Благоволительницы (fb2)

Авторы: Джонатан Литтел Переводчик: Ирина Александровна Мельникова (переводчик)
Редсовет редактура: Вольфганг Викторович Акунов   Мария Томашевская
Благоволительницы [Les Bienveillantes ru] 3M, 947 с.
издано в 2012 г. Ад Маргинем Пресс
Добавлена: 27.02.2012

Аннотация

2006

Исторический роман французского писателя американского происхождения написан от лица протагониста — офицера СС Максимилиана Ауэ, одного из рядовых исполнителей нацистской программы «окончательного решения еврейского вопроса». Действие романа происходит на Восточном фронте (Украина, Крым, Северный Кавказ, Сталинград), в Польше, Германии и Франции. Роман был написан автором от руки в съемной квартире на Чистых Прудах. В 2006 роман получил Гонкуровскую премию и премию Французской Академии и стал европейским бестселлером.
За роман «Благоволительницы» автор получил Гонкуровскую премию и Большую премию Французской Академии (обе — 2006). Популярный французский журнал Lire («Чтение») назвал роман лучшей книгой 2006 года. До конца 2007 года книга была распродана во Франции в количестве 700 тыс. экземпляров. После публикации англоязычного варианта «Благоволительниц» Литтелл получил от британского журнала «Литературное обозрение» премию за худшее изображение секса в литературе.




Впечатления о книге:  

realruno про Литтел: Благоволительницы [Les Bienveillantes ru] (Современная проза, О войне) 19 01
Отличная книга. Одна из лучших прочитанных

sibkron про Литтел: Благоволительницы [Les Bienveillantes ru] (Современная проза, О войне) 08 04
"Благоволительницы" - сильнейшее эпическое полотно. Роман многогранный, многослойный, жесткий, местами лиричный.
Фундамент романа составляет миф об Атридах. Флэшбеки, отсылающие к детству Максимиалиана Ауэ, а затем и происходящие в действительности героя - трансформированная "Орестея" Эсхила, миф об Агамемноне (отец Максимилиана и Уны), Клитемнестре (мать Максимилиана и Уны), Эгисфе (Моро), Электре (Уна), Оресте (Максимилиан), Пиладе (Томас Хауэзер), Эриниях (полицейские и сюрреалистические кошмары героя). Также иной раз всплывает софокловская интерпретация мифа и миф о Тиресие.
Литературных аллюзий рассыпано по тексту также множество, тут и Василий Гроссман, Эрнст Юнгер, Морис Бланшо, Луи-Фердинанд Селин, возможно Маркиз де Сад и Батай, Стендаль, Лермонтов и Достоевский, инцест похоже отсылка к набоковской "Аде" (но тут не берусь судить, как раз с Набоковым еще мало знаком), я бы скорее вспомнил "Рене" Шатобриана, учитывая франкофильство автора тоже вполне возможно.
Начало очень Селиновское:
Несмотря на перипетии, которых на моем веку было множество, я принадлежу к людям, искренне полагающим, что человеку на самом деле необходимо лишь дышать, есть, пить, испражняться, искать истину. Остальное необязательно.

Да и далее, взаимоотношения Максимилиана фон Ауэ и Томаса Хауэзера очень напоминают взаимоотношения Фердинана Бардамю и Леона Робинзона. А "Благоволительницы", особенно описание военных лет - своеобразное "путешествие на край ночи", где ночь полнится насилием, девиациями, сюрреалистическим кошмарами, рокантеновской тошнотой и испражнениями.
В плане философском тоже множество интересных идей. Например, сравнение идеологий - коммунистической и националистической:
Слушайте, я же не спорю, это вопрос веры, здесь бесполезно прибегать к логике и разумным аргументам. Но вы должны согласиться со мной хотя бы в одном пункте — при всех весьма значимых различиях наши мировоззрения базируются на общем принципе: обе идеологии по характеру детерминистские. Но у вас расовый детерминизм, а у нас — экономический, но детерминизм. И вы, и мы верим, что человек не выбирает судьбу, она навязана природой или историей, и делаем отсюда вывод, что существуют объективные враги, что отдельные категории людей могут и должны быть истреблены на законном основании, просто потому, что они таковы, а не из-за их поступков или мыслей. И тут разница только в том, кого мы зачисляем в категорию врагов: у вас — евреи, цыгане, поляки и, насколько мне известно, душевнобольные, у нас — кулаки, буржуазия, партийные уклонисты. Но, в сущности, речь об одном и том же: и вы, и мы отвергаем homo economicus, то есть капиталиста, эгоиста, индивидуалиста, одержимого иллюзиями о свободе, нам предпочтителен homo faber. Или, говоря по-английски, not a self-made man but a made man, ведь коммуниста, собственно, как и вашего прекрасного национал-социалиста, надо выращивать, обучать и формировать. И человек сформированный оправдывает безжалостное уничтожение тех, кто не обучаем, оправдывает НКВД и гестапо, садовников общества, с корнем вырывающих сорняки и ставящих подпорки полезным растениям

Также Литтелл оставил и обострил оксюморонную природу убийства у Эсхила. Может тогда выглядело нормально, что кровная месть против убийства не по крови считалось преступлением. Сейчас же обвинение Максимилиана фон Ауэ в убийстве матери на фоне кровавых расправ, например, в Бабьем Яру, выглядит абсурдно.
На протяжении всего романа возникает тема близнецов. Один из немногих моментов, который оказалось не так просто интерпретировать. Единственным пока объяснением я нахожу, что в лице близнецов, начиная с Максимилиана и Уны, Литтелл вывел два народа - немцев и евреев. В романе много рассуждений героя о схожести, его "обрезанность", Гитлер в пейсах во время речи. Вначале была кровосмесительная греховная связь, замешанная на массовых расправах и насилии. Затем через то, что круг был разорван, Эринии стали Благоволительницами, близнецы обрели братство.
Роман сильный. Рекомендую.
Оценка: отлично!

Смагин про Литтел: Благоволительницы (Современная проза, О войне) 15 01
Эта книга похожа на кирпич и ее действие на читателя тоже сходно удару кирпичем по голове. Огромные, плотные блоки текста почти без разбивки на абзацы, без глав, без остановки течет размеренное повествование бывшего эсэсовца, а ныне управляющего заводом по производству кружев, доктора Максимилиана Ауэ о войне на Восточном фронте, о решении еврейского вопроса, о жизни и о смерти, о смерти, о смерти, о смерти, о смерти. Несмотря на плотность блоков текста и на густоту повествования, читать очень легко - как по блокам льда скользил я по этому тексту, как горячий нож вонзался я кубический пуд стылого масла. Читать было легко, но в то же самое время - трудно. Я хотел, чтобы кончился этот ужас, но я не хотел, чтобы кончалась книга. И она долго, долго, долго, долго не кончалась.
Эта книга разъярит многих - семитов, антисемитов, свидомитов, петлюровцев, бандеровцев, русских, нерусских, гомосексуалистов, гомофобов, коммунистов, фашистов и всяких прочих жирондистов. Эта книга - как медленный, размеренный вопль. Это, что ни говори - Литература.
Перевод тоже отличный, браво.

slnka про Литтел: Благоволительницы (Современная проза, О войне) 15 01
Если первый вариант был производным от моей оцифровки, выложенной еще 3 января на другом ресурсе, то я ни при чем, у меня все сноски были в тексте, кроме тех, что относятся к послесловию.

wotti про Литтел: Благоволительницы (Современная проза, О войне) 14 01
Файл исправлен и перезалит

sem14 про Литтел: Благоволительницы (Историческая проза) 13 01
Респект выложившим и укор сделавшему на коленке и Букдизайнере. Примечания в конце без ссылок - что я могу ещё сказать...

sibkron про Литтел: Благоволительницы (Историческая проза) 12 01
ООО...Респект выложившим:)

6 оценок, от 5 до 4, среднее 4.83


Прочитавшие эту книги читали:
X