. Шарик, при отсутствии приказов меланхолично завалился дремать. Не понимаю я этого зверя, ему же сон не нужен!

Пока шли, я решил устроить небольшую лекцию.

– Итак, товарищи. Первое, хочу сделать комплимент вашей расе. У вас очень утонченная энергетическая структура, что в свою очередь сказывается на структуре физической. Но красота красотой, а вот, во что в итоге это выльется в моих заклинаниях, я до сих пор не понял. Но перейдем к делу. Мною было поднято двадцать бойцов. Десяток по стандартному заклинанию конечного морфинга с легким вплетением заклинания подъема архетип «Умертвие». В случае с человеком мы бы получили умертвие – сильного и, главное, быстрого бойца, основной уклон – скорость, основное оружие – когти. Вторая десятка экспериментальная. Тот же морфинг, но вплетено заклинание подъема архетип «Легионер» и вбухано в него энергии прилично. Это заклинание должно подымать мертвого воина, особенности – костяная броня и щит, оружие – меч или булава, в зависимости от предпочтений заклинателя. В нашем случае я вообще не берусь предсказывать результат. Также мною была изменена их энергетическая структура. В итоге они уже не могут быть автономными, как, например, Рафаль, их энергия уходит не на них, а на… ну, сами увидите. Как следствие, они должны находиться в мирное время близко к источнику энергии, дабы пополнять свои резервы. В данном случае в отсеке абордажной команды мною установлены пара кристаллов с энергией. Итак, мы пришли.


Леронэ

Леронэ зашла вслед за человеком в просторный отсек. Как только она перешагнула порог, пришло удивительное чувство, словно сам воздух был наполнен чем-то м-м-м… приятным и родным. Сразу пришло ощущение силы и легкости. Тут же захотелось доказать человеку, что и она на что-то способна, что гвардейцы – это элита, которую следует уважать и бояться. Хотя, взглянув еще раз на проводника, все же мысленно поправилась – бояться это не в его случае, ну хотя бы уважать свои боевые навыки она его заставит.

Задумавшаяся девушка только сейчас заметила, куда указывает человек. А указывал он на стройную шеренгу бойцов в необычном облачении. Первый ряд был очень похож на Рафаля – та же черная броня с множеством составных частей, те же закрытые лица. Второй ряд рассмотреть было сложно, но они имели те же, закрытые шлемами, лица, поэтому Леронэ решила, что они такие же, как и первые, и, отвлекшись, стала слушать, что говорит человек.

– Итак, первый ряд – это умертвия. Броня средняя, ближе к легкой, оружие – два клинка с обеих сторон кулака на каждой руке. Тактика – скоростные атаки. Зео тут по моей просьбе принес один из абордажных щитов, а также энергетический щит пехоты. Проверка будет не боем, а заданием.

Тут же дроиды потащили тяжелый абордажный щит, предназначение которого в обычных условиях – прикрытие команды абордажников от неприятельского огня. Благодаря таким щитам они могли буквально продавить сопротивление, на некоторое время игнорируя любой вид урона. Очень прочный, но тяжелый и массивный щит. Второй же щит – пехотинцев – был чисто энергетическим и отличался минимальным весом и уникальной сопротивляемостью урону. Его недостаток – малый срок действия батарей. Стоило только нанести слишком большой единичный урон, и он дестабилизировался. Очень помогал против скользящих атак, а также против энергетического оружия, даже немного подзаряжаясь от атак таковым.

Человек указал рукой на бойца в первом ряду, и тот вышел в центр отсека.

– Леронэ, задание таково – ты можешь стрелять из пистолета, атаковать его мечом, делать что угодно, но твое задание сохранить ящики, прикрытые щитами. Его же задание – уничтожить ящик, прикрытый абордажным щитом и ящик, прикрытый энергетическим, атаковать тебя запрещено.

«Да за кого он меня принимает? Он из него мишень фактически сделал. Дроиды установили щиты так, что нужно еще долго ломать их крепления, прежде чем доберешься до ящиков, да еще под моим огнем, а у него только эти «ножички»».

– Это не равные условия! Не нужно считать, что я…

– Не спеши с выводами, просто начни.

– Хорошо!

– Тогда… НАЧАЛИ!

Навожу пистолет на бойца, выстрел – мимо, выстрел – мимо, выстрел – мимо. Да что за! Что это за реакция такая! Уклоняется на невообразимой скорости. Ну, хорошо, а как насчет боя?

Достаю свои клинки и кидаюсь на него. Странно, не сменил траекторию, бежит прямо на меня. Ну, сам виноват. Замах обоими клинками. Но он пробегает мимо, увернувшись от одного меча, а другой отводит одной рукой, не снижая скорости. Добегает до энергетического щита. Замечаю, как его клинки начинают слегка светиться. Удар обеих рук сносит щит вместе с ящиком. Хм… а он сильней, чем я думала, проломил энергетический щит. Или тут что-то другое? Ну да ладно. Вторая попытка не будет столь легкой. Бежит опять на меня. Делаю широкий замах. Ха! Блок. Странно, он явно слабей меня, я чувствую, как продавливаю его блок. Ну, ему же хуже, усиливаю давление! Внезапно он приседает. Прыжок. ПЕРЕЛЕТЕЛ ЧЕРЕЗ МЕНЯ!!! Ох, и раздражающий же противник, ни секунды не стоит на месте. Но что ты со щитом-то сделаешь. Ты явно не силовик. Хм, опять это свечение клинков, удар.

– Готово, – прерывает поединок человек.

– Эй, почему это. А как же второй ящик…

– Который он пробил…

Как пробил?! А щит?

Подхожу к щиту. В щите виднеются два аккуратных отверстия. Но как?

– Вижу, у тебя возникли вопросы. Помнишь, я говорил, что перенаправил их энергию. Она пошла в оружие. Сейчас острота и поражающая способность клинка не уступает лазерной. Просто энергетический наполнитель, хе-хе, другой. Поэтому сила не имеет значения. Нужно просто нанести удар. Так, а теперь перейдем ко второму виду бойцов – тип «Легионер». Боец прорыва. Думал получится бронированная консервная банка, но опять вмешались особенности вашей расы. Выйди, – и человек указывает на бойца во втором ряду.

Только сейчас я заметила, какой он большой. На две головы выше этого умертвия. Намного шире в плечах, хотя все же не «шкаф». А вот оружие. Высоченный на весь его рост клиновидный щит. Правда, очень узкий. Думаю, он за ним спрячется только встав боком. И покрывавшая его броня была явно массивней.

– Боец получился хорошо защищенный, но все же не лишенный мобильности. Броня средняя, ближе к тяжелой. Оружие – меч. Думаю, получился боец прорыва.

Меч? Эта шпала, а не меч!! Да такую балку вместо торпед запускать можно. Слегка недотягивает до роста самого владельца, явно двуручный, но он держит его одной рукой.

– Думаю, все же бой не стоит проводить. Проведем два испытания. Первое – Леронэ, выстрели в легионера с десяток раз из лазера, мощность максимальная.

Уже молча навожу на него пистолет. Боец, как я и думала, становится боком. Впереди рука со щитом, сам прикрыт полностью, вторая отведена назад для замаха мечом. Стреляю в щит. Легкое свечение и ничего больше, даже царапины нет. Выстрел, выстрел, выстрел… о-па… перегрев. А он как стоял, так и стоит.

– Щит энергетически привязан к бойцу, создавая энергетический дисбаланс, иначе говоря, в щите, если надо «минус» и энергия поглощается. Или если надо «плюс» от физических атак.

И только он это договори, как одно из умертвий срывается с места и наносит удар своими клинками по щиту. Без эффекта.

– Ну, как-то так. Как и с умертвием, возможно насыщение энергией оружия.

Этот легионер подходит к абордажному щиту. Удар. Верхняя половина щита падает отрубленной.

– Бойцов по десять того и другого вида. Дальше будет видно. Рафаль, забирай команду, Зео откроет доступ к оставшимся отсекам корабля, проведешь чистку, заодно привыкнешь к подчиненным.

«Будет исполнено».

– Да и, Рафаль, постарайся их сильно не кромсать… по возможности.

«По возможности…»

– Хорошо, и еще кое-что – к одному отсеку у тебя доступа не будет, игнорируй его, потом им займемся.

Рафаль просто кивнул и пошел к выходу. Молчаливой шеренгой за ним двинулись двадцать бойцов.

– Леронэ, у меня будет к тебе вопрос. Тут один отсек перекрыт, ну, ты слышала, я Рафаля предупреждал. Так вот, вы случайно там редких животных, вроде Шарика или еще чего не перевозили. Просто из воспоминаний вашего дражайшего посла, а точнее из той каши, что у него вместо мозгов осталась, удалось лишь вычленить, что он жутко боялся того отсека и сам его когда-то заблокировал. Не знаешь, что там может быть?

– Мы ничего не перевозили, лишь команда корабля, посол и мы для его охраны. Стоп! Гвардейцы! Сестры тоже могли выжить, как и я!


Глава 7. Сестры

Леронэ


«Да! Вот оно! Они наверняка выжили. Зачем бы еще посол запирал их там, да и вообще, что еще ему запирать, как ни гвардейцев, что были со мной».

– Там твои сестры? – интересуется человек.

– Э-э… нет. Просто привычка так называть. Со мной в охранении посла еще было двое гвардейцев. Поскольку этот напыщенный попугай требовал лучших, то пришлось выделить ему их – сестер Лору и Тору. Девушки не просто сестры – они близняшки. Причем с очень высокой псионической связью. Фактически они представляли спаянную «двойку». При желании могли действовать в паре очень эффективно. Из-за этой их связи они могли одновременно чередовать огонь на дальней дистанции, а потом продолжать, не переходя в защиту, огонь уже на средней/ближней дистанции. Обе девушки виртуозно владеют пистолетами и являются «двурукими». В итоге спаянная «двойка», в которой каждый боец в руке имел по скорострельному пистолету и в совершенстве чувствовал движения напарника, могла создавать буквально непрерывный огонь в определенной области. А за счет природной скорости и гибкости пара получилась очень мобильной. Иначе говоря, они могли заменить собой полноценный отряд человек эдак из четырех-пяти. Правда, этот трюк они не могли проделывать достаточно долго, как и поддерживать такой темп. Но большинству противников, с которыми мы в свое время встречались, и этого хватало. Но хватит болтать, им может понадобиться моя помощь.

Срываюсь с места в направлении нужного мне коридора. НО с каждым шагом чувствую, как двигаться становится все труднее. Остается еще пара метров до выхода из отсека, а я уже плетусь как улитка.

– Ну и куда ты рванула?

«Так это он?!»

– Это твоих рук дело?!

– «Оковы». Любого мертвеца приковывают не хуже цепи. В твоем случае действие ослаблено из-за неполноценно «мертвой» природы. Но как видишь, действует вполне сносно тоже.

– Как ты посмел, человек. Там мои подчиненные. И им нужна моя помощь. А я пока не член твоей команды!

– Может, нужна, а может, и нет, если так долго продержались, еще немного смогут потерпеть. Что же до корабля, ты сейчас как раз на моем корабле. И не следует повышать голос на его командора.

– Все вы, людишки, одинаковые, только выгода и собственная драгоценная жизнь – это все, что вас беспокоит. Не стой у меня на пути, я должна им помочь.

– Что же, смотрю, некоторым, особо вспыльчивым особам следует напомнить немного о вежливости и технике безопасности на условно враждебном объекте…

Но я его уже не слушаю. В голове бьется лишь одна мысль «им нужна моя помощь». Выхватываю лезвия и накручиваю свое восприятие на максимум. Благодаря усиленному боевому трансу движения перестают быть скованными, прежняя скорость возвращается.

На полной скорости несусь на человека. Он преграда. Убивать его не буду, но стоит напомнить, что пусть у него и есть непонятные трюки, он всего лишь человек. А я капитан княжеской гвардии альвов!

Наношу удар мечами плашмя, целюсь в голову. Думаю достаточно, чтобы оглушить.

Но оба удара остановлены… остановлены РУКАМИ, пусть и в каких-то перчатках.

– Мне, конечно, очень льстит, что вы так печетесь о моем здоровье, но, видите ли, тут может быть лишь один командор. И я думаю, что настало время расставить точки над «ё». Примите совет, не старайтесь действовать вполсилы, советую искренне постараться меня убить. Давно, знаете ли, хотел поглядеть на предел вашей силы.

– Да что ты себе позволяешь!

Все. Он меня довел! Резко дергаю клинки на себя. Хе, резко убирает руки. То, что нужно. Руки еще не окончили движение, а я делаю рывок и наношу удар ногой.

Да что же это. Движения опять медленные, словно я в воде. Человек легко перехватывает мою ногу, зажимая ступню в своей стальной хватке. Не понимаю, он же молчал, даже движений лишних не делал…

– Не стоит на меня так смотреть, для создания заклинания нужна лишь сила и воля. Слова и жесты всего лишь «удешевляют» его. Но, я вижу, вы еще недостаточно серьезны, милая дама. Думаю, небольшая «стимуляция» вам поможет.

И руки человека покрывает почти неразличимое пламя. Только слабое голубое свечение позволяет определить его наличие. Пытаюсь отдернуть ногу. Бесполезно.

Человек опускает вторую руку на мою ступню, и приходит БОЛЬ. Мысли пропадают. Глаза заволакивает красная пелена. В голове лишь одно желание – разорвать.

Отталкиваюсь второй ногой, целюсь в лицо. Человек отпускает мою ногу, блокируя удар обеими руками. Но даже после блока сила такова, что его откидывает на пару метров. Но на ногах он устоял и держится вполне уверенно.

– Ну вот, наконец-то серьезна.

Человек медленно разводит руки в противоположные стороны, и они вспыхивают, покрываясь этим голубым пламенем. Начинает двигаться ко мне, но, заметив прикованный к рукам взгляд, останавливается.

– О! Так ты видишь. Как интересно. Это «Погребальное пламя» – любимое заклинание белых некромантов. Сжигает при малейшем касании любую слабую и даже средней силы нежить, вплоть до повреждений души. В твоем случае – истощение и просто гамма «приятных» ощущений. Затратное, как по мне, но в поучительных целях не жалко.

Уже не сдерживаясь, наношу удар обоими клинками. Опять словил!

– Ах да, забыл предупредить, «пламя» имеет чудесное свойство передвигаться по нематериальным проводникам.

Голова забита этой фразой о проводниках, а глаза фиксируют движение «огня». Он начинает разрастаться и молниеносно покрывает оба моих клинка. Не успеваю отдернуть руки. И опять БОЛЬ.

Сознание уплывает. Перед глазами все в сплошных красных тонах. Из горла вырывается рык. Тело, словно не мое, действует отдельно от сознания. Оно срывается, не переставая рычать, и, заложив большой круг по отсеку, в несколько прыжков сближается с человеком. Еще прыжок, и обе руки, с неожиданно длинными когтями, направлены ему в лицо. Последнее что помню, как глаза человека начинают светиться, а потом обе его руки, светящиеся, словно лампы, бьют меня в живот. Несильный вроде бы удар отбрасывает мое тело с огромной силой. Чувство полета прерывает стена отсека. Темнота.

Сознание возвращается рывком. Первое, что вижу, склонившегося человека. Добьет?

– Запомни это чувство, твоя ближайшая задача – научиться контролировать себя в таком состоянии. Что же до твоих гвардейцев… пока мы тут мило болтали, Рафаль закончил зачистку. Теперь можно отправляться спасать твоих гвардейцев.

О боги. Стыдно-то как. Ломилась, что та девчонка, нарушая все пункты уставов. Да у нас за такое командор мог и казнить, я еще легко отделалась. Совсем головой не думаю последнее время.

Но хмурые мысли отступают. Наконец-то увижу своих соратников!

Пока шли к отсеку, пару раз чуть не перешла на бег. Но вскоре наш путь окончился около очередной двери отсека. Рядом с ней суетилась пара дроидов-ремонтников, что-то сверля и заваривая в панели управления отсеком.

– Зео, как дела?

– Еще двадцать секунд, командор.

Но вот время проходит и двери открываются. Видимо, сегодня день такой. День, который мне было суждено прожить без участия мозга. Влетаю в отсек и замираю на месте. Плохо освещенный отсек кажется пустым. Не понимаю, тут пусто. Но вот в дальнем углу слышится шорох. Направляюсь на звук. За ящиками в отсеке ничего не различить. Обхожу их. Один… Другой… Оглушительный звук взрыва бьет по ушам. Следующий ящик разлетается тучей ошметков, а в мою сторону тянутся четыре когтистые лапы. Быстро отскакиваю, уже в прыжке наблюдая, как разлетаются оставшиеся ящики. А за ними выходит ЭТО.

– Хм, химера… хотя нет. Голем плоти, не иначе, – звучит у меня за спиной задумчивый голос человека.

А я смотрю и не могу поверить. Передо мной стоят сестры. Их лица совсем не изменились. Вот только их головы находятся на одном теле. Само тело монстра имеет массивные ноги. И четыре руки с длинными кинжалоподобными когтями. Но головы… Это определенно сестры. Что же с ними стало?

– Лора… Тора, – тихо зову их.

Монстр медленно поворачивается на звук, и обе головы медленно произносят:

– Ле-ро-н-э…

Это они. Но что? Как им помочь? Медленно подхожу к ним.

– Не стоит этого делать, – произносит человек.

И в этот момент монстр дернулся, словно только увидел нас тут. Рык, и меня сбивают с ног сразу две руки. Человек кидается на монстра, замахивается светящейся рукой. Удар достиг цели. Но вот монстр даже не двинулся. Лишь постояв неподвижно секунду, он, зарычав, бьет парой рук человека. Удар такой силы, что того выкидывает далеко в глубину отсека. А монстр разворачивается в мою сторону. В глазах нет и доли сознания. Все четыре руки поднимаются для удара.

– ДА ВАШУ… «САВАН»!!! – слышится крик из глубины отсека, а потом на меня словно стена дома падает. Придавливает к полу, невозможно даже дыхнуть, и уже второй раз за день сознание меня покидает.

* * *

– ДУРА… БЛОНДИНКА!!! Это же надо в упор на монстра! А потом еще сю-сю с ним! Еще бы чаю ему предложила… Но я еще хуже, полез помогать, как идиот, в рукопашку, боясь повредить эту блондинку. Да еще в конце использовал ЭТО. Саван… – кричал некромант уже, наверное, битый час, периодически останавливаясь и накачивая лежащую на кровати девушку энергией. – О, очнулась!

– Чем это меня так? – спросила слабым голосом девушка, еще до конца не придя в себя.

– Саван, накачивает воздух мелкими плетениями, поглощающими и перерабатывающими некроэнергию в агрессивную для не-мертвых. Действует по площадям. Одно из лучших заклинаний против… некромантов. Энергии жрет… до х… много, в общем.

– Скажи, ты… убил… того монстра?

– А-а-а, только не нужно этих соплей. С меня и того отсека хватило. Столь безответственный поступок, ни в какие ворота… не идет гвардейцу. И не стоит отворачивать глаза, когда тебя ругают. Ладно… Иди за мной.

Девушка тут же вскакивает. Еще бы ей не вскакивать, столько энергии влил в нее, высосанную саваном, хорошо, что его удалось, потом частично поглотить, действие было не столь разрушительным.

Заходим в отсек «Губителя», давно ставший чем-то вроде заклинательной комнаты. Там я уровнял энергетику. Покрыл стены рунами: удерживающими, экранирующими, облегчающими процесс и создание заклинаний и т. п. В общем, изгалялся, как мог, всю библиотеку перелопатил. Теперь обычный зомби в этой комнате мог подняться, лишь немного полежав с небольшим «заряженным» кристаллом кварца некоторое время. Чудо-отсек получился, на Земле, думаю, меня бы за него спалили, хе-хе.


Леронэ

Иду за человеком. В теле бодрость и желание действовать. Только мысли совсем не радостные. Учитывая, как он на меня орал, думаю, сестер уже давно нет в живых… повторно.

Заходим в странный отсек. Находиться в нем очень приятно, словно рядом с чем-то неуловимо родным и теплым. Хм, я уже тут была однажды, когда он создавал свою «абордажную команду».

Вхожу полностью и замираю.

– Даже если они будут вполовину слабее тебя, это все равно стоит потраченных сил. Так от чего же не рискнуть? – произносит человек, указывая на стену отсека.

А там стоит тот монстр, в которого превратились сестры. Хотя, скорее, висит, прикованный странными, светящимися цепями, за все руки и ноги. А вокруг него сияют странные круги и звезды, постоянно вспыхивая энергиями.

– Они либо обретут разум и разделятся, либо умрут. Но даже если разделение произойдет в энергетическом плане, они все равно будут слишком родственны, будут всегда рядом. Но все же, шанс очень мал. Поэтому я запустил процесс в щадящем режиме, их преобразование займет много времени. Поэтому пока я запрещаю входить в эту комнату. Тебе понятно?

– Да, и спасибо большое…

– Зео, ты закончил расчет траектории к линкору альвов при использовании только маневровых двигателей?

– Да, командор, можем выдвигаться.

– Как видишь, я тут закончил. Так что летим освобождать твою «прынцессу», или что там от нее осталось.

– Я бы попросила не отзываться так о…

– Ну, раз просишь, то так уж и быть, вторая слева.

– Э-э?

– Твоя комната, если помнишь, то кто-то должен сильно повысить контроль над яростью и боевым трансом, так что вперед и с песней, и чтобы до подлета тренировалась.

– У-у-у…

– Зео, врубай маневровые. Можешь не спешить особо. Я после «Савана» должен восстановиться, – и уже тише и бурча, – еще этих сестер надо постоянно контролировать, а то окочурятся – потом «спасительница» будет тут отрицательными флюидами фонтанировать. Зео, еду носи мне в «заклинательный» отсек, буду сильно занят…


Глава 8. «Непослушные» и пираты

– Эй, кэп, там с тобой какой-то чел хочет поговорить. Мы проверили – сигнал чистый, следилок нет.

– Хорошо, сейчас гляну, что за хрен.

Здоровенный человек, покрытый множеством шрамов, начал двигаться из своей каюты в сторону командного мостика. Дойдя до него, заорал:

– Чего вы там ждете, врубайте связь!

Старенький голопроектор работал с перебоями. Но через десяток секунд все же самонастроился и начал исправно транслировать картинку. А точнее человека, различить лицо которого было невозможно. Он был полностью скрыт отбрасываемой тенью. Но чтобы понять, кто это, было достаточно и картинки за спиной человека. А на картинке виднелся блестящий золотой череп с заячьими ушками.

Капитана достаточно серьезной пиратской шайки прошиб холодный пот. Хоть они и были достаточно сильны, чтобы нападать на защищенные транспортники, но знак, что он видел перед собой, носили пираты совершенно другого уровня. «Непослушные»[5] – глупое название, глупый значок с ушами и совершенно ужасающие возможности. Это пираты, что находились на заоблачном, недостижимом для него уровне. Пираты, что могли кидать вызов целым корпорациям, захватывать огромные секторы космоса. И сейчас их глава вышел с ним на связь.

– З-з-з-дравст-т-вуйте, капитан Кролик.

– О! Приятно, что меня узнают даже в глубинке. Но оставим расшаркивания. Вы, капитан Джек, насколько я знаю, когда-то изъявляли желание вступить в наш «клуб по интересам». Это желание еще достаточно крепко? – ответил молодой, с искорками веселья голос.

– Д-ДА! Извините. Да, капитан – это моя мечта. Вы не пожалеете, приняв нас, вы…

– Хорошо, хорошо. Я вас понял. Я даже согласен принять вас, но за одну незначительную услугу, мелочь, право слово.

– Все что в моих силах!

– Меня радует ваше рвение. Ловите координаты. Получили? Они вам ничего не напоминают?

– Эм, это похоже на координаты в соседней от нас системы. Но, капитан, при всем уважении, там пусто. Туда даже транспортники не летают. Дыра дырой…

– Это очень хорошо, что вы знаете эти координаты. Так вот об услуге. Слетайте-ка туда, по этим координатам.

– Но капитан…

– Еще не вступили, а уже перечите мне, капитан Джек? Возможно, мне следует подыскать более сговорчивых ребят?

– Извините, но что я должен там искать: астероиды, может, провести анализ лун? Там больше нечем заняться.

– Хм, нет. У нас тут недавно появилась чудная возможность получить некоторые довольно перспективные разработки альвов. Но вот проблема одна нарисовалась. Князек того сектора совершенно не хочет с нами ими делиться. И денег не хочет, и за свою жизнь не переживает, а на родных не надавишь, не на кого просто. Ну, прямо везде печаль. Да вот нарыли мы информацию случайно. Дочка его с миссией посольской в том секторе должна была с имперцами встречаться. За информацию эту денег не пожалели, большие деньги дали. Так вот, напали на них там. Использовали какую-то новую разработку, не знаю, информации нет даже у меня. Но есть шанс. Шанс, что она уцелела. Мы провели сканирование системы, и, как видно, сигнатура корабля целостна. А на том линкоре целый отсек со спасательными камерами жизнеобеспечения был. Там целый отряд законсервировать можно было. Это шанс. Если вы найдете ее, у нас появится рычаг, ну, а у вас – тепленькое местечко с хорошей прибылью. Что скажете?

– Я немедленно выдвигаюсь к вратам перемещения, я вас не подведу, капитан!

– Уж постарайтесь.

«Кролик, САМ КРОЛИК!» – билась в голове у пирата одна мысль о человеке, который только что предложил ему работу. О довольно легендарном человеке, в определенных кругах. Когда-то давно, еще во время войны с империей, он был пилотом, говорят, даже капитаном во флоте содружества. Но характер имел прямой, слишком прямой. Поэтому начальство решило скинуть на него всех волков в одной провальной миссии. Лишение званий, множество обвинений, разжалование. Да вот только не на того напали эти штабные крысы. Кролик, а это была его кличка еще в Содружестве, уходя, решил хлопнуть дверью. Весьма так чувствительно. Он со своим другом улетел за фронтир, в сторону Вольных баронств. Улетел с множеством разработок Содружества.

А через некоторое время появилась новая пиратская банда – «Непослушные». Отличалась она передовыми технологиями, примененными в их кораблях, и отличной дисциплиной. Как стало известно позже, их главой как раз и являлся Кролик, и ученые Содружества утверждают, что в его кораблях как раз воплощены эти украденные технологии. «Непослушные» же считаются одним из наиболее «адекватных» пиратских кланов. Поговаривают, что даже некоторые крупные корпорации не гнушаются торговать с ними и находятся в тесном сотрудничестве. Стать частью «Непослушных» означало обеспечить себя стабильным, довольно спокойным будущим, и капитан совершенно не хотел терять эту возможность.

– Навигатор, курс на врата перемещения. Вот координаты. Всем кораблям! Боевая тревога! Варп за мной по этим координатам!

* * *

– Ну, пожалуйста!

– Нет.

– Я о-о-очень прошу.

– Нет.

– Одним глазком только.

– Леронэ, ты издеваешься. Я в той комнате, черт знает, сколько времени провел. Я же тебе сказал, все с ними будет нормально. Они начали разделяться, думаю, через пару дней процесс завершится. Ты мне там все тонкие плетения аурой пожжешь. Нельзя, и точка! И не нужно на меня так смотреть.

– Ну, Александр.

– О, это уже прогресс, а то твое «человек» у меня вызывало постоянно ассоциации с официантами…

Данный диалог проходил на капитанском мостике. Причем повторялся уже с завидной регулярностью, начавшись с того времени, как девушка узнала, что с ее подругами все в порядке и они идут на поправку.

Дальнейший диалог прервал звук сирены.

– Командор, боевая тревога!

– Что случилось, Зео?

– Замечены колебания варпа. Сюда движется небольшой флот. Количество и род судов пока определить затрудняюсь. Их точка выхода из варпа совпадает с нашими координатами, а именно линкор альвов. Поскольку у нас работают только маневровые, то там они будут немного раньше нас, предлагаю пока заглушить двигатели. Маневровые очень слабо фонят, поэтому им будет сложно определить, двигались ли мы или, как и все, не активны.

– Предлагаешь засесть и подождать? Хорошо, только за оставшееся время до их появления немного разверни корабль, так, чтобы большинство наших лазеров находилось в оптимале стрельбы.

– Выполняю, командор.

– Рафаль, Леронэ, экипируйтесь, возможно, придется повоевать за линкор.

Небольшое свечение в пространстве ознаменовало окончание варп-перехода.

– Командор, завершено сканирование сигнатур кораблей. Корабли определены как легкие и сверхлегкие. Около десятка фрегатов и полдюжины крейсеров. Исходя из состояния кораблей, а также их смешанной национальной принадлежности можно сделать лишь один вывод – пираты. Поскольку сигнатуры являются малыми, то предлагаю вести огонь из малого и среднего калибра. Наш большой калибр просто не будет поспевать за столь мелкими и подвижными целями.

– Хорошо. Какова степень угрозы?

– Фрегаты совершенно не опасны для наших щитов. Предлагаю сосредоточить огонь по крейсерам. Уровень их угрозы расцениваю как умеренный, но только из-за их количества.

– Что с зоной поражения наших орудий?

– Все корабли противника в зоне захвата орудий. Также возможен оптимал.

– Хорошо, как только приблизятся к зоне, наиболее близкой к оптимальной зоне поражения орудий, открывай огонь по крейсерам.

– Слушаюсь, командор.

– Командор, крейсера зашли в оптимал.

– Хорошо, первый выстрел делай прицельным, потом на маневровых двигайся к линкору альвов, сократим дистанцию.

– Командор, чистое попадание. Начинаю движение к линкору. Фиксирую множественное сканирование корабля. Фиксирую захват нас орудиями противника. Усиливаю щиты. Зафиксирован нелогичный маневр противника.

– Поясни.

– Все крейсера и фрегаты, за исключением двух крейсеров двигаются в нашу сторону и берут нас на прицел. Но два крейсера продолжают движение в сторону линкора альвов. Фиксирую начало абордажных маневров крейсеров.

– Они пробиваются к ней, – рядом кричит Леронэ.

– Зео, двигатели на полную, двигаемся к линкору.

– Командор, фрегаты противника вплотную к нам. Переключаю малые лазеры на фрегаты, также предлагаю выпустить дронов.

– Выпускай.

– Дроны запущены. Атакую фрегаты.

– Отчет, командор. Фрегаты противника уничтожены. Два крейсера ушли в варп, два было уничтожено. Сканирование показывает, что оставшиеся два крейсера успешно совершили абордаж линкора. Перехожу к абордажным маневрам. Предлагаю подготовить абордажную команду. Абордаж через десять минут. Отсчет… 9:59… 9:58…

– Хорошо. Рафаль, Леронэ, думаю, нам пора выдвигаться в абордажный отсек.

– Командор, регистрирую активность в оставшихся крейсерах противника. Предположительно часть команды осталась на кораблях для обеспечения экстренного отхода. Предлагаю произвести зачистку кораблей противника.

– Хорошо, Рафаль, забирай с собой умертвий и легионеров. На тебе зачистка кораблей. Думаю, на линкор высадилась только абордажная команда кораблей. Пару легионеров беру с собой, Леронэ ты тоже идешь со мной, все же это ваш линкор. Ах, да, Леронэ, и позови сестёр.

– Эм, Александр, ты же знаешь, они еще не совсем адекватны после восстановления. Может, не надо.

– Надо, хе-хе.


Немного ранее


Стена ангара. Из стены свисают цепи, которыми прикованы две девушки.

– Леронэ, все прошло удачно, но есть некоторые нюансы…

Девушка, даже не обернувшись в сторону говорившего некроманта, не веря, медленно подходит к закованным девушкам.

– Тора, Лора, сестрички, вы в порядке? – Протягивает к ним руку…

– ГРА-А-АРХ!!! – Совершенно безумные девушки кидаются к руке, чуть ее не откусив.

– Как я и говорил, есть некоторые нюансы. В их голове сейчас совершеннейшая каша. Нужно скоординировать и направить потоки их сознания. Но я не менталист и потому могу предложить лишь одно решение – временная слабая печать подчинения. Она поможет скоординировать потоки сознания, у них появится цель, ну, а потом они и сами восстановятся и печать исчезнет, – проговорил тихо некромант.

– И подчинишь ты их конечно же себе, – с иронией в голосе проговорила девушка.

Не реагируя на нее, некромант подошел к дергающимся на цепях девушкам. Резко приложил к их головам руки, и те налились светом. Девушки застыли неподвижно, а потом вообще обмякли.

– Нет, мне такой геморрой не нужен и даром, ты их командир, тебе и командовать. Хе, наслаждайся, – и на голову не успевшей ничего сделать девушки легла светящаяся рука мага.


Глава 9. Абордаж

– Командор, фиксирую разделение абордажной команды. Они разделились на три группы. Больше десятка человек в каждой. Одна группа продвигается в глубь линкора. Две другие перекрыли основные коридоры корабля.

– На какую из групп посоветуешь напасть?

– На обе одновременно, командор. Коридоры далее соединены проходами. Напади вы на одну из групп, как через время подоспеет другая или вообще отрежет вас от основных проходов, заблокировав их.

– Хм, хорошо. Леронэ, держи этот…

– А-а-а!!!

– … череп. Берешь сейчас сестер и легионеров, когда закончите со своей группой, направь его на трупы.

– Я не…

– Слышала, слышала… – повисла на одной руке девушки Лора.

– … приказали брать нас… – повисла на другой руке Тора.

– … обеих, так что пошли, пошли, – закончила за сестру Лора.

Леронэ, страдальчески закатив глаза, двинулась к проходу. За ней тенью последовали оба легионера.

– Ладно, пора обновить знания. Так… библиотека… запретные… массовые… – секундой позже, некромант двинулся за ними, что-то тихо бурча и сжимая огромный алмаз в одной руке и череп в другой.


Группа 1


– Кэп, мы на позиции. Пока все тихо.

Клац! Свет в отсеке потух.

– Кэп, проверь освещение на этом древнем корыте. У нас отсек отрубился.

Но в рации была тишина.

– Кэп?

Пшшш… Отсек открывается, но соседний отсек точно так же находится в полной темноте.

Бух! Бух! Бух! – слышится топот. Бежит явно группа, и бегуны очень тяжелые.

Но тут включается аварийное освещение. Обалдевшие люди успевают увидеть лишь два огромных щита. Первых пиратов кровавыми ошметками разбрызгивает по этим щитам. Щитоносцы делают замах мечами, и еще двое пиратов просто перерублены пополам. Начинается паника. Крики о помощи, беспорядочная стрельба. Щитоносцы делают еще пару взмахов, отправив к праотцам очередных неудачников, и, сбивая людей, устремляются к выходу.

Клац! Свет опять пропадает. Паникующий народ внезапно замолкает, сбиваясь в кучу. А в углу отсека вспыхивают три пары алых глаз.

– А-а-а!!!

Падает перерубленным крайний пират. Все остальные разворачиваются в ту сторону. Но выстрелов сделать не успевают. Их встречает очередь сразу из четырех стволов кинетических пистолетов-автоматов. При свете выстрелов можно различить двух одинаковых девушек, держащих эти пистолеты.

Не проходит и минуты, как все в отсеке замолкает. Одна из девушек подходит к трупам пиратов. Поднимает странный череп в руке и направляет его на пиратов.

Тут череп открывает челюсть. Из тел пиратов начинает истекать голубоватая дымка. Она все поднимается, концентрируется, а потом сплошным потоком устремляется в пасть черепа. Стоит залететь туда последней части дымки, как череп захлопывает рот, а его глаза начинают светиться насыщенным голубым светом.

– Зео, где сейчас Александр?

– На девять часов от вас.

Девушка разворачивается и направляет в переборку череп. Челюсть черепа вообще отпадает. Из глазниц и рта выстреливает голубой поток, беспрепятственно проходя через переборки корабля и исчезая где-то дальше.

– О, вот и батарейка, – произносит некромант, глядя, как в стоящий на полу череп вливается поток голубого света, – вот и хорошо, а то я устал уже «своих» мариновать «страхом».

А тем временем в соседнем отсеке…


Группа 2


Группа стояла в центре отсека, сбившись в плотный круг. Некоторые дрожали, некоторые плакали. Уже давно никто не стрелял, поняв бесполезность сего действия. Люди не могли двинуться дальше. Всех сковывал страх. Казалось, что на стенах корабля проступают обезображенные лица людей. Тени вели себя странно, казалось, что они иногда двигаются совершенно не так, как должны. Еще и связь пропала.

Бамс! – Упала вентиляционная решетка. Из нее метнулась непонятная мелкая тень. Все люди развернулись в том направлении. На полу отсека сидел ворон. Довольно крупный ворон с горящими голубым светом глазами.

– Ка-ар-р-р! – прокричала птица.

Секунда… Две… Из вентиляции начал нарастать какой-то гул. Он все усиливался и усиливался. Уже можно было различить отдельные хлопки множества крыльев и отдаленное карканье.

Три… Четыре… Ка-ар-р! – Из вентиляции сплошным черным потоком начали вылетать вороны.

– А-а-а!!! – Отсек заполнили крики людей. Птицы сразу же кидались на них. У многих были выклеваны глаза. Некоторым даже пробили защитные костюмы. Отсек начал заполняться кровью и тихими стонами слепых людей. Птицы начали кружить вокруг уже безобидных людей. Их сплошной поток закручивался в эдакий водоворот. Это черное торнадо все усиливалось и усиливалось. Вспышка. На пол отсека упал белый череп. Но сразу же почернел, и лишь кучка праха напоминала о его существовании.

* * *

– Кэп, мы потеряли связь с абордажниками!

– Да что за хрень! Перекрыть отсеки, готовимся уйти в варп.

– Невозможно, не получается задраить стыковочный люк, вероятна разгерметизация.

– Вывести на экран камеру стыковочного отсека.

Монитор около капитанского кресла мигнул, и на нем появилась картинка. Пустой отсек, почти закрытая дверь… упирающаяся в труп пирата в усиленной броне.

– Твою… пятый отсек, ответьте!

– …

– Четвертый!

– …

– Кэп, я ничего не понимаю, связь внутри корабля работает, но мы не можем связ… хр… ррр…

– Что? – Обернувшийся на непонятный хрип капитан пиратов смог увидеть лишь фигуру в доспехе странного вида, что пробила своими клинками грудь первого помощника.

В следующий момент незнакомец повернулся в сторону капитана и сделал большой прыжок. К чести пирата, тот успел среагировать и сделать пару выстрелов… мимо. А потом перед глазами все закрутилось, и последнее, что увидел пират, были сапоги своих ботинок и падающее обезглавленное тело… свое тело.

* * *

– Командор, мои сканеры регистрируют понижение активности в пиратских крейсерах до минимума, команда зачистки не стала добивать невооруженных, сдавшихся и неидентифицируемых. Часть команды перенаправлена к вам для оказания помощи, оставшиеся легионеры охраняют пленников.

– Хорошо, удивительно, что ты смог связаться с Рафалем, я уж подумал, что ничего не получится и… стоп, что за неидентифицируемые?

– Под описание пиратов не подходят, потом сами увидите, командор.

– Хорошо, что у нас с абордажными командами?

– Две из трех уничтожены. Последняя команда остановилась в медотсеке линкора, активность не ясна… Регистрирую активацию медкапсул линкора… Регистрирую активацию кинетического щита малой мощности… Регистрирую активацию энергетического щита малой мощности. Предположительно сработала защитная программа, вероятно, при взломе медотсека она должна отрезать нападающих щитами и дать время защитникам выйти из стазиса медкапсул и организовать оборону. Предположительное время действия щитов – тридцать минут. Командор, я бы хотел уточнить один момент.

– Да, я тебя слушаю.

– Мною не были замечены боевые единицы, именуемые вами «нежить». Активировать ли мне усиленный поиск.

– Нет, тут все проще. Ребята летели в оборонительном построении, и линкор с послом прикрывал этот. В итоге выстрел из орудия культистов задел немного тот линкор и сюда пришел уже ослабленным. «Поднятий» было очень мало. Думаю, большинство экипажа просто умерло, не превратившись в зомби. А гвардейцы, видимо, эвакуировали свою госпожу в медотсек к спасательной камере, да и сами там укрылись, и действие луча их не коснулось. Потом они сами заняли стазис-камеры, активацию которых ты сейчас и зарегистрировал. Так что за щитами там прячется наша цель с гвардейцами. Сколько их, кстати?

– Пятеро плюс цель.

– А атакующих.

– Дюжина.

– Хо, думаю, мне стоит поторопиться. Напоследок, позволь уточнить один момент – эти щиты гвардейцев, они держат любой урон?

– Теоретически сочетание кинетического и энергетического держит любой урон, не связанный с термальной составляющей. За это он расплачивается малым сроком службы. Кстати, двадцать четыре минуты до деактивации щита.

– Хорошо, жарить мы никого точно не будем. Передай Леронэ, чтобы ждала меня у входа в медотсек, входить туда запрещаю.

– Вас понял, конец связи.

Сам же некромант находился в залитом кровью отсеке, где совсем недавно призрачные вороны расправились со второй группой штурмовиков. Весь отсек представлял собой ужасное зрелище. На полу были разлиты целые лужи крови. Кое-где еще постанывали обезображенные, слепые пираты.

– Значит, любой не термический урон… – пробормотал некромант, задумчиво глядя на ужасающую картину в отсеке.

Видимо, что-то решив для себя, он вытянул руку перед собой.

Пару секунд ничего не происходило, а потом разлитая вокруг кровь начала медленно двигаться в сторону мага.

Стоны умирающих стихли, а вокруг некроманта уже вся поверхность была покрыта кровью.

– Я, конечно, не по этой части, но пару заклинаний ради интереса выучил, как раз есть возможность посмотреть на их работу.

Кровь начала, словно живая, тянуться в одну точку, и вот уже перед магом объемная лужа, что совершенно не растекалась. Правда, по ней постоянно проходила рябь, словно внутри кто-то движется.

– Найдете своих и убьете, потом можете быть свободны. Выполнять!

По луже из крови прошла особо сильная волна, и та резво потекла по полу отсека, потом по стене, словно и нет силы тяжести, пусть и искусственной, поднялась к потолку и пропала во все той же многострадальной вентиляции.


Глава 10. Айла

Группа 3


– Кэп, группа три на месте. Кэп? Кэп?!

– Что ты орешь?

– Нет связи с капитаном.

– Потом наговоритесь, вон двери в медотсек, взламываем, берем девчонку и делаем ноги отсюда.

Хлоп! Небольшой взрыв вскрыл замок отсека.

– Давайте, ребята, навались, отодвигайте эту дверь.

Когда проход был освобожден, а пираты начали проникать в медотсек, перед первыми вошедшими предстала еще одна проблема. Дальнейшему продвижению мешала светящаяся голубоватая стена щитов, что преграждала путь к стазис-камерам. Сами же камеры были активированы, и оттуда уже вылезали порядком дезориентированные альвы в легкой броне. Впрочем, дезориентация не помешала им трезво оценить количество противников и начать возводить подобие баррикад из тех же стазис-камер. Хоть альвы и имели оружие, но свойства щита были таковыми, что, начни они стрелять, то выстрел из лазера вполне мог повредить их щит, лишив их хоть какого-то преимущества подготовиться к бою и просто прийти в себя. Поэтому пять фигур, оттащив камеры в одну кучу и образовав что-то вроде баррикады из них, оттерли туда порядком сопротивлявшуюся и ругающуюся шестую фигурку в легкой броне и, заняв позиции, приготовились ждать деактивации щита.

Пираты же, правильно истолковав ситуацию, начали атаковать щит, снижая его мощность.

Идиллическую картину всеобщей занятости прервал вскрик одного из пиратов. Тот стоял с выпученными глазами и показывал куда-то в потолок. Когда же все обратили на него внимание и посмотрели вверх (даже обороняющиеся), то их глазам предстала непонятная картина. Потолок отсека точно над пиратами был покрыт какой-то красной жидкостью. Странно, но эта жидкость совершенно не думала оттуда падать. Периодически по ней проходили странные, непонятные волны. Но вот прошла одна особо большая волна.

– А-а-а!!! – взвыл пират, над головой которого из крови вынырнуло обезображенное лицо его дружка, что сейчас должен был быть во второй абордажной команде. Полностью состоящее из крови лицо повернулось в его сторону, и из пятна на потолке вынырнула рука, что медленно начала тянуться к орущему до сих пор пирату. Его рядом стоящий сосед не выдержал и открыл огонь. Лицо и рука из крови моментально втянулись в лужу, из которой полетели брызги, попав на лица обоих пиратов. В ту же секунду попавшая на лица кровь впиталась в кожу.

– Ха-ха-ха-ха! – истерически засмеялись оба пирата. Они упали на колени и продолжали безудержно хохотать. И всё так же, хохоча, начали раздирать свои лица, с которых буквально ручьем, неестественно сильным потоком потекла кровь.

В тот же момент с лужи крови на потолке сорвалась капля… другая… и вот уже на пиратов обрушился своеобразный «дождь». Один из пиратов рванул было к выходу, но на половине пути упал на колени и засмеялся. Картина повторилась. Гвардейцы в ужасе наблюдали, как пираты, хохоча, раздирают свои лица и на полу отсека натекает огромная красная лужа крови. А потом пираты начали, один за другим, заваливаться в эту лужу, совершенно не подавая признаков жизни. И вот картину дикого хохота сменяет гробовая тишина отсека. И лишь шестеро живых, что в страхе жмутся друг к другу за рукотворными баррикадами и с ужасом ожидают падения щита.

– Госпожа Айла, с вами все в порядке? Мы просим вас отойти в глубь отсека, насколько это возможно, и спрятаться там. – Ожила одна из фигур в доспехе и спешно начала приводить другую, судя по формам доспеха, девушку в порядок и аккуратно уводить ее подальше от баррикад.

– Но почему? Мы же за щитами. Этот… Это… не сможет пройти, пока активны щиты, – возразила, но все же последовала совету девушка.

– Это не совсем так. Энергетический и кинетический щиты – это защита почти от любых абордажных мер, но… нет дураков, делающих щиты от… крови.

Хлюп! По большой, натекшей из тел пиратов крови прошла волна.

– А-а-а!!!

– Госпожа спрячьтесь и не двигайтесь!

Хлюп! Прошла очередная волна, но не исчезла, а словно замерла на самом краю лужи из крови. Но вот она вздрогнула и потянулась. Тонкая струйка крови начала утолщаться и менять силуэт. И в пол отсека уже опускается рука с неестественно длинными пальцами, вся красная, словно состоящая из начинающей сгущаться крови. На пол опускается вторая рука. А потом, будто ныряльщик из воды, из крови начинает подниматься фигура. Внешне очень похожий на человека гуманоид. Он не имеет ни глаз, ни половых признаков, да что там, у него и лица-то нет – эдакая карикатура на человечка с тоненькими ручками и ножками, худого и с… огромной пастью с мельчайшими тонкими иголками зубов, почему-то стального цвета.

– Ч-ч-что это?

Не имея ушей, тем не менее, монстр точно развернулся на звук голоса. То ли ощерился, то ли улыбнулся своей пастью и медленно двинулся в сторону щита с альвами.

– Х-р-р!!!

Бедняга с лету напоролся на щит. Недоуменно покрутил головой. Ударил рукой о щит. Защита от кинетики сработала, и это подобие руки откинуло назад.

– Гр-р-р. – С какой-то даже обидой в рыке монстр замер. А потом стал немного ниже, еще и еще. Его ноги начали растекаться лужей крови, в которую он и стал погружаться. Миг, и больше нет страшного монстра, а на полу лишь лужа крови.

– Он пропал?

Хлюп! Лужа медленно потекла в сторону щита. Дошла до его края и начала, не спеша, за него затекать.

– Как я и говорил, ни один идиот не делал щита от крови, – с какой-то обреченностью повторил все тот же гвардеец.

Тем временем лужа уже полностью затекла за щит. Вот опять о пол упирается рука, другая…

– ОГОНЬ!

Отсек осветили вспышки лазеров. Но лучи в большинстве лишь проходили сквозь жидкость, почти не нарушая ее структуры.

Тем временем монстр уже полностью восстановился.

– Гра-а-ар! – Радостный рык, и рука тянется к первому альву, а пасть ощеривается десятками клыков.

– Свободны… – раздается тихий голос со стороны входа в отсек, и монстр замирает.

– ГРА-А-АР!!!

И снова рука тянется к живому.

– Тьфу ты, блин, ох уж эти смежные области, я же говорил, что не силен в этом.

Монстр опять настороженно замирает, разворачиваясь в сторону входящего… человека?!

Монстр мгновенно разливается лужей крови и преодолевает щиты. Еще не сформировавшаяся кровь буквально выстреливает в человека. Тот же не спеша, даже как-то лениво бьет наотмашь, словно дает кому-то пощечину рукой, странной светящейся рукой. Кровь разлетается по отсеку, совершенно не оказывая на человека того ужасающего действия, что недавно сотворила с пиратами.

– Ох, какие же все тут привереды, все им доказывай, все лично делай… – бурча, человек подходит к собирающейся вместе луже. Окунает туда руку.

– Хр-рхр-р…

Рука медленно поднимается, сжимая за горло давешнего монстра.

– Слишком ты разъелся, дорогой. Я… СКАЗАЛ… СВОБОДЕН!!!

– ГРА-А-А!

Хлоп! Словно взорвавшись от излишнего давления, голова монстра лопается, и тело растекается кровью.

– Тьфу ты, одна морока с ними. Да, Зео. Ты привел их на наш линкор. Ты поспешил, ладно пусть ждут нас там, пиратов запри где-то в складских ангарах, материал еще пригодится. Да, сейчас буду. Так, товарищи пассажиры, я, конечно, понимаю, радость встречи заставляет вас пускать лучи добра из всех стволов, но, может, все же опустите оружие и пройдете за мной. Думаю, позже Леронэ все вам расскажет и объяснит, а у нас тут небольшой нежданчик, так что следуйте, пожалуйста, за мной.

И не дожидаясь реакции, человек развернулся в сторону выхода из отсека.

* * *

Первой в себя пришла Айла:

– Леронэ?! – и, не обращая внимания на возмущения гвардейцев, двинулась вслед за человеком. За ней двинулись и остальные. Их триумфальное шествие в полной тишине закончилось на линкоре имперцев.

– Зео, это и есть те неидентифицируемые? – спросил человек голограмму искина, указывая на двух людей потрепанного вида, что находились в капитанской рубке линкора.

– Да, командор.

– Командор?! – вскинулась альвийка, но человек совершенно не обратил на нее внимания, поближе подойдя к двум пленникам пиратов.

– Ну, и кто же вы такие?

– М-мы пилоты, командор. Тут недалеко небольшая колония еще со старых времен… была. Мы как раз доставляли к ней припасы, когда на нас напали эти пираты. Думаю, нас бы продали в рабство, а колонию уже давно разорили, – начал один из пленников.

– Зео, запиши координаты, диктуйте…

– Есть координаты. Данные не проверенные, я все же боевой искин, поэтому моя база данных относительно колоний империи может быть не полной.

– Хорошо, когда мы закончим тут, в порядке особой срочности посетим эту колонию…

– Не стоит, командор, – вмешался в разговор другой пилот, – там пираты, скорей всего, камня на камне не оставили, вы лишь зря потратите энергию. Лучше доставьте нас в нашу родную колонию. Она хоть и далеко, но правительство нашей колонии за своих – стеной стоит. Вас ждет очень хорошая награда.

– Это да… то, что меня ждет награда – это я понял сразу… Кара!

Один из пилотов заваливается на пол отсека. На лицах всех живых в отсеке читается непонимание и изумление. А человек тем временем резко сближается со вторым пилотом. Перехватывает руку замахнувшегося, было, на него пленника и ломает ее… открытый перелом. Но, ко всеобщему изумлению, нет ни крови, ни костей. Из раны торчит стальной сустав с множеством проводов.

Вторая рука мага, налившаяся странным холодным свечением, ударяет в грудную клетку пилота. Удар такой силы, что ее буквально выворачивает и мертвый пилот заваливается на пол отсека. Но вот опять нет ни крови, ни вида отвратительных внутренностей. Из груди мертвеца торчат куски железа и множество имплантов.

– Уж теперь-то я точно не сомневаюсь, что меня там ждет награда. Но уж больно ты мертвый, чтобы беспокоиться о жизни. Странные вы ребята, культисты. Надо будет с твоим дружком пообщаться, поплотней, уж я-то буду радушным хозяином… Ну, а теперь мы поговорим с тобой, страдалец, – развернувшись, проговорил маг, направляясь ко второму «пленнику» пиратов.

Тот, в свою очередь, довольно спокойно перенес последствия заклинания и сейчас пытался подняться. Подняться ему помог некромант, схвативший того за шею и поднявший над полом. И вот опять, вместо судорожных метаний и просьб о помощи, тот просто повис на руке человека, смотря на него с некоторым превосходством в глазах.

– Ничтожества, облаченные в смертную плоть, никогда не поймут наших целей и идей, ибо мы вечны, а вы только тлен под ногами высших. Даже если ты лишишь меня возможности нормально функционировать, придут братья и восстановят меня. Так чего же мне бояться, червь?

– Наличие или отсутствие страха меня не интересует, – тихо заговорил некромант, плавным движением опуская вторую руку на голову культиста, – у тебя, дорогой, целая прорва вариантов, целых два: ты все мне рассказываешь… или все мне рассказываешь… – И рука мага медленно отрывается от головы, удерживая в руках все тот же странный голубоватый туман.

– А-а-а!!! – крик боли наполнил и гробовую тишину отсека.

– Хотя, знаешь, все же достоверные факты будут куда важней в данной ситуации.

Маг резко сдергивает руку, и дикий крик резко обрывается. Только на лице культиста, посеревшем и ставшем бледно-землистым, так и остается гримаса ужаса и безмолвного крика, а рука мертвого человека протянута к тому голубому туману, что сейчас сжимает в руках маг, словно желая забрать назад эту ценность.

– Итак, я тебя внимательно слушаю… – Рука мага загорается еле различимым черным огнем и начинает впитывать душу человека.

– Жаль, все же мне не хватает практики, ну да ладно. Зео, значит так, непрерывно сканируй систему на вероятность варп-перехода.

– Основания, командор.

– Основания… эти двое были разведчиками, их подсадили на небольшой транспортник и сплавили пиратам. Основаниями для разведки стали две вещи: аномально повышенная активность пиратов в данном секторе и странный сигнал их «брата», что вроде бы давно прервал свое существование, иначе говоря, даже перед смертью посол смог подгадить, урод. Ребятки выходили на связь еще с корабля пиратов, поэтому остальные… не знаю кто, не смог прочесть, так вот остальные сработают по плану «полная зачистка». Уж очень кто-то не хочет, чтобы здешние секреты, какими бы они ни были, узнали остальные. Прошу всех, – взгляд на высокородную альвийку, – кто не является членом экипажа, покинуть капитанскую рубку.

– Могу я все же узнать статус «всех кто не является»? – спокойным, но все же настороженным голосом поинтересовалась альвийка.

– Гости, почетные гости. А вот и ваш почетный эскорт, – развернувшись к входу в рубку, командор сказал: – Леронэ, может, все же хватит там греть ушки, зайдешь к нам, проведешь небольшую экскурсию, разрешаю ответить на все их вопросы, не несущие прямой угрозы кораблю и его экипажу.

– Вам не кажется, что отдавать приказы моей подданной – это превышение ваших полномочий?

– ВАШЕЙ подданной – безусловно, а вот члену моей команды – нисколечко.

– Да как вы…

– Он прав, – спокойно произнесла вошедшая девушка, – госпожа, друзья, думаю, нам стоит о многом поговорить.

– О боже, что с тобой…

– ВНИМАНИЕ! Регистрирую появление варп-помех в системе. Командор, у нас гости.

– Хорошо. Зео, выведи предполагаемое место входа в систему, меня интересует, будут ли видны обломки пиратских абордажников, остальные корабли и так раскидало по области так, что не поймешь, откуда был огонь.

– Выполнено, обломки закрыты нашим линкором и линкором альвов.

– Отлично, они не сразу поймут, что тут произошло, будь готов атаковать при первой же возможности. Думаю, время на наведение и захват целей у тебя будет.

– Командор, регистрирую вход в систему. По количеству колебаний – небольшие корабли, уровня фрегата, где-то около двадцати.

– Ого, что за корабли?

– Я… я не знаю, командор.

– В смысле? Неопознанные?

– Не в этом дело, командор, мною был зарегистрирован вход в систему, но кораблей… кораблей я не вижу.

– Как это?

– Внимание! Регистрирую атаку на ближайший к варп-помехам линкор империи. Есть сигнатура – это бомбардировщики. Класс стелс-бомбардировщик, предположительно производства Содружества[6] – «Мантикора».

– Покажи запись с начала обнаружения сигнатур.

– Вывожу на экран.

Черноту экрана сменила та же чернота космоса, перемежавшаяся редкими бликами звезд. Вдруг в одной точке изображение пошло рябью, а потом и вовсе сменилось на изображение небольшого фрегата. Прошла секунда, и космос заполнили братья этого малыша. А потом от них отделились небольшие светящиеся снаряды – бомбы и не спеша поплыли в сторону линкора. Ярчайшая вспышка озарила мостик, и вот на месте могучего линкора лишь обломки.

– Регистрирую атаку и одновременную детонацию всех бомб. Регистрирую уничтожение линкора. Регистрирую активацию маскировки врага. Недостаточное время для фиксации цели. Предлагаю при следующем выходе из стелса атаковать врага. Даже скользящие атаки наших лазеров дестабилизируют их защитные поля, и мы сможем полноценно вести огонь на поражение.

– Ага, главное, чтобы при этом мы пережили эту самую атаку. При появлении цели щиты на максимум и готовь нанороботов для починки брони.

– Есть, регистрирую появление целей.

Почти вплотную (по космическим меркам) от застывших рядом в защитном порядке линкоров появились эти странные малыши. Вспышка, и вот еще один линкор представляет собой лишь обломки стали.

– Огонь, Зео, огонь!

– Есть! Фиксирую попадание! Фиксирую уничтожение двух целей! Фиксирую захват орудийными системами противника нашего корабля. Командор, для бомбометания они слишком далеко, будут сближаться. Фиксирую торпедный залп.

– Щиты, Зео.

– Это «чистые» бомбардировщики, командор, залп был очень слабым, щит немного просадило, но он выдержал. Произведен залп, фиксирую уничтожение трех целей. Дальнейшей атаке мешает их проход мимо нашего дружественного линкора. Как только они его пройдут, я смогу полноценно продолжить атаку!

– Зео, ты не вовремя со своими дружественными…

Тем временем рой из небольших, но очень опасных фрегатов пролетал мимо второго, оставшегося уцелевшим линкора империи.

– Фиксирую энергетическую вспышку!

Внезапно, «мертвый» линкор засветился, и от него пошла волна яркого света. Создавалось ощущение, что корабль взорвался изнутри. Когда свет пропал, все смогли увидеть совершенно не поврежденный линкор, в свою очередь фрегаты противника были более чем потрепаны.

– Зафиксировано применение смарт-бомб дружественным линкором. Фиксирую повторное применение!

Еще одна вспышка «взрыва» озарила космос, и на месте фрегатов остались лишь их покореженные остовы. А линкор замер, будто и не было этого скоротечного боя.

– Зео, есть ли связь с линкором?

– Нет, командор, многочисленные энергетические возмущения от недавнего боя искажают связь.

– Ясно, тогда курс на линкор, орудийные системы пока пусть будут в активном состоянии. Посмотрим поближе на этого «мертвого» союзника.


Глава 11. Мёртвые союзники

– Командор, подходим к линкору. Враждебных действий выявлено не было. Энергетических вспышек выявлено не было. Активность линкора минимальна. Связь по-прежнему не доступна.

– Кто на борту этого линкора, кого он перевозил, Зео?

– На борту находилась группа ученых-имплантологов, лучшие умы со всей империи были собраны для решения проблемы культистов и их странных имплантов. Позднее они собирались в составе альвийской группы направиться к нашим союзникам для общей разработки нескольких проектов по противодействию культистам. Мне также известно, что линкор перевозил какие-то новые боевые разработки ученых.

– Приготовиться к абордажу корабля. Милых дам со свитой прошу пройти в свои каюты.

– Не соблаговолит ли, командор, все же дать объяснения?

– А разве объяснений вашего бывшего капитана было недостаточно?

– Объяснений? То, что она рассказала, ровным счетом дало лишь почву для большего количества вопросов.

– Эх, хорошо, когда мы закончим с этим линкором, я обещаю… и не надо строить такое выражение на столь милом личике… обещаю, хм… внести некоторую ясность.

– Этого недостаточно! Мы все же будущие союзники…

– ЭТОГО достаточно, Айла. Ваши люди в безопасности, как и вы – даю слово. Ну а теперь займемся нашими «мертвыми союзниками».

– Я с моей гвардией иду с вами! Мы окажем посильную помощь будущему союзнику. Я надеюсь, изменение в командовании не повлияло на желание людей заключить союзные отношения с альвами.

– Я не уполном… ц… – запнулся маг. – Ах ну да, все же, командор… хорошо, вы идете с нами, а точнее за нами. А вы можете быть занозой, когда захотите…

На что девушка только улыбнулась и стала облачаться вместе с гвардейцами в легкую броню.

– Командор, в абордаже нет необходимости. Искин передал коды доступа, нам разрешена швартовка с линкором.

– Это ничего не отменяет. Рафаль, первыми пойдут легионеры. За ними я с тобой, а потом наши союзники. Леронэ, на тебе их страховка.

– Поняла… командор.

– И последнее, командор, искин принял вас как командующего, но это не означает, что экипаж – тоже. Так что будьте осторожны, командор.

* * *

Плотный строй легионеров двигается по коридорам «мертвого линкора». Под ногами лишь иногда слышится хруст костей мертвых, а возможно, кем-то упокоенных членов команды линкора. Но вдруг повернувший первым за поворот легионер отлетает назад, поломав строй и проехав немного по полу отсека. Дергаясь и ежесекундно падая, он пытается подняться. Но сложно подняться, не имея одной руки и ноги. Да еще часть щита оказалась снесена прозвучавшим секунду назад выстрелом.

– Командор, регистрирую залп из малого артиллерийского кинетического корабельного орудия.

– Откуда здесь это малое арт… тьфу, откуда тут эта хренотень?!

– Видимо, из складских запасов корабля. Правда, мне непонятно, кто смог его тут смонтировать.

Разговор прервал появившийся звук чужой речи, что шел из небольших динамиков в потолке отсека:

– Пираты. Я не знаю, как вы получили коды доступа, но тут этот трюк не пройдет, вы будете уничтожены без участия искина. Нам это вполне по силам. Сдавайтесь, мы гарантируем вам жизнь… – Всё это произнес совершенно равнодушный, лишенный эмоций женский голос.

– Оп-па, кажется, в белых рыцарей на белых понях тут никто не верит. Вот нравится мне голос сей дамы, прямо кричит о культистах и имплантах. Правда, думаю, эти ребята вообще бы не стали вступать с нами в переговоры. Так, пока базируемся здесь. Зео, ты можешь вычислить, откуда шел сигнал.

– Командирская рубка, командор.

– А скажи-ка мне, Зео, есть ли поблизости, хм… трупы.

– Да, командор, несколько трупов имеется как в рубке, так и поблизости от нее.

– Ой, как же мило. Прямо не работа, а отдых. Народ, буду недоступен некоторое время. Рафаль, организуй охрану периметра.

И несколько легионеров сразу же сомкнулись вокруг мага.

Сам же маг, открыв свою сумку, начал в ней рыться.

– Так, новые запасы, новые запасы. Ага, вот. – В руках у некроманта был вырезанный из кости небольшой паучок, вместо брюшка которого был крошечный кварцевый кристаллик. Небольшая молния энергии прошла по телу паучка, и вот одна лапка неуверенно зашевелилась, а потом и другая. А потом и вовсе малыш бодро прыгнул на пол и пополз в сторону ближайшей вентиляционной решетки. Сам же маг, сев в позу лотоса, совершенно перестал двигаться, казалось, что и дышать даже перестал, так медленно и плавно двигалась его грудная клетка.

* * *

В капитанской рубке царил полумрак. Двое людей вели неспешный разговор, периодически посматривая на монитор, где сейчас отображалось одно из установленных ими внутри отсека орудий корабля.

– Профессор, я не вижу логики в ваших словах. Кто-то из «пришлых» не может быть командором нашего крыла. Вы не хуже меня знаете, что на «Губитель» не производилось высадок, – спокойным, лишенным эмоций голосом произнесла брюнетка с горящими в полумраке искусственным голубым светом глазами.

– Но я не вижу другого варианта, капитан. Вы же не думаете, право слово, что пираты уговорили искин. Нам ведь за всё это время даже с нашим искином не удалось справиться, – ответил ей насмешливый молодой парень лет двадцати пяти с совершенно седыми волосами.

– И в чем же вы видите выгоду от нашего сотрудничества с «пришлыми»? – продолжала гнуть свое дама.

– Хотя бы в том, – разорвал цепь их неспешного диалога третий голос, – что это ознаменует окончание вашего здесь заточения.

На звук голоса, доносившегося из дальнего угла, тут же было сделано несколько выстрелов. Стреляла девушка из появившегося, словно по волшебству, небольшого лазерного пистолета.

– Хе-хе, ну вот, костюм испортили… – На свет из тени в дальнем углу отсека шагнула фигура.

– П-п-первый помощник, – все же невозмутимость девушки дала трещину.

Перед ней стоял… стояло то, что когда-то было ее первым помощником. Сейчас же это был полувысохший труп со странным светящимся паучком на шее.

– Ну, что же, позвольте к вашим вопросам добавить еще и свой, – произнесла фигура, так и не разомкнув рта. – На борту имеются двое, что и людьми-то не назовешь. Я недавно культистов встречал, так и то более человечных. Так что же делать мне с такими пассажирами?

– Мне – это кому? – произнес отчего-то широко улыбающийся «профессор».

– Мне – это командору этого флота, – ответила фигура, в тот же миг у входов в рубку активировались турели безопасности под командованием искина. Активировались и нацелились на эту странную пару, чем вызвали еще более широкую улыбку профессора.

– Вижу, старый командор не посвятил вас в некоторые нюансы… этого линкора? – продолжавший улыбаться ученый быстро прошелся пальцами по небольшому устройству у себя на руке, и турели в отсеке опять спрятались в своих гнездах. – Видите ли, наш корабль не просто исследовательский, тут находятся… находились лучшие ученые империи, а следовательно, и их наработки, военные наработки, а значит, и полномочия у нас особые, и хоть навредить командору искин откажется, но наложить вето на некоторые ваши приказы у нас доступа хватит. Итак, коллега, я так понимаю, вы представляете наших альвийских союзников?

– С чего вы взяли и почему коллега?

– О-хо-хо, ну что вы, такая удивительная работа, это же органический имплант… – ученый указал на паучка на шее трупа, – подстегивает процессы, дает энергию телу и все такое, уж нашим технологиям в сфере органики не тягаться с альвами.

Отсек заполнил сухой скрипучий смех.

– Хе, никогда не смотрел на это с такой стороны, но выглядит действительно похоже, профессор.

– Похоже, но им не является? – Лицо ученого приобрело задумчиво-фанатичное выражение. – Постойте-ка.

Буквально долетев до трупа, ученый схватил того за руку.

– Не понимаю, – бормотал ученый, ощупывая конечность, – даже если подстегнуть, пусть недолго, но организм должен работать, но сердце… оно не бьется, никаких процессов не происходит, да он труп?!

– Хм… – задумчиво произнес труп, а потом резким движением странно изогнувшейся руки пробил себе грудную клетку, – действительно не бьется.

В руку опешившего профессора лег грязный комок, что когда-то являлся сердцем человека.

– Но я не… – бедный ученый уже не улыбался, он выглядел совершенно растерянным, как и его спутница.

– Ну да ладно, концерт по заявкам окончен… – Труп резким движением ударил по руке профессора, совершенно не причинив тому вреда, а потом кулем упал на пол.

– Профессор, вы в порядке? – подошла к нему девушка, хоть в лишенном эмоций голосе не слышалось тревоги.

– Да, спасибо, – профессор опять улыбался, – каков хитрец, он сломал мой компьютер.

Продолжить разговор не дал резкий стук в двери отсека.

Оба присутствующих в отсеке человека выхватили оружие и спрятались за приборной панелью.

– Да, ну что вы, как дети малые, вот энергия, активируйте мечи, – послышался приглушенный голос за дверью.

– Хи, нас собираются атаковать мечами, ха-ха, или же они сначала решат обстрелять нас из луков, – профессор уже вовсю веселился, – эти двери не поцарапать даже…

Дзынь!

Рядом с магнитным замком двери виднелось лезвие тускло светящегося меча. Меч сделал попытку перерубить замок, но, видимо, у него ничего не получилось. На пол отсека потекли капли раскаленного металла, отверстие с мечом заметно расширилось, но сильного прогресса не последовало.

– Профессор, двери выдержат? – поинтересовалась капитан линкора.

– Да, наверно. Признаться, я не могу определить вид оружия – это меч, но это же – глупости, мечом эту дверь никогда не перерубить, да ее им даже не поцарапать.

– Рад, что смог заинтересовать вас, – донесся голос от двери, и в широком отверстии от меча появилось лицо человека, – но я бы хотел попросить вас открыть двери, я командор, а вы не культисты – это я уже понял, вы тут заперты, что еще вам нужно, может, мне еще императора привести, засвидетельствовать, так сказать?

– Вы не имеете прав на доступ, – произнесла девушка.

– Ох, как же с вами сложно, ну ладно, эй, профессор, сейчас вы имеете возможность определить мою «отрасль науки», наслаждайтесь.

Судя по шебуршанию, человек рылся у себя в сумке, а потом вплотную к отверстию прильнула его раскрытая ладонь, с кучкой серого праха на ней. Человек дунул, и все вещество залетело в отсек, где упало на пол.

– Вы решили закидать нас мусором – очень оригинально, – съязвил ученый.

– Что это, профессор? – подергала его за рукав девушка, указывая пальцем на кучку лежащей пыли.

А пыль на полу зашевелилась. Из непонятной серой массы вылезло небольшое насекомое, чем-то напоминающее комара, и стремительно улетело к потолку отсека, который был наиболее слабо освещен. За одним полетел другой, третий, четвертый. В общем и целом около пары дюжин этих насекомых скрылось в темноте отсека.

– А-а-а, – внезапно девушка согнулась, словно от дикой боли, и закричала.

Развернувшийся к ней профессор увидел одну из этих тварей на шее девушки и тут же прихлопнул ее. Трясущаяся девушка успокоилась и попыталась подняться.

– Что с вами, дорогая, вы так кричали, словно вам было больно, но, пардон, в нас слишком мало осталось от наших прежних тел, чтобы нервные клетки работали корректно, вы же сами знаете.

– Мало, но все же, достаточно, – произнес голос за дверью, а потом тишину отсека разорвал гул от гудения множества мелких крыльев.

Оба человека упали на колени в приступе дичайшей боли, облепленные черными насекомыми.

– Открывайте, профессор, или вы, капитан, вы же знаете, что я не враг, хватит уже играть в этот балаган с уровнями допуска и секретами, – послышалось за дверью.

Профессор невольно потянулся к ближайшему пульту, но тут же был остановлен дрожащей рукой девушки.

– И-информация и р-разработки на нашем корабле не должны попасть н-не в те руки, вам ли не з-знать, п-профессор – запинаясь от боли, произнесла девушка.

– Да, но так ли мы правы, считая, что не можем ему доверять, возможно, он наш единственный шанс их сохранить и вернуть в империю, – тихо произнес ученый и нажал кнопку на пульте.

Двери отсека открылись, впуская людей в неизвестной броне с огромными щитами.

– ВЫ… НЕ… ПРАВЫ! – прокричала девушка, резко дернувшись и вписавшись спиной в приборную панель. От этого удара большинство насекомых на ее спине, было раздавлено, и девушка смогла найти в себе силы и кинуться с бластером в руке на ближайшего врага. Но успела она сделать лишь пару выстрелов. Незнакомец закрылся своим странным щитом, который, словно черная дыра, поглощал без остатка энергию ее выстрелов. А потом он, не опуская щита, сделал резкий рывок к ней, ударив ее плоскостью щита. Это было последнее, что она запомнила, потом ее накрыла блаженная тьма беспамятства, и она потеряла сознание.


Глава 12. Разработка империи

«Системы работают в штатном режиме».

«Поврежденные области восстановлены на сто процентов».

«Вживление импланта прошло без осложнений, функциональность сто процентов».

«Да, как же давно это было. Прошло то беззаботное время – папиной дочки Алисы и удачливого капитана Алиссии, – что даже самые закостенелые в своих традициях капитаны перестали считать её папиной ставленницей и начали относиться к ней как к равной, как к капитану. А потом был этот научный корабль, где экипаж стал словно вторая семья, и даже глава научников, доктор Себастьян, хоть его уже никто иначе как «профессор» и не называл – странный, вечно улыбающийся, словно знает о тебе больше тебя самой, тип, – стал, скорее, вечно подшучивающим дядюшкой. А потом было это проклятое нападение, эта пучина отчаяния, когда приходилось лично убивать, лишать жизни таких родных тебе друзей, что словно сошли с экранов голонета. И была боль. Боль от необходимости убивать своих. Боль от необходимости навеки распрощаться со своей человечностью и стать бездушным киборгом. Все ради того, чтобы империя смогла получить труды стольких ученых, чтобы смерть друзей не была напрасной, чтобы отец смог гордиться… – думала про себя, приходя в сознание девушка, – вживление импланта, еще одной бездушной вещью в ее теле больше, но какое это уже имеет значение, ведь она не живет – она принимает данные. Вместо нервов – нейросеть, вместо сердца – импланты, вместо души… не важно, у вещей нет души. И сейчас она проиграла, все оказалось бесполезно, хочется кричать, хочется биться в истерике, но это не имеет смысла, ведь даже боли больше нет, она не человек, вещи не чувствуют боль».

– Ай… – внезапно самобичевание девушки было прервано самым наглым образом, ее укололи в руку, она открыла глаза и увидела задумчивое лицо профессора, что-то рассматривающего в районе ее шеи и периодически с идиотской улыбкой колющего себя медицинской иглой. Видимо, ему надоело издеваться над собой, и он уколол также и ее руку.

– Что вы творите, профессор, больно же… – И тут в голове словно взорвался фейерверк, шок от понимания простой истины: «Больно! Ей, вещи, больно!» Она глянула на профессора, на его лице играла улыбка, он понимал, какие мысли сейчас роятся в ее голове.

– Было весьма эмоционально, не находите, милочка? – все так же улыбаясь, проговорил он. – Весьма эмоционально для киборга, но в самый раз для человека, да?

– Мы живы? Что? Кто это сделал?

– Да-а-а, такой вы определенно нравитесь мне больше. И да – мы живы. Кто? Думаю, вы и сами прекрасно понимаете, кто. Он сказал – это его извинения. Гад, улыбаясь, подошел ко мне и что есть силы всадил мне в грудь этот камень, – ученый расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, и девушка смогла увидеть маленький красный рубин в районе груди, что словно пульсировал слабым алым светом, как маленькое сердце.

– У вас, кстати, такой же имеется.

Девушка мгновенно дернула рукой, нащупав и у себя это «украшение».

– И представьте себе, пока я корчился от боли, он еще и проводил над камнем какие-то манипуляции, будто и нет меня вовсе, словно повидал он таких, что и не счесть, да еще бурчал себе под нос что-то о том, какой он запасливый и как к месту пришлись «ошметки душ неудавшихся шпиёнов». Знаете, первой мыслью было: «мясник», но потом пришло понимание – скорее, полевой хирург, что уже видит не людей, он видит «работу», видит возможность спасти или не видит таковой. И мне бы не хотелось побывать в месте, где люди набираются подобного «опыта». Предвидя твой вопрос, скажу, что мне было дано обещание, что вся собранная нами в наших исследованиях информация будет передана империи при первом удобном случае. Согласись – это лучше, чем ничего, особенно в нашей ситуации.

– Так вы решили сотрудничать с этим… этим?

– Этим… нашим командором, я все проверил через логи искина. – Он действующий командор нашего флота, да и не думаете же вы, что ЭТО пират. Это даже не смешно.

– Посмотрим, – пробурчала, словно обидевшийся на родителя маленький ребенок, девушка.

– Ха-ха, не хмурьтесь, Алиса. Это наш шанс, наш второй и, скорее всего, последний шанс. Так стоит ли его так легкомысленно упускать, учитывая, как и какую жизнь… человеческую жизнь мы можем теперь прожить? Взбодритесь, я обещал нашему командору экскурсию. Кстати, он должен подойти с минуты на минуту.

Не успела девушка что-либо сказать, как прозвучал короткий зуммер. И пока она поднималась с койки и приводила себя в порядок, профессор пошел встречать гостей.

У входа в помещение стояли два человека. Точнее – человек и альвийка, которые самозабвенно спорили о чем-то, даже не обратив на открывшуюся дверь внимания.

– Я вам еще раз говорю, Айла, я не могу сразу же направиться к вашему отцу, у меня линкоры на ладан дышат, им нужен ремонт и обслуживание, уж молчу про команду. Мы банально не долетим.

– Но вы же все равно куда-то полетите для обслуживания корабля. Я настаиваю на том, чтобы это был альвийский док. От себя я гарантирую безопасность и совершенно бесплатный ремонт ваших кораблей. Я же правильно понимаю, что у вас сейчас несколько напряженно с кредитами, а командор?

– Это не девушка – это крокодил, какое там по локоть, она полностью проглотит и не подавится.

– Это, вы сейчас на каком языке говорили?

– Это был русский, вам это ни о чем не скажет, говорю сразу.

– Небось, обзывали меня всякими нехорошими словами, да?

– Нет, что вы, я говорил, что у меня на примете тут есть одна база, точней шахтерская колония, на которой я планирую провести первичный ремонт судна, к тому же она совсем рядом, даже больше – она в этой системе.

– Не та ли это колония, о которой говорили те двое несчастных перед смертью?

– Как же ты меня достала, женщина.

– Вы опять меня обзывали?

– Нет, что вы, говорю, что просто колония, стоит посмотреть… а вот и профессор нас встречает, а-ха-ха, ну что, готовы к экскурсии?

– Да, Алиса пока все же еще слишком слаба, и хоть она идет на поправку, но думаю, сопровождать нас она не…

– Я в порядке, – решительно вышла к присутствующим девушка, успевшая переодеться в капитанскую форму империи. – Я готова вас сопровождать на моем судне… командор.

На что означенная особа лишь широко улыбнулась и посмотрела на девушку, вернее посмотрел светящимися холодным серебром глазами, от которых двое «людей» и альвийка сразу замолчали.

– Я вижу вживление прошло удачно, камень усилит связь вашей души с неорганическими составляющими тела, но если это мешает, вы в любой момент можете извлечь его – это совершенно безопасно, стоит только захотеть.

От одной лишь мысли о подобном девушка инстинктивно закрыла камень рукой, чем вызвала короткую усмешку человека.

– Что же, следуйте за мной, командор, – разорвал неловкую паузу профессор.

И вся компания прошла по закоулкам корабля, петляя по коридорам и то и дело натыкаясь взглядом на небольшие группы безмолвных солдат, которые в данный момент были заняты очисткой линкора от тел команды. Правда, куда деваются тела, Алиса так и не поняла, учитывая, что сообщений искина об открытии внешних шлюзов на её нейросеть не поступало.

И вот, после довольно продолжительного блуждания по кораблю компания остановилась перед дверью очередного отсека, очень, очень крепкой дверью.

– Искин, открыть доступ к отсеку мне и моим сопровождающим, – проговорил ученый, и дверь, подтверждая свою массивность, начала очень медленно открываться.

Зайдя внутрь огромного отсека, все смогли увидеть расположенный там корабль. Небольшой, частично разобранный и законсервированный корабль, который размерами не превышал крейсер, явно не впечатлял.

– Право, профессор, если весь сыр-бор был из-за этого, я немного разочарован.

– «Мертвый ворон», – начал улыбающийся, словно ждавший подобной реакции, ученый, – это необычный крейсер, я бы сказал это новая система, совершенно иная технология в построении кораблей. Данный корабль имеет модульную схему фиксации элементов, что позволяет за считанные мгновения на любой верфи перестраивать его под определенные нужды. Его щиты хоть и обладают средними крейсерскими показателями, но их сопротивляемость, а главное регенерация просто поражают. Скорость же судна такова, что оно становится буквально невидимым для крупнокалиберных систем наведения класса линкор или около того. Для более мелких кораблей имеется ужасающая по своей скорострельности и системе вариативности разного рода зарядов, ракетная батарея. Корабль может тягаться даже с такими монстрами, как линкоры, и довольно уверенно одерживать над ними победу. Это убийца титанов, созданный по технологиям расы, что давно покинула границы нашей системы, и лишь в отдаленных секторах неисследованной части космоса мы находим отголоски их цивилизации, крупицы их технологий.

Все присутствующие уже по-новому взглянули на этот небольшой корабль.

– Но тут определенно есть один важный нюанс, – разорвал тишину некромант.

– Да, вы правы, очень важный нюанс, – вздохнул, соглашаясь, ученый.

– Итак, мы оба понимаем, что в таком состоянии – это груда мусора, причем весьма дорогая и опасная, прежде всего для нас. Я все гадал, что тут забыли пираты, но, глядя на этот корабль, я все сильнее начинаю подозревать, что их интересовали именно эти технологии, а атака и захват нашей дражайшей Айлы были, скорее, прощупыванием почвы и эдаким приятным бонусом. Причем, судя по тому, что мне удалось узнать, бедолаги и сами не знали о своей участи. Хотя… возможно, я сгущаю краски, и все было намного проще.

– Мне будет достаточно даже слабой верфи, даже ремонтной станции. Все компоненты абсолютно целые и в рабочем состоянии, нужно лишь смонтировать элементы, и мы получим один из сильнейших кораблей, причем не только среди крейсерского формата, – констатировал профессор.

– Я настаиваю, командор. Ситуация предельно ясна, я прошу воспользоваться моим предложением посетить альвийские верфи. Наши секторы ближайшие… – включилась в разговор Айла.

– Спасибо, но я отклоняю предложение хотя бы по той простой причине, что линкор Алисы не сможет сделать прыжок. Его максимум, как сообщает искин, это перелеты в этом секторе. Если вы помните то, что я ранее говорил, упомянутая шпионами шахтерская колония как раз тут недалеко.

– И как вы предлагаете транспортировать мой линкор? – это уже вступила в разговор Алиса.

– Зео закончил установку гравизахватов на «Губитель», поэтому ветер в лицо вам не обещаю, но вот понемногу дотащить вас до колонии, по его расчетам, вполне сможем. Ладно, я увидел достаточно. Мною были переданы права управления этим линкором его капитану, Алиссии. Так что прошу не отставать, двигайтесь за нами.

* * *

Народ начал расходиться.

– Вы и вправду отдали полную власть над линкором человеку, которого видите в первый раз? – поинтересовалась Айла у мага, когда они уже перешли на борт «Губителя».

– Безусловно, кнут уже был, настала пора пряника. Да и нет у них сейчас выбора, кроме как следовать за нами.

– Ну а если… выбор появится?

– Скажем так, разблокировка прав управления была с некоторыми… нюансами.

– Командор, с нами вышел на связь капитан линкора «Армагеддон», – перебил разговор искин.

– Как? А, линкор Алисы. Понятно. Давай связь.

– Командор, переданные вами координаты не совпадают с моими, хотя и незначительно. Мы «промахнемся» мимо колонии, следуя по ним.

– Не переживайте, Алиса. С этой колонией не все чисто. Я бы хотел произвести на нее высадку, но не хочу прямо вот так там появляться. Поэтому эти координаты – координаты луны ближайшей от астероидного пояса планеты. Станция же находится вплотную к поясу. Вашей же задачей будет пока приведение корабля в максимально удовлетворительное состояние, которое можно достичь своими силами, проще говоря, пока мы слетаем к колонии, вы подлатаете корабль. Кстати, мною был активирован гравизахват, не повредил ли луч линкору?

– Плотность луча стабильна, мы следуем за вами.

– Хорошо, тогда в путь.

* * *

– Капитан Кролик, готов доклад по вашему проекту захвата альвийской дворянки. Вот отчеты.

– Ну, а в двух словах, Нол.

– Завербованные пираты на связь не выходят, пределы сектора никто не покидал, зонды-разведчики зафиксировали всплеск повышенной дозы электромагнитного излучения.

– Иначе говоря, наш бравый капитан что-то нашел или его что-то нашло. Ну что же, это даже лучше, вопросов стало больше, но на некоторые из уже поставленных он нам ответил, – пират усмехнулся, – причем совершенно бесплатно. Есть ли информация по научному кораблю империи и перевозимым им технологиям?

– Нет, в докладах капитана об этом ничего не говорится, правда тут еще есть кое-что…

– Да-да, смелей, Нол, я тебя слушаю.

– Зарегистрирована слабая активность «этих», ну, вы поняли, недалеко от этого сектора, хотя, может, это просто была одна из их точек миграции.

– Вот даже как, все интересней и интересней. Пошли пару кораблей, думаю, быстрых крейсеров будет достаточно, наша цель – разведка.

– Статус целей.

– Ох, тут так просто и не скажешь, возможно, даже за помощь куш будет больше, чем при более «настойчивых» действиях. Пусть будут условно нейтральные, если не увидят возможности более радикальных действий, а главное, выгоды в них. Сам видишь, радикально не получилось, пиратов рядом больше нет, а выдвини я силы значительней, ну, ты сам ситуацию на границе знаешь, криков будет больше, чем прибыли.

– Я вас понял. Кандидатура командира будет избираться с расчетом на сотрудничество с альвами.

– Ты все правильно понял, меняем ориентиры, уж больно сказочной мне кажется эта байка про чудо-корабли на древних технологиях. Не потерять бы синицу, еще и такую призрачную. Свободен.


Глава 13. Шахтерская колония

– Командор, мы достигли луны планеты, шахтерская колония в зоне видимости наших радаров.

– Понятно, Зео, на экран вывести сможешь?

– Вывожу.

На экране появилось изображение огромного астероида. Он был испещрен множеством различных строений и труб. Периодически из труб вырывались голубые языки пламени, сигнализируя о том, что данная колония вполне жива и занята работой.

– Внимание! Зафиксированы варп-помехи!

– Что случилось, Зео?

– Сейчас в сектор, недалеко от колонии будет произведен выход из варп-прыжка, командор.

– Понятно, минимизировать активность корабля, дублировать мои команды на линкор сцепки. Посмотри, что за гости.

А тем временем экран показал выход из варпа одного корабля.

– Имперский грузовой корабль. Видимо, ребята прилетели забрать руду. – Подошла к экрану Леронэ.

– Да? А встречающие тоже на имперских кораблях, вестимо?

– А?

– Смотри на дальний астероид, недалеко от колонии. Нам повезло, отсюда его хорошо видно, а так ведь совсем незаметно. Зео, увеличь его.

На увеличенном изображении было видно, как два черных, усеянных шипами крейсера, аккуратно показались за астероидом и стали сопровождать «грузовик», стараясь чаще скрываться за очередными астероидами.

– Культисты! Они его атакуют? – прокричала девушка.

– Нет, скорее, сопровождают.

И действительно, грузовой корабль спокойно дошел до стыковочных доков колонии и начал процесс стыковки.

– Да как ты их вообще заметил?!

– Мне Зео сообщил, – усмехнулся парень, – кстати, Зео, ты закончил сканировать?

– Да, командор, если не считать этих двух крейсеров, других кораблей замечено не было. Сама же колония оборудована стандартной системой сторожевых вышек, скорее всего ракетных. Каких либо еще атакующих или оборонительных строений замечено не было.

– Еще бы они были, слишком это подозрительно для захолустной шахтерской колонии было бы. Вышек много?

– Четыре, командор. И, командор, появилась кое-какая новая информация.

– Слушаю тебя, Зео.

– Грузовой корабль был занят маневрами среди астероидов, а также последующей стыковкой, поэтому мне удалось незаметно произвести сканирование трюма корабля. У корабля полный трюм, командор.

– Скорее всего, продукты привез.

– Отчасти, командор, некоторое количество продуктов питания тоже имелось, но основным грузом было другое.

– Ну и что оно, Зео, хватит драматических пауз, чем забит трюм?

– Людьми, командор, корабль целиком и полностью забит людьми, и судя по термическому анализу, большинство из них находится в бессознательном состоянии, ну, а меньшая часть… меньшая часть мертва, командор.

* * *

– Ой, как интересно, вот и расширю команду на линкоре, в кадрах нынче дефицит.

– А не слишком ли рискованно будет брать столь большое количество выживших в команду корабля? – уточнила по работающей в сопряженном режиме связи Алиса.

– А кто говорит о выживших?

– Командор, анализ сил противника окончен. С учетом текущего состояния линкора, количества команды и огневой мощи, а также известных сил противника бой окончится победой. Время, затрачиваемое на бой, один час сорок минут, – вклинился в разговор Зео.

– Сколько?! Зео, объяснись!

– Даю детальный анализ боя. С учетом возможных маневров крейсеров противника среди астероидов, а также возможности нашей внезапной атаки, бой с ними займет от двадцати до сорока минут. Уничтожение огневых точек колонии – не более двадцати минут. Оставшееся время – снятие стационарных щитов колонии, в частности в доке. Удары потребуются точечные из самых малых калибров линкора – иначе мы просто уничтожим сначала док с кораблем, а возможно, и всю колонию. Главный калибр позволяет.

– Да ты что, Зео. Да это же почти два часа. Да они за это время не то что передадут «SOS» и позовут подмогу, они о нас оду в стихах сочинят, с упоминанием наших характеристик, характеристик орудий и отчеты сканеров добавят с ТТХ линкора. И будем мы иметь не заброшенный уголок космоса, а кишмя кишащий культистами рой, ищущий один зело наглый недобитый линкор.

– Так значит, оставляете свою идею со станцией, – подошла Айла – мои сор…

– Айла, я вас прошу… я помню. И нет. Свою идею мне бы оставлять не хотелось. Если вы заметили, тут имеется, хоть и дохленькая, но верфь, а также, уни-завод имеется и, если вы не забыли – это шахтерская колония, а значит, и минералов хватает. Ремонт, строительство, а возможно, и пополнение экипажа в одном флаконе. Такой кусок стоит, чтобы за него поборолись. Итак, Зео, мне нужен расчет, при каких обстоятельствах возможен захват колонии при ее минимальном информационном обмене с союзными силами врага.

– Люди!

– Что, Айла?

– В расчеты внеси и возможность спасения людей, возможно, там имеются не только люди, но и мои подданные. В любом случае на корабле живые, им необходимо помочь!

– Хорошо, Зео, вноси и этот показатель в расчеты.

– Э?! Вы так быстро согласились? Я, признаться, думала… готовилась к вашим долгим уговорам, командор.

– Ну, в колонии же должен кто-то работать.

– Ох, вы не исправимы. Но и на том спасибо, отложим этот разговор.

– Чудесно. Зео, результат.

– Расчеты сводятся к тому, что необходимо незаметно высадиться на колонию и уничтожить её информационные узлы. Извне это невозможно, нам понадобится полное снятие щитов колонии. В связи с дополнением расчетов возникает необходимость изоляции оставшихся в живых людей. В связи с этим диверсионные действия в колонии рекомендую начать с дока, желательно с его полной изоляции от остальных систем колонии, что уменьшит возможность внешнего влияния на него системой безопасности колонии.

– Проще говоря, ты предлагаешь высадиться на колонию врага, причем в районе дока, изолировать этот самый док, предварительно зачистив, обезопасив людей, а потом бодрым маршем пройти по всей колонии и отключить ее внешнюю связь? Ты издеваешься?! Молчи, знаю, что не издеваешься.

– Командор, возможно, я… возможно, все же не…

– Айла, успокойтесь. Леронэ, пока меня не будет, присмотришь за кораблем. Зео, активируй коды на период моего отсутствия. Алиса, ты тут?

– Слушаю, командор.

– Помнится, пока мы совершали маневры меж остовов разбитых «Мантикор», профессор сгреб с них все, до чего дотягивались его гравизахваты. У вас есть рабочая система маскировки с них?

– Да от волны пару систем смогли спастись, отделавшись легким ремонтом.

– Отлично, Зео, есть ли у нас в наличии небольшое судно, суденышко – я бы сказал даже?

– У нас имеется курьерский челнок. Орудия отсутствуют, щиты, броня минимальны. Высокая скорость и маневренность.

– Хорошо, Алиса, разыщи профессора, пусть вылезает из своих мастерских и начинает сеять умное, доброе, вечное, а, в частности, прикрутит систему маскировки к челноку.

– Командор, я против. Тактико-технические характеристики челнока не предназначены для такого. Энергии корабля хватит едва ли, чтобы долететь до колонии. Сразу после этого системы жизнеобеспечения и двигатели будут энергетически истощены стелс-системой. Командор, это билет в один конец, риск слишком велик.

– Зео, я не вижу других вариантов. Сколько места в челноке?

– Он одноместный, плюс имеется немного места в багажном отсеке. Ах да, командор, хочу вас предупредить, учитывая технологический уровень врага, возможен высокий уровень информационного сканирования. Прошу воздержаться от использования переговорной техники.

– Мне и не понадобится. Рафаль, после модернизации на «Армагеддоне» грузись в багажник нашей вундервафли. Полетишь с ветерком.

«Слушаюсь».

– Так, кто у нас еще слышит ментал, ага… ШАРИК!!!

В конце коридора послышался топот, и в отсек влетел черный вихрь с двумя пылающими провалами глаз.

– Привет, дружище, будет возможность погулять, а то ты тут заскучал. Иди к Рафалю и пока слушайся его. Рафаль, принимай бойца.

Пес лишь сильнее оскалился, вальяжно, даже скорее гордо, потрусил в сторону умертвия.

– А вот и вы, проф. Вижу, все слышали. Выдвигаемся к вам, готовьте ваш трофей к установке. Зео, пока идет монтаж модуля, тебе задание – просчитай оптимальную траекторию подлета и проникновения на колонию.

* * *

– Командор, я закончил. Вы уверены в своем решении? Челнок не рассчитан на стелс-систему, возможны сбои, я уже молчу о том, что это билет в один конец, генератор поля буквально «высушит» батареи челнока.

– Я не вижу других вариантов. У меня нет других, хе, живых членов экипажа, кому можно такое доверить. Ладно, спасибо за работу.

– Смотрите сами, удачи вам.

– Спасибо. Зео, анализ готов?

– Да, оптимальный маршрут подлета загружен в память челнока, благо плотность астероидного поля позволяет совершать такие маневры, не боясь быть обнаруженным, а сигнатура челнока слишком мала для станции-колонии такого размера, иначе бы астероидное поле забивало их сканеры постоянным инфомусором. Местом стыковки будет один из ремотсеков дока. Отдаленное сканирование на семьдесят пять процентов показало вероятность того, что он пуст. Ветхость конструкций колонии позволяет с легкостью совершить принудительную стыковку через стыковочный рукав.

– Хорошо, как только ты зафиксируешь отсутствие связи у колонии – атакуй крейсера и ломай щиты колонии. Действуй предельно аккуратно. Леронэ, после взлома щитов и стыковки берешь наших абордажников, я знаю, у тебя уже сносно получается ими управлять, берешь сестер, а то я вижу, что они тебе уже скоро плешь проедят, и идете зачищать и брать под контроль, по подсказкам Зео, все системы энерго- и жизнеобеспечения колонии. Все всё поняли? Начинаем.

* * *

– Пастырь, позвольте обратиться – тихо, немного подобострастно заговорил человек в свободном балахоне, полностью его скрывающем. Видны были лишь кончики пальцев рук и ногти с металлическим отливом.

– Слушаю тебя, адепт, – ответила ему вторая фигура голосом, что по холоду мог соперничать с самим космосом. Этот… человек был облачен в такой же балахон, но при ближнем внимательном рассмотрении можно было увидеть множество различий. В отличие от первого, имеющего неопределенный серый цвет ткани, этот имел насыщенный черный цвет, перелив и блеск ткани выдавал в ней хорошее качество. И ко всему прочему он имел множество вышитых серебром узоров, совершенно невообразимых фигур, что скорее напоминали планы и микросхемы, чем обычные узоры.

– Доставлена очередная партия «скота».

– Чего же ты тревожишь меня по таким мелочам, возможно, сил твоих еще недостаточно для выполнения работ, на тебя возложенных?

Его собеседник заметно вздрогнул и, скорее, интуитивно склонился еще ниже.

– Эта партия особенная, пастырь. Один из наших братьев смог перехватить несколько секретных донесений империи. Недалеко от нас, рядом с фронтиром, находилась их медицинская станция. Там было множество раненых солдат и даже встречались военнопленные альвов. Вы, наверное, слышали, наши братья хорошо поработали, и сейчас на границах их систем с империей часто возникают вооруженные стычки. Это отборнейший материал для сложнейших опытов, возможно, многие из них смогут пополнить наши ряды, светлейший.

– Понятно, разрешение мое ты получил. Обращайся с ними особо, как видишь ты необходимость в том. Добро дано, не беспокой меня ты впредь, иначе узы плоти, что такое, я тебе смогу напомнить. – И пастырь, словно перед ним и нет никого больше, пошел дальше, не обращая внимания на человека, поспешно отскочившего с его пути.


Глава 14. Док шахтерской колонии

Хоть сама колония и не поражала размерами в силу наличия большого количества оборудования, которое нужно было установить, да еще и покомпактней, но ее док представлял совсем другую картину. Широкий и просторный, он предназначался для загрузки на грузовые корабли объемных, тяжелых партий минералов, а также для загрузки/выгрузки уже готовой продукции. Сейчас к доку был пришвартован лишь один грузовой корабль. Сам он еще не начал разгрузку, был полностью закрыт, но вокруг уже кипела работа.

– Что с «мясом»? – резко спросил зашедший в док культист, с покрытым серебряным техноузором рукавом балахона, явно показывающим его более высокий статус перед обычными адептами.

– Данные говорят о том, что они уже частично пришли в себя после действия препаратов. Сейчас они могут воспринимать и реагировать на раздражители, но замедленно и куда менее эмоционально, – поспешил ответить ближайший к начальнику адепт.

– Хорошо, начинайте вскрытие отсеков и распределение «мяса» по загонам и лабораториям.

– Будет исполнено.

Адепт, не сходя с места, набрал что-то на своей же руке, и после короткого, но довольно противного звукового сигнала первый грузовой отсек транспортника начал открываться. Остальные, присутствующие там адепты успели построиться, создав широкий коридор перед дверьми отсека, и вооружиться.

Проход в отсек оказался чист, но оттуда, впервые за все такие разгрузки никто не спешил выходить. Не было ни дезориентированных людей, ни криков, ни глупых вопросов. Отсек словно был пуст.

– Адепт, есть ли выжившие в том отсеке?

– Безусловно, около трех четвертей груза выжило.

В этот момент из темноты отсека быстро показалась чья-то лысая голова, осмотрелась и также быстро нырнула обратно.

– Тц, обученное мясо, в этот раз будет хлопотно, – проговорил старший и закричал во всю силу легких – Быстро! Выйти и построиться перед отсеком, в противном случае отсек будет зачищен!

В отсеке все затихло, потом послышалось шебуршание, приглушенные споры, опять мелькнула лысая голова, когда старший адепт уже хотел пожертвовать хоть и ценной, но непослушной партией мяса ради дисциплины, начали выходить люди. Выходили не спеша, плотно держась друг к другу. Было видно, что в центре идут более слабые, некоторые буквально висели на окружающих товарищах. Шествующая колония остановилась перед старшим адептом. Из строя вышел человек, на довольно потрепанной форме которого еще можно было различить офицерские регалии.

– Кто вы такие и по какому праву вы похитили военнослужащих, да еще относитесь к раненым, словно к скоту?

– Так вы скот и есть, – усмехнулся адепт, – разве что более… породистый.

Вскинувшийся, было, офицер не успел ответить, всеобщее внимание приковал довольно шумный звук открывающихся переборок основного грузового отсека, ведущего к доку. По нему на гравитационных подушках несколько адептов деловито переправляли огромные контейнеры, напоминающих старые железнодорожные вагоны, окантованные прерывистыми черно-желтыми лентами с надписями «Осторожно! Отходы обогащения руды!».

Стоявшие, словно на ножах, люди замерли, прислушиваясь. Старший адепт не стал им мешать, он лишь в предвкушении улыбнулся, хотя даже скорее оскалился. От контейнеров исходил слабый звук. Сначала неразличимый на расстоянии, он стал отчетливо слышен, когда контейнеры достигли колонны с людьми. Глухой стук рук и еле слышимое: «Помогите, выпустите нас» доносилось из контейнеров. Адепты, управлявшие гравиплатформой, достигли широкой, огороженной ниши, расположенной немного в стороне от основных посадочных модулей, и сноровисто погрузили туда контейнеры.

– Что вы… – только и успел выговорить офицер, а потом его глаза распахнулись в ужасе. Через огромный иллюминатор, дающий обзор светила здешней системы, четко стали видны два контейнера, что мирно плыли в космосе к этому светилу.

– Звери! Да как вы смеете…

Старший адепт, видимо, не ожидал такого: офицер тут же кинулся на него и со всей силы ударил по голове. Правда, от удара, что обычного человека заставил бы потерять сознание, адепт лишь пошатнулся и мотнул головой. От этого действия его капюшон слетел, и все присутствующие смогли полюбоваться на испещренную шрамами, стальными вставками и проводами голову этого существа.

Сам же старший адепт быстро пришел в себя и схватил человека за голову. Хватка была такова, что и с помощью обеих рук солдат не смог освободиться. По руке адепта прошла волна из вспыхнувших на мгновение небольших светящихся диодов, а потом с громким, отчетливым щелчком офицер получил разряд тока в голову. Его тело начало падать и обмякать. Но потянувшемуся, видимо, к продолжению дисциплинарных поучений адепту преградили путь. Остальные люди сноровисто встали вперед, таким образом, отрезав уже затягиваемое в глубь колонны тело человека.

Вскинувшийся адепт внезапно запнулся и, пробормотав что-то вроде «чертов ценный груз», стал раздавать команды. Колонна людей, сопровождаемая направленными на них стволами оружия, начала движение в глубину колонии.

* * *

– Командор, вы приблизились в упор к доку. Как только вы пересечете это астероидное поле, я буду вынужден перейти в режим «Тишина».

– Хорошо, Зео, ориентируйся по исчезновению их связи, как только пропадет – атакуй фрегаты и запускай абордажную команду.

– По первому пункту, командор, возражений нет – сигнал станции-колонии стандартный, мне ничего не стоит при его исчезновении начать дубляж сигнала. Никто не заметит исчезновения связи с обеих сторон. Но вот по второму – это слишком рискованно, командор.

– Не начинай, Зео, мы уже обсудили.

– Хорошо, командор, как только я свяжу огнем крейсера противника, мною будет сделан кратковременный залп по щитам станции-колонии, что даст возможность нескольким челнокам с абордажниками высадиться и оказать вам помощь. Вы только продержитесь, командор.

– Внимание, замечена активность в доке станции. Активность классифицирована. Это утилизация мусора станцией. Командор, что с вами?!

Сам же маг, как только прозвучали слова искина «Внимание…», уже мало что слышал. Десятки голосов, сотни кричащих в агонии душ заполнили голову.

– Зео, быстро, биометрию контейнеров с отходами, – прохрипел маг с полностью залитым кровью лицом, что сейчас бежала у него из носа и изо рта.

– Органика, подвергнутая резкому охлаждению. Командор, ваша биометрия показывает множество микроразрывов сосудов – это не опасно для жизни, но в дальнейшем…

– Будет в дальнейшем, Зео, тихо, не мешай, десять минут буду занят, – маг зарылся в своей сумке, разбрасывая вещи и энергично перерывая ее содержимое. – Ага, вот.

Из сумки был извлечен алмаз-библиотека рода, крепко зажат в руках и, судя по свечению как камня, так и глаз маг, активно использовался, при этом маг постоянно что-то бурчал, видимо, пытаясь немного снять напряжение таким образом.

– Вот тебе и культура… культурные дяди забабахали жертвоприношение… где же оно… ага, вот… запретные… кто бы подумал – роюсь в жертвоприношениях… так, вот что надо.

Некромант резко стер кровь с лица и прямо измазанной в крови рукой стал чертить символы и руны на полу челнока, иногда на секунду замирая, видимо сверяясь с библиотекой.

– Мало, надо еще!

На свет был извлечен старый нож, сделанный, видимо, из древней кости, что уже пожелтела и местами потрескалась. Не медля ни секунды, маг порезал себе руку.

– Вот, должно хватить на якорь.

Рисунок был закончен, представлял он теперь, скорее, пентаграмму со множеством символов. В ее центр было вылито еще немного крови.

– Ну, понеслась!

Костяной нож начал тускло светиться. Маг направил его лезвием в центр пентаграммы. Костяное лезвие, словно в масло, на пару пальцев вошло в стальной пол отсека, ровно в центре рисунка, при этом засияв еще сильнее.

И тут вернулась проходящая, хотя правильней будет сказать – удаляющаяся боль. Голова опять взорвалась фейерверком агонизирующих криков и мольбы о помощи.

– Служба за службу. Коль за грань не спешите, то мне послужите. Ну а в плату и я послужу, – прохрипел опять мучающийся возвратившейся головной болью маг.

Как отзвучали последние слова, боль прошла, не стало ни криков, ни голосов. А потом у ножа появилась синева, невесомый туман, что все сильней приобретал формы человека. За одним появился второй, за вторым – третий. Одни были четкими, другие лишь туманной дымкой. Мужчины, женщины, дети, их немигающие глаза смотрели на мага. Занервничал пес, и хоть он их не видел, но родство было, что заставило его нервно зарычать от чувства чьего-то присутствия. Присутствие ощутило и умертвие, озираясь и ища невидимого врага.

– Говорите… ГОВОРИТЕ! – повторил маг.

– Ме-е-е-с-с-т-и-и, – донеслось отовсюду.

– Иного и не ждал, – криво усмехнулся маг.

Ответ был дан, и души начали истаивать, но не все.

– Слу-ж-ба за слу-ж-бу – донеслось от самых плотных и четких образов. В основном – крепких мужчин, но были и пара женщин. Все они начали приближаться, касаться ножа, от чего тот стал светиться менее ярко, но плотность и насыщенность света стала намного интенсивней. Ну а духи же, наоборот, становились туманом, постепенно впитываясь в нож. Когда последний из них пропал, нож перестал светиться совсем, но старой кости было не узнать – в руках мага переливался антрацитово-черный красавец.

– Зео, точки швартовки получены. Сейчас и далее – режим «Тишина».

Сложив вещи, маг достал из кармана небольшой планшет и включил его. На экране планшета забегал текст, периодически перемежаясь с графиками и чертежами.

– М-да, просил Зео мне шпору сделать, а тут целая диссертация. Так, ладно начнем с первой страницы. Ага, включаем дублирование энергетики щита станции и незаметно швартуемся в технических помещениях дока, там как раз есть такие вот места аварийной швартовки для спасателей и т. п. Ладно, все это понятно, это и раньше оговаривали с ним, хорошо, вперед.

Легкая тень, что была почти незаметна на фоне космоса, – челнок в стелс-режиме – двинулась к докам колонии, периодически прячась за очередными скоплениями астероидов. Достигнув неприметного места за доками станции, корабль аккуратно совершил стыковку с колонией, оставаясь при этом совершенно незаметным, закрытый заградительными плитами дока.

«Рафаль, мы в технических отсеках, никого не атакуй, двигайся тихо, следи за Шариком».

Трое существ аккуратно пробирались по техническим отсекам станции-колонии. В связи с довольно большим возрастом станции пропорционально ей росло и количество всякого хлама, оставленного запасливыми шахтерами вот в таких закутках «на всякий случай». Поэтому передвижение было ужасно замедленным и аккуратным. Возможно, именно это и позволило услышать тихий шум и бормотание впереди.


Немного ранее


Четверо адептов стояли перед главным, вытянувшись во весь рост своих тщедушных тел. Их лица напоказ были покрыты разного рода имплантами, не столь функциональными, сколько щеголеватыми, бросающимися в глаза. Сами же люди, а это были именно люди, были крайне молоды и если и перевалили порог совершеннолетия, то не намного.

– Следить за ними! Глаз не спускать! Надо будет – пылинки сдувать будете? Поняли меня? – разорялся старший адепт.

– Да, следить будем неусыпно! – ответили в очередной раз, уже немного уныло и раздраженно адепты.

Еще раз, осмотрев всех четверых, старший адепт с чувством выполненного долга – удачного нагоняя молодняку – ушел в свои лаборатории, его ждало еще множество дел и исследований. А тут эти молодые дурачки, искалечившие свои тела лишь ради многолетия и силы, и сами справятся. Да и не нужны они тут – двери отсеков с пленными заперты надежно, а они тут… да пусть лучше тут, чем под ногами будут путаться.

– Фух, ушел старший, – заговорил один из четверки, – а злющий какой. Это все из-за того офицеришки-выскочки, что с новой партией скота поступил. Из-за этого мяса теперь мы… МЫ должны терпеть крики. Эй, парни, старшие сейчас заняты подготовкой лабораторий после той партии, они еще пару дней в отсеке скота не покажутся, а давайте-ка проучим этого выскочку? Это ничтожество посмело что-то требовать от НАС!

Дружный гул, хоть и слегка неуверенный, был знаком согласия.

– Чудесно, тогда пойдем, притащим его поближе к техническим отсекам, там нас никто не побеспокоит, мы с ним обстоятельно поговорим, хе-хе. Ах, да, ты… – парень ткнул на самого низенького и щуплого из них, – как там тебя, да не важно, а ну быстренько поройся в том хламе, что навален в техотсеках. Нам нужен плазменный резак, ну или что-то подобное, не марать же руки об это.

Указанный адепт лишь угодливо кивнул, быстренько засеменив к выходу.

– Ничтожества, нацепили больше меня имплантов, так теперь королями себя чувствуют. Ну, ничего, еще настанет время, да, ха-ха-ха, наста-а-анет. Мы еще посмотрим, кто для кого будет по поручениям бегать, посмотри-и-им, ха-ха-ха.

* * *

Это было первое, что услышал аккуратно ступавший по отсеку маг. За очередным изгибом разного рода ящиков и другого хлама стоял щуплый паренек и с энтузиазмом резал очередной подвернувшийся под руку хлам плазменным резаком. Каждый разрез сопровождался безумным смехом и обещаниями «что они еще увидят и заплатят».

«Рафаль, левая рука – коммуникатор в ней, не дай воспользоваться. Надо сделать все быстро и тихо».

– Ах-ха-ха, – заливался в очередном припадке парень. И даже продолжал смеяться, когда смазанная тень метнулась к его левой руке и уже через миг та лежала на полу, отрубленная по локоть.

– Что? – только и успел он сказать, когда на правой руке сжались стальной хваткой челюсти ужасного зверя, а горло перехватили, словно стальными тисками, пальцы человека.

И тут адепт увидел глаза схватившего его человека. На него смотрели, словно видели, а может, и правда видели, два серебряных омута, и не было в них того греющего душу света, только космический холод, пробиравший до костей и будивший в душе то давно позабытое чувство, от которого немели руки и подкашивались ноги – страх смерти.

– Нравится мне с вами работать, парни. Нацепили на себя килограммы этого мертвого железа и думаете, что стали сильнее, а у души все меньше якорей, чтоб удержаться в плоти, все сильней стремится она ее покинуть. Хотя какая тут душа, душонка, не иначе. Прям так и хочется взять и вырвать, чтоб не мучилась… – Рука человека немного отодвинулась от горла, не переставая сжимать что-то в невидимой хватке, вокруг адепта появился слабый туман, его глаза закатились, а лицо исказилось в беззвучном крике. – Ну, твоя душонка не выдержит и такого.

Рука мага снова сжимала горло адепта. Сам же адепт уже вовсю рыдал. Но два кинжала глаз заставили его снова замереть в страхе.

– Ну, ничего, ты мне сейчас все расскажешь, расскажешь в любом… состоянии…

И сознание адепта опустилось в пелену боли.

* * *

– И где носит этого недоделанного? А-ха-ха, а действительно – недоделанного! – сам пошутил, сам и посмеялся своей шутке негласный глава оставленной в охране четверки, а точнее уже тройки, адептов.

– Да ты же его знаешь, если он вообще найдет что-то, что хоть отдаленно будет напоминать плазменный резак, для него будет подвиг, – угодливо заметил стоящий рядом адепт.

– Да, действительно ты прав, вот поэтому сходи-ка, помоги ему этот самый «настоящий» резак и отыскать.

– Да ну, у нас еще тьма времени до следующей смены, даже он найдет, что нужно, за это время, еще и останется… – начал оправдываться, явно не обрадовавшийся идее таскаться по техотсекам, адепт.

– Это, конечно, так, но у нас-то уже все готово, – заметил главарь, ударив по лицу того самого офицера.

Сам офицер был прикован к стулу. На лице и теле виднелись следы побоев, кровавые потеки, в рот бы запихнут кляп. Но вот глаза – это были не глаза сломленного человека. Нет. В глазах по-прежнему был холодный гнев, так бесивший этих молодых выскочек. Человек явно трезво оценивал ситуацию и свои шансы в ней. Он понимал, что пока у него только два пути – сломаться на потеху этой шпане, в надежде на облегчение пыток, или продолжать копить так бесившую их ярость, ведь если у него будет шанс, хоть тень шанса, то он обязательно им воспользуется и на тот свет отправится явно с компанией, пусть и не со всей, но…

Тихое шипение открывающейся двери прервало размышления всех людей в комнате. На пороге стоял посланный за резаком адепт. Не будь компания раздражена долгим ожиданием, они бы сразу заметили изменения в нем. Но им было не до этого. Их ждали развлечения.

Адепт же был полностью укутан в свой балахон. Даже глубокий капюшон был надвинут на голову так, что полностью скрывал лицо, оставляя видимым лишь край подбородка. Не произнеся ни слова, он двинулся медленной, шаркающей походкой старика к офицеру, сжимая в правой руке какую-то вещь. Саму же ношу опознать было довольно сложно, почти полностью ее закрывал рукав балахона, техотсек же был освещен слабо, лишь в его тупике, где стояли адепты, было много света. Офицер находился меж перемычек отсеков, где стенки были наиболее плотными и звукоизолирующими, но в угоду освещению, поэтому там царил полумрак.

Шаркая и натужно хрипя под капюшоном, бедняжка все-таки доковылял до офицера, который, к слову, как раз был развернут в его сторону. Увидев же ношу, офицер резко дернулся, пытаясь отшатнуться, и промычал что-то в ужасе.

– А-ха-ха, что теперь уже не такой крутой? – посмеялся главарь, решив, видимо, что мужчина увидел резак. – Вот сейчас мы тебя поучим уважению, тогда ты и не так у нас замычишь. Так, забери-ка у этого доходяги резак, он итак уже еле на ногах от поисков держится. Хе-хе, не будем перенапрягать нашего героя.

Один из адептов пошел выполнять его команду. Подошел и протянул руку, ожидая резак. Навстречу ему даже не шелохнулись.

– Да ты не бойся, мы и тебе, хе, немного оставим, – видимо, приняв его бездействие за нежелание отдавать резак, таким образом решил «подбодрить» его адепт. – Да ты уснул, что ли? Эй, ребята, герой так умаялся, что уснул стоя.

В ответ послышался смех остальных двоих. Сам же адепт взял ситуацию в свои руки, а точнее – предмет, резко подойдя и выхватывая его из руки бедолаги. Выхватил и замер в непонимании, которое постепенно сменялось ужасом. Теперь у него было три руки – две своих и еще одна, окровавленная левая рука человека с аккуратным срезом в районе коммуникатора.

– И чего ты застыл, раз взял, то тебе и начинать! – приняв его заминку за замешательство, прокричал главарь, который не мог видеть действий адепта, который все заслонял спиной. Но не это вернуло к реальности парня. Вновь осознавать окружающее его заставил тихий хрип у самого лица. Подняв глаза, он увидел приблизившегося вплотную к нему «недоделанного». И его лицо в задравшемся капюшоне. И закатившееся глаза, так, что видны были лишь белки. И потеки крови из приоткрытого рта.

– Ч-что… – больше сказать он уже не успел.

Существо, что когда-то было таким же, как и он, адептом кинулось на него, намертво вцепившись зубами в горло. И вот уже два тела хрипели и катались по полу.

Плохо рассмотревшие все происходящее два других адепта вяло двинулись их разнимать.

– Не, ну что, вы как дети малые, поругались из-за такой мелочи. Да хватит уже. Да что вы творите, придурки.

В переплетении тел и одежд так сложно было что-то различить. Они наклонились над ними, безуспешно пытаясь разнять. Было сложно и им было не до мелочей, таких, как звуки открывающейся двери, например.

Но вскоре их разняли. Хоть это уже и было бесполезно. На полу лежало слабо хрипящее тело с разорванной шеей.

– Да ты совсем с катушек съехал. Старший сейчас же все узнает. Тебе не жить, идиот! – прокричал главарь, потянувшись к левой руке.

Но его прервал резкий рывок, настолько сильный, что модифицированное тело не выдержало и позорно плюхнулось на пол. И в следующую минуту отсек наполнил хруст перемалываемых костей руки. Частично живых, частично укрепленных металлом. Впрочем, ломались и хрустели они одинаково бодро в пасти огромной черной гончей.

– Зови на помо… – крикнул адепт приятелю, но сразу же замолк, увидев обезображенное тело с отсеченной левой рукой и правой ногой. Впрочем, тело еще живое.

Ну, а неудавшийся посыльный тихо опустился на колени. Его тело начал окутывать едва уловимый голубоватый туман.

– По-моему, я тебя еще никуда не отпускал, – раздался спокойный голос со стороны двери отсека.

К привязанному и судя по всему находящемуся в шоке офицеру не спеша шел человек. Ненадолго остановился, окинул взглядом четыре тела адептов и улыбнулся.

– Чудненько, все протянут минимум полчаса. Ох, и чудесную работенку я вам придумал, ребята. Хе-хе, четыре живых тела с душами, хотя в вашем случае, будь вы даже целыми, все равно это звучит как «четыре души, к черти чему прикрепленных».

«Рафаль, отнеси их в тупик. Лови рисунок. Там же и начертишь, только смотри, чтобы их кровь туда не попала, пока я не подойду. У тебя минут пятнадцать, надо еще успеть провести ритуал, пока доноры живы».

Замерший на пару секунд некромант продолжил движение к привязанному человеку. Подойдя к нему, опустился на корточки, подняв на уровне глаз окровавленный черный кинжал.

– Ну, здравствуй, страдалец, – лицо мага озарила широкая улыбка, – я добрая фея. Ты же был хорошим мальчиком? Ты вел себя хорошо? Ну, тогда держи награду, – и рука мага, с зажатым клинком медленно потянулась к офицеру.

* * *

Хм, а пленник оказался не плох. Я уж думал очередной слабонервный, что будет сейчас орать «не убивайте, отпустите». Уж больно парень испугался при виде зомбированного адепта. Хотя… может, тут что-то совсем другое, и я чего-то не понимаю… С чего я так решил? Увидев почти «зомби», парень испугался, очень. Так пугаются только потустороннего, причем «известного» потустороннего. Того, что не остановить обычным способом, безысходности сопротивления. Но вот я стою рядом с ним, держу нож. А у него страха нет. Злоба, презрение. Я вижу, как напряжены его руки, пытается освободиться, но пока тщетно. Значит, не смерти ты боялся тогда воин, но об этом мы поговорим потом. Разрезаю его путы, раз не нападает сразу, то уж потом тем более не нападет. Не убийца, солдат. Смотрит на меня, потирает поврежденные путами руки, молчит.

– Не стоит на меня столь пристально смотреть. Дырок не протрешь, и в то, что это любовь с первого взгляда я тоже не верю. Так что расслабь свои прожекторы и успокойся. Когда я освобожусь, представишься, желательно с упоминанием звания и рода войск, уж в то, что на тебе гражданка, верится слабо, а также расскажешь о местонахождении остальных заключенных, все ли находятся в этом отсеке. Дабы тебя стимулировать на информативные ратные подвиги, скажу лишь, что попытаюсь освободить заключенных и… не только. Так что сотрудничество со мной, думаю, лучше, чем с этими милыми железными болванчиками. У тебя даже есть время подумать, буду занят минут пятнадцать, и в это время совершенно не советую мне мешать.

Замечательно. Ни истерик, ни криков, а главное никаких вопросов. Он просто кивнул и стал внимательно за мной следить. И это очень хорошо, пусть подумает, соберется с мыслями. А я пока тут доделаю один ритуал. Время тает с каждым мгновением. У меня максимум минут пятнадцать, пока эти четверо не испустят дух. Потом, конечно, все тоже получится, но эффект будет многим слабее.

На полу Рафаль уже закончил чертить рисунок. Звезда. Но четырехконечная, по количеству жертв на каждый луч. Недобитки, включая первого мною встреченного и частично зомбированного, аккуратно расположены тем же Рафалем на каждом из лучей. Легкое заклинание паралича мышц, и вот они все сохраняют аккуратное сидячее положение. Заклинание столь легкое, что любой человек смог бы его сбросить секунд за десять, но не в их состоянии. Итак, звезда создана. Жертвы расположены лицом к ее центру. Остался последний штрих. Беру черный нож, заполненный душами моих добровольный неупокоенных «помощников», и вонзаю его в пол в центре звезды. Небольшой приток силы, и нож неглубоко пробивает пол, лишь бы держался.

Готово. Ну, а теперь жадничать не стоит. Аккуратно опускаю руку на линию рисунка и начинаю вливать энергию. Сначала немного, лишь бы рисунок в энергетическом плане стал целостным. А потом резкий рывок, и я уже лью на пределе своих сил. Всплеск силы заставляет резонировать нож, а выплеснувшаяся сила сама вплетает в рисунок, на энергетическом плане, еще и тела жертв.

Нож гудит от переполняющей его энергии. Его окутывает темно-синяя, почти черная аура – души получили силу, и им теперь тесно в своем вместилище. Вот один сгусток вырывается из ножа и, следуя энергетическому рисунку, летит к жертве. Пролетает сквозь нее, вроде и не причинив вреда, летит к следующей. За ним следует еще один сгусток… и еще… и еще… Все они курсируют по энергетическим линиям, пролетая через жертв. И с каждым таким новым заходом видны изменения. Проходя, будто через воду, души оставляют на себе ее капли, то есть, пролетая через ауру еще живого человека, они оставляют на себе, как на более энергетически заряженном объекте, ее часть. И подобно хищникам отрывают части еще живой души жертвы, забирая, усваивая и присваивая их себе.

Проходит минут десять этих бешеных гонок, и четыре жертвы мертвы. Их ауры и души растерзаны. А на меня смотрят… тени. Черные сгустки, своим силуэтом напоминающие людей, похожи, скорее, на их тени. Черные и постоянно меняющиеся. Ритуал создания теней окончен.

Мне нужно изолировать доки, мне нужно исключить связь колонии с союзными силами, но мне не сделать все одному. Стоит начать выполнять одно, как сорвется другое. Я не разорвусь. Но вот подмога лишней не будет. Тени, они специфичны. Это вам не бесплотная душа. Их скорее можно сравнить с полтергейстом. Нематериальные, реагирующие только на энергетические щиты, они могут некоторое время воздействовать на материальные предметы. А эти тени полны силы, что даст им возможность на миг, всего на пару секунд вселяться в людей, «оглушая» их душу и перехватывая контроль над телом. Всего на пару секунд, но и этого будет достаточно.

– Вы, – обращаюсь к первой пятерке теней, – обеспечьте изоляцию дока. За вами охрана его периметра.

Слепок памяти, взятый у этих горе-охранников, включающий в себя расположение главных и аварийных входов в док, а также место расположения диспетчерской, летит в теней и растворяется, усваивается в их ауре. Они тут же растворяются, исчезая в стенах отсека.

– Ну, а вы обеспечьте отсутствие связи, – еще один сгусток памяти летит в их ауру, – и не рискуйте, все делайте аккуратно.

Для диверсионной работы тени самое то. Коварные и хитрые, пускающие всю память души на выполнение одной задачи, они часто добиваются успеха. Главное – четко объяснить им суть и задачи. Хорошо. Они не будут действовать сразу. Будут изучать и планировать. Думаю, около часа у меня есть. Думаю, офицер достаточно подумал, пора и честь знать. Разворачиваюсь к нему, он до сих пор пристально за мной следит, не проронив ни слова. Ну, не напал – и то хлеб.

– Ну что, поговорим?


Отсек связи


Если кто-то думает, что космическая связь – это как по мобильнику позвонить, то он ошибается. Связь на сверхдальние расстояния всегда требует ресурсов. И уж тем более такая забитая колония, как эта, не могла себе позволить оборудование последней модели. Ну а «новые» ее жители тоже особо этим не озаботились, чем меньше начальство будет беспокоить, тем лучше. Поэтому устройство связи с центральными системами империи было… массивно. Оно потребляло достаточно много энергии и требовало много ресурсов. Благо им так редко пользовались, что ни систем наблюдения, ни постов охраны тут не было.

Тем же лучше для пяти темных силуэтов, выплывших прямо из стены соседнего отсека. Не теряя ни секунды, они тут же метнулись к массивным ящикам систем питания космосвязи. Достигнув их, они закружили вокруг, периодически проходя прямо через эти ящики. А потом просто исчезли. Все осталось, как и было. Но это лишь на первый взгляд. Воспылай сейчас какой-то инженер или даже адепт с имплантами глубокого сканирования желанием провести ревизию аппарата, и он бы очень удивился состоянию части питающих устройство кабелей и накопительных энергоблоков. Хоть внешне изменений не было, но любое сканирование показало бы ужасное старение и износ материалов, которые в таком состоянии не могли бы обеспечить энергией и фонарик, не то что связь такого масштаба. Это еще при условии, что вообще не взорвались бы.


Диспетчерская дока колонии


На одном из мониторов в диспетчерской высветился желтый предупредительный сигнал внимания. Один из адептов тут же переключил свое внимание на источник беспокойства систем охраны. Пары минут изучения сигнала хватило, чтобы немедленно вызвать пару дежурных адептов, занимающихся обслуживанием колонии.

– Так, ребята, – обратился к двум адептам диспетчер, – вам предстоит много работы. Из несрочного – вышел из строя пульт управления аварийным, эвакуационным входом в док, теперь он открывается только изнутри. Эти мелкие недоразумения, что сейчас там дежурят, наверно, опять из-за своей криворукости что-то сломали. И не отвечают гады, опять спят. Сколько ж можно. Еще раз, и я на них точно старшему пожалуюсь… хотя он и так знает. Но это не главное. Блок питания основного входа в док сбоит. Посмотрите сразу, что там, еще не хватало после подготовки лабораторий сорвать доставку «материала». Заодно можете пнуть наших великих охранников, нечего спать на посту.

Двое адептов, улыбнувшись, направились в сторону дока. Дойдя до необходимого устройства, они издали синхронный печальный вздох. Блок не просто сбоил, он вовсю искрил и был на грани. Вскрыв устройство, более опытный из них принялся за ремонт.

– Слушай, давай отключим его и спокойно все сделаем, – вмешался второй.

– Ага, и при включении сработает эта чертова столетняя «аварийка», и дуй потом через полколонии – ее включай. Говорил же старшему, что надо такие мелочи менять и ремонтировать, так нет – все средства на исследования. В общем, тут работы на пятнадцать минут, мы ходить дольше будет, так что не нуди. Лучше отойди, если что, подсобишь.

Второй послушно отступил, не отрывая взгляда от сломанного устройства. И уж тем более не замечая такую странность, как количество теней, совершенно не совпадающее с таковым у его напарника.

Увлеченный работой адепт почувствовал, как ему на плечо легла рука. Видимо, только наличие имплантов не дало ему вздрогнуть, что было смерти подобно в таких работах. Злой, с острым желание высказать все, что он думает о напарнике, он развернулся. И замер. На него смотрел и улыбался его напарник с абсолютно черными, без белков и зрачков, глазами. А потом, не переставая улыбаться, схватил его руку… вместе с проводами. И даже когда обоих затрясло от проходившего через них смертельного напряжения, когда их одежда начала тлеть и гореть… все так же продолжал улыбаться и смотреть черными омутами глаз.

* * *

Весь живой и «не совсем» состав команды линкора напряженно следил за маневрами маленького челнока, что обошел аккуратно астероиды и скрылся за массивными доками станции. И лишь «дружественная волна» частот, известных искину, позволила вообще этот челнок видеть. Для остальных, вроде двух устрашающего вида шипастых линкоров противника, маленький кораблик находился в глубоком стелсе и не был виден ни визуально, ни сенсорно.

– Проникновение прошло успешно. Штатная инициация потери связи с челноком, – прокомментировал искин, взявший на себя роль эдакого справочного пункта.

Прошло около двух часов, и искин оживился:

– Фиксирую помехи и сбои в работе оборудования доков станции. Фиксирую неполадки в работе систем связи станции. Фиксирую изменения траектории движения вражеских крейсеров.

На экране появилась картина происходящего. И хоть станция все так же не выказывала какой-либо активности, без учета штатной, но крейсера, показавшиеся из астероидов, направились прямиком к докам.

– Действия противника совпадают с оставленным командором протоколом действий. Задействую отложенные команды. Активность средних и малых орудий. Накачка щитов линкора. Прошу экипаж занять свои места или переместиться в каюты. Десять… Девять… Восемь… Один. Накачка орудий завершена. ЗАЛП!

Множество росчерков алого огня лазеров озарило темноту космоса, устремившись к двум крейсерам. Стоило этим алым дорожкам достигнуть кораблей, как те сразу же покрылись плотным полем, переливающимся нежно-голубым светом.

Поле крейсеров выдержало. Но ненадолго. Второй залп уже более крупных калибров достиг защитных полей противника еще до того, как погасли световые дорожки предыдущего, пристрелочного, выстрела. И без того просаженные щиты крейсеров не выдержали. Первый крейсер, развернувшийся бортом, прошило насквозь. Видимо, были задеты топливные отсеки, так как сразу же за этим корабль разорвал мощный взрыв. Второму крейсеру повезло больше. Успевший развернуться носом к противнику, корабль словил скользящий залп и уцелел. Возможно, немалую роль в этом сыграла его странная броня, чем-то схожая своими радужными переливами на черном, с оттенком зеленого цвета, с броней земных жуков. Залп был частично отклонен, а частично поглощен. Но и этого хватило, чтобы «оглушить» искин корабля. Почти не управляемый корабль успел совершить всего один ответный залп, перед тем как его накрыла повторная лавина лазерного огня. Плотный зеленый луч вырвался из его пушек, довольно долго, как для лазера, сохраняя свою плотность и мощность, и пробуравил щиты линкора.

Линкор заметно тряхнуло.

– Зео, что случилось? – спросила моментально вернувшая себе равновесие Леронэ.

– Фиксирую лазерный залп необычной насыщенности. Мощность такова, что мы все еще продолжаем получать повреждения. Фиксирую тридцатипроцентную просадку щитов линкора. Накопление энергии орудиями закончится через 3… 2… 1… ЗАЛП!

Одновременно с этим оставшийся «в живых» крейсер уже накапливал энергию для своего залпа. Видимо, как раз первый залп был поспешный и служил, скорее, для того, чтобы «огрызнуться» в надежде на хороший результат. Но вот второй залп из этих страшных лазеров капитан крейсера решил сделать на полную мощность. Орудия начали наливаться плотным зеленым свечением. Но они не успели. Еще одна волна алых вспышек прочертила дорогу от линкора, и крейсер запылал. А через пару секунд его орудийные системы буквально разорвало мощным взрывом со всполохами зеленого цвета.

– Фиксирую уничтожение всех целей. Иду на сближение с колонией. Абордажной команде занять свои места.


Глава 15. Пленники культистов

Николас Флай


Интуиция еще ни разу не подводила Николаса. Имперский офицер прошел горнила войны, но предчувствие свое он там лишь оттачивал. Свою, буквально мистическую, как считали некоторые, интуицию он получил еще в семье. Будучи потомственным военным, с малых лет он получил совершенно отличное от других детей образование. Его отец, отставной стратег флота, постарался с малых лет вложить в голову сына понимание многих, пускай и очевидных, но обычно дающихся с кровью, вещей. Понимание того, что война – это не только соревнование силы, а победа достигается не только уничтожением всех сил противника. Там он, как и отец, решил идти по пути стратегии и планирования, заняв место стратега на одном из боевых крейсеров империи. Отличное образование и семейные гены вполне позволяли это.

Но в последнюю неделю дома отец уже не обучал сына премудростям науки. Не делился с ним своими планами и стратегическими выкладками. Он просто подробно и планомерно начал перечислять те опасности – группировки и неподконтрольные силы, что могли быть встречены сыном во время службы. В его рассказах было упоминание и основных групп пиратов, регионов их обитания, привычкек и стандартных стратегий нападения. Также он вспомнил и о культистах, проводящих принудительную кибернетизацию пленников и ставящих над ними опыты. Мельком были упомянуты и более редкие культы, такие, как «Кровавые рейдеры»[7], – группы пиратов, возглавляемые людьми из черни. Эти фанатики придерживались веры о чистоте крови, считая, что они смогут очистить свою кровь, поглощая кровь «чистых», то есть потомственных аристократов. Поэтому они нападали на отдыхающих аристократов, их детей и бастардов, подлавливали их во время поездок. Выпивая их кровь, они ставили себя на планку выше их, а также, по слухам, приобретали мистические силы.

Бред, вызвавший усмешку и осуждающий взгляд отца, сейчас приобретал совершенно другие грани. Перед ним стоял… человек, наверное, и делал то, что никакой человек, да и не только человек, по всем законам природы и науки делать не должен. Мистика, а значит, возможно, с представителем этого редкого культа он сейчас и столкнулся.

– Я видел узнавание в твоих глазах, а сейчас вижу обреченность. Что же, пришло время для очень правдивого разговора, мои тени как раз заканчивают работу. – И рука, словно стальной капкан разжала челюсть офицера, влив в него какую-то мутную жидкость. – Ой, да не нервничай так – это я использую для душевности разговора, минут эдак пятнадцать не сможешь врать, да и только, ну а теперь я хочу услышать рассказ о том, кто ты такой, как попал в плен и где обо мне слышал.

– Офицеры империи проходят медикаментозное укрепление, и на нас не действуют никакие сыворотки пра… – попытался, было, как можно более пренебрежительно, ответить офицер, но тут сознание поплыло, а дальнейшую реальность ему пришлось созерцать, словно со стороны, наблюдая за тем, как тело подробно и послушно отвечает на все вопросы незнакомца.

* * *

Парень оказался просто информирован о действиях одних ребят, хе, любопытно, видимо, кто-то методом «тыка» смог натолкнуться на пару самых топорных, но рабочих ритуалов магии крови. Но это не настоящие маги, даже не самоучки, тьфу, просто алчущие силы ничтожества.

О, взгляд офицера становится осмысленным. Это хорошо, не одному же мне тут вкалывать, тем более что, скорее всего, Зео уже начинает атаку.

– Так, Николас, ты ошибся, ни к каким адептам крови я не отношусь. Слушай внимательно: ни повторять, ни тратить еще время я не собираюсь – обыскиваешь сейчас этих ребят и бешеной антилопой несёшься в сторону остальных пленных. Освобождаешь, и все собираются в одном большом ангаре. Я слышал, у вас там и альвы есть. Надеюсь, нет необходимости напоминать офицеру о нежелательности самосуда. Держите тот ангар и ждите подкрепления, оно скоро появится. Это все, сидите там как мыши и не мешайте.

Офицер, внимательно меня слушавший, сосредоточено кивнул.

– Мы можем сражаться…

– … сказал побитый, изможденный условиями перелета и содержания, а до этого еще и раненый офицер. Сомневаюсь, что остальной контингент в лучшем состоянии, поэтому сейчас занимаете большой ангар и удерживаете его до конца боя.

В это время станцию немного тряхнуло, а на комм пришло сообщение Зео о начале атаки.

– Так, времени уже не осталось. Все, давай – пошел, пошел!

Я же на всех парах побежал к выходу из дока. Из «отчета» теней (воспоминания, отосланные ими на последние крохи их энергии перед распадом) мне было известно о паре техников-культистов, что обеспечили мне изоляцию дверей дока.

Выбежав из единственной рабочей двери отсека, я оставил на ее охране Рафаля с Шариком, а сам метнулся к двум лежащим на полу телам, недавно умершим от сильнейшего удара тока, не без помощи теней. Конечно, помощь этих военных мне бы пригодилась, даже в таком их состоянии, но уж пусть лучше они стопроцентно удержат доки, чем я буду бегать потом по всей колонии. Как было ясно из присланного отчета Зео, колония не смогла отослать послания, сейчас она полностью отрезана от внешнего мира, поэтому я ее в любом случае дожму, вопрос только во времени и наличных силах. И вот как раз эти двое совсем уже не живых ребят послужат мне тем камешком, что сдвинет лавину.

Наклонившись над ними, готовлю обычное, я бы даже сказал – классическое, заклятие поднятия зомби. Вот только накачиваю его совершенно запредельным – для нужд такого заклинания – количеством силы. Об этом эффекте я узнал еще в молодости, да, думаю, и отец знал, но предпочел, чтобы чадо лучше запомнило урок, набив собственные шишки. А эффект состоял в том, что поднятый зомби оставался эдаким «середнячком», проще говоря, совсем не блистал, но вот концентрация некроэнергии в нем позволяла при укусе не просто передать заклинание, заразив цель, а еще и усилить процесс в сотни раз, благодаря плотности силы. Теперь смерть жертвы и ее зомбинизация – дело пары минут. Весьма затратный способ создания «лавины» инфицированных, но самое то для действий «на коленке». Что же, даже маленькая армия требует больших затрат, поэтому не поскупимся.

* * *

По коридору, ведущему в доки, шли трое.

– И что нам делать со скотом?

– Тебе же старший разжевал так, что и я понял. Пока они с пастырем заняты отражением атаки, восстановлением связи и просто вооружают братьев, мы должны помочь нашим братьям в доках удержать контроль над скотом.

– Ну, и что мы там трое наудерживаем?

– Там сейчас должны быть дежурные, хоть и молодые да зеленые, но все же. К тому же двое техников тоже там.

– Это ты про них? – указал доселе молчавший третий адепт.

По коридору от доков шли двое. Головы были опущены, лиц не видно. Шли медленно, привалившись друг к другу, периодически шаркая ногами как от травмы или сильнейшей усталости.

– Эй, парни, на вас кто-то напал? Что там случилось-то? – среагировал самый молодой из трио и, не дожидаясь приказа, пошел к ним навстречу.

– Куда ты побежал?!

– Да ладно вам, ребятам хреново, надо помочь. Ай! Ты что творишь, придурок! Эй, этот идиот меня укусил за руку.

– Так тебе и надо, хе. Нечего граблями махать. М-м-м… ну и чего вы там трое застряли?

Двое оставшихся адептов двинулись к ним. Командир слегка отстал, вызывая диспетчера.

– Это вторая группа. Встретили раненых. Мы у доков. Осмотрим и при необходимости пришлем в медотсек. До связи.

Стоило ему в конце диалога повернуться назад, к раненым, как глаза резанула иррациональная картина. Трое людей повалили его бойца, а один даже вгрызся зубами ему в руку, которой боец заслонялся, словно защищался от собак.

– Да вы совсем охренели, – командир налетел, словно коршун, пытаясь растолкать людей. Но довольно сильный удар совершенно не вызвал никакой реакции. Его схватили за ногу, и вот уже четыре человека, словно звери, вгрызлись в пятого, с каждой минутой все слабее и слабее сопротивляющегося.

Пятеро адептов, медленно подволакивая и шаркая ногами, шли по отсеку. Двери отсека открылись, и они все так же неторопливо зашли в темное помещение. Сейчас тут находилось около сотни адептов. Все эти люди – это прошлая смена ученых и техников, что, вернувшись со своих исследований и работ, отдыхала в этой казарме. Тихий хрип – все, что успел издать первый спящий, когда на его шее сомкнулись зубы бывшего коллеги.

* * *

Периодически фиксирую смерть разумных, а также повторное срабатывание «кода заражения» в моем заклятии зомбификации. Все умершие враги. Я в этом уверен на сто процентов. Каждый некромант в большей или меньшей степени может чувствовать жизнь, а каждое живое существо чувствуется по-разному. Вот и эти культисты, что достаточно серьезно поиздевались над своими телами, причем так, что даже затронули души, чувствуются совершенно иначе, чем обычные разумные. И я их чувствую, чувствую, как они умирают, переходя постепенно под мой контроль. Признаться, на душе не так уже радостно, как хотелось бы. Все же я привык, что мои силы ограничивались и теперь, развернувшись во всю ширь и не видя необходимости сдерживаться, я понемногу осознаю, что оглушен силой. Некроманты – жуткие прагматики и реалисты, как в отношении других, так и в отношении себя. Сложно быть оптимистом, когда ты постоянно под прицелом и ходишь по лезвию ножа лишь из-за одного своего существования.

Все чаще закрадываются мысли о том, нужна ли была такая подавляющая жестокость. Правда ли на это меня вынудили обстоятельства: необходимость спасти людей в кратчайшие сроки, или же это мои собственные амбиции? Я еще не определился. Но впереди то, что поможет мне принять окончательное решение.

Недалеко, а точнее сразу за доками, расположены довольно любопытные помещения. Я бы назвал это лабораториями для учеников. Позже я обдумывал необходимость наличия таких вот лабораторий прямо возле доков – не повлияет ли довольно нестабильная среда соседствующих доков (тряски, перепады давления, температур, я уже молчу о кораблях) на ход экспериментов. Ответ однозначен – повлияет. Тогда какой смысл? А ответ прост – тут тренировались ученики и начинающие ученые. Их эксперименты не столь требовательны к среде, их результаты не столь ценны. Тут главное – наработка опыта. И еще… Можно легко утилизировать неудачи и брать новое «мясо»… мусорник ведь совсем близко. Но к этому решению я пришел позже.

Сейчас же я просто шел по коридору к очередным помещениям. Зео отчитался о ходе военных действий с кораблями противника и сейчас шел на абордаж доков станции. И у меня появилось немного времени, нужно было дождаться абордажную команду, а еще надо было дать побольше времени моему заклинанию зомбификации… лавина должна была набрать силу. И поэтому сейчас я воспользовался тем, что культистам было не до меня, и спокойно изучал помещения рядом с доком.

Именно тогда я и почувствовал ЭТО. Чувство, что находишься рядом со свежим массовым захоронением. Еще не ушедшая боль, агония умирающих, души, так и не нашедшие покой. Смерть, пускай немного застарелая, но еще наполненная силой и пропитавшая все вокруг. Тогда, немного недоумевая, откуда взяться захоронению, да еще относительно свежему на станции… в космосе… я и направил свои стопы в эти ученические лаборатории.

А когда зашел в первое помещение, меня буквально оглушила БОЛЬ. Агония пропитала помещения с такой силой, что оставалась даже после смерти физических носителей, испытывающих ее.

Странно, ведь передо мной было абсолютно чистое, я бы даже сказал – стерильное помещение. Все белое вокруг. У стен имеются с полдюжины столов, чем-то напоминающих хирургические, только со множеством не знакомых мне приспособлений. А ощущение боли все не проходило. Даже самочувствие стало хуже. Не вписавшись меж двух таких столов, случайно задел инструменты на одном из них. Небольшой серебристый цилиндр упал на пол. Из него на пол полилась… кровь. Совсем немного, видимо, взятая для анализов. Я уже, было, хотел идти дальше, но услышал легкий шорох. Из закрытого технического помещения выскользнул небольшой дроид и начал старательно вычищать пол небольшой вращающейся щеткой. Потратив на это несколько минут, он вместо того, чтобы вернуться к себе в техотсек, подъехал к сплошной стене. Вроде бы цельная стена внезапно разделилась и разъехалась двумя переборками дверей. И оттуда на меня повеяло той самой болью.

Быстро рванув за дроидом, я успел влететь в соседнее помещение. В полутемном отсеке дроид подъехал к небольшому контейнеру и «отстрелил» грязную щетку, а потом вернулся в техотсеки.

Я же подошел глянуть, что находится в остальных контейнерах, во множестве заполонивших отсек. Легкое сопротивление замков, шипение вакуумного запечатывания и ужасающий, но такой привычный запах гниения бьет в нос. Ну что же, теперь понятно, куда складировались неудавшиеся части экспериментов. В контейнерах лежали части тел людей и не только. Некоторые были наполовину кибернетизированы, некоторые, наоборот, выглядели так, словно из них что-то извлекали. И если судить по моим ощущения, то в остальных контейнерах содержимое аналогично этому. Что же, думаю, существа, чьи части тут лежат, не будут против хоть в таком состоянии нанести вред своим убийцам, а посему…

Прохаживаюсь по помещению, активирую магнитные замки. Контейнеры не открываю, такого запаха не выдержу даже я. Выкатываю уже открытый контейнер на середину помещения. Он будет катализатором реакции, и от него заклинание перейдет на другие контейнеры. Тут нет целых частей, все вокруг искромсано и совершенно не узнаваемо. В голову приходит только одно заклинание «Костяная химера». Более продвинутый вариант поднятия классического скелета. Конечно, это вам не легендарное создание костяных драконов, но что-то явно близкое. Не такое энергоемкое, эпическое, но вполне мощное и себя окупающее.

Губы читают слова заклинания, руки наливаются темным сиянием, а голове возникает образ создания. Того, чей образ примут кости, напитавшись силой и обретя свою псевдожизнь. Но в голову так ничего и не пришло, поэтому я сформулировал лишь образ узких отсеков и множества вентиляционных каналов. Получившаяся тварь должна иметь возможность легко в них ориентироваться и передвигаться. Мне не нужен гигант, что застрянет в первых же переборках, но и костяной таракан не нужен, которого будут давить культисты своими кибернетическими ботинками. Должно получиться что-то мощное, но достаточно гибкое. Оставив эту «рацуху» в коде заклинания, активирую его, удивляясь, как легко расходятся нити колдовства, а также какую силу набирает вроде бы среднее заклинание в этом помещении, пропитанном муками и смертью.

Процесс пошел, теперь надо быстро уходить отсюда. Когда начнут вскрываться остальные контейнеры, мне совершенно не хочется наслаждаться всем тем букетом ароматов, что последует за ним. Появившимися химерами я смогу управлять и ментально, как только они «вылупятся». Мне же пора встречать свою абордажную команду.

* * *

Прошло около двадцати минут после ухода мага. В полутемном помещении слышались стук и тихое шебуршание. Источниками были контейнеры, расположенные по периметру ангара. У некоторых контейнеров даже периодически немного поднималась крышка, словно находившемуся внутри существу было тесно в нем. А вот центральный контейнер, ранее находившийся в таком же состоянии, уже перестал так себя вести. Он весь ходил ходуном. Раскачивался из стороны в сторону, периодически оглашая ангар звуками мощных ударов и звонких щелчков, словно кости занимают свои прежние места в суставах. А потом все внутри контейнера затихло. Но ненадолго.

Тихое шипение, и тварь начала выбираться наружу. Первой показалась голова, словно сплавленная из черепов минимум трех разумных, она дарила темному помещению зеленый свет сразу трех пар глаз, оглядываясь и периодически щелкая парой острых, но коротких костей, выполняющих роль жвал над раздвоенной и усеянной множеством зубов-игл нижней челюстью. Тварь оперлась на конечность, что, видимо, и ранее выполняла роль руки у какого-то счастливчика, сейчас же представляла лишь кость с двумя суставами, заканчивающуюся острым когтем, и начала выбираться из контейнера. Основное тело представляло собой множество грудных клеток разумных, «бронированных» широкими костями. И все это двигалось на не менее чем дюжине таких же пар конечностей. Если сравнивать с земными тварями, то первое, что пришло бы в голову, была сколопендра.

Тварь, еще немного поводив своей головой, шустро поползла в сторону технических помещений, из которых совсем недавно выезжал дроид. Через пару мгновений оттуда донеслись обрывки синтезированной речи дроида и звуки сминаемого металла, а потом лишь тихий цокот множества коготков. Все это произошло под аккомпанемент уже вовсю ходящих ходуном остальных контейнеров. И вот уже из очередного из них показались три пары светящихся глаз…


Доки колонии


– Мы не можем так просто подчиняться первому же попавшемуся проходимцу!

– Ты не понимаешь, ты не видел его, не разговаривал с ним. Такие люди не становятся проходимцами и лжецами. Я, скорее, поверю, что он из семьи аристократии или какого-то угасшего рода. Но никак не простак или обычный рабовладелец. Слишком много силы… во всем для таких мелочных поступков.

– Флай. Я вместе с тобой воевал и тебя знаю, как и многие тут. Именно поэтому мы сейчас сидим и ждем непонятно чего и милости этого твоего спасителя. Но, Николас, ты, как никто другой, должен понимать, время утекает, а мы тут просто топчемся на месте! Да еще эти альвы, – один из военных указал в дальний угол, – мелкие проблемы рождают крупные, а избавься мы от них – и одной мелкой проблемой меньше.

– Или родится одна крупная. Не спешите, парни. Мы еще слишком слабы. Это наш шанс на небольшую передышку и восстановление, тем более…

Док сотряс довольно сильный удар. Некоторые еще слабые бойцы, не удержавшись на ногах, попадали на пол.

– Только не говорите мне, что…

– Да, ребята, это абордаж.

– Ну что же, глянем на армию нашего спасителя, тем более что укрепленные ворота ангара – это та еще морока, я как абордажник…

Но все разом замолчали, когда прямо из шва движущихся частей ворот ангара показался светящийся предмет, пробивший крепления ворот насквозь.

– Это что?! Нож?!

– Скорее, на меч похоже…

– Да, чтобы эти ворота вынести, надо специальные дроиды с магнитными полями, что продавят их вовнутрь. Даже разрежь они крепления, все равно так просто их не продавить.

Тум! Тум!

– Похоже, бьют чем-то тяжелым.

– Ну, если мечами резали, не удивлюсь, что деревом таранят.

– Хе-хе, ага, или врукопашную…

Бум! Проехав пару метров, двери ангара упали на пол. При этом по всей их плоскости остались следы в мятом металле. Следы ног.

– Э-э-э… выбили.

Тишину и поголовное офигевание офицеров прервал раздавшийся на весь ангар крик. Причем крик был таков, что многие вспомнили своих сержантов из учебок и почти инстинктивно втянули головы.

– ГАМАДРИЛЫ!!! НЕТ, ИМБЕЦИЛЫ!!! Увижу Рафаля, скажу, что его подчиненные идиоты! У нас же есть оборудование, а вы ногами их ломали… Что? Да Александр уже тут, идем к вам. Нет, проблем не было.

Широкими шагами девушка, подозрительно похожая на альвийку, направилась к выходу из доков. За ней, в полном молчании, выходили строем солдаты в неизвестных боевых костюмах с огромными абордажными щитами в руках.

– Ого, вот это выучка, шагали словно один.

– Я не пойму, а чего же они нас даже не проверили?

– Р-р-ргав! – вполне дружелюбно раздалось из темноты коридора, и прямо на проходе уселся огромный черный пес, словно на страже, периодически посматривая на людей горящими алыми глазами.

– Ого, зверюга, да его одного нас, калек, порвать хватит. Эх, знать бы еще – это охрана или стража.

– Значит, говоришь, Николас, надо пока тут полежать, силы восстановить…


Глава 16. Пастырь

– Пастырь, основные силы направлены на устранение прорыва в стороне доков. Основная агрессия идет из того направления.

– Вы выяснили, кто нас атакует?

– Хм… пока из атакующих были только наши же адепты…

– Предательство! Я сожгу каждого собственноручно! Вы выяснили, кто зачинщик?

– Боюсь… тут несколько сложнее. Мы подозреваем, что использован вирус, влияющий на органическую составляющую адептов. Ученые пока не дали никаких четких ответов. Все, как-либо контактировавшие с зараженными, уже уничтожены. Эти меры позволили остановить распространение инфекции, но сократили наши силы на треть.

– Цена высока, но терпима. Пока не будет установлена связь с главами, разрешаю тотальную зачистку доков. Можете взять наши самоходные установки подавления. Только будьте внимательны, они слишком массивны для технических тоннелей. Берите наших штурмовиков, пробивайтесь к докам. Нужно змее отрезать голову, и она перестанет кусаться.

– Будет исполнено. Коды допуска получены. Благодарю, пастырь.

* * *

– Да, старший, мы продвигаемся к докам. Два усмирителя с нами, – ответил широкоплечий, одетый в массивную броню адепт. Причем его броня в некоторых местах была вживлена в тело, так что возникали сомнения, а броня ли это вообще? За ним следовали еще около четырех десятков таких же адептов.

Открылась дверь очередного ангара. В ангаре находилось около двадцати адептов. Большая их часть просто бесцельно бродила по ангару, периодически издавая нечленораздельные звуки. Но стоило штурмовикам зайти в отсек, как бывшие адепты, как один, повернулись в их сторону и с диким рыком бросились на них. Их встретил нечеловечески точный залп лазеров, который, впрочем, не принес результата, упали лишь те, кто был поражен в голову.

– В голову стрелять!

Дальнейших команд не понадобилось. По отсеку раздался громкий стрекот. Два огромных робота, которые в целом были, скорее, высокоинтеллектуальными кинетическими орудиями, установленными на шагающие платформы, открыли огонь. Кинетические орудия, стреляющие обычными пулями, благодаря дикой скорострельности, разрывали атакующих. Это и были экспериментальные «усмирители», созданные для штурмов и захвата биоматериала в густонаселенных городах, где главное не точность, а поражающая способность.

Но ни штурмовики, ни роботы не успели среагировать на новую угрозу. Отвлеченные подавлением уже почти утратившей силу волны, они не заметили, как небольшой люк одного из смежных техотсеков вылетел и из него вылезло… нечто. Больше всего это напоминало костяных многоножек просто огромных размеров. Эти существа сразу же атаковали роботов. Они с ловкостью настоящих многоножек курсировали по телу роботов. Стационарные «руки» роботов были отгрызены ими сразу, а их лапки, судя по всему, выделяли неизвестное вещество, от которого броня машин напоминала столетние ржавые железки. По три такие многоножки облепило каждого робота, превратив уже его внешние броневые пластины в подобие швейцарского сыра и сильно сократив количество орудий.

Штурмовики переместили огонь на нового врага. Результат оказался… неоднозначен. От попадания лазеров кость плавилась, и получилось довольно легко отделить целую часть одной твари. Впрочем, на ее жизнеспособности это не сказалось никак. С другой стороны, постоянно перемещающиеся твари, имеющие неплотную структуру, были не простыми мишенями даже для таких точных стрелков, как адепты. С десяток промахов, которые к тому же повредили роботов, заставили адептов прекратить огонь. Возобновили его они только тогда, когда стало окончательно ясно – роботов не спасти.

И в этот момент тиски закрылись. Отъехала дверь ангара, соседствующего с доками, и в помещение влетели новые бойцы. Неизвестные, прикрываясь огромными щитами, сминали все на своем пути. Даже инфицированные адепты, вроде как союзники, были тут же сметены, став лишь кровавыми ошметками на черных щитах.

Лазерный огонь ничего не дал. Щиты поглотили весь урон. Штурмовики решили пойти врукопашную. Но первая же сцепка показала всю тяжесть и ошибочность этого решения. Первые ряды штурмовиков были отброшены, получив сильнейшие удары щитами. Даже их усиленная кость и плоть не выдержала. У многих были смяты доспехи, имелись переломы конечностей. А враг тем временем не стал давать передышку. Контратака была еще страшней. Небольшие, светящиеся мечи прорезали пространство ангара. Ничто не стало им помехой – ни броня, ни плоть, ни кость. Перерезанные порой надвое, тела адептов падали на пол.

Штурмовая группа приняла решение об отступлении, которое было тут же сорвано. Разделавшиеся с роботами многоножки потеряли двоих своих, а также каждая из них имела повреждения. Но их живучесть была такова, что они смогли тут же вступить в бой с новым врагом. Целью их стали спины задних, отвлеченных боем, рядов. Оказалось, что странная субстанция их лапок разъедает не только металл. Тела первых четверых неудачников тут же заимели глубокие раны, в местах прикосновения лапок. Импланты же вообще сразу же перестали работать – слишком тонкие механизмы.

Остатки штурмовиков пошли на прорыв. Но было поздно. Плотное светящееся облако накрыло их всех. Всего на пару секунд адепты потеряли способность двигаться. Всего на пару, но это решило исход боя. Беззащитные тела, словно куклы, были отброшены щитоносцами, а потом просто растоптаны двинувшимся далее строем.

Добивать их никто не стал. Строй прошел дальше. На полу остались лежать изломанными куклами еще живые адепты. По всему помещению разносились стоны раненых. Но не осталось никого, способного даже стоять.

А потом створки соседнего помещения тихонько приоткрылись. И в помещение шаркающими шагами стали заходить первые инфицированные…

* * *

Старший адепт на трясущихся ногах медленно, словно желая таким образом продлить минуты своей жизни, подходил к пастырю. Не доходя пары шагов, он преклонил колено, а потом, сотрясаясь от страха, и вовсе рухнул на оба колена, перемежая всхлипы с просьбами сохранить жизнь.

– Что случилось, червь? Неужели штурмовики при зачистке нанесли слишком большой урон лабораториям или уничтожили что-то важное?

– Пастырь… штурмовики… они… все мертвы.

Тишину комнаты заполнили потрескивания сотни мелких молний, что пробегали по всей фигуре главы. Но потом все резко прекратилось. Спокойный, холодный голос произнес:

– Все силы стянуть в центральные помещения. Возвести баррикады и вооружиться всем возможным. Удерживать помещение и ждать меня. Все понятно?

– Д-да, я вас понял, все будет исполнено, – произнес воодушевленный отсутствием наказания старший адепт. Он почти бегом развернулся и начал, было, двигаться к двери отсека. В тот же миг звук сотен молний разнесся по помещению. Вспышка, и в центре груди адепта появилась огромная сквозная дыра. Еще не осознавшее полностью, что мертво, тело сделало еще пару шагов, а потом рухнуло безвольной куклой.

– Все понятно? – повторил свой вопрос пастырь, повернувшись к одному из находившихся в помещении замов старшего.

– Будет исполнено, – подобравшись, ответил тот.

– Хорошо, исполняй… старший.

* * *

– Леронэ, я смотрю, ты совершенно меня не ценишь. Тут только легионеры, а из живых и хм… хорошо сохранившихся только ты.

– Остальных было решено оставить на корабле. Нам точно неизвестно наличие еще каких-либо кораблей у противника, а также имеющиеся у него тузы в рукавах. Остальные силы было решено оставить на корабле для его защиты. Ну а я тут как самая опытная, остальные в абордажах и захватах станций опыта не имеют, гвардия последнее время – это больше телохранители. Так что считай это наоборот высокой оценкой твоих сил и способностей, – едко прокомментировала замечание своего командира девушка.

– О-хо-хо, как было чудесно, когда вы меня боялись, тишина и благодать. А теперь, смотрю, скоро вообще ножки свесите. Вернусь, буду повышать дисциплину.

– Ну-ну. Просто, пока тебя не было, мы смогли обстоятельно поговорить и прикинуть, что нас бы ждало, не появись ты. Выводы наши были не утешительны. Так что считай это нашим шагом к принятию нашей сути и тебя как нашего командора. – Девушка улыбнулась, но уже немного устало.

– Мило, но сейчас явно не время. Мы дошли до центральных помещений. За ними диспетчерские и рубка управления. Думаю, оставшиеся силы они сосредоточат здесь. Тут состоится финальное сражение.

– У нас хорошая защита, но понадобится отвлекающий фактор. Думаю, баррикады там хиленькие, сплошная мебель, но до них надо еще дойти. А ребята там вооружены минимум бластерами, а то и чем потяжелее. Нужно что-то, что выиграет нам время.

– О! Тогда я тебе покажу мои аэромобильные войска.

– Новые бойцы?

– Хе-хе, нет, старая профессиональная, так сказать, шутка. Но человеку не готовому может… понравиться.

Маг подошел к дверям ангара. Словно прислушиваясь, начал водить головой.

– Да они все там, ну, или почти все. Так что может сработать… – И начал рисовать небольшие символы рядом с дверью ангара. – Так, ребята, аккуратненько начинайте ломать эти двери, только смотрите, символы не повредите. Рафаль, помоги им. Ну а мы сейчас подгоним массовку.

Глаза мага засветились, но спустя десяток секунд погасли. Впереди послышались несмелые шаркающие шаги. Из-за поворота к ангару шел зомби. А за ним еще один и еще, и еще.

– Так, становитесь в два ряда. Будем заряжать обойму, хе.

* * *

– Старший, баррикады готовы. Все наличные силы стянуты в ангар. Вооружены все. Ждем вашего приказа.

– Хорошо, пастырь сам примет участие в бою. Ждем его, если штурм начнется раньше – обеспечить заградительный огонь и тянуть время.

– Вас по…

Дам-м-м-м! – глухо разнеслось по отсеку. Двери оного с сопутствующим звуком были сильно искривлены, но держались. Но второй удар, последовавший сразу же, их доконал. В дверном проеме показались массивные фигуры со щитами в руках. Адепты, как один, вскинули оружие. Но они даже не успели прицелиться. На косяке двери сверкнули темным светом непонятные символы, и проем двери заволокло тьмой. Словно сразу за дверью начинался открытый космос, поглощавший весь свет из ангара. Рассмотреть, что за дверью, было совершенно невозможно.

А потом в помещение что-то влетело. Сплоченный выстрел разорвал это пополам. Приземлившиеся рядом с одним из стрелков части оказались бывшим адептом, по виду уже довольно давно умершим. Но за этим снарядом последовал еще один и еще, и еще. Рядом с баррикадами образовалась уже приличная горка трупов, которыми все продолжали закидывать защитников. Последние уже даже не стреляли, приняв эту акцию за попытку сломать их волю.

– Глупцы, наша воля сильнее стали, мы стоим выше всяких смертных, нас такими уловками не сломить, – решил подбодрить людей новый старший.

– Что за… – раздалось сбоку. А потом за вскриком боли последовала серия выстрелов. Один из мертвецов, что должен был таковым и оставаться, сейчас самозабвенно вгрызался в ногу какого-то адепта. И только когда остальные подключились к расстрелу, удалось его утихомирить.

А в глазах старшего зажглись сначала понимание, а потом ужас.

– Все! Быстро стрелять по трупам! Быстрее же! – заорал он, выхватывая оружие.

Культисты успели отреагировать, и команда была исполнена с нечеловеческой быстротой. Но противники тоже уже людьми не были и одного выстрела на каждого было явно мало. Началась паника. Люди разбились на кучки, пытаясь отбиться от оживших в одночасье мертвецов, помогая собратьям. На каждого такого ожившего тратилось непозволительно много времени, сил и, главное, внимания. И плата была стребована в полном объеме.

Ближайшие баррикады разлетелись комьями покореженной мебели. Проворонившие врага адепты начали отступать к дальним баррикадам, пытаясь увеличить плотность огня. А враг уже сформировал строй. Укрываясь за огромными щитами, неизвестные словно не замечали огня бластеров. Они легко дошли до первой линии обороняющихся. Адепты, прошедшие множество модернизаций, были намного сильнее людей и альвов. И эта мнимая мощь сыграла с ними злую шутку. Первый ряд адептов, вместо того чтобы продолжать планомерно отходить, сосредоточивая огонь и подтачивая оборону врага, понадеялся на свою сверхсилу и рванул врукопашную. Розовые очки спали при первом же столкновении. Один был разрублен пополам, другой изломанной куклой полетел назад в строй, получив страшный по силе удар щитом. Третьему блокировавший удар легионер вообще банально оторвал руку. И такая картина все повторялась и повторялась. Захватчики перемалывали остатки адептов в кровавый фарш.

Но вот по залу прошел громкий звук зарядов электричества. Помещение осветила мощная молния. Находящуюся в замахе руку одного из легионеров просто срезало выше локтя.

У дальнего входа стояла высокая фигура. Пастырь. Он сжимал мощный посох, увитый множеством разномастных проводов и накопителей. Именно это оружие смогло выдать заряд, достаточный для нанесения повреждений бронированному легионеру.

– Внемлите и трепещите, ибо пришла ваша смерть, низшие! – гордо произнес пастырь.

Впрочем, оные не вняли. Первым невнявшим оказался тот самый легионер. Прикрываясь оставшейся со щитом рукой, он уже бежал на агрессора.

Таранный удар щита встретился с выставленной рукой главы. Беспечное выражение его лица быстро сменилось удивлением, а потом и легким беспокойством, когда не получилось остановить удар легионера. Точнее – остановить-то получилось, щит покорно был остановлен выставленной рукой. Но мертвое создание явно не спешило останавливаться и поэтому возобновило напор. Пастыря начало буквально тащить, словно тараном, к стене и вскоре вовсе прижало к ней. Легионер не мог ударить полноценно, поэтому давил всей своей немалой массой, постепенно толкая более легкого главу к стене. Тот же взирал на начинавшие искрить компенсаторы на руке с заметным беспокойством.

– Ты не человек, но и не один из нас. Кто ты, отвечай, – но ответа не последовало.

Еще одна мощная молния сорвалась с посоха, по-прежнему удерживаемого свободной рукой пастыря, и легионер упал, лишившись головы.

А у центрального входа послышался вздох и тихое: «Эх, похоже, самому придется с этой пукалкой разбираться».

* * *

– Ничтожества, кто бы вы ни были, вам не устоять против нашей мощи! – все разорялся пастырь после своей победы над легионером.

– Леронэ, не лезь, – раздался тихий голос у входа в отсек. Командор тут же остановил продвигавшуюся к главному культисту девушку. – Займись мелочью, я за ним послежу.

Девушка переключилась на подбежавших к ней двух культистов, и дела, судя по лишившемуся руки одному из них, у нее шли неплохо. А фигура в темноте коридора у входа в отсек так и не пошевелилась, лишь глаза засияли ярким светом.

В тот же момент два легионера, сомкнув щиты, рванули на главу культа. Тот в свою очередь этот их маневр увидел достаточно быстро.

– Нас не остановить! – закричал он и повыше поднял свой высокотехнологический посох. Тот начал искрить, множество конденсаторов на его древке нагрелись докрасна, и помещение заполнилось треском электрических зарядов, пока что мечущихся по посоху.

Сильный рывок, и древко посоха ударяет в пол. Мощнейший заряд электричества расходится волной от посоха. Сила тока огромна, но дальность невелика, всего пара метров, и заряд рассеивается. Но для двух легионеров, уже почти вплотную подбежавших к пастырю, хватает и этого. Первому, что был на шаг ближе, достается весь заряд. С легким хлопком и противным треском ему разрывает ноги до колен. Не опасный, но все еще «живой» легионер падает на пол. Второму же достался остаточный заряд. Но даже этого хватило, чтобы он ненадолго замешкался, испытывая явные проблемы с управлением мышцами ног.

Пастырь не стал медлить. Наученный горьким опытом борьбы с этими созданиями, он ударил сразу же. И ударил в голову. Второе обезглавленное тело упало рядом с самым первым обезглавленным легионером.

Если бы в тот момент в помещении был бы еще один маг, он бы удивился количеству выплеснутой энергии некромантом. В это время тот фонтанировал таким количеством некромантской энергии, что ее бы хватило на проведение ритуала по поднятию небольшого кладбища. И что удивительно, сорвавшемуся с рук мага заклятию нужен был не культист. Оно, как и его копии, поразило оставшихся в строю костяных сколопендр. Уже довольно покоцанные и мало помогающие в бою создания рванули, словно получили по удару кнута. Но целью их тоже был не культист. Хоть он и заметил их движение в его сторону, все же его сильно отвлек оставшийся легионер. Тот, будучи без ног, дополз до пастыря и теперь занимался тем, что всячески ограничивал его передвижение, хватаясь за него.

Пастырь заметил, как к нему рванули странные костяные твари. Но, увидев, что они накинулись не на него, а на обезглавленных легионеров, лишь пробурчал что-то вроде «дикие твари» и начал поливать дождем молний хватающегося за него легионера. Впрочем, их противостояние продлилось достаточно долго. Еще не остывшие полностью конденсаторы на оружии главы требовали бережного к ним отношения, и повторного удара в полную силу они не выдержали бы. Пришлось утихомиривать этот обрубок более слабыми, но частыми атаками.

А в это время сколопендры смогли добраться до своих целей. Оказавшись у тел легионеров, они что было сил впились в их остатки. Острые лапки разрывали тела, пытаясь как можно глубже проникнуть внутрь. А две наиболее целые сколопендры вообще начали залезать внутрь тел, через отверстие, что когда-то было головой. Финальная картина была устрашающей. Остатки сколопендр намертво вросли в тела легионеров, образовав сплошной панцирь из костей. Заползшие же внутрь тел сейчас полностью спрятали свои костяные тельца внутри легионеров, оставив снаружи лишь костяные головы на месте уничтоженных голов легионеров. Правда, они сразу же пропали, закрытые тремя сплошными плоскими костями, выросшими прямо из тела и образовавшими подобие шлема. Сплошного треугольного конического шлема, без каких-либо отверстий. Оторванная конечность первого легионера была заменена костяным аналогом.

– Ну, вот и готово. Броня снаружи, броня внутри. Самое защищенное создание из пока поднятых мной. С повышением вас до костяных рыцарей, парни, а теперь вперед – в атаку!

Две фигуры поднялись медленно, словно массивные рыцари древности. Шагали же они удивительно тяжело и гулко, будто имели огромный вес.

– Ха, ничтожества, умерли раз, умрете опять, – процедил культист, уже расправившийся с недобитком и сейчас радостно взиравший на полностью готовые к работе конденсаторы.

Вспышка молнии озарила отсек. Да вот только две медленно бредущие фигуры и не думали останавливаться. Прикрывшись щитами, на которых вдруг образовались костяные шипы, они уверенно продвигались вперед. Конденсаторы посоха опять накалились, требуя время на охлаждение, а один из рыцарей уже настиг пастыря. Удар щитом встретил блок выставленной вперед рукой. Все, как и было до этого. Вот только рука не только не остановила щит, но и с противным скрежетом деформирующегося железа была вывернута наизнанку.

– Грязные варвары! – Глава глянул на еще не готовый к атаке посох. – Что же, это место станет для вас могилой! Адепты! Именем моим код альфа «Забвение»! Обеспечить мне доступ к панели управления базой!

Произнося это, глава этой базы культистов быстро что-то набрал у себя на вирт-наладоннике. В тот же момент сражавшиеся и кое-как сдерживающие натиск легионеров культисты стали падать на колени. У них закатывались глаза, и они производили впечатление полной невменяемости. А потом все, как один, пришли в себя, вот только осмысленность их взглядам так и не вернулась. Но произошла еще одна вещь. Абсолютно все импланты начали работать не то что на износ, а за пределом такового. Мышечные усилители и сервоприводы заработали с такой силой, что даже стали слышны звуки от их сокращений, а энергетические и нервные трассы организма из-за пропускаемой по ним энергии стали видны невооруженным взглядом из-за огромного для человека количества прошедшей по ним энергии. Миг, и они атаковали.

Эта не была атака людей. Не было это и атакой зверей. Атаковали машины. Невзирая на получаемые повреждения. Не обращая внимания на вывихнутые ноги и руки. В некотором смысле мертвецы столкнулись в бою с… мертвецами.

Напор был столь силен, что легионеры были вынуждены установить стену щитов. Обезумевшая масса фанатиков не пыталась в полной мере одержать победу или сохранить жизнь. Они просто выполняли приказ… последний приказ. Так, создав стену из собственных тел, они шаг за шагом давали своему главе возможность продвинуться к пультам.

– Александр, – подала голос молчавшая до этого момента девушка, – в тех пультах нет ничего, что могло бы переломить ход боя. Там нет ни оружия, ни связи. Поэтому цель может быть одна – экстренная панель самоуничтожения. Такой не может быть на гражданском объекте, но, я думаю, тут много ума не надо, чтобы соорудить такую на базе. Он должен быть остановлен в кратчайшие сроки.

Сама же девушка ничего сделать не могла. Та стена, что сейчас образовалась из шевелящихся тел, задавила бы массой любого, как бы ловок он ни был.

– Хорошо, рыцари, атакуйте! – прокричал маг, одновременно указывая начавшей светиться темным рукой на вновь образованных рыцарей.

Те в свою очередь были буквально погребены под телами. Частично живыми, частично уже просто мясом. Но стоило прозвучать приказу, а особенно после вливания в обе их тушки приличного количества энергии, они снова перешли в атаку. Груды тел буквально взорвались разорванными частями. На их месте стояли два рыцаря, полностью покрытые алой кровью, с огромным количество удлинившихся костяных шипов, выросших прямо из их тел. Их движения перестали быть сонными и тяжелыми. Они оба рванули к своей цели.

Закрывшийся своим посохом глава не смог удержать натиск. Удерживаемое одной рукой оружие вылетело из его рук. А в следующую секунду рука, закованная в шипастую костяную броню, пробила насквозь его грудь, удерживая на весу все еще довольно живое тело.

– Кхе-кхе… ничтожества, старшие отомстят. Вам все равно не узнать наших секретов!

– Во-о-от, сейчас о ваших секретах мы и поговорим, – услышал он спокойный мужской голос. А вслед за этим на голову адепта легла рука. «Странно, почему я ее чувствую даже через синтетическую кожу?» – пришла в его голову неожиданно неуместная мысль. А за ней пришло ощущение движения, словно он выныривал из воды, перед глазами все заволокло бледно-голубым светом. А потом пришла… БОЛЬ.

* * *

Бой закончился. Культисты базы были мертвы все до одного. Причем без моего прямого вмешательства. Последний приказ этого их лидера заклинил что-то в их электронных мозгах, заставив подчиниться. При этом приказ снял все ограничения с их имплантов. Чертовы берсерки, сами себя угробили. Но это мелочи. Трупы лишними не бывают. А вот то, что мне удалось вытащить из головы этого пастыря, меня насторожило. Информации было много, причем полезной. Но начнем по порядку.

А началось все с простых житейских потребностей культистов. И заключались они в необходимости пополнения своих рядов, а также в необходимости поиска эффективных сырьевых баз. Как рабочий вариант была выбрана приграничная вереница систем. Данные системы были столь отдалены, что их главы скорее бы решали возникшие проблемы на «месте», не беспокоя столицу. Вся прелесть заключалась в том, что системы не только граничили с неизведанными областями космоса, но и имели границы с условно нейтральными альвами, князь которых в этой системе имел такие же проблемы с отдаленностью.

Более того, системы имели широчайший спектр минералов и сырья из астероидных поясов. Ограничение же их разработок было связано с отдаленностью от промышленных баз империи и альвов. Но это не являлось проблемой для культистов, которым было как раз легче обосноваться в этих системах. Именно так – эти веселые ребята решили системы банально захватить, сделав их сырьевыми базами и местом набора «мяса». И план он создали довольно красивый, хоть и банальный. Они решили стравить «добродушных соседей» меж собой и на пепелище из их тел погреть свои ручки.

Первым шагом был удар по князю альвов. Психологический, но не менее болезненный. Была уничтожена посольская миссия, в которой принимала участие его дочь. И хоть против империи доказательств не было, но убитого горем отца не интересовал какой-то там призрачный враг, которого делали крайним имперцы. В его секторе кроме альвов были лишь имперцы, а поскольку альвы бы такого не совершили, то… ну, вы понимаете.

Кстати, данная станция была основана (читай, захвачена) именно для анализа действия их новых орудий на живую материю. Потом большая часть ученых вернулась на основные базы, оставив самых молодых и провинившихся набираться опыта. Во главе же был поставлен пастырь – довольно опытный культист, но прогневивший кого-то из верхов и удостоившийся почетной ссылки. Так база и осталась существовать, выполняя роль некоего «штрафбата» и то только когда о ней вообще вспоминали.

Второй фазой плана разжигания конфликта на границе стало нападение имперских легких кораблей на форпост альвов. В итоге культисты потеряли пару угнанных фрегатов, а также дефективных адептов, почти не подвергнутых внедрению имплантов. Князь же альвов получил на руки наглядное доказательство атаки империи в виде остовов их кораблей и трупов людей. А отцу, потерявшему единственное чадо, большего и не надо было. В ответную атаку были посланы крейсера альвов, стершие форпосты империи с границ фронтира. Имперцы же, подогретые специально засланными адептами, и до того особого пиетета к альвам не испытывали, а сейчас вообще ответили на угрозу мгновенно. Поскольку официального объявления войны с обеих сторон не последовало, то это повлекло за собой волну приграничных стычек, возникающих и по сей день. Так люди и альвы резали друг друга, теряя бойцов и ресурсы. А культ подтягивал свои корабли все ближе и ближе, базируясь на спутниках планет внутри систем. И совсем скоро должна была пройти грандиозная зачистка, совмещенная с захватом обеих систем.

Но скоро по космическим меркам – это не так уж и быстро. Год у нас был точно. Сейчас же следовало решать более насущные проблемы базы. Основной из них были люди и альвы. Проблема заключалась в том, что их никто долго держать не собирался и на базе не было достаточного количества провианта. Закупать же его со стороны значило бы засветить себя. Поэтому мною было принято решение загрузить в один из транспортников базы часть провианта и, как бы то ни было печально, отказаться от лишних рук, но раненых солдат было проще отправить домой, чем их выхаживать и держать впроголодь. К тому же пока имперцы разберутся (если вообще разберутся), что тут случилось, я уже выйду на контакт. Так что пусть летят. Они, кстати, сейчас занимались именно тем, что подготавливали транспортник к более-менее комфортной перевозке людей. Причем ударными темпами, еще и взгляды на меня бросали, словно я в балахоне и с косой… Думаю, им будет, что рассказать имперцам, чтобы меня некоторое время вообще боялись тронуть.

Второй же корабль – маленький, но быстроходный фрегат, который, видимо, в бытность свою у культистов использовался в виде курьера, мною было решено подготовить для перевозки дочери князя альвов. Она станет той связующей нитью, что не только прекратит (или хотя бы замедлит) военные действия, но и поможет легализоваться в этом мире мне. О своей великой миссии в целом и даже о своем отбытии в частности эта милая особа еще ничего не знала. Корабль готовил профессор. Но когда она узнает… разговор будет сложный.

Последней же головной болью было изменение координат базы или, проще говоря, ее миграция в более укромное место, коим являлся один из множества спутников.

* * *

– Командор, мною был доставлен имперский линкор с целым, но недееспособным реактором. Его остов установлен рядом с остовами вражеских крейсеров. Реактор заминирован, – доложилась Алиса.

– Чудесно, он станет тем ластиком, взрыв которого сотрет все следы нашего тут пребывания.

– Могу я уточнить один момент? – О, слышу ноты сомнения и любопытства в ее голосе.

– Да.

– Как вы собираетесь перемещать станцию? Ведь для этого нужен ее полный демонтаж и использование грузовых транспортников для перевозок. Или же нужен мощный буксир, но даже так она много не налетает.

– Я тут посоветовался с доком. В нашем распоряжении два линкора с рабочими гравизахватами. Попробуем отбуксировать. Это, конечно, все равно, что гвозди микроскопом забивать, но других вариантов пока не вижу.


Глава 17. «Тристан» и пиратская станция

Уставший, но довольный, я привалился к спинке кресла и наблюдал завораживающую картину. Космос озарила секундная вспышка красного цвета – выстрел лазеров корабля, а потом пространство утонуло в мощной волне света. Были взорваны реакторы одного из линкоров, что не подлежал восстановлению. Жалко, конечно, но все же приходится чем-то жертвовать, дабы сохранить хоть временное инкогнито. После взрыва все, что смогут тут найти, – это остатки вражеских кораблей, куски от станции (решил оставить пару бесполезных блоков, все равно там хранилось такое количество хлама, что проще было их выкинуть, чем расчищать, вот и в деле пригодились), остатки многострадального линкора и ужасный фон от взрыва реактора.

Эдакий бой, где нет победителя. Возможно, это не всех убедит, возможно, убедит не полностью, меня это мало волнует. Если все получится, то, как минимум, в ходе их поисков я могу среагировать, времени хватит, а как максимум, опять же, если всё мною задуманное действительно получится, то и прятаться особо не понадобится, ну или привязывать себя к одной станции.

Эх, вспоминаю все, что до этого пришлось сделать. Еще та была головная боль. Это я про отправку «потеряшек». С имперцами все получилось довольно просто. Отделили от них пленных альвов, имперцы закончили с подготовкой транспортника, натаскали туда еды и ждали моей команды, которая последовала незамедлительно. Особых расшаркиваний не было. После небольшой моей речи из разряда «валите отсюда, с богом» и их ответного «нас тут уже нет» ребята шустренько стали грузить лежачих и слабо ползучих в транспортник и грузиться сами.

Правда, удивила группа людей, что перебороли все же свою боязнь и подошли ко мне. Это оказались представители офицерского состава, которые заверили, что не забудут оказанной им услуги и я всегда могу на них рассчитывать. Ох, право, мне ли не знать, сколь коротка людская память на такие вот обещания. Ну что же, жизнь покажет, может, когда и вернется это мне сторицей, так сказать. Отпускал я их со спокойной душой, все же, если они и предоставят какую-либо информацию обо мне, то все, что тут найдут – руины (взрыв станции производился, когда все уже были отправлены восвояси), а если продолжат более настойчиво меня искать, то время играет мне на руку, и я успею закончить все начатое.

Вторым пунктом была отправка Айлы и К°, усиленной ранеными альвами, забранными у имперцев. К моему глубокому удивлению, ни док с Алисой, ни Леронэ с сестричками не захотели возвращаться. Возможно, боялись, что не примут такими, как они стали, или еще что, я пока так и не разобрался, остались – и хорошо. На дока у меня вообще были грандиозные планы, где понадобится его стопроцентная помощь. И он, как самый слабо подвергнутый влиянию некроэнергией, имел все шансы забить на такого красивого меня и вернуться. Но словно предчувствуя, что его тут ждет уйма интересных дел и исследований, он с широкой улыбкой возвестил, что никуда не поедет.

С Айлой разговор был… Не хочу вспоминать всего. Ту кучу доводов, что меня примут как спасителя дочери князя, что им нужна моя сила и мощь в борьбе с культистами, и т. д. и т. п. В завершении, словно представитель не иной расы, а единой расы по имени «женщины», она поступила классически, отвернувшись и надув губки. Пришлось успокаивать и поделиться частью своих планов, а именно тем, что как только я сочту возможным, то именно альвы будут первыми, с кем я пойду на контакт и именно дочку одного князя я бы хотел видеть в роли посла, благо опыт имеется. Ну, и подсластил пилюлю небольшим подарком. Особо заряженный кристалл, о разрушении которого, а также о примерном месте сего события, я смогу узнать в любой точке вселенной, был вручен мною лично. И если культисты действительно начнут действовать раньше времени и окажется действительно туго, то она, сломав его, уведомит меня об этом, ну, а там и я потороплюсь с помощью.

Отправив всех «по домам» и более-менее скрыв следы, приступил ко второй части плана. После долгих совещаний с командой было решено направиться к одной из планет системы, а точнее – к одной из лун этой планеты. Данная планета, была довольно удачно расположена рядом с еще одним астероидным поясом. К тому же помимо луны, выбранной нами, она имела еще множество лун. Этим, кстати, отличались все планеты системы, так что реши кто поискать меня на орбитах лун, их ждет процесс долгий и кропотливый, а я смогу засечь такую муторную активность в любом случае и встретить во всеоружии.

Всех оставшихся… хм… существ ждал просто ужасающий шмат работы. Алиса должна будет переправить остатки линкоров и кораблей альвов в наше новое место обитания. А это процесс не одного дня. В это время Рафаль и Леронэ натаскивали подлатанных многоножек, умертвий, легионеров и рыцарей, заодно сестричек тренировали. А я с доком был занят восстановлением станции, ее модернизацией и повышением работоспособности, в особенности плавильных, перерабатывающих цехов и верфи. Точнее, этим занимался док, я же обеспечивал ему «персонал». Обеспечивал, зарывшись в гору трупов, стасканных со всей станции в один ангар. Фактически мне нужны были лишь рабочие руки, поэтому подъем зомби не предполагал таких больших трат энергии, как для боевых единиц. Требовались лишь опыт, знания и скрупулезность, дабы создания получались смышленые, работящие и не требующие постоянного присмотра, хоть их боевые качества и были равны нулю, но именно рабочие нам сейчас и были нужны.


Пару дней спустя


– Верфи расконсервированы и восстановлены. Я уже сейчас начал восстановление наших линкоров к стопроцентной боеспособности. Также отдельный док был выделен тебе для альвийского линкора, как ты и просил. Имеющиеся на его борту фрегаты были также расконсервированы, смонтированы и находятся в доке. Но, командор, я бы хотел акцентировать, метод их консервации не предполагал такого влияния, как полученное ими излучение. Их органические части, как и органика линкора, полностью мертвы. Я считаю полностью бесперспективным реанимацию кораблей альвов. Нам будет проще и дешевле в плане ресурсов построить свой, ибо новое наращивание органики на корабельный скелет займет уйму времени и ресурсов, – отчитывался о проделанной работе док.

– Восстановление… хм… живой органики не потребуется, меня вполне устраивает их теперешнее состояние. Начинайте восстановление, хватает ли ресурсов?

– Да шахтерские баржи, что имелись в колонии, исправно добывают минералы, а с их легким управлением справляется даже предоставленный вами персонал.

– Отлично, кстати, вы принесли образцы основных минералов, добываемых в поясе астероидов? – заинтересовался маг.

– Вот… – док водрузил на стол небольшой металлический ящик, который при дальнейшем рассмотрении имел множество ячеек, сейчас заполненных различного вида и цвета минералами.

– Ну не будем откладывать в долгий ящик, моих запасов явно недостаточно для любого корабля, поэтому буду искать замену. Очень уж мне нравится одна идейка, эх только бы получилось, – пробормотал маг, беря в руку первый минерал.

В руках у мага оказался медного цвета минерал. По его руке прошло едва различимое сияние, но сразу же исчезло. Некромант поморщился и, положив камень на место, взял в руки следующий. Так перебрав несколько вариантов, он удивленно замер на очередном. Антрацитово-черный минерал в руках мага начал испускать тот же холодный свет, что и руки, державшие его.

– О! Отлично, даже лучше, чем мог надеяться. Если кварц скорей универсальный накопитель, то этот минерал как нельзя лучше подходит энергиям, которыми оперирую я. Док, что это за камень и как будут обстоять дела с его добычей?

– Хм… ноксиум. Не скажу, что дешевый, скорее уж наоборот, просто встречается во множестве хороших руд, правда в небольших количествах. Используется при постройке кораблей. Ну, в общем, если вам нужно, то добыть его вполне сможем.

– Хорошо, мне нужно с него отлить монолитные октаэдры минимум с половину моего роста. Так же установите для них держатели на альвийских фрегатах. Расположить можете там, где у них находится утилизатор органики или что там у них вместо пищевой системы было, все же они частично живые. Так вот это все можете удалять, а в той камере установите монолит, он будет неплохой заменой.

– Всё сделаем, но опять повторюсь, у вас вряд ли получится что-то сделать с этими кораблями, они мертвы. Остальные минералы убирать?

– Их состояние для меня весьма… перспективно. Ах, да, не убирай, проверю все, раз уж дело пошло.

Через некоторое время, отложив еще пару разных кристаллов, при этом пробурчав что-то вроде «потом внимательней разберусь», маг застыл как вкопанный. Проверяя очередной кристалл, яркого кровавого цвета, он застыл с вытаращенными глазами. Вид командора был столь непривычен, что док даже подошел поближе, начав теребить того за плечо.

– Где ты нашел ЭТО? Он не просто вбирает энергию, но и резонирует, многократно усиливая ее. Он бесценен.

– Это, конечно, все очень хорошо, кэп, но он действительно бесценен. Это кусок меркоцита с довольно сильным образованием кристалла морфита в нем. ОЧЕНЬ дорогой минерал и ОЧЕНЬ редкий. Используется при строительстве наиболее мощных и разрушительных кораблей флота. Найти его в нашем поясе возможно, но это будет очень сложно, и его количество будет в разы меньше того же ноксиума.

– Хорошо, создайте один октаэдр. Параметры те же, но если сможете набрать побольше, то буду только рад. Установите его на линкоре альвов. Им я займусь позже, когда закончу тесты с фрегатами, так что это не к спеху, добывайте как можно больше. Этот минерал считать стратегически важным. Накапливать при любой возможности.

– Понял вас, пойду, отдам приказы вашим болванчикам.


Неделю спустя


У дверей дока, занятого лично командором, столпилась огромная толпа. Все разумные жители колонии сейчас разделились на два лагеря. В один входили док и Леронэ, занятые тем, что стояли у переговорного устройства и без умолку просили командора выйти на свет божий. Или хотя бы подать какие-либо признаки жизни. Все это объяснялось тем, что означенный командор, как только был выплавлен первый монолит ноксиума, захватил недельный запас сухпая и закрылся с изделием в доке. Ко второму лагерю относились Алиса и, как ни странно, Рафаль. Означенные индивиды, до этого входившие в первый, решили действовать кардинально и уже начали демонтаж дверей дока.

Но все же полный демонтаж не потребовался. После очередного круга увещеваний и причитаний дока двери спокойно открылись. Сразу же залетевшая толпа увидела завораживающую картину. Огромный октаэдр светился изнутри завораживающим черным светом, словно на базе поместили кусочек самого космоса, со всей его непроглядной тьмой внутри. А рядом, прямо на полу, лежало тело означенного командора, буквально закопанное в упаковках с едой и энергетиками, кое-где даже мелькали капсулы боевых стимуляторов. Тело пошевелилось, явив свету бледное лицо с огромными кругами под глазами. Эта «панда», издав что-то схожее с «да чтобы еще раз, да ни в жизнь», благополучно отрубилась. Тело было на крейсерской скорости реквизировано и отправлено в медкапсулу для реабилитации.

Еще через день командор пришел в себя, рассказав героический эпос собственного идиотизма, о том, как он пытался своими силами наполнить монолит доверху. Это, кстати, ему удалось, но повторить такой подвиг с остальными накопителями, а в особенности с морфитом, командор отказался напрочь, заверив команду, что для остальных энергию будет брать исключительно традиционными для его специализации методами. И хоть команда в целом ничего не поняла, но, приняв сам факт того, что до такого состояния командор себя больше доводить не будет, успокоилась и разошлась. При этом док получил особое задание, заключающееся в том, чтобы доделать крепления для кристалла на фрегате, а также подвести к нему основные нервные узлы корабля. Также нужно было покрыть отсек хранения фрегата особыми символами, эскизы которых маг набросал. Все это надлежало успеть до выздоровления командора, то есть за пару дней.

И действительно, через пару дней он уже был бодр и весел. И тут же принялся чертить монструозную конструкцию из рун, опутывающую весь корабль. К слову, чертил он специальными чернилами, которые представляли собой морфитовую пыль.

Через пару часов все было окончено.

– Ну что же, для начала реакции необходим только импульс родственной энергией, – проговорил некромант, начиная формировать черную сферу энергии у себя в руке. Как только сфера разрослась до размеров приличного яблока, командор быстро сделал пару шагов к фрегату и, что есть силы, ударил сферой по нему. Это действие не вызвало никаких повреждений, но морфитовые руны начли светиться кровавым светом и буквально въелись в покрытие корабля.

А вот с самим кораблем начали происходить более чем значимые метаморфозы. Корабль серии «Тристан» имел четыре маневровых крыла, хотя они были, скорей, похожи на ноги, чем на крылья. И эти самые «конечности» начали сильней истончаться, но уже через пару десятков минут стали обрастать более плотными защитными пластинами. А небольшие заострения у самых маневровых двигателей, ранее выполняющие скорее декоративную роль, сначала сильно вытянулись, а потом и вовсе заострились и изогнулись, напоминая огромные когти. Весь корпус корабля хоть и истончился, но полностью покрылся этими самыми защитными пластинами. Их окраска тоже изменилась, из серой став черной, и лишь руны горели кровавыми письменами в этом облаке мрака. А в центре, напоминая скорее клюв какого-то морского спрута, образовались массивные челюсти. Тварь, что была ранее полубиологическим фрегатом, дернулась пару раз, но потом затихла, словно успокоившись от смотрящего на нее мага.

– Вот и отлично, теперь осталось заняться поиском «батареек» для оставшихся фрегатов, – заговорил улыбающийся маг.

* * *

– Алиса, мне нужен твой совет, – отдыхавший после активации фрегата некромант обратился к стоящей рядом девушке, что сейчас завороженно любовалась получившимся кораблем.

– А? Ах да, слушаю.

– Скажи мне. Помнишь тех пиратов, что атаковали нас на не пойми чём, еще к дочке князя пробиться пытались? Как думаешь, их база далеко?

– Корабли у них хоть и рабочие, но лоханки лоханками. Я не думаю, что на таком можно комфортно делать длительные перелеты. Надо просканировать систему, а также соседние. Я немедленно вышлю зонды, не думаю, что у пиратов в такой глуши стоят сильные системы маскировки. Пиратская база – это ценный ресурс, там можно найти много интересного. Но не здесь, думаю, здешние пираты бедны, как церковные мыши. Позволь мне узнать, зачем тебе столь бесполезные траты сил?

– Вот! «Траты сил»! Это действительно совершенно удачное и правильное определение. Траты сил, да, нам нужны эти траты, сильно нужны, поскольку, как показала практика, моих сил явно недостаточно. Я не потяну оживление остальных фрегатов, а уж за линкор я вообще молчу. Мне нужна энергия. И я знаю только один способ получить нужные мне силы.

– Значит, тебе нужны люди, их жизни… их души?

– Души? Нет, так далеко я явно заходить не собираюсь. Только жизни. Жизни тех, кто их уже давно не ценит. Тех, кто легко забирает и ломает чужие. Тех, кто заочно уже умер для вашей империи. Осуждаешь ли ты меня, Алиса?

– Пожалуй… нет. Я лично видела, что творили подобные им. Я даже буду рада, – начавшая уже уходить девушка обернулась. – Мы, все мы, видим эту грань, что ты поставил перед собой. Линию, которую ты никогда не пересекаешь, как бы ты ни хотел показать обратное. И пока она существует, пока ты на этой стороне, мы будем следовать за тобой, все мы это уже давно решили.

– Вот значит как, – командор улыбнулся слегка безумной улыбкой, – жду твоего отчета, нам следует испытать этого красавца.

* * *

– Да, Леронэ, что ты хотела? – оторвался от очередного исследования фрегата маг.

– Командор, Алиса просила передать, что база найдена, она ждет вас в рубке, – ответила девушка и сразу же удалилась.

– Ох уж мне этот антисоциальный элемент, ну да ладно, не будем заставлять девушку ждать.

– Командор, – поприветствовав вошедшего мага, Алиса сразу перешла к делу, – нами была найдена пиратская колония. Хотя это и не колония вовсе, так, небольшая база. Ничего серьезного. Местонахождение – соседняя с нами система. Мы сможем довольно быстро туда добраться и провести операцию. Исходя из имеющихся данных, сил одного линкора будет вполне достаточно.

– Хорошо, взять на буксир наше пополнение, хочу посмотреть на него в бою. Итак, наша цель – захват пленных, я попрошу по возможности сосредоточить огонь на двигательной системе корабля. Рафаль, тебя это тоже касается: абордажная команда не должна проводить полной зачистки. Ну что же, если все уже всё поняли, вперед!


Отступление 1


На старой имперской базе стоял небывалый гул. Сама база представляла собой стандартную имперскую постройку еще времен колонизации. Она уже давно нормально не обслуживалась и поэтому по большей части, за исключением пары дюжин жилых отсеков и широких залов, представляла собой полууничтоженный временем и различными мелкими астероидами скелет. Эта умирающая станция давно стала базой для не совсем удачливых пиратов. Данные индивиды не имели достаточного флота для укоренения где-то в «жирных» районах космоса и перебивались разного рода мелкими торговцами здесь, на задворках обитаемых миров.

Сейчас же на базе царила небывалая суета. Экипажи вернувшейся пары легких фрегатов, довольно потрепанных, к слову, рассказали о чудовищной битве, в которой полег основной их флот. И теперь пираты были заняты тем, что, подобно крысам, спасались с этого «тонущего корабля». В отсутствии лидера в отсеках базы царил полный беспредел. Каждый забирал все, на что мог претендовать по праву сильного, поножовщина и стрельба были привычными явлениями. Но царивший хаос был остановлен в одно мгновение. Старая система сигнализации, приобретенная бывшим их главарем через кучу подставных лиц и обошедшаяся им в баснословные деньги, подала сигнал о приближении к базе корабля. Успокоившийся, было, хаос вспыхнул с новой силой. У пиратов не осталось сколь-либо значимых кораблей, и поэтому ни о каком принятии боя не шло даже речи. Забрав самое ценное, пираты даже побросали захваченных недавно в одном из рейдов пленников и устремились на корабли.

Веер из дюжины фрегатов почти одновременно высыпал из доков станции. Тактика проста и банальна – беги толпой и надейся, что прицел врага смотрит не на твой затылок. Ну что же, где-то половине пиратов эта тактика принесла определенный успех, поскольку разрезавшие космос лучи алых лазеров повредили двигатели не менее чем половине «крыс». Но по совершенно ошалевшим остаткам пиратов повторного выстрела не последовало. Вместо этого от огромного корабля класса линкор, отделилась небольшая алая точка, что с довольно внушительной скоростью приближалась к остаткам пиратов.

Никто так и не узнает, что побудило эту братию прервать свое бегство и огрызнуться. Возможно, надежда на то, что линкор, раз уж не выстрелил снова, то не может дать повторный залп, а возможно, появившийся в поле зрения одинокий противник, что, как казалось пиратам, не представлял угрозы. Небольшой черный фрегат со странным, кроваво-алым, цветом огня двигателей двигался к ближайшему из кораблей. Но стоило тому навестись и произвести залп из малых орудий, как неизвестный корабль резко поднырнул под него с совершенно невиданной и невозможной для живых разумных скоростью и маневренностью. А потом его маневровые крылья изогнулись, словно живые, и с силой вонзили свои заостренные когти в пиратский корабль. Небольшая вспышка алого огня двигателей, и вот черный фрегат уже несется к своей второй цели, а атакованные пираты продолжают парить в космосе с ужаснейшими повреждениями корабля, которому буквально вырвало топливный отсек, и фрегат сейчас представлял собой, скорее, саркофаг для живых (пока не закончится еда и воздух) людей.

Шоковое состояние пиратов, которые не ожидали такой атаки от равного, а то, на вид, и слабейшего противника, позволило атакующему фрегату, добравшись до второго противника, даже не снижая скорости, вырвать ему маневровое крыло. Поскольку этот корабль имел странную особенность – все маневровые были вынесены на одну сторону, то и второй пиратский фрегат стал временной тюрьмой для своих владельцев. Но шок продолжался не долго. Очередной маневр неизвестного фрегата был встречен сплошным залпом двух оставшихся пиратов. Изначально их кораблей было четыре, но, видимо, не став более испытывать судьбу, линкор произвел залп, сократив количество боеспособных единиц пиратов наполовину. Двое же остальных сейчас самозабвенно палили по черному фрегату. Не сказать, что это приносило сильный урон, но некоторые проплешины в броне фрегата все же появились. По этому поводу по космосу пронесся невозможный для такой среды полный лютой злобы вой. Вой, что услышали все защищенные переборками пираты, и даже спешно занятые своим освобождением недавние рабы попрятались по отсекам, убегая от неизвестной угрозы.

А потом жуткий фрегат метнулся на той же нереальной для разумных скоростью к ближайшему пирату. Четыре когтя одновременно пробили корабль и, замерев на время, резко высвободились, разрывая бедолагу на части. Но если мгновенная смерть в космосе от разгерметизации показалась бы ужасной, то уж судьбу оставшегося пирата таковой точно можно было бы назвать.

Ошалевший от увиденного пират палил что есть сил из всех орудий. Палил, не понимая, что лишь вводит и без того обозлившегося противника в состояние животной ярости. На мгновение черный фрегат пропал из виду, а потом появился вплотную к пирату. Но ни атаки, ни удара не последовало. Вместо этого его когти надежно зафиксировали в своей хватке пиратский корабль. И последнее, что увидел его неудачливый капитан, была огромная раскрывающаяся пасть прямо перед его кабиной.

– Алиса, докладывай. – Осматривающий что-то на мониторе маг все никак не мог прояснить один вопрос.

– Фрегаты пиратов недееспособны. Две трети противников живы и были захвачены абордажной командой. На базу пиратов выслана абордажная команда. Касательно испытуемого фрегата, то он показал себя просто замечательно. Правда, в силу обстоятельств он получил повреждения.

– В силу обстоятельств?

– Да, фрегаты скоростного типа, да еще и ближнего боя должны атаковать эдакой «волчьей стаей», чтобы не дать противнику сфокусировать свой огонь в одной точке. Нам повезло, что противник просто драпал. Не будь у фрегата поддержки линкора, столь героического прохода не получилось бы. Скорее всего, он смог бы уничтожить половину, причем именно уничтожить, не сдерживаясь, а потом бы схлопотал минимум повреждение, два. Тогда его скорость бы снизилась, реакция замедлилась, а это смерть для столь малого корабля. Но даже результат один к трем – это более чем, уж поверьте мне. Так вот, для эффективной атаки данной единицы необходимо наличие минимум полудюжины таких кораблей. Повреждения, кстати, весьма красноречиво об этом говорят. Один из его манипуляторов при атаке слишком сильно вошел в корпус фрегата пиратов, и нашему кораблю пришлось аварийно маневрировать, пытаясь в этот момент уйти от выстрелов остальных. Как следствие, манипулятор, слава богу, пусть и не оторвало, но достаточно сильно вывернуло и повредило. Потребуется ваша консультация и помощь при его ремонте. Так что я настоятельно рекомендую использовать эти корабли только в режиме малого флота и в составе не меньше шести единиц.

– У нас их дюжина, если верить доку. На одном из линкоров было несколько огромных отсеков, полностью ими забитых. Они находились в режиме консервации. Уж не знаю, для чего им понадобились неактивные фрегаты. Думаю, мы нашли эдакий «туз» альвов, подачку, если переговоры пойдут уж совсем паршиво, хе. Пиратов, кстати, набралось достаточно, как только док закончит с принудительной расконсервацией уже мертвых фрегатов и установит все затребованное мной оборудование на них, я проведу ритуал их активации.

– Звучит весьма многообещающе. И где же ложка дегтя?

– А эта ложечка заключается в том, что сверхлегкие корабли – это ну никак не основа и не костяк флота, тебе ли не знать.

– Проще говоря, линкор будет стоять.

– Да, линкор будет стоять, пока я не найду минимум такого же количества людей.

– Линкор – это очень важно, тем более, если результат будет столь же впечатляющ. Наши линкоры требуют ремонта и осмотра на верфях, а верфи еще не совсем готовы. Нам нужен линкор… любым способом.

– Это ты так толсто намекаешь на еще один незадействованный ресурс – пленных пиратов? А где же чувство пацифизма и любви к ближнему своему?

– Они мне никто. – Это звучало скорее как приговор. – А у меня еще есть, кого защищать… и кому мстить.

– Эх, видимо, ты не совсем понимаешь. Та грань, что ты предлагаешь пересечь, слишком тонка, и сил вернуться потребуется куда больше, чем сил ее преодолеть. Жажда силы страшна, она положит под нож не только уголовников и незнакомых людей, нет, совесть заменит безразличие, а границы сотрутся жаждой. Слишком многих таких «сорвавшихся» я видел. Слишком многих пришлось остановить. Нет нужды превращаться в мясников, как бы глупо это ни звучало из моих уст. Но все же… Леронэ с абордажниками уже там. Как только она отрапортует о пленниках, о том, кто такие, откуда, как были захвачены, чем занимались на свободе… как только она отрапортует, я решу, что с ними делать дальше. Кстати, я уже битых два часа торчу у монитора, а она так и не вышла на связь. Они что там – встретили сопротивление? Свяжись с ней по аварийному, командирскому каналу, пускай без картинки, но хоть увидим, чего они возятся.

Девушка быстро пробежала по клавиатуре и тихо зашептала в коммуникатор:

– … вы приняли бой?

– …

Алиса прислушалась, связь явно была очень плоха.

– … если цивилы, что возитесь?

– …

– …что значит «очень странные»… на это нет времени…

Маг глянул на часы. Постучал по подлокотнику кресла.

– Алиса, черт с ними, чай, вселенная не горошина, найдутся даже в этом медвежьем углу еще уголовники. Пусть запихнет их в транспортник, кажется, один такой я там видел, наверное, на нем их и хотели везти, и пусть катятся колбаской на все четыре, у нас дел невпроворот. Леронэ слишком долго возится, а мы слишком нашумели, даже для этого болота, лучше перебдеть…

– Хорошо, возможно, вы правы, – девушка опять прильнула к коммуникатору: – Леронэ, командор их отпускает, пусть грузятся на транспортник и летят куда хотят. С базы они все равно бы ничего не поняли.

– …

– Командор, Леронэ не может выполнить ваш приказ, просила прибыть на место лично. Говорит, это важно.

– Хорошо, подготовьте мне челнок, нужно глянуть, что вызвало такую заминку у наших абордажников.

Пару минут полета, и вот я уже швартуюсь у дока базы, пережившего «щадящий обстрел». Стоило только выйти из челнока, как ко мне тут же подлетела Леронэ.

– Я очень виновата, но не могла выполнить ваши приказы, ни один. Ни улететь сами, ни даже просто идентифицироваться они не могут.

Мы вошли в широкое помещение, заполненное грязным тряпьем, в которое буквально целыми стайками кутались… дети. А также, пытаясь то ли защитить, то ли спрятать детей, вперед вышли с десяток девушек. Хм… а пиратики сорвали джек-пот. Самый ходовой товар все-таки. Но тут мое внимание зацепилось за другое. Да, действительно сложно идентифицировать этих «людей». А дело в том, что, выйдя на более-менее открытую и освещенную площадку, девушки предстали совсем в ином свете. Белые, отливающие голубизной короткие волосы, смуглая, с легким зеленоватым отливом кожа и почти сливающиеся с белком голубоватые глаза. А еще заостренные уши.

– Э-э-э, альвы?

– Нет, – коротко, но четко ответила Леронэ.

– А кто?

– Не знаю.

– Ну… э-э-э… дамы, с кем имею честь?

На что последовал совершенно неразборчивый ответ вышедшей вперед одной из девушек.

– Так, постойте спокойно, я не причиню вреда… – Поднимаю руки, медленно подхожу к этой «самой смелой», продолжая спокойно и тихо говорить. И подойдя вплотную, резко выбрасываю руку. Легкое заклинание менталистики, что, скорее, относится к непрофильной магии «переводчик», быстро ложится на ауру девушки. Заклинание, создающее ассоциативные цепочки, отражающиеся в ауре человека, передающего информацию. Это вам не поглощение памяти, но худо-бедно мы общаться сможем.

– Понимать ли меня, великий вождь? – повторяет девушка, видимо, заметив изменения на моем лице, которая, кстати, даже и не двинулась после моего дергания конечностью.

– Да, кто вы такие?

– Мое племя жить на большой зеленый… э-э-э… небеса, пока из голубой небеса не опускаться воины и не пленить нас.

– Алиса, свяжись с доком, пусть оторвется на минуту от своих дел и проанализирует маршруты на уцелевших компьютерах кораблей пиратов. Мне нужно определить планету, где они смогли так поживиться. Так, Леронэ, в общем, твои затруднения я понял, претензий к твоей работе у меня нет. Сейчас мы определим родную планету и закинем их по координатам пиратов, как ты понимаешь, Алиса, вспоминая наш разговор, они не подходят. А оставлять их тут… ну не скоты же мы все-таки последние, да и лететь, скорей всего, недалеко.

И уже обращаясь к пленницам, сказал:

– Собирайте детей, мы доставим вас в вашу деревню… или что там у вас, и уйдем с миром. Причин для беспокойства нет, – но стоило отвернуться и двинуться к выходу, как меня тут же аккуратно, но не по-женски сильно схватили за рукав. Послышался звук вынимаемого оружия со стороны Леронэ. Но девушка, державшая мой рукав, тут же опомнилась и упала на колени.

– Я просить простить, недостойную. Мы просим помощи. Воины с небес напасть вечером. Все мужчины быть дома и выйти на защиту. Многих быть убиты, многих ранить. Оставшиеся не смогут защититься. Ороги прийти и сожрать слабых, сильных увести и съедать потом. Мы просить помощи.

До конца еще не осмыслив всю эти тираду, я буквально завис. Видимо, расценив мое молчание как-то по-своему, девушка тут же замахала руками и еще раз поклонилась.

– Мы понимать, мы отрывать вас от великий охота. Мы давать плату. Когда-то наши предки так же летать в небеса, но это быть давно. Мы просто жить, жить и забыть. Но предки оставлять память о себе. Великие залы хранить оружие предков. Мы слишком долго забывать, не мочь открыть вход, слишком сильный дверь. Но вы сильный – помочь нам, мы показать ходы к залам, вы открывать и забирать оружие.

– Хм, возможно, это и авантюра, но интересно же. Кстати, а не жалко отдавать то оружие, все же ваших предков, а?

– Мы забывать, мы недостойны, – ответила девушка, покачав головой.

– Хорошо, мы подумать… тьфу, подумаем, но надо уточнить. Алиса, дай мне связь с доком.

– Да-да-а, – послышалось недовольное с той стороны коммуникатора.

– Док, судя по интонации, я тебя оторвал от чего-то, очень важного.

– Еще бы. Расконсервация кораблей, даже без необходимости поддержки жизни, займет дней пять, ведь их надо оснастить, осмотреть и разместить. Я занят, а ты еще тут со своими дурацкими вопросами.

– Это ты про координаты планеты? Удалось выяснить?

– Удалось выяснить, удалось выяснить? – передразнил док. – И тебе бы удалось, глянь ты в иллюминатор.

Стоило мне исполнить предложенное профессором, как взору открылся вид на большую зеленую планету.

– Ну, я же говорил, что рядышком. Видимо, неспроста тут эта старющая база. Ты только координаты их деревни мне кинь.

– Лови, и… я… ЗАНЯТ!

– М-да, видимо, действительно сильно занят. Леронэ, у нас появилось немного времени до готовности фрегатов. Я полечу на транспортнике с детьми, ты бери легионеров и за мной на абордажнике. Курс – деревушка этих людей. Будем посмотреть на их оружие предков, авось найдем что интересное или кого… активацию линкора никто не отменял.


Глава 18. Ороги и судья – страж Анубиса

Несмотря на опасение, что транспортник испустит последний дух, так и не долетев до планеты, все же перелет прошел довольно ровно, и мы смогли посадить два своих корабля на широкой голой поляне, недалеко от которой виднелась деревня и очень-очень густой лес, схожий с тропическим.

Но стоило подойти ближе к деревне, как меня накрыло такое знакомое чувство – близкое нахождение родной стихии. А стихия моя – смерть. Моя заминка позволила девушке-«переводчице» из местных догнать меня, и к деревне мы подходили уже вместе, в то время как остальные девушки выгружали детей.

Чем ближе мы подходили, тем более звенящей была тишина. Ни птиц, ни зверей. Даже ветра не было. И первое, что мы увидели – труп мужчины с оторванными руками. Причем именно оторванными, судя по краю раны. Хотя все же руки нашлись чуть дальше, обглоданные до костей.

– Ороги, – тихо проговорила девушка.

– Леронэ, на тебе периметр. Огонь не открывать, докладывать мне. Я пока осмотрюсь.

Кроме меня деревню начали осматривать и прибывшие пленники. Некоторые отводили детей в дома. Некоторые, явно не лишенные охотничьего мастерства, сразу начали осматривать место побоища, пытаясь восстановить картину боя. А потом, словно одной волной и сплошным фоном, начал звучать плач. Тихий плач матерей, потерявших сыновей и мужей, плач детей, потерявших отцов. И к моему глубочайшему удивлению, скорбящих было мало. Ответ на этот вопрос я получил чуть позже, осмотрев обглоданные тела убитых. Что бы это ни были за звери, но они мне напомнили медведей во время их охоты на лосося, когда рыбы настолько много, что хищники уже даже не едят ее всю, выбирая только самое вкусное – икру. Так и тут, если первые тела были оглоданы весьма основательно, то ближе к центру деревни поврежденные тела зияли лишь некоторыми оторванными «самыми вкусными» частями.

Этот факт и то, что тел оказалось на удивление мало, дал ответ на первый вопрос. Людей твари увели к себе в логово, прежде попировав тут знатно, при этом осознавая, что недостатка в еде нет и можно не экономить. Мои мысли подтвердила подошедшая «переводчица» из местных. Надо бы хоть имя ее узнать, а то они очень похожи, так и спутать недолго… ну а так хоть по имени узнаю, хех.

– Ороги победить. Древний защита покинуть своих детей после нападения воин неба. Но многих оставить жить… для кушать потом. Помочь нам?

В моей душе зашевелился мой давно дохлый и поднятый из могилы некромантский хомяк, страшный зверь. Математика проста – существа, наделенные силой побеждать взрослого мужчину, при этом не просто побеждать, а захватить живьем. Это много жизненной силы для моих кораблей… и это новые солдаты… очень… очень хорошие солдаты. М-да, видимо, надо сделать лицо попроще, девушка вся побледнела и быстро затараторила:

– Мы не забыть, мы отплатить работа, мы служить!

Да ты, девочка, меня за идиота космических масштабов держишь. Ну что же, нет смысла лавировать, удел сильного – возможность говорить правду. И сейчас эту силу надо показать, хоть пугать женщин и детей это нехорошо, но поставить себя нужно: встречают по одежке, иначе похожую подначку и пропустить можно.

– Служи-и-ить, – пустим немного силы по телу, так чтобы глаза налились серебром, а аура тела, напитанная энергией, стала немного видна в виде черной дымки, – как интересно! Значит, вы окажете мне такую услу-у-гу… оплатите ничтожному мне рабо-о-оту. Так?

– Э-э-э… да мы оплатить ваш помощь, – хоть и побледнела, но все же держится.

– А то, что эти твари явно сильнее всех вас, вместе взятых, и перебили бы вас при первой возможности, – это мелочи. Но вы окажете мне услугу… разрешите защищать себя от них, за мои услуги. Как это мило! – О задергалась как, но все же смотрит, скорее, с уважением к сильному. Что же можно считать эффект достигнутым. – Ну, давай рассказывай, только теперь рассказывай ВСЁ, а тогда посмотрим, стоит ли мне взваливать на шею такую «плату».

– Да, мы тут жить давно, но ороги жить не меньше. Всегда нападать, всегда есть нас. Но древние отцы оставлять защита… – Девушка подвела меня к разрушенному зданию в центре деревни. Там в куче хлама от разрушенного дома лежал небольшой черный камень округлой формы. Точнее, таковую он имел ранее, сейчас же он был расколот. Наверное, пираты «метко» попали при захвате. – Камень быть в деревня – ороги не нападать. Мы делать амулет из кости и ложить рядом с камень. Амулет лежать день, и охотник брать его с собой – ороги редко нападать, чаще уходить. Защита. Воины неба нападать, разбить камень, древние гневаются, лишать внимания, лишать защита.

– И ты решила отплатить мне за помощь, возложив вашу же защиту на меня, м-да, душевно отплатила… – Ну, теперь хоть понятно, как такое небольшое племя существовало рядом с такими хищниками: у них была защита, хоть и не идеальная, эдакий «собачий свисток». О-о-о, а девушка совсем раскисла, понимает ситуацию. Ладно, такая сырьевая база, с лояльным местным населением будет не лишней, тем более что эти ороги итак мне нужны… но ей об этом знать не обязательно.

– Но у нас больше ничего нет, многие умереть… Если выжить, мы служить, давать клятва, служить честно, прошу… – Ну вот, заплакала.

Кладу руку ей на голову. Девушка замирает, словно перед оглашением приговора.

– Хорошо, мы поможем. Зовут-то тебя как?

– Ли’а.

Вот, совсем другое дело, улыбается, радуется, смотрит приветливо. Кхм… что-то слишком приветливо, как бы чего не… так, надо собираться, у меня сейчас нет времени на всякие глупости.

– Леронэ… – обращаюсь к совсем уж как-то нехорошо смотрящей на аборигенку девушке.

– Только попробуй сказать «останься охранять деревню»… – И она что-то нехорошо так щурится.

– Ох, и где же эти старые добрые волны ужаса и неверия каждому слову.

– Пф-ф…

– Хорошо.

Беру небольшую резную колбочку. Внутри кость. Мои запасы еще с Земли, часто пользовался, когда полиция просила помощи… ну, и не только полиция. Подношу ее к одному из самых обглоданных трупов. Слабый черный туман сочится из колбы. Сначала, словно живое существо, ощупывает пространство вокруг, потом переползает на труп. В энергетическом плане слабое, остаточное свечение трупа пропадает полностью. Плата взята.

– Ищи того, что был с ним последним, – говорю в никуда, но туман пропадает. Испаряется, но мне он хорошо виден, поэтому дав указку легионерам и взяв с собой только бесшумных умертвий и Леронэ, иду по следу. Путешествие, оказавшееся на диво коротким, приводит нас ко входу в пещеры. Мое чувство жизни и информация от поискового духа позволяют сделать удивительное открытие – пещеры рукотворны. Слишком уж они симметричны.

Прислушиваюсь к себе и делаю весьма радостные выводы – внутри три дюжины человек. И около восьмидесяти существ, чья жизненная сила бьет таким ключом, что люди кажутся пламенем свечи по сравнению с прожектором. Но жизненная сила еще не показатель разумности. Просто «дури до фига».

– Алиса, мне потребуется транспортный челнок и группа наших «работничков», пусть док поделится, потерпит немного.

Благо связь на нетронутой планете работает как часы, поэтому Алису слышно четко и отвечает она без задержек.

– Что будете перевозить?

– Батарейки для линкора и фрегатов и, скорее всего, тут еще и на пополнение абордажников хватит.

– Условия содержания, перевозки?

– Э… не знаю, мы их еще не видели. Усыпим, и делов-то. На корабле продержу их всех до ритуалов.

– Я правильно поняла, ты хочешь тащить на корабль неизвестных существ с неизвестными возможностями, неизвестной сопротивляемостью твоим штучкам и непонятным метаболизмом? Все так?

– Кхм, я тебя понял, сейчас изловим одного, посмотрим, что могёт, и… хе… «сопротивляемость моим штучкам» тоже посмотрим.

Движений, судя по всему, в пещерах не много. Видимо, ороги ведут ночной образ жизни. Уж не знаю, то ли удача, или же это у них своеобразный дозорный такой, но одна тварь находилась совсем рядом с входом и явно бодрствовала.

Даю команду моему, все еще рыскающему, поисковому духу проявиться недалеко от твари, а потом еще пару раз уводя ее к выходу из пещеры. Вроде сработало, чувствую приближающийся источник жизни, очень большой. Благо есть возможность спрятаться отряду в растительности.

У входа в пещеру появляется темное облако, имеющее силуэт человека, но тут же испаряется. Дух вернулся в свое вместилище в кости. За ним слышатся тяжелые шаги. И на свет, недовольно порыкивая, выходит… ЭТО. Явно гуманоид, вот только рост под три метра, серая кожа, здоровенный, хотя на удивление узкий в плечах, но с очень длинными, достающими до земли руками. И с усеянной огромными зубами пастью. А вот глаза маленькие, еле видны. Явно ориентируется не на зрение. Ну, а его лиц… рожа, да, интеллектом тут и не пахнет, полузверь.

Ну что же, заклинание тишины летит к входу в пещеру, а на орога уже бесшумными тенями мчатся двое умертвий. Попробуем взять живьем.

* * *

Идею брать племя живьем отметаю как нереальную. Брать буду, только накачав всю пещеру сонными заклинаниями и заклинаниями паралича, пусть выложусь по-полной, пусть потребуется уйма времени и визуальное наличие цели, но лучше так, чем встретиться с этим. А дело все в только что закончившемся бою.

Началось все красиво: две смазанные тени бесшумно атакуют гиганта. Да вот только последний с удивительной быстротой вскидывает свои длиннющие руки и бьет, словно плетями, одно умертвие. Удар такой силы сбивает не-мертвого в прыжке. Тело еще летит, а я уже фиксирую множественные повреждения костяного каркаса, мелкие травмы. Драться сможет, но пока не залатаю, скорость потеряет очень сильно. Второй оказывается более удачливым. Уклоняется от огромной лапищи чудовища и наносит удар. Уклоняется – и снова удар. Вот только у меня создается ощущение, что бьются двое мертвецов, потому как эта дылда совершенно не реагирует на повреждения. А нет, реагирует. Вон глазки как кровью налились. Понятно. Чертов берсерк.

– Леронэ.

– Пф-ф…

Девушка стелящимся шагом направляется к чудовищу. Уж не знаю, каким чутьем этот зверь выделил наиболее опасного противника, но его внимание тут же переключается на девушку. Удар огромной ручищи, что более похож на бросок копья, натыкается на блок мечом. Но блокирует его она лезвием, и чудовище само разрезает себе руку. Быстрый рывок девушки, и рука перерезана вдоль уже до самого локтя. Хорошо, что я кинул заклинание тишины. Тварь орет и колотит оставшейся рукой, что молотом по наковальне. Второе умертвие совершает полет где-то недалеко от первого, а Леронэ продолжает укорачивать тварь до нормальных размеров. На землю падает окончательно отрезанная рука. Рывок девушки к незащищенному телу, и огромная голова падает с довольно-таки жиденькой шеи.

– Болевой порог просто заоблачный, в природных условиях такое не вырастает, предки этой твари явно были созданы в пробирке. Возможно, даже нами, что-то тут есть неуловимо схожее и родственное нашим технологиям, – высказывает свои мысли задумчивая девушка.

Но я ее уже не слушаю. Пытаюсь поглотить всю энергию все еще живой твари. Нет, то, что он скоро умрет – это факт, но даже в таком состоянии он способен некоторое время сохранять активность и сражаться. А тем временем все мои резервы восстановлены. Срываю с пояса пустые кристаллы кварца, но и они заполняются с дикой силой, которая переполняет меня, выходя уже в визуальный диапазон.

– Да, – пересохшим горлом трудно говорить, – я был не прав, рассчитывая, что живности в пещере хватит на линкор. Тут хватит на два таких линкора, минимум!

* * *

Нет, нет, нет. Я ошибся. Создатель этих существ был конченым психом. Просто больным на голову. Тело монстра уже мертво, а жизненная энергия все течет. Я уже заполнил все имеющиеся при мне накопители, но это оказалось лишь каплей в море. Я выгадал себе лишь пару минут для обдумывания ситуации… а потом, если я ничего не придумаю, просто перегорю. Жадность фраера… Боже, кто мог подумать, что эти грязные, вонючие создания, что и зверьми-то назвать гадко, окажутся настоящими брильянтами в грязи. Я давно научился не смотреть на внешнюю оболочку, кому как не некроманту понимать, что внешность (чаще совсем неаппетитная) совершенно не главное. Так вот, создавший этих тварей, как я и говорил, псих. Я не знаю как, да чего уж там, буду с вами честен – даже зная как, скорее всего, я окажусь, слишком туп для того, чтобы осознать всю схему создания. Дело в клетках тварей. Вроде бы и обычные, они совершенно автономны и содержат просто жуткое количество энергии.

Но куда же она вся уходит, ведь этот орог, хоть и силен, могуществен, но все же для создания, над которым работали такие умы, он, мягко говоря… не дотягивает. А все оказалось просто – вся сила клеток уходит, кроме запредельной регенерации, на продление жизни. Эти создания не размножаются, их количество, конечно, фактически все они – это те существа, что были завезены сюда еще их создателями. Вечная стража. Стража, что не прошла проверку временем. Но вечность явно не оказала благотворное влияние на их мозг. Возможно, когда я освобожу остальных из этого племени и получу доступ в тот их бункер, я смогу ответить на этот вопрос. Но это будет потом. А сейчас проверку временем начинаю заваливать уже я. Что-то я слишком задумался, время утекает, я уже начинаю светиться в видимом спектре от переполняющей меня силы.

Кидаюсь к пытающемуся подняться умертвию. У него обширные повреждения, но для мертвеца это не главное. Поэтому, несмотря на неестественно вывернутые руку и ногу, он пытается встать. Кладу ему руку на туловище и вливаю максимально возможное количество энергии, главное – не спалить уже установившийся и закрепившийся энергетический каркас заклинания. Небольшая волна силы, пущенная по телу, и вот кости с громким хрустом становятся на свои места, абсолютно целые. Хм, сегодня день, что ли, такой? Впопыхах немного перестарался с силой, влил не чрезмерно, но больше, чем нужно, и умное заклинание пристроило силу куда надо, а именно подстегнув процесс эволюции умертвия. Да, вы не ослышались, заведомо мертвые, то есть лишенные возможности развиваться твари на самом деле могут эволюционировать. Простейший и известнейший пример – долгая и кропотливая эволюция вампиров, которые после рек пролитой и соответственно выпитой крови и поглощенной энергии становятся высшими.

Данная особенность на самом деле присуща всем некросозданиям, разнятся лишь ступени эволюции. У умертвий все просто: когда энергетический каркас на сто процентов сольется с телом, а энергия, накопленная в нем, достигнет определенной величины, создание шагнет на новый уровень. Это довольно долгий процесс, о котором мне еще не стоит задумываться, но излишек сил подстегнул его в этом создании. Как я уже сказал, умертвия довольно просты, хоть и не лишены изящества, они имеют только одну такую ступень. Правда, что в итоге получится, зависит от «исходника», использованного при создании. Данное умертвие только начало эволюционировать, весь прогресс заметен лишь в слабом темном тумане или дымке, что стала окутывать все его тело, скрадывая его очертания. Надо бы его поберечь, так, глядишь, и через пару недель Рафаль обзаведется лейтенантом.

Но вернемся к нашим баранам. Время выиграно, но проблема остается. Нужно еще одно мощное вливание сил. Так, для второго умертвия этого будет явно слишком много. У Леронэ вообще ни царапины. Как вариант можно начать преобразовывать трупик орога «не отходя от кассы», так сказать, закольцевав излишки силы в нем же. Но великая жаба давит, крича и вопя об опасности своей спешкой испортить столь ценную тушку. Оно-то так, но переполняющая, словно бочку, энергия совершенно другого мнения, поэтому остается вопрос лишь о том, во что преобразовывать. Для обычного умертвия и легионера, даже для рыцаря – это не просто жирно, это сверх меры. Нужно что-то масштабное, эпическое. Как ни странно, но в голову опять лезут глупости. И именно: одна шутка для «ценителей». А заманчивая, кстати, идея.

Но начну с начала и по порядку. Корни задуманной мною почти аферы таятся в одной моей командировке. Дело было давно, в бытность мою еще только начавшим практику некромантом. Тогда наша делегация, усиленная священниками, отправилась оказывать помощь одной интернациональной археологической организации. Эх, правительство не упустит возможности блеснуть кадрами даже в такой области, поэтому, хоть и со скрипом, но визу дали даже мне. А проблемка там была довольно серьезной. Были найдены захоронения одного древнего то ли торговца, то ли чиновника. Дяденька явно жил красиво и умереть решил тоже красиво и по понятиям. Чтоб, значит, как у уважаемых людей, чтоб не хуже, чем у фараонов. Данное захоронение, находящееся у черта на куличках (читай – тайное), было проведено по всем правилам захоронения фараонов. Мне даже страшно представить, какими суммами ему пришлось подкупать жрецов. И охрана в усыпальнице тоже была «правильная». Древние мумии на своем примере доказывали старую поговорку, что старый конь борозды не испортит, а также, что раньше умели-таки делать не чета сегодняшним тяп-ляпам.

Промучились мы долго, усыпальница была зачищена полностью, и как итог целая, что просто небывалая в наше время редкость, перешла в руки археологов, как обычных, так и магических. Но я отвлекся. Данные ученые ребята долго ахали, много охали и показывали разного рода найденные диковинки, одной из которых было заклинание призыва стража Анубиса, дабы карать врагов и все такое, эдакое «ню-ню» и «чтобы боялись» – для решивших позариться на сокровенное. Заклинание целиком некромантское, ради интереса доведенное до ума, давало возможность поднять ОЧЕНЬ сильную сущность. Но затраты были таковыми, что, имей маг такое количество энергии, он мог бы банальных умертвий «нашлепать» столько, что закидал бы врага шапками. Иными словами ужасающее своей нерациональностью, хоть, тем не менее, не лишенное большой эффективности заклинание.

Ну, вы поняли, тараканов динамитом тоже бить можно. Из-за своей титанической затратности не было помещено в раздел закрытых и использовалось опытными магами, дабы блеснуть эрудицией перед молодняком, показав большую вундервафлю, а потом еще и пожурить молодняк за невнимательность при расчете требуемых на заклинание энергозатрат.

И вот это «да ну нафиг такое» заклинание я и собираюсь применить. М-да, есть чем гордиться, дома покрыл бы себя неувядающей славой… посмертно. Кладу руку на мертвое тело, круги и руны не нужны, при таком количестве энергии все и так будет выжжено силой. Руны для ориентации заклинания заменяет словесная формулировка, с упоминанием имени бога, давая вектор и окрас заклинанию.

– Сей ничтожной данью, о, великий Анубис, призываю слугу твоего, дабы направлял он души на суд твой. Встань, судья!

Громкий и противный звук перемалываемой в кашу плоти знаменует окончание заклинания. Все тело гиганта сейчас один сплошной шевелящийся кусок фарша, который довольно бодро приобретает новые очертания. Проходит минут пятнадцать, и преобразование окончено. Создание, по мощи сравнимое с легендарными костяными драконами (да ладно приукрасил – чего уж там, послабей, но чуток), поднимается на ноги. Рост под три метра. Руки стали пропорциональны, да вот только количество изменилось – добавилась еще одна пара. Все тело перевито мышцами, прямо и не скажешь, что оно давно мертво. Черная костяная броня схожа, скорее, с доспехом гладиаторов – полностью закрытые панцирем участки торса, рук, ног перемежаются с совершенно открытыми участками живота и т. п. Вытянутая морда чудовища стала еще длиннее и теперь по очертаниям напоминала больше собачью, но при этом была полностью закрыта броней, кроме нижней челюсти. Нижняя челюсть была не защищена и демонстрировала почтительное количество острых зубов.

Первый шаг создания получился неуклюжим. Не привыкнув к центру тяжести, судья оперся на огромный валун. Да вот только сделал он это с такой силой, что по бедному камню прошли отчетливые хлесткие щелчки образовывающихся глубоких трещин. Это выступление народных инструментов не могло пройти не замеченным, и вот в пещеру, скорее на одних рефлексах, полетел целый сонм сковывающих, сонных и парализующих чар. Энергии в достатке, а найденные «алмазы» получат от меня максимально трепетное отношение, на которое способен… некромант.

– Алиса, готовь стазис-капсулы. Тебе надлежит принять очень ценный и требующий предельной аккуратности в обращении груз.

– И много капсул? – тут же пришел ответ девушки.

– Давай десятка два.

– Звучит не густо, ты уверен, что хватит на один корабль.

– О! На корабль хватит и половины, но точнее будет видно непосредственно при ритуале. Все, отбой, жду. Конец связи.

Да-да, вы все правильно поняли. Эпического взятия бастиона противника с лужами кровищи и тоннами превозмоганий не получилось. После той моей нервной атаки магическими «транквилизаторами» сопли жевать было уже поздно. Повторные массовые проклятия усталости, сна и притупления реакции летели вплоть до моего полного истощения. Это вам не средневековье с боями «стенка на стенку». Предусмотрительная Леронэ еще при нашем отбытии захватила пару своих орудий эдакой «гуманной» войны с массами, да еще и общеимперским аналогом гранат с усыпляющим газом не побрезговала.

Сейчас в пещере можно было находиться только в спецсредствах для дыхания, которые ни мне (магия очищения воздуха, некроманту без нее никуда), ни Леронэ нужны не были, а о легионерах я вообще молчу. Фактически все, что от нас потребовалось, – это, руководствуясь моим чувством жизни, собрать всю слабо барахтающуюся живность (ороги даже после этого продолжали вяло реагировать, но все же повторная доза дурмана непосредственно при контакте превратила каждого окончательно в живые овощи) и разместить по разным углам поляны. Ороги – в один угол, пленники, находящиеся в глубокой отключке, – в другой и, наконец, пленники, которых уже немножко ням-ням, – в третий.

Видимо, местные все же как-то следили за нами, потому как, когда все было почти окончено, то подошла Ли’а и начала молча осматривать выживших, которых, к слову, благодаря нашему появлению, оказалось довольно много. Но это продолжалось не долго. Успокоив тревогу за родственников, которые, видимо, оказались среди живых, она быстро подошла ко мне.

– Мы в неоплатном долгу. Вы нас освободить. Мы потерять многих, но многие остались жить. Спасибо вам. Как только вы быть свободны, мы идти в обитель предков, если вы желать.

– Вполне, мне очень интересно, что же тут произошло. Поэтому можем идти хоть сейчас, а потом мы уйдем, итак слишком задержались.

Оставив остальных разбираться и приводить в порядок пострадавших, Ли’а повела меня в дальний конец своей деревни. В одном месте край упирался в плотную стену растительности и деревьев. Кое-как пробравшись через них, мы оказались перед совершенно плоской стеной, украшенной орнаментом из рун. Явно рукотворная, но как я ни просматривал ее, как ни старался, чуть ли не облизывал чертову стену – никаких изъянов или полостей в ней не нашел. Просто стена, к тому же довольно плотная. Хотя одна догадка требовала экстренной проверки.


Глава 19. Исповедь одного глупца, линкор и Миимэ

Отметив точку нахождения этой стены, я вернулся к пещерам орогов и начал спускаться в глубину. Пропетляв немного по наиболее широкому коридору пещеры, я уперся в ранее запомнившуюся мне стену. Дело в том, что, в отличие от остальных стен, эта мне сразу бросилась в глаза. Словно только что закрашенная царапина на бампере машины. Вроде бы и краска та же, и скоро заметна не будет, но все равно за что-то глаз цепляется. Так и тут, стена немного выделялась на общем фоне, и цвет немного не тот, и текстура слегка разнится, да и вообще на фоне кучи выщербленных других стен она на диво ровная. Активация карты только подтвердила мои догадки. Оказалось, что эта стена располагалась напротив той стены, словно тут был вход в некое помещение, которое заканчивалось как раз на поверхности.

Ну что же, немного дури, немного «Кары» и неслабый удар кулаком по стене оказал требуемое воздействие. Часть стены пещеры отслоилась и отпала, открывая вид на побитую временем, но еще довольно крепкую дверь, чем-то похожую на таковые у меня на корабле. Немного мата, магии и помощь легионеров, и вот за пару часов мы смогли расковырять вход в треклятое помещение, которое оказалось не сплошным, а явно состоящим из нескольких небольших комнат. В первой комнате нас ждал эпический… облом. Да, совершенно пустая – с точки зрения ценностей, как материальных, так и научных, – комната была забита ставшим теперь уже за многие века бесполезным хламом, покорившимся времени.

Слегка выдыхаю на наполненную моей силой ладонь воздух, словно сдувая с нее пыль, и невесомое марево разлетается по всей комнате. Подобное тянется к подобному, будь я магом огня – и это марево нашло бы даже древнейшее место кострища, моя же сила ищет другое. Отголоски боли, крови, смерти – она с удовольствием потянется к ним, и время никогда не затрет их для истинной силы. Так и есть – более темное марево клубится на одном из столов. Расчищаю стол от хлама и натыкаюсь на небольшую металлическую сферу. Так, слишком мала для жертвенника, тогда…

– Ли’а, можно ли получить каплю твоей крови, – обращаюсь к стоящей за моей спиной и любопытствующей девушке.

– Да, конечно, – и она без промедления режет себе руку, только и успеваю смахнуть с нее немного крови и наполнить порез силой, так он по крайней мере очень быстро зарастет.

– Немного же надо… в общем, хватит этого. – И начинаю размазывать эти капли крови по шару, попутно вливая в него немного силы.

Замираю в ожидании. Тишина, которую через пару минут прерывает тихий, едва слышимый голос.

* * *

– Враг? А может, друг? Или может, это ты, мой единственный удачный эксперимент? Хотя какая разница. Если эта запись существует, значит, не существует уже меня. А если она активировалась, то кровь твоя дает тебе как минимум право знать правду. Хотя, скорее, это все же больше исповедь одного глупца, возомнившего себя умнее сильных мира сего и бросившего всех, кто был ему дорог, всех, кто разделял его взгляды и верил ему, ради такого эфемерного понятия, как всеобщее благо. Но буду краток.

Все началось с амбиций. Амбиций группы ученых, желающих улучшить жизнь, даже не так – превратить жизнь в утопию, где не было бы войн, где не было бы нужды и голода. Эта группа единомышленников поселилась тут, основав личный научный корпус. И работа наша была, не побоюсь этого слова, эпохальна. Мы замахнулись на ранее недосягаемое – на саму нашу суть, на суть жизни в нас. Все очень просто – чтобы прекратит всеобщую нужду, нет необходимости искать новые источники энергии, нет необходимости искать неосвоенные, но пригодные для жизни планеты, что смогут накормить и дать нашему разросшемуся населению жизнь. Во всем этом нет необходимости, если оно окажется бесполезно. Мы задумали ни много ни мало отринуть оковы плоти, и мне, наконец, это удалось.

Но поймите же меня, повсюду враги. Везде шпионы. Я должен был действовать незамедлительно. Я оставил на базе блокиратор и выпустил на свободу мои первые творения, первые экспериментальные образцы. Они послужат хорошей защитой для остальных. Жаль, что не получилось подавить некоторые их низменные инстинкты, совершенно, к слову, уже ненужные. Ну да ладно, они лишь моя первая ступенька. Под их защитой остальным нет нужды опасаться за свои жизни, они могут продолжать творить и работать или же вообще покинут эту планету. Ну а рисковать предстоит только мне. Главы должны узнать о нашем открытии. Надеюсь, ты простишь меня, дочь моя.

– Я не понимать, что это значить, кто были эти ученые? – спросила девушка.

– Судя по всему, ваши очень давние предки. Не знаю, почему, из-за чего или кого они не покинули эту планету, но дальнейшую жизнь они продолжили тут и… кхм… немного деградировали с веками.

– Но как же защита, ведь тут говорить, что нам давать защита?

– Она и была, своеобразная такая защита.

– Но где она, нас никто не защищать.

– Вас – нет, но тех людей – да. И защитой им служили ороги. Вот такая вот насмешка судьбы. Защитники, защищавшие ваших предков, когда те не могли сами противостоять природе этого мира, стали, по воле случая, вашими же тюремщиками, как только вы в защите перестали нуждаться… – Тут маг отвлекся на какое-то сообщение, пришедшее на его компьютер.

– Так, погрузка завершена, всех ваших перенесли в селение. Я оставлю некоторое количество своих воинов для вашей защиты. У меня сейчас много дел, но как только я закончу основные, думаю, через неделю вернусь. Хочу сделать тут себе продовольственный центр, для пополнения запасов еды в будущем. В скором времени я планирую расширить свой экипаж, и мне понадобится много продуктов. Если вы не против, я могу расположить его невдалеке от вас – буду скупать у вас излишки, да и с охраной могу помочь.

– Мы не против, мы понимать, что это нужно, скорее, нам. Я от всех деревня благодарить вас.

– Хорошо, тогда нам перед моим отправлением осталось последнее приключение. Эта комната явно ниже той стены у вас в селении. Тут должен быть подъем в помещение повыше.

Действительно, отыскалась неприметная дверца с небольшой винтовой лестницей, явно не для всех. Возможно, вход в личные апартаменты.

Но пройдя по ней в помещение, я немного подкорректировал свое предположение. Это была личная лаборатория. Все оборудование было старым и истлевшим, но распознать в нем научно-исследовательское было вполне реально. Из общей картины выбивался огромный антрацитово-черный саркофаг. Казалось, будто это совершенно новая, просто немного запыленная вещь.

– Док… ау, ты мне нужен как никогда!

– Ну, занят я, первые доставленные тобой образцы заставляют меня биться в истерике, я буду о-о-очень долго занят.

– Понимаешь, тут дело такое. Я нашел… наверное, это можно назвать стазис-капсулой. Я тебе давал отчеты о временных рамках некоторых произошедших тут событиях, так вот, эта капсула тоже оттуда. И еще, я не чувствую внутри нее жизни.

– Хм, хорошая шутка. Не делай ошибки многих начинающих исследователей стазиса. Вечный стазис невозможен – это все равно, что вести вечную войну со всем миром. Так что, что бы ни находилось внутри – оно давно мертво.

– В том то и дело, мертвого, ушедшего за грань, или просто чего-то органического я там тоже не чую. Большое черное пятно, пустота в пустоте. Черное на черном. Согласись это немного ненормально. Я ранее не сталкивался с таким никогда.

– Я о твоих способностях не знаю ничего. Мне сложно судить. Но я тебе авторитетно заявляю – нет там ничего живого или не совсем живого. Время все сотрет. Но поскольку я знаю, что ты не отцепишься, а ты не отцепишься, можешь его везти, у меня для этого есть одна маленькая уютная лаборатория на одном из почивших линкоров. Что бы там ни было, вреда оно никому оттуда не причинит. Сейчас вышлю тебе капсулу и носильщиков в помощь.

Некромант задумчиво постучал по крышке этого импровизированного гроба.

– Ну, добро пожаловать на борт… первый удачный эксперимент…

* * *

– С возвращением на борт, командор, – первое, что услышал я после перелета с планеты.

– Привет, Зео, Алиса тебя не обижала?

– Нет, что вы, ее советы весьма логичны и эффективны, мне нравится с ней работать.

– Хорошо, тогда к делу. Как закреплен и упакован наш «груз»?

– Состояние пленников стабильно, выхода из рукотворного стазиса не предвидится. Что же до вашей находки, то состояние неизвестной, предположительно стазис-камеры полностью инертно. Я произвел сканирование всеми доступными мне диапазонами излучений – пространство внутри камеры пусто. Но это нелогично. Оно не просто пусто, оно совершенно пусто. Такого нет даже в вакууме. Но это лишь интерпретация произведенного сканирования, возможно, все куда проще или сложнее. Все, что могу пока сказать – камера стабильна и готова к перевозке.

– Хорошо, только прибудем на место, сдай ее на руки доку, пусть определит пока на хранение в свой самый отдаленный и безопасный отсек. Сейчас первостепенная задача – это линкор. Передай доку, что как упакует нашу находку, то сразу пусть готовит к ритуалу корабль; все схемы, руны и места подсоединения кабелей питания я ему перешлю сейчас. Думаю, ему будет интересно поработать в новой для него области. Что касательно безопасности поселения?

– Один патруль я оставил. Также оставил пару дроидов, одного в пассивном режиме передатчика.

– Хорошо, у меня еще есть планы на эти руины и поселение в целом.

Полет прошел обыденно. Уж слишком отдален этот участок галактики. Так что, когда я, отдохнувший, ступил на базу, то док уже был готов и полностью выполнил свою часть работы.

Линкор был усеян целой вязью из множества различных знаков и рун. Свет в отсеке по моей просьбе был слегка притушен. Дополняли картину лаборатории вивисектора толстые нити проводов, отходящие, словно кровеносные сосуды, от корабля.

«Что же, высокие технологии на службе человечества», – подумалось мне при созерцании картины поднимающихся на уровень линкора антигравитационных платформ с непришедшими еще толком в себя орогами. Данные индивиды были уже полностью свободны, не были ни связаны, ни околдованы. Но тяжелые условия транспортировки, длительный стазис и долгое пребывание под тяжелыми для психики заклинаниями притупили их восприятие, сведя к минимуму их возможность оказывать какое-либо сопротивление.

Но вот платформы достигли необходимой высоты, и начался ритуал. Несколько слов «активаторов» для рунных кругов – и вспышка силы волнообразно активировала остаток конструкций. Если вы думаете, что я сейчас буду с ножичком «рэзать дичь», то вы ошибаетесь, заклинание такой силы и сложности не нуждается в столь грубых воздействиях. Все необходимые энергетические компоненты оно вытянет и само, лишь бы материал был под боком.

Засветились холодным, немного синеватым светом руны. От них, вместе со свечением, стал расползаться легкий туман. Но покрывал он не всю площадь, а при всем своем все же хаотическом движении понемногу смещался в сторону жертв. А потом, подобно хищнику, почуявшему близость жертвы, резким рывком в воздухе вплотную приблизился к орогам и начал покрывать их тела. Через десять минут в коконе из тумана уже было совершенно невозможно различить находящихся там существ, а отростки тумана светились вовсю, создавая вокруг линкора рисунок звезды. Но края этой звезды со временем начали истаивать, свет пропадал, а платформы сияли девственной чистотой и пустотой, в то же время центральные части, все ближе к линкору, стали светиться сильнее, распадаясь и рассредоточиваясь вокруг корабля.

Находящийся в этом энергетическом коконе корабль, словно в маринаде, пропитывался энергией и изменялся под ее воздействием. Первым видимым изменением стал цвет. Ранее пусть и темный корабль имел оттенки зелени, а его черные части на самом деле были грязно-зелеными, но теперь все стало иначе – цвет стал именно черным. Ранее, еще даже до момента становления кораблем альвов, ЭТО было живым существом, поэтому некоторую свою природную анатомию оно сохранило. Теперь же животные черты были усилены, и корабль обзавелся шикарной костяной защитой в районе «головы». На корме же появились огромные шипы-лезвия, напоминающие костяные шипы на плавниках рыб. Выглядели они весьма опасно и впечатляюще и вполне могли перерезать неудачно сманеврировавший фрегат, а то и крейсер.

Но это было не совсем оружие, просто опять же, подобно плавникам, оно прикрывало более хрупкие, но не такие массивные лазерные установки, которые находились на гибких манипуляторах и создавали эффект продолжения режущего плавника, если находились в одной с ним плоскости. В то же время они могли вести огонь в совершенно хаотичном направлении вне зависимости от стороны. Основной калибр был и раньше спрятан на носу судна, сейчас он так и не стал видимым, поэтому о точных изменениях сказать сложно. В районе абордажных камер появились роговые утолщения брони, а сами капсулы для запуска абордажных команд имели четыре отростка, чем-то напоминающие щупальца осьминога, которые в пассивном состоянии складывались вместе, образуя шип, который мог с легкостью пробить обшивку корабля. Такие утолщения и роговые защиты были во многих важных местах корабля.

Еще стоит отметить камеры основных орудий, которые располагались «во рту» линкора. Ранее, когда это существо еще было существом, возможно, там у него и был рот, но потом оно было переделано на защитный отсек для основных орудий. Но волна изменения исказила его. Теперь «рот» стал намного шире и тянулся вдоль всей длины налобной защиты, параллельно ей. Человек из нашего мира вполне мог узнать в передней части корабля некоторые черты, присущие существам из кинофильма «Чужой».

Туман же постепенно стал вращаться по часовой стрелке. Сначала слабое вращение переросло в настоящий ураган, центром которого служил находящийся внутри корабля монолит. Было заметно, что вся собранная в тумане энергия постепенно всасывается в него.

– Внимание! – внезапно появился Зео. – Замечены несанкционированные действия в дальнем инженерном отсеке.

Поскольку дальнейший ход ритуала от меня не зависел, я смог полностью отвлечься на искин.

– Выведи на экран.

Легкий мрак помещения озарился светом голопроектора, тут же сменившимся тьмой проецируемого помещения. Наложенный сразу же светофильтр дал четкую картинку. В небольшом ангаре находился забытый на время «гроб» стазис-камеры. Но вот вокруг него происходила настоящая чертовщина. Все окружающее оборудование просто взбесилось. Некоторые инженерные приспособления самопроизвольно включались. Причем, включившись, они начинали работать на износ с такой интенсивностью, что через пять минут в помещении не было ни одного рабочего на электричестве предмета. Да вот только вся энергия, выделяемая в избытке сломанными, искрящими электричеством предметами, отчего-то не уходила в пространство, а плотным жгутом била прямо по капсуле. Отсек озарился дюжиной таких «предсмертных» вспышек несчастного оборудования – и все замерло.

Тишина продлилась ровно до момента активации капсулы. С ужасным скрипом ее крышка все же отъехала на пару сантиметров. Все присутствующие с ожиданием смотрели, что же будет дальше, но мне и так было известно, ведь в магическом зрении крышка не просто отъехала, после этого капсулу покинуло… что-то, что я даже рассмотреть не смог – сплошной темный сгусток, который будто поглощал всю разлитую вокруг энергию, особенно электричество.

Окончание процесса поглощения некроэнергии монолитом совпало с появлением этого неизвестного сгустка, который с нереальной, возможной только для энергетических структур, скоростью полетел к монолиту, а потом и вовсе исчез в нем.

Опять все замерло в ожидании, чтобы через мгновение послушный и, чего греха таить, спящий зверь-корабль взревел в неистовом крике ярости и боли. Покрывающие его корпус руны загорелись с новой силой, а пасть открылась, давая возможность увидеть множество огромных острейших зубов и заметить кусочек орудия, что раньше было главным калибром, сейчас же выглядело, скорей всего, как большой, разросшийся и пульсирующий красным кристалл, что применяется в любых лазерных пушках. Пара энергетических кабелей не выдержала брыканий корабля и с громким треском лопнула, вызвав очередной вой чудовища.

– ТИХО! – прокричал маг.

Что удивительно, но окрик возымел результат, и бушевавшее секунду назад чудовище замерло, как и полагается благообразному кораблю.

– Вы знаете, что тут произошло? – спросил док.

– Во всем полностью не разобрался, но в общих чертах мы стали свидетелями примера общегалактической жадности, которой, как оказалось, подвержены все существа в мире. А еще увидели пример высказывания о том, что «не все йогурты одинаково полезны».

– Возможны ли подробности и разъяснения?

– Безусловно. На той планете мы нашли, безусловно, исследовательскую станцию, и, как я думаю, эксперимент, проводимый там, увенчался успехом. А исследовали там не много и не мало, а возможность перехода в энергетическую форму существования. Уж не знаю, с чем это связано, но перешедший в эту форму подопытный имел очень большое сродство именно с электрической энергией, ну, вы могли это видеть в том доке, когда он высасывал все силы у злосчастного инженерного оборудования.

Так вот находившийся много веков на голодном пайке подопытный, что в его случае явный плюс (уж не знаю, где бы он там электричество искал, не бегал же за тучами?), увидев такое количество энергии, что называется, дорвался. Да вот только намешанная тут энергия хоть и отдаленно имеет привкус родной для него электрической, но он настолько слаб, что почти не ощутим в винегрете других структур. Но на безрыбье и рак рыба – кинулся на то, что было. И сам себя загнал в ловушку – в монолит.

Да вот только как существо энергетическое смог расширить свою сущность на весь корабль, в некотором роде обрел псевдоматериальность, но поскольку образовавшаяся в ритуале энергия имеет четкий отпечаток проводившего ритуал мага, то есть меня, то и связь с созданными мной существами я не терял. Поэтому хоть он и обрел возможность «вселиться» в корабль, но тело корабля, без моего на это разрешения, ему не подчиняется – «защита от дурака». Вот и остается ему теперь ждать, когда иссякнет энергия в монолите, на которой он хоть и сможет отъесться, но ее плотность такова, что она для него, скорее, как тюрьма. А иссякать она не будет, уж я-то об этом позабочусь.

– Чем это нам грозит?

– Ничем. Я могу в любой момент растворить сущность в потоке энергии корабля, размыть и растерзать ее, словно в урагане. Но есть и другой вариант. Если у меня получится и переговоры пройдут удачно, у нашего линкора появится очень и очень специфичный, но ужасающе сильный искин.

– То есть я так понимаю, ты полностью контролируешь корабль? – уточнил док.

– Я не… – но тут маг запнулся, задумался, после чего, видимо, приняв какое-то решение, уточнил: – Вы же контролируете свое тело, док?

– С утра вполне себе контролировал, – принявший вопрос за шутку, хохотнул тот.

Но маг после его слов одним плавным и даже, скорее, демонстративным движением шагнул к профессору. Одновременно с этим он вскинул перед лицом дока руку. Тот, не ожидавший ничего подобного, все же немного отшатнулся от замершей у самого кончика носа руки.

– Ну и чего вы дергаетесь, док? – даже, скорее, скучающе уточнил некромант. – Я все же не сделал ничего представляющего для вас угрозу.

– Извините, рефлекторно получилось… – начал было оправдываться тот, но, натолкнувшись на насмешливо-ироничное лицо мага, замер, пораженный догадкой. – Вы хотите сказать, что некоторые рефлексы и условности, присущие телу, не подконтрольны и с их помощью корабль может оказать агрессию.

– Нет, вы поняли все слишком буквально. Я лишь хотел показать, что у засевшего внутри корабля существа будет достаточно возможностей навредить экипажу, даже находясь в полном подчинении. И именно поэтому я хочу договориться, все же союзник намного лучше раба. Но как я и говорил – суть вы уловили, поэтому прошу вас подождать меня снаружи корабля и проследить, чтобы на период моего отсутствия никто не попробовал проникнуть на корабль.

– Это неприемлемо. Небезопасно. Это авантюризм в конце-то концов!

– Нет, это банальные требования техники безопасности при проведении столь специфических контактов. И дело даже не в опасности для жизни, тут можете быть спокойны, у меня достаточный для этого контроль. Тут дело, скорее, в наличии… козырей и возможности что-то предложить… пообещать каждой из сторон. И чем меньше у него будет информации, тем лучше.

– Хорошо, теперь я вас понял окончательно. Я останусь у входа в док, прослежу, чтобы никто не сунул сюда свой любопытный нос. Можете работать спокойно.

– Благодарю, что же, тогда я вхожу.

* * *

Кивнувший в ответ док удалился в глубину отсека. Маг же направился к новому «сердцу» линкора, туда, где находился заполненный энергией монолит. Но только начавшийся путь не оказался легким. Стоило ему зайти в глубь линкора, как по стенам пошла рябь. Создавалось ощущение, что под обшивкой передвигается какое-то существо. Вот со скрежетом вздулась обшивка рядом с магом, но тут же всё пришло в норму, там находилась все та же ровная стена. Некромант продолжил движение, но звук его следующего шага слился со скрежетом разрываемой переборки корабля. В плечо обернувшегося мага впилась пасть, чем-то схожая с помесью змеи и рыбы и имеющая ряд мелких, но длинных иголок-зубов. От головы же шло змееподобное тело, что скрывалось глубоко в корпусе корабля. Хотя даже не так, оно и было корпусом корабля. Тут же на лбу этой «змеи» выступила алая светящаяся руна, и тонкий туман энергии потянулся прямо из тела мага в ее пасть.

Впрочем, судя по лицу мага, ни дискомфорта, ни тем более испуга он не испытывал. Лишь на миг сосредоточился на месте укуса, где вместо того, чтобы ослабнуть или пропасть, энергетический поток только усилился. Правда, кому от этого стало хуже, еще оставалось под вопросом, так как змея-пиявка тут же отпустила плечо и начала извиваться, будто пытаясь стряхнуть с себя невидимую угрозу. А далее ее агония только усилилась, немаленькое такое тельце что есть силы молотило боками, шеей, головой по полу. А потом она замерла. Стал едва слышим тихий шелест и вторившее ему едва уловимое шипение. Голова твари начала распадаться, причем совершенно мелким прахом, оседающим на пол отсека. Оставшийся обрубок еще некоторое время побарахтался, побился об пол отсека, а потом резким движением втянулся в переборку корабля.

– Я так понимаю, любви с первого взгляда или минимум дружбы со второго у нас не получится, – то ли спросил, то ли констатировал факт маг.

Ответом ему послужил звук треска переборок. Но в этот раз все происходило куда более бережно. Покрытие само аккуратно разъехалось, давая возможность вылезти трем таким же, хотя и более крупным, змеям. Они замерли на месте, словно хищник, готовящийся к атаке. Миг – и все три кинулись, схватив человека, кто за руку, кто за плечи. Но атака опять не принесла никаких повреждений, даже кожа в месте укуса не была повреждена, хоть по виду и судорожным движениям змеи что есть силы пытались прокусить плоть.

– Правило номер один, – заговорил, обращаясь в пустоту, некромант, – созданное существо при соблюдении ряда правил никогда не нанесет вреда своему создателю, оно просто неспособно навредить ему.

На лбах всех трех змей запылали такие же алые кровавые руны, как и у их товарки ранее. Увидев это, маг лишь тяжело вздохнул, буркнув что-то схожее с «повторяешься».

Но в отличие от первой попытки змеи не стали кусать некроманта. Все три создания стали обвиваться вокруг него, полностью лишив того возможности двигаться. Когда процесс «обездвиживания» завершился, все три рептилии смотрели прямо в лицо магу, после чего на всю ширину распахнули свои пасти. Изнутри возник очень слабый красный свет, приобретающий едва различимую форму закручивающейся воронки, к которой потянулась серебристая энергия мага. Но в тот же момент его глаза засияли тем же серебром, и с противным звуком разрываемой плоти на пол отсека упали куски змей.

– Отсутствие тактильного контакта при поглощении никак тебе не поможет. Пока в создании течет хоть капля энергии мага, оно будет испытывать с ним сродство энергий, а значит, навредить ему, в энергетическом плане, становится очень и очень сложно, почти невозможно, – констатировал некромант, беря в руку кусок змеи, на котором располагалась голова. – Но это, конечно же, не касается самого мага, – продолжил разговор с пустотой некромант, сосредоточив свое внимание на куске в своей руке.

Руки мага на долю мгновения засветились, а потом и кусок плоти корабля в руке начал светиться серебром. Но вот дальше пошло явно не по плану некроманта. Светящаяся плоть сначала стала все так же осыпаться прахом, но вот оставшаяся малая часть вместо этого повела себя нестандартно. А именно резко увеличила интенсивность свечения. Все, что успел при этом сделать некромант – это резко отбросить кусок подальше.

Упавший на пол кусок продолжал светиться еще какую-то пару секунд. А потом резкая вспышка света ознаменовала его распад. Вот только вместе с оседающим прахом куском змеи так же рассыпалась в прах небольшая часть пола, куда он собственно и упал.

– Усиление и проводимость?! – Маг был ошарашен, но тут же взял себя в руки и начал задумчиво бормотать, ведя диалог сам с собой. При этом его окутало свечение, и вместо неспешной, даже показушной походки «хозяина» по кораблю теперь двигался настоящий «танк», который, даже не обращая внимания на свои действия, все так же бормоча про себя, иногда голыми руками открывал некоторые запертые наглухо двери отсеков.

– Такое невозможно… точнее возможно, но теоретически. Органика выступила проводником заклинания, оно воздействовало не только на него, но и дальше на среду. Это, в принципе, достижимо, но усиление… Да еще и совершенно неподготовленной для этого вещью. Как такое возможно?! Стоп. Я где-то читал. Нейтральная среда, нейтральная… чистая… да вспомнил. Гомункулы. Выращенные в изолированной среде органики. Если на них воздействовать определенного оттенка энергией, то они выступали как усилители, а если их создатель вплетал еще и свою частичку в их энергетику, то и как проводники. Но причем тут это? Как оно мне поможет? Стоп. Корабль – это органика, это выращенная в изолированной среде, искусственно, органика, которая потом еще и мариновалась в космосе – также условно «чистой» среде, уйму времени подверженная одному виду энергии – некромантской. Это что же получается – тело корабля, словно искусственный гомункул?! Удивительно, бриллиант в грязи не иначе. Это не просто перспективы, это ужасающая мощь. Возможность проводить через свои ткани мою магию, при этом усиливая ее. Все равно, что дать возможность кораблю колдовать! Но это потребует уйму сил. Да и заклинания пойдут не все, только мгновенного действия, чтобы не «подпалить» ткани проходящим через них потоком силы. А это значит, что девяносто процентов этих заклинаний – атакующего типа. Подходит идеально. Но только сам я не потяну. Нужны усилители. Огромные усилители! Зео!

– Вы уже закончили, командор? – тут же отозвался искин через маленький наладонник.

– Нет, я тут задержусь. Пока меня нет, перед тобой задача первостепенной важности. Выгреби все остатки морфита. Я даю согласие отложить на время восстановление техники в кораблях, где использовался данный минерал, но мне нужны все наши запасы, немедленно!

– Что мне с ним делать, командор?

– Пусти на переплавку. В идеале должно получиться пять монолитов в форме колонн.

– Командор, я изучил ваши методы взаимодействия с энергией, и хоть многое мне еще не ясно, общая ваша цель мне понятна. Также я предполагаю, что вам понадобится сохранять с ними постоянный контакт или держать где-то поблизости. Из этого могу сделать вывод, что проектировать необходимо, исходя из размеров капитанской рубки на этом корабле. Причем как можно ближе к капитанскому мостику, в идеале на нем. Я прав, командор?

– Хм… и когда это ты так поднаторел в моих «методах взаимодействия с энергией»?

– Прошу меня извинить, командор. Я использовал пять процентов моих вычислительных мощностей для изучения этого феномена. Это необходимо для лучшего понимания и взаимодействия между командором и кораблем, поэтому я счел необходимым изучить…

– Да понял я, понял. Не сержусь я. Хватит оправдываться. Ну и как твои успехи на этих нивах?

– Понимаете, командор, все мои логические цепочки рушились, пока я не наложил матрицу использования энергетических потоков имперских кораблей на ваши манипуляции. Это дало мне возможность провести параллели исходя из некоторых совпадений.

– Ну не удивительно, все же законы взаимодействия с силой весьма схожи, кем бы ты ни был. Ну да ладно. В общем, ты понял – пять монолитных колонн из морфита, условно монтируемых на капитанском мостике, должны быть готовы с ближайшее время. Работай, Зео, я итак потратил слишком много времени на разговоры. Наш будущий друг уже устал блокировать передо мной все попадающиеся двери, – проговорил уже более весело маг, проводя светящимися руками по очередной двери. По ней прошла вспышка света, и она легко открылась.

– Как я и говорил, пока есть хоть капля моей энергии в теле корабля, для меня тут нет закрытых дверей.

Очередное помещение, в которое и вошел некромант, оказалось его конечной целью. Свободное помещение хранило полностью почерневший монолит. Только множество светящихся мягким алым светом рун создавало своеобразную ауру вокруг камня. Маг подошел вплотную, осматривая монолит, при этом все шире и шире улыбаясь. Но тут он остановился, выпрямился и обратился к одному из углов монолита.

– Ну, здравствуй. Как ты уже, наверное, догадался, нам сейчас с тобой придется поговорить о множестве вещей, – заговорил некромант, глядя на камень, в глубине которого, сквозь наполняющую его тьму, на мага смотрела пара хищных змеиных глаз. – Что же так и будем играть в гляделки или все же поговорим? Ну, хотя бы познакомимся?

– Мне не о чем говорить с тобой, разбойник, – ответивший из монолита голос был удивительного тембра. Произносивший слова явно не заморачивался такими понятиями, как колебания воздуха, дыхание и голосовые связки. Голос был удивительно приятным, сильным и… женским. – Ты, ничтожное существо, украл меня из моего же дома, где я ждала возвращения своего создателя, своего отца, и после этого ты еще смеешь что-то требовать, что-то просить!

– Домом не называют место, которое тебя потихоньку убивает, где ты лежишь в одиночестве и темноте, растягивая тяжелые годы до момента, когда капсула окончательно не сможет поддерживать целостность твоей энергетической оболочки и ты просто развеешься без подпитки, – голос мага был спокоен, но полон печали. – И ты же тоже понимаешь это… то, что он не придет за тобой, он не вернется.

– Не тебе, кусок мяса, говорить так о создателе! Не тебе, жалкий вор! – глаза дернулись, и в следующий момент из монолита вылетело, подобно голубой молнии, существо.

Удар светящейся руки был остановлен в паре сантиметров от горла некроманта. Причем сам маг представлял собой светящуюся такой же синевой фигуру, и даже при самых незначительных движениях казалось, будто он разделяется на материальную и окутанную легкой синевой духовную оболочки. Светящаяся рука была остановлена рукой мага, а само атакующее существо замерло, судя по глазам, шокированное происходящим. Эта заминка позволила теперь уже более-менее спокойно рассмотреть… её. Энергетическое тело было девушкой, по своим очертаниям явно находящейся в родстве с аборигенами той планеты, правда, черты ее лица были куда более плавными и не такими хищными. Взгляд притягивали глаза с вертикальным зрачком, которые постепенно изменяли свой цвет от алого к золотому. При этом длинные волосы девушки были неестественного голубого цвета и словно развевались на невидимом ветру. Хотевший, было, что-то произнести некромант сказал явно не это:

– Кого же ты мне напоминаешь?

– А? – М-да, похоже, ситуация выбила из колеи не только мага.

– Кхм, это потом. Вернемся к нашему разговору. Здесь и сейчас, здраво и без нервов подумай. Ты же знаешь, сколько ты провела в этом саркофаге. Если бы он хотел, он бы уже сотню раз вернулся.

– Если бы он МОГ! А что, если он схвачен и ему требуется моя помощь? – слова девушки звучали как-то жалобно, она сама понимала ситуацию, но упорно хваталась за соломинку.

– Я видел его записи и дневник. Поверь, если бы он вернулся, то ради мнимого спасения своего народа он бы тебя, скорее всего, на детальки разобрал, чем принял бы как дочь. Все же ему ничего не помешало оставить на той планете своих коллег. Хотя не спорю, он бы сильно переживал и испытывал муки совести, это да.

Силуэт девушки начал наливаться светом, а глаза снова заалели красным, но некромант, словно этого не замечая, продолжал свой монолог:

– Но ты, безусловно, мне не поверишь. Что же, выслушай мое предложение…

– Да как ты смеешь мне… – перебила его эта фурия, но тут же вскрикнула: – АЙ!

А некромант спокойно дотронулся указательным пальцем до монолита. Небольшая молния прошла от руки мага и ударила в минерал, что и вызвало вскрик девушки.

– Как ты смог мне… АЙ! – это была очередная маленькая молния.

– Как видишь, для меня ты не бестелесный призрак, что может творить все, что угодно, пользуясь своей нематериальностью. Даже больше, ты смогла попасть на самого опасного и неудобного для тебя противника во всей галактике. Соболезную. Но продолжим, и советую выслушать мое предложение до конца, оно вполне щедро и целесообразно… при твоей ситуации.

Девушка притихла. Глаза снова отливали золотом, а общий силуэт излучал такую тоску, что невольно перед мысленно возникал образ брошенного мокрого щенка.

– М-ма-а… – К таким переменам был не готов даже маг, – кхм… так вот. У тебя сейчас, даже без моего на то вмешательства, две проблемы. Первая – это энергия для твоего существования. Пока накопитель корабля заряжен, ты сможешь легко подпитываться от него, спору нет. Но он не будет таким вечно. Да, долго. Но не вечно. И когда энергия начнет уходить в минус, он сам тебя поглотит как сущность с меньшей энергией, чем он. Я могу обеспечить его постоянный заряд или же в любом случае извлечь тебя, если корабль начнет тянуть силы уже из тебя.

– Ты предлагаешь мне сменить саркофаг на золотую клетку?

– Ну, если это для тебя проблема, то возможность материализации, как и тело, я тебе обеспечу.

– Хорошо, я тебя услышала, что за вторая проблема.

– Поиск твоего народа. Думаю, твой возраст достаточен, чтобы не верить сказкам и понимать, что начни ты случайно рыскать по космосу, шанс их найти ничтожно мал. От себя добавлю, что такой расы в обжитом космосе нет. Хотя с некоторыми колонистами могу тебя познакомить поближе, но немного позже, мы только оттуда. Но впереди у нас множество странствий, вероятность, что где-то что-то слышали о таких, как ты, пускай и призрачна, но существует. Вместе найти их у нас шансы намного выше.

– И что же заставляет тебя помогать такой несчастной мне? Добренький очень?

– Не буду скрывать – всему виной банальная выгода. Ты в роли искина для этого корабля – это настоящий Клондайк возможностей. Корабль, имеющий вычислительные мощности лучшего искина и при этом думающий не протоколами, а как живое существо. Бесподобно.

– И ты, в свою очередь, обеспечишь мне эти поиски длиною в жизнь?

Маг стал очень серьезен. На правой руке запылало холодное зеленое могильное пламя. От неожиданности даже нематериальная девушка отшатнулась и нырнула в накопитель.

– Нет, это не так. Да подтвердит магия правдивость моих слов!

В тот же момент, пламя объяло всего мага, казалось, что еще секунда, и он будет корчиться в муках, заживо сгорая. Но вспыхнув, оно так же и опало, а потом и вовсе исчезло.

– Как видишь подтверждение получено. Ты – как существо почти полностью энергетическое – могла понять, даже не осознавая, что перед тобой произошло, что все происходящее не было игрой.

– Но если ты найдешь их, а я захочу остаться с ними? Отпустишь, что ли?

– Я изначально не планировал тебя в роли искина. Ты, скорее, удачная возможность. Поэтому да, если ты захочешь покинуть борт корабля – отпущу.

– Ну, хорошо.

– Что, не слышу.

– Хорошо, говорю, я согласна на твои условия! – И она тут же нырнула в накопитель, чтобы в следующую секунду пулей вынырнуть оттуда. По еще играющим мелким искоркам на руке мага можно было легко догадаться, кто стал этому причиной.

– …командор.

– Я согласна на условия, командор… – Ядом в этой фразе вполне можно было устроить геноцид на небольшой планете. И девушка снова нырнула в монолит. И снова стрелой вынырнула наружу. Опять искорки играли по руке мага.

– Ты это специально, да? Что еще не так? – Фраза была произнесена с интонациями матерого садиста, уже нацелившегося на жертву.

– Да, собственно, забыл у тебя спросить, как тебя вообще зовут-то. Вот, например, меня – Александр.

– Э… – простой вопрос, видимо, вызвал в душе девушки целую бурю чувств, которые не преминули отразиться на ее лице, а неуверенный голос ответил: – Я не знаю. У меня нет имени.

– Но мне же нужно как-то к тебе обращаться?

– Как хочешь, так и обращайся, – окрысилась та.

– Хорошо, ты сильно мне кое-кого напоминаешь. Поэтому я буду так тебя и называть. Уж очень ты похожа. Буду звать тебя Миимэ.

Бедный маг совершенно не ждал такой реакции от девушки. Та слитным рывком из накопителя буквально уперлась в его лицо с пылающими любопытством глазами.

– Эй, эй, а что это значит? Или кто его носил? Расскажи, расскажи же!!!

Некромант постарался как можно незаметнее потушить заклинание изгнания духа в своей руке. А потом, словно нашкодивший ребенок, заозирался по отсеку и тихо, почти шепотом произнес, будто готовясь рассказать что-то личное и совершенно неприличное:

– Интересно. Хочешь, я расскажу тебе одну историю? Историю одного пирата.


Пару дней спустя


– Я беру назад свои слова, вы были совершенно правы, – как бы между прочим проговорил док.

Разговор завязался на пути к мостику, где должен был происходить финальный осмотр и запуск линкора. От меня требовалась экспертная оценка магической составляющей систем, от дока – технической.

Впрочем, о том, что там все работает и в полном порядке, мы знали и так – сами же с ними и возились. Шли же мы, скорее, из-за просьбы Миимэ. Эта наглая девчонка – электровеник (уж поверьте, когда она перестала видеть в нас врагов, да еще и после того как перезнакомилась со всем интернационалом в команде, то ее поведение стало ну ни разу не соответствующим «высшему» энергетическому созданию, а скорее – «наскипидаренной» девчонке). Впрочем, ее можно понять. Во время создания и пребывания на базе вряд ли она видела много интересного среди этих колбочек и приборов. И мне совершенно не верится, что там кто-то позаботился о ее воспитании как социального существа, о расширении ее кругозора и интеллектуальной пище. Скорее, просто, в целях того же эксперимента и анализа, провели адаптацию и обучение по минимальной планке.

Поэтому, хоть возраст этого существа был более чем почтительным, ее психологический возраст соответствовал скорее любопытной девчонке, возможно, даже не достигшей совершеннолетия. А уж после моего рассказа… точнее рассказов, потому как уже после первого она с маниакальным кровавым светом в глазах, от которого и мне, бывалому некроманту, стало не по себе, буквально замогильным голосом потребовала «еще», и я был взят в настоящую осаду.

В итоге, из-за невозможности постоянно что-то припоминать и рассказывать я даже пошел на крайние меры, поскольку уж лучше траты магических сил, чем нервное истощение от поминутных реплик «расскажи еще историю!». В итоге один из моих бракованных кварцевых кристаллов, что не мог полностью держать заряд магии, стал идеальным вместилищем для выборочных воспоминаний под грифом «фэнтези». И хоть хранение оных требовало сил мало, но вот извлечение заняло целый ритуал.

Весь экипаж еще долго ходил как пришибленный после того, как узнал, ЧТО я создал в расчерченном ужасающим набором рун круге с зубодробительной сложности силовыми линиями. А вот Миимэ разве что не попискивала от удовольствия, постепенно просматривая и «смакуя» весь этот «кладезь специфических знаний». М-да, ужасающая по силе и потенциалу фэнтези-маньячка. И это энергетическое существо, от которого я ожидал пусть и не великих откровений о мироздании, но чего-то действительно… хм… «возвышенного». М-да…

И мне, признаться, тревожно от того, что сейчас откроется моему взору. А дело тут в том, что Миимэ попросила нас с доком покинуть ангар после того, как корабль был доделан (как технически, так и рунически, что с ее помощью, кстати, заняло считанные мгновения) и накопительные колонны на капитанском мостике установлены, для наведения последнего лоска на внешность корабля. Как она высказалась «дабы внушал». Ну, не знаю, как по мне, он и до этого весьма неплохо «внушал», эдакий хищник космического «моря». Ну, да ладно мандражировать, «нет ничего непоправимого»… надеюсь. Вот с такими мыслями я и зашел в док и увидел… это.

Что тут можно сказать. К делу подошли с любовью и выдумкой. Ранее линкор, хоть и отличался от кораблей тех же альвов по внешнему виду, но имел некоторые все же общие с ними формы и обводы. Он был, скорее, таким же хищником, как и они, лишь более «зубастым». Теперь же то, что было ранее кораблем альвов, стало совершенно неузнаваемо. Светлые защитные пластины приобрели кровавый окрас и стали еще более рельефными. Это касается и широкой головной защиты корабля. Но вот дальше шел настоящий творческий беспредел. Все стационарные орудия, которыми были усеяны бока корабля, прибрели совершенно другие обводы защиты. Теперь их защита имела вид оскаленных в мертвой улыбке черепов с ужасными остроконечными зубами, из пастей которых торчали стволы орудий. На этом фоне кровавого цвета части защиты напоминали больше кости «немертвого» корабля.

А вот «голова» корабля представляла собой вообще что-то невообразимое, хотя в моем случае весьма узнаваемое. Сплошные костяные пластины а-ля «Чужой» незначительно поменяли форму и приобрели пару наростов. И теперь нос корабля выглядел оскаленным – черным с алым отливом – черепом, заполненным треугольными акульими зубами в несколько рядов. Но так было ровно до того момента, пока корабль не делал «а-а-а» на всю ширину своей пасти. Скрытые черным фоном корабля стыки на голове линкора разъезжались, и оскал приобретал на двести процентов больше зубов и длины пасти. Теперь корабль был не хищной рыбешкой среди таких же, но помельче. Нет. Теперь он был настоящей акулой. Причем не совсем живой акулой.

Но если некоторый плагиат на почве увлеченностей Миимэ я еще смог как-то перетерпеть, успокоив себя, мол, «главное, чтобы внушал», то вот, оказавшись непосредственно внутри корабля, я всю дорогу до командного мостика повторял про себя как мантру: «Больше никакого фэнтези!» И всему виной внутренняя обстановка корабля. Тут вам и легкая прозелень освещения. И множество орнаментов из черепов и костей. Особенно добили двери между отсеками, по краям которых были вплавлены скелеты, указывающие на проход в эдаком приглашающем жесте. «НЕКРОПОЛЬ ПО-ДОМАШНЕМУ, ВСЕ ДЛЯ КОМФОРТА НЕКРОМАНТА!» – эдакий трейдерский лозунг периодически приходил в голову после осмотра сего добра.

Все это вызвало в душе веселье и игривое настроение, но, как ни странно, на других сей плагиат подействовал совершенно иначе. Первые пару часов док ходил по кораблю весьма бледный, видимо, в данной галактике все же некрополь-стайл распространен не был. Да и остальные были задумчивы и молчаливы. Подозреваю, что для них, детей космической эпохи, весь этот антураж навевал инстинктивный, заложенный глубоко в ДНК и давно позабытый страх. Забытый и необъяснимый. А это лишь усиливало его влияние.

Ну что же, возвращать классический дизайн кают, думаю, будет решением преждевременным, пусть побудет так. Возможно, некоторых «гостей» на корабле это сделает более сговорчивыми. А гости ожидались в ближайшее время. Я, как и обещал Айле, собирался идти на контакт. Кораблю и не только ему, но и станции требовался экипаж, причем не только мертвый. Поэтому среди вассалов князя я хотел подобрать себе команду «по рекомендации благодарного родителя». Да и легализоваться через альвов будет проще. Как я понял, наблюдая за поведением Леронэ, все же альвы не люди, и понятие чести у них куда как сильнее развито, поэтому на то, что меня встретят тепло, были большие надежды. К тому же фронтир – это не то место, где разбрасываются союзниками (хотя пушки при подлете все же лучше держать «прогретыми»).

С такими вот мыслями на тему «как бы поудачней подкатить к альвам» я и двигался к моему месту в командной рубке. Двигался, совершенно уйдя в себя и не замечая окружающего. И поэтому не сразу заметил, как у дока начался приступ тяжелейшего косоглазия, направленного в мою сторону.

– Что-то случилось?

На мой вопрос тот лишь молча указал мне в район сердца, где располагался один из внутренних карманов.

Хм… признаться «протормозил». Тупо уставился на указанное им место. И уже через пять секунд увидел легкий разряд электричества, пробежавший там. И через пять секунд еще один.

Догадаться вовремя, что происходит, все же я не успел. Только достать из того самого кармана небольшой кристалл кварца – часть куска, отданного Айле. И в этот момент словить финальную «напоминалку» – довольно чувствительный удар тока, от которого чуть не выронил кварц.

«Что же, похоже, встречу с альвами стоит проводить как можно быстрее, ведь девушка очень убедительно просит, а заставлять ждать даму некрасиво» – с такими мыслями я сел в капитанское кресло в центре импровизированной пятиконечной звезды из морфита. Его же пять колонн были установлены на каждом ее луче.

Стоило мне занять место и позволить манне свободно течь через эти усилители, как колонны тут же наполнились светом от горящих на них рун. Корабль ожил.

– Тест окончен. Системы работают стабильно, кхм… по крайней мере те, в которых я разобрался, – отрапортовал док.

Ох, чует мое сердце, надо его чем-то отвлечь, а то он наразбирается так, что корабль по винтику собирать заново придется.

– Всем слушать мою команду. Док, остаетесь в колонии – работы по реконструкции имперских линкоров еще никто не отменял. Оставляю Алису вам в помощь. Леронэ, бери сестричек и грузи максимально возможную, с учетом поддержки обороноспособности базы, ударную группу на линкор. Док, десяток фрегатов из уже протестированной партии я забираю с собой.

– Ну, и куда такая внезапная спешка?

– Летим налаживать отношения с соседями. Вот тебе так просимый тобою «тест в условиях, приближенных к боевым». Я тебе скажу даже больше – ближе просто некуда. Вылетаем по готовности.


Глава 20. Князь, отряд прорыва против киборгов и возвращение Айлы

Отступление 2


Фронтир. Альвийское поселение на границе. Главная база альвов дальнего сектора космоса

«Мне очень жаль, князь. Шансы найти вашу дочь живой ничтожны. Скорее всего, она потеряна для нас».

«Что же тогда я воспитаю оставшегося у меня ребенка со всей доступной мне душевной теплотой любовью, но и строгостью».

«У вас еще есть дети?»

«Да – эта база, альвы на ней – вот мой оставшийся ребенок».

«Примите мое восхищение. Не каждый сможет отдать душу за фактически изгнанников своей родины».

«Вы думаете, тут живут изгнанники»?

«Ну а кого еще могут заставить жить на фронтире, как не тех, кто нежелателен для своей страны?»

«Возможно, тех, кто слишком предан ей? Не находите?»

Из разговора альвийского князя и представителя Совета княжеств. Дальний космос

Утро князь начинал стандартно – просмотром отчетов и выкладок. Это столичные князьки могли позволить себе понежиться до обеда, вкушая дорогое вино, тем самым становясь донельзя похожими на высмеиваемых ими же людей. Но тут, на фронтире, нужно работать всем и даже князю. Кстати о людях. Удивительно, но в последнюю неделю наметилась положительная тенденция. Количество непонятных акций по атакам их фортификаций и постов со стороны людей резко уменьшилось. И встречаемые «вживую» корабли людей теперь мало того, что не вели себя в режиме «только дернетесь – стреляем», но и оказывали некоторые дружеские знаки внимания встречным альвийским патрулям, а иногда даже предлагали помощь или торговлю.

Данная положительная тенденция требовала закрепления. Следовало бы слетать на ближайшие людские крупные колонии с дружеским визитом. Возможно, сделать пару торговых предложений. Даже слабая дружба в этой части космоса дорогого стоит. Не следует упускать момент.

Все это поднимало настроение постоянно хмурого князя до небывалых для него высот. Но поднявшуюся было планку настроения тут же вернул на обычное место вбежавший в кабинет альв. Довольно массивный, что не свойственно их народу, альв выделялся не только бугрящимися мускулами, но еще и наполовину обезображенным огнем лицом, что держало на одной его половине постоянный плотоядный «оскал».

– Слушаю вас, генерал, – обратился к своему старому другу официально князь. Судя по взволнованному лицу генерала ситуация явно не предполагала долгих расшаркиваний.

– База атакована. Легкие фрегаты неизвестной модели. Полдюжины. Слишком легки и маневренны и имеют до неприличия мощные, как для своего класса, щиты. Пушки не рассчитаны на такую маневренность врага. Долго петлять даже они не смогут, но попытаться высадить десантную группу для выведения из строя систем дока у них сил хватит, – генерал, как всегда, был предельно лаконичен.

– Нападение. Почему такими малыми силами? – Князь же не терял хладнокровия даже в такой ситуации.

– Предположительно разведчики.

– Разведчики не нападают. Аргументируй.

– Закусили удила, возможно, молодняк. Увидели брешь в наших системах обороны и решили фраернуть.

– Ваши действия, генерал.

– Стягиваю все силы к докам базы. Десант мы встретим и ликвидируем после высадки. Перехватчики уже вылетают. Даже имея техническое превосходство, они ничего не смогут сделать с таким массированным огнем. Додавим, это вопрос времени.

– Хорошо, действуйте. План одобрил.

Похоже, сами нападающие, находящиеся в черных быстроходных фрегатах необычной формы (эдакие черные панцири жуков, покрытые шипами по «позвоночнику»), со временем тоже стали что-то такое понимать. Их лихая атака, уничтожившая несколько орудий базы, стала постепенно терять обороты. А выстрелы из крупнокалиберных, рассчитанных на противодействие линкорам, орудий периодически били все ближе и ближе к их корпусам. Они понимали, что удача не может быть на их стороне постоянно и что кусок, на который они так непредусмотрительно замахнулись, оказался им не по зубам.

Резкий маневр отступления был тут же пресечен. Больше дюжины кораблей, пускай не столь навороченных технически, но вполне способных потягаться с ними в скорости, отрезали им пути из сектора. И загнанные в угол «крысы» обозлились. Все шесть кораблей, как один, ринулись к доку базы. Два тут же были сбиты все-таки поспевшими, после всех этих маневров, орудиями базы. Один корабль повредили ракеты, пущенные каким-то счастливчиком из кораблей защиты. Но три смогли проникнуть в доки. Правда, к тому моменту силы обороны в доках были таковыми, что их общий залп сработал не хуже залпов самих фрегатов, и один из кораблей запылал не хуже факела, похоже была повреждена топливная система.

Но оставшиеся два фрегата высадили десант. Выбежавшие из них люди казались каплей в море по сравнению с тем количеством альвов, что сейчас были в доке. Но и они нашли, чем удивить. Одиночные выстрелы из не таких уже и мощных лазерных винтовок в их исполнении имели просто ужасающую точность. Любой выстрел – это поражение критических мест брони альвов или резкий перегруз щита доспехов. В любом из этих случаев тут же следовал повторный выстрел, причем с ужасающей точностью в ту же точку, и как следствие – труп очередного альва. Началась одна из вариаций, что называется, борьбы «качества с количеством». И это «качество» не сказать что бы прямо-таки и не имело шансов победить.

Когда стадия перестрелки достигла спада (защитники не хотели лишний раз лезть на рожон, нападавшие же берегли силы), случилось очередное событие.

Ничтожные по величине, в сравнении с другими кораблями, варп-врата распахнулись, и в систему влетел рейдерский, быстроходный челнок. И сразу же, прямой наводкой, взял курс на доки базы. На так еще и не отбитые доки базы.

– Это что еще за мелочь? – вопрос одного из офицеров так и остался без ответа, потому как диспетчер базы громко произнес:

– Получены коды подтверждения. Э-э… мой лорд, коды соответствуют гвардейскому реестру. Но гвардейское крыло, соответствующее этому позывному, числится уничтоженным, потому как… потому как было приписано в охрану к вашей дочери.

– Айла… – В потускневших глазах князя вспыхнул давно уже позабытый его людьми огонек надежды, который тут же сменился осознанием, КУДА приземлился челнок, и вслед за этим почти животной паникой: – ВСЕМ СИЛАМ! БЫСТРО В ДОКИ!!!

* * *

Ранее враждебную активность планировалось подавить малыми силами спецподразделений. Но под выстрелы лезть никто не собирался, поэтому зачистка доков продвигалась очень медленно. Док не был оснащен специальным оборудованием, способным вскрыть броню фрегатов, за которой прятались основные силы диверсантов. Это просто не имело смысла, была высокая вероятность детонации активных элементов, как топливных, так и оружейных, что привело бы к полному уничтожению самого дока.

Все же командование альвов предполагало и такой исход, но, поскольку агрессоры все же завязали бой, то была вероятность, что они, как минимум, пойдут на переговоры. Жертвы не нужны там, где пополнения можно ждать не то что месяцами, а то и годами. Ситуация зондировалась постоянно. Подрыв фрегата – не минутное занятие. Рукотворная детонация активных элементов требует определенных четких действий и несет за собой четкие, узнаваемые последствия в виде повышения тепловых и волновых характеристик двигательных отсеков. Прими агрессоры такое решение, и они будут тут же атакованы всеми скопившимися силами спецподразделений альвов. Не считаясь с потерями.

– Отчет.

– Генерал. Док полностью оцеплен. Ведем точечный огонь по агрессору. Была избрана стратегия изматывания. Нам спешить некуда, побережем парней. Там, глядишь, еще и эти одумаются.

– Ваши выводы.

– Ситуация содержит множество тактических ошибок. То, что это была разведывательная акция противника – ответ однозначно утвердительный. В техническом плане они превосходят нас на голову. Есть предположение, что от их командования поступил приказ провести разведку боем, возможно, срисовать наши основные огневые точки. А вот далее идут уже совершеннейшие мои догадки.

– Меня сейчас устроит любая информация, говорите, сержант.

– Хм… эти вот метания. Это не похоже на обученную группу. Зато на «курсантов», которых такие вот группы натаскивают, вполне похоже. Я думаю, что нам случайно «повезло» – первыми в атаку как раз и пошли обученные спецы, задвинув молодняк за спину. И как следствие, были нами уничтожены. Ну, а эти теперь без прямого командования просто «плывут по течению». Отстреливаются, когда их атакуют, меняют позиции, когда мы перебазируем огневые точки. Нет ни инициативы, нет ничего отдаленно напоминающего план. Думаю, сможем взять измором.

– Хорошо, работайте.

Собравшиеся, было, разойтись по своим рабочим местам военные были остановлены подбежавшим на всех парах молодым альвом. Метнувшийся к сержанту, он был остановлен кивком последнего, указывающего на генерала. Не заметивший «такую шишку» паренек начал, было, бледнеть и трястись еще до того, как информация о том, кого он видит, дошла до него и привела к осознанному подчинению. Что же, чинопочитание (причем, что удивительно, не слепое почитание, обычно высокие чины получались заслуженно, поэтому большинство высоких военных постов, и не только, занимали глубокоуважаемые альвы) и следование уставу в военной среде альвов вбивалось буквально на подкорковом уровне.

– Соберись, воин… и докладывай… – Тем удивительнее звучал голос генерала, наполненный не армейской строгостью, а скорее – отеческой добротой.

– Была зафиксирована попытка удаленного влияния на искин корабля-разведчика. Сигнал хоть и был довольно силен и необычен, но все же изначально явно разрабатывался на базе имперских систем связи. Мы же в свою очередь долгое время вели «неофициальное» изучение их систем связи в… кхм… научных целях, поэтому вовремя удалось локализовать и заглушить сигнал.

– Отличная работа, парень. Передай научникам, что могут закупать вино, им будет что отпраздновать.

– Командор, это еще не все.

– Докладывай, солдат.

– После блокировки сигнала через некоторое время прошел еще один. Этот сигнал имел совершенно неизвестные нам волновые характеристики, отдаленно же он был схож с обычными сигналами связи. Мощность его была такова, что мы были просто не в состоянии его заблокировать полностью, лишь частично исказить. В свою очередь отдел РЭБ божится, что при таких характеристиках никакого влияния на системы работы как самого реактора, так и искина он оказать не мог.

– Что же это было?

– Мы склонны считать, что обычная передача команд бойцам. Сеанс связи.

– Это что же, по-твоему, за сеанс такой, что этот «разговорчик» был настолько важен, что системы РЭБ целой станции не смогли его блокировать?!

– Не могу знать, командор. Минуточку… экстренное сообщение! Была осуществлена очередная попытка передачи сигнала. Сигнал прошел! Но активности в реакторе или искине не зафиксировано.

Тем временем к ним подбежал один из бойцов оцепления:

– Командор, похоже, у них что-то случилось. Разрешите атаковать.

И действительно, бойцы передней линии врага сейчас корчились, схватившись за голову. Из нечленораздельных выкриков боли становилось понятно, что внутри корабля этому же припадку подверглись и остальные.

Теперь, когда враг не прятался за переборками и частями корабля, бойцы смогли рассмотреть некоторые детали атакующих их людей. И в основной своей массе они заключались во множестве заметных даже с расстояния инородных имплантов. И эти самые, совершенно не свойственные организму людей, включения сейчас явно сбоили. Некоторые начали работать с такой силой, что стал слышен легкий гул от их работы. Множество имплантов, вообще, нагрелось до такой температуры, что в тени от корабля были четко различимы их алые очертания. И судя по обугленной коже вокруг них – это явно не было нормой в их эксплуатации. Но вот сами их хозяева этого уже не замечали. Внезапный приступ так же внезапно и закончился, причем у всех.

В сторону альвов развернули совершенно безэмоциональные лица и прошлись ничего не выражающие, мертвые глаза. И первый враг выстрелил. Навскидку, не целясь. Альв, полностью закованный в тяжелый штурмовой комбинезон, рухнул замертво с еще дымящимся отверстием в крошечном стыке пластин брони. А потом последовал следующий выстрел и еще, и еще. И начался ад. Один выстрел отбирал одну жизнь. И ни укрытия, ни броня, ничего не помогало. Так, например, один альв умер от отразившегося луча лазера, который перед попаданием в шею отразился еще четыре раза от мелких, с первого раза даже незаметных различного рода зеркальных поверхностей. Причем ответный огонь не приносил результатов. Чтобы вывести из строя одного такого нападавшего человека, нужно было буквально превратить его в решето. Создавалось ощущение, что бой идет с роботами, а не с живыми людьми.

ЭТО стоило ликвидировать сразу, не мешкая.

– Командор, в нашу сторону движутся все доступные силы базы.

– Ого, и главное вовремя, умеет князь порадовать старого вояку… – договорить не получилось. И без того раздолбанный док, который сейчас держался на системах жизнеобеспечения базы, подвергся еще одному испытанию. Довольно вместительный для своего класса челнок рухнул, а никак иначе эту посадку и не назовешь, в док. Даже после повреждений от посадки были видны явные свежие следы лазерных выстрелов. Причем в районе двигателей. Команду явно хотели брать живьем.

Тут же отчитался сержант:

– Мною получены гвардейские коды подтверждения… но какие-то они старые.

– Не атаковать, от князя пришел приказ команду брать живой, временный статус «возможный союзник».

«Роботы» же перевели часть своего огня на внезапных гостей. Точнее на три черные фигуры, с каким-то небольшим, похожим на десантный нож, оружием в руках. И в этот момент у всех присутствующих альвов волосы встали дыбом. Некоторые слабонервные даже выронили оружие – невиданный поступок даже для детей! А дело было в том, что хоть гости и двигались с невероятной скоростью, но по ним все же попадали эти киборги. Попадали и поражали цель. Вот только цель, даже не замедляя бега, продолжала приближаться, совершенно не замечая сквозных дыр, оставшихся в их телах и отчетливо видимых окружающим. А когда этот импровизированный «отряд прорыва» добрался до киборгов, началась… резня. Ноги, руки вместе с частями оружия в них, головы в защитной броне… Поочередно киборги взрывались эдакими конструкторами из ошметков тела и металла. Словно гостям было все равно, что резать.

– Атаковать только стрелков! – тут же прокричал команду немного отошедший от непривычной даже для такого бывалого бойца, как он, картины сержант.

И кольцо альвов стало постепенно стягиваться над стремительно редеющими остатками киборгов.

– За князя! – прокричал молоденький еще альв, облаченный в разновидность тяжелой брони. Доспех был скорее щегольской, и на него прельщалась как раз молодежь из-за своего брутального монструозного вида – множества массивных пластин брони. К тому же он имел отличные, даже в некотором смысле излишние, показатели брони, а как следствие был массивен и довольно неповоротлив. Выбором профессионалов он явно не являлся, но вот молодняк использовал эту игрушку с большой радостью. А сержанты и довольны – «дите» в тепле и под защитой, старшим меньше головной боли, а уж если боец в нем бегать научится, так в обычном доспехе тогда просто летать будет.

Так что данный доспех позволял допускать хозяину некоторые ошибки. Как, например, после этого боевого крика подняться во весь рост над укрытием и начать беглый огонь по всему, что движется. Что и было выполнено. А в следующий момент ярко-зеленая вспышка заставила зажмуриться ближайших от паренька альвов, а потом и вовсе вжаться в любые надежные укрытия, потому как по доку разнесся срывающийся крик сержанта: «ПЛАЗМА!!!», от волнения даже забывшего о звуковой гарнитуре. Хотя парень этого уже не слышал. На полу отсека лежало тело с огромной оплавленной дырой в доспехе, с отсутствующей частью лица и без одной руки. Таков результат попадания плазмы.

* * *

Орудия на основе плазмы проектировались давно, даже ранее лазерных и бластерных типов. Военных привлекала просто ужасающая пробивная способность лучей данного оружия, которые могли легко преодолеть препятствия из самых прочных и совершенных сплавов брони. Но все плюсы перекрывало всего лишь несколько ощутимых минусов. И заключались они в том, что оружие просто физически не могло быть маленьким. Вся конструкция, при условии сохранения боевой мощности луча, была монструозного размера и веса. Ни о каком-либо пехотном использовании и речи не могло быть. Только стационарная установка. Причем с жестким креплением, передвижные механизмы каких-либо платформ крошились отдачей. Эта самая отдача была таковой, что и жесткое крепление изнашивалось очень быстро. Страшное оружие превращалось в цепного пса, которым, скорей, пугали, чем могли реально навредить. Поэтому со временем работы по создания эффективных плазменных орудий были почти приостановлены. Конечно, достойные разработки были, но расширять штат ученых для дополнительных опытов никто не спешил, более дешевые и легкие в эксплуатации лазеры устраивали всех.

Но все же, похоже, не все так считали. В руках одного из вторженцев был настоящий железный монстр. Оружие – размером чуть-чуть меньше самого владельца – даже одним своим видом заставляло ныть руки от воображаемой тяжести и трястись ноги от предчувствия того, чем это может выстрелить. Массивная конструкция, две огромные емкости, видимо батареи, и калибр, при взгляде на который вспоминались ракетные орудия корпораций. И всю это конструкцию удерживал всего один «человек». Правда, вопросы отпадали, стоило только повнимательнее рассмотреть сего индивида. Особенно его конечности. Огромный, по меркам людей, боец имел руки и ноги, отливающие железом, в некоторых местах была видна проводка – усиленные протезы, и ясно было, что это не гражданская разработка. К тому же на торс был одет легкий защитный костюм, выполняющий, скорее, функцию амортизации после выстрела. Остатки вторженцев скопились перед ним.

Тем временем на конце дула этого монструозного оружия показалось очередное зеленое свечение. Оно стало усиливаться, и в один момент, с дикой отдачей оружия, произошел выстрел. Один из защитных блоков, установленных на случай ЧП в доке, который должен был выдерживать взрыв фрегата, обзавелся аккуратной круглой дырой. А через секунду из-за блока выпала часть тела какого-то альва, точнее только оставшиеся ноги.

– Генерал, прошу вас переместиться в командный блок, тут небезопасно. Прошу вас в точности обрисовать ситуацию князю, мы дадим ему немного времени на принятие нужных решений, – прокричал сержант и, дождавшись кивка командора, крикнул двум ближайшим бойцам: – В охранение, головой отвечаете!

Генерал в сопровождении двух бойцов покинул док.

– Активировать энергетические щиты. Повторяю! Полная активация щитов!

Щиты были припасены как последний аргумент на случай подрыва реактора. Они могли держать некоторое время большой энергетический и термический урон. От кинетического, увы, были слабы. По отсеку прошла череда ярко-голубых вспышек. В один такой щит угодил заряд плазмы. Щит замелькал, пошел рябью, но потом снова восстановился. Теперь альвы были защищены на ближайшие полчаса, пока действовали батареи щитов. Даже спаренный удар плазмы и выстрелы лазеров не могли его дестабилизировать. А за время перезарядки альвы успевали огрызнуться на стрелков и даже некоторых ранить… ну, если бы они еще реагировали на ранения. В то же время перейти в наступление они тоже не могли. Стрелки достаточно их замедляли, чтобы плазма успевала перезарядиться, и только завидевшие зеленое свечение альвы тут же ныряли назад, под защиту щитов. Патовая ситуация.

Впрочем, патовой она была не долго. Ровно до момента, когда со стороны аварийно приземлившегося челнока показались снова три черные фигуры. Скорость их была просто огромна, по меркам как людей, так и альвов, силуэты буквально размазывались в пространстве. Но это все же не помешало киборгу в очередной раз выстрелить. Зеленый росчерк разрезал док, и одна из фигур упала, чтобы в следующее мгновение вскочить и продолжить свой бег, правда – без руки, но эта мелочь, видимо, ее совершенно не волновала. Даже более того, «раненый» воин даже обогнал двоих своих собратьев и кинулся на стену стрелков первым, ко всему до кучи поймав еще и уйму дыр от лазеров, и только тогда упал на пол отсека.

Двое же других черных воинов, словно нож, начали прорезать себе путь через стрелков, прикрываясь их же телами. Уже буквально через пару минут боя они были испещрены множеством попаданий от лазеров. Впрочем, они не сильно на них реагировали, уклоняясь только от направленных в голову. Владелец же плазмогана не мог стрелять по ним, одна такая попытка уже стоила уничтожению троих «своих», которые послужили живым щитом. Поэтому он перевел свое внимание на основные силы альвов, не подпуская тех ближе.

«Мясорубка» же среди стрелков постепенно заканчивалась. Множество попаданий не возымели эффекта. Пол отсека, рядом с кораблем киборгов был устлан кашей из отрезанных конечностей и тел. Но это возымело и противоположный эффект. Зеленая вспышка – и один воин падает, полностью лишившийся своих ног. Второй же успевает отпрыгнуть. Но стоило ему снова попытаться атаковать, как прозвучал еще один выстрел. Внезапно подросшая скорострельность орудия объяснялась просто – стоило только взглянуть на алый дымящийся ствол и вырванный стандартный орудийный охладитель, валяющийся у ног стрелка.

Следующая атака черного воина вызвала недоумение. Он просто побежал, видимо на пределе своей скорости, на стрелка. Зеленая вспышка осветила отсек, но ее остановил внезапно вскочивший однорукий воин. То, что от него осталось, и телом-то не назовешь. Но это дало время и поглотило заряд плазмы, и последний из этих черных солдат приблизился достаточно, чтобы одним рывком всадить оба своих ножа в середину живота стрелка. Тот же, в свою очередь, успел выстрелить. Из-за близости к орудию конус повреждения не разошелся слишком широко и зона повреждения оказалось не такой широкой – всего лишь вся грудная клетка воина. Еще «живого». Резкий рывок, и оба ножа расходятся в разные стороны, отделяя торс от ног стрелка… И оба тела валятся на пол отсека.

– Сержант, приборы не регистрируют признаков жизни рядом с кораблем нарушителей, только внутри челнока.

– Хорошо, сейчас отправлю генералу и князю боевой журнал. Так, взять в оцепление челнок и выходы из дока, любые. Остальные – все же визуально проверяем фрегат, а потом также берем в оцепление. Если увижу, что кто-то что-то там руками трогает – эти руки ему же и оторву. Проверили и взяли в оцепление. Ясно?

– Так точно. Командир?! – выкрикнул кто-то уже в спину внезапно сорвавшемуся с места сержанту.

Тот же в свою очередь бежал к месту недавнего побоища. Там, на полу перед фрегатом, шевелилось тело одного из тройки черных незнакомцев, фактически только своими силами подавивших атаку на базу. Фигура без ног тщетно пыталась подняться. Но вскоре ей все же удалось принять сидячее положение.

– Нет живых, криворукие идиоты, уже не могут как надо использовать двухкнопочный сканер. Старые добрые глаза не удосужились использовать, – пробурчал сержант, приближаясь к тяжелораненому. – Эй, парень, ты как? Не знаю, кто ты, но мы многим тебе обязаны. Не переживай, мы позаботимся о тебе и твоих людях в челноке. Что ты… ЭЙ?!

По мере приближения сержанта воин сначала неуклюже повернулся к нему, попытался совершить какие-то действия, но добился лишь того, что начал снова заваливаться. А потом вовсе замер, внимательно рассматривая что-то, только ему ведомое, на сержанте. Когда же тот упомянул о защите людей из челнока, то случилось то, чего сержант уж точно ожидать не мог. Неизвестный воин в таком же неидентифицируемом скафе спокойно положил свои руки-клинки себе на шею. Резкий рывок обеих рук – и голова медленно падает с плеч.

За плечами сержанта был немалый боевой опыт. Не единожды были ситуации, когда враги добровольно лишали себя жизни, чтобы сохранить военные тайны. Глотали яд многочисленные шпионы, пускали себе заряд лазера в висок военные разных мастей и при разных ситуациях. Но чтоб вот ТАК. Собственноручно отрубить себе голову…

– Внимание, усилить оцепление челнока. Мне страшно представить, что там могут так охранять.

– Вам и не нужно это представлять, – раздался за спиной спокойный голос.

Сержант обернулся. На него смотрел пожилой альв с уставшим лицом. И одет он был в форму гвардии князя. И за спиной у него все больше и больше собиралось таких же гвардейцев.

– По приказу князя, разумными, совершившими экстренную посадку на челноке, будет заниматься гвардия. Отдыхайте, сержант, вы и ваши солдаты как никто заслужили отдых сегодня. Эй, тащите сюда резак.

– Вы собираетесь вскрывать челнок? – спросил и на миллиметр не сдвинувшийся с места сержант.

Гвардеец окинул его тяжелым взглядом. Потом отошел и долго с кем-то говорил. Потом вернулся уже не настолько хмурым, даже немного повеселевшим.

– Люди говорят «любопытство сгубило кошку», сержант. Уж не знаю, относитесь вы к этому как к поощрению или как к наказанию за любопытство, но вам дано разрешение оказывать гвардии помощь… добровольную. Так что еще не поздно сходить с людьми в медкорпус, а потом хорошенько оттянуться в баре, поминая погибших.

– Я и мои люди привыкли доводить дела до конца. И я держу обещания, данные тем, с кем дрался плечом к плечу… и кому должен не одну жизнь, – кивнул сержант на лежащее у ног обезглавленное тело.

– Нет, нет, – довольно эмоционально замахал руками гвардеец, – вы не правильно поняли ситуацию, мы тут не для захвата челнока, мы тут для его защиты и оказания помощи.

– Вот и окажем ее вместе. Зачем резак? – На тяжелый вздох гвардейца сержант даже глазом не моргнул.

– Искином станции был проведен анализ металлоконструкций челнока. Основной его выход был сильно поврежден при посадке. Аварийный же частично перекрыт самим челноком, частично деформирован. Покинуть челнок обычными способами невозможно.

– Ну, а они что, через стены прошли?

– Есть возможность пройти через техническую емкость, где находятся двигатели челнока, но там такое излучение идет от двигателя, что живые и до выхода-то вряд ли успеют дойти своими ногами.

– Но эти же дошли.

– Видимо, особенности их доспехов. Это не отменяет факта необходимости физического вскрытия выходов.

Но спор их был прерван глухим звуком падения тяжелых металлических створок, закрывающих выход из челнока. Оба альва тут же направились в его сторону.

Тем временем ближайший к люку гвардеец попытался сунуться вовнутрь со сканером в одной руке и лазером в другой. Но тут же замер. Кого он там увидел и о чем заговорил, было не слышно и не видно, но вскоре гвардеец опустил оружие и глубоко поклонился. Слишком глубоко даже для его непосредственного командования. А потом и вовсе прокричал что-то непонятное. Шедший быстрым шагом с сержантом старший гвардеец после этого крика сорвался со всех ног и буквально телепортировался к выходу из челнока. Но оказавшись у входа и глянув внутрь, замер и так же глубоко поклонился, а потом развернулся спиной и достал оружие. Стоящие вокруг гвардейцы со всех ног бросились к нему и, расположившись за ним, также достали лазеры, образовав оцепление у входа.

А потом из челнока вышел альв… В такой же гвардейской форме, только была она, хоть и чистой, но какой-то старой, выцветшей. А за ним еще и еще, пока не образовалась вторая линия оцепления у челнока.

Сейчас гвардейцы пользовались своими полномочиями по полной программе. Фактически такое их построение означало, что они готовы открыть огонь по каждому, при малейшем намеке на угрозу. В их оправдание можно сказать, что даже на памяти видавшего виды сержанта так себя они вели первый раз. А потом все резко стало понятно. Стало понятно, и при этом всё усложнилось в бесчисленное количество раз:

– Великие духи, спасибо вам. Все-таки жива, – выдавил из себя сержант, глядя, как в плотной коробке из гвардейцев двигается считавшаяся давно погибшей дочь их князя. Та, что сможет вернуть огонь в сердце и покой в душу их князя – альва, до ее предполагаемой «смерти» считавшегося одним из лучших командующих альвийских ВКС.

* * *

Один ни чем не примечательный день на станции выдался для княжеских гвардейцев, возможно, одним из ответственнейших и наисложнейших в их карьере. Операция по сопровождению и охране дочери самого князя с каждым пройденным отсеком приобретала все большую и большую сложность. Направлялись они прямиком к князю. Как им сообщили, бригада врачей будет ждать их все там же. Часть медиков останется в покоях князя с дочерью, остальная часть уже все подготовила для осмотра и оказания, в случае необходимости, помощи выжившим гвардейцам, в отведенном для их нужд целом крыле. Поэтому маршрут гвардейцев был незамысловат – довести дочь к родителю, да довести так, чтоб ни волосок…

Но путешествие превратилось в настоящий персональный ад для охраны. Со всех отсеков, даже из отдаленных секторов и крыльев станции стекались альвы. Они приходили, чтобы выразить свое почтение Айле. Слишком свежи еще те воспоминания, когда большинство из них были передислоцированы, читай – сосланы, в эту колонию, и какую поддержку тогда оказала эта молоденькая девчушка вновь прибывшим.

Множество жителей представляло собой винегрет из обычных альвов и благородных, из военных и гражданских. Сложно было найти какой-либо из альвийских благородных домов, не воспользовавшихся возможностью отослать «за горизонт» неугодных дому родственничков. Встречались здесь и кровники. Не один и не два раза колония была на грани гражданской войны местного масштаба. Странно, но князь не вмешивался. Чего не скажешь об Айле. Поговаривали, что он не вмешивается специально, считает это частью ее обучения. Но как бы то ни было, эта молодая альвийка постоянно оказывалась меж двух огней очередного спора, иногда даже кровопролитного. И находила слова. Отыскивала точки взаимного соприкосновения, возможности забыть старые обиды, возможности загладить непонимание. И народ это ценил. Народ помнил. И если князя уважали как хорошего правителя, то его дочь любили всей душой за то тепло, что она несла в своей душе. Поэтому никто не усомнился в необходимости ее участия в посольской миссии к людям фронтира.

И после ее «гибели» даже самые черствые сердца дрогнули.

Был даже один экстраординарный случай. Криминалитет среди альвов – весьма редкое явление. Фактически на нарушение закона идут или самые бедные слои населения, или отлученные от дома благородные. Но их объединение в криминальные кланы значит для них значительно больше кружка по интересам. Для них это вновь образованная семья, их новый дом и «дом». А за своих они готовы стоять до последнего вздоха. И вот такая организация отсылает два письма. Точнее, одно письмо со словами утешения получает князь. Это письмо, как и сотни остальных, полученных в те дни князем, имеет стандартную подпись: «Мы скорбим». В то же время начальник службы безопасности станции получил такое же письмо и посылку, с одной лишь разницей, что подпись выглядит как: «Мы ВСЕ скорбим». А довольно объемная посылка при вскрытии оказалась мобильной морозильной станцией с более чем двумя дюжинами отрезанных альвийских голов. Как позже выяснила служба безопасности, почти все из них были «на карандаше» по подозрению в шпионской деятельности в пользу отдельных домов альвов, а иногда даже людей. Они прятались среди криминала, рассчитывая на особое отношение к родственности последнего. Теперь тех, кто не скорбел, не осталось… «Мы все скорбим». Таково было уважение к этой молодой альвийке.

Но вернемся к нашему шествию. Альвы стекались отовсюду. Все считали своим долгом, как минимум, поклониться и сказать пару теплых слов. И это перед гвардейцами, получившими разрешение на применение оружия внутри станции. Да если бы альвы знали о том, кто находился в челноке во время операции по уничтожению диверсантов, то этих киборгов за считанные секунды разорвали бы не только военные, но и обычные жители, причем, не считаясь с потерями. Глядя же на Айлу, возникало двойственное чувство. Было видно, что девушка измотана и явно торопится к отцу и задержки населением ее изматывают, но в то же время эта поддержка придает ей силы двигаться дальше.

Но, не доходя до покоев князя одного отсека, все население будто бы на невидимую стену нарвалось, далее следовать не хватило бы наглости даже самым отмороженным. Даже гвардейцы до дверей князя сопровождали Айлу минимальным составом. А в кабинет отца она и вовсе входила одна.

В кабинете ее встретил отец. Впервые за долгое время в глубине его глаз снова можно было увидеть ту давно потерянную часть души, что ранее умерла с его дочерью, превратив любящего отца в изматывающего себя работой трудоголика.

– Доченька, видимо, сами боги смилостивились, дав мне лучик надежды в это тяжелое для нашей колонии время.

– Папа. Я скучала, папа… я сильно скучала. Я думала, что уже не увижу тебя вовсе. Нас ждут действительно тяжелые времена. Я видела их флот. Флот, что направляется прямиком к нам.

– Кого «их»? На кого вы наткнулись, доченька?

– Ноша всегда становится легче, стоит лишь разделить ее с друзьями. И ОН уже летит сюда… – тихо проговорила девушка, роняя на пол треснувший кусочек хрусталя и одновременно с этим падая на руки к отцу, потеряв сознание.

Темнота.

Сон без сновидений.

Четкий голос, идущий отовсюду: «Послание получено… получено… получено…»


Глава 21. Карающий

Айла рывком пришла в себя. Ощущение сна сменилось совершенно другим, почти позабытым за долгое время – ощущением домашнего тепла.

Даже не оглядываясь, она легко определила, где сейчас находится. Айла лежала на кровати, своей кровати, в своих покоях на станции. Такой родной и уже немного позабытой станции. А рядом с кроватью сидел отец. Держал ее за руку и, судя по всему, немного задремал. Девушка не шелохнулась, не издала ни звука, но стоило ей открыть глаза, как тут же проснулся и отец.

– Доченька, как ты себя чувствуешь?

– Спасибо. Все хорошо.

– Точно? Может, слабость или где-то болит? Может, продолжает клонить в сон?

– Да нет, я чувствую себя отдохнувшей. Отчего ты так настойчиво интересуешься? Пока я была без сознания, меня осматривали доктора? Они что-то нашли?

– В том то и дело, что ничего. На вид явные признаки слишком затянувшегося криосна. Но и вредных последствий почти нет. Будто это было очень давнее повреждение и при этом тебе изначально была оказана оперативная и очень правильная и продуктивная помощь. Врачи признаются, что столь оперативно и правильно можно получить медицинскую помощь разве что где-то на столичных планетах. Но никак не в богом забытых системах фронтира. Доченька, я понимаю, что ты сильно устала, ты многое пережила, но я тебя умоляю, расскажи, что же там случилось. От этого зависят жизни многих, возможно даже под угрозой само существование станции.

– Ты же уже опросил их? Гвардейцев.

– Да и будь оно хоть немного менее похоже на сказки и легенды, что любят читать старики нашим детям о забытых и давних временах, то я бы не стал занимать ни секунды твоего времени. Но то, что они рассказывают, причем все… Да еще и верят в это искренне! Нет, ну с предательством посла и вашей атакой тут все более-менее понятно. Жаль, мы не заметили этот гнилой корень ранее, но я накрутил хвосты службе безопасности так, что об утечке информации или предательствах я могу забыть. Все под контролем. Но вот то, о чем они начинают рассказывать дальше. Это же ни в какие ворота! Они заслужили достойную пенсию и возможность покинуть фронтир, дабы пожить в достатке и удовольствии, лишь тем, что вернули тебя мне. И я обеспечу все это для них. Но открывающиеся факты могут быть очень важны. Мне в первую очередь нужно разобраться.

– Я понимаю тебя. Я так же понимаю, к обсуждению чего ты постепенно меня подводишь. Ты же видел их? Часть моей охраны, да. Во время посадки челнока мы оказались отрезаны от выходов. Но они смогли покинуть челнок. Было бы удивительно, если бы не получилось. Что они сделали? Они напали на кого-то?

– Хм… что же поговорим напрямую. Да, напали, но на наших врагов. Тут вообще все непонятно и неоднозначно. У меня есть запись. Дочка, после ее просмотра, после тех десятков ее просмотров я залез в семейное хранилище древних рукописей. Книги, что ранее считались скорее сборником сказок и легенд и ценность имели только из-за своей древности, заставили меня совершенно по-иному взглянуть на мир. Но об этом я думаю пока судить рано. Я хочу все же услышать твою историю.

– И я ее тебе обязательно расскажу, у нас будет еще время. Папа, но сейчас не это главное. Направляясь сюда, мы видели целый небольшой флот, состоящий в основном из боевых крейсеров. И вся эта армада движется сюда. Только наши габариты и исключительная скорость дали нам возможность сразу же уйти в варп. Но они все равно идут сюда. И время катастрофически утекает сквозь пальцы. Еще пара дней, и может быть поздно. Нужно готовиться к отражению полномасштабной атаки на станцию.

– Ты уверена? У меня были такие мысли, но я рассчитывал на куда меньшие масштабы и больший промежуток времени. Хорошо. Тут, на границе, любая перестраховка не будет лишней. Я сейчас же вышлю разведчиков во все возможные направления прыжков. О появлении врага мы будем знать за полдюжины прыжков до нас.

– Спасибо, отец. Спасибо, что поверил сразу. Ну а теперь, думаю, тебе будет интересно услышать мою историю. Ах, да, и покажи, что ты там нашел в тех старых свитках.

* * *

– «…и вернулись дети к природе, матери своей, и леса стали их домами, ибо мать трепетно за чадами своими следит, не давая в обиду» – все, дальше пошла уже наша история с сериями технологических прорывов на почве биотехнологий и наш выход в космическое пространство. Да, Айла, культ природы был той основополагающей религией, что делает альвов альвами. Наш симбиоз с природой черпает свои корни оттуда. Но, как видишь, так было не всегда. Ранее эта религия была лишь одной из многих. Существовало множество культов и их жрецов. Не скажу, что это были темные века, нет. Но информации о том времени ничтожно мало. Я чувствую тут грамотную работу с населением, дабы все забыли некоторые нежелательные моменты, а потом те и вовсе стерло время.

– То есть ты считаешь, что он один из этих жрецов?

– Жрецы, что упокаивали мертвых, давали им покой, лечили множество странных мистических болезней-«проклятий». Спроси ты меня об этом до той битвы в наших доках, и я бы всерьез обеспокоился о твоем здоровье. Но в данных обстоятельствах, да. О них написано ничтожно мало. Даже до этой странной зачистки было мало. Благо искин хорошо поработал, и обработка некоторых текстов старинных фолиантов дала нам возможность понять хотя бы тот факт, что они вообще были. Альвы, что силой своей могли вернуть душу с грани. Реанимировать мертвого, хотя, пожалуй, тут несколько другое. Подобно подвергшемуся какому-то активному излучению, вернувшийся альв мутировал непонятным для меня образом. Словно он оставался мертвым, но был живым. Я не понимаю, такого быть не может, это ошибка искина.

– Нет, искин все правильно сделал. Ошибок нет. Я видела. Леронэ… Если он действительно сдержит слово и поможет нам, я хочу, чтобы ты отнесся к нему не просто как к обычному человеку. Я хочу, чтобы он стал нашим союзником.

– Какие смелые слова, дочь. Будто и не я вовсе тут правитель… И не боишься, что поступлю подобно тем примерам из древних книг?

– Сожжение кого-либо на станции будет выглядеть минимум варварски. Отец, я уже не та маленькая дочурка, чтобы пугать меня таким.

– Ну, хорошо. Действительно. Если твой знакомый появится тут, пусть хоть на одном корабле, пусть его помощь и не окажется решающей, но лишь за одно стремление помочь тебе и нам я приму его как почетного гостя, а там и поглядим, что это за человек.

– Хорошо, пусть так. Одно прошу – не принимай решений сгоряча.

– Не бойся, у твоего папани еще есть голова на плечах. Ну а теперь не сходить ли…

«ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ЭТО НЕ УЧЕНИЯ! ВСЕМ ОФИЦЕРАМ ПРИБЫТЬ НА ТОЧКИ СБОРА! ВНИМАНИЕ…»

– Что за…?

– Отец, они уже тут.

Тем временем князь альвов отошел в дальний угол комнаты, тихо с кем-то переговариваясь.

– … да, я слышал… где замечены? Нет, никого не посылать, ограничьтесь разведкой дронами… да, возможно, их слишком много для открытой схватки.

Князь закончил разговор и подошел к дочери.

– Я очень надеялся, Айла, что твои слова – это последствия пережитых тобою волнений. Но в паре прыжков от нас было зафиксировано несанкционированное прохождение через варп. Из него вынырнул флот боевых крейсеров неизвестной нам конструкции. Одно известно точно – их больше, чем нас, и они двигаются сюда. Это достаточно спорная информация, но я поверил твоим словам и не отослал на разведку живых, только дронов. Если там действительно такая сила, как говоришь ты и подтверждают первичные анализы искина станции, то я бы послал их на верную смерть.


Отступление 3


– Миимэ, ну как, есть контакт? Слияние с кораблем вроде бы прошло правильно. Все хорошо?

– Д-да…

– Ты там в порядке? У тебя странный голос.

– Д-да, все хорошо. Подтверждаю, системы корабля частично под твоим контролем, причем на энергетическом уровне фиксирую слияния некоторых энергосистем.

– Хорошо. Хм… что-то мне не нравится твое состояние? Точно в порядке, у тебя странный голос? Да? Хорошо. Тогда испытаем один трюк. Благодаря этим монолитам и пентаграмме я имею доступ к энергетике корабля. А ее окрас весьма удобен для моих манипуляций. И все это позволяет провернуть один трюк – колдовать, используя весь корабль. Теоретически – колдует корабль, практически – я что-то вроде наставника, который «за ручку» проводит все его действия энергосистемы в угоду мне.

– Что это нам даст?

– Не так уж и много, Миимэ, как кажется. Простые заклинания, уровня балаганных фокусов. Мгновенные, незатратные и очень слабые. Но возведенные до размеров космического линкора. Теперь к арсеналу. Помнишь те наши стрельбы по астероидам в паре систем отсюда? Была ли разница до и после моего вмешательства?

– Да. После вашего «сродства с энергией» неуловимо изменилась частота лазерных орудий корабля. Если бы ни производилось постоянное активное сканирование, могла бы даже я это пропустить. Незначительный вроде бы факт дал возможность игнорировать частично или полностью множество стандартных лазерных и энергетических щитов. Получается, что поражающий луч уже как бы и не лазерный вроде. Недостаточно данных. Также зафиксирована усилившаяся поражающая способность луча.

– Хорошо, с атакой понятно. Что насчет защиты?

– Выставленные вами щиты неэффективны.

– Опа, что все?

– Их эффективность составляла девяносто восемь процентов ровно две десятых секунды.

– Еще бы, они жрут энергии как не в себя.

– Неэффективны…

– Да понял, понял, хватит топтаться по трупу моего самомнения. Надо что-то придумать. Так, а ну-ка, проведи активное сканирование оболочки корабля.

– Сканирование не выявило отклонений.

– Хорошо. Не получилось. Ладно. Думаю, если щедро подмешать энергии самого корабля, то должно получиться. Сканируй.

– ВНИМАНИЕ. ФИКСИРУЮ ВТОРЖЕНИЕ!!!

– А теперь?

– Э-э… активности не выявлено.

– И что же ты увидела?

– Точно определить не удалось. Системы подали сигнал об опасности. Исходя из анализа показателей, это могло быть только вторжение на корабль.

– Или ты сама в это захотела поверить.

– Это невозможно. Я не жива в прямом понимании. Я не телесна и не связана оковами плоти и ее привычек. Я черпаю информацию, руководствуясь лишь логикой и анализом.

– И было бы весьма логичным, чтобы это было вторжение. Уж очень был похож сигнал. Было так заманчиво решить, что это оно. Так логично. Не так ли?

– Что это было?

– Ты не совсем права, не позиционируя себя с живыми из плоти. В некоторых моментах ваши реакции весьма схожи. То, что ты сейчас зафиксировала, было – иллюзией. Я не маг-иллюзионист. Но и некромант кое-что может в этом плане. Я не могу создать контролируемый образ, проработанный до мельчайших деталей. Но желание, подкрепленное эмоцией, я могу вложить во «что-то». И этим «что-то» является морок. В данном случае не столь затратный, как проклятия малефиков, а скорее слабенький, вроде отвода глаз. Фактически окрашенный эмоцией, он будет влиять на всех в зависимости от требуемого эффекта – вызывать гнев или страх, или растерянность. Может и частично отвести взгляд. Не всегда срабатывает. Но тут мы имеем чудесный множитель в виде корабля, который при добавлении в заклятие своей силы может обманывать даже искины кораблей. Думаю, на находящихся внутри живых он повлияет так же, ведь искин фактически покажет то, что видит сам, своими как бы глазами. Думаю, остальное буду пробовать уже непосредственно в бою. Кстати, что там впереди творится?

– Вернулся дрон. Конечная точка нашего пути находится за три прыжка от этой системы. Судя по всему, там сейчас ведется бой. Но он начался недавно. Сейчас нападающие заняты тем, что пытаются под градом автоматических турелей продавить щиты станции. А потом им еще и с флотом сражаться. Мы успеем прибыть как раз к моменту падения последних щитов станции. За столь короткий отрезок полное подавление защиты станции невозможно, так что мы вполне успеем на начало или к середине сражения.

– Ну хоть так, но не стоит расслабляться. Ах да, когда будешь открывать последние врата, то сообщи мне. Думаю, небольшой морок на открывающихся варп-вратах весьма взбодрит встречающих.

– Хорошо. Полный вперед.


Отступление 4


Полумрак корабля. Экипажу этого корабля не особо нужно освещение. На палубах корабля царит тишина. Экипажу этого корабля нет нужды в долгих разговорах. По кораблю нет мечущихся людей, спешащих побыстрей исполнить приказы. Каждый четко и наиболее продуктивно исполняет свою работу. Все как один, один как все. И главный над ними, перед которыми все выказывают свое уважение.

– Карающий, мы запросили помощи от пастыря ближайшего региона. Но там такая глушь, что вряд ли у него найдутся хоть бы худо-бедно летающие посудины. Предполагаю, что ожидание от него военной поддержки вредно скажется на нашем наступлении по границам альвов. Предполагаю, что альвы данного сектора не располагают достаточным флотом, чтобы оказать продуктивное сопротивление.

– Не всегда верь вычислениям. Но я поверю тебе. Продолжим наступление. Наша цель – станция. Подавить и уничтожить сопротивление. Живой материал захватить в максимальном количестве. Начать уничтожение турелей и щитов станции.

* * *

В командном центре царила суета. Множество альвов лихорадочно бегали в поисках старых планов базы для возможных ремонтов и эвакуаций мирного населения станции, лихорадочно приводились в боевое состояние корабли. Главенствовал над всем хаосом сам князь. Дочка предусмотрительно решила не лезть в дела мужчин и взяла на себя помощь в подготовке служб медицинской помощи и снабжения.

– Князь, жилые секторы эвакуированы. Снабжение в эвакуационные бункера доставлено. Все имеющиеся в наличии фрегаты запущены и патрулируют периметр. Как только враг совершит прыжок, мы накроем его плотным огнем. Расконсервация крейсеров продолжается. Думаю, успеем привести в более-менее адекватное состояние около полудюжины крейсеров.

– Отчего так мало? Я рассчитывал на число, вдвое большее.

– Слишком большая удаленность нашей колонии. После урегулирования большинства проблем с пиратами, как вы знаете, нам хватало и фрегатов. Крейсера были установлены на консервацию. Но нехватка разного оборудования вынудила идти на более экономные в плане затрат, но более длительные в плане приведения в нормальное рабочее состояние виды хранения техники.

– Я упустил этот нюанс. Последствиями же станут куда более значительные потери. А сейчас каждый альв на счету.

– Именно поэтому я решил недостаток боевой мощи компенсировать более адекватным и опытным командованием на местах.

– Да где же ты его… стоп. Сэдо, ты же не думаешь возглавить оборону непосредственно на месте? Если у тебя плохая память, то ты мой генерал. И я не допущу, чтобы столь опытный командующий погиб от шального выстрела или еще какой случайности в будущей свалке.

– Ты не хуже меня знаешь, насколько в той свалке будет необходимо адекватное и быстрое реагирование. Не бойся, князь, мы еще и не из такого выбирались, да?

– Ладно, делай, как пожелаешь. Но я настаиваю на оборонительной тактике.

– Хорошо, я с ребятами рассеюсь по периметру щита, и как только они продавят щиты на опасную величину, мы атакуем.

– Да, все так. Объясни молодым и горячим, что турели тут не просто так стоят и щиты станции – тоже.

– Не переживай. Они достаточно разумны, чтобы понимать, что воевать под градом бьющих со спины турелей не особо комфортно, а стоит умереть последнему защитнику, сила щитов уже не будет играть никакой роли, просто продлит агонию.

– Используем наши запасы на полную катушку. Не экономьте ни на чем, результат этого боя должен быть один – наша полная победа. Пленных не будет, ожидать сдачи не имеет смысла. Сразу же бейте в самые уязвимые места, наносите максимальный урон технике и живой силе. Мы столкнулись с беспощадным врагом.

– Хм, а ты весьма осведомлен. Не расскажешь старому другу, кто тут у нас такой знаток космических захватчиков.

В этот момент чуть издали послышался громкий стук мебели и уже более тихое шебуршание. Оба альва замерли, а потом князь, тяжело вздохнув, произнес в сторону пустого коридора:

– Айла, может, перестанешь прятаться и поздороваешься с дядей Сэдо.

В конце поворота, из одного его ответвления появилась девушка, быстро подошла к ним и, неловко переминаясь с ноги на ногу, пробурчала:

– Здравствуйте, дядя Сэдо… – При этом ее уши буквально пылали алым цветом.

– Поня-я-ятненько, – протянул генерал.

– Папа, ты же помнишь, что ты мне обещал.

Следующий вздох альвийского князя был еще более тяжким и мучительным.

– Да помню, если к нам на помощь придет подкрепление, мы их примем как друзей, не атакуем, не относимся враждебно. Сэдо это тоже услышал, так что можешь быть спокойна. Ну а теперь, помнится, у тебя еще уйма дел.

– Да, действительно. Прошу простить, мне пора бежать, не буду вам мешать. – И девушка направилась к станционным лифтам.

– Мы ждем подмогу? – удивился генерал.

– Вряд ли. Дочь в это верит. Но даже если сюда кто и подоспеет, то один или два корабля не решат исхода боя.

– Тебе ли не знать, что порою и один корабль решает многое.

– Да, но я не тешу себя призрачными надеждами, для правителей это особенно вредно.

– Что же, я ушел. Выдвигаюсь со своими к периметру щита. Жду от вас непрерывных отчетов о его состоянии.

– Хорошо, я распоряжусь. Удачи тебе, вернись живым, друг.

* * *

– Карающий, точка входа в варп активирована. Врата созданы.

– Хорошо. У этих животных нет достаточной техники для отражения нашей атаки. При входе сконцентрировать всю мощь лазеров на турелях. Разрешаю использование экспериментальных лазеров в режиме перегрева. Уничтожение турелей – первостепенная задача. Со щитом и флотом альвов проблем быть не должно. Как только турели будут сметены, режим перегрева оружия отключить. Переходим в режим осадной атаки. Восстанавливаем ресурс накопителей. Ждем атаки защитников станции. Думаю, раньше чем на двадцатипятипроцентной мощности щита они не атакуют, до этого момента необходимо восстановить энергию до максимально возможных величин. У альвов нет тяжелых кораблей. Боевых крейсеров тоже нет. Небольшое количество обычных крейсеров и фрегаты. Наши фрегаты должны подавить их первую волну, не дать добраться до боевых крейсеров. Далее все решат наша численность и боевая мощь. Корабли противника уничтожать полностью.

– Будет исполнено.

– Хорошо. Тогда, координатор, прыжок через тридцать минут. Команде подготовиться. Стабилизировать врата. Уничтожим недостойных!

* * *

– Фиксирую множественное открытие врат. Сигнатуры кораблей неизвестны. На связь не выходят.

– Турелям атаковать. Всю доступную мощность на щит и поддержку турелей.

– Есть.

Космос перед станцией заполнился чередой открывающихся воронок. Оттуда плавно и величаво выплывали корабли. Корабли ужасающей конструкции, имевшие множество шипов на своей черной броне. Они напоминали, скорее, рой насекомых, чем боевое построение кораблей. Все они двигались хаотически, но все же логика в их действиях определенно была, потому как стоило только первым кораблям появиться в космическом пространстве, как они сразу же, одновременно атаковали одну и ту же турель. А за ними открывались все новые и новые воронки варп-врат, и оттуда уже выходили крейсера и даже боевые крейсера. Полномасштабная атака на станцию началась.


Глава 22. Оборона станции альвов

– Ми, что там дроны докладывают?

– Турели станции уничтожены. Начата полномасштабная атака щита станции.

– Что защитники?

– Ждут за щитом.

– Все правильно. Думаю, они атакуют чуть погодя, когда будет опасность уничтожения щита. Ми, активируй переход только когда начнется ответная атака. Нам необходимо нанести удар, при этом не оставаясь соло-целью и нанеся удар по смешавшимся кораблям обеих сторон.

– Хорошо, мониторинг дронами активирован. Но я так и не поняла, как ты собираешься атаковать.

– Пока у нас есть время, мы и подготовимся. Итак, направь на внешнюю обшивку корабля немного больше энергии, чем нужно. Но сам энергетический поток сделай как можно более инертным.

– Это вполне возможно, но не принесет никакой пользы. Усилить таким образом щиты не получится.

– Получится сделать другое. Энергия подана?

– Да.

– Хорошо, тогда я начинаю.

Колонны у капитанского кресла засветились, а потом алое свечение одновременно со всех колонн перешло в пентаграмму на полу. Та в свою очередь светилась намного дольше, после чего будто взорвалась красными лучами, разошедшимися по всей энергоструктуре корабля и фрегатов.

– Что ты сделал?

– Хех, я нас проклял.

– Объяснись.

– Некоторые виды проклятий по сути своей безвредны. Они предназначены для вызова страха у окружающих, для появления у них различных образов и галлюцинаций. Теперь на корабль наложено два проклятия. Одно временное, но мощное. Активируется сразу, как только будут открыты варп-врата. Кстати, затронет и их, все же на их открытие мы отдаём свою энергию. Второе же более слабое, но длительное – частично скроет силуэты наших кораблей. В идеале оно должно усложнить наведение на нас орудий.

– Это не сработает. Электроника и РЭБ не воспримут это. Для них мы останемся кораблем и десятком фрегатов.

– В том то и дело, что воспримут. Вся энергия – это энергия корабля, проклятие наложено на нее, а сейчас как корабль, так и фрегаты выделяют большое ее количество внешними своими слоями. Они-то и подвергнутся сканированию первыми. Они и станут тем заражающим системы сканирования фактором. Не думай, что мозг человека так уж сильно отличен от машин. На уровне основ все весьма похоже. Ну а количество вбуханной в это дело силы уж точно сгладит все мои просчеты.

– Кроме одного.

– Ты о чем?

– Свои-то силы ты точно не рассчитал. Я бы тебе советовала, пока у нас есть немного времени, хотя бы умыться. У тебя кровь из носу таким ручьем течет, что все лицо уже вымазано. Но сильных отклонений в здоровье организма не фиксирую.

– Действительно перенапрягся.

– Активирую врата. Альвы перешли в атаку.

– Ну что же, похоже, кемарнуть и восстановить силы уже не успею. Ладно, буду давиться сублиматом с накопителей. Ми, прыгаем. Я активирую заклинание. Прыжок.

Мелькнувшая воронка перехода тут же исчезла. Столкновение действительно началось. Со стороны шара-щита станции тянулась вереница фрегатов, уже вклинившихся в завесу из легких кораблей противника. Но стоило появиться линкору, как множество огней от выстрелов тут же исчезло. Все замерли и сосредоточили взгляды на них. Совершенно непонятное внимание для одного корабля.

– Миимэ, оно сработало. Быстро, максимальное количество ракет, любых, по ближайшим врагам, залп!

Линкор огрызнулся просто роем ракет. Но опять никто не атаковал не только линкор, но даже ракеты сбить не попытались. Около полудюжины боевых крейсеров, прятавшихся «в тылу» и имеющих сильнейшее и довольно дальнобойное оружие, тут же были разорваны этим ракетным роем. От такого количества ракет не спасли ни щиты, ни броня. Начали проскальзывать первые несмелые выстрелы, правда, пока все уходили в молоко. Радовал тот факт, что стреляли пока только агрессоры, альвы враждебности не проявляли и лишь с удвоенной силой стали истреблять заслон из фрегатов противника.

– Выпускаем фрегаты. Ударим в спину!


Немногим ранее. Альвийская станция


– Последняя турель уничтожена. Генерал, они начали полномасштабную просадку щита. У тебя немного времени. Подожди, пока они хоть немного истощатся на щите – и атакуй.

– Понятно. Эти их орудия сжирают щит…

– Щит начинает дестабилизироваться!

– Понятно. Парни, атакуем.

Фрегаты разорвали строй и как можно более хаотично двинулись на врага. Но подобраться им не дали. Такие же мелкие и быстрые корабли врага преградили дорогу. Вполне себе нормальные, уничтожимые цели, но количество… А время играло против них.

«ВНИМАНИЕ! ПЕРЕДАЮ ВСЕМ КОРАБЛЯМ! ЗАФИКСИРОВАНА АКТИВАЦИЯ ВАРП-ПЕРЕХОДА В НАШ СЕКТОР».

– Черт, только подкрепления врагу не хватало. Хотя, может, это не то… Компьютер, вывести отдельным экраном новые врата, – прокричал в пылу боя генерал.

Такое же действие проделали не только пилоты, но и все на станции. И сейчас все напряженно следили, кто же появится из воронки. Еще один враг или, может быть, неожиданная помощь, во что все же слабо верилось.

От группы атакующих крейсеров отделилась дюжина, расположенных на наибольшем отдалении от остальных и имевших худшее окно обстрела, и направились к вратам. Стало понятно одно, кто бы ни появился из врат, он явно не является подкреплением врага.

Тем временем с самими вратами происходили нестандартные метаморфозы. Циклически двигающаяся энергия в них постепенно меняла свое направление. Цвет врат также менялся. Теперь они были кроваво-красного цвета и обзавелись широкой мантией из черных энергетических частиц. Постепенно эти частицы сами стали двигаться по известному только им направлению. То, что образовали двигающиеся частицы энергии, заставило всех, судя по всему – даже врага, на время забыть об атаке.

– Великие духи леса! – в эмоциях прокричал генерал.

Активную боевую частоту начали заполнять слова молитв. Всему виной было то, во что превратились до сих пор обычные врата. Черные, постепенно перетекающие в пространстве космоса частицы образовали силуэт огромного черепа. В его глазницах зияла чернота космоса, а врата перехода располагались непосредственно в пасти. Алые врата продолжали закручиваться в воронку. Но из них по-прежнему не вышел ни один корабль. Но тут спиральное движение врат ускорилось. А потом огромный алый поток выплеснулся из «пасти» врат, накрывая собой дюжину подошедших боевых крейсеров. Их всех скрыл алый кровавый свет. Тут же врата рассеялись, пропал и свет, а на месте группы атакующих кораблей в черноте космоса парили лишь растерзанные остовы, словно корабли подверглись атаке сотни ракет.

Происходящее же в командном центре сейчас иначе как хаосом было просто невозможно назвать. Картина в космосе не вписывалась ни в одни логические цепочки искинов. Растерявшиеся искины все раз за разом создавали логические цепочки, которые так же раз за разом заканчивались чем-то вроде «а потом пришла смерть, и все умерли». Было решено понизить уровень контроля искинов станции в бою, сузив его до банальных «качай щиты» и «бей, куда укажут».

Непонятный объект, не сделав по ним ни одного выстрела, собственно, даже внимания не обратив на них, уже ввел станцию в режим сопротивления массированной хакерской атаке. А пока искины приходили в порядок, сердце грел лишь один факт – у врага все тоже плохо и царит непонимание. А если враг также опирается на технологические примочки, как и его десант до этого, то, возможно, там царит куда большая неразбериха.

Князь являл собою один из немногих островков спокойствия на всей станции. Хотя его взгляд то и дело раз за разом находил дочь. Та, увидев это, тяжко вздыхала, делала короткий жест рукой – мол, «спокойно, все хорошо» – и убегала дальше помогать готовить помещения к приему раненых.

– Князь, на связи генерал.

– Да, Сэдо. Если ты хочешь меня сейчас спросить, тот ли это гость, которого мы ждали, то – похоже, да.

– Между прочим, там остатки кораблей еще пылают так, что совершенно непонятно был ли к нам переход чего-либо вообще.

– Дочь уверяет, что это он – тот, кого она ждет. Знаешь, просто, если это не «он», то мне страшно представить тогда, что. Поэтому давай беречь остатки наших нервов, верить в лучшее и переходить в наступление.

– А не слишком ли нагло таким количеством и гордо в наступление.

– Если верить дочке, он там один, ну, может, в паре с еще одним кораблем. Поэтому, как только наши «друзья» немного отойдут от увиденного и решат, что за жизнь они готовы побороться с самой смертью, вот тогда ему не останется и шанса. Ну, а создавать охранный ордер, как ты говоришь «таким количеством» – это лишь продлит нашу агонию. Давайте, пока еще целы некоторые запасные турели, с нашей поддержкой вы или растерзаете их, или умрете лишь немногим раньше нас. Встретите нас в великом лесу пиром.

– Да, в атаку! Сегодня попируем, друг, тут… или там!

– Удачи. Конец связи. Дайте мне связь с Храмом матери-природы.

– Верховный друид слушает тебя, брат.

– Ну что же, братья, думаю, ЭТО уже достаточно веская причина, чтобы все же перестать наводить туман и ввести меня в курс дела по поводу тех старых фолиантов о магии.

– Мы услышали тебя, брат. Мы уже собираем совет, о его результатах ты узнаешь первым.

– Хорошо… конец связи. Что там у нас творится, выведите на экран корабль генерала. Отдельным окном – уничтоженные «гостем» корабли противника.

На основном экране генерал вел флот в атаку, которая проходила на удивление легко. Огрызавшаяся мелочь противника быстро уничтожалась. Если до этого их встречали слаженные атаки множества кораблей, то теперь каждый стрелял, куда горазд. Были даже случаи попадания по своим. Оставалась еще неясной ситуация с боевыми крейсерами, которые пока что не проявляли активности. Но даже в такой сложившейся ситуации бой с дезориентированным противником шел хоть и удачно, но довольно напряженно.

* * *

– Да, надымил знатно, все никак не рассеется.

– Дурак ты, какой еще дым, там же космос.

– Сам дурак, не видишь, что ли, вон какое огромное облако.

Этот спор мог продолжаться еще долго, о любви двух диспетчеров поспорить на станции ходили легенды, но как раз в этот момент рядом с ними проходил князь, который также обратил внимание на мониторы. А там находилась картинка пылающих остовов в приближении. И четко было видно, как огромное облако «дыма» колышется рядом, совершенно не спеша рассеиваться.

– Фиксирую передвижение кораблей противника.

Именно к этому облаку и двинулись два десятка ближайших фрегатов противника, на что в ответ – прямо из этой колышущейся массы – выстрелило с дюжину «отростков» и двинулось на них. Рассмотреть, что такое отделилось от облака, не представлялось возможным. Было видно лишь окутанное черным облаком нечто, что с огромной скоростью движется навстречу фрегатам, оставляя за собой темный след. Но когда расстояние стало критическим, они еще ускорились. Одна из камер послушно приблизила одну из таких точек. Из тьмы на просто-таки запредельной скорости вылетел корабль, весьма схожий с фрегатом. И если до этого прицеливанию мешал тот факт, что целиться было буквально не в кого, аппаратура послушно показывала «дым», то теперь уже было поздно.

Вылетевший из пятна черный фрегат не стал атаковать оружием. Все, что успевали корабли противника, выставить щиты, потому как наводиться орудиями было уже поздно. Но вместо огня на истощение щита они получили совершенно неожиданный ответ. Корабль пошел на таран, врезавшись, видимо, специально сконструированными для таких целей отростками у маневровых крыльев и разрывая металл фрегата. Даже столь качественные щиты, как те, что имелись на кораблях противника, никак не были рассчитаны на сдерживание массы, помноженной на скорость целого корабля. И щиты просели. И эти монструозные когти вспороли сразу их, а потом добрались до корабля. Удар разорвал металл, тем самым оторвав «голову» фрегату. Поврежденная кабина с пилотом продолжила парить в космосе, а непонятный фрегат уже атаковал следующего врага, пропоров тому бок и повредив двигатели. Схожая система атаки наблюдалась на всем поле боя. Пока в космосе не запылали зеленые лазерные следы. Боевые крейсера врага, видимо, оклемавшись, начали атаку. Так, один из таких выстрелов полностью прошил свой же фрегат и, пройдя через него, оторвал одну из «лап» незнакомца. Поврежденный корабль тут же прекратил атаку, на форсирующих двигателях двигаясь в сторону основного клубка черного «дыма».

Боевой крейсер решил двинуться за ним, но, дойдя до основного облака дыма-тумана, начал совершать экстренный маневр разворота. Что он там увидел, стало понятно секундой позже, когда из темного пятна, прямо рядом с поворачивающим, но все же продолжавшим двигаться по инерции кораблем величественно появился огромный черный линкор. Теперь необычные шипастые корабли врага смотрелись уже не так неординарно. На них двигался линкор с огромной, уже сейчас открывающейся пастью. А крейсер все так и не успел нормально довернуть корпус. Пасть расширилась еще больше. А потом огромный красный луч из едва видимого орудия в пасти линкора делает залп. Нужно иметь просто запредельное сопротивление, чтобы выдержать такую атаку. И крейсер, видимо, его имеет, потому как такой залп выдерживает. Не выдерживает он все же сомкнувшуюся на расплавленной от выстрела броне пасть линкора.

– Я уполномочен сообщить вам решение Круга друидов. Мы предоставим вам всю имеющуюся у нас информацию, – отвлекает на миг князя полученное сообщение.


Отступление 5


– Карающий, то, что произошло… эти появившиеся корабли. Они не поддаются расчетам. Экипаж в смятении. Это не просчитывается… это не просчитывается… – один из приближенных командующего наступлением стоял в паре метров от того, неотрывно сверяясь с небольшим компьютером. Вокруг замерли члены экипажа корабля и выполняли весьма неординарные действия. Они активировали все свои «вычислительные мощности» вживленных компьютеров и пытались понять, что же появилось перед ними. Некоторые даже пошли на нарушение, установив соединение с искином корабля и вытягивая часть его мощностей.

– Прекратить! – Этот крик Карающего был подкреплен ударом его руки по расположенной рядом аппаратуре, при этом в момент удара из руки с громким треском прошел заряд тока, оглушив и обрубив связь у всех подключившихся к искину. – Вы все слишком никчемны, чтобы сметь постигать такое через цифры. Не понимаете, не просчитываете? Дело не в них, лишь в вас самих и в том, что священные импланты не стали вашим телом, а по-прежнему являются костылями для вашего мяса. Ничтожества! Выполняйте тот мизер требуемых от вас функций – это все, что от вас требуется!

– Но…

– Анализ кораблей.

– Быстрые фрегаты.

– Анализ их маскировки, быстро!

– Нет данных.

– Анализ щитов.

– Перекос в сторону кинетических бронепластин. Данные неточные.

– Анализ орудий.

– Кинетические, бой ближний, сверхближний.

– Вот и все, что от вас требовалось. Не выполняйте действий, которые вы по скудоумию своему не способны делать. Что следует из полученного анализа?

– Будет использовано энергетическое орудие, кинетика малоэффективна, – поступил доклад от диспетчеров орудийных систем. – Системы защиты будут усилены наноботами и ремонтными дронами, потому как к кинетическим повреждениям мы более восприимчивы.

– Вот и все. Все, что от вас требовалось. Приступайте.

– Внимание. Регистрирую снятие маскировки еще одним кораблем. Сигнатура принадлежит кораблю класса линкор. Тип линкора неизвестен. Количество кораблей – один.

– Внимание, боевые крейсера. Применить логистику на ведущем звена. Готовиться к отражению атаки.

– Были проанализированы орудия линкора – предположительно орудия энергетического типа.

– Отлично. Максимально усилить эми-щиты, ведущему применить маневр перехвата огня, приготовиться принять залп на щиты.

– Карающий, простите глупца, но не будет ли эффективней открыть огонь со всех орудий? Он же один.

– Истинно глупец, безусловно, нет. Эти «вторженцы» поставили нас на грань жесточайшего информационного голода всего парой действий. Из меня старшие собственноручно вырвут импланты, если узнают, что я просто стер все эти технологии простым залпом. Продолжайте накачку щитов лидера первого звена. Мы должны собрать максимум возможной информации об этом корабле… перед его уничтожением.

– Фиксирую залп. Щиты просели до минимума, зафиксировано термическое повреждение бронепластин. Учитывая мощность орудия, могу с уверенностью заявлять, что щит будет восстановлен раньше.

– Хорошо, дождемся еще одного залпа, а потом…

– Внимание! Лидер один уничтожен.

– Как?!

– Э-э… Карающий, он был перекушен пополам. Карающий, что с вами?

– Уничтожить, – еле слышно проскрежетал держащийся за голову командующий, видимо, даже его мощные вычислительные импланты дали нехилый сбой с откатом, после того, что учудил этот линкор. – Всем боекомплектам, залп по готовности. Цель – линкор противника.

– Залп невозможен.

– Залп невозможен.

– Залп невозможен.

– Залп невозможен.

– Залп невозможен.

– Залп…

– Да что там у всех вас случилось-то?

– Зафиксировано превышение кратности целей. Цели имеют слишком хаотичную кривую движения, просчет времени залпа невозможен.

– Что за… вывести на экран!

Огромный монитор засветился, показывая плывущий по космосу линкор, орудия которого вот-вот должны были выйти на исходную силу заряда. Но главным было другое. Щит, созданный из хаотично кружащих вокруг линкора фрегатов. Их движения были беспорядочны, но в то же время они никогда не сталкивались и прослеживалась некая связь в их передвижении. Картина их маневров была весьма похожа на то, как движутся косяки мелкой рыбешки, вроде бы и хаотично, но все же движением своим сливаясь в один цельный «организм».

– Люди и альвы так не пилотируют, – чуть слышно отметил командующий. – Даже не так, все известные мне разумные так не пилотируют. Искин бы мог, но эти движения, тут что-то большее, чем просто просчеты искина, да и наш тогда перехватил бы его вычислительный ряд и подстроился под него. Стоп, мы все не о том сейчас думаем, откуда тут эти фрегаты, они же завязли в нашем первом кольце? Сканирование!

– Уничтожено более трех четвертей фрегатов. Альвийские силы прорываются к нам.

– Проморгали. Распустили слюни на цветную обертку в виде целого линкора, пока мелочь помогала дорезать наше кольцо. Ну, ничего. За грань я не пойду сам. Логисты! Накачка мощностей. Цель – энергетические накопители бластерных орудий… за гранью я не буду один.

* * *

– Миимэ, они что, опять пытаются проделать этот трюк с созданием звезды магов?

– Звезда магов? А-а-а, да-да-да, я видела это в твоих воспоминаниях. Хе-хе, остроумно. Как ты уже понял, корабли, имея специализированное оборудование, действительно могут передавать свою энергию определенной цели. Вот сейчас они смогли сверх меры поддерживать жизнеспособность щита одного БК, так, что он по своим параметрам даже превысил показатели линкора. Согласна. Похоже на вашу звезду магов. Но к чему ты это упомянул.

– Они же хотят опять проделать этот трюк. Но, думаю, тут не будет так же. Нас ждет что-то кардинально другое. А теперь подумаем, зачем кораблю повторно лесть на те же грабли, если они знают, что против меня они долго не продержатся?

– Э-э, ты меня извини, но я фиксирую сильное накопление их энергии.

– Если ты заметила, то что-то схожее было у нас пару минут назад.

– Да действительно, на пару мгновений силовая система линкора вспыхнула, но потом сразу же нормализовалась… а у тебя опять пошла носом кровь. Но я это посчитала откатом от применения использованных ранее заклинаний.

– Нет, то есть это действительно был откат, но уже от нового заклинания. Довольно легкое в применении, опять заставило меня перенапрячься. Я действовал против них так же, как если бы это была группа магов. Блин, не могу никак привыкнуть к такому «усилителю», как целый корабль. Но это временно. Так вот к сути, в момент уничтожения щитов БК энергетическая система остальных БК просела до такой степени, что я смог активировать проклятие. Целью стал их флагман.

– То, что это флагман, еще не доказано.

– Но мы же смогли зафиксировать высокую активность связи именно этого корабля.

– Да, но все же.

– Будем надеяться, что не ошиблись.

– Твоя легкомысленность…

– Так вот, пока они качают ему щиты, а как ты заметила, качают они именно щиты флагмана, так что не переживай мы не ошиблись, мы можем немного порассуждать. Пяток минут у нас есть. Вернусь к моему вопросу, зачем качать щиты, если я смогу их разбить?

– Времени, потраченного на уничтожение щитов, будет достаточно для их планов.

– Верно, а что можно сделать за столь короткое время.

– Ничего, сделать один залп разве что.

– Вот, нас ждет один, судя по всему, сверхмощный залп, способный повредить даже линкор.

– Но мы тут просто болтаем!

– Уже ничего не изменить. Все получится.

– Хорошо, если мы остановим этот залп, что тогда?

– Полностью опустошенные от перекачки энергии, БК уничтожат мои фрегаты совместно с альвами. Думаю, больших проблем не будет, у них энергии по минимуму должно оставаться.

– А флагман?

– К моменту окончания действия проклятия он будет обезврежен. Берите его в кольцо. Я не хочу, чтобы слишком исполнительные альвы стерли в порошок такой чудный кораблик.

– А что будешь делать ты?

– Сколько времени потребуется, если все пойдет по этому сценарию.

– Пару часов точно, возможно дольше. Никто не будет рисковать в конце сражения, БК будут уничтожать аккуратно.

– Чудесно, мне хватит. Пожалуйста, приготовь медкапсулу глубоко восстановления и попроси кого-то перенести… – командор замолчал.

– Что перенести?

В этот момент командор сгорбился в своем кресле. Кровь из носу начала снова хлестать с удвоенной силой. Пара конвульсий, и его глаза закатились. А потом он обмяк, медленно сползая с кресла, пребывая уже без сознания.

– ВНИМАНИЕ! ОФИЦЕРСКОМУ СОСТАВУ! НЕМЕДЛЕННО ПРИБЫТЬ В КОМАНДИРСКУЮ РУБКУ! НЕМЕДЛЕННО-О-О! – крик Миимэ, казалось, был слышен даже за пределами корабля.


Тем временем в космосе


Оставшиеся БК испускали лучи яркого золотого света. Это работали системы передачи энергии. Одновременно с этим их щиты, что яркими голубыми волнами растекались по поверхности кораблей, начинали все сильнее тускнеть. В один момент золотая нить трансферта энергии вспыхнула ярче и тут же угасла у одного корабля. За ним последовали и остальные. Энергетические накопители просели до своего минимума, перейдя в режим аварийного восстановления энергии. Одновременно с этим один из черных фрегатов, что кружил по совершенно невообразимым траекториям вокруг линкора, взял особенно резкий разворот. И уже по прямой – на совершенно невозможной для любых живых разумных скорости – рванул к ближайшему БК.

Щиты корабля мигнули, но недостаток энергии взял свое, и архаичное оружие фрегата стало проламывать себе дорогу в броне корабля. БК повело, фрегат впился своими «когтями» рядом с рубкой. Тут же на него стали наводиться орудия. Залп получился, откровенно говоря, слаб. Поверхность корабля задымилась и явно нагрелась, но он продолжал атаку на БК. Орудия начали копить заряд для повторного залпа, но в них на полном ходу влетел еще один фрегат, сбивая уже полностью траекторию БК и выводя его из построения.

Похожая ситуация творилась с остальными БК. Полностью не восстановив свой энергозапас, они не могли делать залпов, достаточных по силе для преодоления защиты фрегатов. Фрегаты же не могли достаточно быстро «вскрыть» столь бронированного врага. Но корабли альвов понемногу начали подтягиваться к точке последней схватки, делая все более смелые залпы в точки брони, поврежденные их необычным союзником.

Флагман же стоял подобно монолиту. Сила его щитов поражала, а орудия светились аномально ярким светом. Казалось, что еще миг, и он выпустит залп, способный сравнять все на своем пути. Орудия, не способные сдерживать столь концентрированную энергию долго, начинали постепенно разрушаться. Но залпа не происходило. А потом они начали разрываться. Одно за другим орудия то взрывались, рассеивая заряд, то плавились, разрушаясь. Такими темпами корабль скорее, сам уничтожит себя, пусть не полностью, но орудийную систему – точно. А залпа все не было…


Флагман. Немного ранее


– Накопление заряда идет успешно, Карающий.

– Хорошо, сосредоточьтесь на защите. Нам нужно успеть максимально скопить энергию для залпа.

– Внимание, фиксирую энергетический всплеск.

– Какого рода?

– Не идентифицирован. Источником послужил линкор врага. Энергия достигла нашего корабля. Но повреждений не нанесла, полностью впитавшись обшивкой корабля.

– Искин в норме?

– Да.

– Тогда не отвлекайтесь на глупости и сосредоточьтесь на основной цели.

– Энергия для залпа накоплена.

– Отлично, залп!

– Орудийная, вы что уснули? Залп!

Раздраженный Карающий поднялся с капитанского кресла и направился к канонирам. Двое из них склонились над монитором, во что-то пристально всматриваясь. Хоть лиц и не было видно, но их плечи подозрительно сотрясались, а вблизи и вовсе слышалось тихое хихиканье.

– Да вы с ума сошли. Я вас за такое в космос выкину. Быстро залп! – проорал подошедший Карающий.

Рука одного из них была модернизирована, представляя собой массивный манипулятор. Наконец-то обратив внимание на подошедшего к ним Карающего, он взглянул на свой манипулятор, словно впервые. Под его взглядом тот зажужжал, бывший вместо пальцев захват спрятался, уступив место выдвинувшейся огромной то ли игле, то ли шипу.

Продолжая смеяться, он развернулся к Карающему и вогнал тому в живот этот шип.

– Что ты творишь… А-а-а! – удар светящейся от электричества руки Карающего снес тому голову.

Словно только заметив ее, шедший мимо человек остановился и рассмеялся, заливисто и громко. А потом схватился за горло. Продолжая смеяться, он начал царапать себе лицо. Через некоторое время показались белые кости черепа. А находящиеся рядом с ним люди уже заливались радостным смехом.

– Что это… не может быть. Неужели… вирус?! Искин, внимание. Команда «Обнуле…» – договорить Карающий не успел. Острая боль пронзила ему спину. В силу своей специфики каждый культист имел боевые модификации. То есть разного рода выдвижное, стреляющее и другое оружие. Вот и еще один смеющийся член команды стоял рядом со своим командиром, вонзив в его спину огромный нож, больше похожий на небольшой меч. Рука привычно засверкала электрическими всполохами. Но тут на нее навалилась тяжесть. Карающий повернулся. Вцепившись в руку, рядом с ним стоял его первый помощник. По-прежнему продолжая хохотать, он постепенно горел и обугливался от электричества, испускаемого рукой, но руку надежно блокировал.

А теперь уже полностью вся хохочущая команда медленно приближалась с Карающему. И в руках у многих блестело железо лезвий.


Отступление 6


Множество слабых ламп и диодов с трудом освещало и без того полутемное помещение. За огромным, заполненным различными гаджетами, столом сидел довольно молодой мужчина, скорее, даже парень. Сейчас все его внимание было заполнено, видимо, довольно сложными вычислениями. Дело дошло даже до того, что он откинул небольшой компьютер и с упоением делал небольшие пометки на обычной бумаге обычным карандашом. Занят он был настолько, что совершенно не реагировал на тихо подошедшего к нему немолодого мужчину. Пожилой мужчина имел осанку и поведение, скорее, показательного дворецкого. Он, выпрямившись, словно съел кол, а то и два, находился уже пару минут за плечом парня, тем не менее совершенно не пытаясь того отвлечь.

– Я слушаю тебя, Лекс, – пробурчал парень, все так же что-то отмечая на листе бумаги, даже не глянув на пожилого мужчину.

– Пришли отчеты по операции «Крестовый поход», капитан Кролик.

– Хорошо, есть ли что-то важное, я занят довольно сложными расчетами?

– Да, находящийся под наблюдением мигрирующий флот культистов получил статус «карательный». Это связано с тем, что большинство техники и строений они уничтожали, также не жалели и живую силу. Слишком большие разрушения, слишком невыгодные в плане рисков. Захвачены ими были лишь разного рода разумные, не являющиеся военнослужащими. Военных уничтожали полностью, что и послужило поводом присвоить отметку «карательный».

– Хо-хо, похоже, в глубинке появился главный забияка, решивший поиграть мускулами и построить страшные рожи. Пусть развлекаются, хоть это и неприятно, но пока нас это не касается…

– Коснулось.

Молодой мужчина, прозванный Кроликом, мгновенно замер и тут же уперся взглядом в помощника. Именно сейчас, когда лицо стало сосредоточенным и утратило некую дурашливость, стало видно, что «парню» куда больше лет и что он, скорее, просто очень молодо выглядит и никак не является глупым юнцом.

– Наши пограничные базы не были на пути их следования, они слишком малочисленны, чтобы привлекать внимание.

– Как я и говорил, операции присвоен ранг «карательная». В ходе движения флота культистов ими было совершено небольшое отклонение от границы фронтира, что позволило им атаковать одну из наших перерабатывающих баз в дальних системах. Данная база занималась добычей редких металлов, а также их последующей переработкой. Враг был вовремя идентифицирован, но недостаток тяжелой промышленной техники не позволил эвакуировать некоторые производственные мощности. Персонал был эвакуирован полностью и уже вернулся на место в полном составе. Потеря не смертельная, но этот денежный поток можно считать временно парализованным.

– Вернулся на место? Думаешь, безопасно?

– Да, в ходе дальнейшего движения флот культистов атаковал альвийскую станцию.

– И был остановлен?

– В данный момент идет зачистка «хвостов», но думаю, о полном уничтожении флота можно утверждать смело.

– Таким образом, Лекс, мы имеем наш перерабатывающий комплекс, что сейчас будет работать в половину мощностей из-за отсутствия полных технологических цепей обработки металлов? А еще мы имеем «соседей», серьезно «пощипанных» этими полоумными фанатиками. И вот что я думаю, Лекс. Не начать ли мне план по налаживанию союзных отношений с некоторыми из жителей фронтира с альвов, а? У нас есть чудесные материалы, что так и просятся быть задействованными в ремонте их флота и станции. А мы, как добрые соседи, за деньгу малую такую чудесную помощь им предоставим. Не солить же их, тем более восстановить мощности быстро не получится, как и переправить полуфабрикат… – Кролик нажал на одну из кнопок в углу стола, и появилась большая голограмма обитаемого космоса. Несколько пассов руками – и участок карты увеличился. Так отражалась зеленым фоном вереница систем. Каждая из них внизу своего названия имела значок в виде черепа с кроличьими ушами и надписью «Непослушные» под ним. Но одна система постоянно мигала красным, обрывая цепь.

– Как ты видишь, из-за небольшого конфликта наши дальние торговые пути сейчас не в лучшем виде. Я не думаю, что он затянется, но лучше бы нам учесть все варианты. Поэтому, думаю, мое предложение альвам будет особенно взаимовыгодным. К тому же у меня остались некоторые «края», через которые можно выйти на их князя. Напрямую, скорее всего, он не станет работать с «грязными пиратами», слишком горд. Но это даже хорошо. Его же гордость станет гарантом честной торговли. Свяжись с одним альвом на станции, вот его данные. Скажи ему, что я хочу с ним переговорить. Сегодня вечером будет лучше всего.

– Будет исполнено.


Вечер. Та же комната


Человек, именуемый Кроликом, что-то рассматривал на большом экране, поминутно увеличивая отдельные фрагменты фотографии. Но тут огромный монитор мигнул. На нем появился силуэт гуманоида, полностью скрытый помехами и бликами, так что определить, кто перед ним, не представлялось возможным.

– Капитан Кро-о-олик, как рад вас видеть, – голос был искаженным, но даже этого хватало, чтобы уловить тонны сарказма в нем.

– Хм, здравствуйте, уважаемый…

– Ну что вы, не нужно имен. Я рассмотрел ваше предложение и думаю, что этим беспокоить князя не имеет смысла?

– Объяснитесь.

– Скоро у князя появится много других важных, смертельно важных дел. Ну а мне, как будущему новому князю, ваше предложение кажется недостаточно уважительным. Думаю, если вы снизите цену на ваше сырье раз эдак в пять, я, так и быть, рассмотрю предложение, безусловно, за щедрые откаты.

По комнате разнесся хруст, а за ним на пол упали из руки пирата куски разломленного карандаша.

– Да ты, наверное, забыл, на кого ты лаять осмелился, ничтожество.

– Я слышал, что рейдеры попили достаточно крови не только аристократов, но и ваших пощипывают на торговых путях. Да-а, теряете хватку, Кролик, теряете. Все же рассмотрите мое контрпредложение. Пока оно еще достаточно щедрое.

– Пока вы еще не князь. – Связь отключилась.

– Лекс, ко мне, быстро.

Не прошло и пары минут, как в кабинет пирата вошел его помощник.

– Лекс, моя цепочка к князю оборвалась, оказавшись с браком. Мы не сошлись в цене. Жаль. С действующим князем, пусть даже через посредников, было бы вести дела куда стабильнее.

– Подготовить мобильное крыло.

– Нет, пока нет. Думаю, у этого напыщенного осла ничего не получится. Он стал делить шкуру неубитого медведя, совершенно позабыв, что рядом есть зверь куда пострашнее…

Картинка на мониторе вновь изменилась, вернувшись к фотографии, что до разговора рассматривал пират. На ней был изображен огромный черный линкор, вокруг которого летал целый рой фрегатов.

– Возможно, к этому делу стоит подойти немного с другой стороны…

* * *

Не прошло и минуты, как двери командирского мостика, начали открываться, но стоило им отъехать на десяток сантиметров, как тут же их края схватили несколько пар рук. Кто-то, не пожелавший дожидаться, когда они откроются полностью, схватил и дернул их с такой силой, что сработала система безопасности, и двери чуть было не заблокировало вместе с руками их толкающими, если бы не вмешалась Миимэ.

– Успокойтесь. Я приношу свои извинения. Просто я оказалась не готова к тому, что отколол командор, поэтому получилось излишне эмоционально…

Все ворвавшиеся в рубку (а это были Рафаль, Леронэ и побежавшие за ней «сестры») сразу же подбежали к проявившемуся силуэту искина.

– …но проанализировав ситуацию и сделав экспресс-анализ состояния его здоровья, могу утверждать, что ему ничего не угрожает, – продолжила Миимэ, поворачивая командирское кресло. И хоть, фактически, физически она это сделать не могла, но ее движения, совмещенные с командой небольшим приводам кресла, делали полную иллюзию, будто девушка двигает эту часть мебели. А в кресле полусидя-полулежа разместился командор. Обильно шедшая носом кровь сейчас размазалась по всему лицу, и оно представляло собой сплошную кровавую маску. Сам же командор, судя по всему, находился без сознания.

– ЧТО С НИМ СЛУЧИЛОСЬ! – крик Леронэ был таковым, что на секунду к ней развернулся даже Рафаль, а сестрички синхронно сделали шаг назад.

– Э-э… не стоит так… беспокоиться. Сканирование показывает лишь глубокое истощение. Пару дней в восстанавливающей капсуле. Не о чем беспокоиться. Дроны сейчас перенесут его в медотсек, просто вы успели первыми, – ответила Миимэ.

– Хорошо, – уже спокойная Леронэ подошла вплотную к бессознательному командору, с беспокойством вглядываясь в его лицо.

«Помнится, ранее ты была к нему менее… лояльна. Неужели гордая капитан Шипов поступилась своими идеалами… и клятвами?»

– Нет, Рафаль, капитан Шипов никогда не преступит своих клятв. Но альвийка Леронэ умерла в той атаке. А занявшему ее место монстру лишь один разумный протянул руку помощи. Спас от кровавого забвения зверя. Подарил возможность «жить», как бы это не иронично звучало в моем состоянии.

«Мы не альвы. И место, куда мы сейчас летим, не осколок нашей родины. Я рад, что ты это поняла… и приняла».

На это девушка лишь кивнула.

В рубке повисло неловкое молчание.

– Внимание! Фиксирую активность вражеского БК! Фиксирую частичную активацию орудийных систем! – слова Миимэ совпали с яркой вспышкой колонн пентаграммы.

В тот же момент Леронэ схватили за руку. Дернувшаяся, было, девушка, вовремя себя остановила. Ее за руку держал очнувшийся командор. Сейчас очень слабый свет пентаграммы тонким потоком вливался в мага. Наполненные все тем же холодным светом глаза невидяще посмотрели на девушку, и командор быстро и четко заговорил:

– Миимэ, приказ фрегатам заблокировать орудия и маневровые двигатели БК. Абордажной команде выдвинуться для захвата командира вражеского БК. Обязательно брать живым! – Пентаграмма потухла, командор же теперь уже окончательно потерял сознание, сползая со своего кресла, но был вовремя подхвачен Леронэ.

– Рафаль, готовь команду к абордажу. Я догоню тебя, как только расположу нашего героя в медкапсуле.


Глава 23. Такая «разносторонняя» подготовка к встрече

– Князь, вражеская атака подавлена. Флот врага уничтожен. Летучие патрули, занятые поиском выживших с обеих сторон, сформированы и уже активны. Остается только один вопрос.

– Да, генерал.

– Ситуация с флагманом противника. Этот БК э… я так понимаю, на него претендует наш союзник, о чем он весьма недвусмысленно заявил.

Картинка с изображением генерала сменилась на панораму космоса, где среди обломков парил боевой крейсер, а над ним нависала громадина огромного линкора, а в довершение ко всему, подобно диким пчелам, вокруг крейсера беспрестанно метались черные фрегаты.

Их синхронный полет, с одной стороны, хаотичный, а с другой – подчиняющийся какой-то своей, необъяснимой, последовательности был по-своему красив. Князь на минутку замер, всматриваясь в этот танец.

– Ничто живое не может так летать…

Альвийские корабли, как и искины в них, были органическими, так что фраза князя была куда как всеобъемлюща и подразумевала не только альвов, но и искины.

Но завораживающий момент прервал резанувший в отдалении звук сирены, и приглушенный голос докладывал: «Фиксирую активацию орудийных систем». Это все еще работающая связь транслировала звуки с рубки корабля генерала. Дальним фоном слышались команды генерала об активации щитов и орудий.

Но внимание князя было приковано к иному. Черные фрегаты, до этого исполнявшие свой завораживающий «танец» вокруг БК и на миг замерев, подобно кулаку, «сжались» вокруг крейсера. Каждый из них аккуратно блокировал орудийные шахты основных калибров крейсера, а несколько ринулись к маневровым двигателям, вонзая в них свои своеобразные «клыки». Одновременно с этим с линкора выстрелили несколько капсул.

– Генерал… ГЕНЕРАЛ!

– Да… слышу вас, князь, извините, у нас экстренная ситуация.

– Не вмешивайтесь.

– Но…

– Не стоит, думаю, там и без наших «пяти копеек» прекрасно справятся. Расположите технику в доках для ремонта, свяжитесь с Айлой, она поможет с ранеными. И готовьте свой парадный… нам в скором времени предстоит дипломатическая миссия к новым союзникам.

Среди множества устремленных на линкор «гостей» камер альвов стали четко видны вспышки выстрелов торпедных аппаратов.

– Они все же решили его уничтожить? Странно. Не ожидал.

– Нет, князь, поверьте моему опыту – это не торпеды. Слишком медленно движутся.

– Генерал, при всем моем уважении, не так уж и медленно. Хотя… это многое бы объяснило, ведь вы не хотите сказать, что вот ЭТО и есть абордаж?

– Думаю… да.

– Но их скорость! Да экипаж давно уже со стенок соскребать нужно. Не выдержат никакие компенсаторы и костюмы.

– Но, тем не менее – это абордаж, хоть и выглядит сродни обстрелу. Я не знаю, как и кто такое выдержит, но это абордаж!

– Корабли, что летают при нечеловеческих условиях. Абордажники, что совершают высадку в режиме торпедного обстрела. Хм… возможно, эти стариканы были правы. И был прав я, что не поверил им, а доверился тебе, дочка.

– Что вы сказали, князь?

– Нет-нет, ничего.

– Есть попадание!

* * *

«Абордажной команде приготовиться!»

«Контакт!»

Залетевший челнок был подобен торпеде. Он пробил обшивку БК и проник внутрь. Только, в отличие от торпеды, детонации не последовало. Проникнув внутрь, челнок, покрытый когда-то живой материей альвийских кораблей, сейчас выпустил веер черных щупалец, не только зафиксировавших челнок, но и проникших в коммуникации корабля. Громкий щелчок, и сама собой срабатывает система экстренного восстановления жизнеобеспечения, вместо системы изоляции вторжения. По краям поврежденной обшивки выстреливают комья мгновенно застывающей пены, и вот уже ничего не указывает на когда-то нарушенную герметизацию отсека.

С резким хлопком открывается единственный люк. Размытые тени, почти не видимые глазу, сливаются с темнотой отсека, и в нем снова воцаряется тишина.

«Рафаль. Тяжелая артиллерия не понадобится. Если верить Миимэ, тут и живых-то почти нет. Отправляй умертвий на зачистку, а мы с тобой навестим командора БК. Помнишь? Живым!»

«Да».

И две тени, задержавшись на миг, исчезают в темноте.

* * *

По командной рубке БК разносились отчеты искина:

– Внимание! Блокированы основные двигатели!

– Внимание! Блокированы маневровые двигатели!

– Внимание! Множественные повреждения орудий и систем корабля! Выполнение поставленных команд невозможно!

Фигура, в которой с трудом угадывался Карающий, ударила что есть силы по приборной доске. Сейчас он представлял собой одновременно жалкое и в то же время пугающее зрелище. Ранее дорогая одежда была не то, что повреждена, она была растерзана, словно он участвовал в уличной драке. Множество ран, как колотых, так и подпалин, виднелись на открытых участках тела. Тело же представляло собою дикий, сюрреалистичный клубок из живой ткани, имплантов и множества проводов, что пронзали весь корпус, а в районе рук и уходили глубоко в приборную панель корабля.

– Активировать систему экстренного накопления заряда, – скомандовал сухой, скорее даже механический, голос.

– Исполнение команды приведет к уничтожению орудийных накопителей. Высока вероятность цепной детонации. С вероятностью восемьдесят два процента это повлечет за собой уничтожение корабля.

– Отлично. Привести в исполнение.

– Ошибка. Исполнение команды невозможно. Фиксирую обширное повреждение узлов одного из отсеков. Повреждения нанесены, скорее всего, кинетическими снарядами. Место повреждения локализовано и изолировано, но для восстановления энергетических каналов требуется обширный ремонт на верфи. Исполнение команды приостановлено.

– А все это из-за вас! Все потому, что вы еще остаетесь теми кусками мяса, что природа сотворила по ошибке! – кричал командир, видимо на экипаж, который в данный момент «присутствовал» с ним на мостике. А точнее – на истерзанные куски мяса, что когда-то были экипажем. Сейчас же они выглядели как груда неприятных, даже не тел, просто кусков плоти, изодранных, растерзанных, разорванных крупнокалиберными снарядами.

Крик был оборван выстрелом крупнокалиберного абордажного бластера. Двери командирской рубки разорвало на куски. Все, что было видно потом, это как в дыму из мгновенно вскипевших полимеров изящная ручка бросает с силой, совершенно для нее не свойственной, этот самый бластер. Резкий взвизг, и над головой Карающего появляется кинетическая турель. Мгновенно раскрутившись, она открывает пальбу по бластеру, а также покрывает область рядом с ним, превращая и без того обезображенные тела в настоящий фарш.

Именно в этот момент в рубку залетают две фигуры. При этом один из вторженцев резко отталкивается от пола, продолжая свой бешеный бег сначала по стене, а потом и вовсе по потолку. В этом ему помогали светящиеся клинки, которые пробивали обшивку как масло. Пара немыслимых для людей и альвов акробатических движений – и резкий взмах обоими клинками срезает основание так и не успевшей перевестись на следующую цель турели.

Вторая фигура, судя по всему женская, не спеша подходит к Карающему, при этом разговаривая с кем-то по связи.

– Да, Миимэ, твои рекомендации по транспортировке получила. Через десять минут будем в челноках, приготовь пару фрегатов, чтобы нас забрали.

– Кто вы та… – Голос Карающего обрывает резкий взмах мечей девушки.

Словно в замедленной съемке его обе руки плавно отделяются, продолжая висеть на проводах, а девушка поднимает его тело за шею. При этом ноги остаются в компании рук на командирском кресле, опутанные проводами.

– Рекомендации по безопасной доставке выполнены. Миимэ, приготовь одну из медкапсул, не хотелось бы, чтобы наш драгоценный пленник издох раньше, чем ему разрешит командор. Да и приготовь фрегаты для буксировки БК в тыл линкора. И как там командор?

– Здоровье командора стабильно. Жизненным функциям ничего не угрожает. Дальнейшее лечение достаточно ограничить усиленным отдыхом.

– Извинись за меня перед ним, но, зная моих бывших сородичей, сейчас будет не до отдыха. Приведи его в сознание, скажи, что я рекомендовала ждать, как минимум, сеанс связи, а то и целую делегацию. Как только освобожусь, я сразу прибуду на командирский мостик для помощи и консультации.

* * *

С очередной камеры князь наблюдал оживление в рядах, возможно, будущего союзника. Корабли, классифицированные как модернизированные фрегаты, резко засуетились, организовывая что-то схожее с буксиром.

– Они ведь закончили, я правильно понимаю, генерал?

– Да, князь, сейчас отбуксируют его себе в тыл. На этом, думаю, моя часть боя окончена. Дальше воевать вам в войне дипломатической.

– Да, согласен. Но не стоит быть слишком навязчивыми. С делегацией пока повременим. Думаю, начнем с аккуратного знакомства, почти романтического, хе-хе. Рубка связи! Через пару часов попытайтесь организовать связь с линкором… союзника.


Через два часа


– Князь. Есть отклик. Связь установлена!

– Ну что же. Удачи мне, хех. Три, два… связь!

Монитор мигнул, и все, находящиеся рядом с князем альвы увидели человека. Обычного человека, но при этом его глаза светились леденящим, холодным светом, пробирающим даже через монитор.

– Я, князь данного сектора, рад приветствовать вас, командор. Ваша помощь была неоценима. Требуется ли вам в срочном порядке какая-либо помощь?

– Спасибо. Я рад, что оказанная мною помощь была целесообразна. Спасибо, все в порядке, потерь и повреждений, требующих немедленного внимания, нет.

– Что же. Тогда я буду рад предложить вам помощь своих верфей для подготовки к более… комфортной транспортировке вашего трофея. Также мы готовы предоставить все необходимое для пополнения вашего провианта и топливных запасов. Вас же я, командор, прошу быть непосредственно моим гостем. Думаю, не только я горю желанием высказать свою благодарность столь своевременной вашей помощи… – И князь улыбнулся, незаметно показав кулак подбирающейся к монитору дочери.

– Что же, – в дополнение к вымораживающим душу глазам лицо собеседника украсил воистину хищный оскал, что улыбкою можно было назвать с большой натяжкой, – ничто так не сближает, как пир на костях общего врага. Берем курс на ваши верфи. В связи с некоторой сложностью буксировки БК агрессора ориентировочное время прибытия пять часов. До связи.

– До связи, командор.

Экран погас. В рубке станции воцарилось молчание.

– Варвар, – проговорила молодая альвийка из отделения связи, – кости врагов…

На это генерал, находящийся во время разговора сбоку от князя, вне зоны видимости, лишь широко улыбнулся.

– Давно, князь, мне не попадались такие люди. Они сейчас больше по дипломатии да по разговорам. А тут вроде бы и тоже разговор, вот только разговаривать разговоры сразу желание отшибло. Хе-хе, думаю, сработаемся. Одно мне только показалось странным.

– Пять часов буксировки поврежденного корабля?

– Да, не многовато ли?

– А ты видел его глаза?

– Да, я всякого повидал, но меня прямо жуть брала. Как перед первым боем по спине мурашки бегали.

– Это да, но я не о том. Глаз не видно. Зрачков, белков, цвета… не видно. А зачем, почему? Зачем кому-то прятать свой цвет глаз и вот так вот выставляться. Оставил бы этот «туз»? Или есть туз поважнее?

– Цвет белков… белков… СТИМУЛЯТОРЫ! Да если его по самые брови ими залили, у него сейчас глаза, что те два кровяных пятна. Полностью красные должны быть.

– Да, нашему другу явно не так весело и цветасто, хоть он и пытается держаться молодцевато и лихо. Но и нам некуда торопиться. Размещайте раненых. Освободите один из доков для приема кораблей союзника. И готовьтесь к дипломатической встрече. Я нисколько не кривил душою, говоря, что не я один захочу выразить свою благодарность. Скорее всего, у нас будет аншлаг. Так что усильте систему охраны, нечего кому попало посещать встречу. Только альвы с высшими ступенями допуска.

– Немедленно этим займусь.

– Дочка, не гипнотизируй меня взглядом. Никто тебя не собирается выгонять. Это же твой знакомый, хех.

– Извините, князь, получено сообщение из Круга. Просят вас в ближайшее время выйти с ними на связь.

– Им-то что понадобилось, особенно теперь, когда все уже закончилось? – пробормотал князь, проходя к монитору в своей каюте.

Из-за большой дальности связь не была мгновенной. Запестрили помехи, а потом перед лицом князя предстал представитель Круга друидов.


Отступление 7


Круг друидов, или просто Круг, был старинной организацией. Ранее он имел большое, если вообще не доминирующее влияние на князей любых секторов. Но космический век альвийских княжеств ознаменовал упадок этой организации. Сила Круга была основана на религиозных верованиях альвов, и рычагом его влияния как раз и была вера. Но век технологий ослабил влияние религии, а межзвездные перелеты и вовсе «доконали» мощную организацию.

Постепенное технологическое (пускай и шедшее по пути биотехнологий) развитие вымывало мистический религиозный оттенок из многих неведомых ранее фактов. Взгляды на жизнь и другие верования встреченных инопланетных цивилизаций, пускай, и не оказали влияния на исконные догматы веры альвов, но сильно пошатнули их, заставив взглянуть на некоторые непреклонно нерушимые аспекты под другим, иногда даже кардинально противоположным, углом.

Теперь Круг являл собою ослабленную версию былой организации. Его работа теперь имела скорее консультативный и миротворческий характер. Организация, выступающая нейтральным переговорщиком в различных спорах и конфликтах. Организация, обладающая наибольшими базами данных по фактически всему, что в эти базы можно занести, и постоянно пополнявшая и структурирующая их. Доступ же к этим базам строго ограничен, и любой запрос тщательно обрабатывается. И при этом все покрыто налетом древности, щедро приправленными остатками той былой мистики.

Круг лишился прямого влияния, но смог сохранить былое к себе уважение, заложенное у альвов буквально на подсознательном уровне. Советоваться в важных вопросах с Кругом – это правильно. Привлекать Круг к урегулированию спора – мудро. Выполнять «небольшие просьбы» Круга или его советы, пусть и не обязательно, но весьма почетно. Исполняя их просьбу, альв отдает дань былым традициям. Вот основные рычаги сохранившегося влияния. Теперь Круг не приказывает, он убедительно просит.

Любой, взглянувший под таким углом на эту организацию, представит себе некий пережиток дней минувших, что пытается из всех сил оставаться «на плаву». Так было бы верно с людьми. Но альвы – не люди. И как бы это дико ни звучало, но организация была действительно нужной и действительно полезной. И пускай верховная власть организации – «внутренний круг» – и брала курс на удержание оставшихся крох власти, но остальная часть альвов Круга была довольно многочисленна, чтобы в ней имелись действительно увлеченные и преданные своему делу альвы. Преданные своему делу ученые, философы, талантливые учителя, наставники, миротворцы – вот что делало Круг действительно полезным для альвов. И таких было большинство. Но двойственность – губительна…

* * *

– Здравствуй, брат. Все ли спокойно, все ли достойные альвы живы в таком отдалении от дома?

– Дом – место, за которое, опершись о плече родных или друга, ты бьешься до последней капли крови. Для многих на этой станции именно она стала домом. Для многих уже навсегда.

– Мы скорбим о ваших потерях.

– Но на связь вы вышли явно не для того, чтобы помочь нам припасами и людьми? Или я ошибаюсь?

– Нет… не для того, – по мере разговора голос одного из членов Круга приобретал все более и более раздражительный оттенок, словно при разговоре с ребенком, который раз за разом совершает одну и ту же шалость, совершенно не прислушиваясь к постоянно упрекающим его родителям.

– А для чего тогда, позвольте мне узнать… брат?

– Нам стало известно, что в бой вступил несанкционированный нигде командор.

– Несанкционированный? Не вам ли не знать, что имперский искин, допустивший человека к управлению своим кораблем, автоматически его утверждает в звании?

– Это касается только периода боевых действий и продолжительных конфликтов. В таких случаях это всегда член экипажа, и что так, что эдак, исходя из служебной лестницы, в девяноста процентах случаев это замы… или замы замов. Люди, которые и так были бы поставлены на этот пост.

– Но, тем не менее, он имеет допуск. И он помог нам, сильно помог. И отчего же ты начал столь въедливый разговор о нашем спасителе, а, брат? – князь начинал говорить все громче и громче – словно и не разговор это вовсе, а следствие, а возможно, и суд.

– Гнев, брат, это не лучший…

– Гнев?! Гнев – это то, что наполняет глаза жен и детей тех альвов, чьи мужья сегодня не вернулись на станцию. А их мужья защищали своих родных и то, что им дорого. А вот другие альвы… их «братья», отчего-то совсем не поспешили им на помощь. В отличие от этого «несанкционированного» командора. Так что же ты от меня хочешь?

– Силы, примененные пришлым для подавления кораблей неприятеля, берут свои корни еще со времен единения. Наши отцы и деды боролись с такой, как он, нечистью в своих рядах. Темный должен быть доставлен в главное здание Круга, где ему будут заданы вопросы об источнике этих знаний, после чего преступивший древние законы должен быть уничтожен!

– По чьему приказу?

– По приказу внутреннего круга.

– А-а-а… ну, если по приказу внутреннего… – Князь внезапно ударил по столу с такой силой, что тонкий резной столик не выдержал и с громким хрустом неестественно покосился. – Да за кого ты меня принимаешь, ничтожество. Я что, по-твоему, неоперившийся птенец, что смотрит в рот Кругу, вымаливая одобрения и поддержки. Не у вас одних есть фолианты времен единения. И информация в них может трактоваться весьма и весьма двояко. Я вообще молчу о том, что она касается альвов и только альвов. К другим расам эти знания вообще быть применимы не могут, как и санкции по ним. И теперь ты, не ударивший палец о палец, когда рядом гибли альвы… нет, не только альвы. Тут гибли разумные. Приказываешь мне, князю пограничного космоса! Именем Круга?! Да кто ты мне, собственно, такой?!

Собеседник заметно стушевался. Было видно, что отказы, как и крик на него, – это нечастые явления в его жизни.

– Я… я, конечно, не настаиваю. Круг не может настаивать. Но я бы настоятельно рекомендовал вам задуматься. Ведь Круг будет недоволен, а, как я слышал, и при дворе великого князя не все довольны вашими успехами тут. Не случилось бы так, что…

Глаза князя представляли сейчас две еле различимые щелочки, но голос был предельно спокоен:

– О решениях внутреннего круга я буду говорить непосредственно с его членами. И что-то вас там я не припомню.

– Я недавно вхожу в Круг, но это не…

– Ну-ну, не стоит оправдываться… брат. Но будьте осмотрительны. Как бы по вашей неопытности ни случилось бы так, что…

Связь оборвалась.

– Генерал!

– Да.

– Сэдо, у нас проблемы. Круг чересчур активно начал совать свой нос. Хотя Круг ли это – еще вопрос. Это требует времени и вдумчивого разбора, но, как мне кажется, кто-то чересчур предприимчивый решил под шумок «приватизировать» неизвестные технологии нашего спасителя. Причем не только их. У меня сложилось неприятное ощущение, что и мне стоит ждать сюрпризов. Усиль охрану Айлы. Также усиль охрану наших новых гостей, когда появятся.

– Я тебя понял. Для этого альвов я отберу лично.

– Хорошо, Сэдо, готовься, скоро прибудут гости.

* * *

Монитор потух. Разговор с князем окончен. Один из друидов Круга быстро пробежал пальцами по панели, и вот на мониторе виднелась уже другая фигура. Собеседник выжидающе смотрел, но ничего не говорил.

– Князь разочаровал Круг. Возможно, вы были правы в том, что ваша кандидатура принесет куда больше пользы на этом месте. Стоит проверить. Круг поддержит.

Силуэт, также молча, кивнул и экран погас.


Рабочий кабинет князя. Парой часов позже


Князь был занят. Очень и очень занят. Он думал. При этом ходил по комнате, нарезал круги, бормотал что-то вполголоса, разворачивал и сворачивал старые свитки и просматривал информацию на консолях. Он бы не позволил себе такого в присутствии кого-либо, но наедине было можно. Это помогало.

Легкий зуммер отвлек внимание, и тихий голос секретаря в одном из мониторов проговорил: «К вам глава службы безопасности, с сопровождением».

Князь подошел к небольшой консоли:

– Хорошо, скажи, что я сейчас его приму, пусть заходит… – Он улыбнулся. – С сопровождением.

Прошла всего пара мгновений, и в кабинет князя буквально влетел альв. За ним спокойно и дисциплинированно, как и полагается образцовому секретарю, зашла девушка, остановившись слегка сзади. Альвийка была довольно слабо приметна, серые одежды и слабый макияж усредняли ее, заставляя теряться и не застывать надолго в памяти мужчин. Хотя, если приглядеться, становилось сразу видно, что девушка красива и даже очень. Альв же бросался в глаза с первого взгляда. Во-первых, своими габаритами. Для этого народа не слишком свойственна полнота, но данный альв был полным. Не толстым, нет-нет, а именно полным. Для людей это было бы менее заметно и создавало бы образ зажиточного человека с достатком. В альвийском обществе такое бросалось в глаза сильнее. Вторым его отличием была одежда. Сложный наряд из множества складок и рюшечек, видимо, должен был скрыть его полноту, но вот довольно яркая цветовая палитра сводила все его старания на нет, приковывая взгляды окружающих сразу. Мужчина, а любой альв знал его как главу службы безопасности князя, с достоинством поклонился. Девушка же обозначила короткий, быстрый, но четкий поклон.

Глядя на них, князь опять улыбнулся, теперь более широко и открыто.

– Рафаэль, я знаю, как тяжело таскать эту махину, присядь пока, я разрешаю. А я пока послушаю Корин.

На это мужчина лишь еще раз поклонился и отошел, присев недалеко от девушки в кресло.

– Князь, я бы попросила вас все же сдержаться от такого рода эмоций, когда вы нас видите. Это может создать некоторые вопросы, – начала говорить девушка тоном, подошедшим, скорее, строгой учительнице, отчитывающей ребенка. При этом сама ситуация, когда рядовой секретарь, пусть и главы Службы безопасности, позволил себе такое обращение с князем, была из ряда вон. Но в этом кабинете наличие посторонних глаз и ушей было невозможно, поэтому можно было ненадолго снять маски.

– Ну как мне не улыбаться, когда зная, насколько ты серьезная девушка, я каждый раз наблюдаю этот маскарад. Нет-нет не пойми меня превратно. Я нисколько тебя не осуждаю. Это весьма оригинально и полезно. Но мысль о том, что авторство этой идеи принадлежит тебе, заставляет меня улыбаться.

– Мы с вами уже много раз об этом говорили, князь. Это помогает мне в работе.

– Но все же, столько лет проработать у меня начальником Службы безопасности, при этом выдавая своего телохранителя за фактического начальника. Да еще и придумать ему легенду, что он довольно эксцентричный мужчина, при этом совершенно недальновидный и рассеянный, поэтому всегда таскает с собой секретаря. Хех, лопух и увалень, который на должности держится только из-за связей родни. А если начальник дуб дубом, то на секретаря вообще можно не смотреть. Смазливенькое личико заставляет всех делать нужные выводы, да, Корин? И прости, Рафаэль, я не хотел тебя обидеть.

На это сидящий альв лишь улыбнулся и помахал рукой.

– Ну-ну, я-то знаю, что у тебя за «брюхо». Как ты вообще эту установку пехотного энергетического щита можешь постоянно таскать на животе, да еще и прятать ее под одеждой, выдавая за полноту? Хотя чего это я. Я-то помню, как ты в годы нашей молодости гнул руками железные пруты.

– Чудесное было время. Мы тогда знатно с Сэдо любили победокурить. Сейчас должности хуже оков. Ты – князь, Сэдо – генерал, я вот от малышки не отхожу, а так хочется на покой, – наконец заговорил мужчина.

– Ох, и не говори, вот повзрослеет Айла… Кстати, жена-то не ревнует к Корин?

– Ты же знаешь, что она не хуже меня понимает, что такое служба.

– Если вы закончили свой «вечер воспоминаний», то, может, перейдем к докладу?

– Да-да, извини, Корин. Это мы по-стариковски. Все же еще маленькой тебя помним.

– Общая ситуация по станции стабильная. Тут докладывать не о чем, такого рода победы над общим врагом как ничто способствуют сплоченности даже среди давних врагов. Но я бы хотела поговорить не об этом. Парой часов ранее была зафиксирована активация мощных систем связи. Поскольку сигнал имел вашу кодировку, то система лишь зафиксировала сам факт и все.

– Я прекрасно помню, что просил вас фиксировать любые попытки активации межпланетных систем связи, в том числе и от меня. И не только фиксировать.

– Так вот, факт сигнала, время и частота были зафиксированы и отложены в архив. Но всего в течение десяти минут был зафиксирован другой сигнал. Для нас он был «входящим» и являлся более примечательным. Во-первых, код источника сигнала совпадал с кодом «абонента» из сигнала ранее, но имел куда более массивный код безопасности, и это с учетом того, что ваше кодирование считается максимально безопасным. Во-вторых, принявший сигнал находится у нас на станции, но ни примерное местоположение, ни даже применяемое им оборудование установить не удалось. Личность принявшего сигнал и суть разговора установить – тоже не удалось.

Фактически даже сам факт связи удалось установить случайно, из-за того, что некоторое оборудование находилось в тестовом режиме после боевых действий и использовало куда больший диапазон. Но даже это говорит о том, что разговор имел чрезвычайную важность, а если учесть, что абонент до этого…

– …говорил со мной, и я его откровенно послал.

– Князь, вами использовалась рабочая связь, и согласно вашему приказу, проводилась ее запись в режиме «Совершенно секретно».

– Я же тебе говорил, что еще не настолько стар, чтобы в маразме забывать о своих приказах. К тому же тебе я доверяю, Корин, и, как ты сказала, использовалась рабочая частота. Таким образом, содержание разговора с Кругом я могу опустить. Думаешь, им разговор не понравился куда больше, чем хотелось бы верить?

– Думаю да. И хоть для Круга такой подход не типичен в целом, но, как следует из разговора, говоривший там новичок. Новичок на весьма высокой должности, хочу отметить.

– А новая метла по-новому метет. Твоя оценка?

– Следует ждать всего, вплоть до покушения. Прошу усилить охрану и уменьшить количество гостей на предстоящем приеме. К тому же необходимо уменьшить штат обслуживающего персонала, оставив только самых проверенных с большим стажем работы.

– Я тебя, безусловно, понимаю. Но и ты меня пойми. Приглашение получили лишь самые влиятельные личности. Отзыв приглашений невозможен. Что же до снижения штата обслуживающего персонала, то рук итак не хватает. Я многих отпустил в госпитали, помогать родным. Или ты предлагаешь, чтобы все эти лорды и чиновники сами себя обслуживали на приеме такого уровня? Извини, Корин, но нет. Я понимаю, что таким образом многократно увеличиваю тебе рой проблем, но как бы это ни звучало – это твоя работа. Я тут поменять ничего не могу. Извини. Что же до усиления охраны, то Сэдо получил от меня ряд указаний.

– Это многократно усилит риск для вашей жизни.

– А вот это уже моя проблема. Уж такая у меня должность.

– Тогда я буду настаивать на приеме вами ряда наших стимуляторов перед званым ужином. Они совершенно безопасны. Это уберет шанс вашего отравления.

– Хорошо.

– Также прошу надеть под одежду гражданскую версию энергетической кольчуги. Она не стеснить ваши движения и при попытке вашего физического устранения сможет отразить несколько выстрелов.

– Что-то я о таком не слышал.

– Это разработка людей. Нам удалось выкупить несколько у контрабандистов из баронств. Гарантирую полную незаметность под одеждой.

– Хорошо.

– И ваш «специальный» гость остается личностью неизвестной во всех пониманиях этого слова. Ни что от него ждать, ни даже его личность по изображению установить не удалось.

– Хо-хо, тут-то можешь сильно не рыть. Пока не рыть. Думаю, после приема у нас будет куда больше информации. Пока же, если получится, попробуй удовлетворить свое любопытство, поговорив с Айлой. Вы вроде бы подруги.

– Безусловно, я так и сделаю. Но у меня будет к вам пара предложений, требующих вашего одобрения.

– Я тебя слушаю.

– Столь… новому гостю потребуется сопровождение.

– И кого ты предлагаешь?

– Я как глава службы безо…

– Хорошо, сопровождай, но опять же, сразу поговори с Айлой. Еще что-то?

– Будет ли гость знать о некотором повышенном внимании к его личности определенных… кругов?

– Хм… думаю, будет. Это может оказаться полезным. Я приглашу его на частный разговор по прилете.

– Спасибо, у меня пока все.

– И тебе, Корин, спасибо. Пока, Рафаэль.


Немногим ранее


Хриплый вдох. Тяжелый выдох.

Темное помещение не освещалось ничем, кроме небольших лампочек, постоянно мигающих на портативной медицинской системе жизнеобеспечения. К ней был прикован множеством проводов и трубочек тот, кого раньше можно было назвать человеком. Сейчас же это был лишь кусок плоти с поврежденным торсом и головой, без рук, без ног. Живой, лишь благодаря этому прибору. Это все, что осталось от когда-то гордого разумного, носившего титул Карающего. Хотя нет, не все. Осталась все же еще его гордость. Гордость, щедро сдобренная презрением ко всем, отринувшим святой дар имплантов.

Вот и сейчас, когда дверь в каюту, с тихим шипением, начала открываться и помещение начал заполнять легкий свет, ничего во взгляде Карающего не поменялось. На вошедшего человека был устремлен гордый взгляд, полный презрения.

– Прошу меня простить. Слишком много дел требовали внимания, никак не мог уделить вам немного времени.

– Ну что вы, что вы. Целый командор флота. Причем военного, а молчите и дуетесь подобно ребенку. Я, конечно, не столь значимая шишка, всего лишь командор этого скромного линкора, но право слово, как разумные люди мы бы могли немного и поговорить.

– Кусок мяса. Когда-то придет твое время. Твоя плоть сгниет и разум погаснет. Неужели ты думаешь, что, изуродовав мне тело, ты поставил меня на колени? – скорее выплюнул, чем сказал, Карающий.

– О-хо-хо, конечно же – нет. Для существа, и в грош не ставящего свое тело, данное природой и родными, безусловно припасена какая-то уловка, чтобы и память свою сохранить на каком-то материальном носителе.

– Вот видишь, нет смысла пугать меня увечьями или смертью. Я, как и все мои братья, выше всего этого.

– Ну-ну, память-то свою ты, может, и сохранишь, – голос человека стал холодным, – но сохранишь ли душу?

– Пф… ха… аха… А-ХА-ХА!!! – смех культиста скорее бы подошел безумцу. – Большего глупца я не видел давно. И ты целый командор. Командор, что смог победить меня! Религиозный глупец. Романтик, пекущийся о душе. Какой позор!

– Право, меня называли по-разному. Но чтобы романтиком… М-да. Похоже, у нас с вами слегка разные представления о назначении души. Но вернемся к этому разговору попозже. Сейчас же меня интересует информация. Давайте начнем с чего-то простого. Ну, например, отчего довольно сильному флоту, под трезвым и рациональным управлением, так расточительно себя вести? Там захватили, тут выжгли под ноль, здесь урвали кусок, а то и уничтожили полностью. Это вообще что такое было?

– Не тебе, отсталое существо, понимать и принимать догмы нашего похода.

– Ну-ну, эта фанатичность вам не к лицу. Я даже больше скажу, в душе вы совершенно другой человек, я вам как эксперт говорю. Но все же. Это было похоже, скорее, на тактику «выжженной земли». Так не достанься же ты никому? Так ведь? Вам же было совершенно плевать на все те системы. Нет, не так, будь у вас возможность и время на ассимиляцию, безусловно, от лишних территорий вы бы не отказались, ведь это ресурсы. Но глядя на ваши корабли, могу сказать, что и без них вы не бедствовали. Так кому вы не хотите их отдавать? – голос некроманта стал тих и холоден, глаза стали слегка светиться. – Кого вы боитесь настолько, что решили выйти из тени и засветиться тут, на границе, лишь бы лишить его возможных ресурсов? Вы напали на представителей разных государств, так что это не из-за их лидеров или политиков. Тут есть кто-то еще. Кто-то, подобный вам, но все еще таящийся во тьме? Так ради кого эта резня?!

– Пытайте, а лучше сразу убейте – это сэкономит наше общее время, я все равно ничего не скажу.

– Пытки. Что же. Если вам будет так угодно. Хотя я бы их так не назвал. Это будет разговор. Разговор, хех, по душам с вашими старыми друзьями.

– Что? Есть выжившие среди экипажа? Не тратьте время, их жизни для меня ничего не значат, ими меня шантажировать не получится.

– Что вы. То, что их жизни для вас ничего не значат, я вижу и знаю куда лучше вас. Выживших, кстати, не было. Ваша турель отработала с достойной уважения эффективностью. Но я немного об ином.

Командор подошел к небольшому столику для медикаментов, находящемуся рядом с прикованным телом. Из неприметного чехла он извлек нож. Пренебрежение в глазах Карающего сменилось удивлением, когда человек ранил сам себя, сделав неглубокий надрез на руке. Потекла кровь, мерно капая на столик.

После пары минут, когда капли пусть и не полностью, но покрыли большую часть плоскости столика, командор убрал руку и полез в не примеченный ранее небольшой мешочек, а потом высыпал содержимое на все тот же столик. Со звонким цокотом по столу прокатились небольшие косточки. Они были совершенно белыми, но на некоторых все же имелись нацарапанные небольшие символы.

– Итак, прошу любить и жаловать, ваша команда.

– Таким меня не испугать. Ты глуп, человек, решив, что существо, множество раз модифицировавшее свое тело, испугается каких-то костей.

– Вы знаете, у меня на протяжении всего разговора создается двойственное ощущение, что мы с вами, используя одни и те же термины, говорим о совершенно разных вещах. Думаю, сейчас настало время внести некоторую ясность. Итак, я загляну к вам через часок за ответами. Ну, а пока не буду портить вам воссоединение.

Человек быстро вышел, так и не погасив свет. Наступила все та же тишина, изредка нарушаемая дыханием культиста и легким шумом приборов.

Вдох, выдох. Но на очередном вдохе Карающий замер и прислушался. Он медленно выдохнул и вдохнул опять. Ну вот, опять. Словно при каждом его вдохе дышал еще кто-то, и вроде бы даже не один. Но очень тихо. Почти что нехотя.

Случайный взгляд на стоящий рядом столик заставил Карающего вообще замереть не дыша. Освещение в этом месте было достаточно сильным, и вот теперь он заметил то, чего не было тут раньше. Тени от лежащих костей были неестественно длинными. Они, вопреки остальным теням, тянулись к самым стенам каюты, но там приобретали совершенно другие очертания. Очертания людей.

И стоило Карающему всмотреться в эти силуэты, как до него дошло сразу узнавание, а потом пришел тихий шепот. Шепот нарастал, превращаясь в крики, в истерики и плач. Они спрашивали его – за что?! Грозились, проклинали. Они требовали его смерти. И даже понимание того, что для него смерть не конец, не давал возможности абстрагироваться от этих криков.

– ЗАМОЛЧИТЕ!

А крик все нарастал, заполняя весь разум Карающего.


Часом позже


Двери в каюту отворились. Стоило человеку зайти в помещение, как на миг тени словно бросились от испуга по углам, но это длилось лишь мгновение. Показалось? Возможно, вот только прикованный множеством проводов к системе жизнеобеспечения человек громко задышал, хотя, скорее, даже захрипел, повиснув на медсистеме.

Постепенно в его глазах разгоралась все сильней и сильней искра разума. Теперь на вошедшего он смотрел без презрения, без гордости. Лишь со страхом, с всепоглощающим животным страхом.

– Вот, мне нравится ваш взгляд. Весьма и весьма правильный, я бы сказал.

– Что ты такое?

– Вы, видимо, забыли. Сюда я пришел, чтобы услышать ваши ответы. Или, может, я помешал вашему общению? Может, мне стоит зайти попозже?

– НЕТ! Нет… я все скажу…


Немногим позже


– Как интересно. Я бы даже сказал весьма неожиданно. Думаю, мне будет, о чем пошептаться с князем, уж его-то ЭТО должно волновать в первую очередь. – Некромант обернулся к Карающему. – Ну вот, а вы упрямились. А тут все честно рассказали, и на душе полегче стало, так ведь? Кстати, помнится, я вам обещал вернуться к этому разговору.

Некромант подошел к человеку, опустив ему на голову руку. Но в отличие от предыдущего безразличия Карающего, в этот раз он попытался, что есть силы, отшатнуться. А глаза его заполнял все тот же страх.

– Или ты думал, что я забуду обо всех тех, чьи жизни ты забрал в этом походе?

Легкий рывок руки, и белесый туман рассыпается на полу каюты. Тело Карающего безвольно обвисает на системе жизнеобеспечения.

– В одном ты был прав – превратив себя в это, вы перестали быть людьми.

Звук включения коммуникатора.

– Леронэ, готовься. Будешь моим сопровождающим у князя, а заодно экскурсоводом. Получасовая готовность.


Где-то


В огромном помещении царит тьма. Ее нарушают десятки капсул, слегка подсвеченных, дабы было хорошо видно их содержимое. В каждой капсуле, в прозрачной, слегка зеленоватой жидкости, плавает человек, подключенный к множеству трубок и кабелей. Но вот панель рядом с одной из капсул надсадно запищала, и тело внутри задергалось в конвульсиях.

Детский голос:

– Дядя вернулся! Дядя вернулся!

Мужской голос:

– Я же тебе говорил тут не гулять. Что!

Топот ног, и все тот же голос:

– Капсула четырнадцать. Трансферт сознания прошел успешно. Карающий, вы меня слышите? Карающий! Карающий! Э-э… Карающий?

Веки человека в капсуле на миг приподнялись и стали видны его тусклые, лишенные разума глаза. А потом они и вовсе закрылись.

– Я ничего не понимаю, активность мозга минимальна. Странно, трансферт же был идеален. Память носителя перешла полностью. Хм… мне нужно посоветоваться с ним. Пойдем, я отведу тебя к папе.

Детский голос:

– Ага.


Глава 24. «Союз искателей крови» и встречи

Границы известного космоса. Станция альвов. Доки


В диспетчерской рубке доков царил небольшой хаос. Всему виной был генерал, который входил в делегацию по встрече нежданных союзников. Данный почтенный альв сейчас занимался тем, что как подбитый истребитель выписывал пике, бочки и другие фигуры высшего пилотажа по всему отсеку дока. Всему виной стала небольшая оказия. Как было известно, линкор возможного союзника стоит ждать через довольно продолжительное время, поэтому народ не особо суетился, занимаясь рутинной работой и устранением последствий боевых действий.

Генерал же, в свою очередь, получал пресные, но оптимистичные отчеты о том, что все идет штатно и проблем нет. Именно поэтому старый вояка решил, что следует все проверить самому. Прибыв в диспетчерскую, он убедился, что подготовка к встрече идет полным ходом. Хоть и было несколько нестыковок, но док был расчищен для приема корабля настолько большого размера, а фрегаты аккуратно перемещены в глубину дока. И вот, выходя на очередной круг расспросов и уточнений у главного диспетчера, он зацепился за одну из его фраз:

– Что значит любого типового проекта?

– То и значит, что из-за большого количества поврежденных кораблей мы не могли очистить весь док. Но я ручаюсь, что оставленного тут места достаточно для стыковки любого линкора из флотов всех известных нам разумных.

Генерал отошел, а потом уставился на небольшое изображение приближающегося линкора.

– А что, он похож на стандартный проект?

Вопрос заставил диспетчера задуматься, но потом он отмахнулся:

– Да ладно вам, корабль такого размера на коленке не соберешь. Даже самые влиятельные из пиратов, имеющие на своем вооружении корабли личных разработок, делают основные части типовыми.

– Проверь.

– Ну, хорошо, – диспетчер забарабанил по клавиатуре, замер, еще раз перенабрал, а потом восхищенно присвистнул.

– Что там?

– Вы знаете, мы делали запас, исходя из нестандартности конструкции, но… может не вписаться.

– Да вы что, дети малые?! Что вам мешало его вот так просканировать?! Быстро расчистите док основательнее!

– Мы сканировали. Но именно сейчас, когда корабль недалеко от станции, мы получаем совершенно другие данные. Вы знаете, есть оборудование, скрадывающее сигнатуры кораблей, но на таком расстоянии, на котором производилось первичное сканирование, это считается невозможным. Большая удача, что вы настояли на повторном сканировании, обычно мы производим лишь единичное сканирование. Удивительный корабль… Операторы! Возьмите в захваты фрегаты восемь и двенадцать, их необходимо передвинуть на аварийные площадки! Да… немедленно…

По доку замелькали огромные манипуляторы стыковочных модулей. Если в родных планетах альвов даже такие модули были частично органическими, то тут приходилось пользоваться людскими технологиями. Их ремонт был легче, и расходники было намного проще достать. Так, в суете время до момента подхода корабля прошло куда более незаметно.

– Линкор запрашивает разрешения на стыковку.

– Разрешаю. Вполне успеваем.

– Что тут у вас?! – в диспетчерскую влетела Корин.

В отличие от обычного спокойного состояния девушка была запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

– Корин, ты что, сюда бежала? – удивился генерал.

– Генерал, не могли бы мы поговорить в коридоре?

Они оба вышли.

Девушка еще раз глубоко вздохнула и даже оперлась рукой о стенку.

– Сэдо, вы же знаете, что я буду с вами их встречать. И представьте мое состояние, когда все, уже собравшись, я нигде вас не могу найти, а потом и вовсе узнаю, что вы ушли без меня в диспетчерскую и там начался настоящий хаос!

– Хо-хо, и ты в своем платье, да еще и при боевой раскраске бежала в диспетчерскую, разыскивая меня? Да, действительно виноват. Уж прости старика, Корин. С этими заботами совсем забыл тебя встретить. Тут просто возникла небольшая внештатная ситуация. Оказалось, что корабль наших друзей обладает весьма незаурядной системой подавления сигнатуры. Если обещаешь простить старика, то я тебе все подробненько расскажу.

В этот момент двери диспетчерской открылись, и высунувшаяся голова диспетчера возвестила, что линкор начал стыковку.

Все перекочевали из коридора вовнутрь, поэтому смогли наблюдать, как в док – с эдакой ленцой сытого хищника – вплывает корабль. Антрацитово-черные очертания, сдобренные «кровавыми» участками брони, и хищные обводы корпуса завораживали. Но вот он вынырнул из темноты космоса, и все смогли рассмотреть его в подробностях:

– Мама! – не выдержал кто-то из персонала. – Нужно быть психом, чтобы создать такое.

Сейчас перед мониторами мелькали оскаленные черепа орудийных систем.

– Или, может быть, гением. Он… прекрасен… – Главный диспетчер неотрывно следил за кораблем, как и все остальные в рубке.

В себя их привел звук сирены.

– Что случилось? – тут же пришел в себя диспетчер.

– Фиксирую активацию маневровых систем некоторых фрегатов.

– Что? Каких именно.

– Восемь и двенадцать.

На мониторах сменилась картинка. Линкор плавно входил в док. По обе стороны от него манипуляторы пододвигали два фрегата, освобождая территорию. В этот момент стало видно сияние от маневровых двигателей фрегатов, и они резко дернулись. Вырвавшись из захватов манипуляторов, они продолжили свое движение, забившись в глубину дока, чудом не влетев в стоявшие там корабли. Расстояние с соседними кораблями в некоторых местах было меньше метра. Вокруг линкора тут же образовалось огромное свободное пространство. Кто-то из техников завистливо присвистнул.

– Получаю данные искинов.

– Что там случилось? – вмешался генерал.

– Искины запустили протокол полного анализа. Они считают, что произошел сбой, поскольку их органическая составляющая беспрестанно начала посылать сигналы об опасности. Сейчас искины себя полностью контролируют. Это, конечно, полный бред, но у меня создалось такое ощущение что они…

– … испугались… – закончила за него Корин.

– Что же, нам следует поторопиться, не правда ли, Корин. Нехорошо заставлять гостей ждать. – Генерал несколько наигранно бодро пошел к входу в доки. Девушка тут же поспешила к нему присоединиться.

* * *

Они успели как раз вовремя. По стыковочному трапу шли двое гостей. Первым был мужчина – человек. Не узнать в нем говорившего с ними командора было крайне сложно, особенно учитывая легкое свечение серебристых глаз. Облачен он был в длинный кожаный плащ, поэтому определить, вооружен ли он, было крайне сложно. Хорошо было заметно лишь множество кармашков на его поясе. А вот, кто был точно вооружен, так это второй – сопровождавший. Точнее – вторая. Очертания легкой брони ясно давали понять, что перед ними девушка. Правда, больше ничего определить не удавалось, броня была хоть легкой, но все же глухой.

– Здравствуйте, – первым заговорил генерал, – на правах встречающего я рад приветствовать гостей на нашей станции. Меня зовут Сэдо. Я являюсь командующим силами обороны станции. Эта милая девушка – Корин, она будет вашим экскурсоводом.

– Здравствуйте. Не стесняйтесь обращаться ко мне по любым вопросам, – тут же добавила девушка.

– Приветствую. Мне приятно, что столь высокопоставленные альвы, – в этот момент у Корин слегка дернулись уголки губ, гость явно имел в виду и ее, – нашли время, чтобы меня встретить. Меня зовут Александр, я являюсь командором этого линкора. Это моя сопровождающая – Леронэ.

От этого имени взор генерала резко переключился на девушку, на которую он стал неотрывно смотреть.

– Первым делом предлагаю навестить князя… – Корин шагнула чуть вперед, задев генерала, тем самым выведя его из оцепенения. – Князь очень извинялся, но из-за нападения он сейчас погребен в работе, поэтому не смог встретить вас лично. Но он просит уделить ему немного времени, как только вы отдохнете и будете готовы.

– В этом нет необходимости, если он свободен, то мы могли бы посетить его уже сейчас.

– Конечно, только боюсь, ваша сопровождающая должна будет подождать вас. В её распоряжении выделенные для вас покои или гостевой номер, перед кабинетом князя. Мы приносим извинения, но с таким количеством оружия нельзя идти к князю.

– Хорошо, не вижу в этом проблемы.

– Как только аудиенция у князя закончится, если пожелаете, я проведу вам экскурсию по нашей станции. Также покажу вам ваши номера, – закончила Корин.

– Чудесно, я вам благодарен. Но, думаю, не стоит заставлять князя ждать.

И вся делегация направилась к его кабинету.


Рабочий кабинет князя. Часом позже


На столе стояла очередная выпитая кружка кофе. Собеседники уже давно закончили ритуалы расшаркиваний, и начался довольно продолжительный разговор. Поскольку ни князю, ни Александру начинать с чего-то более-менее личного не хотелось, но все же с чего-то надо было, то по взаимному молчаливому согласию (один начал, а другой подхватил) стали обсуждать тему, их обоих касающуюся. И темой этой было, безусловно, нападение на станцию.

– Вас не посещала мысль о некоторой неправильности действий врага? – начал командор линкора.

– Они действовали слишком «по-хозяйски». Но я не придал этому значения. Тут фронтир, и имеющий в своих руках силу, действительно, может себе это позволить.

– Безусловно. Но если не затрагивать некоторые факты и известные только нам обоим события, о которых, кстати, как оказалось, общественности не так уж и широко известно, так вот, если исключить знания определенных кругов лиц, то получается, что о культе известно не так уж много. Да, были резонансные дела. Но все это размазано уж слишком тонким слоем по обжитому космосу. И вот тут такая наглость. Хотя даже не наглость – оплошность. Буквальное, неприкрытое о себе заявление. Да, пусть у черта на куличках, но это все же еще обжитые территории и тут такой плевок в лицо всех правящих кругов. Столь неприкрытая акция.

– Как вы и сказали, тут граница. Думаю, они рассчитывали, что не оставят никого, кто бы мог рассказать о них внешнему миру.

– Я прекрасно понимаю, что полная зачистка невозможна. Вы это прекрасно понимаете. Я не думаю, что те, кто так долго оставался в тени, не понимал этого. Они все понимали, но, тем не менее, рискнули.

– Вам что-то известно?

– Да. После захвата БК мне стала доступна кое-какая информация о причинах нападения.

– И могу ли я поинтересоваться, какая?

– Безусловно. Как вы уже поняли, к центрам обжитых миров я пока не стремлюсь. Поэтому нам, как ДОБРЫМ СОСЕДЯМ, – Александр пристально посмотрел на князя, на что тот медленно кивнул, – будет полезно решать некоторые вопросы вместе. Это будет полезно обеим сторонам. В долгосрочной перспективе.

– Согласен с вами… СОСЕД.

– Чудесно, итак перейду к сути. Что вам известно о «Кровавых рейдерах»?

– Э-э… – вопрос загнал князя в тупик, – вроде бы религиозная организация в империи. Если мне не изменяет память, к ним тянется след после покушений на некоторых родовитых аристократов империи. Но их глав нашли и судили, организация распалась.

– Вот видите, как мало вы знаете. Ни точных цифр, ни имен, ни целей. И тут дело вовсе не во фронтире. Думаю, везде о них знают не больше вашего. А теперь скажите мне, вам они никого не напоминают?

– Не может быть. Еще один культ?! Хотя нет. Вы не правы. Масштабы. Масштабы не те.

– Ой, ли. А что вы знаете об их масштабах. Скажу вам по секрету «Кровавые рейдеры» – это даже не их официальное название. Скорее уж народное. Итак, если же я правильно понимаю сложившуюся ситуацию, то масштабы как раз были сознательно занижены, причем самой имперской властью.

– Но зачем?

– Не забывайте, кто был их жертвами. Аристократы, причем родовитые.

– Но шило в мешке не утаишь, у них же не так и много этих самых аристократов. Нет смысла утаивать.

– Есть. Если, допустим, зона деятельности и интересов данной организации перейдет за пределы империи. А если при этом еще и старого врага пощиплет, так тут и нескольких аристократов не жалко.

– Старого врага? Они что-то не поделили с культистами?!

– Именно так, причем, я полагаю, тут все гораздо сложнее. Намного сложнее. И боюсь, если мы ничего заранее не предпримем, то нам уготована судьба оказаться между молотом и наковальней.

– Это все интригует. Но я бы хотел больше конкретики. Я боюсь, что некоторые выводы могут оказаться…

– Искаженными призмой моего мировоззрения, так? Безусловно. Тогда будет весьма по-добрососедски, если я поделюсь всей информацией, добытой у пленного, ну, и некоторыми моими мыслями по этому поводу, если позволите. Что же, вот что мне удалось узнать у пленного.

Во-первых, организация. Ее официальное название, или же как они сами себя именуют, – «Союз искателей крови». Согласитесь, по сравнению с пафосным – «Кровавые рейдеры» заставляет задать некоторые вопросы. Причем не мало. Союз – кого и с кем? Если кто-то объединяется в союз, то это значит, как минимум, то, что их совокупная сила становится достаточной для исполнения их планов. А это все же настораживает. Теперь – искатели крови. Они ищут кровь, как вы поняли, не вся кровь подходит для них. А если не вся подходит, то для чего нужна та, что подойдет? Как и для чего они буду использовать то, что ищут целым союзом?

Даже тот факт, что в основе культа лежит кровь – это очень плохо, поверьте, я дома насмотрелся на некоторых умельцев, но буду надеяться, что я ошибаюсь и кровь выступает лишь религиозным катализатором для привлечения фанатиков, создавая ореол таинственности, как и двойное название. Очень надеюсь, что так и есть и мои опасения надуманы. Но вот некоторые факты… но об этом позже… – Маг явно входил в раж. – Во-вторых, аристократы. Если им так нужна свежая кровь, а я склонен считать, что не просто свежая, а взятая непосредственно из живого существа при определенных условиях, то зачем все так усложнять. Но я забежал вперед, итак, если нужна кровь – ограбь больницу. Не подходит? Тогда беспризорники и нищие, их не хватятся. Что, тоже не подходит? Нужны аристократы? А не слишком ли велик риск добычи такой крови? Что им это даст?

– Смогут заявить о себе.

– О да, безусловно. Заявление получается не слабое. Но что дальше? А дальше тишина. Они их убивают, «заявляют о себе» – и тишина. Зачем такие заявления, о которых потом все забудут? Может, это и не заявления вовсе, а им действительно нужна «особенная» кровь, а все остальное вторично?

– Командор, – видно было, что князь тщательно подбирает слова, – все же, делать выводы из-за названия и некоторых их действий… Не кажется ли вам, что это «воздушные замки»?

– Да еще какие. И вот тут мы как раз подходим к пункту «в-третьих». Эта информация была извлечена из базы данных искина захваченного крейсера. – Александр достал небольшой чип. – Это видео было закреплено к одному из докладов особой важности. У меня тут копия, но я заведомо согласен на любые действия, связанные с определением подлинности видео. Итак, вы позволите?

– Конечно. – Князь нажал пару кнопок и установил чип в небольшой паз. Тут же на расположенном рядом мониторе появилась картинка.

Изображение было довольно хорошего качества, чего не скажешь о самой съемке. Видимо, камера была установлена на оборудовании одного из участников видео, так как изображение местами скакало и мельтешило в такт шагам и поворотам головы снимавшего.

Группа разумных, в глухом, тяжелом обмундировании пробиралась по неизвестному кораблю. Вокруг царил настоящий хаос. Все, что могло упасть, то упало. Везде валялись кучи разного рода баулов, сумок и ящиков. Пол был застлан осколками и мелким хламом.

Группа продвигалась медленно и аккуратно. Проверялось буквально все, любой отнорок и любая емкость, где можно было спрятаться.

– А вот тут я прошу вас быть предельно внимательным, сейчас начнется самое интересное, – тихо проговорил маг.

Тем временем группа на видео, судя по всему, дошла до пассажирского отсека. Тут были установлены удобные пассажирские сиденья, на которых сидели люди. Снимавший, скорее всего, был медиком, потому как он тут же подошел к одному из сидевших. Это был молодой мужчина. Даже через объектив камеры было видно, что он уже мертв, причем давно. Вся его кожа плотно обтягивала скелет. Ссохшееся тело производило вид почти мумифицированного.

Оператор взглянул на подошедшего к нему, скорее всего, командира. Тот слегка кивнул, и медик всадил в тело длинный штык-анализатор. Прибор провел анализ, и медик громко объявил: «Обескровлены. Время смерти – двадцать – двадцать четыре часа назад. Факторы, повлиявшие на ухудшение общего состояния тела – не выявлены. Требуется глубокий анализ».

Командир кивнул и махнул рукой. Команда медленно двинулась дальше. Тщательности досмотра можно было только позавидовать. Правдами и неправдами вскрывалось и досматривалось все, что только можно. Команда явно что-то или кого-то искала. Во время досмотра очередного помещения одна дверь не открылась. Командир тут же дал приказ, и группа сосредоточились рядом с ней. Прозвучал выстрел лазера, и стоявший рядом боец слитным движением выбил дверь и влетел внутрь, вслед за ним нырнул следующий.

Как раз в этот момент из соседней двери вылетело тело. Незнакомец толкнул наполовину вошедшего бойца и побежал на медика. Тот открыл огонь, который все же не возымел успеха. Незнакомец подбежал вплотную. От последовавшего дальше удара медик прикрылся оружием. Последующая запись становится неразборчивой, потому как оружие не смогло смягчить силу удара полностью, и медик повалился на пол. Далее картинка стала еще более несвязной, мелькали отсеки, шла погоня. В итоге тяжелое обмундирование сыграло свою роковую роль, и группа отстала, а потом и вовсе потеряла преследуемого.

Экран монитора потух.

Первым заговорил князь.

– Кому принадлежит эта запись?

– Культу. Это был один из их «караванов» с паствой. Подробности мне не известны, но, как видно из записи, они хотели взять одного из них живьем. Вы заметили, в каком состоянии тела?

– Да, но это не дает ответов, скорее, порождает новые вопросы. Кто-то нашел себе удобную «кормушку»?

– Да. Но это не самое интересное. Как мы можем видеть, они нашли, кого искали. Причем он был один. Один против целой группы.

– Ну, не такая уже и большая заслуга. Специальная броня и эффект неожиданности. Тяжелая броня весьма громоздка, а вот этот хотел лишь скрыться.

– Мы бы могли с вами спорить еще долго. Но… – Александр достал еще один чип. – Тут обработанная запись, точнее – некоторые особо интересные ее моменты.

Князь молча включил монитор. На нем сейчас был показан момент атаки на медика. Он открывает стрельбу.

– Раз, два, три… – начал считать выстрелы маг, одновременно с этим картинка торса незнакомца увеличилась, и теперь стало отчетливо видно, что выстрелы достигают своей цели.

– … четырнадцать. Хорошая такая очередь, не находите?

– Да хоть весь заряд. Если броня выдерживает – это не имеет смысла.

– Да-да, смотрим далее.

Незнакомец замахнулся, кулак двигался медленно, воспроизведение оставалось замедленным. Медик подставил оружие. Удар. Стало видно, как деформируется каркас оружия, а потом его и вовсе вырывает из рук. Картинка начинает свой хаотичный танец, оператор падает. Тут замедление слетает, пока медик поднимается на ноги, а потом картинка и вовсе замирает. В замершем изображении постепенно увеличивается дальняя переборка отсека. На миг мутное изображение замирает, а потом начинает действовать корректировщик, увеличивая четкость картинки. Теперь эта стена становится видна четко. Легкое свечение акцентирует внимание. Подсвечивается свежее, отливающее алым отверстие от выстрела лазера.

– А теперь давайте считать зайчиков, – радостно произносит маг и начинает громко считать в такт появляющимся подсветкам от выстрелов лазера: –… два, три, четыре… четырнадцать. Я еще раньше заметил, культисты, видимо за счет имплантов, обладают просто чудовищной точностью. Все выстрелы не просто попали в цель, а прошили ее насквозь. Что же мы имеем? После крушения корабля, имея четырнадцать ранений, человек умудряется сбить тренированного бойца в тяжелой броне и уйти от преследования. Лихо, а?

– Помнится, эти ребята тут могли проделать не меньшее, импланты компенсировали многое, да и ваши «охранники» творили и не такое… – И князь вперил тяжелый взгляд в Александра.

– Некоторые особенности моего экипажа – тема долгого разговора, которому сейчас не время и не место. Что же до культистов – он не один из них. Скажем так, из видеозаписи я вижу несколько больше обычного, и поверьте мне, «это» и они – совершенные противоположности.

– «Это»? Вы испытываете к нему презрение?

– Знаете. В некотором роде культ вызывает у меня уважение. Их желание перешагнуть ту совокупность факторов, по воле природы и Бога ограничивающих их рамки развития. Но вот их методы, их жизненная позиция превосходства над всеми вызывает сильнейшее презрение, затмевающее все к ним уважение. Что же до «этого»… Термин «человек» будет к нему не совсем применим ни с биологической, ни с моральной стороны. И если я не ошибаюсь, если действительно не ошибаюсь, – в кабинете стало ощутимо прохладно, – то тут презрению нет места…

– А чему же есть? – видно было, что разговор увлек князя.

– Казни… – сказано это было таким голосом, что князь невольно потянулся к спрятанному оружию, правда, тут же отдернул себя.

Наступила неловкая тишина.

– Вы можете оставить запись? – все же князь – еще и дипломат, поэтому он решил сделать шаг, дабы разрядить обстановку.

– Конечно, эти чипы я принес специально для вас.

– Спасибо. Я должен буду навести кое-какие справки. Это займет время. Поэтому сейчас я не смогу сказать ничего определенного. День был тяжелым, думаю, нам всем понадобится отдых. Корин покажет вам ваши комнаты. Также можете обращаться к ней по любым вопросам. Если будет желание, она покажет вам станцию. А теперь, если вы будете не против, я завтра устраиваю небольшой праздник в честь победы. Будет приглашено множество влиятельных альвов, а также те, кто этой победе поспособствовал. Вы, безусловно, приглашены, если, конечно, вы не возражаете.

– Что же. Тогда до завтра, приглашение я с удовольствием принимаю.

– До завтра.

– Ах да… – голос князя догнал некроманта уже у самых дверей,