Вадим Сергеевич Еловенко
Биография
- Вадим, "Мы - силы" - книга о взаимоотношениях людей, оказавшихся перед лицом смертельной опасности и вынужденных долгое время сопротивляться воздействию враждебной окружающей среды. Откуда у Вас такие специфические познания в психологии поведения человека, тактики ведения боевых действий в условиях города и прочих технических тонкостей? Откуда познания? В военном училище не только любить Родину учат, а Флот предоставляет наглядное пособие о психологии людей в экстремальных ситуациях. В замкнутых коллективах гипертрофированно выделяются и положительные и отрицательные черты. Чаще задумываешься над своим поведением и словами. Становишься со временем терпимее к другим. А терпение приносит понимание. Как и наоборот, кстати. В серьезных передрягах сразу видишь, кто и чего стоит. И что удивительнее всего, а может наоборот, закономерно, действительно Людьми с большой буквы себя показывают те, кто раньше были как-то незаметны в коллективе. Просто работали и не привлекали к себе лишнего внимания. А вот "герои" сдают довольно быстро. Странная черта, но даже она интересна сама по себе. - Образ командира Ханина, Романа, Антона Рухлова и Рината словно списаны с живых людей. У героев были реальные прототипы? Конечно. Причем, прототипы Ханина и Рухлова это очень близкие мне люди. Наградой мне стало то, что прототипы без подсказок узнавали себя в иных героях. Значит, смог подметить нечто только им присущее. Не столько в облике, сколько в логике поведения или высказываниях. Но сейчас, получая отзывы читателей, понимаю, что есть вещи свойственные всем без исключения людям. В частности неуверенность и страх не за будущее, а, наверное, за свою душу. Мало кто может ответить честно, пойдет ли он на предательство, чтобы выжить. Станет ли убивать сам, если прижмет. - Как давно начали сочинять прозу? С чего началось творчество? Даже не знаю, как сказать. Баловался с детства. Восхищался В.Крапивиным, К.Булычевым, С.Лемом и братьями Стругацкими. Пытался подражать. Потом, значительно позже, понял, что это не мое. Они великие люди только потому, что пытались делать людей лучше, показывая примеры. Я же показываю читателям их самих. Может быть, помогаю им лучше разобраться в себе. - Роман "Иверь" некоторые читатели сравнивают с компьютерной стратегией. Действительно ли игры наложили отпечаток на книгу или же имели место какие-то другие факторы? Нет, конечно, не игры. Чтобы рассказать, как появилась "Иверь", придется признаться, что я еще не выбрал себе ни жанра, ни стиля. Постоянно экспериментирую и не могу сказать, что желал бы писать фантастику. "Иверь" - эксперимент. Удачный или нет, покажет время и выскажут читатели. - Давно Вы в сети? На каких сайтах чаще бываете? В сети давно, слишком давно… Но первые рассказы начал выкладывать на разных сайтах только в 98 году. ОЧЕНЬ тщательно скрывал свое авторство. Я и тогда и сейчас отношусь к сочинительству скептически. Не могу считать это работой. Просто не могу - и все. Это потребность души. Кто-то находит себе отдушину от всего в коллекционировании. Кто-то в спорте. Я, перепробовав множество всего на свете, остановился на этом безобидном хобби. Что касается, где я бываю – наверное, кроме Бойцовского клуба (www.combats.ru) ничего не могу упомянуть. Точнее, много где бываю, но «гавань» моя в Сети именно там. БК дал мне много знакомых и друзей. Позволил, кстати, по-другому вообще взглянуть на Сеть и на ее будущее. - Связана ли Ваша реальная деятельность с сетевой? Отчасти. Мне сложно представить сейчас престижную работу, не связанную хотя бы косвенно с Сетью. В любом случае мы ее эксплуатируем на всю катушку для статистики, в качестве удобного информатория, позволяющего наводить новые контакты, для элементарной передачи данных. - Как Ваша деятельность, реальная и сетевая, влияет на творческие планы? Я уже признался, вроде, во всех грехах - литература v хобби. И должна оставаться для меня таковой. В России, и не только, литература редко дает возможность заниматься только ей. А, следовательно, да, работа в реале стоит на первом месте. И уже относительно нее строятся планы на все остальное. И мне действительно обидно иногда, что не могу уделять писанине больше времени. Как было бы обидно художнику, вечно занятому оформлением рекламных щитов, что он никак не может закончить шикарное панно, уже запылившееся в студии. Не столько сейчас хочется браться за новые вещи, сколько выкроить время и довести до ума старые, написанные пять и более лет назад тексты. Но я пишу, и буду писать новое. В серьезной работе сейчас находится трилогия "Осознание". Отвлекся от большой работы над романом "Власть. Пастухи на костылях". Надо, чтобы вещь вылежалась какое-то время, чтобы беспристрастно можно было самому ее прочитать и переделать. Сортировать по: Показывать: |
|
