Книжная полка пользователя Sello

Кальвино: Несуществующий рыцарь (Социальная фантастика, Историческая проза) 02 06
Философская притчеобразная проза. У ГГ есть форма, но отсутствует содержание. Что присуще очень многим. Поступки такого героя определяет отведенная ему роль в обществе, а отнюдь не внутренние побуждения. Актуально, особенно для нынешних политиков.
Оценка: хорошо

Василий Макарович Шукшин 06 04
Какой замечательный все-таки сайт Либрусек. Правда-правда. Сайт, служащий примером терпимости и понимания, охватывающий всевозможные литературные жанры, какие можно себе только представить. Тут мило соседствуют так называемые - на сегодняшний день - классики, место которых, честно говоря, - на задворках русской письменности, чтобы не утруждали зря глаза читателей, и звезды альтернативно-попаданческой словесности, творящие чудеса с языком. При виде, например, стоящих рядом двух таких фамилий, как Шукшин и Пастырь, почему-то вспоминается фильм англичанина чешского происхождения Барбароско "Poyeben' on a stick". Надо заметить до российского проката фильм так и не дошел - не по причине вроде бы неблагозвучного названия; как раз Госкино согласилось на "Полную фуетень", а из-за самого сюжета, в котором "наше все намбер ту", граф Толстой, выставлен в непривлекательном виде. Итак, Лев Николаич учит крестьян своих грамоте, любви к буковкам. Постепенно ученики, набираясь знаний и опыта в писании текстов, приходят к осознанию того, что граф - обыкновенное чмо, не умеющее выразить то, что ноне надобно читателю, не умеющее потрафить его вкусам, а посему - ему нет места в современной литературе. В финале Дормидонт Западлатый произносит знаменитую фразу: "Мы, мы, а не этот наш чурбанистый граф, попадем в классики".
И тогда уже были попаданцы, другого, правда, отлива.

Нотомб: Journal d'Hirondelle [fr] (Современная проза) 14 01
Очень слабо прописан сюжет. Надуманные линии. Герои неестественны. А если быть откровенным до конца: ахинея полная.
Оценка: плохо

Сарамаго: Перебои в смерти [As Intermitências da Morte ru] (Современная проза) 04 11
Интересная идея.Довольно неплохо раскрыта автором. Но почему так нудно все описано? Почему столько много словесного мусора? Вообще, такое впечатление, что для Сарамаго читатели - это лишь члены Нобелевского комитета.
Оценка: неплохо

Биркин: Временщики и фаворитки XVI, XVII и XVIII столетий. Книга I (Биографии и Мемуары) 07 09
Тяжеловесно. Нудновато. Зачастую создается впечатление, что автор сам не может определиться с точкой зрения - в лабиринте имен и исторических дат заплутать, действительно, несложно.
Оценка: неплохо

Варжапетян: Пазл-мазл. Записки гроссмейстера (Современная проза, Биографии и Мемуары) 22 07
Ни одна нация не привлекает столько внимания и занимает столько места в уме обывателя, сколько евреи. Если бы они не существовали в природе, их бы следовало выдумать. От своего комплекса, комплекса "жертвы еврейского присутствия", человечество так и не избавилось.
Автор, определенно, этим комплексом не страдает.
Оценка: хорошо

Труайя: Гюстав Флобер (Историческая проза, Биографии и Мемуары) 28 01
Замечательное повествование. Неприкаянный гений, противоречивая эпоха - все это столь блестяще и убедительно изложено, что автор заслуживает - на фоне в последнее время выдвинувшихся серых личностей в литературе - высшей оценки своего творчества.
Оценка: отлично!

Грин: Капитан и Враг (Классическая проза) 28 12
Не лучшая вещица Грина. Тем не менее, и это произведение с непредсказуемым концом по-своему интересно.
Оценка: хорошо

Солженицын: Один день Ивана Денисовича (Советская классическая проза) 29 11
Не очень люблю, когда ломают хребет русским словам и выдают это за "особенность писательского языка". Понятное дело: вот Александру Исаевичу разрешено было писать "девчЁнки" и оправдывать это авторским стилем, тогда как остальному населению за подобное ставили "двойку".
Как часть истории страны, текст имеет смысл. В литературном отношении - язык скучен, забит выкрутасами и неживыми оборотами.
В отличие от "Ракового корпуса" и "В круге первом", - совсем не впечатлило.
Оценка: неплохо

Джигурда: Вертикаль русского мата. Батарейка Бога (Поэзия: прочее) 20 11
Бездарен и убог. Слова жаль тратить на пустоту.
Оценка: нечитаемо

Горенштейн: Псалом (Современная проза) 19 07
Разговор с Богом - через призму исторических событий и русско-еврейских отношений. Каждый - творец своей жизни. И каждый - ответствен за свои поступки, слова и прегрешения. Четыре казни Господних - ничто по сравнению с пятой, жаждой по слову Божьему, которая и должна направить человека к истокам истинного, не искаженного христианства.
Чтение нелегкое и требует непредвзятого отношения к истории и базисных - хотя бы - знаний Библии.
Но. Дан, Аспид, посланник Бога, которого нельзя убить, но который, совершив земной круг, выполнив свое предназначение, умирает, - персонаж-проводник по описываемым событиям, неубедительно назидателен. Уже потому, что, посланный на проклятую землю, где люди отвернулись от Божьего слова, забыли Его, он, своим присутствием подчеркивая несовершенство человека, не в состоянии что-либо изменить: рая на земле не было, нет и не будет.
Оценка: отлично!

Зузак: Книжный вор [The Book Thief ru] (Современная проза) 11 07
Очень многое зависит от перевода. Очень. В английской версии, в отличие от русской, где есть "расхолаживающие" куски, мало привязанные к основному сюжету или затянутые, создается впечатление, слова сбиты в кулак, без нудятины, - и, как и должно, если вещь талантливая, достигают цели.
Оценка: хорошо

Гессе: Игра в бисер [Das Glasperlenspiel ru] (Классическая проза) 24 05
В отличие от "Степного волка", где есть динамика в действиях ГГ, где он привязан к сюжету, отображающему (тогдашнюю) реальность, "Игра в бисер" - произведение-притча, заключенная в размышления-фразы автора - философия. Только извечная борьба Добра со Злом подменена: Духу противостоит Материя. Дух оторван от жизни и зависит полностью от "соперника" (кто-то же должен что-то производить, по словам Кнехта; вдобавок, если в миру решат закрыть Орден за его ненадобностью, придется подчиниться). Дух, в свою очередь, как отторжение масс-культуры ("фельетонная эпоха"), "чистый дух", не подпитываемый знаниями, лежащими за пределами его круга, обречен на вырождение. Потому что игра в бисер - некая квинтэссенция, вершина Духа, в котором философия, религия, наука и искусство сплетены в единое целое, - не способна прозвести, найти новое. Это, по сути, бесполезная комбинаторика замечательных мыслей, не могущих, тем не менее, что-то изменить, сдвинуть, улучшить - по той причине, что замкнутому, не соприкасающемуся с внешним миром (материей) Духу этого не надо. Да он и неспособен на подобный "подвиг".
Оценка: хорошо

Пепперштейн: Мифогенная любовь каст. Том 1 (Контркультура) 01 05
Редкий случай. Бывает, книга "не прет", но, в силу желания понять, что же хотел все-таки сказать автор, домучиваешь. Эту - не осилил. Спекся на полкниге. В контркультуре есть кудесники слова и им есть чем делиться с читателем. Это же "творение" - поцкультура.
Оценка: нечитаемо

Манн: Учитель Гнус. Верноподданный. Новеллы (Классическая проза) 10 04
Захожу почти ежедневно на сайт - в попытках выудить что-то новое и оригинальное, появившееся, опубликованное недавно. Именно в попытках, потому что иначе назвать это нельзя, если на тебя обрушивается уже с заглавной "страницы" вал попаданцев, убогой самопальной писанины - беспомощной, безграмотной и бесцветной, псевдополитических разборок, в которых "каждый мнит себя стратегом", и намеренного коверканья русского языка. Ну и без этого никуда - отборного мата.
Но сайт-то литературный. Вот слово, обязывающее придерживаться того направления, что оно заключает в себе. А литература, подобная этой, манновской, не то чтобы в загоне, - просто не привлекает внимания. Она на отшибе, оттесненная всякими переделкиными, скудной фантазией авторов обязанных починить прошлое, чтобы, вернувшись в свое время, осчастливить человечество. В общем, есть все утончающаяся полоска классики, а есть нарастающий с каждым днем материк по имени УГ. Печально, но факт.
Оценка: отлично!

Волкогонов: Ленин. Книга 2 (История, Биографии и Мемуары) 01 04
Документов много. Фактов переизбыток. Самый потрясающий, известный каждому с рождения, - "профессиональный революционер". Профессия такая у наших водителей народа: ставить раком страну и экспериментировать. Ну, правильно отметил автор. Ездить отдыхать вожди любили за границу, где тихо и все устаканено, особливо в Швейцарию, где лабораторные изыскания немыслимы. Да-с, ну и примечательна поддержка в высказываниях в адрес "вождя социалистической революции" великого русского философа Бердяева.
Оценка: хорошо

Крусанов: Дневник собаки Павлова (Современная проза) 14 03
Как-то напрягает тот факт, что интонация у всех современных писателей - одинаковая. Полустеб, получастушка, полусказ, полуфылософфия
Оценка: неплохо

Ванденберг: Зеркальщик [Der Spiegelmacher ru] (Исторический детектив) 11 02
Ущербная поп-литература. Наивность, надуманность и мешанина - естесссстно, для разжигания читательского интереса, - событий. Скучно.
Оценка: плохо

Павлищева: Княгиня Ольга (Историческая проза) 28 01
В принципе, повествование близко к историческим источникам. Но. Конечно, автор имеет право на домысливание - на дополнение своими словами к тому материалу, что известен. Скорее всего, того однако не зная точно, князь Святослав, по утверждениям ученых, не дал команду грабить вятичей во время похода против хазар. Зато потом на них оторвался, понудив через несколько лет их платить дань. О чем автор умалчивает. И тогда вся эта трепотня "мы - братья, славяне" теряет смысл, потому что не увязана с фактами, произошедшими затем. Насчет Итиля же хазарского - множество разногласий, неясностей. Вся вина за грабеж возложена на союзников, печенегов. Это по принципу: мы самые-самые принципиальные и честные, это другие все - гады. Еще бы! И очень сомнительно звучит, что Святослав "строго приказал не чинить разбоя в городе, взять только ценное у правителей" (тогда как почему-то другие города хазар были разграблены). Вот будто возвратился князь Святослав с Европейского совета по правам человека - человек с новым мировоззрением - именно из этого города.
Насчет самих хазар тоже много неясностей. С подачи Гумилева, почему-то принято считать хазар предками нынешних европейских евреев. Точнее, так называемых ашкеназов. Трудно отделаться от ощущения, что Павлищева неявно противопоставляет, проецируя древнерусские времена на современнность, настоящих русских и злодеев, евреинов, пардон, хазар. Во-первых, непонятно откуда взято ею, что хазары внаглую распространяли иудаизм. Из источников как раз известно, что хазары были очень веротерпимы. Им, в принципе, было по барабану кто во что верует. Сами же - часть исповедовала ислам, часть иудаизм, часть язычество и также христианство, принесенное из Византии. Просто не стыкуются данные с ее утверждением. Во-вторых, в иудаизме запрещено миссионерство. То есть, по логике, даже если предположить, что они и навязывали свою религию, то это - противоречит основам иудаизма, и их тогда иудаизм был ущербный. В- третьих, евреи считают себя богоизбранным народом. Со стороны, опять же, без целого ритуала, никто в эту богоизбранность попасть не может. Евреи, напротив, перед вступлением того, кто все-таки решил примкнуть к иудейской вере, отговаривают - потому как это особая честь и тяжелая ноша, по их мнению, быть евреем. В общем, история такая интересная наука, что кто какие материалы держит в руках, тот свою теорию и лепит.
И самое интересное. Сейчас большой плюс писать книги, редактируя их по ходу, с внесением новых, новейших данных. Анализы ДНК, вернее, сопоставление их показывают, что никакой связи нет между евреями и хазарами, кочевниками, что ближе по родственной линии к туркам. А вот евреи - выходцы из района Средиземноморья, и очень много общего у них с итальянцами. Так что концепцию вечных злыдней, хазаринов проклятых, того глядишь, скоро и пересмотрят. Тогда и Ольга будет честить кого-то другого.

Оценка: хорошо

Маккалоу: Первый человек в Риме. Том 1 [First Man in Rome ru] (Историческая проза) 27 12
Минусы. 1. "Роман на историческую тему", написанный женской рукой. Любовные линии занимают малое место, но вот обрамляющие их фразы, пытающиеся объяснить чувства различных персонажей, порой точно из дешевеньких сентиментальных произведеньиц.
2.Потоп прямой речи, в большинстве случаев просто состряпанной по принципу "он сказал, она сказала". Оплату, конечно, автор получала постранично.
3. По этой причине роман намеренно раздут.
Плюсы. 1. Слава богу, произведение сцементировано на фактах, а не на идеологии, как у нас заведено - было и есть. До 90-х все выискивали в глазах героя ленинскую хитрецу, а после 90-х - отсвет в них царской благодати. У нас ведь так и не разучились без идеологии обходиться. Стоит почитать "исторические" романы (к истории мало имеющие отношение) сегодняшнего дня. Мрак.
2. Огромный плюс: масса терминов, фактов, что заставляет влезать в справочники, интернет и энциклопедии для сверки с источниками. События - изложенные - очень близки к реальным, как мне кажется.
3. Язык легкий, читается текст без спотыканий - несмотря на кучу незнакомых слов.
Оценка: хорошо

Берроуз: И бегемоты сварились в своих бассейнах [And the Hippos Were Boiled in Their Tanks ru] (Контркультура) 22 12
В оригинале сюжет более рельефен и внятен.
Оценка: хорошо

Семенов: Репортер (Полицейский детектив) 29 11
Того сорта литература, что - прочитал и забыл. Тут же. Хотя есть интересные мысли, цена которым была бы выше, будь они обнародованы двадцатью годами раньше написанного. А так - попахивает конъюктурщиной. Каждый приспосабливается ко времени по-своему.
Оценка: неплохо

Севела: Мужской разговор в русской бане (Современная проза) 21 11
Есть с чем сравнивать. У Севелы и до "Разговора", и после были произведения более удачные, целостностные и содержательные. Были просто замечательные, как, скажем, "Зуб мудрости" и "Легенды". Не сложились у меня отношения с "Разговором", наверное, вот почему. Очень уж напоминает тот вал макулатуры, что заполонил киоски и прилавки книжных магазинов в конце 80-х - начале 90-х, когда пинками под зад вытурили цензуру (и это, думалось тогда, правильно). Но свято место не бывает - и на ее место приперлась вседозволенность. Все эти идиотские подделки типа "на балу так было тесно, что пары не танцевали, а просто перебирали ногами, прижавшись друг к другу. Внезапно Мари почувствовала, как кто-то сзади задрал ей край платья, стянул трусики и засунул огромный член в зазывно манящий зев" - вышли, кажется, из "Разговора" Севелы. Вот прямо на балу. В объятиях мужа. Кто-то сзади. При скоплении народа. Огромный член. Отчего же Мари, такая баловница, минетом не одарила еще и мужичка, маячащего за спиной супруга?
Для вьюношей, любителей промеривать рукой параметры своей промежности, - это, может быть, и в самый раз. Но... но это не своего рода и никакого вообще рода не "Декамерон". Так, словесный кураж, фантазии перед наступлением возрастных сумерек, сплетнические узоры. Вперемешку с обличениями, куда ж без этого.
Высшая степень рабства - отдать свою женщину господину (в тексте - героям, придумавшим себе роль проверяющих, то есть надначальников). И все, все поголовно даже не подумали сопротивляться, постоять - отдали только что принадлежавшее им женское мясо. И лишь негр, как представитель либерально-демократического Запада... Да, матушка-Расея, и тебя отымел автор в этом произведении. Потому как рабов ты, по его разумению, штампуешь.
Ну, или описание трущоб в родном приморском городе. "Наш советский корреспондент в логове гниющего Запада..." Или о национальной политике, "великой дружбе народов". Согласен, не было той трафаретной, пропагандируемой советской прессой дружбы народов (иначе бы при развале Союза не было бы войн за передел территорий и сфер влияния). Но ведь было и другое - просто добрососедские отношения (не везде, правда). И если писатель затрагивает военное время в воспоминаниях героев, то что делать тогда с беженцами, с которыми - по другим многочисленным воспоминаниям - делились последним куском хлеба и которым выделяли, теснясь, угол в доме? И еще раз о войне. Последний рассказ о пленном немце (ставшем впоследствии партфункционером в Восточной Германии), и партизанке, от него забеременевшей, - это не севеловский уровень, это слащавая пошлятина с пошлейшим выводом: что вот такие они, коммунисты (читай - все сволочи, приспособленцы и прожигатели жизни). Рассказ этот протекает на фоне истории "истинной любви" между конюхом и кухаркой-служанкой: оказывается, по-настоящему любить могут только простые люди. Вот! Кто бы сомневался. В том-то и дело, что коммунисты тоже были разные. И очень плохо Севела штудировал классику, а то бы не торопился с заключениями: Бунин, Чехов и Горький много чего рассказали о "простом человечке", способном на подлость. До чего же мы любим составлять списочки, где каждому выделен или черный только цвет, или белый.
Эротику очень трудно писать. Чрезвычайно трудно добиться достоверности. И сопрягается хорошо она не с пропагандой (или, напротив, как здесь, с контрпропагандой), не с дубовой сатирой, а с психологизмом - тем психологизмом, что делает героев самостоятельными, независимыми от автора, и которым потому веришь. Севеловские герои, "три богатыря-ебаря", - мертвяки. Немужские разговоры немужиков в русской бане.
В защиту писателя скажу только, что это единственное провальное его произведение. На мой взгляд.
Оценка: неплохо

Войнович: Портрет на фоне мифа (Современная проза) 04 11
Книга и есть ответ на вопрос, постоянно возникающий: почему в России у нас идет непрерывная война, без передышки, без того, чтобы задуматься - нужна ли эта бессмысленная грызня, и что она дает. Война - всех со всеми. Всех против всех. Даже не надо читать комменты к какому-либо тексту на политическую тему или историческую. Все изначально ясно. Тут же образуются два фронта, яростно друг друга ненавидящие. И как - для чего? - читать всю эту остобебенившую хрень - на соплях и ругани воздвигнутую?
Тут вот. Два товарища не поделили диссидентскую ветку, на которой, казалось, удобно до сих пор сидели. Результат - словесная война.
Это мы умеем. Воевать и ненавидеть. Большого ума не надо.
И ведь это не "битва гигантов", скажем, "патриота" с "западником", когда системы ценностей абсолютно противоположные. Нет, свой со своим бодались. И что? А ничего, как всегда.
Без оценки. Вернее, оценка: тошниловка.

Белинков: Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша (Биографии и Мемуары, Литературоведение) 16 10
Книга поначалу читается тяжело. Очень трудно отделить спрятавшуюся во фразах иронию (кажется, предназначенную автором не для читателя, а для себя) от собственно повествовательной интонации, когда писатель перечисляет (и, как литературовед, попутно разбирает) произведения Олеши и "этапы его большого пути".
Но, в общем-то, эта книга, как и книга Быкова о Пастернаке, о все том же. О согласных и несогласных. Об отношениях искусства и времени - подстраивается ли писатель под эпоху (как Олеша) или эпоха (и вытекающее из нее будущее) под писателя (как Пастернак). Эта книга о проституировании нашей российской интеллигенции, готовой, чуть что, задрав штаны, бежать за властью. Лечь под нее. И говорить то, что от нее требует режим. И эта книга все о том же: так заведено почему-то было в стране, что не согласные ни бежать, ни идти, отказывающиеся колебаться по принуждению, запросто изымались из жизни.
Есть очень точные замечания. Основа текста крепко сплетена. Мешают повторения выводов. Кажется, будто автор боится, что читатель не разберется что к чему, и все разжевывает, разжевывает. По мне, так две трети написанного - представляют интерес, остальное - ненужный довесок.
Оценка: хорошо

Поповский: Семидесятые (Записки максималиста) (Биографии и Мемуары, Антисоветская литература) 27 09
Ну, ребятишки. Господа или товарищи! Какой же "подарочек" вы делаете автору, рекламируя его книгу? "Кого сажали, кого ЛОЖИЛИ..."
Ну, хоть тресни - нет такого глагола. Нет и, думается, в будущем его появление не предвидится. Даже с нынешними дозволениями в русском языке. Употребление несуществующего глагола есть не только признак безграмотности, но и пофигизма по отношению к читателям.

Быков: ЖД-рассказы (Современная проза) 05 09
На "троечку". Заурядная, не цепляющая проза. Как писатель, Быков ординарен. Двух рассказов, "Работа над ошибками" и "Экзорцист", по-настоящему крепких и чуток отличающихся от основной серой текстовой массы, недостаточно, чтобы поставить оценку выше.
Оценка: неплохо

Томан: Калигула, или После нас хоть потоп (Историческая проза) 30 08
Скучнейшие рассуждения автора, тягомотные диалоги. Какие-то придуманные герои, которые вытеснили из текста самого Калигулу - он лишь тенью просквозил в нем. И особенно хорош актеришка Фабио, замутивший воду и, как все "правильные-правильные аж не можно" герои (ну чем не р-р-революционер?), фактически, отправил свыше 700 человек, нашпигованных его идеями и вышедших бунтовать (после сочиненной им и показанной пьески), на тот свет, убил, по сути, свою возлюбленную, лишив ее последней надежды. И - тот еще перец, образец для подражания, - смалодушничав, резанулся. Блин, не исторический роман, а идеологическая каша.
Оценка: неплохо

Клемперер: LTI. Язык третьего рейха. Записная книжка филолога (История, Языкознание) 24 08
Своеобразная книга, где заметки филолога "подкрепляются" бытовыми наблюдениями и авторскими размышлениями. Есть факты, что прежде - до определенного времени преподносились тенденциозно, не столь внятно, как хотелось бы. Ну, например, что еврея, мужа жены-арийки, могли пригласить в гестапо для очередной проверки. И оттуда он мог выйти живым и невредимым. Хотя для кошерных со всех сторон евреев был иной расклад предписан. Что многие среди населения не поддерживали антиеврейскую политику Гитлера. Что до какого-то момента, пока студенты "правильно" не сориентировались, под давлением пропаганды, профессор-еврей преподавал (!). Да много таких мелких фактов. Но, в целом, как исторический документ, книга интересная.
Оценка: хорошо

Катанян: Лиля Брик. Жизнь (Биографии и Мемуары) 23 07
Сейчас внимание обращено лишь к политикам, время такое: сколько наворовал, кого протащил в свой круг, чьи интересы пролоббировал.
Вот пример из "прошлой жизни". Тысяча мнений об одном человеке, соприкасавшемся с личностями, не с убогими, как ныне, статистами-временщиками. И можно спорить, ссылаясь на Вознесенского или, напротив, на автора этой книги, ее пасынка, блядь она или не блядь - все это мелко и глупо, удовлетворяет темное обывательское любопытство, насколько заеложены были Лиличкины простыни, - уже тем она вошла в Историю, что, фактически, сотворила настоящего поэта. Вся любовная лирика Маяковского подпитывалась чувствами к ней и посвящена ей. А все остальное - от "кому давала и сколько раз" до высказываний пакостников от литературы, что "жидовка, окрутив великого русского поэта, его же и толкнула к самоубийству" - просто, пардон, херня. Уж как родная Советская власть носителей слова затирала, известно хорошо. Сионисты нервно курят в сторонке.
И еще понравилось вот что: чувствуется, автор несколько лакирует ту действительность, прошлое. Но плюс ему огромный, что не опустился до перемалывания слухов - в двух словах просто отрицал, как и полагается порядочному человеку, сказанное со стороны.
Оценка: хорошо

Эко: Пражское кладбище [Il cimitero di Praga ru] (Современная проза) 05 07
Странно вот что. В Италии, с кем приходилось говорить об Эко, о нем мало кто отзывается восторженно. Эдакая поп-литература с познавательным уклоном, видимо, местными читателями не шибко ценится. Бывает. Бывает, когда за пределами страны автор более привечаем, чем на родине.
Что же касается самого романа... Он - неплох, действительно, масса исторических фактов. Хороша суть - не надуманна, произрастает из, как говорится, самой жизни. Но вот отложил книгу в сторону сегодня, а завтра продолжил чтение - как будто с нуля. И не то чтобы не помнишь сюжет - помнишь именно, а вот какие-то плохо подогнанные в нем швы есть, шероховатости, что мешают более полному восприятию романа.
Оценка: хорошо

Жене: Дневник вора [Journal du voleur ru] (Классическая проза) 17 06
Ощущение - странное, тягостное. Если изъять из романа "педерастическую линию", то от него ничего не останется. Потому что и страдания, и показанная нищета, и воровство, и бродяжничество по Европе, и даже мысли - вскользь - о политической ситуации того времени, все это как-то автором воспринято и переварено в текст через задний проход (вот этот повторяющийся рефрен авторский, что книга о гомосексуализме), где - там же - утрамбовывая его переживания и чувства, гуляют обсосанные члены случайных и постоянных любовников.
А у кого-то ведь эта книга - настольная. Наверняка. И такая, видимо, литература нужна.

Оценка: плохо

Кобринский: Даниил Хармс (Биографии и Мемуары) 01 06
На фоне биографии Пастернака, написанной Быковым, перенасыщенной авторскими чувствами, жизнеописание Хармса смотрится "бледно" - слишком текст сух, чересчур упрощена мысль. Хотя, по сути, она верна: все, что находилось за рамками официоза, было враждебно властям и преследовалось. Тот случай, когда государство "создало" биографию герою, а не он сам ее сотворил.
Оценка: хорошо

Мисима: Золотой храм (Классическая проза) 30 04
Можно по-разному толковать смысл романа. Видимые параллели: красота, должная идти "от души" - сверху, и красота, навязываемая традициями и установленными правилами. Отсюда - перекличка с Достоевским. В одном из эпизодов фигурирует книга, явно намекая на спор с русским классиком, "Преступление и наказание". Но автор другой обозначен, какой-то третьеразрядный итальянский криминалист, Беккариа. Красота, данная природой, и физиологическое уродство. Душевная красота и моральное убожество: в дуэте противопоставляющихся друзей ГГ - Цурукава и Касиваги. Такие, как Цурукава, первые, фактически, уходят из жизни, уступая место вторым. Вечные победители - циники.
Ханжеское поведение наставника, служащего красоте, и мятущееся не укоренившегося в жизни ГГ, у которого нет еще четкого представления о прекрасном и задумавшего разрешить все противоречия поджогом.
Вообще, если абстрагироваться собственно от романа, вылущить его смысл отдельно, то он замечательно подошел бы для описания всякого рода революционеров и реформаторов, затевающих свои преобразования якобы ради преобразований (какого-то только им понятного идеала). Уничтожить все, что было ДО, разрушить, чтобы на развалинах появилась новая красота, в соответствии с их представлением. Если она вообще появится. Красота.
Оценка: хорошо

Быков: Борис Пастернак [7-е изд.] (Историческая проза, Биографии и Мемуары) 17 04
Объемный труд, в котором, кажется, все есть. Тщательная работа с источниками и воспоминаниями современников Пастернака. Добросовестный анализ его творчества. Выписанные обстоятельно приметы того времени и атмосфера в литературных кругах. Но я согласен с Данилкиным, что, чувствуется, Быков примеривал на себя одежду гениального поэта. Отношения творца с властью - до каких пределов позволено ему доходить, чтобы и себя не унизить, и самим собой остаться. (Кстати, в России власть к словесникам издавна неблагосклонна. А уж в новое время, послереволюционное, список преследуемых пух как на дрожжах: Есенин, Маяковский, Мандельштам, Пильняк, Ахматова, Цветаева, Булгаков, Платонов, Зощенко - последнего просто затравили, как затравили и Пастернака. И так далее). Отношение к еврейству, бегство от него - неприятие. (Характерно, что, описывая смерть поэта, Быков пишет, как на мертвое лицо вернулись иудейские черты, стали заметнее. Тем самым, от себя, своей сути не убежишь). Уход в прозу: так многими и не понятый у нас роман "Доктор Живаго" - и раскрученный на Западе, откуда, как всегда, Россию лучше понимают ее самой. Параллели, которые, наверное, родись автор двадцатью-тридцатью годами раньше, позволили бы ему безаппеляционно заявить, что он его ученик. Тем не менее, если изъять сию шероховатость, труд получился замечательный.
Одно замечание. Автор, человек современный, пишет биографию поэта, скончавшегося в 1960 году. Как известно, Пастернак умер от рака легкого. Быков утверждает, что именно травля, в которой участвовал весь практически писательский цвет того времени, запустила механизм болезни. Между тем, нынешние исследования не находят прямой связи между нервными потрясениями и раком. Они могут только усугубить ситуацию, но не являются толчком к нему. То есть можно говорить о том, что Пастернак в момент травли был уже болен, о чем он, естественно, не знал и потому к врачам не обращался. Так как зачастую на начальной стадии рак - в чем его и проблема - "неощутим".
Оценка: отлично!

Алешковский: Николай Николаевич (Современная проза) 17 04
Любовь, и этим все сказано - а какими словами, неважно.
Оценка: отлично!

Веллер: Паук (Современная проза) 01 04
Почему я выбрал именно этот рассказик для рецензии? Потому именно, что он наиболее полно характеризует, несмотря на малый объем и, фактически, отсутствие развития сюжета, самого автора - в его последние годы. Потому именно, что не выношу, когда меня поучают в навязчиво-дидактической форме, как надо правильно жить, заставляют втискиваться в обозначенные автором рамки, не интересуясь моим мнением.
Веллер не то, чтобы стал писать хуже или менее осмысленно. Нет, там и тут можно еще из его текстов высечь искры юмора. Почитатель гротеска, он и ныне мастеровит в сооружении парадоксально-пародийных сюжетов. Его даже, чтобы придать вес, обязательно сравнивают с Довлатовым - почему-то, хотя последнему не надо было ничего выдумывать. Довлатов, если уж была в том необходимость, додумывал: он брал из жизни эпизодики, в которых, казалось бы, ничего примечательного, особого не было, и превращал их в полноценные рассказы (а любая повесть его - это, по сути, набор сценок).
Инволюция Веллера началась с таких вот картинок, тошнотворно-назидательных. Все знающий, философствующий по любому поводу, даже когда и повода-то нет, он стал чем-то вроде дорожного знака, безаппеляционно предписывающего выполнять определенные требования.
Жаль. Потому что я помню раннего Веллера - совсем иного, чей гротеск вызывал улыбку и одобрение, а не зевок, как сейчас, авторская мысль была свежа и в тексте сквозила непредсказуемость. А главное - не было вот этого: желания учить уму-разуму, учительствовать.
Оценка: плохо

Быков: Был ли Горький? [биографический очерк] (Биографии и Мемуары) 16 03
Надо различать Быкова-библиографа от Быкова-писателя и Быкова-публициста. В последней ипостаси он стремится быть эпатажным, не всегда говорит то, что хочется широкой публике, ну, и зачастую - неоправданно провокативен. Как о писателе, сказать особо нечего: пишет он как может. Наиболее интересен Быков в качестве библиографа. Чувствуется работа над документами и источниками. Удивительно другое: его доброжелательность, порой чрезмерная, что у Быкова-публициста не очень-то просматривается. Написать, например, о Пьецухе, что он - выдающийся писатель и эссеист - это, знаете, перебор. Добротный писатель Пьецух - не более того, у которого всегда есть форма, но порой отсутствует содержание.
В общем-то, этот свой подход он перенес и на Горького. Уж кто его в последние годы не обливал грязью. Это после 90-х, когда, напротив, утверждали, что он жертва сталинизма. Высвечивая недостатки и грешки, Быков последователен: Горький - продукт эпохи, и другим, представляя "творческую элиту", быть просто не мог.
Оценка: отлично!

Лимонов: Палач (Современная проза) 14 02
Лимонова можно - с натяжкой - отнести к лагерю, в котором пребывает и Сорокин. Та же тяга к описанию манипуляций с телом. Педалирование на отклонения в поведении и сознании. Язык, писательский инструмент, разный. Но главное различие в способе воздействия на читателя. И, при всех издержках выработанного им стиля, Сорокин, полагаю, честнее. Потому что - и это очевидный плюс - у него отсутствует морализаторская нотка, чем так грешит Лимонов. Главный герой - Оскар Худзински - тот же, только на современный лад, со всеми сексуально-порнографическими "примочками", ужесточенный тип, бальзаковский Люсьен Шардон из "Утраченных иллюзий". Суть высказанного можно выразить еще короче и внятнее, прибегнув к языку самого автора: выебав так и эдак энное количество женщин, согласных на садомазохический секс, напиздячившись досыта для получения дополнительной тяги наркоты, - герой вдруг - а как же, естественно, под влиянием "правильного" второстепенного героя Гутора, - начинает мучиться экзистенциальными вопросами: так ли он жил до сих пор. И что его ждет впереди. Да, это роман о душевной пустоте, но вот когда принимаются толстовствовать там, где эстетизируют грязь, выталкивают на авансцену Катюшу Маслову для обличения порока - туда, где этим пороком в открытую наслаждаются, то это выглядит не столько странно, сколько - надуманно. И эффект надуманности усиливается еще более в финале, где читателю как бы намекают, что убийца Палача - тот самый, "правильный" человечек Гутор, несогласный с мировоззрением Оскара. Или, скорее всего, его ученица, дочь Габриэл, Эстелла. Словом, все - палачи. Размышлений о жизни такое произведение не пробуждает.
У Сорокина напрочь отсутствует попытка к чтению нотаций. И если художественные приемы его порой вызывают оторопь и неприятие, то уж на думы произведения писателя наталкивают. Смысл почти всегда - между строчек.

Оценка: неплохо

Кононов: Голая пионерка (Современная проза) 30 01
Автор называет свое творение шедевром. Но, по совести, как-то оно не дотягивает до такого "звания". Хотя - хорошо, а местами даже очень. Минус: кудреватые порой фразы, из которых трудно вычленить смысл.
Оценка: хорошо

Довлатов: Чемодан (Современная проза) 21 01
У нас, видимо, один великий на всю Расею писатель остался. Дима Быков, что взялся ответить на вопрос: отчего энто Довлатов так и не стал большим писателем. Дима знает ответы на все задаваемые им же вопросы.
Между тем вывернуть наизнанку суть Советской власти, в которой только и было что приметного - пионерлагеря, отчасти образование и наука, но главное, и не только приметное, а и замечательное - сытая партноменклатура, так мог только Довлатов. Юмор его - не прямой, что называется, в лоб, "убойный", а всегда с подтекстом, заставляющий не отворачиваться (а тех, кто родился позже - заставляющий узнавать и думать) от реалий "той" жизни, - фирменный знак. И это то, что отличает его от массы современных писателей, нудно и натужно шутящих, лепящих какую-то придуманную жизнь, а фактически от нее - убегающих.
Вот это и есть примета большого писателя, чего Дима Быков, при всех его талантах - быть вовремя литературно намыленным, всепроникающим и всезнающим, - не увидел.
Оценка: отлично!

Тополь: Любожид (Современная проза) 16 01
Писатель не должен "тащить" в свое произведение мучающие его комплексы. Искривленное подсознание порождает кривобокие мысли и убогие фантазии, выдаваемые за действительность. "Книга, читать которую отчаянно интересно". Ну да. Мне лично было омерзительно ее читать.
Оценка: нечитаемо

Попов: Горящий рукав (Современная проза) 09 01
Все слова на месте, читается легко. Интересно. Вот только многочисленные повторы некоторых эпизодов напрягают. Как-то не по-писательски. Али память уже шалит. Но в целом - крепкая "четверка". Нет-нет, жизнь удалась.
Оценка: хорошо

Сарамаго: Каменный плот [A jangada de pedra ru] (Современная проза) 04 01
Может, виноват переводчик. Может, стиль - скорее всего - тому причиной. Но не впечатлило. Абсолютно. Длинные, порой уходящие в занудное философствование, фразы. Псевдофилософские искания, упирающиеся в стену, за которой, кроме витиевато-громоздких предложений, ничего вразумительного не видно. Жизнь малоубедительна, притчеобразно надуманна - в такой уютно Сарамаго. Наверное. А что читателю в ней делать?
Оценка: неплохо

Евтушенко: Волчий паспорт (Биографии и Мемуары) 17 12
Есть ощущение, что автор порой собой любуется. Хотя, может быть, у него на то есть право: серой мышью Евтушенко точно уж не был - в той эпохе, что требовала не высовываться. А вообще, интересно сравнить отношение к нему некоторых его современников, и его - к современникам. С Бродским не сложилось. И по словам Евтушенко, всему виной высокомерие и неблагодарность Бродского. Но как поэта он его высоко ценит. А вот у Бродского вовсе хороших слов для Евтушенко не нашлось. Все г... Это как пример. При всех нестыковках, неладицах с другими персонажами эпохи, когда Евтушенко, чувствуется, раздражен, описывая прошлое, он, тем не менее, в целом высказывается о них доброжелательно. О нем же - даже у того же Аксенова - все как-то с подтекстом, с подъебковырочкой, отчего кажется, что Евтушенко был для них "не свой".
Добавлю только, что ранние его стихи - просто замечательные, сплошная новизна. Настоящая поэзия. Зрелые - хороши. Но вот поздние, особенно перестроечные и постперестроечные - сплошная рифмованная (и отвратительно) публицистика.
Оценка: хорошо

Сорокин: Настя (Современная проза) 03 12
Работа со словом - 5. Один из немногих авторов, не испытывающих недостатка в воображении. Порой его - излишек, что вредит, и явно. Оттого - 3. В сумме выходит "четверка". Но вообще-то Сорокина чрезвычайно трудно втискивать в какие-то оценочные рамки. Надо все-таки понимать, что его постмодернизм, уходящий зачастую в запредельщину, - элемент игры с подсознанием.

Трубо: Лестница в небеса: Led Zeppelin без цензуры (Биографии и Мемуары, Музыка) 24 11
В книгах подобного рода основной недостаток - смещение фокуса внимания с основных персонажей на автора, что по жизни играл второстепенную роль. Вроде того: "Я и Led Zeppelin.
Не знаю, что такого скандального в книге. Наркотики? В немеряных количествах алкоголь? Самолеты с девочками? Килограммы обожания фанатичных мастериц минета? Все это давным-давно известно. Скандального может быть только то, что музыканты постарели, образумились - и, став другими, требуют к себе и иного отношения, отличного от того, что наблюдалось к ним в дни их молодости.
Короче, есть бессмертная "Stairway To Heaven", а все остальное - обычное копошение у ее основания.

Оценка: неплохо

Ходасевич: Некрополь [сборник] (Биографии и Мемуары) 01 11
Замечательные зарисовки. Лишь Горький, показалось, выписан как-то противоречиво. Если, к примеру, Брюсова Ходасевич не очень привечает, и это заметно, хотя бы за то, что тот "не любил людей, потому что прежде всего не уважал их", то Горький - при всех хороших словах, сказанных о нем, - выглядит порой карикатурно.
Оценка: отлично!

Буковски: Макулатура (Современная проза) 30 10
Книга, действительно, странная, стиль, как-то не свойственный Буковскому. Внутренний надрыв, помноженный на не совсем удачную пародию. Есть моменты, что, кажется, написаны "от балды". Последний эпизод с Красным Воробьем вообще никуда не приклеишь.
Оценка: неплохо

Свирский: Ленинский тупик (Современная проза, Антисоветская литература) 18 10
Все-таки время убежало далеко вперед, и читать о мучениях раствора или рассуждения капитальной стены о смысле жизни ныне, мягко говоря, не актуально. В 60-е годы это бы - гремело, будь опубликован роман полностью.
Интересно другое. Советская литература, даже та, что с обличительным запалом, - вся, короче, писалась по одному рецепту. В центре сюжета не человек, с его внутренним миром, переживаниями и сомнениями, а явление (или событие).
Стройка. План. Приписки - "давай-давай!". Псевдосоциалистическая болтовня. И вокруг всего этого вращаются люди. Отчего герои кажутся ходульными, с линейным мышлением.
Оценка: неплохо

Санаев: Похороните меня за плинтусом (Современная проза) 06 10
Может, впервые за долгое время с интересом прочитал книгу современного писателя. Как с пафосом говорят шаблонщики - на одном дыхании. Главное: очень точно и тонко выписан механизм разрушения отношений, что, в принципе, есть вывернутая наизнанку любовь. Да, в общем-то, эта повесть об одиночестве, что сидит в каждом из нас - так или иначе.
Оценка: отлично!

Солдатенко: Ева [сборник] (Современная проза) 05 10
Первое, что приходит на ум: девальвация музыки.
Бах не похож был на Моцарта, а Мендельсон явно отличался от Чайковского.
У Deep Purple и Queen были свои, только ими и найденные, тропки, а Scorpions невозможно было спутать с Pink Floyd. Ныне все не так. Сегодня в моде стиль-сирота – indie. Это переложенное на западный лад акынство, где из двух нот пытаются сотворить мелодию, но гармонию напрочь игнорируют. Потому и исполнителей – навалом, а качество (какое мерзкое коммерческое словечко) нулевое. В принципе, каждый сейчас может стать композитором. Так называемым. Схавается все. Вот читая Славу Сэ и притягивая, как пример, параллель с сегодняшней бесформенной музичкой к его имени, понимаешь и – знаешь точно: так писать каждый может. Без всяких усилий. Глубоких мыслей нет, широких размышлений тоже, – чай, Слава – не граф Лев Николаич. Находок в области слова – тем паче. Интонация – с поправкой на юмор (якобы) – затертая. Не единожды использованная.
Второе. Как там «знаменитый писатель» Марк говорит? Что человек подобен Богу, творит, подобно ему, свой сюжет. Все-таки Бог нас создал разными. А у Славы Сэ все герои говорят на одном языке. Что сам Матвей, что «знаменитый писатель», что – Василь Василич. Отними имена, оставь персонажи наедине со своими словами – и не разберешь, кто есть кто. Страшное однообразие получается в высказываниях. И в описаниях.
Зачем, третье, понадобилось в конце откровение Марка, что имена – его, Евы и Матвея – не случайны? Догадываетесь? Я – нет. Ну да, ну да – библейские мотивы, куда ж без них? Чай, Слава Сэ – не только не Толстой, но и не Набоков, рассыпавший шифровку тут и там, здесь и вокруг. А к чему тогда все эти Кати, Ромы, Пивоваровы, Юли, чьи имена не несут никакой смысловой нагрузки? Или таки несут? Вышел ежик из тумана.
В-четвертых. Стиль indie (синоним бессюжетности) все же не подразумевает втюхивания всяких историек, невразумительных и плохо увязанных с самими персонажами. Не знаешь, как распорядиться ими, их судьбами, – это не совет, а вывод, – оттачивай перо в рассказиках. Там еще подобное пройдет.

Оценка: нечитаемо

Фоер: Полная иллюминация [Everything is Illuminated ru] (Современная проза) 30 09
На книгу вышел по наводке самого же сайта. И что же? Чтение перевели в ограниченный доступ. Ребята, вы чего-то недопонимаете. Игры эти бессмысленны. На 24 сайтах,так или иначе связанных с литературой, книга свободна вообще для скачивания. Ну-ну, продолжайте в том же духе - терять кликеров.

Уэльбек: Расширение пространства борьбы [Extension du domaine de la lutte ru] (Современная проза) 29 09
Не самое лучшее произведение Уэльбека.

Оценка: неплохо

Кабаков: Московские сказки (Современная проза) 08 09
Лабуда какая-то. Форма расплывчата, а содержания - никакого. Честно говоря, уже подзадолбали этой, пресловутой "социальной фантастикой". Вот вам совет, господа, мечтающие о писательстве. Зашло вам в голову, что табурет, обогревающий зад, обладает душой и разговорчив по вечерам, - пишите о том. Прошибла извилины мысль о похождениях женских трусиков - втискивайте в буквы свои соображения построчно и поглавно. А если назовете накропанный труд "сказками" - цены вам не будет вообще.
Оценка: плохо

Сорокин: День опричника (Современная проза, Контркультура) 25 08
Любит Владимир Георгиевич игры с телом - куда ж без этого постмодернисту. Тем более, что фантазии, подпитывающей воображение, столько, что ее могло бы хватить и на троих писателей. Это, правда, уже порой не будоражит, а, на мой взгляд, мешает развитию сюжета. Ну, вот когда в предсоитической сценке женские пальчики ног, как десерт, нежно кладутся в рот - сознание подхватывает затянутую песню, да: миллеровские мотивы навязчивы и убедительны. А эпизод с явно перепетой "гусеницей" (вообще-то в Союзе еще в 70-х был такой термин - "паровозик": хер в хер за хером) явно неуместен. Если не сказать больше, идиотичен. Даже в качестве предполагаемой пародии на тот же "паровозик".
Половину романа прочитал с интересом и, можно сказать, с удовольствием. Все-таки тема благодатная: во все четыре стороны России дает возможность бежать с идеями и - за идеями. Потом что-то сломалось - у меня с прочтением, стало скучно - в забавно выстроенном интерьере множество псевдодеталей и псевдофактов, мешая друг другу, стали тяготить. Пространства навалом, а дышать нечем. И его же, воздуха, не хватило автору (опять же, на мой взгляд) на финишной прямой: на старте он был свежее, искреннее. Литературнее, что ли.

Оценка: неплохо

Кутзее: В ожидании варваров [Waiting for the Barbarians ru] (Современная проза) 21 08
Замечательно описано - как бы невидимыми чернилами - присутствие варваров. Они есть, о них все знают, их боятся, но видели их немногие. Варвары - та непонятная, все убегающая от глаз перспектива, обманчивая и потому внушающая страх "обыкновенным людям": ведь до нее, как ни пытайся, не дотянешься, - что ломает устоявшийся ритм жизни, разрушает человеческие отношения, держит в постоянном напряжении. Позиция судьи, промежуточного колесика, между подданными Империи и варварами, которых он честно стремится "облагородить" ("они такие же люди"), противоречит мнению самой Империи - ей, как и всякой другой, нужен осязаемый враг. Наглый, грубый, хитрый и коварный. Но враг этот невидим. Все качества, приписываемые Империей варварам, в действительности предназначены надуманной пустоте. Характерно то, что судья, "понимающий" варварскую массу, видящий в ней народ, в жизнь которого вторгся бесцеремонно другой - тот, что населяет Империю (и приграничный городок), на индивидуальном уровне абсолютно беспомощен. Полуслепая, искалеченная варварка, с которой у него были отношения, для него так и осталась неразгаданной загадкой.
Роман, что и говорить, хорош. Есть одно "но". Я понимаю, что автор держал в уме "свою", знакомую ему Империю. Но эта Империя Кутзее ощутимо отстала от жизни. Ноне как-то, в соответствии с либерально-демократическими ценностями, принято защитников варваров не "прессовать" (что и произошло с судьей, которого Империя объявила врагом), а носить на руках. И этих рук удивительно много.
Оценка: хорошо

Аксенов: Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках (Современная проза) 14 07
Проза Аксенова, как мне кажется, сильно увязана ( и потому уязвима) со временем. В том смысле, что, скажем, в отличие от Булгакова или Л.Толстого, чьи произведения будут читать и через пятьдесят лет (и не потому что такие они уж классики-расклассики), Василий Палыч точно соответствовал той эпохе, что описывал - никак ее не перерастая. Оттого, например, "Остров Крым" был очень актуален - сразу же после написания - на фоне всех этих б... очередей в магазинах, мертвых лиц членов Политбюро на трибунах, бандитизма в больницах, где от последней нянечки до главного врача - всем надо было башлять. Описывалась даже не альтернативная - другая, какая могла бы быть жизнь. Но уже в позднепослеперестроечное время книга читалась с трудом, как утратившая связь с современностью. То же и с многими его другими произведениями. И, думаю, если что и останется с годами от его творений, так это "Вольтерьянцы" и именно "Таинственная страсть". Хотя, по чести, мне очень нравились его воздушные рассказы.
Оценка: хорошо

Варгас Льоса: Нечестивец, или Праздник Козла [La Fiesta del Chivo ru] (Классическая проза) 05 07
Очень люблю латиноамериканскую, не похожую на другие, литературу. Подаваемое кусками "блюдо" - эпизоды из жизни героев смешались во времени, так что поначалу трудно разобраться и в их мироощущении и намерениях, путаница (кажущаяся) в мыслях - может читателя отвернуть от книги. И не знай я, как своеобразна манера Льосы (так же, как и у Маркеса, Амаду) - и к чему это приведет (естественно, к лихо закрученной интриге) - так бы и поступил. Может быть. Поэтому надо набраться терпением - большая литература не терпит суеты. Минус вот какой: перевод в некоторых местах откровенно слабый, на скорую руку состряпан. Такое впечатление, что переводчик не знал местных реалий и понятий того времени - и всунул то, что, по его мнению, должно было быть.
Оценка: хорошо

Бенедикт Михайлович Сарнов 04 07
Пробегал мимо, заглянул, что бывает, случайно. Жаль, очень жаль, что такого автора - интересного, много дающего читателю, - мало в "электронной обработке". А может и к лучшему, бог знает: я все, что здесь не присутствует, за исключением "Скуки...", читал в книгах. Все-таки книга дает иной эффект - воспринимается глубже. Но автор - класс!

Слаповский: Оно (Современная проза) 29 06
Двойственное впечатление от прочитанного романа. С одной стороны, описанное время, в котором сам жил, которое сам, что называется, прощупал, прочувствовал, загоняет главного героя на задворки подсознания - его присутствие порой пунктирное, не совсем очевидное. Он теряется за нагромождением событий. С другой, душевные метания Валько, что перекликаются - и тоже не очевидно - с ощущениями и переживаниями соколовского Палисандра, какими-то картонными кажутся. Неестественными. Как если бы это было не ОНО, живой человек, а неодушевленный предмет, в который вдохнули надуманные страсти. Есть и третья сторона: такое впечатление, что автор, имея идею, несомненно, интересную, так до конца и не разобрался в ней сам. Потому - "синдром Пикуля" - закончил сумбурно, невнятно, точно не знал, где и как поставить финальную точку.
Оценка: неплохо

Бригадир: Хроники тестировщика (Юмористическая проза) 26 06
1.Не литература, конечно.
2.У Эдички Лимонова брань намного органичнее вписывается в текст.
3. Производственная тема - только в новой, современной обертке - для посвященных: тот же сказ о сталеварах или доярках, обслуживающих своих любимых буренок.
Оценка: плохо

Разгон: Непридуманное (Биографии и Мемуары) 27 05
М-да, невеселый жанр - лагерные воспоминания. Жить было хорошо и весело, как говорил товарищ Сталин, очень заботившийся о генофонде страны.
Оценка: хорошо

Линдау: Яд Борджиа [Злой гений коварства] (Историческая проза, История) 23 04
Читать, конечно, подобного рода произведения сегодня - труд крайне тяжелый. Язык устарел, форма изложения никак не соответствует современному ритму, отчего порой неосознанно какое-то даже раздражение возникает. Не пошло.
Оценка: плохо

Искандер: Кролики и удавы (Сказка) 22 04
У нас как-то странно ведутся литературные дела: на Нобелевку от России выдвигают, если и выдвигают, писателей "модной обоймы". А вот кто по праву заслужил быть "выдвиженцем" - Искандер. Особый неповторимый юмор, перемноженный на житейскую философию (не кабинетную, притянутую за уши к действительности!) и красочную фантасмагорию, дает удивительный результат: ирония подобного рода - вне времени. Не знаю почему, но, читая Искандера, я мысленно сравниваю его со Свифтом.
Оценка: отлично!

Фриш: Назову себя Гантенбайн (Современная проза) 16 03
Когда-то, еще до знакомства с книгами Фриша, была у меня убежденность, что "настоящей" литературы в благополучных, относительно спокойных странах быть не может. Казалось: когда минимум проблем, да и то, не глобального размаха, откуда взяться теме?
Весь этот вышестоящий абзац написан лишь с той целью, чтобы любой, кто "наткнется" на это имя, сам, прочитав, понял: ценность литературного произведения определяется личностью писателя, размахом и глубиной его мысли. Умением выразить то, что другим не дано.
Оценка: отлично!

Дино Буццати 07 03
О, Буццати! Каждый рассказ - с начинкой. Читать, читать всенепременно.

Горъ: Пророчество (Боевая фантастика) 11 02
Никогда не был любителем подобной литературы. Но тут привлекло вот что: отзывов этот автор получает - как-то странно даже - больше, чем самый "крутой" классик. Прямо народ выстроился, как к Мавзолею, в очередь, чтобы только отметиться. Ну что же - и я в том ряду. Вынужденно. Потому как читать эту пакость невозможно. Видимо, литература умирает. Если так дело пойдет и дальше, любой карандаш возомнит себя писателем.
Оценка: нечитаемо

Соколов: Палисандрия (Современная проза) 10 02
Выше только небо.
Оценка: отлично!

Шишкин: Венерин волос (Современная проза) 23 01
Большие ожидания сменились разочарованием, за которыми последовала и вовсе – скука. Любят у нас раздавать направо и налево комплиментарные сравнения. Набоков? Набоков – целая галактика, и потому даже неуместно два этих имени ставить рядом. Саша Соколов? Умница, чей язык неповторим? У меня же, к сожалению, как раз создалось иное впечатление, что Шишкин писал, поставив рядом книгу Соколова, откуда «черпал вдохновение» – адаптировал под себя слова и обороты. Первый блин – первая прочитанная мной книга этого автора – вышел даже не комом. Никак. И все эти псевдоинтеллектуальные хождения по кругу толмача, кажется, только и служат для того, чтобы заполнить вакуум: когда надо «гнать» количество в страницах в ущерб идее.

Набоков: Лолита [1955] [Lolita ru] (Классическая проза) 17 12
Одна из немногих книг, что перечитывал не однажды. Классика в квадрате.

Оценка: отлично!

Набоков: Ада, или Эротиада (Классическая проза) 17 12
Автор - гениальный, без сомнения. Но это "произведение" читать невозможно. Такое впечатление, что гений исписался.
Оценка: нечитаемо

Эко: Имя розы (Исторический детектив, Историческая проза) 28 10
По-моему, наилучший роман Эко. Далее -по нисходящей
Оценка: хорошо


Оцененные книги


Сортировать по:

нечитаемо
Любожид 887K, 369 с. - Тополь
нечитаемо
Пророчество 1246K, 289 с. (Пророчество-1) - Горъ
нечитаемо
Мифогенная любовь каст. Том 1 1565K, 420 с. - Пепперштейн
нечитаемо
Ада, или Эротиада 2M, 587 с. (пер. Кириченко) (Набоков, Владимир. Романы-15) - Набоков
нечитаемо
Ева [сборник] 832K, 157 с. - Солдатенко
нечитаемо
Вертикаль русского мата. Батарейка Бога 3M, 62 с. - Джигурда
плохо
Яд Борджиа [Злой гений коварства] 1950K, 470 с. (Орден (Окто-Принт)-6) - Линдау
плохо
Зеркальщик [Der Spiegelmacher ru] 876K, 339 с. (пер. Пушкарская) - Ванденберг
плохо
Любовь к электричеству: Повесть о Леониде Красине 1020K, 232 с. - Аксенов
плохо
Дневник вора [Journal du voleur ru] 862K, 197 с. (пер. Панина) - Жене
плохо
Паук 4K, 1 с. - Веллер
плохо
Московские сказки 404K, 168 с. - Кабаков
плохо
Картина 1306K, 314 с. - Гранин
плохо
Хроники тестировщика 334K, 56 с. - Бригадир
неплохо
Туннель [El Túnel ru] 325K, 75 с. (пер. Глущенко) - Сабато
неплохо
Калигула, или После нас хоть потоп 1272K, 523 с. - Томан
неплохо
Апельсины из Марокко 457K, 97 с. (Аксенов, Василий. Сборники) - Аксенов
неплохо
ЖД-рассказы 705K, 165 с. - Быков
неплохо
Бумажный пейзаж 359K, 150 с. - Аксенов
неплохо
Волхв 2M (пер. Кузьминский) - Фаулз  (заменена)
неплохо
Временщики и фаворитки XVI, XVII и XVIII столетий. Книга I 1648K, 347 с. (Временщики и фаворитки-1) - Биркин
неплохо
Макулатура 451K, 95 с. (пер. Голышев) - Буковски
неплохо
Лестница в небеса: Led Zeppelin без цензуры 1319K, 320 с. (пер. pyostriy) - Трубо
неплохо
Фаворит [Книги 1 и 2] 2M, 1009 с. (Фаворит [Валентин Пикуль]) - Пикуль
неплохо
Перебои в смерти [As Intermitências da Morte ru] 715K, 168 с. (пер. Богдановский) - Сарамаго
неплохо
Ленинский тупик 1250K, 275 с. - Свирский
неплохо
Факультет ненужных вещей 1979K, 473 с. (Факультет ненужных вещей-2) - Домбровский
неплохо
Каменный плот [A jangada de pedra ru] 1162K, 284 с. (пер. Богдановский) - Сарамаго
неплохо
Репортер 620K, 225 с. (Костенко-4) - Семенов
неплохо
День опричника 311K, 104 с. - Сорокин (удалена)
неплохо
Венера в мехах. Представление Захер-Мазоха. Работы о мазохизме 726K, 296 с. (пер. Гараджа) - Делёз
неплохо
Дневник собаки Павлова 251K, 60 с. - Крусанов
неплохо
Палач 982K, 239 с. - Лимонов
неплохо
В поисках грустного бэби 672K, 265 с. - Аксенов
неплохо
Один день Ивана Денисовича 809K, 90 с. (Солженицын А.И. Художественные произведения) - Солженицын
неплохо
Оно 429K, 165 с. - Слаповский
неплохо
Расширение пространства борьбы [Extension du domaine de la lutte ru] 232K, 87 с. (пер. Кулиш) - Уэльбек
неплохо
Мужской разговор в русской бане 600K, 241 с. - Севела
неплохо
Хроники заводной птицы [ねじまき鳥クロニクル ru] 2M, 589 с. (пер. Логачев, ...) (Мураками, Харуки. Романы-1995) - Мураками
хорошо
Волчий паспорт 4M, 510 с. - Евтушенко
хорошо
Коллеги 422K, 156 с. - Аксенов
хорошо
Золотой храм 874K, 207 с. (пер. Чхартишвили) - Мисима  (заменена)
хорошо
Даниил Хармс 3M, 489 с. - Кобринский
хорошо
LTI. Язык третьего рейха. Записная книжка филолога 1332K, 324 с. (пер. Григорьев) - Клемперер
хорошо
Левша 145K, 25 с. (Праведники-7) - Лесков
хорошо
Имя розы [Il nome della rosa ru] 2M, 508 с. (пер. Костюкович) - Эко
хорошо
Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша 1162K, 502 с. - Белинков
хорошо
Звездный билет 585K, 134 с. - Аксенов
хорошо
Нечестивец, или Праздник Козла [La Fiesta del Chivo ru] 946K, 394 с. (пер. Синянская) - Варгас Льоса
хорошо
Бильярд в половине десятого 575K, 252 с. (пер. Черная) - Бёлль
хорошо
Затоваренная бочкотара [журнал "Юность", № 3, 1968] 808K, 58 с. - Аксенов
хорошо
Книжный вор [The Book Thief ru] 3M, 299 с. (пер. Мезин) - Зузак
хорошо
Доктор Живаго 2021K, 480 с. - Пастернак
хорошо
Княгиня Ольга 1396K, 268 с. - Павлищева
хорошо
Пазл-мазл. Записки гроссмейстера 631K, 120 с. - Варжапетян
хорошо
Пражское кладбище [Il cimitero di Praga ru] 6M, 340 с. (пер. Костюкович) - Эко (удалена)
хорошо
Непридуманное 282K, 53 с. - Разгон
хорошо
Лиля Брик. Жизнь 2M, 198 с. - Катанян
хорошо
Капитан и Враг 483K, 117 с. (пер. Кудрявцева) - Грин
хорошо
И бегемоты сварились в своих бассейнах [And the Hippos Were Boiled in Their Tanks ru] 456K, 94 с. (пер. Круглов) - Берроуз
хорошо
Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках 1737K, 406 с. - Аксенов
хорошо
Горящий рукав 603K, 252 с. - Попов
хорошо
Остров Крым 808K, 339 с. - Аксенов
хорошо
В ожидании варваров [Waiting for the Barbarians ru] 407K, 163 с. (пер. Михалев) - Кутзее
хорошо
Первый человек в Риме. Том 1 [First Man in Rome ru] 1650K, 394 с. (Владыки Рима-1) - Маккалоу
хорошо
Москва Ква-Ква 1255K, 293 с. - Аксенов
хорошо
Правила Дома сидра (Правила виноделов) 2267K (пер. Литвинова) - Ирвинг  (заменена)
хорошо
Имя розы 2M, 516 с. (пер. Костюкович) - Эко  (заменена)
хорошо
Довлатов и окрестности 244K - Генис  (заменена)
хорошо
Жизнеописание Михаила Булгакова 1582K, 703 с. - Чудакова
хорошо
Игра в бисер [Das Glasperlenspiel ru] 1046K, 450 с. (пер. Апт) (Гессе, Герман. Романы-1943) - Гессе
хорошо
Несуществующий рыцарь 398K, 86 с. (пер. Ошеров) (Наши предки (Кальвино)-3) - Кальвино
хорошо
Ленин. Книга 2 1969K, 397 с. (Вожди-3) - Волкогонов
хорошо
Голая пионерка 796K, 192 с. - Кононов
отлично!
Назову себя Гантенбайн 1097K, 261 с. (пер. Апт) - Фриш
отлично!
Псалом 1242K, 295 с. - Горенштейн
отлично!
Том 1. Бремя страстей человеческих [роман] 2M, 638 с. (пер. Изаков, ...) (Моэм, Уильям Сомерсет. Собрание сочинений в 5 томах-1) - Моэм
отлично!
Коллекционер [The Collector ru] 576K (пер. Бессмертная) - Фаулз  (заменена)
отлично!
Учитель Гнус. Верноподданный. Новеллы 2M, 676 с. (пер. Рудой, ...) (БВЛ. Серия третья-164) - Манн
отлично!
Николай Николаевич 113K, 36 с. - Алешковский
отлично!
Собачье сердце [Поздний вариант 1-й ред.] 396K, 94 с. (Булгаков М.А. Собрание сочинений в 5 томах-2) - Булгаков
отлично!
Степной волк [Der Steppenwolf ru] 841K, 193 с. (пер. Апт) (Гессе, Герман. Романы-1927) - Гессе
отлично!
Чемодан 392K, 74 с. - Довлатов  (заменена)
отлично!
Театральный роман 708K, 121 с. (Записки покойника-3) - Булгаков
отлично!
Был ли Горький? [биографический очерк] 2339K, 178 с. - Быков
отлично!
Кролики и удавы 577K, 124 с. - Искандер
отлично!
Вольтерьянцы и вольтерьянки 871K, 350 с. - Аксенов
отлично!
Милый друг [Bel-Ami [Édition illustrée] ru] 652K, 261 с. (пер. Любимов) - Мопассан
отлично!
Некрополь [сборник] 367K (Воспоминания (Ходасевич)-1) - Ходасевич  (заменена)
отлично!
Мастер и Маргарита 1563K, 331 с. (илл. Штыров) - Булгаков
отлично!
Лолита [1955] [Lolita ru] 1529K, 335 с. (пер. Набоков) (Набоков, Владимир. Романы-12) - Набоков
отлично!
Дона Флор и два ее мужа [Dona Flor e seus Dois Maridos ru] 1716K, 415 с. (пер. Калугин) - Амаду
отлично!
Гюстав Флобер 2M, 329 с. (пер. Сережкина) - Труайя
отлично!
Палисандрия 1174K, 277 с. - Соколов
отлично!
Ги де Мопассан 3M, 252 с. (пер. Лосев) - Труайя
отлично!
Похороните меня за плинтусом 318K, 128 с. - Санаев
отлично!
Три товарища [Drei Kameraden ru] 793K, 325 с. (пер. Шрайбер) - Ремарк
отлично!
Борис Пастернак [7-е изд.] 2240K, 899 с. - Быков
отлично!
Нетерпение сердца 781K, 311 с. (пер. Бунин) - Цвейг (удалена)
X